RSS

О трагедии в Крымске и не только

16 Июл

Тамара Девяткова

Предлагаем вашему вниманию статью профессора Пермкого государственного университета, доктора географических наук, гидролога и эколога Девятковой Т.П., посвящённую научному анализу причин катастрофы в г. Крымске.

Судя по «крутой волне» обсуждений причин и последствий, поискам виновных, настоящие и глубокие причины произошедшего наводнения в Крымске (как и ранее в других местах нашей обширной страны) и гибели людей вряд ли будут установлены и обнародованы.

До сих пор всё сводилось 1)-к спорам о том, что могло вызвать волну, затопившую город – одно из двух водохранилищ, или оба вместе, или естественный паводочный сток по многочисленным горным речкам – в результате выпавшей полугодовой нормы дождевых осадков в течение нескольких дней, и 2)- к всеобщему осуждению тех, кто обязан был оповестить заранее людей и принять меры к их эвакуации и спасению. Несмотря на то, что вина их вроде бы очевидна, думаю, что наказаны будут, как всегда, – стрелочники, главная причина так и останется не вскрытой, и, следовательно, и дальше нас ожидают (не дай Бог!) аналогичные события, где бы они ни происходили.

С помощью космоснимков и некоторых компетентных экспертов выяснено, что водохранилища здесь не только не создали опасности, но и даже её уменьшили, т.к. аккумулировали довольно большой объём воды, стекающей с гор. Имеющиеся мосты и дамбы выше Крымска усилили эффект паводочной волны, которая и без того обладает очень интенсивным нарастанием уровней воды в течение короткого периода времени. Всё это так и произошло. Сообщение о том, что на место событий пригласили гидрологов, намеревающихся «реконструировать произошедшее, вселяет надежду на то, что картина наводнения будет правильной, и мы узнаем достоверно, как развивались события. Но почему это произошло именно так? И где гарантия того, что подобная трагедия не повториться – в другом месте, по другой видимой (внешней) компетентным экспертам причине. Катастрофы прошлых лет, будь то с «Булгарией» или с Саяно-Шушенской ГЭС и прочие, связанные с использованием природы вообще и рек и водохранилищ в частности, дают основание считать, что мы и впредь будем наступать на те же грабли.

Итак, об истинных причинах. Почему именно в Крымске случилась беда? Почему там выпали такие дожди и почему никто не предполагал, что, именно они и могут вызвать такой мощный паводок? Боюсь, что и Роcкомгидромет не сможет дать точный ответ. Что касается штормовых предупреждений, то они в силу имеющихся информационных возможностей прогнозируют события более точно для сравнительно больших территорий, но прогнозы локального характера гораздо сложнее. Метеорологи могут сказать о возможности или невозможности выпадения ливневых дождей, а гидрологи – о вероятности такого дождевого паводка, который может случиться один раз в 1000 и более лет, да и то, если на реках велись наблюдения не менее 20 лет, если этот период учитывает и случайные и закономерные колебания водного стока. Но определение вероятности означает только установление возможного риска. А это возможное событие могло произойти и 1000 лет назад, может произойти и через несколько сотен, или десятков лет, или даже в будущем месяце. А может быть, возможен ещё более мощный паводок?

Ответить на этот вопрос можно только при одном условии: если известно ВСЁ о конкретном влиянии конкретных факторов, влияющих на величину речного стока в конкретном регионе или районе. Причём такие расчёты необходимы при проектировании всех гидротехнических сооружений согласно имеющимся Правилам и Рекомендациям.

А теперь зададимся вопросом: имеется ли достаточная информация о гидрологическом режиме р.Баксанки и её притока р.Неберджай? Можно «перелопатить» весь Интернет, увы, такой информации очень мало.

Правда, среди исследователей рек Краснодарского края нет единства. Одни, на основании имеющихся (немногих) материалов по р.Абин, в которую впадает Баксанка севернее г.Крымска, вернее в расположенное в её русле Варнавинское водохранилище, утверждают, что бассейн реки Абин изучен достаточно. Другие отмечают недостаточность изучения рек в бассейне Кубани в связи со сложностью физико-географических условий рек Северного Кавказа. Кто же прав?

Могу ответить с помощью понятных всем аналогий. Одна из них: средняя температура по больнице позволяет установить, что температуру таки измеряют. Но одни — выздоравливают, а другие – могут умереть. Ещё: при средней достаточно хорошей зарплате соотношение высоких и низких зарплат может быть десятикратным. Вернёмся к бассейну р Баксанки и зададим вопрос жителям Крымска – устраивает ли их такая ситуация? В ответе не приходится сомневаться.

В г. Крымске в советское время существовал гидрологический пост (закрытый в 70-х), на котором измерялись уровни и расходы воды р. Баксанки в течение почти 40 лет. На основании этих измерений доцент Адыгейского университета Т.Н.Мельникова и профессор Пермского университета А.М.Комлев (мой коллега по кафедре гидрологии) ещё в конце прошлого века сделали вывод о преимущественно паводочном режиме стока, а также определили максимальный сток дождевых паводков обеспеченностью 1% (один раз в сто лет), составивший 690м3/с при средней его величине 167 м3/с.

К сожалению, нынешнее отсутствие поста в Крымске не позволяет сравнить этот расход с фактическими величинами стока в июле 2012 года. К тому же расход обеспеченностью 0,1% может быть ещё больше. Позднее Т.Н.Мельникова отмечала недостаточность имеющейся информации для оценки влияния различных факторов и на величину стока и на его изменчивость.

Какой же напрашивается следующий вопрос? Почему же отсутствует необходимая информация? Если сравнить карты расположения постоянных пунктов гидрологических измерений (гидрологических постов) в Швейцарии и России (в Сибири, на Урале, на Кавказе) — не избежать слёз. Да, конечно, в Европе, США, Канаде их уровень экономического развития позволяет обеспечивать всех достоверной качественной информацией, чего не могли сделать в СССР по причине экономических и территориальных трудностей. Однако в СССР хотя бы было понимание необходимости увеличения информационной базы. Поэтому постоянно число постов и гидрометеостанций увеличивалось (за редким исключением, к которым относится закрытый пост в Крымске – кто бы мог предполагать, ЧЕМ это аукнется!). Но демократическая (условно, для краткости) революция поставила Гидрометслужбу России на грань выживания. Это повлекло закрытие большой части пунктов наблюдений. А уж об открытии новых и говорить не приходится.

Правда, при проектировании и строительстве сооружений проводятся изыскания, но могут ли полученные только за один год материалы служить достаточным основанием для расчётов и моделей? Ведь годы могут быть и многоводными, и маловодными, к тому же часто гидрологи вынуждены вести измерения зимой – не лимитирующий сезон в силу существующих организационно-экономических условий. Как бы ни развивались методы математического моделирования, без материалов реальных систематических наблюдений не обойтись. Природа требует к себе особого внимания, она изменяется и под влиянием естественных причин, и в результате человеческого, неуклонно возрастающего, воздействия. Поэтому нельзя полагаться ни на опыт прошлого, ни на модернизацию в виде использования математического моделирования. Использование устаревшей, или недостоверной исходной информации в «супермодели» даст соответствующий результат.
Поэтому абсолютно правы те, кто говорит о необходимости восстановления государственной гидрометслужбы и, естественно, её развитии, в том числе открытии новых постов и станций.

Однако помимо получения информации необходим её научный анализ, т.е. то, чем всегда занимались учёные. Но в СССР была возможность заниматься таким анализом по инициативе учёного (в университетах) или в соответствии с планами научных исследований в Академии наук. Конечно, бюджетных денег на такие работы было маловато, поэтому учёные – географы, в том числе гидрологи, стремились принимать участие в работе по разного рода проектам или заключать хоздоговора.

Справедливости ради надо отметить, что и в советское время существовали «откаты», использование знакомств, но всё-таки что-то сделать удавалось. По существу большая часть естественно-географического научного «багажа» создана именно в советское время и используется в научных работах и сейчас, потому что он создавался не ради достижения экономической выгоды (побольше, «здесь и сейчас»), а благодаря уму, вере в «светлое будущее» своей страны учёных, ставших «золотым» фондом науки, к сожалению – уже уходящих из жизни.

Что же сейчас происходит в естественно-географических науках? Не думаю, что это называется не только прогрессом, но даже и стабилизацией. Нельзя в науке работать, ставя во главе всего прибыль! Да, формально существует система грантов, но в жизни усилилось то, что отмечено и в СССР, да и добавилось новое — выигрывает тот, кто запросит наименьшую сумму. Знаю много примеров, когда выигрывали те, кто менее всего годится хотя бы для понимания того, что необходимо сделать. А за небольшие деньги и делается немного из того, что нужно. Поэтому, образно выражаясь, «на плечи гигантов уже некому вставать, чтобы видеть дальше».

Может быть, надо надеяться на новые поколения? Увы, растущая всеобщая неграмотность в области представлений о природных процессах, а также реформа школьного образования способны привести в уныние самого неумного оптимиста. Не удержусь от сравнения опять – с СССР. В конце 50х – начале 60х прошлого века в системе Гидрометслужбы обнаружилась большая потребность в метеорологах – синоптиках и вообще в гидрометеорологах. И буквально сразу на правительственном уровне было принято решение о создании соответствующих кафедр в университетах. Часть студентов-географов (по их желанию) перешла на гидрометеорологическую специальность и вплоть до 90-х эти специалисты были востребованы на всей территории страны (и даже за её пределами). Негативные тенденции в организационном развитии естественно-географических наук и системе школьного образования в нынешних социально-экономических условиях приводят к тотальному невежеству в понимании природных процессов на ВСЕХ уровнях: от федерального до обывательского. Вот истинная причина всех происходящих катастроф и трагедий в России.

В качестве послесловия. В связи с Крымской трагедией в газете Аргументы недели № 26(318) появилась отличная статья Константина Гурдина «Теневые плотины» о возможности угроз катастроф на ГЭС». Могу отметить, что почти все большие ГЭС на Волге, Днепре и пр., построенные в 60-70х годах имели вполне хорошее и доскональное обоснование как в информационном, так и научном плане. Казалось бы, можно не беспокоиться об угрозах. Ан нет. Беспокоиться нужно обязательно. При проектировании плотин (московский и ленинградский институты Гидропроект) был установлен ресурс безаварийной работы около 50 лет при максимальном расчётном расходе воды обеспеченностью 0,1% (1 раз в 1000 лет). К началу нынешнего века (примерно к 2005-2007 гг.) этот срок истёк. При сохранении прежних условий, в плановом порядке приступили бы к выполнению необходимых работ. Нужно ли напоминать о том, что в это время происходило и что произошло с энергетикой в результате активной деятельности Чубайса и поддержке его со стороны Президента. В условиях стремления к наибольшей прибыли остаётся лишь надеяться на то, что в области эксплуатации и ГЭС и плотин, создающих необходимый напор, ещё работают настоящие специалисты (гидроэнергетики, гидротехники, гидрологи), которые понимают величину рисков и знают, что нужно делать даже в современных условиях.

Источник

Реклама
 

Метки:

Обсуждение закрыто.