RSS

Архив за день: 2012/07/12

Выступление Ткачева в Крымске Без цензуры!


Источник

 

Метки:

Кто утопил Крымск? Свидетельствуют местные жители.


Источник

 

Метки:

Жительница Крымск: Людей утопили как скот


Источник

 

Метки:

Пенза. «Пензаэлектрод». «Пензенский электрод». Работников завода уволили без выходного пособия


Другого выхода у бывших сотрудниц ООО «Пензаэлектрод» нет, поэтому они и приходят к родному предприятию, чтобы стоять и ждать. Женщины надеются, что к ним выйдет бывший начальник и расскажет, почему с коллективом так поступили.

Данный завод был ликвидирован более полутора лет назад. 18 его сотрудников сократили, но выходное пособие им до сих пор не выплатили.

«Завод в свое время перевыполнял план, мы всегда получали премии. Потом нас попросили написать заявление на отпуск без содержания, а через месяц сообщили о ликвидации предприятия», — вспоминала Лариса Терещенко.

В общей сложности родной завод, которому многие из этих женщин отдали по 10-15 лет жизни, задолжал сотрудницам около 300 тысяч рублей. Полтора года обманутые и безработные ходят по судам. Районный, арбитражный, областной принимают решения не в их пользу.

Однако окружной суд в Казани отменил решения региональных служителей Фемиды и снова рекомендовал женщинам начать с районной инстанции либо договориться с бывшим начальником мирно.

«Это не просто унижение, это плевок в душу», — посетовала Людмила Терешкина.

Юристы говорят, что ООО «Пензаэлектрод» перестало существовать с вопиющим несоблюдением закона.

«Процедура ликвидации предприятия была проведена с грубейшими нарушениями», — пояснила юрист Юлия Недопекина.

Сейчас на территории большого промышленного завода взамен ликвидированной работает новая организация — «Пензенский электрод» во главе с тем же начальником Александром Митиным.

Директор о стоящих за проходной людях знает, но выйти к ним и поговорить о ситуации категорически отказывается.

«Когда эти женщины у нас работали, у меня с ними были нормальные отношения. Но неужели каждому уволенному сотруднику я должен объяснять, как жить дальше», — заявил он.

Бывший завпроизводством мимо бывших коллег тоже старается пройти как можно быстрее.

«Естественно, мы пойдем до конца и будем добиваться справедливости», — заключила Людмила Терешкина.

Обращения в прокуратуру, следственный комитет, трудовую инспекцию и к уполномоченному по правам человека уже подготовлены.

Источник
Источник

 

Метки: , , , , , , ,

RAW (файловая система)


RAW — обозначение для неопределённой файловой системы, в операционных системах линейки Microsoft Windows NT. Фактически RAW файловой системой не является (на деле RAWFS существует и встроена в само ядро, и единственное назначение этой компоненты — ответить на запросы размеров тома и имени файловой системы от приложений), и определение файловой системы раздела как RAW означает то, что раздел не был распознан ни одним из установленных в системе драйверов файловых систем (например, FAT или NTFS). Обычно это означает, что раздел не отформатирован или структура файловой системы повреждена.
Если файловая система диска опознаётся как RAW, чтение данных, присвоение метки тома и другие операции с этим разделом (например, дефрагментация или проверка на наличие ошибок) становятся невозможны. При этом операционная система отображает размер раздела и при обращении к нему предлагает его отформатировать.

Возможные причины

Повреждения структуры файловой системы происходят в результате сбоев в работе компьютера или программ, а также вследствие деятельности различного рода вредоносных программ. Можно выделить следующие повреждения:
неправильные значения для раздела в таблице разделов (например, в MBR);
частичные разрушения в загрузочном секторе файловой системы;
разрушения в области главной файловой таблицы MFT (для файловой системы NTFS);
во время форматирования раздела файловая система может отображатся как RAW
Одной из возможных причин является запись в загрузочный сектор или в MFT ошибочных данных. В случае, если большая часть структур файловой системы осталась нетронутой, велика вероятность восстановления файловой системы.
В случае порчи информации о разделе могут быть применены программы, умеющие восстанавливать разделы (см. Программы для разбиения дисков (англ.))
Кроме всего сказанного файловая система RAW может обозначать реально существующий том с отформатированный другой операционной или аппаратной системой и при этом содержащий какие либо данные. Например это может быть диск с видеорегистратора. Другой пример: в результате шифрования тома (например с помощью ПО True Crypt) операционная система определяет файловую систему тома как RAW.

Источник

 

Метки:

Якунин предложил натовцам российскую железную дорогу


Президент ОАО «Российские железные дороги» Владимир Якунин призвал активнее использовать российскую транспортную инфраструктуру для перевозки грузов НАТО.

«Мы уже задействованы в этом процессе. Таково было решение правительства, и российская железнодорожная инфраструктура уже используется для перевозки грузов невоенного назначения в Афганистан и из Афганистана. Так что мы уже участвуем… Целесообразно задействовать и инфраструктуру российских портов для этих перевозок», — цитирует Якунина «Газета.ru». Глава РЖД считает, что подобные перевозки приносят значительную прибыль. «Так почему бы нашему правительству совместно с американцами не рассмотреть возможность более активного использования нашей инфраструктуры, как железнодорожной, так и портовой?»- удивляется чиновник.

Если следовать логике российских властей, что к НАТО надо подходить прагматично и зарабатывать на альянсе при каждой возможности, то уже в ближайшее время можно дойти до сдачи в аренду российских воинских подразделений на время очередной «гуманитарно-ракетной» операции.

— Антизападная риторика очень удобна для создания образа врага, которому можно приписывать разного рода нехорошие замыслы против Росиии. – Считает политолог, главный редактор журнала «Русский обозреватель» Егор Холмогоров. — В связях с этим врагом можно уличать оппозиционеров и вообще всех, кто не понравился власти. Это одна сторона медали. С другой стороны существует реальная политика, которая требует от российской элиты максимально тесного взаимодействия со странами НАТО. Ведь члены альянса являются основными потребителями российских энергоресурсов. Говоря прямо, представители наших властей не ведут никакой антинатовской политики. Они не добиваются ограничения влияния альянса на политические процессы, происходящие в мире и в России. Их цель – добиться монополии внешней торговли, как экономическим, так и политическим капиталом. При этом, чтобы все контакты с Западом шли исключительно по линии нынешней правящей элиты. Наша власть хочет максимально монополизировать связи с Западом, и тем самым продать себя подороже. Запад, естественно, хочет обратного. Это абсолютно логичная игра. Для основной массы граждан России она малоинтересна, потому что не всё ли равно, кто и как будет капитализировать уступки по внешнеполитическим интересам России, если на нашем кармане это всё равно не отражается.

«СП»: — И всё же для обывателей, слабо разбирающихся в политике, позиция руководства страны выглядит непоследовательно. Сначала звучат громкие заявления о враждебности НАТО по отношению к России, а потом открываются перевалочные базы альянса под Ульяновском.

— Политика российского правительства состоит в том, что единственная привилегированная сила, которая может позволить себе проводить пронатовскую политику является текущая политическая элита. А для всех остальных слоёв населения действует политика, которую можно свести к словам: ни в коем случае не дружите с этими плохими парнями из Америки.

Большинство обывателей не вдаётся в суть проблемы, поэтому для них как раз всё логично.

«СП»: — А если говорить о государственных интересах – это продуктивная политика?

— Это абсолютно контрпродуктивная, самоубийственная политика. Впрочем, подобное можно видеть и в других сферах жизни. Например, наша элита взяла курс на смертельно опасную миграционную политику, при которой коренное население замещается приезжими. Всё это губительно для государства… зато прибыльно для чьих-то кошельков.

«СП»: — Как же надо, на ваш взгляд, в нынешней внешнеполитической ситуации отстаивать интересы государства?

— Должна иметь место политика взвешенных внешнеполитических решений, продиктованных соображениями узкого национального эгоизма. Например, нет никакого смысла накачивать идеологическое пространство всякого рода угрозами в адрес США, антизападными декларациями, если это сопровождается реальными политическими уступками в вопросах о Ливии, Сирии, недостаточно активной позицией по ПРО. Получается, что вся антинатовская риторика ложь и обман, которая в конечном счёте разъедает общество, заражает его апатией. Нужно в каждом конкретном вопросе жёстко проводить свою политику. С той же базой НАТО в Ульяновске надо было дать понять «нашим американским партнёрам», что использование транспортных коммуникаций на территории России может быть предоставлено только в обмен на жёсткую политику против афганского наркотрафика. Не секрет, что сейчас Афганистан под натовской крышей превратился в одно сплошное маковое поле. Американцы открыто заявляют, что пусть лучше афганцы выращивают наркотики, чем идут в талибы. А для нас афганский наркотрафик создаёт очень много проблем.

По Сирии надо было проводить политику по сохранению военных российских баз в любом случае, какой бы режим в итоге там не был установлен. Вместо этого мы наблюдаем широковещательные конференции, где наши дипломаты заявляют о том, что мы не допустим ограничения прав Сирии. А потом Россия заявляет, что не будет поставлять Сирии оружие. Таким образом мы оставляем союзника на растерзание и за понюх табака сдаём свои интересы. Это политика абсурда.

По мнению президента информационно-исследовательского центра «Панорама» Владимир Прибыловского противоречивые заявления представителей российской элиты вызваны желанием усидеть на двух стульях.

— Путин и кое-кто из его близкого окружения, в том числе и Якунин хотят, чтобы для Запада он выглядел Горбачёвым, а для Востока – Сталиным. Для внутренних целей ведётся антиамериканская пропаганда, попытка, местами успешная, сыграть на патриотизме, государственнических и антизападных настроениях. При этом оппозиция выставляется пособницей Запада, чтобы народ любил власть, как защитницу государственных интересов.

Это игра на двух зрителей. В общем-то Путину она в основном удаётся. Патриотически настроенный избиратель до сих пор видит в нём защитника своих интересов. Но при этом у нашей верхушки вполне партнёрские экономические отношения с частью западной элиты, немецкой, да и американской тоже. Пронатовская политика ведётся во всех случаях, когда это даёт экономические выгоды правящей группировке.

«СП»: — Западные элиты не раздражает эта риторика «для внутрироссийского пользования»?

— Раздражает. Кого-то, кто не имеет с этого экономических дивидендов, а имеет только оплеухи общественного мнения, раздражает сильно. Тех же, кто связан с нашей элитой экономическими отношениями тоже раздражает, но значительно меньше. В конце концов деньги для них важнее.

«СП»: -Насколько такая политика отвечает интересам страны?

— Я считаю, что Кремль, в смысле коалиции группировок, правящих нашей страной, ведёт антигосударственную политику. Она выгодна властной верхушке, но не государству.

Источник

 

Метки:

Астахов в шоке от детдома, откуда воспитанников отправляют в психушку: дети матерятся, режутся в карты и смотрят порно


Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов вмешался в очередной громкий скандал вокруг применения»карательной психиатрии» в российских детских домах. На этот раз речь идет о Софьинском детдоме в Наро-Фоминском районе Подмосковья. Его воспитанников, как выяснили местные журналисты еще прошлой осенью, директор детдома за провинности отправляла в психиатрический стационар, где детей пичкали психотропными препаратами и подвергали другим издевательствам. В то же время журналистке, раскрывшей тайны приюта, грозит тюремный срок.

Астахов посетил в среду указанный детдом и сообщает, что выявил там массу различных нарушений. Но больше всего его шокировало, что свой досуг детдомовцы проводят за просмотром фильмов ужасов, тюремно-блатной тематики, эротического содержания. «Соцсети, порноресурсы и другие запрещенные для детей сайты и материалы — в открытом доступе в детском доме», — написал он в Twitter.

«Карты — одна из самых «востребованных» игр в детдоме. Хотя и прямо запрещенных законом. Это грубое нарушение, — продолжает омбудсмен. — Дети матерятся. В тумбочках: сигареты, электроприборы (паяльник), канистра с бензином». По его словам, директор учреждения признался, что дети активно курят и он каждый день изымает сигареты. При этом на территории учреждения Астахов обнаружил ларек, торгующий пивом и сигаретами.

По его словам, он выявил и множество других нарушений. Попечительский совет не создан. Медицинская лицензия отсутствует. Журналы осмотра детей на педикулез и чесотку, температурного режима, кварцевания и осмотра персонала пищеблока заполнены на два дня вперед. В медицинским блоке, который работает без лицензии, найдены просроченные лекарства, перечисляет Астахов.

Проверяя информацию о «карательной психиатрии» в детдоме, Астахов посетил областную психиатрическую больницу. «По данным прокуратуры Рузского района, в психбольницу из Софьинского детдома в период с 2008 по 2011 годы помещались 10 воспитанников. Двое дважды. Согласно ежегодным медицинским отчетам детдома в психиатрическое отделение помещалось: 2008 — 7, 2009 — 8, 2010 — 6, 2011 — 2, 2012 — 0. Итого 23», — подсчитал омбудсмен.

Позже Астахов написал в Twitter, что по итогам проверки в Софьинском детдоме намерен направить обращение губернатору Подмосковья Сергею Шойгу и прокурору области Александру Аникину.

В Министерстве образования Подмосковья ранее заявили, что намерены разобраться в ситуации с нарушениями в Софьинском детдоме. Там отметили, что если «Астахов к нам обратится, мы сможем реагировать», передает РИА «Новости». Руководство Наро-Фоминского района Подмосковья, где расположен детский дом, в настоящее время для комментариев недоступно, отмечает агентство.

Автору журналистского расследования грозит тюрьма

Скандал вокруг Софьинского детдома разразился еще прошлой осенью, когда журналисты Наро-Фоминской газеты «Нара-Новость» выяснили, что против его воспитанников руководство активно использует «карательную психиатрию». Сами воспитанники рассказали журналистам, что детей отправляют в психиатрическую лечебницу за «плохое поведение», пичкают психотропными веществами и заставляют делать медсестрам массаж по вечерам.

Автор масштабного журналистского расследования — Ксения Турчак. Историю одного мальчика — 12-летнего Алексея Червинского, помещенного в Рузскую психбольницу за неоднократные попытки сбежать из детдома к бабушке, она записала на видео прямо в клинике, проникнув внутрь под видом родственницы.

Результаты расследования Турчак направила в местную прокуратуру. Однако в итоге это обернулось уголовным преследованием самой журналистки. В начале декабря 2011 года стало известно, что против нее возбуждено уголовное дело по ч.1 ст.137 УК РФ «Нарушение неприкосновенности частной жизни».

Журналистке вменили в вину то, что в ее публикации была указана фамилия пострадавшего мальчика и опубликовано его фото. Именно это, по мнению Наро-Фоминского прокурора, существенно нарушило права несовершеннолетнего детдомовца, а совсем не принудительное психиатрическое лечение, которому он подвергся, пишет сама Турчак в истории своего противостояния с местными властями.

В настоящее время вынесено постановление о привлечении Турчак в качестве обвиняемой, но само обвинение ей пока не предъявлено, следователь отказывается выдать копию постановления о возбуждении уголовного дела и о привлечении в качестве обвиняемой (подозреваемой Ксения не была вообще), заявляет ее адвокат Алексей Журавлев, указывая, что эти обстоятельства лишают его подзащитную права на защиту и, в случае необходимости, обжалования постановлений следователя.

В местной прокуратуре от комментариев отказываются, ссылаясь на то, что сотрудник, который ведет дело Турчак, ушел в отпуск на 42 дня и дело никому не передал, хотя обязан, по закону, отмечает порталНовостиМО.

Источник

 

Метки: , ,

Две с половиной тонны топлива в секунду


Создатель лучших в мире жидкостных ракетных двигателей академик Борис Каторгин объясняет, почему американцы до сих пор не могут повторить наших достижений в этой области и как сохранить советскую фору в будущем

21 июня на Петербургском экономическом форуме прошло награждение лауреатов премии «Глобальная энергия». Авторитетная комиссия отраслевых экспертов из разных стран выбрала три заявки из представленных 639 и назвала лауреатов премии 2012 года, которую уже привычно называют «нобелевкой для энергетиков». В итоге 33 миллиона премиальных рублей в этом году разделили известный изобретатель из Великобритании профессор Родней Джон Аллам и двое наших выдающихся ученых — академики РАН Борис Каторгин и Валерий Костюк.
Все трое имеют отношение к созданию криогенной техники, исследованию свойств криогенных продуктов и их применению в различных энергетических установках. Академик Борис Каторгин был награжден «за разработки высокоэффективных жидкостных ракетных двигателей на криогенных топливах, которые обеспечивают при высоких энергетических параметрах надежную работу космических систем в целях мирного использования космоса».

При непосредственном участии Каторгина, более пятидесяти лет посвятившего предприятию ОКБ-456, известному сейчас как НПО «Энергомаш», создавались жидкостные ракетные двигатели (ЖРД), рабочие характеристики которых и теперь считаются лучшими в мире. Сам Каторгин занимался разработкой схем организации рабочего процесса в двигателях, смесеобразованием компонентов горючего и ликвидацией пульсации в камере сгорания. Известны также его фундаментальные работы по ядерным ракетным двигателям (ЯРД) с высоким удельным импульсом и наработки в области создания мощных непрерывных химических лазеров.
В самые тяжелые для российских наукоемких организаций времена, с 1991-го по 2009 год, Борис Каторгин возглавлял НПО «Энергомаш», совмещая должности генерального директора и генерального конструктора, и умудрился не только сохранить фирму, но и создать ряд новых двигателей. Отсутствие внутреннего заказа на двигатели заставило Каторгина искать заказчика на внешнем рынке. Одним из новых двигателей стал РД-180, разработанный в 1995 году специально для участия в тендере, организованном американской корпорацией Lockheed Martin, выбиравшей ЖРД для модернизируемого тогда ракетоносителя «Атлас». В результате НПО «Энергомаш» подписало договор на поставку 101 двигателя и к началу 2012 года уже поставило в США более 60 ЖРД, 35 из которых успешно отработали на «Атласах» при выводе спутников различного назначения.
Перед вручением премии «Эксперт» побеседовал с академиком Борисом Каторгиным о состоянии и перспективах развития жидкостных ракетных двигателей и выяснил, почему базирующиеся на разработках сорокалетней давности двигатели до сих пор считаются инновационными, а РД-180 не удалось воссоздать на американских заводах.
— Борис Иванович, в чем именно ваша заслуга в создании отечественных жидкостных реактивных двигателей, и теперь считающихся лучшими в мире?
— Чтобы объяснить это неспециалисту, наверное, нужно особое умение. Для ЖРД я разрабатывал камеры сгорания, газогенераторы; в целом руководил созданием самих двигателей для мирного освоения космического пространства. (В камерах сгорания происходит смешение и горение топлива и окислителя и образуется объем раскаленных газов, которые, выбрасываясь затем через сопла, создают собственно реактивную тягу; в газогенераторах также сжигается топливная смесь, но уже для работы турбонасосов, которые под огромным давлением нагнетают топливо и окислитель в ту же камеру сгорания. — «Эксперт».)
— Вы говорите о мирном освоении космоса, хотя очевидно, что все двигатели тягой от нескольких десятков до 800 тонн, которые создавались в НПО «Энергомаш», предназначались прежде всего для военных нужд.
— Нам не пришлось сбросить ни одной атомной бомбы, мы не доставили на наших ракетах ни одного ядерного заряда к цели, и слава богу. Все военные наработки пошли в мирный космос. Мы можем гордиться огромным вкладом нашей ракетно-космической техники в развитие человеческой цивилизации. Благодаря космонавтике родились целые технологические кластеры: космическая навигация, телекоммуникации, спутниковое телевидение, системы зондирования.
— Двигатель для межконтинентальной баллистической ракеты Р-9, над которым вы работали, потом лег в основу чуть ли не всей нашей пилотируемой программы.
— Еще в конце 1950-х я проводил расчетно-экспериментальные работы для улучшения смесеобразования в камерах сгорания двигателя РД-111, который предназначался для той самой ракеты. Результаты работы до сих пор применяются в модифицированных двигателях РД-107 и РД-108 для той же ракеты «Союз», на них было совершено около двух тысяч космических полетов, включая все пилотируемые программы.
— Два года назад я брал интервью у вашего коллеги, лауреата «Глобальной энергии» академика Александра Леонтьева. В разговоре о закрытых для широкой публики специалистах, коим Леонтьев сам когда-то был, он упомянул Виталия Иевлева, тоже много сделавшего для нашей космической отрасли.
— Многие работавшие на оборонку академики были засекречены — это факт. Сейчас многое рассекречено — это тоже факт. Александра Ивановича я знаю прекрасно: он работал над созданием методик расчета и способов охлаждения камер сгорания различных ракетных двигателей. Решить эту технологическую задачу было нелегко, особенно когда мы начали максимально выжимать химическую энергию топливной смеси для получения максимального удельного импульса, повышая среди прочих мер давление в камерах сгорания до 250 атмосфер. Возьмем самый мощный наш двигатель — РД-170. Расход топлива с окислителем — керосином с жидким кислородом, идущим через двигатель, — 2,5 тонны в секунду. Тепловые потоки в нем достигают 50 мегаватт на квадратный метр — это огромная энергия. Температура в камере сгорания — 3,5 тысячи градусов Цельсия. Надо было придумать специальное охлаждение для камеры сгорания, чтобы она могла расчетно работать и выдерживала тепловой напор. Александр Иванович как раз этим и занимался, и, надо сказать, потрудился он на славу. Виталий Михайлович Иевлев — член-корреспондент РАН, доктор технических наук, профессор, к сожалению, довольно рано умерший, — был ученым широчайшего профиля, обладал энциклопедической эрудицией. Как и Леонтьев, он много работал над методикой расчета высоконапряженных тепловых конструкций. Работы их где-то пересекались, где-то интегрировались, и в итоге получилась прекрасная методика, по которой можно рассчитать теплонапряженность любых камер сгорания; сейчас, пожалуй, пользуясь ею, это может сделать любой студент. Кроме того, Виталий Михайлович принимал активное участие в разработке ядерных, плазменных ракетных двигателей. Здесь наши интересы пересекались в те годы, когда «Энергомаш» занимался тем же.
— В нашей беседе с Леонтьевым мы затронули тему продажи энергомашевских двигателей РД-180 в США, и Александр Иванович рассказал, что во многом этот двигатель — результат наработок, которые были сделаны как раз при создании РД-170, и в каком-то смысле его половинка. Что это — действительно результат обратного масштабирования?
— Любой двигатель в новой размерности — это, конечно, новый аппарат. РД-180 с тягой 400 тонн действительно в два раза меньше РД-170 с тягой 800 тонн. У РД-191, предназначенного для нашей новой ракеты «Ангара», тяга и вовсе 200 тонн. Что же общего у этих двигателей? Все они имеют по одному турбонасосу, но камер сгорания у РД-170 четыре, у «американского» РД-180 — две, у РД-191 — одна. Для каждого двигателя нужен свой турбонасосный агрегат — ведь если однокамерный РД-170 потребляет примерно 2,5 тонны топлива в секунду, для чего был разработан турбонасос мощностью 180 тысяч киловатт, в два с лишним раза превосходящий, например, мощность реактора атомного ледокола «Арктика», то двухкамерный РД-180 — лишь половину, 1,2 тонны. В разработке турбонасосов для РД-180 и РД-191 я участвовал напрямую и в то же время руководил созданием этих двигателей в целом.
— Камера сгорания, значит, на всех этих двигателях одна и та же, только количество их разное?
— Да, и это наше главное достижение. В одной такой камере диаметром всего 380 миллиметров сгорает чуть больше 0,6 тонны топлива в секунду. Без преувеличения, эта камера — уникальное высокотеплонапряженное оборудование со специальными поясами защиты от мощных тепловых потоков. Защита осуществляется не только за счет внешнего охлаждения стенок камеры, но и благодаря хитроумному способу «выстилания» на них пленки горючего, которое, испаряясь, охлаждает стенку. На базе этой выдающейся камеры, равной которой в мире нет, мы изготавливаем лучшие свои двигатели: РД-170 и РД-171 для «Энергии» и «Зенита», РД-180 для американского «Атласа» и РД-191 для новой российской ракеты «Ангара».
— «Ангара» должна была заменить «Протон-М» еще несколько лет назад, но создатели ракеты столкнулись с серьезными проблемами, первые летные испытания неоднократно откладывались, и проект вроде бы продолжает буксовать.
— Проблемы действительно были. Сейчас принято решение о запуске ракеты в 2013 году. Особенность «Ангары» в том, что на основе ее универсальных ракетных модулей можно создать целое семейство ракетоносителей грузоподъемностью от 2,5 до 25 тонн для вывода грузов на низкую околоземную орбиту на базе универсального же кислородно-керосинового двигателя РД-191. «Ангара-1» имеет один двигатель, «Ангара-3» — три с общей тягой 600 тонн, у «Ангары-5» будет 1000 тонн тяги, то есть она сможет выводить на орбиту больше грузов, чем «Протон». К тому же вместо очень токсичного гептила, который сжигается в двигателях «Протона», мы используем экологически чистое топливо, после сгорания которого остаются лишь вода да углекислый газ.


Академик РАН Борис Каторгин многое сделал для того, чтобы наши ракетные
двигатели стали самыми надежными в мире. Фото: Александр Крупнов

— Как получилось, что тот же РД-170, который создавался еще в середине 1970-х, до сих пор остается, по сути, инновационным продуктом, а его технологии используются в качестве базовых для новых ЖРД?
— Похожая история случилась с самолетом, созданным после Второй мировой Владимиром Михайловичем Мясищевым (дальний стратегический бомбардировщик серии М, разработка московского ОКБ-23 1950-х годов. — «Эксперт»). По многим параметрам самолет опережал свое время лет эдак на тридцать, и элементы его конструкции потом заимствовали другие авиастроители. Так и здесь: в РД-170 очень много новых элементов, материалов, конструкторских решений. По моим оценкам, они не устареют еще несколько десятилетий. В этом заслуга прежде всего основателя НПО «Энергомаш» и его генерального конструктора Валентина Петровича Глушко и членкора РАН Виталия Петровича Радовского, возглавившего фирму после смерти Глушко. (Отметим, что лучшие в мире энергетические и эксплуатационные характеристики РД-170 во многом обеспечиваются благодаря решению Каторгиным проблемы подавления высокочастотной неустойчивости горения за счет разработки антипульсационных перегородок в той же камере сгорания. — «Эксперт».) А двигатель РД-253 первой ступени для ракетоносителя «Протон»? Принятый на вооружение еще в 1965 году, он настолько совершенен, что до сих пор никем не превзойден. Именно так учил конструировать Глушко — на пределе возможного и обязательно выше среднемирового уровня. Важно помнить и другое: страна инвестировала в свое технологическое будущее. Как было в Советском Союзе? Министерство общего машиностроения, в ведении которого, в частности, находились космос и ракеты, только на НИОКР тратило 22 процента своего огромного бюджета — по всем направлениям, включая двигательное. Сегодня объем финансирования исследований намного меньше, и это говорит о многом.
— Не означает ли достижение этими ЖРД неких совершенных качеств, причем случилось это полвека назад, что ракетный двигатель с химическим источником энергии в каком-то смысле изживает себя: основные открытия сделаны и в новых поколениях ЖРД, сейчас речь идет скорее о так называемых поддерживающих инновациях?
— Безусловно нет. Жидкостные ракетные двигатели востребованы и будут востребованы еще очень долго, потому что никакая другая техника не в состоянии более надежно и экономично поднять груз с Земли и вывести его на околоземную орбиту. Они безопасны с точки зрения экологии, особенно те, что работают на жидком кислороде и керосине. Но для полетов к звездам и другим галактикам ЖРД, конечно, совсем непригодны. Масса всей метагалактики — 1056 граммов. Для того чтобы разогнаться на ЖРД хотя бы до четверти скорости света, потребуется совершенно невероятный объем топлива — 103200 граммов, так что даже думать об этом глупо. У ЖРД есть своя ниша — маршевые двигатели. На жидкостных двигателях можно разогнать носитель до второй космической скорости, долететь до Марса, и все.
— Следующий этап — ядерные ракетные двигатели?
— Конечно. Доживем ли мы еще до каких-то этапов — неизвестно, а для разработки ЯРД многое было сделано уже в советское время. Сейчас под руководством Центра Келдыша во главе с академиком Анатолием Сазоновичем Коротеевым разрабатывается так называемый транспортно-энергетический модуль. Конструкторы пришли к выводу, что можно создать менее напряженный, чем был в СССР, ядерный реактор с газовым охлаждением, который будет работать и как электростанция, и как источник энергии для плазменных двигателей при передвижении в космосе. Такой реактор проектируется сейчас в НИКИЭТ имени Н. А. Доллежаля под руководством члена-корреспондента РАН Юрия Григорьевича Драгунова. В проекте также участвует калининградское КБ «Факел», где создаются электрореактивные двигатели. Как и в советское время, не обойдется без воронежского КБ химавтоматики, где будут изготавливаться газовые турбины, компрессоры, чтобы по замкнутому контуру гонять теплоноситель — газовую смесь.
— А пока полетаем на ЖРД?
— Конечно, и мы четко видим перспективы дальнейшего развития этих двигателей. Есть задачи тактические, долгосрочные, тут предела нет: внедрение новых, более жаростойких покрытий, новых композитных материалов, уменьшение массы двигателей, повышение их надежности, упрощение схемы управления. Можно внедрить ряд элементов для более тщательного контроля за износом деталей и других процессов, происходящих в двигателе. Есть задачи стратегические: к примеру, освоение в качестве горючего сжиженного метана и ацетилена вместе с аммиаком или трехкомпонентного топлива. НПО «Энергомаш» занимается разработкой трехкомпонентного двигателя. Такой ЖРД мог бы применяться в качестве двигателя и первой, и второй ступени. На первой ступени он использует хорошо освоенные компоненты: кислород, жидкий керосин, а если добавить еще около пяти процентов водорода, то значительно увеличится удельный импульс — одна из главных энергетических характеристик двигателя, а это значит, что можно отправить в космос больше полезного груза. На первой ступени вырабатывается весь керосин с добавкой водорода, а на второй тот же самый двигатель переходит от работы на трехкомпонентном топливе на двухкомпонентное — водород и кислород.
Мы уже создали экспериментальный двигатель, правда, небольшой размерности и тягой всего около 7 тонн, провели 44 испытания, сделали натурные смесительные элементы в форсунки, в газогенераторе, в камере сгорания и выяснили, что можно сначала работать на трех компонентах, а потом плавно переходить на два. Все получается, достигается высокая полнота сгорания, но чтобы идти дальше, нужен более крупный образец, нужно дорабатывать стенды, чтобы запускать в камеру сгорания компоненты, которые мы собираемся применять в настоящем двигателе: жидкие водород и кислород, а также керосин. Думаю, это очень перспективное направление и большой шаг вперед. И надеюсь кое-что успеть сделать при жизни.
— Почему американцы, получив право на воспроизведение РД-180, не могут сделать его уже много лет?
— Американцы очень прагматичны. В 1990-х, в самом начале работы с нами, они поняли, что в энергетической области мы намного опередили их и надо у нас эти технологии перенимать. К примеру, наш двигатель РД-170 за один запуск за счет большего удельного импульса мог вывезти полезного груза на две тонны больше, чем их самый мощный F-1, что означало по тем временам 20 миллионов долларов выигрыша. Они объявили конкурс на двигатель тягой 400 тонн для своих «Атласов», который выиграл наш РД-180. Тогда американцы думали, что они начнут с нами работать, а года через четыре возьмут наши технологии и будут сами их воспроизводить. Я им сразу сказал: вы затратите больше миллиарда долларов и десять лет. Четыре года прошло, и они говорят: да, надо шесть лет. Прошли еще годы, они говорят: нет, надо еще восемь лет. Прошло уже семнадцать лет, и они ни один двигатель не воспроизвели. Им сейчас только на стендовое оборудование для этого нужны миллиарды долларов. У нас на «Энергомаше» есть стенды, где в барокамере можно испытывать тот же двигатель РД-170, мощность струи которого достигает 27 миллионов киловатт.
— Я не ослышался — 27 гигаватт? Это больше установленной мощности всех АЭС «Росатома».
— Двадцать семь гигаватт — это мощность струи, которая развивается относительно за короткое время. При испытаниях на стенде энергия струи сначала гасится в специальном бассейне, затем в трубе рассеивания диаметром 16 метров и высотой 100 метров. Чтобы построить подобный стенд, в котором помещается двигатель, создающий такую мощность, надо вложить огромные деньги. Американцы сейчас отказались от этого и берут готовое изделие. В результате мы продаем не сырье, а продукт с огромной добавленной стоимостью, в который вложен высокоинтеллектуальный труд. К сожалению, в России это редкий пример хайтек-продаж за границу в таком большом объеме. Но это доказывает, что при правильной постановке вопроса мы способны на многое.
— Борис Иванович, что надо сделать, чтобы не растерять фору, набранную советским ракетным двигателестроением? Наверное, кроме недостатка финансирования НИОКР очень болезненна и другая проблема — кадровая?
— Чтобы остаться на мировом рынке, надо все время идти вперед, создавать новую продукцию. Видимо, пока нас до конца не прижало и гром не грянул. Но государству надо осознать, что без новых разработок оно окажется на задворках мирового рынка, и сегодня, в этот переходный период, пока мы еще не доросли до нормального капитализма, в новое должно прежде всего вкладывать оно — государство. Затем можно передавать разработку для выпуска серии частной компании на условиях, выгодных и государству, и бизнесу. Не верю, что придумать разумные методы созидания нового невозможно, без них о развитии и инновациях говорить бесполезно.
Кадры есть. Я руковожу кафедрой в Московском авиационном институте, где мы готовим и двигателистов, и лазерщиков. Ребята умнющие, они хотят заниматься делом, которому учатся, но надо дать им нормальный начальный импульс, чтобы они не уходили, как сейчас многие, писать программы для распределения товаров в магазинах. Для этого надо создать соответствующую лабораторную обстановку, дать достойную зарплату. Выстроить правильную структуру взаимодействия науки и Министерства образования. Та же Академия наук решает много вопросов, связанных с кадровой подготовкой. Ведь среди действующих членов академии, членов-корреспондентов много специалистов, которые руководят высокотехнологическими предприятиями и научно-исследовательскими институтами, мощными КБ. Они прямо заинтересованы, чтобы на приписанных к их организациям кафедрах воспитывались необходимые специалисты в области техники, физики, химии, чтобы они сразу получали не просто профильного выпускника вуза, а готового специалиста с некоторым жизненным и научно-техническим опытом. Так было всегда: самые лучшие специалисты рождались в институтах и на предприятиях, где существовали образовательные кафедры. У нас на «Энергомаше» и в НПО Лавочкина работают кафедры филиала МАИ «Комета», которой я руковожу. Есть старые кадры, которые могут передать опыт молодым. Но времени осталось совсем немного, и потери будут безвозвратные: для того, чтобы просто вернуться на существующий сейчас уровень, придется затратить гораздо больше сил, чем сегодня надо для его поддержания.

Источник

 

Метки:

Полёт «всадника без головы»


Ровно 23 года назад, утром 4 июля 1989 года 19-летний сын бельгийского фермера Вим де Лар мирно сидел на веранде дома своего отца в деревеньке Кооихем, пока ему на голову не упал советский истребитель МиГ-23М.

Приехавшая полиция долго ничего не могла понять. Откуда в в 15-ти километрах от бельгийско-французской границы, которую от СССР отделяет более 1000 километров и половина Европы мог взяться самолет с красными звездами на крыльях? Да еще и без пилота, поскольку в обломках истребителя не обнаружили никаких других тел, кроме тела несчастного Вим де Лара.
А пилота там и не могло быть – он катапультировался за 900 километров от места трагедии, в районе польского города Колобжег на берегу Балтийского моря.

4 июля 1989 года с аэродрома одной из авиачастей Северной советских группы войск в районе Колобжега поднялся в воздух истребитель МиГ-23М, пилотируемый летчиком 1-го класса полковником Николаем Скуридиным (общий налет более 1700 часов, в том числе на МиГ-23 – 527 часов). Хотя это и хороший налет, но Скуридин был не строевым лётчиком а начальником политотдела 239-й истребительной авиадивизии (замполиты в советской авиации для поддержания лётной квалификации тоже должны были самостоятельно налетать определенное количество часов).

Это был второй его полёт в тот день и всё шло нормально до определенной высоты, пока пилот не услышал хлопок в левом воздухозаборнике. Одновременно с хлопком резко упала скорость самолета и пропал шум мотора. Все это говорило об остановке двигателя и пилот поступил так, как предписывает поступать в таких случаях инструкция – он повернул истребитель в сторону моря и катапультировался.

Уже в воздухе, опускаясь на парашюте, Скуридинов увидел, что за турбиной снижающегося самолёта тянется чёрный дым. Над морем советские локаторы истребитель потеряли, а вылетевшие вслед за ним перехватчики аварийную машину не обнаружили. Решив, что самолёт упал в море все успокоились и занялись написанием рапортов.
А дальше произошло то, что впоследствии сами авиаторы назовут уникальным явлением: через 6 секунд после катапультирования пилота из-за изменения центровки самолёт прекратил снижение, а его двигатель начал увеличивать обороты. И МиГ продолжил полёт, набирая высоту в автоматическом режиме (автопилот продолжал работать) строго по заданному курсу.

Система опознавания «Я — свой» тоже оставалась включённой, потому Службы ПВО Польши и ГДР отнеслись к появлению на своих радарах советского самолета спокойно и проводили его до того момента, пока МиГ пройдя всю Восточную Германию не вышел на границу с ФРГ.

Позже представители западногерманской ПВО будут утверждать, что засекли советский самолёт и вели его с самой своей границы. Однако истребители бундесвера поднялись в воздух и попытались настичь МиГ когда он уже пересёк голландскую границу. И лишь пара американских истребителей F-15, поднявшихся с голландской базы Сустерберг на его перехват, настигла советский самолет. Подойдя вплотную к краснозвёздной машине, американские лётчики ее внимательно рассмотрели и отправили на командный пункт сообщение: «В кабине никого нет». Приказа сбить странную машину отдать никто не решился – как Советский Союз к этому отнесется неизвестно (а может в СССР очень любят именно этот МиГ и начнется война?) и к тому же полет уже проходил над густонаселенными районами Нидерландов и Бельгии. И тогда натовцы решили не делать ничего – авось МиГ израсходовав горючее сам потихоньку дотянет до Ла-Манша и сам добровольно упадет в море.
Но он упал точнесенько на голову бедного Вим де Лара – к несчастью для него и к великому счастью для Москвы. Дело в том что именно в этот день, 4 июля 1989 года, состоялся визит Михаила Горбачева во Францию и дотяни МиГ еще 15 километров до французской территории, скандал получился бы неописуемый!
А так шум удалось замять. СССР выразил семье погибшего бельгийца соболезнование и тихо выплатил ей 800 тысяч долларов компенсации. «Мы едва избежали непостижимой катастрофы. Трудно представить, что могло случиться, упади самолет на промышленные кварталы Лилля», — облегченно вздохнул министр внутренних дел Бельгии Льюис Тоббэк и выразил молчаливое желание забыть эту историю. Все без исключения чиновники натовских стран это желание молчаливо поддержали.

И забыли. Причем о Матиасе Русте, приземлившему свою «Сесну» у стен Кремля 28 мая 1987 года слышали почти все и советскую ПВО за это не ругал только ленивый, а вот про полёт «всадника без головы» МиГ-23М (бортовой номер 29) 4 июля 1989 года через всю Европу помнят немногие, как почти никто и не ругает в связи с этим натовскую ПВО.

А ведь неуправляемый полёт МиГа наглядно показал, что система ПВО НАТО оказалась тогда тоже «не на высоте». Ведь после пересечения «железного занавеса» полёт МиГ проходил над западногерманскими, американскими и британскими группировками войск, их системами ПВО и аэродромами с истребителями. Однако прервать полёт советского самолёта натовцы так и не решились (или не смогли).

Источник

 

Метки:

Бронислав Омеличев: «История не простит непродуманных решений»


Беседа с генерал-полковником в отставке, бывшим первым заместителем начальника Генерального штаба Вооруженных Сил СССР.
— Уважаемый Бронислав Александрович, почти вся ваша служба прошла в Вооруженных Силах СССР. Сегодня среди определенной части российского общества стало едва ли не признаком хорошего тона огульно чернить наше прошлое, особенно – советский период истории. Достается и Советской армии, той, которую в популярной песне называли «непобедимая и легендарная». Какой же была наша армия?
— Я служил в Вооруженных силах 42 года. Командовал взводом, ротой, полком, дивизией, армией, был начальником штаба Ленинградского военного округа, занимал должности начальника Главного оперативного управления Генерального штаба и первого заместителя начальника Генерального штаба. И все эти годы я, мои подчиненные, начальники самого высокого ранга – все мы были абсолютно уверены в том, что, если потребуется, Вооруженные силы Советского Союза способны выполнить те задачи, которые поставлены перед ними, способны защитить рубежи страны, независимость народа в любой момент и в любой ситуации.

— А есть ли такая уверенность сегодня?
— Часто бываю среди коллег и задаю им такой же вопрос: скажи, пожалуйста, ты уверен в том, что, если потребуется сегодня, если возникнет какой-то серьезный региональный конфликт, способны ли Вооруженные силы защитить рубежи страны, не допустить вторжения? Такой уверенности у большинства руководителей моего ранга, на мой взгляд, к сожалению, нет. И это нас, ветеранов, очень беспокоит.
— Но ведь и Советскую армию много критикуют…
— Критикуют те, кто плохо знает или плохо помнит, какой она была. Мы четко представляли себе, что одна только сухопутная группировка наших войск в Германии такова, что держит в напряжении все войска НАТО в Европе. А ведь войска дислоцировались еще и в Венгрии, Чехословакии, Польше, это не учитывая сил и средств внутри округов. Войска были боеготовые, укомплектованные, обученные, обеспеченные новейшей техникой и вооружением, с хорошо отлаженной системой управления. Шанса победить Варшавский договор в военном столкновении у НАТО не было никогда. И никакого применения ядерного оружия для разгрома противника нам не требовалось.
Неслучайно была прописана четкая политическая линия: никогда не применять ядерное оружие первыми. Сегодня у нас нет такого потенциала в сфере обычных вооружений, и правильно, что нынешняя военная доктрина предусматривает возможность принять решение о применении ядерного оружия при возникновении серьезных угроз для России.
— Однако, как нас уверяют, армию нужно было сокращать. Чиновников в РФ, правда, стало в два раза больше, чем в СССР…
— Армию, конечно, нужно было сокращать, но что получается на деле? Увольняем офицеров, ломаем все структуры, которые являются обеспечивающими, не понимая того, что без этих структур воевать нельзя. В результате из хорошего большого мы получили что-то маленькое и непонятное.
— Бывший министр финансов Кудрин все денег на армию жалел. Сегодня, когда он отчетливо проявил себя как «оранжевый» деятель, стала понятна и его политика в отношении Вооруженных сил.
— В лучшем случае, это можно оценить как непонимание первостепенной задачи, а в худшем — это действия, будем так говорить, с какого-то другого голоса. Поздно будет вкладывать деньги в армию завтра, если завтра начнется война. Надо вкладывать сегодня, чтобы мы могли защитить Родину.
– Вспомним историю: в 1812 году Наполеон, притом что раньше других драпанул в Париж, тем не менее, создал такие условия, что из России вышло около двух тысяч офицеров — от лейтенанта до генерала и почти 15 тысяч унтер-офицеров. То есть Наполеон сохранил костяк командных кадров, что позволило ему быстро восстановить армию и уже в 1813 году дать сражение объединенным силам союзников под Лейпцигом в так называемой «Битве народов». С ним еще два года пришлось воевать.
— Правильно, а теперь вы вспоминайте, как выводили наши группы войск из бывших соцстран.
— Это было похоже на бегство.
— Я до сих пор не могу понять, каким словом это можно назвать. Вывод войск, особенно нашей основной группировки в ГДР, был осуществлен, мягко говоря, неорганизованно. С мнением специалистов Генштаба в Кремле считаться тогда не хотели. Немцы готовы были пойти на огромнейшие уступки – даже на то, чтобы оставить часть нашей группировки в восточных районах Германии на длительное время. Даже американцы против этого не возражали. Мы до сих пор могли бы там присутствовать. Нам шли навстречу и в экономическом плане, выходили с конкретными предложениями. Но Горбачев на все эти предложения никак не отреагировал. Он все сдал. Я говорил, какие там были первоклассные дивизии, а их вместе с техникой выводили куда-то за Урал, в лес… И там бросали практически на произвол судьбы. А ведь оборудованных военных городков на территории России было достаточно, чтобы выводимые войска минимально обеспечить.
– А сейчас — срыв оборонзаказа. Вы понимаете, вообще, что происходит? Как это может быть сорван гособоронзаказ?
— Мне кажется, что срыв оборонзаказа — это какой-то политический момент. И мне бы не хотелось его комментировать.
— Следствие какой-то политической борьбы…
— Да. Я вот не могу понять, как так? Если, скажем, министерство обороны цена не устраивает, то министерство обороны — министр конкретно, как мне представляется, докладывает Верховному Главнокомандующему: не буду и не могу размещать заказы, потому что их стоимость превышает ту, которую мои аналитики рассчитали. А министерство молчит. Значит, в нашу армию вооружение не поступает, зато поступает в вооруженные силы наших вероятных противников. Ну, как это расценивать? Есть же Верховный Главнокомандующий, который должен твердо сказать промышленникам: или вы за такую вот цену будете поставлять технику вооруженным силам России, или завтра отберем у вас лицензии. Кто-то же должен принять решение. Ну, нельзя дальше терпеть такое положение.
— Собственно говоря, есть ли у власти более важная задача, чем укреплять обороноспособность государства, боеспособность и боеготовность своих вооруженных сил?
— Вооруженные силы, армия и существуют для того, чтобы выполнить задачи, которые исторически ставятся перед вооруженными силами любого государства – защитить суверенитет и государственную целостность. Кстати, в нашей Конституции сказано: «Защита Отечества является священным долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации». А гражданами являются и президент, и председатель правительства, и депутаты Госдумы…
— Киссинджер сказал: глупец тот, кто не слышит барабанов войны.
— Это правильная постановка вопроса. Наши государственные руководители обязаны прогнозировать возможное развитие ситуации на 10 – 15 лет вперед.
— Очень похоже, что эти вопросы встанут раньше…
— И руководство страны, и руководство Вооруженных сил не отрицают опасностей, которые возникают то в одном, то в другом регионе мира. Внешнеполитическая ситуация сегодня такова, что стали говорить о войне на юге. Не исключаю, что пройдет какое-то время и будут говорить о войне на востоке, на юго-востоке. И ведь мы уже проходили это. После вооруженного конфликта на острове Даманский за 15 лет на востоке была создана мощная военная группировка. Сейчас эта группировка сильно ослаблена, да и усилить ее в случае необходимости практически нечем, до Урала больше войск нет.
— Что мешает?
— Причин много.Сошлюсь на один пример. В наше время главным органом, который, будем так говорить, занимался вопросами защиты Отечества, был Совет обороны. В него в обязательном порядке входили министр обороны, начальник Генерального штаба и все главкомы видов вооруженных сил. Все документы по обороноспособности страны, которые выносились на Совет обороны, разрабатывались в Генеральном штабе.
В Совет входили председатель правительства, председатель КГБ, министр иностранных дел – в общем, солидная организация. И когда решался вопрос, связанный с обороноспособностью государства, его решали профессионалы. Сегодня в Совете безопасности нет ни одного профессионального военного! Министра обороны, при всем уважении, военным профессионалом назвать не могу. И поэтому мне кажется, что у нас нет сегодня такого органа, который вплотную мог бы заняться защитой военных интересов государства.
— Ну, не будем заострять…
— Не могу не заострять! У нынешнего Совета безопасности очень широкий круг задач: и экономическая безопасность, и экологическая, и ядерная и т.д. Но мы только что говорили, что святая святых — это военная безопасность. Так кто же этой безопасностью в нашем Совете занимается?
— Выходит, и спросить не с кого?
— Чем хороша была наша старая структура? Она строилась на высочайшей ответственности. Я всегда вспоминаю своего учителя маршала Сергея Федоровича Ахромеева. Бывало, он собирал нас и говорил: знаете что, ведь от нас с вами зависит, что дальше будет с Вооруженными силами, и с каждого история рано или поздно спросит. С кого сегодня спросит история?
Я не участник реформирования ни страны, ни Вооруженных сил, и считаю, что не дело армии вмешиваться во внутриполитические процессы. Но душа болит, потому что всего себя отдал службе в армии. Закончил 10 классов, надел погоны и снял их в 60 лет. Государство меня учило: я закончил академию имени Фрунзе, закончил академию Генерального штаба, — государство доверяло мне ответственные должности, и ответственность я должен был нести большую. И мы не уходили от ответственности.
Сейчас очень многие считают себя профессионалами в военной области. У нас, мол, есть ядерное оружие и, если мы неспособны будем решить задачу силами общего назначения, то мы решим эту задачу возможным применением ядерного вооружения. Это очень опасный путь. С момента создания ядерных сил они являлись и являются сдерживающим фактором, который не позволял противостоящей стороне даже пытаться применить это оружие против нас. Надо четко понимать: если в современных условиях ты применишь ядерное оружие, то немедленно получишь такой же ответ. Если мы хотим развязать ядерную бойню, где вообще не будет ни побежденных, ни победителей, – тогда да, применяй. Но считаю, что и у наших руководителей, и у руководителей других мировых держав хватит разума воздержаться от применения ядерного оружия. Поэтому надо исходить из того, что в государстве должны быть вооруженные силы, которые способны общими силами – сухопутными, военно-воздушными, морскими группировками – защитить интересы страны, то есть выполнить ту задачу, ради которой они и содержатся. Но получается так: расходуем много средств, а что имеем на выходе? Шила в мешке не утаишь, и если говорить о сравнении советских Вооруженных сил с нынешней российской армией, то тут, извините, сравнивать пока нечего. Увы!
— То есть, произошло снижения общего уровня выучки войск? Какая тут главная причина?
— Оно и не могло не произойти. Ведь как растет зрелость офицера? Генералом никто не рождается. Ваш покорный слуга девять лет откомандовал взводом и ротой. Девять годков, значит, бегал за солдатиками. Но командуешь ротой – постиг роту, командуешь батальоном – постиг батальон и т.д. Сегодня, похоже, такого понятия, как взвод и рота в том понимании, какое было раньше, нет вообще. А ведь для того, чтобы «дозреть» до уровня, который позволяет мыслить оперативно, надо покомандовать полком, побыть начальником штаба дивизии, покомандовать дивизией, армией… Сейчас дивизии нет, армии – тоже. Армейские управления, не знаю сколько, еще остались.
— И это несмотря на широко разрекламированную реформу Вооруженных сил? Хотя некоторые государственные деятели уже успели сделать громкие заявления о том, что, дескать, все «реформации» завершены успешно. Правда, однажды начальник Генерального штаба генерал Макаров признался, что реформы были не совсем хорошо продуманы…
— Само слово «реформа» предполагает такие мероприятия, которые значительно улучшат ту или иную структуру. Я так понимаю: руководство и страны, и Вооруженных сил хотело сделать что-то лучшее, чем было. Но вначале четко планируется, когда начать реформу, когда закончить, по каким этапам она должна проходить и что в конце мы должны иметь.
Генерал Макаров достаточно долго служит в Вооруженных силах, он настоящий военный профессионал, значит, должен знать, что ожидалось получить в результате реформы. Ну, не может реформа идти 20 лет подряд, бесконечных реформ не бывает. На вопрос — что мы хотим получить в результате реформы? — сейчас для меня ответа конкретного нет.
Реформа, к великому сожалению, свелась к тому, чтобы беспощадно сократили офицерский состав. Очень долго офицерский состав обманывали самым настоящим образом, а офицеры – люди обязательные, они привыкли, что, если ему старший руководитель что-то пообещал, то он это обязательно сделает. Обещания идут, практических дел – нет. Естественно, среди офицерского состава и по сей день существует недовольство службой, потому что нет четкого понимания того, что ждет человека в конце службы и как пойдет эта служба.
— Но сейчас офицерам существенно подняли зарплату.
— И зарплату подняли, и пенсии. В конце концов, руководство страны и Вооруженных сил прозрело. Если бы они не сделали и этого шага, деградация офицерского корпуса продолжилась бы. Когда-то моя зарплата – денежное содержание по-военному, скажем, и лейтенанта, и генерал-полковника давала мне возможность жить достойно.
— Существует сейчас еще и система премиальных.
— Я категорически против любых премиальных денег. Представьте себе: вам дали премию, а мне нет. При всех прочих равных условиях. И я задаюсь вопросом: почему? У нас когда-то был один принцип поощрения: хорошо закончил проверку офицер — вот тебе ценный подарок: часы, электробритва, приемник. Кого-то награждали орденами, медалями. Кому-то присваивали внеочередное воинское звание. Сильные были стимулы. Но — моральные. А премиальные? Сегодня часто срабатывает фактор субъективизма, что вносит раскол в офицерский коллектив, соответственно, и общее отношение к службе не улучшается.
Или взять квартирный вопрос. К 2010 году обещали обеспечить всех офицеров жильем, к 11-му обещали, к 12-му обещали, но я уверен, что и к 15-му не выполнят эти обещания. А где строит дома министерство обороны или их покупает? Да там, где никто не хочет жить. Понастроят домов, а там нет ни школ, ни детских садов, и никто туда не едет. Квартиры пустуют годами. Это разве решение вопроса?
— Но ведь структурные изменения все-таки произошли. Вместо дивизий появились бригады. Вот только техника и вооружение остались, преимущественно, старые. Естественно, боевые возможности новых формирований существенно снизились, а задачи остались не менее сложными.
— По-моему, когда принимали решение о расформировании дивизий и создании бригад, на вопросы, о которых вы говорите, никто не обращал никакого внимания. Просто механически сделали так. Одной из причин называлось то, что дивизия – чересчур большой военный организм, ею сложно управлять, бригада более мобильна, значит, легче управляема и т.д. Так ведь управлять сложно любым коллективом, этому надо постоянно учиться. Бригада, конечно, больше полка, но и по огневым возможностям, и по маневру значительно уступает дивизии.
Дивизия – это такая структура, которая была испытана огромным опытом войн, особенно — Великой Отечественной. Наша дивизия имела возможность применять тактическое ядерное оружие. Это была единица, способная самостоятельно вести бой в течение трех-четырех дней, обеспечивая себя материальными средствами. Она могла вести бой на двух-трех самостоятельных направлениях, полк — на одном. А бригаду не разделить.
Я три года командовал полнокровной дивизией. И четко себе представлял, что, получив боевой сигнал, дивизия выйдет туда, куда ей будет приказано, и в течение трех-четырех суток будет вести бой. Части были обучены действовать в любой обстановке, днем и ночью, используя возимый комплект горючего, боеприпасов и других материальных средств. Ведь в ходе боевых действий требуется подать боеприпасы, горючее, увезти раненых, заправить технику. Кто будет это делать сегодня? В бригаде таких средств нет. Да и в целом в Вооруженных силах они практически ликвидированы.
— Что, армейского тыла нет? Как же воевать?
— Боеприпасов и горючего бригаде хватит не больше, чем на двое суток. Кто подвезет припасы, не знаю. Через двое суток бригада перестанет воевать.
— Кому подчиняются бригады?
— В большинстве своем, по моим данным,бригады напрямую подчиняются командующему войсками округа.
— Но будет ли такая система дееспособной? Как командующий округом может управлять каждой бригадой?
— Видимо, управляет… Не знаю, какова схема управления. Но не зря говорят, что новое — это хорошо забытое старое. В моем родном Ленинградском военном округе возрождают армейское управление, которое ранее существовало наряду с двумя корпусными, и все наши 12 дивизий входили то ли в состав армии, то ли в состав корпуса. Потом все эти дивизии были расформированы, даже та, которая дислоцировалась на норвежской границе, что проходит по северу, по Кольскому полуострову. Сделали там бригаду. А Норвегия – член НАТО. И уж коль мы заговорили об управлении, то давно известно, что самое обученное и хорошо вооруженное войско, если оно неуправляемо, на поле боя превращается в толпу. В наше время большое значение придавалось управлению войсками. Начиная с батальона, проводились командно-штабные тренировки. Командир должен чувствовать своих подчиненных, подчиненные должны понимать командира. И так – до самих верхов, до Генерального штаба. Думаю, что сейчас и понятия такого, как командно-штабная тренировка, не осталось.
— После пятидневной операции в Грузии в 2008 году, где, вроде бы, наши войска проявили себя неплохо, вдруг объявили, что войска не соответствовали в ходе этой войны своим задачам, поэтому нам нужна военная реформа.
— Война с Грузией — это очень громко сказано. Конфликт! Реформа шла и до того. Но именно этот конфликт показал военным, что не в ту сторону они реформу ведут.
— Говорят, тогда Генштаб по мобильным телефонам с войсками общался.
— Была потеряна оперативность управления, и на самом верху опоздали с принятием решения – это раз. Кинулись, а управлять нечем – это два. Все существующие на тот момент средства связи были или подавлены, или не способны выполнять задачи. И правильно вы говорите, началось управление по мобильным телефонам. Конечно, это не может никому понравиться, и надо было сделать какие-то выводы. Но один вывод я делаю уже сегодня: люди воевали так, как их научили. Они не щадили себя, они выполняли боевые задачи, не жалея своей жизни, а для того, чтобы выполнять эти задачи с меньшими потерями, нужно умно ими руководить, — вот этого и не хватило. Реформирование надо было начинать, основываясь на таких выводах, и руководить реформой должны настоящие военные профессионалы, в том числе и военный министр обороны.
— Но в других странах на должность министра обороны назначают и штатских, в той же Америке, например. В чем разница?
— Разница в одном – исторически сложилось так, что в России министерством обороны руководил военный министр. В Соединенных Штатах Америки исторически сложилось по-другому. Да, у них министр обороны – гражданский человек, но он и не вникает в суть военного строительства, развития и вооружения армии, для этого существует комитет начальников штабов, возглавляемый председателем. Это военные профессионалы высочайшей пробы, а министр занимается политикой – решением вопросов финансирования вооруженных сил и не более того. У нас разве так? У нас разве начальник Генерального штаба руководит Вооруженными силами? А Генеральный штаб – это мощь, это средоточие разумных, подготовленных людей, которые постоянно отслеживают и анализируют ситуацию, контролируют развитие Вооруженных сил. Если бы сегодня дело было поставлено так, то, может быть, и реформа шла иначе.
Штатский министр, будь он хоть семи пядей во лбу, не знает основополагающих принципов жизни, быта, строительства и перспектив развития Вооруженных сил, и не может этого знать. Жуков, Малиновский, Гречко, Устинов и все другие министры – это были военные люди, выросшие с низов и хорошо знавшие, чем живут Вооруженные силы.
— Что происходит с системой военного образования?
— Наше подражание западным образцам в плане подготовки офицерского состава, особенно американским, сломало всю систему отечественного военного образования. Не может не профессионал возглавлять подготовку кадров для Вооруженных Сил. У нас главное управление кадров возглавлял заместитель министра обороны, член коллегии министерства обороны, человек, который лет 35-40 служил в войсках. Он знал, как надо готовить офицеров, и, исходя из этого, выстраивал систему подготовки кадров. Сейчас подготовкой военных кадров руководит женщина…
— То есть, и здесь наворотят дел, а потом придется опять возвращаться к прошлому.
— Уже наворотили. Система подготовки кадров для Вооруженных сил нарушена. У нас доходит до того, что заканчивают лейтенанты военное училище, а им места найти не могут. Приходят в войска, им вместо офицерских должностей предлагают сержантские. Для меня – это трагедия. Что же это за дела такие?! Вы сначала просчитайте, сколько нужно офицеров, каких категорий. Столько и готовьте.
В свое время мы гордились своим военным образованием. Бывая по долгу службы за рубежом в Канаде, Англии, Швеции и других странах, я всюду слышал только восхищение системой подготовки офицерских кадров Советской армии. Нашу систему считали лучшей в мире. За границей мы никогда не чувствовали себя ущербными. Наоборот, всегда знали, что наших знаний достаточно, чтобы с честью представлять российских офицеров в любом коллективе.
— Стоило ли вводить систему контрактной службы, идти на огромные дополнительные расходы, если наша армия и до того была процентов на 30 профессиональная: офицеры, прапорщики, сверхсрочники – это ведь всё контрактники. И здесь – бездумное подражание Западу, как и переход на бригадную систему?
— Да, армия на 30-35% состояла из профессионалов. Первый же серьезный конфликт все вернет на круги своя. Не приживется бригадная система, не приживется…
– Опять придется платить большой кровью?..
— Что тут сказать? Трудно объяснить нашим руководители, что этой системой мы не решаем главной задачи и, мне представляется, что очень скоро будут возвращаться снова к дивизионной системе. История не простит нам сегодняшних решений, не простит.
— Ощущение такое, что все идет к войне. Дадут ли нам время на эту военную «перестройку»? Восемь лет мирного развития дадут? Только к 2020 году нам обещают все – и перевооружение, и современную технику.
– Так ведь нам уже пять лет это обещают. Давайте вернемся к выступлениям наших руководителей и там найдем: к 2013 году поставить 70% новой техники. Сейчас эти же 70% хотят поставить уже к 2020-му.
— Чем же руководствуются разработчики реформы?
— Я не знаю, чем они руководствуются. Основным разработчиком военной реформы должен быть Генеральный штаб при активной поддержке Верховного Главнокомандующего и правительства. Повторяю, главную роль в реформе должен играть Генеральный штаб, и к его мнению должны прислушиваться. У нас получается наоборот. Все, кто угодно, кто не несет никакой ответственности, участвуют в принятии решений по военной реформе.
— Как-то даже некорректно сравнивать Вооруженные силы России с объединенными силами НАТО – сравнение, конечно, будет явно не в нашу пользу. Может ли противовесом НАТО стать ОДКБ, как вы считаете?
— ОДКБ надо развивать. Надо, чтобы в эту организацию входили вооруженные группировки от каждой страны, способные выполнять поставленные перед ними задачи. Если формально есть такое объединение, то оно должно быть наполнено конкретными войсками. К великому сожалению, сегодня войск, которые бы решили какую-то серьезную задачу, в ОДКБ нет, а у НАТО есть. ОДКБ — это не Варшавский Договор с его мощными группировками.
— Но вот недавно в связи с сирийскими событиями в одной американской газете появилась публикация, автор которой, журналист и военный аналитик, утверждает, что Россия готова к мировой войне, если она начнется на юго-востоке. Как вы прокомментируете этот вывод?
— Я не могу комментировать этого автора, так как не знаю, что он взял за основу, говоря о готовности России к мировой войне. Но скажу: если будет совершена агрессия против России, то Россия, естественно, готова ли она или нет, защищать свою территорию будет. Она будет воевать. Но для этого надо наращивать боевую мощь армии и флота.
Силы общего назначения в России чрезвычайно слабы. И надо развивать все их составляющие: и сухопутную группировку, и военно-морскую, и военно-воздушную. Сейчас много говорят о том, что время проведения крупных сухопутных операций прошло. Что сейчас применение высокоточного оружия — это главное, и в этом плане возрастает в разы роль военно-воздушных сил. Я не возражаю. Действительно, можно вывести из строя пункты управления, какие-то стратегические объекты, заводы и т.д., но если территория остается в руках того государства, против которого воюешь, то надо сначала разбить его группировку или хотя бы выбросить ее за границы своего государства. Одной авиацией этого не сделать, сколько ни бросай высокоточного оружия.
Меня удивляют некоторые решения, которые принимаются нашим военным руководством, в том числе, и руководством Генерального штаба, и Главного штаба ВВС. Например: давайте всю авиацию поставим на нескольких крупных авиационных базах. Это притом что мы только что говорили о наличии высокоточного оружия у наших вероятных противников. Еще опыт Великой Отечественной войны показал, что в особый период авиация с основных аэродромов базирования должна перелетать на аэродромы рассредоточения, где должны быть подготовлены взлетные полосы, запасы горючего, боеприпасов. В этом случае с развязыванием агрессии какая-то часть авиации останется боеготовой. В наше время именно с этим расчетом мы развивали аэродромную сеть. А если всю авиацию сосредоточить на трех-четырех базах, то, вне всякого сомнения, именно по этим базам ударят, и кто тогда полетит?
— В общем, куда ни кинь, везде клин!
— Сегодня о войне заговорили даже наши противники. Больно и обидно будет, если опять прольется много русской крови. Армия должна быть способна выполнить те задачи, ради которых и существует. По большому счету, армия предназначена для одной единственной цели – защиты любыми способами территориальной целостности государства от посягательств внешнего врага. Если она не готова к этому, значит, впустую деньги тратим. Ну, скажите, есть в этом логика? Сегодня наши Вооруженные силы, на мой взгляд, не способны полностью решить эту главную задачу – защитить рубежи страны.
Беседу вели Валерий Панов и Алексей Тимофеев

Источник

 

Метки:

ОПЕРАЦИИ ИСПАНСКОЙ РАЗВЕДКИ В ВЕНЕСУЭЛЕ ПОД КОНТРОЛЕМ ЦРУ И ПЕНТАГОНА


Приезд в Венесуэлу якобы отставного испанского генерала Висенте Диаса де Вильегаса в качестве рядового туриста с самого начала вызвал подозрения у сотрудников Боливарианской службы национальной разведки (Cebin). Во въездной анкете гость указал, что целью его пребывания в стране является «туризм», в графе «профессия» отметил — «журналист». Поселился генерал в отеле «Alba», который когда-то назывался «Хилтоном», но после национализации стал использоваться правительством для приёма дружественных иностранных делегаций и проведения лево-патриотических мероприятий.

Генерал, который ещё со времён генералиссимуса Франко ненавидел всё, что связано с «красными», оказался в эпицентре политической жизни Венесуэлы. Однако он всячески демонстрировал, что прибыл в страну для отдыха и – попутно – за впечатлениями для статей, которые изредка публикует на страницах консервативного издания «La Gaceta».

Сотрудники Cebin знали, что Диас де Вильегас уже побывал в Венесуэле в октябре 2011 года. Тогда он тесно общался с послом и военным атташе Испании. Конечно, возникли вопросы. Почему он не выбрал для отдыха какую-то другую, более спокойную и комфортабельную страну? Кто организовал ему эти поездки в Венесуэлу? Какие реальные, а не легендированные задачи поставлены перед генералом? И самое главное: кем они поставлены? Почему, почувствовав внимание к своей персоне, генерал в ряде случаев умело уходил от наружного наблюдения?
Есть смысл подробнее изложить биографию Диаса де Вильегаса. Он родился в 1948 году, в семье, где мужчины традиционно посвящали себя военной службе. Вступил в Иностранный легион, участвовал в карательных операциях в Испанской Сахаре. В 70-80 гг. Диас де Вильегас работал в военной разведке и имел особые контакты с коллегами из РУМО США. Шлифовал своё военноё образование в учебном центре Генерального штаба и в натовском Defense College. Среди миссий, в которых пришлось участвовать испанцу, можно выделить: проведение комплексных мероприятий по антитеррористической защите Пиренейского полуострова; участие в натовских операциях в Боснии-Герцеговине и Косове, чем, кстати, объясняется его «нелюбовь» к сербам. Нельзя не упомянуть, что Диас де Вильегас возглавлял испанскую группу связи в штабе Центрального командования (USCENTCOM), который находится в городе Тампа (штат Флорида). Его работа по обеспечению взаимодействия испанских частей с американцами в Афганистане и Ираке получила высокую оценку Пентагона. В 2010 году генерал получил назначение в Службу военной разведки. Направление его работы засекречено, но есть все основания полагать, что он является координатором разведывательно-подрывных операций Испании против Венесуэлы. Его поездки в эту страну носили рекогносцировочный характер, но только ли?

Венесуэльские СМИ уделили много внимания специфическому интересу генерала к проблеме, которая формулируется так: «Эвакуации сограждан из стран в ситуации кризиса». В чём дело? Неужели Венесуэла рассматривается в разведывательных кругах Испании как потенциально опасное место, из которого в ближайшем будущем предстоит эвакуировать испанцев? Как тут не вспомнить, что Генштаб Испании проводил для натовских офицеров учения по «наведению порядка» в «нефтяной стране Южной Америки». Сценарий не слишком оригинальный: в «стране» возникли беспорядки, «диктаторский режим» пытается подавить их силой, гуманитарная катастрофа неминуема, и только коалиционные силы (НАТО) могут обеспечить стабилизацию и нормализацию.

Сейчас в Венесуэле относительно спокойно, несмотря на приближающиеся президентские выборы 7 октября. Однако прогнозы о том, что ситуация скоро изменится, звучат всё чаще. Десять лет назад, в апреле 2002 года, заговор против Уго Чавеса провалился, но североамериканские спецслужбы провели надлежащий «разбор полётов», сделали выводы, перегруппировались, модернизировали сценарии. Посольство США в Каракасе остаётся главным оперативным центром по дестабилизации Венесуэлы. Многие его сотрудники, включая временного поверенного в делах Джеймса Дерхама, кадрового разведчика, ведут подготовку к решающей схватке, чтобы раз и навсегда покончить с «популистским режимом» и Чавесом.

В этих условиях спецслужбы США по максимуму мобилизуют оперативно-разведывательные возможности своих союзников. Разведчики, действующие в посольствах стран НАТО в Каракасе, работают под американскую диктовку. В той или иной форме инструкциями Госдепартамента и «вопросниками ЦРУ» руководствуются сотрудники посольств Канады, Мексики и стран Центральной Америки (кроме Никарагуа). Как идеологического противника, подающего негативный пример латиноамериканцам, воспринимают Боливарианскую Венесуэлу неолиберальные правительства Чили и Колумбии. На платформе «античавизма» и «восстановления демократии» они готовы к совместным акциям с Соединёнными Штатами. Впрочем, президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос отказался от антивенесуэльской риторики и провокаций, которые использовал его предшественник Альваро Урибе, и пытается выстроить отношения с соседом. Однако колумбийская олигархия, военное руководство, новое поколение главарей наркомафии, которое во многом «подотчётно» ДЕА и ЦРУ, к боливарианской Венесуэле относятся враждебно. Они готовы участвовать в любой авантюре, планируемой Вашингтоном.

Испанская колония считается самой влиятельной в Венесуэле. Бизнесмены, банкиры, промышленники, владельцы телеканалов и влиятельных СМИ — многие из них саботируют боливарианский проект Чавеса и те социальные программы, которые в законодательном порядке по инициативе президента введены в стране. В 2002 году посольство Испании активно помогало заговорщикам, получая от них под эту «помощь» гарантии на предоставление различных льгот для испанских предпринимателей и финансистов «в Венесуэле без Чавеса». О степени вовлечённости Испании в тот заговор можно судить по факту изготовления в одной из специализированных мастерских Мадрида президентской ленты для руководителя заговорщиков Педро Кармоны.

Уроки из ошибок прошлого извлечены, нынешнее испанское правительство воздерживается от явной поддержки оппозиции. Упор делается на использование ресурса межгосударственных контактов, организацию акций «плюралистического характера», которые обеспечивают оппозиции свободу слова, пропаганды, критических выпадов в адрес «режима» с испанской площадки. Без каких-либо ограничений подключены СМИ Испании, в том числе агентство EFE. Среди журналистов, специализирующихся на «античавистской тематике», заметно выделяется корреспондентка газеты ABC Ludmila Vinogradoff (именно так она подписывает свои статьи). Её принципиальное сведение счетов с «красными» объяснимо: родители (отец – китаец, мать – русская) бежали после Второй мировой войны из Харбина. Ludmila ведёт свою собственную войну против Чавеса, и через неё чаще всего запускаются дестабилизационные кампании в СМИ. Последняя из них — о «скорой смерти Чавеса» — всё ещё продолжается. Назначаемые Vinogradoff сроки проходят, а Чавес, вопреки всем чёрным предсказаниям, «живее всех живых». В январе он энергично отчитался в Национальной ассамблее о работе правительства в 2011 году, а в июле самым активным образом начал свою предвыборную кампанию.

В правящих кругах Испании Чавес воспринимается как «недружественный политик». По этой причине правительство Мариано Рахоя оказывает поддержку Энрике Каприлесу, кандидату от оппозиции. После первой «консультативной встречи» с ним в Биаррице, на юге Франции, испанские эмиссары регулярно обсуждают с его доверенными лицами задачи взаимодействия. Большое значение придаётся привлечению «знаковых фигур европейской демократии», поскольку Каприлес нуждается в укреплении имиджа на международной арене. Диас де Вильегас тоже выступил в роли эмиссара, совершил поездку в город Валенсия для встречи с представителями команды Каприлеса, включая шефа его охраны. Засветился генерал в последний день своего пребывания в Венесуэле. Когда он вышел из отеля, чтобы отправиться в аэропорт, к нему (по версии генерала, рассказанной позднее в Мадриде) приблизились двое, представились членами ETA (баскской националистической организации) и предупредили, что «следят» за его передвижениями в Венесуэле и «оставили в живых только потому, что ETA заключила перемирие с испанским правительством».

Инцидент не остался без последствий. В аэропорту Майкетия генералу пришлось провести с сотрудниками Cebin несколько часов. Его компьютер, мобильник, документы и багаж были временно изъяты. На вопрос, чем вызваны его визиты в Венесуэлу, генерал ответил, что «совершает туристические поездки на средства близкого друга с обязательством готовить аналитические отчёты о перспективах для испанского авиастроительного бизнеса в Венесуэле». Теоретически испанские авиастроительные компании могли воспользоваться его услугами, но Диас де Вильегас никогда в прошлом не имел отношения к авиации, если не считать парашютных прыжков в годы далёкой молодости. Какие бизнес-рекомендации может дать дилетант? По оценкам Sebin, настоящая миссия генерала заключалась в другом. Но обнаружить какой-либо компромат в документах и вещах Диаса де Вильегаса не удалось.

В Мадриде генерал был снова допрошен, на этот раз Национальной службой разведки (CNI). Объяснения он давал путанные и не слишком убедительные. В испанской прессе констатировали: чем больше Диас де Вильегас объясняет мотивы и перипетии своей поездки в Венесуэлу, тем меньше ему веришь. Легенда о членах ETA выглядит особенно глупо. Они получили политическое убежище в Венесуэле ещё до Чавеса. То, что в своих интервью генерал повторил пропагандистское клише, распространяемое ЦРУ, о «тесных связях режима Чавеса с террористическими организациями», указывает на причины странного косноязычия испанского генерала, занимавшего командные должности в натовских структурах: его командировки в Венесуэлу курировались ЦРУ и Пентагоном.

Cebin не прекратил расследования по делу генерала. Истина будет установлена. По мнению некоторых венесуэльских блогеров, Диас де Вильегас совершил рискованную поездку в Валенсию для «проведения вербовочной беседы и предоставления гарантий» одному из пилотов ВВС с «испанскими корнями». Во всех попытках свержения «режима Чавеса» ЦРУ и РУМО США планировали использовать «летчиков-патриотов» для нанесения бомбовых ударов по президентскому дворцу. С подобными угрозами заговорщики обратились к президенту Чавесу, чтобы заставить его капитулировать в апреле 2002 года. В мае 2004 года нападение колумбийских наёмников на дворец Мирафлорес с целью убийства Уго Чавеса должно было сопровождаться атакой с воздуха. Исполнитель — венесуэльский военный пилот – был готов к акции, и только своевременные действия контрразведки разрушили планы заговорщиков.

Cebin владеет информацией об участии ряда представителей испанской колонии в заговоре, организуемом спецслужбами США. Стремлением избежать конфликтной ситуации можно объяснить публикацию данных о резиденте испанской разведки в Венесуэле на одном из порталов: «Хосе Антонио, живёт в районе Лос-Палос-Грандес в Каракасе, телефоны — 04140123039 и 04141160768. С ним сотрудничают несколько испанских предпринимателей и финансовая корпорация». Полного имени резидента и конкретных данных о его сообщниках не приводится. Эту публикацию можно воспринимать как предупредительный сигнал со стороны венесуэльских властей и одновременно как совет: не стоит таскать для чужих каштаны из огня.

http://www.fondsk.ru/news/2012/07/08/operacii-ispanskoj-razvedki-v-venesuele-pod-kontrolem-cru-i-pentagona.html

Нил Никандров

Источник

 

Метки:

ГОРБАЧЁВЩИНА


1 июля 1988 года в Москве завершилась XIX всесоюзная конференция КПСС. Предлагаем Вашему вниманию статью Р.И. Косолапова, написанную в 1998 году к десятилетию данного события.

Один друг-историк напомнил мне о том, что Жорес в свое время написал шеститомную «Социалистическую историю Французской революции», высказал мысль, что настал момент приступить к написанию «Социалистической или Коммунистической истории российской контрреволюции».

Понятно, что за это должен взяться скорее всего молодой человек, с хорошим «запасом хода», не обремененный догмами предшествующих эпох, максимально отрешенный от личных симпатий и антипатий, неизбежных для участников современных событий. Перед нами же стоит более скромная задача. В уходящем 1998 г. общественность отметила 95-летие большевизма. Осмысливать это явление нам пришлось в обстоятельствах, которые требуют жестко поставить вопросы: живо ли это идейное течение; существует ли еще соот­ветствующая политическая партия; если такой партии сейчас нет, то что с нею случилось; наконец, нужна ли таковая народу и имеются ли шансы на ее возрождение?

Не давая пока ответа на этот вопрос, хочу привлечь ваше внимание к еще одному событию, но событию нашего недавнего прошлого. Тут тоже юбилейная дата — 10-летие. Но это юбилей негативный, позорный. Я имею в виду проведение XIX Всесо­юзной конференции КПСС 28 июня — 1 июля 1988 года. В ее ходе правящая политическая партия впервые в истории сама санкционировала собственное устранение от власти. Уверен, в памяти коммунистического движения она останется как Горбачевский Термидор.

Данный термин происходит от названия одного из месяцев французского республиканского календаря (термидор — жаркий). В принятом политическом лексиконе он исторически связывается с 9 термидора (27 июля) 1794 года. Это был день свержения якобинской диктатуры трудящейся мелкой буржуазии во главе с Робеспьером и день торжества правой реакции. В общепринятом смысле он символизирует поражение и откат Революции, победу антинародных сил.

Широко известны разговоры о якобы термидорианском перерождении большевистской партии, ее ЦК во главе со Сталиным, системы диктатуры пролетариата, о «победе бюрократии над массами», которые в 20—30-х годах вели Троцкий и его сторонники (Троцкий Л. Д. Преданная революция. М., 1991. С. 90). Но мало кто нынче помнит, что о «Термидоре» после Октября заговаривали значительно раньше. Так клеймили ленинский НЭП «леваки», в этом смысле смыкавшиеся со «сменовеховцами».

Товарищи, читавшие книгу Троцкого «Преданная революция», находят в ней не­мало верных наблюдений и критических замечаний в адрес советской политической системы и ее правящего слоя. Благодаря этому многие попадают в плен логики автора. Это-то и нужно нашему противнику. Сегодня, в 90-х годах, в отношении эволюции советского строя, но применительно не к первой трети — середине XX века, а к его концу. Не к практике Сталина, которого он атакует, а к практике Хрущева—Горбачева, с которыми был бы, возможно, солидарен. Он оказался правым спустя одно-два поколения, что заставляет вспомнить стихи Пушкина:

Нет ни в чем вам благодати;

С счастием у вас разлад:

И прекрасны вы некстати

И умны вы невпопад.

Свидетельства этого «ума невпопад» очевидны. Троцкий метко отслеживает проявления того, что Ленин называл когда-то «бюрократическим извращением» рабочего государства. Он резонно указывает, что партия обязана зорко следить за тем, чтобы «ее границы оставались всегда строго очерченными», чтобы сохранялась «свобода критики и идейной борьбы», чтобы неизменно проявлялась «забота об ограждении большевистских рядов от пороков, связанных с властью» (Там же. С. 82). При этом в «Преданной революции» нет фактически ни одного критического предостережения, которого не содержалось бы ранее в трудах Ленина, не повторялось бы в публикациях Сталина.

В чем же разница? А вот в чем — и она качественная.

Первое — это нарушение меры. Троцкий безбожно сгущает краски. Разрозненные отрицательные явления он изображает как тенденцию, тенденцию объявляет законом, а распространенность, повторяемость таких явлений толкует как изменение сущности.

Второе — Троцкий привносит в свой анализ много личного и случайного. Если еще Гегель разделял в философии истории два момента — идею и человеческие страсти, то можно сказать, что у Ленина и то и другое находилось в редком гармоничном со­ответствии, у Сталина идея довлела страстям, у Троцкого страсти держали в силках идею.

И третье — это отношение к цели. У Ленина оно прозрачно и не требует комментариев. Сталина упрекают в упрощениях, прямолинейности и сопрягаемых с ними жестокостях. Троцкий, увы, доходит в помрачении страстей до ее подмены. «Режим Сталина, — пишет он в 1938 году, — стал главной опасностью для СССР в экономическом, моральном и военном отношении» (Преступления Сталина. М., 1994. С. 238). А отсюда чудовищный вывод: для победы некоей новой «политической революции» до­пустимо, даже желательно поражение Советского Союза в предстоящей войне с фашизмом.

Не имея возможности подробно рассматривать этот интереснейший сюжет, замечу, что Троцкий просчитался в своем прогнозе на целых полвека, да и то при том прискорбном условии, что ленинско-сталинская преемственная линия в руководстве советским обществом была уже с середины 50-х годов подменена хорошо замаскированным ползучим ревизионизмом. Знаменательно, но его отцом, начавшим осуществление всех худших предсказаний Троцкого, оказался Н. С. Хрущев, сам бывший троцкист. Будь иными в ЦК КПСС 40—50-х годов кадровый подбор и расстановка сил, при курсе, заданном XIX партсъездом, этим предсказаниям не суждено было бы сбыться.

Внешне все подавалось так, что Хрущев атакует и развенчивает «культ личности» Сталина во имя якобы восстановления норм и традиций ленинизма, социалистической демократии. Тут и в самом деле накопилось немало завалов. Реально же — и это выяснилось спустя пять лет — главным объектом атаки была диктатура рабочего класса — марксистская формула, замененная на XXII съезде КПСС на антинаучное, фантастическое клише — «общенародное государство».

Все знали, что неклассовых государств на свете не бывает. Все заучили аксиому, согласно которой в XX веке есть всего лишь два вида классового господства — диктатура буржуазии и диктатура пролетариата. И все же повзводно и поротно обществоведы кинулись доказывать «новое» слово, давно опровергнутое Марксом в «Критике Готской программы» и Лениным в «Государстве и революции». По Ленину, сие означало «прямое увеличение опасности свержения власти пролетариата буржуазией, которая использует завтра для контрреволюции то, что кажется близоруким людям лишь «теоретическим разногласием» сегодня (Полн. собр. соч. Т. 41. С. 189). Первым броским практическим проявлением пресловутой «общенародности» явился новочеркасский расстрел. Дух Термидора вышел из могилы.

Люди старшего поколения немало наслышаны о полной (а по Хрущеву, и «окончательной») победе социализма, о «монолитном единстве» КПСС. Констатация же фактов буржуазности и мелкобуржуазности правого и левого толка не только не допускалась, но и жестоко преследовалась. Незадолго до «перестройки» один читатель «Правды» всего лишь за намек на существование в советском обществе таких явлений обозвал меня агентом ЦРУ. В этой связи вспомним, что XIX съезд отказался от наименования ВКП(б). Тогда мы все были заворожены его заявлением, что «меньшевистская партия в СССР давно уже сошла со сцены» (Резолюции XIX съезда Коммунистической партии Советского Союза. М., 1953. С. 68). Мы позабыли, что неизжитая мелкобуржуазность России тем не менее постоянно и стихийно плодила и плодит политический, идейный и нравственный меньшевизм. Именно эта бацилла со всяческими ее мутациями: реформистскими и экстремистскими, троцкистскими и бухаринскими, космополитическими и националистическими, феодально-местническими и еврокоммунистическими, — когда ей дали распространиться, и породила к концу 80-х годов известный «эффект горбачевской КПСС».

В «Преданной революции» Троцкий изобразил два не лишенных проницательности сценария возможного развития событий с СССР. Первый вариант — низвержение советской бюрократии «революционной партией, которая имеет все качества старого большевизма и в то же время обогащена мировым опытом последнего периода» (Троцкий Л. Д. Преданная революция. С. 209). Второй вариант — низвержение «правящей советской касты» буржуазной партией.

Очевидно, методология эта, хотя она и отталкивается от реальных оснований, может быть принята нами только условно. То, что Троцкий называл советской бюрократией, было врагом прежде всего для Сталина. К сожалению, последнему не удалось полностью вывести партию из той инерции, которую ей навязали жесткие условия вооруженного противостояния и особенно те колоссальные потери (численно партия полегла на полях сражений дважды), которые стали ценой побед. Почитайте свежими глазами «Марксизм и вопросы языкознания», и вы ощутите живой протест против застоя и догматизма в науке, против окостенения мысли и абсолютизации авторитетов. «Экономические проблемы социализма в СССР» выводят страну на новые, творчески осмысленные и реалистически взвешенные рубежи созидания коммунистического общества, а принятый XIX съездом Устав КПСС являет собой кодекс поведения, пронизанный требованием правдивости и честности во всем.

Как современники реализованного второго, согласно Троцкому, варианта развития событий мы призваны принципиально отметать любые попытки валить этот поворот событий на Сталина. Кесарю — кесарево, а богу — богово. Советская система 50-х годов и советская система 80-х — это сродные, единые по исходным параметрам, но различные организмы.

Сошлюсь всего на два кардинальных факта. До сих пор из среды коммунистов раздаются голоса людей, насмерть перепуганных диктатурой рабочего класса, или, если перевести эту формулу на более простой язык, системой всеобщего трудовластия — в противовес капиталовластию. Диктатура — слово жестокое, «цитируют» эти горе-теоретики Ленина и замолкают на полуслове. Они будто и не догадываются, что главное в рабочей диктатуре не подавление в крайних случаях эксплуататорского меньшинства, не террор, а демократическая самоорганизация трудящегося большинства во имя гуманно-коллективистской постановки производства и обустройства общественной жизни. Вот и выходит, согласно воззрениям таких псевдокоммунистов, что диктат финансового капитала, как международного, так и наскоро сколоченного своего, — это «ззя», а самоуправление объединенного труда — «низзя». Грош цена их «коммунизму»!

«Ничего скрытого, ничего тайного, никаких регламентов, никаких формальностей, — писал Ленин в статье «К истории вопроса о диктатуре». — Ты — рабочий человек? Ты хочешь бороться за избавление России от горстки полицейских насильников? Ты — наш товарищ. Выбирай своего депутата, сейчас же, немедленно; выбирай, как считаешь удобным, — мы охотно и радостно примем его в полноправные члены нашего Совета рабочих депутатов, Крестьянского комитета, Совета солдатских депутатов и пр. и т. п. Это — власть, открытая для всех, делающая все на виду у массы, доступная массе, исходящая непосредственно от массы, прямой и непосредственный орган народной массы и ее воли» (Полн. собр. соч. Т. 41. С. 381). Неужто неактуален этот подход в нынешних условиях подъема шахтерского, студенческого и иного протестного движения? Неужто в условиях авторитарного президентского режима коммунисту прилично запугивать народ возможностью возрождения его собственной власти? Разве не делают ошибки те компартии, которые игнорируют советский потенциал наемного труда?

Замена формулы «государство рабочего класса» формулой «общенародное государство» грешила тем, что создавала иллюзию полного исчезновения как классовых различий, так и буржуазных элементов, которые тем временем накапливались под флагом брежневской бюрократии. Это во-первых. А во-вторых, она давала этим элементам «крышу», всячески маскируя их, приравнивая их интересы к интересам людей труда, искажая систему здравых социалистических оценок. Хрущев пытался в этой связи рассуждать даже о частичном отмирании государства, в то время как в действительности поступал наоборот — способствовал возвратному превращению государства трудящихся в государство частных собственников.

Другой кардинальный факт, на который следует указать, состоял в том, что с середины 60-х годов в качестве основного показателя эффективности производства утвердилась прибыль. Очевидно, это круто расходилось с марксистско-ленинской методологией, с опытом сталинского периода, когда с хозяйственника спрашивали данные о понижении себестоимости продукции, добивались снижения отпускных и розничных цен. Возникла мощная государственно-капиталистическая тенденция, которая при несдерживаемой бюрократизации управления и отстранении партии от хозяйственной и кадровой работы привела к конвертации власти на собственность, то есть к реставрации капитализма.

В отношении 80—90-х годов Троцкий оказался прав в том смысле, что горбачевско-яковлевская клика нашла «немало готовых слуг среди нынешних бюрократов, администраторов, техников, директоров, партийных секретарей, вообще привилеги­рованных верхов. Чистка государственного аппарата, — писал он, — понадобилась бы, конечно, и в этом случае, но буржуазной реставрации пришлось бы, пожалуй, вычистить меньше народу, чем революционной партии. Главной задачей новой власти было бы, однако, восстановление частной собственности на средства производства. Прежде всего потребовалось бы создание условий для выделения из слабых колхозов крепких фермеров и для превращения сильных колхозов в производственные ко­оперативы буржуазного типа, в сельскохозяйственные акционерные компании. В области промышленности денационализация началась бы с предприятий легкой и пищевой промышленности. Плановое начало превратилось бы на переходный период в серию компромиссов между государственной властью и отдельными «корпорациями», т. е. потенциальными собственниками из советских капитанов промышленности, из бывших собственников-эмигрантов и иностранных капиталистов. Несмотря на то, что советская бюрократия многое подготовила для буржуазной реставрации, в обла­сти форм собственности и методики хозяйства новый режим должен был бы произвести не реформу, а социальный переворот» (Троцкий Л. Д. Преданная революция. С. 209—210).

Совершенно очевидно, что Горбачев и Ельцин осуществили этот прогноз Троцкого почти буквально, словно выполняли руководящую инструкцию. И дело не в их «начитанности» или же следовании некоей доктрине. Дело в широкой подготовленности их наставников за рубежом, в прагматической способности этих господ ставить на службу своим корыстным интересам весь мировой опыт, независимо от его происхождения. Дело в логике исторического процесса, которая при замене даже одной ключевой составляющей резко меняет свой алгоритм.

К XIX партконференции «горбисты» располагали солидным реставрационным заделом. Выдвинув в 1985 году в качестве козыря задачу научно-технического прогресса, предложив и провалив программу подъема машиностроения, они дискредитировали саму идею. Две «модели хозрасчета» и внедрение кооперативов буржуазного толка наряду с подрывом системы научно-централизованного планирования подготовили предпосылки дезинтеграции и развала целостного народного хозяйства.

Вдалбливание в головы миллионов мнения о «ничейности» общественной собственности и ее якобы неэффективности сочеталось с умышленной организацией дефицита бытовых благ, которые еще недавно имелись в достатке. Помните частушку: «По талонам — горькое, по талонам — сладкое. Что же ты наделала, голова с заплаткою?»… Тем самым реставраторы убивали сразу двух зайцев — наносили удар по отечественному производству потребительских товаров и создавали общественное мнение в пользу сдачи внутреннего рынка западным поставщикам. Предпринимался уникальный эксперимент: горбачевцы — понимали они или же не очень — обеспечивали рассасывание кризиса пе­репроизводства у капиталистических партнеров за счет устройства национальной катастрофы в своей стране.

Но и на этом «голова с заплаткой» не успокоилась. При всем дефиците своего интеллектуального содержания она хорошо понимала, что народ не повернуть вспять, не свернув шею правящей партии. На XIX партконференции доклад Горбачева был посвящен теме «Как углубить и сделать необратимой революционную перестройку» (XIX Всесоюзная конференция Коммунис­тической партии Советского Союза. Стено­графический отчет. Т. 1. М., 1988. С. 19.). Сообщение новоявленного генсека было полно обманных ходов. Поскольку конференция широко транслировалась по телевидению, час за часом, день за днем отчетливо прослеживалась тактика политического надувательства, которую, к сожале­нию, всерьез воспринимали делегаты.

Сегодня стенограмму конференции крайне тяжко читать. Она переполнена циничной демагогией, спекуляцией на святом — от бесконечных клятв в верности ленинизму до провозглашения принципа Протагора «Человек есть мера всех вещей». Только теперь наши обманутые соотечественники узнают правду о замыслах «прорабов перестройки». В недавнем интервью «Известиям» (17.06.98. С. 5) небезызвестный А. Н. Яковлев, кстати, председательствовавший на втором заседании конференции, заявил, что с системой «надо было… как-то кончать». Далее он цинично кликушествует: «Есть разные пути, например, диссидентство. Но оно бесперспективно. Надо было действовать изнутри. У нас был единственный путь — подорвать тоталитарный режим изнутри при помощи дисциплины тоталитарной партии. Мы свое дело сделали».

Отмечу из этого «сделанного» всего несколько моментов. Под предлогом «разграничения» функций партийных и советских органов было предложено избирать председателями Советов снизу вверх, по всей иерархии первых секретарей соответствующих партийных комитетов. «Это же не разграничение, а, наоборот, странное слияние», — недоумевали многие. Но Горбачев настаивал и настоял. Он поставил партийное руководство под контроль внепартийной, чиновничье-интеллигентской и мелкобуржуазной смеси, в которую стали быстро превращаться Советы. Он посадил их под дамоклов меч произвола толпы. Он узаконил механизм осуществления лозунга кронштадтцев «Советы без коммунистов».

Вы спросите: почему? А потому, что одновременно Горби растоптал социально-классовый принцип формирования Сове­тов. «…Не следует опасаться непропорционального представительства различных слоев населения, — заявил Горбачев. — Боевые, политически грамотные и активные люди есть у нас и в рабочем классе, и в крестьянстве, и в интеллигенции. Надо лишь создать хорошо отлаженный состязательный механизм, который обеспечит их наилучший отбор избирателями. И тогда все основные группы населения, их интересы, найдут свое отражение в составе Советов» (XIX Всесоюзная конференция Коммунистической партии Советского Союза… Т. 1. С. 57).

Я слушал доклад в трансляции и был поражен тем, насколько рабски, без живой реакции проглотил 5-тысячный съезд этот смертный приговор власти трудящихся. Так осуществлял, проводил Горбачев провозглашенный им «процесс преодоления отчуждения человека от власти», так он доводил «нашу государственность до общенародной в полном объеме этого понятия» (Там же. Т. 1. С. 50—53). В результате мы получили бешеную кампанию в печати против пресловутых «кухарок» и «кухаркиных детей» в руководящих органах. С этого началось прославление «умных юристов» и сомнительной «элиты». Так пропагандировались преимущественные возможности избраться для лиц, располагающих свободным временем, связями, деньгами. Съезд народных депутатов СССР, избранный, со­гласно новым правилам, в 1989 году, имел в своем составе лишь 17% рабочих и крестьян; Съезд народных депутатов РСФСР, появившийся через год, — менее 7%. Оба органа успешно потрудились над буржуазной перелицовкой советских конституций.

Власть Советов могла бы быть спасена, если бы наряду с альтернативностью выборов был восстановлен производственный принцип их формирования, практика непосредственного делегирования в Советы трудовыми коллективами своих представителей и отзыва их. Но в расчеты горбистов входило нечто противоположное. Они, спекулируя на «партийной дисциплине», задолго до августа 1991 года совершили контрреволюционный юридический переворот. КПСС в лице даже ее самых «левых» деятелей — не буду называть имен — не сумела все это распознать. Где в это время находились высокопоставленные «ученые» юристы, вы знаете.

Незабываемым было выступление известного актера М. Ульянова. «Я не хочу, — сказал он в заключение, — чтобы когда-нибудь о нас горько и страшно сказали словами Владимира Ильича Ленина: «…Революционная фраза о революционной войне погубила революцию». Предчувствие не обмануло Михаила Александровича. Именно так и случилось, притом не без его личного участия. Он в той же речи основательно поработал на культ Горбачева, страстно потребовав его фактической несменяемости. И что в итоге? В лучшем случае — разбитое корыто. Прав же оказался другой художник, писатель Юрий Бондарев, который прозорливо сравнил «нашу перестройку с самолетом, который подняли в воздух, не зная, есть ли в пункте назначения посадочная площадка…» (Там же. Т. 1. С. 224).

Конференция, по сути, упразднила пролетарскую систему народовластия. Она санкционировала окончательный слом той модели демократии, первым опытом которой стала Парижская коммуна и которая получила свое воплощение в Советах. Не был восстановлен производственный принцип их формирования, отмененным оказался классовый подход. В нарушение прямых ленинских установок оправдывалось введение президентской системы правления и буржуазное разделение властей, возрождался миф о «правовом государстве» и «гражданством обществе». Над этим ворохом обычных нелепостей и исторических отбросов XVIII—XIX веков цинично красовался принцип «разрешено все, что не запрещено законом» (Там же. Т. 2. С. 171). За сим последовало распространение невиданных ранее в советском обществе форм преступности, получил благословение юридический и моральный «беспредел».

Теперь совершенно ясно, что «культ личности Сталина» был одиозно преувеличен и превращен в ложную мишень, гвоздя по которой КПСС сама уничтожала и себя, и социалистический строй. Это доказывают вновь открытые документы, вскрывающие фальшь хрущевско-горбачевской пропаганды. Приведу для иллюстрации фрагмент из найденной мною месяц назад записи беседы Сталина с авторским коллективом его краткой биографии 23 декабря 1946 года, сделанной по живым следам историком В. Д. Мочаловым (материал не публиковался). Вот мнение Сталина о книге:

«Очень много ошибок. Тон нехороший, эсеровский. У меня всякие учения, вплоть до какого-то учения о постоянных факторах войны. Оказывается, у меня есть учение о коммунизме, как будто Ленин, видите ли, говорил только о социализме и ничего не говорил о коммунизме. А я, видите ли, сказал о коммунизме. Дальше, будто у меня есть учение об индустриализации страны, о коллективизации сельского хозяйства и т. п. и т. п. На самом деле именно Ленину принадлежит заслуга постановки вопроса об индустриализации нашей страны, так же и относительно вопроса о коллективизации сельского хозяйства и т. п.

Похвал много в этой биографии, возвеличения роли личности. Что должен делать читатель после прочтения этой биографии? Стать на колени и молиться на меня.

Марксизму не воспитываете.

Все дело рисуете так, что становись на коленки и молись на того, о ком вы пишете. Воспитатели чертовы…

Нам идолопоклонники не нужны…

Вот вы пишете, что у меня есть учение о постоянных и временных факторах войны, тогда как в любой истории войн об этом написано. Может быть, у меня это же сказано сильнее, определеннее, но и только.

У нас есть учение Маркса—Ленина. Никаких дополнительных учений не требуется.

Рабов воспитывают люди…

А если меня не станет?.. Любовь к партии не воспитываете. Меня не станет, тогда что?..

— Под рукой тов. Сталина, — пишет В. Д. Мочалов, — лежало богато оформленное, иллюстрированное издание биографии И. В. Сталина. Показывая на него, тов. Сталин спросил:

— Такое издание для чего?

Тов. Александров (начальник Управления пропаганды ЦК ВКП(б). — Р. К.) попытался в оправдание выпуска в небольшом тираже иллюстрированного издания сказать, что оно нужно для библиотек, клубов и т. п.

— Библиотек у нас сотни тысяч, — сказал на это тов. Сталин. — От такого издания тошнота берет.

Вот относительно Баку говорится, что, дескать, до моего приезда там у большевиков ничего не было и стоило мне появиться, как все сразу переменилось.

Один все устроил. Хотите — верьте, хотите — не верьте!..

На самом деле как было дело? Надо было создать кадры. Такие кадры большевиков в Баку сложились. Имена этих людей я в соответствующем месте перечислил.

То же касается и другого периода. Ведь такие люди, как Дзержинский, Фрунзе, Куйбышев, жили, работали, а о них не пишут, они отсутствуют…

Это же относится и к периоду Отечественной войны.

Надо было взять способных людей, собрать их, закалить. Такие люди собрались вокруг главного командования Красной Армии.

Нигде не сказано ясно, что я ученик Ленина. Не понято… Только где-то глухо об этом упоминается. На самом деле я считал и считаю себя учеником Ленина. Об этом я ясно сказал в известной беседе с Людвигом… Я ученик Ленина, Ленин меня учил, а не наоборот. Никто же не может сказать, что я не ученик Ленина.

Он проложил дорогу, а мы по этой проторенной дороге идем».

Цитируя эту прямую речь, я не хотел бы как-то упрощать и выгораживать Сталина из общеисторического процесса, а тем более ограждать его от справедливой объективной критики. Но факты — упрямая вещь. Ни сдобренный желчью, тенденциозный просчет Троцкого с Термидором на целые полвека, ни контрреволюционную сущность антисталинизма теперь уже не скрыть. Это надо видеть и знать, чтобы уверенно шагать в будущее. Строить его возможно только на фундаменте прошлого. Без честного видения и истолкования подобных вещей нам не спасти лучшее в большевизме и, я уверен, не спасти Россию. Лишь избавляясь от оппортунистических предрассудков и догматизма, лишь сбрасывая с себя, как говорил В. Маяковский, «собак пошлости», мы победим.

Источник

 

Метки: