RSS

Архив за день: 2012/12/09

Женщины освобождённой Европы глазами советских солдат и офицеров (1944-1945 гг.)


На завершающем этапе Великой Отечественной войны, освободив оккупированную немцами и их сателлитами советскую территорию и преследуя отступающего противника, Красная армия перешла государственную границу СССР. С этого момента начался ее победоносный путь по странам Европы – и тем, которые шесть лет томились под фашистской оккупацией, и тем, кто выступал в этой войне союзником III Рейха, и по территории самой гитлеровской Германии. В ходе этого продвижения на Запад и неизбежных разнообразных контактов с местным населением, советские военнослужащие, никогда ранее не бывавшие за пределами собственной страны, получили немало новых, весьма противоречивых впечатлений о представителях других народов и культур, из которых в дальнейшем складывались этнопсихологические стереотипы восприятия ими европейцев. Среди этих впечатлений важнейшее место занимал образ европейских женщин. Упоминания, а то и подробные рассказы о них встречаются в письмах и дневниках, на страницах воспоминаний многих участников войны, где чаще всего чередуются лиричные и циничные оценки и интонации.

Жители Бухареста приветствуют советских солдат. Надпись на большом транспаранте — «TRĂIASCĂ MARELE STALIN — GENIAL COMANDANT AL ARMATEI ROŞII», что можно перевести как «Да здравствует великий Сталин — гениальный вождь Красной Армии».

Первой европейской страной, в которую в августе 1944 г. вступила Красная Армия, была Румыния. В «Записках о войне» поэта-фронтовика Бориса Слуцкого мы находим весьма откровенные строки: «Внезапная, почти столкнутая в море, открывается Констанца. Она почти совпадает со средней мечтой о счастье и о «после войны». Рестораны. Ванные. Кровати с чистым бельем. Лавки с рептильными продавцами. И — женщины, нарядные городские женщины — девушки Европы — первая дань, взятая нами с побежденных…»[1] Далее он описывает свои первые впечатления от «заграницы»: «Европейские парикмахерские, где мылят пальцами и не моют кисточки, отсутствие бани, умывание из таза, «где сначала грязь с рук остается, а потом лицо моют», перины вместо одеял – из отвращения вызываемого бытом, делались немедленные обобщения… В Констанце мы впервые встретились с борделями… Первые восторги наших перед фактом существования свободной любви быстро проходят. Сказывается не только страх перед заражением и дороговизна, но и презрение к самой возможности купить человека… Многие гордились былями типа: румынский муж жалуется в комендатуру, что наш офицер не уплатил его жене договоренные полторы тысячи лей. У всех было отчетливое сознание: «У нас это невозможно»… Наверное, наши солдаты будут вспоминать Румынию как страну сифилитиков…»[2]. И делает вывод, что именно в Румынии, этом европейском захолустье, «наш солдат более всего ощущал свою возвышенность над Европой»[3].


Колонна советских войск на улице в центре Бухареста.

Другой советский офицер, подполковник ВВС Федор Смольников 17 сентября 1944 г. записал в своем дневнике впечатления о Бухаресте: «Гостиница Амбасадор, ресторан, нижний этаж. Я вижу, как гуляет праздная публика, ей нечего делать, она выжидает. На меня смотрят как на редкость. «Русский офицер!!!» Я очень скромно одет, больше, чем скромно. Пусть. Мы все равно будем в Будапеште. Это так же верно, как то, что я в Бухаресте. Первоклассный ресторан. Публика разодета, красивейшие румынки лезут глазами вызывающе {Здесь и далее выделено автором статьи}. Ночуем в первоклассной гостинице. Бурлит столичная улица. Музыки нет, публика ждет. Столица, черт ее возьми! Не буду поддаваться рекламе…»[4]


Румынская крестьянка угощает молоком советского солдата.

В Венгрии советская армия столкнулась не только с вооруженным сопротивлением, но и с коварными ударами в спину со стороны населения, когда «убивали по хуторам пьяных и отставших одиночек» и топили в силосных ямах. Однако «женщины, не столь развращенные, как румынки, уступали с постыдной легкостью… Немножко любви, немножко беспутства, а больше всего, конечно, помог страх»[5]. Приводя слова одного венгерского адвоката «Очень хорошо, что русские так любят детей. Очень плохо, что они так любят женщин», Борис Слуцкий комментирует: «Он не учитывал, что женщины-венгерки тоже любили русских, что наряду с темным страхом, раздвигавшим колени матрон и матерей семейств, были ласковость девушек и отчаянная нежность солдаток, отдававшихся убийцам своих мужей» [6].


Еврейская семья, освобожденная из будапештского гетто.

Григорий Чухрай в своих воспоминаниях описывал такой случай в Венгрии. Его часть расквартировалась в одном местечке. Хозяева дома, где расположился он сам с бойцами, во время застолья «под действием русской водки расслабились и признались, что прячут на чердаке свою дочку». Советские офицеры возмутились: «За кого вы нас принимаете? Мы не фашисты!». «Хозяева устыдились, и вскоре за столом появилась сухощавая девица, по имени Марийка, которая жадно принялась за еду. Потом, освоившись, она стала кокетничать и даже задавать нам вопросы… К концу ужина все были настроены доброжелательно и пили за «боротшаз» (дружбу). Марийка поняла этот тост уж слишком прямолинейно. Когда мы легли спать, она появилась в моей комнате в одной нижней рубашке. Я как советский офицер сразу сообразил: готовится провокация. «Они рассчитывают, что я соблазнюсь на прелести Марийки, и поднимут шум. Но я не поддамся на провокацию», — подумал я. Да и прелести Марийки меня не прельщали — я указал ей на дверь.

На следующее утро хозяйка, ставя на стол еду, грохотала посудой. «Нервничает. Не удалась провокация!» — подумал я. Этой мыслью я поделился с нашим переводчиком венгром. Он расхохотался.

— Никакая это не провокация! Тебе выразили дружеское расположение, а ты им пренебрег. Теперь тебя в этом доме за человека не считают. Тебе надо переходить на другую квартиру!

— А зачем они прятали дочь на чердаке?

— Они боялись насилия. У нас принято, что девушка, прежде чем войти в брак, с одобрения родителей может испытать близость со многими мужчинами. У нас говорят: кошку в завязанном мешке не покупают…»[7]


Колонна советских солдат на улицах Будапешта.

У молодых, физически здоровых мужчин была естественная тяга к женщинам. Но легкость европейских нравов кого-то из советских бойцов развращала, а кого-то, напротив, убеждала в том, что отношения не должны сводиться к простой физиологии. Сержант Александр Родин записал свои впечатления о посещении – из любопытства! – публичного дома в Будапеште, где его часть стояла какое-то время после окончания войны: «…После ухода возникло отвратительное, постыдное ощущение лжи и фальши, из головы не шла картина явного, откровенного притворства женщины… Интересно, что подобный неприятный осадок от посещения публичного дома остался не только у меня, юнца, воспитанного к тому же на принципах типа «не давать поцелуя без любви, но и у большинства наших солдат, с кем приходилось беседовать… Примерно в те же дни мне пришлось беседовать с одной красивенькой мадьяркой (она откуда-то знала русский язык). На ее вопрос, понравилось ли мне в Будапеште, я ответил, что понравилось, только вот смущают публичные дома. «Но – почему?» — спросила девушка. Потому что это противоестественно, дико, — объяснял я: — женщина берет деньги и следом за этим, тут же начинает «любить!» Девушка подумала какое-то время, потом согласно кивнула и сказала: «Ты прав: брать деньги вперёд некрасиво»…»[8]

Иные впечатления оставила о себе Польша. По свидетельству поэта Давида Самойлова, «…в Польше держали нас в строгости. Из расположения улизнуть было сложно. А шалости сурово наказывались»[9]. И приводит впечатления от этой страны, где единственным позитивным моментом выступала красота польских женщин. «Не могу сказать, что Польша сильно понравилась нам, — писал он. — Тогда в ней не встречалось мне ничего шляхетского и рыцарского. Напротив, все было мещанским, хуторянским — и понятия, и интересы. Да и на нас в восточной Польше смотрели настороженно и полувраждебно, стараясь содрать с освободителей что только возможно. Впрочем, женщины были утешительно красивы и кокетливы, они пленяли нас обхождением, воркующей речью, где все вдруг становилось понятно, и сами пленялись порой грубоватой мужской силой или солдатским мундиром. И бледные отощавшие их прежние поклонники, скрипя зубами, до времени уходили в тень…»[10].


Войска 10-го танкового корпуса 5-й гвардейской танковой армии 2-го Белорусского фронта занимают город Мюльхаузен (ныне польский город Млынары) в ходе Млавско-Эльбингской операции. Город Мюльхаузен был освобожден от гитлеровских войск 24 января 1945 года.

Но не все оценки польских женщин выглядели столь романтично. 22 октября 1944 г. младший лейтенант Владимир Гельфанд записал в своем дневнике: «Вдали вырисовывался оставленный мною город с польским названием [Владов], с красивыми полячками, гордыми до омерзения. … Мне рассказывали о польских женщинах: те заманивали наших бойцов и офицеров в свои объятья, и когда доходило до постели, отрезали половые члены бритвой, душили руками за горло, царапали глаза. Безумные, дикие, безобразные самки! С ними надо быть осторожней и не увлекаться их красотой. А полячки красивы, мерзавки»[11]. Впрочем, есть в его записях и иные настроения. 24 октября он фиксирует такую встречу: «Сегодня спутницами мне к одному из сел оказались красивые полячки-девушки. Они жаловались на отсутствие парней в Польше. Тоже называли меня «паном», но были неприкосновенны. Я одну из них похлопал по плечу нежно, в ответ на ее замечание о мужчинах, и утешил мыслью об открытой для нее дороге в Россию — там де много мужчин. Она поспешила отойти в сторону, а на мои слова ответила, что и здесь мужчины для нее найдутся. Попрощались пожатием руки. Так мы и не договорились, а славные девушки, хоть и полечки»[12]. Еще через месяц, 22 ноября, он записал свои впечатления о первом встретившемся ему крупном польском городе Минске-Мазовецком, и среди описания архитектурных красот и поразившего его количества велосипедов у всех категорий населения особое место уделяет горожанкам: «Шумная праздная толпа, женщины, как одна, в белых специальных шляпах, видимо от ветра надеваемых, которые делают их похожими на сорок и удивляют своей новизной. Мужчины в треугольных шапках, в шляпах, — толстые, аккуратные, пустые. Сколько их! … Крашеные губки, подведенные брови, жеманство, чрезмерная деликатность. Как это не похоже на естественную жизнь человечью. Кажется, что люди сами живут и движутся специально лишь ради того, чтобы на них посмотрели другие, и все исчезнут, когда из города уйдет последний зритель…»[13]


Советский плакат на границе Польши и Германии.

Не только польские горожанки, но и селянки оставляли о себе сильное, хотя и противоречивое впечатление. «Поражало жизнелюбие поляков, переживших ужасы войны и немецкой оккупации, — вспоминал Александр Родин. – Воскресный день в польском селе. Красивые, элегантные, в шелковых платьях и чулках женщины-польки, которые в будни – обычные крестьянки, сгребают навоз, босые, неутомимо работают по хозяйству. Пожилые женщины тоже выглядят свежо и молодо. Хотя есть и черные рамки вокруг глаз…»[14] Далее он цитирует свою дневниковую запись от 5 ноября 1944 г.: «Воскресенье, жители все разодеты. Собираются друг к другу в гости. Мужчины в фетровых шляпах, галстуках, джемперах. Женщины в шелковых платьях, ярких, неношеных чулках. Розовощекие девушки – «паненки». Красиво завитые белокурые прически… Солдаты в углу хаты тоже оживлены. Но кто чуткий, заметит, что это – болезненное оживление. Все повышено громко смеются, чтобы показать, что это им нипочем, даже ничуть не задевает и не завидно ничуть. А что мы, хуже их? Черт ее знает, какое это счастье – мирная жизнь! Ведь совсем не видел ее на гражданке!»[15] Его однополчанин сержант Николай Нестеров в тот же день записал в своем дневнике: «Сегодня выходной, поляки, красиво одетые, собираются в одной хате и сидят парочками. Даже как-то не по себе становится. Разве я не сумел бы посидеть так?..»[16]

Куда беспощаднее в своей оценке «европейских нравов», напоминающих «пир во время чумы», военнослужащая Галина Ярцева. 24 февраля 1945 г. она писала с фронта подруге: «…Если б была возможность, можно б было выслать чудесные посылки их трофейных вещей. Есть кое-что. Это бы нашим разутым и раздетым. Какие города я видела, каких мужчин и женщин. И глядя на них, тобой овладевает такое зло, такая ненависть! Гуляют, любят, живут, а их идешь и освобождаешь. Они же смеются над русскими — «Швайн!» Да, да! Сволочи… Не люблю никого, кроме СССР, кроме тех народов, кои живут у нас. Не верю ни в какие дружбы с поляками и прочими литовцами…»[17].


Советские солдаты на улицах Вены

В Австрии, куда советские войска ворвались весной 1945 г., они столкнулись с «повальной капитуляцией»: «Целые деревни оглавлялись белыми тряпками. Пожилые женщины поднимали кверху руки при встрече с человеком в красноармейской форме»[18]. Именно здесь, по словам Б.Слуцкого, солдаты «дорвались до белобрысых баб». При этом «австрийки не оказались чрезмерно неподатливыми. Подавляющее большинство крестьянских девушек выходило замуж «испорченными». Солдаты-отпускники чувствовали себя, как у Христа за пазухой. В Вене наш гид, банковский чиновник, удивлялся настойчивости и нетерпеливости русских. Он полагал, что галантности достаточно, чтобы добиться у венки всего, чего хочется»[19]. То есть дело было не только в страхе, но и в неких особенностях национального менталитета и традиционного поведения.


Нацист перед приходом советских войск расстрелял свою семью и покончил с собой на улице Вены.

И вот наконец Германия. И женщины врага — матери, жены, дочери, сестры тех, кто с 1941-го по 1944-й год глумился над гражданским населением на оккупированной территории СССР. Какими же увидели их советские военнослужащие? Внешний вид немок, идущих в толпе беженцев, описан в дневнике Владимира Богомолова: «Женщины — старые и молодые — в шляпках, в платках тюрбаном и просто навесом, как у наших баб, в нарядных пальто с меховыми воротниками и в трепаной, непонятного покроя одежде. Многие женщины идут в темных очках, чтобы не щуриться от яркого майского солнца и тем предохранить лицо от морщин…»[20] Лев Копелев вспоминал о встрече в Алленштайне с эвакуированными берлинками: «На тротуаре две женщины. Замысловатые шляпки, у одной даже с вуалью. Добротные пальто, и сами гладкие, холеные»[21]. И приводил солдатские комментарии в их адрес: «курицы», «индюшки», «вот бы такую гладкую…»

Как же вели себя немки при встрече с советскими войсками? В донесении зам. начальника Главного Политического управления Красной Армии Шикина в ЦК ВКП(б) Г.Ф.Александрову от 30 апреля 1945 г. об отношении гражданского населения Берлина к личному составу войск Красной Армии говорилось: «Как только наши части занимают тот или иной район города, жители начинают постепенно выходить на улицы, почти все они имеют на рукавах белые повязки. При встрече с нашими военнослужащими многие женщины поднимают руки вверх, плачут и трясутся от страха, но как только убеждаются в том, что бойцы и офицеры Красной Армии совсем не те, как им рисовала их фашистская пропаганда, этот страх быстро проходит, все больше и больше населения выходит на улицы и предлагает свои услуги, всячески стараясь подчеркнуть свое лояльное отношение к Красной Армии»[22].


Наибольшее впечатление на победителей произвела покорность и расчетливость немок. В этой связи стоит привести рассказ минометчика Н.А.Орлова, потрясенного поведением немок в 1945 г.: «Никто в минбате не убивал гражданских немцев. Наш особист был «германофил». Если бы такое случилось, то реакция карательных органов на подобный эксцесс была бы быстрой. По поводу насилия над немецкими женщинами. Мне кажется, что некоторые, рассказывая о таком явлении, немного «сгущают краски». У меня на памяти пример другого рода. Зашли в какой-то немецкий город, разместились в домах. Появляется «фрау», лет 45-ти и спрашивает «гера коменданта». Привели ее к Марченко. Она заявляет, что является ответственной по кварталу, и собрала 20 немецких женщин для сексуального (!!!) обслуживания русских солдат. Марченко немецкий язык понимал, а стоявшему рядом со мной замполиту Долгобородову я перевел смысл сказанного немкой. Реакция наших офицеров была гневной и матерной. Немку прогнали, вместе с ее готовым к обслуживанию «отрядом». Вообще немецкая покорность нас ошеломила. Ждали от немцев партизанской войны, диверсий. Но для этой нации порядок – «Орднунг» — превыше всего. Если ты победитель – то они «на задних лапках», причем осознанно и не по принуждению. Вот такая психология…»[23].

Аналогичный случай приводит в своих военных записках Давид Самойлов: «В Арендсфельде, где мы только что расположились, явилась небольшая толпа женщин с детьми. Ими предводительствовала огромная усатая немка лет пятидесяти — фрау Фридрих. Она заявила, что является представительницей мирного населения и просит зарегистрировать оставшихся жителей. Мы ответили, что это можно будет сделать, как только появится комендатура.

— Это невозможно, — сказала фрау Фридрих. — Здесь женщины и дети. Их надо зарегистрировать.

Мирное население воплем и слезами подтвердило ее слова.

Не зная, как поступить, я предложил им занять подвал дома, где мы разместились. И они успокоенные спустились в подвал и стали там размещаться в ожидании властей.

— Герр комиссар, — благодушно сказала мне фрау Фридрих (я носил кожаную куртку). — Мы понимаем, что у солдат есть маленькие потребности. Они готовы, — продолжала фрау Фридрих, — выделить им нескольких женщин помоложе для…

Я не стал продолжать разговор с фрау Фридрих»[24].


После общения с жительницами Берлина 2 мая 1945 г. Владимир Богомолов записал в дневнике: «Входим в один из уцелевших домов. Все тихо, мертво. Стучим, просим открыть. Слышно, что в коридоре шепчутся, глухо и взволнованно переговариваются. Наконец дверь открывается. Сбившиеся в тесную группу женщины без возраста испуганно, низко и угодливо кланяются. Немецкие женщины нас боятся, им говорили, что советские солдаты, особенно азиаты, будут их насиловать и убивать… Страх и ненависть на их лицах. Но иногда кажется, что им нравится быть побежденными, — настолько предупредительно их поведение, так умильны их улыбки и сладки слова. В эти дни в ходу рассказы о том, как наш солдат зашел в немецкую квартиру, попросил напиться, а немка, едва его завидела, легла на диван и сняла трико»[25].

«Все немки развратны. Они ничего не имеют против того, чтобы с ними спали»[26], — такое мнение бытовало в советских войсках и подкреплялось не только многими наглядными примерами, но и их неприятными последствиями, которые вскоре обнаружили военные медики.

Директива Военного Совета 1-го Белорусского фронта № 00343/Ш от 15 апреля 1945 г. гласила: «За время пребывания войск на территории противника резко возросли случаи венерических заболеваний среди военнослужащих. Изучение причин такого положения показывает, что среди немцев широко распространены венерические заболевания. Немцы перед отступлением, а также сейчас, на занятой нами территории, стали на путь искусственного заражения сифилисом и триппером немецких женщин, с тем, чтобы создать крупные очаги для распространения венерических заболеваний среди военнослужащих Красной Армии»[27].


Военный совет 47-й армии 26 апреля 1945 г. сообщал, что «…В марте месяце число венерических заболеваний среди военнослужащих возросло по сравнению с февралем с.г. в четыре раза. … Женская часть населения Германии в обследованных районах поражена на 8-15%. Имеются случаи, когда противником специально оставляются больные венерическими болезнями женщины-немки для заражения военнослужащих»[28].

Для реализации Постановления Военного Совета 1-го Белорусского фронта № 056 от 18 апреля 1945 г. по предупреждению венерических заболеваний в войсках 33-й армии была выпущена листовка следующего содержания:

«Товарищи военнослужащие!

Вас соблазняют немки, мужья которых обошли все публичные дома Европы, заразились сами и заразили своих немок.

Перед вами и те немки, которые специально оставлены врагами, чтобы распространять венерические болезни и этим выводить воинов Красной Армии из строя.

Надо понять, что близка наша победа над врагом и что скоро вы будете иметь возможность вернуться к своим семьям.

Какими же глазами будет смотреть в глаза близким тот, кто привезет заразную болезнь?

Разве можем мы, воины героической Красной Армии, быть источником заразных болезней в нашей стране? НЕТ! Ибо моральный облик воина Красной Армии должен быть так же чист, как облик его Родины и семьи!»[29]

Практичных немцев больше всего волновал вопрос о снабжении продовольствием, ради него они готовы были буквально на все. Так, некий доктор медицины Калистурх в разговоре со своими коллегами по вопросу отношения Красной Армии к немецкому населению заявил: «Нельзя скрывать, что я лично видел нехорошее отношение отдельных русских солдат к нашим женщинам, но я говорил, что в этом виновата война, а самое главное то, что наши солдаты и особенно эсэсовцы вели себя по отношению к русским женщинам гораздо хуже. – и тут же без перехода добавил: – Меня очень волновал продовольственный вопрос…»[30].

Даже в воспоминаниях Льва Копелева, с гневом описывающего факты насилия и мародерства советских военнослужащих в Восточной Пруссии, встречаются строки, отражающие другую сторону «отношений» с местным населением: «Рассказывали о покорности, раболепстве, заискивании немцев: вот, мол, они какие, за буханку хлеба и жен и дочерей продают»[31]. Брезгливый тон, каким Копелев передает эти «рассказы», подразумевает их недостоверность. Однако они подтверждаются многими источниками.


Берлин. лето 1945 г.

Владимир Гельфанд описал в дневнике свои ухаживания за немецкой девушкой (запись сделана через полгода после окончания войны, 26 октября 1945 г., но всё равно весьма характерна): «Хотелось вдоволь насладиться ласками хорошенькой Маргот – одних поцелуев и объятий было недостаточно. Ожидал большего, но не смел требовать и настаивать. Мать девушки осталась довольна мною. Еще бы! На алтарь доверия и расположения со стороны родных мною были принесены конфеты и масло, колбаса, дорогие немецкие сигареты. Уже половины этих продуктов достаточно, чтобы иметь полнейшее основание и право что угодно творить с дочерью на глазах матери, и та ничего не скажет против. Ибо продукты питания сегодня дороже даже жизни, и даже такой юной и милой чувственницы, как нежная красавица Маргот»[32].

Интересные дневниковые записи оставил австралийский военный корреспондент Осмар Уайт, который в 1944-1945 гг. находился в Европе в рядах 3-й американской армии под командой Джорджа Патона. Вот что он записал в Берлине в мае 1945 г., буквально через несколько дней после окончания штурма: «Я прошелся по ночным кабаре, начав с «Фемины» возле Потсдаммерплатц. Был теплый и влажный вечер. В воздухе стоял запах канализации и гниющих трупов. Фасад «Фемины» был покрыт футуристическими картинками обнаженной натуры и объявлениями на четырех языках. Танцевальный зал и ресторан были заполнены русскими, британскими и американскими офицерами, сопровождавшими женщин (или охотящимися за ними). Бутылка вина стоила 25 долларов, гамбургер из конины и картошки – 10 долларов, пачка американских сигарет – умопомрачительные 20 долларов. Щеки берлинских женщин были нарумянены, а губы накрашены так, что казалось, что это Гитлер выиграл войну. Многие женщины были в шелковых чулках. Дама-хозяйка вечера открыла концерт на немецком, русском, английском и французском языках. Это спровоцировало колкость со стороны капитана русской артиллерии, сидевшего рядом со мной. Он наклонился ко мне и сказал на приличном английском: «Такой быстрый переход от национального к интернациональному! Бомбы RAF – отличные профессора, не так ли?»[33]


Партизанки 1-й Пролетарской бригады НОАЮ. Село Жарково недалеко от Белграда накануне боев за город.

Общее впечатление от европейских женщин, сложившееся у советских военнослужащих, — холеные и нарядные (в сравнении с измученными войной соотечественницами в полуголодном тылу, на освобожденных от оккупации землях, да и с одетыми в застиранные гимнастерки фронтовыми подругами), доступные, корыстные, распущенные либо трусливо покорные. Исключением стали югославки и болгарки. Суровые и аскетичные югославские партизанки воспринимались как товарищи по оружию и считались неприкосновенными. А учитывая строгость нравов в югославской армии, «партизанские девушки, наверное, смотрели на ППЖ [походно-полевых жен], как на существа особенного, скверного сорта»[34]. О болгарках Борис Слуцкий вспоминал так: «…После украинского благодушия, после румынского разврата суровая недоступность болгарских женщин поразила наших людей. Почти никто не хвастался победами. Это была единственная страна, где офицеров на гулянье сопровождали очень часто мужчины, почти никогда — женщины. Позже болгары гордились, когда им рассказывали, что русские собираются вернуться в Болгарию за невестами — единственными в мире, оставшимися чистыми и нетронутыми»[35].


Жители болгарского городка празднуют освобождение

Приятное впечатление оставили о себе чешские красавицы, радостно встречавшие советских солдат-освободителей. Смущенные танкисты с покрытых маслом и пылью боевых машин, украшенных венками и цветами, говорили между собой: «…Нечто танк невеста, чтоб его убирать. А их девчата, знай себе, нацепляют. Хороший народ. Такого душевного народа давно не видел…» Дружелюбие и радушие чехов было искренним. «…- Если бы это было можно, я перецеловала бы всех солдат и офицеров Красной Армии за то, что они освободили мою Прагу, — под общий дружный и одобрительный смех сказала … работница пражского трамвая»[36], — так описывал атмосферу в освобожденной чешской столице и настроения местных жителей 11 мая 1945 г. Борис Полевой.

Но в остальных странах, через которые прошла армия победителей, женская часть населения не вызывала к себе уважения. «В Европе женщины сдались, изменили раньше всех… — писал Б.Слуцкий. — Меня всегда потрясала, сбивала с толку, дезориентировала легкость, позорная легкость любовных отношений. Порядочные женщины, безусловно, бескорыстные, походили на проституток – торопливой доступностью, стремлением избежать промежуточные этапы, неинтересом к мотивам, толкающим мужчину на сближение с ними. Подобно людям, из всего лексикона любовной лирики узнавшим три похабных слова, они сводили все дело к нескольким телодвижениям, вызывая обиду и презрение у самых желторотых из наших офицеров… Сдерживающими побуждениями служили совсем не этика, а боязнь заразиться, страх перед оглаской, перед беременностью»[37], — и добавлял, что в условиях завоевания «всеобщая развращенность покрыла и скрыла особенную женскую развращенность, сделала ее невидной и нестыдной»[38].

Впрочем, среди мотивов, способствовавших распространению «международной любви», невзирая на все запреты и суровые приказы советского командования, было еще несколько: женское любопытство к «экзотическим» любовникам и невиданная щедрость русских к объекту своих симпатий, выгодно отличавшая их от прижимистых европейских мужчин.


Водолазы СФ с норвежскими детьми. 1944 г.

Младший лейтенант Даниил Златкин в самом конце войны оказался в Дании, на острове Борнгольм. В своем интервью он рассказывал, что интерес русских мужчин и европейских женщин друг к другу был обоюдный: «Мы не видели женщин, а надо было… А когда в Данию приехали, … это свободно, пожалуйста. Они хотели проверить, испытать, попробовать русского человека, что это такое, как это, и вроде получалось получше, чем у датчан. Почему? Мы были бескорыстны и добры… Я дарил коробку конфет в полстола, я дарил 100 роз незнакомой женщине … ко дню рождения…»[39]

При этом мало кто помышлял о серьезных отношениях, о браке, ввиду того, что советское руководство четко обозначило свою позицию в этом вопросе. В Постановлении Военного совета 4-го Украинского фронта от 12 апреля 1945 г. говорилось: «1. Разъяснить всем офицерам и всему личному составу войск фронта, что брак с женщинами-иностранками является незаконным и категорически запрещается. 2. О всех случаях вступления военнослужащих в брак с иностранками, а равно о связях наших людей с враждебными элементами иностранных государств доносить немедленно по команде для привлечения виновных к ответственности за потерю бдительности и нарушение советских законов»[40]. Директивное указание начальника Политуправления 1-го Белорусского фронта от 14 апреля 1945 г. гласило: «По сообщению начальника Главного управления кадров НКО, в адрес Центра продолжают поступать заявления от офицеров действующей армии с просьбой санкционировать браки с женщинами иностранных государств (польками, болгарками, чешками и др.). Подобные факты следует рассматривать как притупление бдительности и притупление патриотических чувств. Поэтому необходимо в политико-воспитательной работе обратить внимание на глубокое разъяснение недопустимости подобных актов со стороны офицеров Красной Армии. Разъяснить всему офицерскому составу, не понимающему бесперспективность таких браков, нецелесообразность женитьбы на иностранках, вплоть до прямого запрещения, и не допускать ни одного случая»[41].

И женщины не тешили себя иллюзиями относительно намерений своих кавалеров. «В начале 1945 года даже самые глупые венгерские крестьяночки не верили нашим обещаниям. Европеянки уже были осведомлены о том, что нам запрещают жениться на иностранках, и подозревали, что имеется аналогичный приказ также и о совместном появлении в ресторане, кино и т.п. Это не мешало им любить наших ловеласов, но придавало этой любви сугубо «оуайдумный» [плотский] характер»[42], — писал Б.Слуцкий.

В целом следует признать, что образ европейских женщин, сформировавшийся у воинов Красной армии в 1944-1945 гг., за редким исключением, оказался весьма далек от страдальческой фигуры с закованными в цепи руками, с надеждой взирающей с советского плаката «Европа будет свободной!».

Примечания

[1] Слуцкий Б. Записки о войне. Стихотворения и баллады. СПб., 2000. С. 174.
[2] Там же. С. 46-48.
[3] Там же. С. 46-48.
[4] Смольников Ф.М. Воюем! Дневник фронтовика. Письма с фронта. М., 2000. С. 228-229.
[5] Слуцкий Б. Указ. соч. С. 110, 107.
[6] Там же. С. 177.
[7] Чухрай Г. Моя война. М.: Алгоритм, 2001. С. 258-259.
[8] Родин А. Три тысячи километров в седле.Дневники. М., 2000. С. 127.
[9] Самойлов Д. Люди одного варианта. Из военных записок // Аврора. 1990. № 2. С. 67.
[10] Там же. С. 70-71.
[11] Гельфанд В.Н. Дневники 1941-1946. http://militera.lib.ru/db/gelfand_vn/05.html
[12] Там же.
[13] Там же.
[14] Родин А. Три тысячи километров в седле. Дневники. М., 2000. С. 110.
[15] Там же. С. 122-123.
[16] Там же. С. 123.
[17] Центральный архив Министерства обороны РФ. Ф. 372. Оп. 6570. Д; 76. Л. 86.
[18] Слуцкий Б. Указ. соч. С. 125.
[19] Там же. С. 127-128.
[20] Богомолов В.О. Германия, Берлин. Весна 1945-го // Богомолов В.О. Жизнь моя, иль ты приснилась мне?.. М.: Журнал «Наш современник», №№ 10-12, 2005, № 1, 2006. http://militera.lib.ru/prose/russian/bogomolov_vo/03.html
[21] Копелев Л. Хранить вечно. В 2 кн. Кн.1: Части 1-4. М.: Терра, 2004. Гл. 11. http://lib.rus.ec/b/137774/read#t15
[22] Российский государственный архив социально-политической истории (далее — РГАСПИ). Ф. 17. Оп. 125. Д. 321. Л. 10-12.
[23] Из интервью Н.А.Орлова на сайте «Я помню». http://www.iremember.ru/minometchiki/orlov-naum-aronovich/stranitsa-6.html
[24] Самойлов Д. Указ. соч. С. 88.
[25] Богомолов В.О. Жизнь моя, иль ты приснилась мне?.. // Наш современник. 2005. №№ 10-12; 2006. № 1. http://militera.lib.ru/prose/russian/bogomolov_vo/03.html
[26] Из Политдонесения о доведении до личного состава директивы тов. Сталина № 11072 от 20.04.1945 г. в 185 стрелковой дивизии. 26 апреля 1945 г. Цит. по: Богомолов В.О. Указ. соч. http://militera.lib.ru/prose/russian/bogomolov_vo/02.html
[27] Цит. по: Богомолов В.О. Указ. соч. http://militera.lib.ru/prose/russian/bogomolov_vo/02.html
[28] Там же.
[29] Там же.
[30] Государственный архив Российской Федерации. Ф. р-9401. Оп. 2. Д. 96. Л.203.
[31] Копелев Л. Указ. соч. Гл. 12. http://lib.rus.ec/b/137774/read#t15
[32] Гельфанд В.Н. Указ. соч.
[33] White Osmar. Conquerors’ Road: An Eyewitness Account of Germany 1945. Cambridge University Press, 2003 [1996]. XVII, 221 pp. http://www.argo.net.au/andre/osmarwhite.html
[34] Слуцкий Б. Указ. соч. С. 99.
[35] Там же. С. 71.
[36] Полевой Б. Освобождение Праги // От Советского информбюро… Публицистика и очерки военных лет. 1941-1945. Т. 2. 1943-1945. М.: Издательство АПН, 1982. С. 439.
[37] Там же. С. 177-178.
[38] Там же. С. 180.
[39] Из интервью с Д.Ф.Златкиным от 16 июня 1997 г. // Личный архив.
[40] Цит. по: Богомолов В.О. Указ. соч. http://militera.lib.ru/prose/russian/bogomolov_vo/04.html
[41] Там же.
[42] Слуцкий Б. Указ. соч. С. 180-181.

Сенявская Елена Спартаковна — доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН, профессор кафедры истории России новейшего времени Российского государственного гуманитарного университета, лауреат Государственной премии РФ, действительный член Академии военных наук

«Ученые записки Петрозаводского государственного университета», Май, 2012. №3(124). С. 13-19

Источник статьи

 

За что сражались советские люди


За что сражались советские люди

В свое время прочитал книгу А. Дюкова “За что сражались советские люди”. Вообще я хорошо знаком с историей Великой Отечественной войны. Но даже для меня книга была настоящим шоком. Тем не менее нам нужно знать эту самую страшную сторону той войны. Поскольку это знание передаёт всю значимость Победы, мобилизует на деятельность перед лицом опасности повторения подобного.

Из введения
…Мы забыли о чем-то очень важном.
Разбираясь в справедливости оперативных и тактических решений командования вермахта и РККА, подсчитывая соотношение сил, выстраивая схемы управленческих структур, восхищаясь изысканностью многоходовых разведывательных операций — увлекшись всем этим, мы забыли о том, что это была за война, стали относиться к ней как к обычной, одной из многих в истории нашей Родины.
Эта потеря — самая важная, самая катастрофическая, сравнимая с ужасом поражений лета и осени сорок первого.
Самая опасная для нас.
Потому что Великая война, завершившаяся шестьдесят лет назад, не была обычной войной.
Это была война на уничтожение нашего народа.
Германское руководство рассчитывало к осени сорок первого оккупировать европейскую часть Советского Союза и приступить к ее освоению; методы этого освоения с истинно немецкой педантичностью планировались столь же детально, как и военные операции.
И хотя фашистам не удалось выполнить план «блицкрига», они сумели, хоть и частично, претворить в жизнь заблаговременно спланированные мероприятия по очистке оккупированной территории. Жестокость оккупационного режима была такова, что, по самым скромным подсчетам, каждый пятый из оказавшихся под оккупацией семидесяти миллионов советских граждан не дожил до Победы.
Страшные вещи творились на оккупированной территории….

Живые голоса: «Мы мертвых не боялись, это все были знакомые люди»
В рамках «борьбы с партизанами» немецкие каратели уничтожали целые семьи. Рассказы детей, чудом уцелевших в ходе этих бесчеловечных акций, приведены в книге Светланы Алексиевич «Последние свидетели».

«Вот согнали всех нас, всю нашу деревню. Поставили впереди пулеметы и приказали отвечать, где партизаны, к кому они заходили. Все молчали. Тогда они отсчитали каждого третьего и вывели на расстрел. Расстреляли шесть человек: двух мужчин, двух женщин и двух подростков…
Скоро немцы вернулись… Через несколько дней…
Собрали всех детей, нас было тринадцать человек, поставили впереди своей колонны — боялись партизанских мин. Мы шли, а они за нами ехали. Если надо было, например, остановиться и взять воду из колодца, они сначала запускали к колодцу нас. Мальчишки не так боялись, а девочки шли и плакали. А они за нами на машинах… Помню, что мы шли босиком, а еще только начиналась весна… Первые дни…
Хочу забыть…
Немцы ходили по хатам… Собирали тех, у кого дети ушли в партизаны… И отрубили им головы посреди деревни… Нам приказали: «Смотрите». В одной хате никого не нашли, поймали и повесили их кота. Он висел на веревочке как ребенок».
Люба Александрович, 11 лет
* * *
«Как нас расстреливали…
Согнали к бригадирской хате… Всю деревню… Теплый день, трава теплая. Кто стоял, а кто сидел. Женщины в белых платках, дети босиком. На этом месте, куда нас согнали, всегда собирались в праздники. Песни пели…
Из тех, что стояли впереди, отсчитали четырнадцать человек. Дали им лопаты и приказали копать яму. А нас подогнали ближе смотреть, как они копают. Копали быстро-быстро. Я помню, что яма была большая, глубокая, на полный человеческий рост. Такие ямы копают под дом, под фундамент.
Расстреливали по три человека. Поставят у края ямы — и в упор. Остальные смотрят… Не помню, чтобы с детьми родители прощались или дети с родителями. Одна мать подняла подол платья и закрыла дочке глаза.
Расстреляли четырнадцать человек и стали закапывать яму. А мы опять стояли и смотрели, как забрасывают землей, как утаптывают сапогами. А сверху еще лопатками похлопали, чтобы было красиво. Аккуратно. Понимаете, даже углы срезали, почистили. Один пожилой немец вытирал платком пот со лба, как будто он в поле работал. Понимаете? Не забыть…»
Леонид Шакинко, 12 лет
* * *
«Как нашу деревню жгли… Все запомнила… Они сначала нас расстреляли, а потом сожгли… Я вернулась с того света…
На улице они не стреляли, а заходили в хаты. Стоим все возле окна:
— Вон Аниську пошли расстреливать…
— У Аниськи кончили. К тетке Анфисе идут…
И мы стоим, мы ждем — придут и нас расстреляют. Никто не плачет, никто не кричит. Стоим…
Помню, как горели у убитой мамы волосы… А у маленького возле нее — пеленки… Мы переползли через них со старшим братом, я держалась за его штанину: сначала — во двор, потом в огород, до вечера лежали в картофлянике. Вечером заползли в кусты. И тут я расплакалась…»
Тоня Рудакова, 5 лет
* * *
«Я видел то, что человек не может видеть… Ему нельзя…
Я видел, как ночью пошел под откос и сгорел немецкий эшелон, а утром положили на рельсы всех тех, кто работал на железной дороге, и пустили по ним паровоз…
Я видел, как запрягали в брички людей… У них — желтые звезды на спине… И весело катались… Погоняли кнутами…
Я видел, как у матерей штыками выбивали из рук детей. И бросали в огонь. В колодец. А до нас с матерью очередь не дошла…
Я видел, как плакала соседская собака. Она сидела на золе соседской хаты. Одна…»
Юра Карпович, 8 лет
* * *
«Выгнали из сарая колхозных коров, а туда затолкали людей. И нашу маму. Мы с братиком сидели в кустах, ему два годика, он не плакал. И собака наша с нами сидела.
Утром пришли домой, дом стоит, а мамы нет. И людей никого нету. Одни мы остались. Я иду за водой, надо печь топить, братик кушать хочет. На колодезном журавле висели наши соседи. Повернула в другой конец деревни, там Криничный колодец был, самая лучшая вода. Самая вкусная. И там люди висят. С пустыми ведрами вернулась. Братик плакал, потому что голодный: «Хлеба дай. Дай корочку». Один раз я его укусила, чтобы не плакал.
Так мы жили несколько дней. Одни в деревне. Люди лежали или висели мертвые. Мы мертвых не боялись, это все были знакомые люди».
Мария Пузан, 7 лет
* * *
«Немцы тащили меня в сарай… Мама бежала следом и рвала на себе волосы. Она кричала: «Делайте со мной что хотите, только не трогайте дитя». У меня еще было два младших брата, они тоже кричали…
Родом мы из деревни Меховая Орловской области. Оттуда нас пешком пригнали в Беларусь. Гнали из концлагеря в концлагерь… Когда меня хотели забрать в Германию, мама подложила себе живот, а мне дала в руки меньшего братика. Так я спаслась. Меня вычеркнули из списка…
Собаки рвали детей… Сядем над разорванным дитяткой и ждем, когда сердце у него остановится… Тогда снегом прикроем… Вот ему и могилка до весны…»
Аня Павлова, 9 лет
* * *
«Черный немец навел на нас пулемет, и я поняла, что он сейчас будет делать. Я не успела даже закричать и обнять маленьких…
Проснулась я от маминого плача. Да, мне казалось, что я спала. Приподнялась, вижу: мама копает ямку и плачет. Она стояла спиной ко мне, а у меня не было сил ее позвать, сил хватало, только чтобы смотреть на нее. Мама разогнулась передохнуть, повернула ко мне голову и как закричит: «Инночка!» Она кинулась ко мне, схватила на руки. В одной руке меня держит, а другой остальных ощупывает: вдруг кто-нибудь еще живой? Нет, они были холодные…
Когда меня подлечили, мы с мамой насчитали у меня девять пулевых ран. Я училась считать. В одном плечике — две пули и в другом — две пули. Это будет четыре. В одной ножке две пули и в другой — две пули. Это будет уже восемь, и на шейке — ранка. Это будет уже девять».
Инна Старовойтова, 6 лет
* * *
«Помню, что каратели черные все, черные… У них даже собаки были черные…
Мы жались к матерям… Они не всех убивали, не всю деревню. Они взяли тех, кто справа стоял, и разделили: детей — отдельно, родителей — отдельно. Мы думали, что родителей будут расстреливать, а нас оставят. Там была моя мама… А я не хотела жить без мамы… Я просилась к ней и плакала. Как-то меня пропустили.
А она, как увидела… Как закричит:
— Это не моя дочь!
…Вот это я запомнила. Глаза у нее не слез были полны, а крови. Полные глаза крови:
— Это не моя дочь!
Куда-то меня оттащили. И я видела, как сначала стреляли в детей. Стреляли и смотрели, как родители мучаются. Расстреляли двух моих сестер и двух братьев. Когда убили детей, стали убивать родителей. Стояла женщина, держала на руках грудного ребеночка, он сосал водичку из бутылочки. Они выстрелили сначала в бутылочку, потом в ребенка, и потом только мать убили.
Как после всего жить?»
Фаина Люцко, 15 лет
* * *
«…В школе в тот день сорвались занятия — все пришли посмотреть на нашего папу. Это был первый папа, который приехал с войны… А папа у нас особенный — кавалер ордена Ленина, Герой Советского Союза — Антон Петрович Бринский…
Папа не хотел быть один. Не мог. Ему было плохо одному. Он всюду таскал меня за собой. Однажды я услышала… Он рассказывал кому-то, как партизаны подошли к деревне и увидели много свежей, вскопанной земли… Остановились… Стоят на ней… Вдруг замечают: эта земля под ними шевелится… Живая земля…
А через поле бежит мальчик и кричит, что тут расстреляли их деревню и закопали… Всю деревню…
Папа оглянулся, видит — я падаю. Больше он никогда при нас о войне не рассказывал…»
Вера Бринская, 12 лет

Изживая ненависть: советские люди на землях рейха

Настал день — солдаты Красной Армии вступили на землю Рейха.
Они прошли по обугленной, практически мертвой земле.
Все эти годы они дрались и выживали с одной мыслью — отомстить за погибших друзей, за обесчещенных жен, за детей, лишенных детства, за мечты, которые не сбылись, за надежды, которые были втоптаны в грязь немецкими сапогами.
Убить фашистского зверя в его собственном логове.
За годы войны слова «враги» и «немцы» стали синонимами; они — проклятое семя: людоеды, поджигатели, палачи, человеконенавистники, бешеные волки; фрицы — их самцы — ободранные шакалы; гретхен — их самки — облезшие гиены, а Германия — «гитлерия», где организовано серийное производство убийц. Эта страна с извращенной моралью узнает всю меру горя.
Это племя дикарей, которое нужно ненавидеть.
Это позор истории человечества, который необходимо уничтожить.
Такова была твердая уверенность красноармейцев.
Уверенность, для которой они имели все основания…

Казалось, что земли Рейха вот-вот захлебнутся в крови…

Сегодня, размышляя над событиями шестидесятилетней давности, нельзя отделаться от впечатления, что весной 1945 года произошло чудо. Несмотря на пропагандистские вопли сегодняшних ревизионистов, несомненным остается один факт: немцы не испытали и сотой доли того ужаса, который их солдаты устроили на Востоке. Несмотря на отдельные эксцессы, жестко пресекавшиеся командованием, в целом Красная Армия относилась к населению Рейха на удивление лояльно. Советский солдат со спасенной немецкой девчушкой в Трептов-парке — не пропагандистское преувеличение; это запечатленная в камне правда.
«Мы бились за каждый коридор, за каждую комнату, — вспоминал участвовавший в штурме Берлина И. Д. Перфильев. — Гитлеровцы превращали обычно дом в крепость, которую приходилось штурмовать. И помню, во время одного из таких штурмов, когда бой грохотал вверху, на этажах, мне и еще нескольким солдатам из нашего батальона пришлось в кромешной тьме, почти вплавь, вытаскивать немецких детишек, женщин, стариков из затопленного фашистами подвального помещения. Не могли мы, советские люди, смотреть на гибель детей…»
Для того чтобы понять, как подобное могло случиться, как люди, долгие годы жившие ненавистью, удержались от мести, следует возвратиться в начало сорок пятого, когда советские войска только-только вступили на вражескую землю.
В воспоминаниях старшего сержанта артиллерии Всеволода Олимпиева есть интересный эпизод. «Хмурым февральским утром полк пересекал границу Рейха. Стоявший на обочине шоссе генерал, командир кавалерийской дивизии, приветствовал проходящую колонну и призывал отомстить за наши разрушенные города и села, за страдания народа. Мы уже три года готовились мстить фашистам. Теперь возник вопрос: конкретно кому и как?»
Вопрос этот и впрямь не мог не волновать советских солдат. Пока война шла на собственной территории, все было понятно: любой немец — неважно, одетый в фельдграу или гражданское, — был безусловным врагом. Но вот наконец под ногами ненавистная германская земля. Кому мстить? Всем подряд? Только некоторым?
«Вместо привычно-ненавистного солдата вермахта или эсэсовца, вместо абстрактного «фрица» советские солдаты видели обычных людей. Чужих, порою непонятных, но — людей.

Это воспоминание младший лейтенант Петр Кириченко пронес через всю жизнь. Побежденные немцы вызывали уже не ненависть, а жалость.
«Вопрос о мести фашистам как-то отпал сам собой, — подводит итог Всеволод Олимпиев. — Не в традициях нашего народа отыгрываться на женщинах и детях, стариках и старухах. А невооруженных немцев-мужчин, пригодных для службы в армии, мне не приходилось встречать ни в городах Силезии, ни позже, в апреле, в Саксонии. Отношение советских солдат к немецкому населению там, где оно оставалось, можно назвать равнодушно-нейтральным. Никто, по крайней мере из нашего полка, их не преследовал и не трогал. Более того, когда мы встречали явно голодную многодетную немецкую семью, то без лишних слов делились с ней едой».
Понять — значит простить, гласит народная мудрость. Солдаты Красной Армии еще не были готовы прощать, но и мстить беззащитным людям не могли.
Разумеется, не все. Слишком многие за войну лишились всего: дома, жены и детей, родителей, друзей. И они, жившие только одной местью, не могли отказаться от нее в одночасье.
«Те, кто пострадал от немцев, у кого родные были расстреляны, угнаны, а их дома разрушены, они в первое время считали себя вправе и к немцам относиться также: «Как?! Мой дом разрушили, родных убили! Я этих сволочей буду крошить!» — вспоминал Петр Кириченко.
Однако подобные настроения были жестко пресечены военным командованием. Ответ на вопрос «кому мстить?» советское руководство сформулировало еще в далеком феврале 1942 года. Тогда в праздничной речи, посвященной очередной годовщине РККА, Сталин заявил: «Иногда болтают в иностранной печати, что Красная Армия имеет своей целью истребить немецкий народ и уничтожить германское государство. Это, конечно, глупая брехня и неумная клевета на Красную Армию. У Красной Армии нет и не может быть таких идиотских целей… Опыт истории говорит, что гитлеры приходят и уходят, а народ германский, а государство германское — остаются».
Разумеется, кроме репрессий было и воспитание: на политзанятиях солдатам вполне доступно объясняли, почему не нужно трогать мирных жителей. «Подполковник Нефедов нас предупреждал: «В этой войне пролито много крови. Но мы вступаем на территорию Германии не для того, чтобы мстить немецкому народу, а чтобы уничтожить фашизм и его армию», — вспоминал Владимир Вишневский.
Со страниц армейских газет Илья Эренбург призвал к благородному милосердию:
«Есть люди, и есть людоеды. Немцы брали детей и ударяли ими об дерево. Для воина Красной Армии ребенок — это ребенок. Я видел, как русские солдаты спасали немецких детей, и мы не стыдимся этого, мы этим гордимся.
Немцы жгли избы с людьми, привязывали к конским хвостам старух, бесчинствовали, терзали беззащитных, насиловали. Нет, мы не будем платить им той же монетой! Наша ненависть — высокое чувство, она требует суда, а не расправы, кары, а не насилия. Воин Красной Армии — рыцарь. Он освобождает украинских девушек и французских пленных. Он освобождает поляков и сербов. Он убивает солдат Гитлера, но не глумится над немецкими старухами. Он не палач и не насильник. На немецкой земле мы остались советскими людьми».

http://www.reminiscences.su/2012/04/blog-post.html

От РП: Иногда приходится читать у авторов «патриотического» толка, что, мол, Сталин ошибся — Европу нужно было не освобождать, а пройти по ней огнём и мечём. Что толку от русского благородства не получилось: едва дождавшись возможности, «освобождённые» прибалты, поляки и прочие «цивилизованные» выдвигают бредовые обвинения по части «миллионов изнасилованных немок» и прочие в том же духе. Как волка ни корми… Но при этом упускается из виду главное. Для русского человека, русского солдата, накормить немецкого ребёнка было таким же символическим жестом победителя, каким у других народов было бы, например, поставить ногу на голову поверженного врага.

По крайней мере, у всех «цивилизованных» принято именно так. Если бы русский солдат всласть оттоптался бы на побеждённой Германии и её союзниках — он был бы им понятнее. А вот кашу из солдатских кухонь, которой делились красноармейцы с немецкими детьми — её нам не простят никогда.

Не нужно нам ни восхищения, ни «прощения». Отметим лишь, что в последние месяцы Войны особенно полно проявились лучшие качества русских людей. В подавляющем своём большинстве, кстати — атеистов, безбожников. Даже потеряв свои собственные семьи, замученные фашистами, солдаты без всяких поповских назиданий знали, как нужно поступить с детьми на занятых ими территориях. А это ещё раз показывает, что именно в сталинском СССР и был достигнут небывалый взлёт русской духовности. Без «основ православия» в школах. Без трескотни о «христианском милосердии». Без волосатых попов с кадилами, окропляющих самолёты. Без ряженных «казаков», катающихся бесплатно в московском метро ради «защиты православных ценностей»

Ах, ну да, совсем забыл — «атеисты есть бездуховные «совки»».

Источник статьи

 

Метки:

Москва: Как шьют дело Денису Луцкевичу или квартирный вопрос полиции


Наверное, все вы видели распространенную по соцсетям фотографию исполосанной дубинками спины Дениса Луцкевича (фото внизу). В конце октября Денис направил заявление о совершенном против него сотрудниками полиции преступлении. Заявление отправлено в Следственный комитет – именно он обязан расследовать преступления, совершенные полицейскими.

«06.05.2012 года в промежуток времени с 17:00 до 18:00 сотрудниками полиции (сотрудники ОМОН) на Болотной набережной Москвы в период моего нахождения на митинге «Марш Миллионов» мне были причинены многочисленные телесные повреждения: порядка 11 ударов резиновой палкой в область спины и груди, удары резиновой палкой и руками в область головы, кровоподтеки, ссадины и царапины ног. Указанные мной телесные повреждения сотрудниками полиции мне были причинены умышленно… был диагностирован лёгкий вред здоровью» — это цитата из заявления Луцкевича.

25 октября в журнале Esquire вышла статья «Каска со счастливым концом», содержащая интервью с сотрудником ОМОН Алексеем Троериным. Троерин является потерпевшим по Болотному делу. На основании его показаний на Дениса Луцкевича, последний уже более полугода находится в СИЗО в статусе обвиняемого. На допросах потерпевший Троерин подробно описал Луцкевича и указал, что тот сорвал и пытался отобрать у него шлем. В интервью же он сказал, что не помнит, кто снимал с него шлем – вокруг него была толпа.

«В связи с вышеизложенным я усматриваю в действиях сотрудника полиции ОМОН Троерина А.Ф. составы следующих преступлений: заведомо ложный донос, заведомо ложные показания, на основании показаний потерпевшего Троерина А.Ф. я по настоящее время нахожусь в местах лишения свободы» — это цитата из второго заявления Луцкевича, поданного в СК.

Что именно заставило Троерина дать спорные показания, однозначно утверждать нельзя, однако следует заметить, что летом он, приезжий из Пензы, вне очереди получил однокомнатную квартиру в Москве. Видимо, желание прочно обосноваться в столице сильнее в нем остальных человеческих чувств.

Сразу после подачи заявлений Луцкевича в деле появляются ещё двое свидетелей — сотрудников полиции. Сотрудники полиции Попов Руслан Александрович и Тушинцов Николай Евгеньевич дали показания о том, что видели с расстояния десяти-пятнадцати метров Луцкевича, кидавшего камни в полицейских, а позже снимавшего шлем с Троерина. Сведений о том, выдали ли служебные квартиры Попову и Тушинцову, у нас нет. Но если узнаем – обязательно вам расскажем.



Источник статьи

 

Метки:

Почему наступает фашизм


Проблема неофашизма в современном мире встает все острее и острее. Профашисткие партии и объединения становятся реальной политической силой во многих странах. Популярность их растет, особенно среди молодежи. В них вовлекаются новые члены. За них начинают голосовать избиратели на парламентских выборах. Они получают депутатские места и все большую возможность влиять на политику своих стран.

Почему так происходит? Почему даже в России — в стране, которая на собственной шкуре испытала всю «прелесть» фашизма и отдала ради победы над этим злом десятки миллионов жизней своих граждан, фашизм не просто имеет своих сторонников, но становится все активнее, все агрессивнее, все наглее? Почему его влияние на общество растет, а не уменьшается?

И хотя сущность и истоки фашизма ясны всякому коммунисту, сохранившему верность марксизму-ленинизму, тем не менее крайне важно понять, что же именно могут и должны сделать коммунисты и все те, кто называет себя левыми, для полной и окончательной победы над этим мировым злом. Как его остановить? Что нужно сделать, чтобы оно больше не принесло горя миллионам людей во всем мире?

По большому счету, ответ на этот вопрос в общем и целом тоже известен.

Чтобы полностью и окончательно победить фашизм, нужно уничтожить капитализм. Ибо фашизм есть особая форма капитализма, в которую тот перерождается, когда ему грозит гибель.

Сегодняшний капитализм, как и 70 лет назад, вновь стоит на краю своей гибели. Экономический кризис, который сегодня охватил весь капиталистический мир, может оказаться для капитализма последним рубежом, который ему уже не перейти. Даже буржуазные идеологи стали открыто говорить о том, что современная экономическая система себя полностью изжила и из нее нет выхода, что миру нужна другая модель развития. А ведь еще совсем недавно, не далее как лет 20 назад, когда была уничтожена мировая система социализма, те же самые буржуазные идеологи радостно кричали о том, что капитализм вечен. А оказалось, что его существование всего лишь продлилось на два десятилетия. Смертельным для мирового капитализма оказался не советский социализм, а собственные экономические противоречия, которые неотвратимо загоняют его в могилу и делают его гибель неизбежной и совершенно закономерной. Это доказал еще гениальный К.Маркс 2 столетия назад.

Неотвратимость и неизбежность гибели капитализма вовсе не означает, что капитализм будет умирать тихо и безропотно. Ровно напротив, капитализм в момент своей смерти будет подобен дикому зверю, вырвавшемуся из клетки, рвущему и крушащему все, что попадает ему под руку, уничтожающему все вокруг себя. Он будет цепляться за жизнь до последнего и, понимая, что умирает, постарается убить и все живое, до чего сможет дотянуться.

Вот эта ярость умирающего зверя, ненавидящего весь мир, и есть по сути фашизм.

Эту ярость капитализма необходимо остановить, иначе он и все человечество утащит за собой в могилу. Равнодушным в таком деле не может и не должен оставаться ни один человек. В ряды борцов с наступающим фашизмом должен встать каждый, кто ценит жизнь, а не поклоняется смерти.

Чтобы успешно бороться с фашизмом, нужно также понимать, что и здесь капитализм, как всегда, действует чужими руками, в полной мере используя человеческое невежество и необразованность, людскую неразвитость и безответственность. Именно они дают ему возможность подмять под себя сознание значительной части народных масс, которые потом не ведают что творят.

Выработка стратегии и тактики коммунистов и всех левых в борьбе с фашизмом становится важным делом коммунистических и рабочих партий. Ведь авангардом в этой борьбе может стать только пролетариат, единственный класс, способный уничтожить капитализм. Именно вокруг него могут и должны сконцентрироваться все другие общественные силы, не желающие погибать вместе с капитализмом.

Публикуемая ниже статья наших греческих товарищей-антифашистов, по нашему мнению, крайне важна для понимания того, что могут и должны сделать коммунисты и все левые прямо сейчас, чтобы не не доводить ситуацию то того уровня, когда уже ничего нельзя будет изменить.

Греция: Угроза «Золотой Зари»

Греция может гордиться своей историей антифашистской борьбы. Тем не менее, в этом году неофашистская партия «Золотая Заря» получила на выборах 17% — 400 000 голосов — и 18 мест в парламенте.

Даже в деревнях, стертых нацистами с лица земли во время Второй мировой войны — таких как Калаврита или Дистомо — «Золотая Заря» в среднем получила 6% голосов. Как это могло произойти? Можно ли это остановить и как? Ниже мы публикуем выдержки из статьи нашего товарища Амалии Иоизиду из «Ксекинимы» (КРИ в Греции) для журнала «Socialism Today».

Нравы «Золотой Зари»

«Золотая Заря» — это неофашистская партия, по сути — шайка бандитов и преступников. Их лидер, Николайос Микалолиакос, уже имел судимость за подбрасывание бомб в кинотеатры, демонстрировавшие фильмы левых режиссеров. А недавно стало известно, что он является совладельцем гостиницы, использовавшейся как публичный дом. Были судимы за уголовные преступления и другие члены руководства «Золотой Зари». Сейчас в суде слушаются уголовные дела в отношении четырех из их депутатов парламента.

Многие комментаторы высказывали предположения, что, став парламентской партией, «Золотая Заря» поумерит публичные проявления насилия. Однако, на деле количество хулиганских выходок только выросло, достигнув 63 за два месяца. Сразу за электоральным успехом последовал поджог использовавшейся иммигрантами для проживания заброшенной фабрики в Патрах, едва не приведший к смертельному исходу. Ежедневно поступают сообщения о нападениях на иммигрантов и антифашистов. В своих парламентских выступлениях депутаты от «Золотой Зари» высказывают угрозы в адрес школьников, участвующих в захватах школ. Члены «Золотой Зари» подбрасывают в ЛГБТ-клубы листовки со зловещим намеком — «вы следующие».

Даже международные СМИ были вынуждены обратить внимание на случай, когда нападению подверглись актеры и зрители театральной постановки, которую «Золотая Заря» посчитала кощунственной. Как и в 1930-х годах, были случаи ранений членов левых партий и организаций в период подготовки последней 48-часовой всеобщей забастовки 6—7 ноября. Не говоря уже о безобразной сцене, разыгравшейся во время прямых теледебатов, когда выступающий от «Золотой Зари» — Элиас Касидиарис — избил двух женщин: кандидата от «Сиризы» (коалиции радикальных левых партий) Рену Дуру и Лиану Канелли — депутата парламента от ККЕ (Компартия Греции).

Поворотная точка

Поворотной точкой для «Золотой Зари» были, однако, не последние всеобщие выборы в мае и июне этого года, а муниципальные выборы 2010 г. в Афинах, во время которых их лидер Микалолиакос был избран в горсовет, получив 5,27% голосов — против 0,51%, полученных на национальных выборах 2009 г. Это придало «Золотой Заре» определенную легитимность в глазах греков, которые до этого считали ее просто маргинальной группой головорезов-экстремистов.

Безусловно, что подъем популярности «Золотой Зари» обусловлен отчаянной социальной и экономической ситуацией, сложившейся в Греции. Но ее внезапный рост нельзя объяснить одним только кризисом. Нужно понимать, что «Золотая Заря» использовала в своей тактике неспособность как системных, так и левых партий предложить выход из кризиса. До тех пор, пока существуют депрессивные районы с массовой нищетой и безработицей, неизбежно будет возникать и проблема преступности и социального распада. В этих условиях «Золотая Заря» и другие фашистские группы будут получать прекрасные возможности для роста.

Электоральный успех «Золотой Зари» 2010 г. стал результатом последовательной пропагандистской кампании на местном уровне, которая проводилась именно в депрессивных пригородах. Кто постоянно подчеркивал депрессивность этих районов? Кто говорил о крайней нищете, безработице, преступности и отсутствии надежды на будущее? Конечно, их ответы сводились к тому, что во всем виноваты иммигранты и иностранцы, а отнюдь не капиталисты или большой бизнес. Все это стало основой для пропаганды «Золотой Зари», с которой она стала внедряться в школы. Они собирали подписи. Они ходили от двери к двери и организовывали демонстрации. Именно таким путем они получили электоральную поддержку и вербовали симпатизантов.

Риторика против «жесткой экономии»

Росту популярности «Золотой Зари» способствовало также использование риторики, направленной против мер «жесткой экономии». До этого в Греции все, кто симпатизировал крайне правым, выражали свою поддержку партии LAOS (Православное народное движение). Но LAOS поддержала первый меморандум по урезанию бюджета, принятый под нажимом «тройки» — Еврокомиссии, Европейского Центрального Банка и Международного Валютного Фонда и входило в правительство «технократа» Лукаса Пападемоса (находилось у власти с ноября 2011 по май 2012). Таким образом, LAOS продемонстрировало, что оно полностью на стороне «тройки» с ее меморандумом. В результате движение оказалось в глубоком кризисе и проиграло «Золотой Заре».

«Золотая Заря» понимает, что именно позволяет левым монополизировать движение против мер жесткой экономии и за счет чего можно получить значительные преимущества в борьбе за умы и сердца. Позиционировать себя как противников меморандума, быть на стороне массового движения против жесткой экономии — только так можно сегодня развивать свое движение в греческом обществе. Именно так «Золотая Заря» получила шанс привлечь на свою сторону, как говорится на их сайте, «наиболее боевую часть из действующих в пока еще „красных районах“».

Большинство их симпатизантов — молодые люди из числа тех, кому не на что надеяться. Почти половина греческой молодежи сегодня — безработные. А те, кто имеет работу, трудятся в ужасных условиях — с неустойчивой занятостью и крайне низкой оплатой. «Золотая Заря» получила на выборах наиболее высокие результаты именно среди студентов и молодежи (9,5%), фермеров (9,3%) и безработных (9,1%). Видно, что она добилась этого за счет простых ответов на их проблемы — «во всем виноваты мигранты» — а также как партия, выступающая против коррумпированных политиков.

Конечно, вопреки хвастливым заявлениям «Золотой Зари», ни один волос пока не упал с головы проправительственных политиков, банкиров и т. д. Угрозам и физическим нападениям со стороны ее членов подвергаются только те политики, которые принадлежат к левым партиям. Вызывает тревогу, что за «Золотую Зарю» голосовал каждый второй полицейский. Всем известно, что греческая полиция, особенно полицейские части МАТ (аналог ОМОН — прим. перев.) находятся в близких отношениях с «Золотой Зарей». Недавно были опубликованы и подтверждающие эту связь документы. Иллюстрацией этого является и тот факт, что, в отличие от других демонстраций, уличные акции «Золотой Зари» никогда не подвергаются нападениям со стороны полиции. Напротив, МАТ их защищает.

Обычные лозунги «Золотой Зари» — «иностранцы вон» и «Греция для греков». Также они провозглашают «Золотая Заря» против всех». На деле этот лозунг должен был бы обозначать «Золотая Заря» против каждого, кто борется». Остальные — судовладельцы, большой бизнес и капитализм в целом — могут не опасаться. В парламенте депутаты «Золотой Зари» голосовали за увеличение налоговых льгот для судовладельцев. В Афинах — передали общественные автостоянки частным компаниям. И подобных примеров можно привести множество.

Этой весной члены «Золотой Зари» провоцировали работников СМИ, разъезжая вокруг их демонстрации на скутерах и оскорбляя рабочих нацистскими приветствиями и непристойными жестами. 7-го ноября в городе Волос они с дубинками в руках поджидали возле своих офисов отставших участников демонстрации. Правда, в этот раз она оказалась слишком многочисленной для их нападения. Они также угрожали руководителям профсоюза учителей — за поддержку антифашистской акции.

Все это, кроме того, имеет и теоретическое обоснование. В большом количестве статей на своем сайте «Золотая Заря» объясняет, что она выступает против забастовок на том основании, что стачки сеют «ненависть «между собратьями-греками». Они публично выступают против конкретных забастовок на конкретных рабочих местах, фабриках и т. д. Доминирующей темой их пропаганды является то, что все греки — одна нация, кровь и раса, а отнюдь не богатые и бедные, рабочие и боссы, угнетатели и угнетенные. Поэтому, если верить «Золотой Заре», все греки должны проявлять твердость, потому что когда они бастуют или выходят на демонстрации, они «способствуют расколу, а это то, чего хочет система». Такая позиция ничем не отличается от позиции правительства, боссов, системы и правящего класса в целом.

Самым убедительным доказательством всего сказанного выше является то, что «Золотая Заря» в течение прошедших двух с половиной лет последовательно уклоняется от участия в мобилизации рабочих и молодежи, во всеобщих забастовках, массовых демонстрациях, захватах площадей и т. д.

Беженцы, иммигранты и ультра-национализм

Ультра-национализм «Золотой Зари» находит свое выражение в злобной ксенофобской кампании против иммигрантов и беженцев с требованием их изгнания из Греции. Это преподносится как единственный способ покончить с безработицей, нищетой и преступностью. «Золотая Заря» позиционирует себя как силу, способную решить эти проблемы, причем, делает это в совершенно расистском стиле. Например, они провожают пожилых женщин к банкоматам или в банки за получением пенсии, обещая им «защиту» против так называемых «иностранных бандитов». Однако, в прошедшие два года темпы роста безработицы — в три раза — были гораздо выше роста числа мигрантов. На самом деле, и многие греки не прочь поискать лучшей жизни где-нибудь в других местах.

«Золотая Заря» заявляет: «Большие проблемы требуют радикальных решений. Революционный авангард должен уничтожить прогнившую политическую верхушку. Этим авангардом, после исчезновения так называемых „революционных левых“, могут быть только националисты». Это полностью националистическая демагогия, осуждающая «предателей» и «заговоры против нации». Забавно, что греческий капитализм-то есть правящий класс — уже скомпрометирован нео-колониалистским поведением «тройки» и его кредиторов. Но это не какая-то уникальная черта греческого капитализма, а одна из основных функций глобального капитализма. Более слабая буржуазия исторически может выжить, только выбрав себе в качестве «защитника» более сильную.

В «Революции» «Золотой Зари» и их представлениях об «уничтожении» правящей верхушки, нет места миллионам рабочих, угнетенных и молодежи. Они представляют все это как задачу «националистического авангарда», навязывающего модель Муссолини, Гитлера и хунты «черных полковников», правивших Грецией в 1967–74 г.г. В реальности роль «Золотой Зари» в нынешних событиях контрреволюционна. Возможно, это — будущие «эскадроны смерти» на службе у военных и реакционного госаппарата.

В отношении центрального вопроса греческого кризиса и «мер жесткой экономии» позиция «Золотой Зари» состоит в необходимости пересмотра меморандума. Они не выступают за списание внешнего долга, поскольку не хотят портить отношений с греческим капиталом, который они считают локомотивом экономики. Греческий же капитал, со своей стороны, не хочет и не может сталкиваться с боссами в Германии, ЕС, США и т. д.

Неудачи левых

Подъем «Золотой Зари» — как и вообще расизма, национализма, крайне правых и неофашизма в Европе или где-либо еще — является результатом неспособности левых дать ответ на насущные нужды рабочих в период худшего за все поколение кризиса капитализма, что в итоге может привести к поражению движения.

В Греции раньше недооценивалась «Золотая Заря» и опасность, которую она представляет. Левые зачастую просто осуждали нападения, указывая на исторический опыт фашизма и ограничиваясь «гуманитарным», а не классовым и интернационалистским пониманием иммингрантского вопроса.

Кроме того, левые почти не работали в депрессивных пригородах и этот вакуум слева был заполнен «Золотой Зарей», которая вела систематическую и ежедневную работу в этих районах. Среди левых же бытовала поверхностная уверенность, что для «изгнания» «Золотой Зари» из пригородов достаточно одних демонстраций.

Решающим фактором стал отказ основных левых сил от объединения и создания общих комитетов, состоящих как из местных жителей, так и иммигрантов, которые бы разработали планы решения их общих проблем. Объединение усилий различных левых и организаций так и не было использовано для разработки инициатив и действий, способных объединить рабочих и молодежь этих районов, включая иммигрантов и беженцев.

Как остановить «Золотую Зарю»?

«Ксекинима» (КРИ в Греции) на протяжении многих лет активно участвует в антирасистском и антифашистском движении. Мы призывали к единому фронту левых и профсоюзов против «Золотой Зари» еще до того, как она посредством выборов вошла в число правящих партий. Сегодня ситуация стала еще более серьезной, что требует и значительного усиления антифашистской работы. Критически важным является объединение усилий левых для совместных действий. Поэтому мы повторили свой призыв и выдвинули конкретную программу действий непосредственно перед последними выборами, давшими значительную электоральную поддержку «Золотой Заре».

После выборов «Ксекинима» предложила следующие шаги для воплощения этой программы: создание антифашистских комитетов в каждом пригороде, на рабочих местах, в школах и университетах; создание дружин самообороны во всех районах, где существует опасность для левых и антифашистов; кампания по систематическому противодействию каждодневной неофашистской пропаганде в пригородах; необходимость объединения греков и иммигрантов в общей борьбе с целью найти решение их общих проблем.

Также мы считаем необходимым вести агитацию в профсоюзах с призывом к исключению из их состава членов неофашистских организаций, в особенности «Золотой Зари». Такие действия, что в рабочих, что в студенческих профсоюзах стали традицией после падения военной хунты в 1970-х. Важно, чтобы такие решения принимались на собраниях профсоюзных первичек — для защиты борьбы рабочих, которая развивается и будет неизбежно расти в будущем.

Сейчас в различных районах Афин создается большое количество антифашистских комитетов. Многие из них созданы по инициативе «Ксекинимы». Примечательно, что на местном уровне усилия по их созданию встречают одобрение со стороны активистов различных левых организаций. Кроме того, нужно отметить ту значительную роль, которую во многих районах играет профсоюз учителей — вплоть до официально принятого им решения обсуждать вопросы антифашизма со школьниками и студентами.

К несчастью, основные левые партии — ККЕ и «Сириза» — недостаточно оперативно реагируют на угрозу. ККЕ относится к вопросу традиционно по-сектантски. «Сириза» упоминала иногда о необходимости антифашистских действий, но без каких-либо организационных инициатив, разве что иногда применяла некоторые из них по отдельности. Однако, в последнее время центральный секретариат «Сиризы» изменил свою позицию и сейчас выступает за создание антифашистских комитетов.

Кроме того, другие небольшие левые организации или не понимают важности антифашистской борьбы, или, если участвуют, то пытаются либо захватить ее, либо действуют таким образом, что в итоге больше мешают, чем помогают движению (подобно греческой секции SWP).

Исторически, фашизм находит питательную почву для роста именно в периоды применения мер жесткой экономии, массовой нищеты и безработицы. Именно поэтому критически важно сочетать нашу программу и тактику антифашистских действий с программой борьбы против бюджетных сокращений и мер жесткой экономии, против источника этих проблем, который находится в самой системе. Другими словами — против капитализма. В целях самосохранения капитализм вполне может вновь прибегнуть к установлению диктаторского режима. Вряд ли капиталисты отдадут власть в руки фашистов вроде «Золотой Зари», но они могут попытаться использовать ее в роли вспомогательных отрядов у военных, полиции и т. д.-то есть как смертельное оружие против рабочих организаций. Рабочий класс Греции еще далеко не разгромлен, но политические ошибки вполне могут привести к поражению, как это случилось в прошлом в Германии. Вот почему крайне важно развивать все то, о чем говорилось выше.

Во-первых, греческие левые должны терпеливо разъяснять, в чем состоит феномен миграции. Кто виноват в существовании депрессивных районов, населенных нищими и бездомными иммигрантами? Нужно объяснять, что нельзя устранить эти явления до тех пор, пока существуют нищета, голод и войны. Если это будет сделано правильно, такое объяснение сможет привлечь ту часть общества, которая находится под влиянием пропаганды «Золотой Зари». Кроме того, Греция — страна, которая сама в прошлом пережила несколько волн эмиграции, а молодежь и сегодня уезжает (или пытается уехать) за границу, спасаясь от кризиса.

Наконец, критически важно поставить социалистическую программу в повестку дня. Необходимо настойчиво и терпеливо разъяснять, кто является виновником кризиса и мер жесткой экономии. Нужно последовательно выявлять истинные взгляды «Золотой Зари». Они противники не меморандума — как они пытаются себя представить — а мобилизации рабочих и движения сопротивления в целом.

Необходимо также выступать против бюджетных сокращений и мер жесткой экономии, требовать направлять деньги на общественные нужды, а не банкирам. Государство должно быть организовано таким образом, чтобы наказывались организаторы сетей нарко- и работорговли, а не их жертвы, система правосудия должна карать полицейских, участвующих в расистских или неофашистских акциях. Все эти вопросы должны быть связаны с необходимостью построения плановой, демократически контролируемой экономики, действующей в интересах подавляющего большинства населения, а не кучки богатых семейств или транснациональных корпораций.

Греки должны отказаться от выплаты внешнего долга. Затем необходимо будет провести национализацию банковской системы, стратегических предприятий и крупной промышленности под абсолютно прозрачным демократическим рабочим контролем. Такое решение воодушевит рабочих всей Европы на борьбу против мер жесткой экономии. Это послужит началом создания социалистической конфедерации государств Европы, которая положит конец существованию ночного кошмара капиталистической Европы, объединенной за счет нищеты и безработицы.

Источник статьи

 

Метки:

Чавес уверен в своём соратнике


Елена Нестерова

В субботу президент Венесуэлы 58-летний Уго Чавес на заседании правительства страны объявил телезрителям о своей возобновившейся болезни и призвал жителей голосовать за вице-президента Николаса Мадуро в случае новых выборов.

У Чавеса, вернувшегося в пятницу с Кубы, где он проходил лечение, вновь обнаружили раковые метастазы. В прямом эфире лидер республики сообщил, что лечение и операция чрезвычайно необходимы.

На случай, если с ним что-то случится, Уго Чавес назвал имя человека, достойного занять президентский пост. Вице-президент, глава МИД 50-летний Мадуро может стать лидером республики, если Чавес покинет свой пост в первые 4 года 6-летнего срока. Николас Мадуро — единомышленник Чавеса и столь же яростный борец за социалистические идеи.

«Мадуро абсолютный революционер, человек с огромным опытом, целеустремленный и трудолюбивый», — сказал лидер южноамериканской страны.

Источник статьи

 

Метки:

Магнитка провела «Марш миллионов»


8 декабря 2012 года в Магнитогорске прошел «Марш миллионов», организованный общественным движением «Гражданская оборона» и Городской рабочей общественной организацией (ГРООМ). «Марш миллионов» в Магнитогорске собрал на главной площади города порядка трехсот магнитогорцев. В этот снежный день на площадь вышли активисты движения «Гражданской обороны», Городской рабочей общественной организации (ГРООМ), Комитета обманутых акционеров ОАО «ММК», партии РОТ ФРОНТ, КПРФ, националисты и просто жители города. Также поддержать магнитогорцев приехали товарищи из Челябинска с Гражданского Движения Южного Урала (ГраД).

На митинг оппозиции были приглашены представители из администрации города, которые как обычно не явились. Не «единоросское» дело выходить к людям и что-то объяснять.
На акции протеста магнитогорцами были подняты такие темы, как сохранение Магнитогорского Государственного Университета, который хотят реорганизовать, а половину преподавателей выставить на улицу. Поднимали тему повышения тарифов на услуги ЖКХ и повышение цен на продукты питания, которые требовали заморозить.

Рассматривали вопрос освобождения всех политзаключенных, в том числе узников 6 мая и отмену ст.282 УК РФ. Требовали вернуть обманутым акционерам ОАО «ММК» их украденные акции и возбудить уголовное дело на хозяина меткомбината Виктора Рашникова за мошенничество в особо крупных размерах. Требовали проведения досрочных парламентских и президентских выборов, отмены ювенальной юстиции и гарантии свободы профсоюзной деятельности.

Была поддержана резолюция митинга, написанная на имя президента Белоруссии, на имя Геннадия Зюганова и губернатора Челябинской области М. Юревича. Почему на имя президента Белоруссии? Потому что в Магнитогорске нынешнему президенту Путину никто уже не верит. «Может батька Лукашенко наставит его на путь истинный?», – говорили магнитогорцы.

На митинге были замечены сотрудники ФСБ Протасов и Никитин. Один приносил повестку шестилетней дочери четы Романовых, известных в городе своей оппозиционной деятельностью. Другой проводил обыски и «сшил» дела на оппозиционеров по 282 статье УК РФ.

Правоохранительные органы вели себя в рамках закона, греясь в машинах и следя за всем происходящим. Митинг был рассчитан на полтора часа, но так как погода была холодной, и постоянно шел снег, решил обойтись часом, чтобы не морозить людей. Большинство магнитогорцев были настроены решительно, по их лицам было видно, что власть их допекла. С новыми поправками к закону «О порядке подачи уведомления о проведении публичного мероприятия», принятый депутатами Законодательного Собрания Челябинской области, который требовали люди отменить, будет проблематично согласовать с властями акции протеста. Но оппозиция сдаваться не намерена, будет дальше проводить свои акции протеста.

Источник статьи

 

Метки:

Для отвода глаз


Сегодня в мире отмечается Международный день борьбы с коррупцией. Для России, где антикоррупционная политика на протяжении многих лет является одним из главных популистских трендов, это весьма актуально. Коррупция проникла в самые серьёзные сферы общественной жизни и громко заявила о себе хищениями в Роскосмосе, делом об имуществе Минобороны, хищениями в Росагролизинге и множеством менее громких разбирательств.

По данным СК, только за 9 месяцев 2012 года в производстве следователей Следственного комитета находилось почти на 7 тысяч больше уголовных дел коррупционной направленности, чем в прошлом году. Следственными органами Следственного комитета в 2012 году за коррупцию привлекались лица, обладающие особым правовым статусом — депутаты, главы муниципальных образований, прокуроры и т.д.

Несмотря на то, что в России стали больше сажать за коррупцию, в обществе растёт вполне обоснованный уровень скептицизма к государственной антикоррупционной политике. Согласно опросу, проведённому Левада-Центром, большинство россиян считают, что «нынешняя кампания по борьбе с коррупцией ведётся лишь для отвода глаз, чтобы отвлечь внимание населения от реальных проблем в экономике России и неспособности государства исполнить обещания, которые давал Путин во время предвыборной кампании на выборах президента Российской Федерации весной этого года», а также для того, «чтобы укрепить пошатнувшееся доверие людей к Путину и отвести от него обвинения с воздании в России коррумпированного режима».

«Коррупция разрушает демократические институты, замедляет экономическое развитие и подрывает государственные устои. Коррупция поражает основу демократических институтов через искажение избирательных процессов, извращение принципа верховенства закона и создание бюрократических барьеров, единственный смысл которых — это вымогательство взяток», — говориться на сайте ООН.

31 октября 2003 года Генеральная Ассамблея приняла Конвенцию Организации Объединенных Наций против коррупции, которую ратифицировала и Россия. Генеральная Ассамблея ООН постановила, что 9 декабря должно быть названо Международным днем борьбы с коррупцией «для углубления понимания проблемы коррупции и роли Конвенции в предупреждении коррупции и борьбе с ней». В декабре 2005 года Конвенция вступила в силу.

Источник статьи

 

Метки:

Первый в мире крестьянский санаторий


От РП: Но мы-то знаем, что на самом деле был только Гулагъ и Голодоморъ, а крестьяне были беспаспортными бесправными рабами, до Октябрьского переворота как сыр в масле катались, были высококультурными, православными и богобоязненными. Сторонники красно-коричневых утверждают, что смертность была почище африканской, но ведь умирали просто экономически неэффективные. Преступление большевиков не имеет оправдания и срока давности — санатории для какого-то быдла в справедливо построенных на свои скромные сбережения в рукопожатных дворцах скромных домах эффективных менеджеров и «лучших людей» тех лет. Краснопузая сволочь измывалась над крестьянами как только могла: «помимо документов на бесплатный проезд до своих родных мест, крестьяне обеспечивались продуктами питания на всё время нахождения в пути.» По настоянию государственного преступника Ульянова (БланкЪ) был принят издевательский декрет: «Об использовании Крыма для лечения трудящихся», 21 декабря 1920 года. В нем говорилось: «Санатории и курорты Крыма, бывшие раньше привилегией крупной буржуазии, прекрасные дачи и особняки, которыми пользовались раньше крупные помещики и капиталисты, дворцы бывших царей и великих князей должны быть использованы под санатории и здравницы рабочих и крестьян». Не забудем, не простим!

По трассе Ялта-Севастополь расположен курортный посёлок Ливадия, главная достопримечательность которого Ливадийский дворец. Ливадийский дворец в своё время служил летней резиденцией Николая II и его семьи. В феврале 1945 года здесь состоялась Ялтинская конференция в работе которой приняли главы государств — И. Сталин, У. Черчилль и Ф. Рузвельт. Однако не менее интересные страницы истории Ливадии занимает первый в мире крестьянский санаторий.

«Штурм Перекопа в ноябре 1920 года явился, по образному выражению поэта В.В.Маяковского, «последней страничкой гражданской войны». В Крыму окончательно установилась советская власть, с первых дней взявшая под контроль все южнобережные имения. 21 декабря 1920 года В.И.Ленин подписал декрет СНК «Об использовании Крыма для лечения трудящихся», в котором говорилось: «…Прекрасные дачи и особняки, которыми пользовались раньше помещики и капиталисты: дворцы бывших царей и великих князей должны быть использованы под санатории и здравницы рабочих и крестьян».

Вопрос о Ливадии, как курорте общегосударственного значения, был поднят и в конечном итоге решен в Совете Народных Комиссаров РСФСР 12 декабря 1924 года. Постановлением СНК Ливадия признана подлежащей передаче Народному комиссариату здравоохранения со всем его имуществом и жилыми помещениями для организации крестьянского курорта, санатория для бесплатного лечения крестьян на 300 коек, приспособив для этой цели Большой и Малый дворцы, бывшие Свитские и Министерские дома.

Для того чтобы на лечение направлять больных из разных мест страны, была разработана т.н. развёрстка для определения республик и областей. Конкретно на первый летний сезон 1925 года были определены 30 областей (из них 13 промышленных районов и 17 земледельческих) и 7 союзных и автономных республик. Например, Украине выделялось 50 мест на каждый срок, Московский и Ленинградский районы – по 17, 12 мест соответственно. На другие области выделялось от 3 до 8 путевок.

После выхода постановления об организации в Ливадии крестьянского санатория во все губернии страны были разосланы методические рекомендации «О способе отбора больных крестьян для лечения на курортах», где указывалось, что для отправления больных на курорт «Ливадия» «комиссия… обязуется направлять исключительно крестьян от сохи, и никто из сельских властей и служащих на койки эти не может быть отправлен». Это предписание строго выполнялось. Это видно из таких данных: в отчете крестьянского курорта значится, что из 324 крестьян, отдыхающих в Ливадии 13 июня 1925 г., 321 человек был от сохи и только 3 человека – сельских активиста. В Ливадию в основном направлялись туберкулезные больные, а также с показаниями: малокровие, нерезко выраженные неврастении, с невритами, с ревматическими заболеваниями, функциональные заболевания сердца, миокардиты и артериосклероз.

Первым директором первой в мире крестьянской здравницы стал Сергей Иванович Кащенко, назначенный на эту должность 19 марта 1925 года.

В апреле 1925 г. начался заезд первых отдыхающих. Они представляли многонациональное трудовое крестьянство из разных областей молодой советской республики. Для многих дорога из родного села на курорт была долгой и неизвестной. В Севастополе, куда прибывали крестьяне-санаторники по железной дороге, их встречали курортные агенты. После регистрации крестьяне получали талон на авто или гужевой транспорт и направлялись в Ливадию. Здесь их ожидали великолепные дворцы, приспособленные под лечебные корпуса.

Думали ли когда-нибудь крестьяне о том, что они будут лечиться и отдыхать в великолепных дворцах? Как вспоминают современники, «вновь прибывшие в санатории были робки в своих движениях, несмело садились на краешки стульев и диванов, удивлялись всему увиденному». Они рассказывали о том, как собираясь в дальний путь, сушили сухари, иные продавали свои скудные пожитки — не верилось, что лечение будет бесплатным. Нарком здравоохранения СССР Н. А. Семашко писал о первых крестьянах в Ливадии: «Их измученные вековым трудом лица ясно показывали, что они заслужили отдых…»
Открытие крестьянского санатория

Ещё до официального открытия крестьянского санатория в Ливадии 15 июня 1925 года была проведена «смычка» рабочих и крестьян. В этот день в Ливадию прибыли представители рабочих близлежащих домов отдыха печатников, текстильщиков, в гости к крестьянам пришли и красноармейцы из соседнего дома отдыха. Это мероприятие закончилось концертом художественной самодеятельности рабочих и крестьян, массовым гулянием, угощением. На протяжении праздника играл большой струнный оркестр рабочих. Обо всём это было напечатано в газетах «Правда» и «Беднота».

Торжественное открытие крестьянского санатория состоялось 28 июня 1925 года. В этот воскресный день весь дворец был украшен красными стягами, транспарантами гирляндами цветов. Придворцовая площадь наполнилась отдыхающими и гостями. Под звуки Интернационала над Ливадийским дворцом взвился красный флаг. На торжественном митинге присутствовали Нарком здравоохранения СССР Н.А.Семашко, от газеты «Правда» — поэт Демьян Бедный, представители ВЦИК, Совнаркома партийных и советских организаций.

Открывая праздник, Н. А. Семашко сказал: «Товарищи, мы собрались сюда на торжественное открытие крупнейшего крестьянского санатория в царских дворцах. Где, когда в мировой истории, в какой стране бывал такой факт, чтобы в дворцы царей приезжали крестьяне для того, чтобы поправить свое расшатанное здоровье? Нигде, никогда, ни в одной стране мира».

Пролетарский поэт Демьян Бедный, выступавший на митинге, назвал это историческое событие одним из чудес революции, «самых показательных, самых агитационных, самых убедительных чудес». Пожалуй, лучше не скажешь.
От имени зарубежных гостей крестьян поздравил ректор Лондонского университета, сказав, что где бы ни пришлось ему выступать в Англии, он всегда будет вспоминать об этом дне, лучшем в своей жизни.

Позднее Н. А. Семашко вспоминал об этом торжественном дне: «Надо было видеть напряженные лица всех присутствующих, надо было слышать восторженное ура, которое катилось далеко по Черному морю, надо было слышать искренние, простые мужицкие слова крестьян и крестьянок, благодаривших Советскую власть».

Торжественное открытие крестьянского курорта «Ливадия» завершилось праздничным фейерверком.

Дважды Ливадию посетил поэт-трибун В.В.Маяковский. Летом 1927 года поэт ездил в крестьянский санаторий «пропагандировать стихи». Он придавал большое значение этому выступлению. Ведь перед ним были не просто слушатели, а «мужики-санаторники». Глубокое чувство удовлетворения от встречи в Ливадии вдохновило глашатая революции написать стихотворение «Чудеса» :

Как днище бочки,
—————-правильным диском
стояла
——луна
———-над дворцом Ливадийским.
Взошла над землей
——————и пошла заливать ее,
и льется на море,
——————на мир,
————————на Ливадию.
В царевых дворцах —
——————-мужики-санаторники.
Луна, как дура,
—————почти в исступлении,
глядят
——глаза
————блинорожия плоского
в афишу на стенах дворца:
————————-«Во вторник
выступление товарища Маяковского».

Сам самодержец,
—————здесь же,
———————— рядом,
гонял по залам
————— и по биллиардам.
И вот,
—— где Романов
—————— дулся с маркерами,
шары
—- ложа
——— под свитское ржание,
читаю я
——- крестьянам
—————— о форме
стихов —
——— и о содержании.
Звонок.
——- Луна
———— отодвинулась тусклая,
и я,
—- в электричестве,
——————— стою на эстраде.
Сидят предо мною
—————- рязанские,
—————————тульские,
почесывают бороды русские,
ерошат пальцами
————— русые пряди.
Их лица ясны,
————- яснее, чем блюдце,
где надо — хмуреют,
—————— где надо —
————————— смеются.
Пусть тот,
——— кто Советам
——————— не знает цену,
со мною станет
————— от радости пьяным:
где можно
——— еще
————- читать во дворце —
Что?
—- Стихи!
————Кому?
—————- Крестьянам!
Такую страну
———— и сравнивать не с чем,-
где еще
——- мыслимы
————— подобные вещи?!
И думаю я
———- обо всем,
——————- как о чуде.
Такое настало,
————— а что еще будет!
Вижу:
—— выходят
————- после лекции
два мужика
———- слоновьей комплекции.
Уселись
——- вдвоем
————— под стеклянный шар,
и первый
——— второму
————— заметил:
———————— — Мишка,
оченно хороша —
эта
—- последняя
————— была рифмишка.-
И долго еще
———— гудят ливадийцы
на желтых дорожках,
—————— у синей водицы.

В 1928 году после возвращения из-за границы в крестьянском санатории побывал А.М.Горький. Увиденное и услышанное буквально потрясло великого писателя. «Там, понимаете ли, в царском дворце крестьяне отдыхают, вот это зрелище! За границей сочиняют по старой привычке новых царей для России, а прежней России в помине нет, а в бывших царских дворцах сидят бывшие мужики посконные, поглядывают в окошко! Хорошо! Очень хорошо! – так с восхищением рассказывал А.М.Горький писателю С.Н.Сергееву-Ценскому.

«Политическое значение Ливадийского Крестьянского Курорта, — писал Н.А.Семашко Наркому продовольствия А.Д.Цюрупе, — оказалось значительно большим, чем я и, наверно, Вы предполагали».


Распорядок дня в крестьянском санатории

Зная особенность отдыхающих, главное курортное управление направило Сергею Ивановичу Кащенко (директору крестьянского санатория) циркуляр, где говорилось: «Памятуя о том, что крестьяне впервые попадают на курорт, директор курорта должен приложить все старания и внушить всем сотрудникам, чтобы крестьяне окружены были вниманием и пользовались бы всеми удобствами при своем лечении».

По прибытию в Ливадийский санаторий крестьяне сразу определялись в распределитель, где проходили санобработку. Для этой цели в 1925 г. оборудовали 5 душевых и 2 ванны. В распределителе крестьяне мылись, стриглись, переодевались во всю казенную одежду, получали обувь. Зимой разрешалось носить и собственную одежду.

Первые сотрудники санатория, в частности врач Л.М. Брагилевский, с недоумением взирали на необычных курортников «в армяках и полушубках, в косоворотках и пиджаках, бородатых и стриженых в скобку, прибывших в Ливадию из центральных губерний России. У многих с собой сухари, сало: им не верилось, что их могут кормить бесплатно(потом они часто смеялись над своими «запасами»). Их стригли, мыли, выдавали бельё, белые костюмы и платья, головные уборы, сандалии. Они удивлялись морю, пышной южной природе, дворцам. Впечатление довершал обед в парадной столовой, в которой они сидели молчаливые и сосредоточенные. Слишком много впечатлений для одного дня!»» .

В распределителе крестьянин находился от 2 до 3-х дней под наблюдением врачебной комиссии, с соблюдением постельного режима. Комиссия уточняла диагноз больного и направляла его в отделение по профилю заболевания. Срок пребывания крестьян на курорте был определен как минимум 6 недель. Очень часто сроки продлялись с целью закрепить лечение. Часто это делалось по предписанию врачей, иногда – по просьбе больных.

Жизнь крестьян-курортников шла по строгому режиму.

В 7 часов утра около дворца раздаются звуки гонга, возвещающие подъём с постелей.

В 8 часов больные собираются в громадном светлом зале столовой на первый завтрак, где подают молоко с белым хлебом.

В 9 часов плотный завтрак.

После завтрака начинается обход палат врачами, приём больных, которые принимаются по определенным числам раз в неделю. Свободные от приемов врачами больные гуляют, читают, играют в различные игры, кому позволено – загорают на берегу моря, купаются.

В 13.30 гонг опять собирает всех – уже к обеду.

После обеда гонг оповещает, что в санатории наступил покой – «мертвый час» — с 14 до 16 часов. В это время все курортники должны находиться в постелях, и если не спать, то лежать. Проход в здравницу в это время запрещен. Дежурный милиционер может задержать любого.

«Мертвый час» окончился. Опять прогулки по тенистым аллеям, игры, а кто, сидя на скамейке среди зелени, может почитать книгу.

В 17 часов по звуку гонга желающие могут пойти в огромный Белый зал, чтобы выпить кружку чая с булкой.

После 17.00 – лечебные процедуры.

В 19.00 гонг снова зовёт на ужин, где на столах уже стоят кружки с молоком, мясное блюдо на тарелках и сладкое пирожное.

После ужина – «часы знаний», начинается культурно-просветительная работа. Для курортников работают кружки: по ликвидации неграмотности, селькоровский, музыкальный, драматический, кружки кройки и шитья, вышивки. Читаются лекции по вопросам сельского хозяйства, антирелигиозным вопросам, политическим, оздоровительным. Устраиваются спектакли местными силами и с участием приглашенных артистов. Один раз в неделю демонстрируют кино. Во дворце на втором этаже в 6-ти комнатах, где сохраняется вся обстановка, работает музей. Здесь были собраны мебель, посуда, утварь, царские принадлежности.

В 22.00 гонг бьёт последний раз. Гаснет свет в огромных залах, воцаряется тишина, и только лишь под ногами дежурного милиционера шуршит галька.

Таким вот образом крестьяне-курортники в течении 2-х месяцев бесплатно проходили курс лечения, укрепляя своё здоровье целебным климатом, процедурами, четким режимом и хорошим питанием.. При выписке помимо документов на бесплатный проезд до своих родных мест, крестьяне обеспечивались продуктами питания на всё время нахождения в пути.

Сотрудник газеты «Правда» после встреч и бесед с курортниками писал: «Многие крестьяне, назначенные на Ливадийский курорт, ехали сюда с неохотой и недоверием. Теперь они, уезжая по своим деревням, стали лучшими нашими сторонниками. На их глазах Ливадийский курорт стал настоящей кузницей мужицкого здоровья. Научные сотрудники курорта поражаются блестящими результатами лечения здесь – необычайно резким и большим подъемом веса больных, общим быстрым улучшением здоровья. Объясняют дело «особенностями неизученного материала – крестьянского организма».

(Cнимки Аркадия Шайхета)

Крестьяне слушают радиотарелку


Крестьянский санаторий имел огромное значение не только союзного масштаба, но и международного, так как посещение международными делегациями СССР почти всегда было связано с посещением Ливадии, как здравницы крестьян – единственной в мире.

Прошли годы… В 1931 году крестьянский санаторий преобразован в климатический лечебный комбинат. Здесь поправляют своё здоровье рабочие, крестьяне, представители советской интеллигенции.

Десять лет просуществовала профсоюзная здравница, и вдруг… грянула война. Более 2-х с половиной лет Крым находился под оккупацией гитлеровских захватчиков. Многое было разрушено, вывезено, поэтому потребовались большие усилия, чтобы всё привести в надлежащий порядок.

После проведения Ялтинской конференции Ливадия на протяжении 8 лет использовалась как государственная дача. Здесь отдыхали руководители партии и государства. В Ливадийском дворце дважды останавливался на короткое время И.В.Сталин. Cледуя на Кавказ на отдых, он проездом останавливался в Ливадийском дворце на 3-8 дней. В дни отдыха Сталин имел возможность вновь побывать в Белом зале, поразмыслить о пленарных заседаниях февраля 1945-го с позиции прошедшего времени. Это было время, когда закончилась Великая Отечественная война, страна залечивала раны, появилась надежда на лучшую жизнь.

По рассказам свидетелей, как-то раз, находясь в Москве, незадолго до своей смерти, Сталин поинтересовался Ливадией. «Как она используется в настоящее время?» — спросил он. Ему, естественно, ответили, что она служит госдачей. Тогда Сталин дал команду передать Ливадию ВЦСПС под здравницу.

В настоящее время санаторий «Ливадия» остается здравницей общетерапевтического и кардиологического профиля.

В Белом дворце музей, а лечебные корпуса все остались.

Меня лично умилила такая немаловажная деталь: «При выписке помимо документов на бесплатный проезд до своих родных мест, крестьяне обеспечивались продуктами питания на всё время нахождения в пути». Иными словами, отдых крестьянина был продуман от и до. Сами крестьяне, собираясь на отдых, не понимали толком куда их направляют. Прощались с родными, распродавали вещи, запасались едой.

Обслуживающему персоналу санатория приходилось не легко: крестьян-курортников приходилось порой обучать как пользоваться туалетом, как себя вести. Но что поделать, надо было выводить народ из вековой тьмы, стояла задача – показать простым людям, что существует иная жизнь, и они ее достойны. Здорово, что с крестьянами занимались еще и культурно-просветительной работой. Человек, поживший два месяца в условиях, о которых ему и мечтать не приходилось, уже никогда не будет прежним. А уж по возвращению в свою деревню, впечатлений рассказать-не пересказать.

И это только один санаторий. А ведь помимо этого на территории курортного поселка Ливадия (не говоря уже обо всём Крыме) в 30-е годы были построены новые здравницы: Наркомзема СССР, Союзкурорта — «Ударник», ВЦСПС-2, в которых отдыхало более 1600 человек.

Источник

Используемая литература:
Прокопова Л.И. «Царская Ливадия в калейдоскопе ушедшего времени. Очерки. – Симферополь: АнтиквА, 2008.
Плахотный А.С. , Косовский А.А. «Ливадия: бывшая резиденция русских царей; известная профсоюзная здравница; место встречи Сталина, Рузвельта, Черчилля в 1945 году». – Ялта: «Таврида» 1995.

От РП: Ещё фотографии тех лет

Известный тоталитарный журнал красно-коричневых «Здоровье» десятки лет спустя глумливо сообщал о крестьянских страданиях
Первый санаторий для крестьян

В 1925 году в Крыму, в царском дворце Ливадия, состоялось торжественное открытие первого в мире курорта для крестьян. Открыл митинг нарком здравоохранения Н. А. Семашко, принимавший непосредственное участие в организации здравницы. На многолюдном митинге присутствовали председатель Совнаркома Украины В. Я. Чубарь, поэт Демьян Бедный, представители партийных, советских и профсоюзных организаций.

В санаторий, размещенный в Ливадийском дворце, съезжались со всех уголков России крестьяне—граждане молодой Советской республики, в зипунах и лаптях, крепко держа в руках котомки с запасом сухарей на дорогу. Постепенно осваиваясь с непривычным комфортом, они воспринимали внимание и заботу врачей как великое благо, дарованное народной властью.

Где, когда было так, чтобы во дворцах царей отдыхали и поправляли свое здоровье крестьяне? Нигде, никогда, ни в одной стране мира за всю историю человечества. Это произошло только после победы Великого Октября, в Советском Союзе. Именно в нашей стране впервые в истории забота о здоровье трудящихся превратилась из личного дела каждого в дело общественное, государственное.

Об этом говорили и декреты, подписанные В. И. Лениным. Первый из них, от 20 марта 1919 года «О лечебных местностях общегосударственного значения», провозгласил национализацию курортов и определил дальнейшие пути развития курортного дела. Второй, «Об использовании Крыма для лечения трудящихся», В. И. Ленин подписал 21 декабря 1920 года. В нем говорилось: «Санатории и курорты Крыма, бывшие раньше привилегией крупной буржуазии, прекрасные дачи и особняки, которыми пользовались раньше крупные помещики и капиталисты, дворцы бывших царей и великих князей должны быть использованы под санатории и здравницы рабочих и крестьян». И уже в январе 1921 года на курортах Южного берега Крыма было открыто 9 санаториев, а к концу года их стало 23.

Ливадийский санаторий постепенно расширялся. Рядом с дворцом были построены новые корпуса, и к 1931 году он превратился в огромный климатический лечебный комбинат для трудящихся.

В феврале 1945 года Ливадия была избрана местом встречи руководителей трех великих держав: Советского Союза, Соединенных Штатов Америки и Великобритании. Именно в Ливадий-ском дворце проходила известная всему миру Ялтинская конференция.

Санаторий «Ливадия» в наши дни—специализированная кардиологическая здравница. В семи ее корпусах одновременно отдыхают и лечатся 524 человека.

С каждым годом расширяются наши курорты, реконструируются старые и строятся новые здравницы, создаются наиболее благоприятные условия для отдыха трудящихся.

Намного выросло и количество санаториев и домов отдыха, в том числ< и для колхозников. К первому в мир< курорту для крестьян присоединяются все больше и больше новых, комфортабельных, построенных как на средства профсоюзов, так и самих колхозов. Вот красноречивые цифры.

Накануне Октябрьской революггш в России насчитывалось лишь 36 курортов с крайне примитивным и отсталым хозяйством. Весь санаторны» фонд состоял примерно из 60 санаториев на 3 тысячи мест, а домов ОТДЫХЕ вовсе не было. Первый был открыт пс инициативе ВГИ; Ленина в мае 192С года в одном из дворцов на Каменной (ныне Кировском) острове Петрограда А сейчас только в ведении профсоюзе! находится 1335 санаториев, пансионатов, домов отдыха более чем на 40С тысяч мест, около 2 тысяч санаториев-профилакториев на 150 тысяч мест несколько тысяч заводских ба; отдыха.

Программой КПСС и Директивами XXIV съезда партии предусмотренс дальнейшее развитие санаторно-курортного дела. Расширяется и география санаториев и курортов, чтобы отпала необходимость в дальних переездах. Кстати, и многолетние наблюдения врачей-курортологов показывают, что резкая перемена климата далеко не всегда полезна человеку.

За четыре года девятой пятилетки санатории, пансионаты и дома отдыха пополнились 62 тысячами мест. На развитие, благоустройство и оснащение санаторно-курортных учреждений израсходовано свыше 800 миллионов рублей. За это время в здравницах профсоюзов, а также в санаториях-профилакториях и на заводских базах отдыха лечились и отдыхали около 80 миллионов рабочих, служащих, колхозников и членов их семей. Причем большинство из них получили путевки бесплатно или за одну треть стоимости. И если совсем еще недавно почти все профсоюзные здравницы предназначались только для взрослых, то теперь более 240 пансионатов и домов отдыха специализированы: в них могут отдохнуть родители вместе с детьми. Дальнейшее развитие получит и сеть санаторных пионерских лагерей.

Советская система санаторно-курортного лечения основана на строго научных началах. Большую помощь профсоюзам оказывают научно-исследовательские институты курортологии и физиотерапии, медицинские и другие институты. Они работают над изысканием методов повышения эффективности курортного лечения и отдыха трудящихся.

Источник статьи

 

Метки:

Какими были советские женщины?


Для большинства современных молодых людей советские женщины – это их мамы и бабушки. А то даже и прабабушки.

И, порой, глядя на этих пожилых женщин, вечно застревающих с пересчитыванием мелочи у кассы в магазине, не легко представить какими они были когда-то. И тем более трудно даже вообразить какая необыкновенная судьба была уготована многим из них. Как им удавалось одновременно создавать величайшую державу мира, победить в самой жестокой войне и вырастить нас с вами?

Браки

Обычно «Краткие заметки…» я начинаю с прошлого, с истории. Сегодня хочу начать с современности. В настоящее время в городском округе Первоуральск проживает почти 98 тысяч человек трудоспособного возраста. Мужчин и женщин в трудоспособном возрасте в Первоуральске тоже почти поровну. Однако женатых мужчин значительно меньше, чем замужних женщин. Как получилась эта разница – известно: значительная часть мужчин, находящихся в, так называемом, «гражданском браке» считают себя холостыми.

Обозначать сожительство «гражданским браком» начали относительно недавно. В советское время гражданским браком назывался брак, записанный в актах гражданского состояния ЗАГСе (отсюда и название пошло…). По-существу в СССР было всего два вида брака: гражданский и церковный… Чтобы окончательно не запутаться во время последней переписи в России ввели обозначения двух видов браков: «гражданский» и «официальный».

Конечно, можно негативно относиться к политической деятельности бывшего губернатора Свердловской области Эдуарда Росселя, но высказываясь относительно «гражданского брака», он не либеральничал, объясняя его подлостью мужиков, которые хотят жить с женщиной и не брать на себя обязательств. Часто в этой связи говорят о том, что у нас в России, традиционно «на десять девчонок – девять ребят». Но и это неправда. В молодом возрасте (по крайней мере в Свердловской области) мужчин больше, чем женщин примерно на 10 – 15 %.

Просто женщины в среднем живут дольше и за счет них статистика показывает преобладание женщин в целом.

В СССР отношение к браку было совсем иным. Сожительство без брака было явлением не частым. Даже сразу после Великой Отечественной войны, когда мужчин брачного возраста действительно ощущался крайний недостаток, число зарегистрированных браков резко подскочило. Как отмечают демографы «население было ориентировано на то, что неофициальный брак – аномалия и у него нет будущего».

Сухими газетными формулировками это трудно передать. Но вдовам, у которых мужья погибли на фронте в послевоенные годы действительно было мучительно трудно создать новую семью. Они ещё по несколько лет ждали ушедшего на фронт мужа — «а вдруг вернется!»

Большинству послевоенных девушек, которые рисковали остаться старыми девами по причине дефицита мужчин, зачастую, даже в голову не приходило, что можно выйти замуж не по любви. Советское государство тоже относилось к браку совсем иначе чем нынешнее. На холостяков, которые желают жить в «гражданском браке» и чувствовать себя холостыми оно накладывало налог.

А семьям, наоборот, помогало. Речь даже не о многодетных семьях. Государство приветствовало каждый новый брак и выплачивало деньги на покупку обручальных колец. Молодые семьи имели льготы и на получение бесплатного жилья.

Да что там браки…

Ещё более показательным может оказаться отношение к детям.

Дети

Советские женщины не только к браку, но и к детям относились совершенно иначе, чем нынешние. Нынешние женщины «хотят пожить для себя», поэтому дети ими порой рассматриваются, как обуза, как нерациональная трата денег. Вот всего один, но показательный пример. В 1942 году вместе с эвакуированными в Первоуральске проживало чуть более 57 тысяч человек. Жили в бараках, с подселением в частных домах и даже в землянках. Практически всё продавалось только по карточкам. Мужья значительной части женщин были на фронте…

Знаете сколько в 1942 году было усыновлено в Первоуральске детей? 21 человек!

В 2011 году в Первоуральске проживало около 150 тысяч человек. В бараках жили единицы, в землянках не жил никто, многие женщины регулярно меняли мужей даже не регистрируясь в браке. По приблизительным данным в городе было 65 тысяч личных автомобилей.

Знаете сколько детей усыновлено в 2011 году?

20 человек!

Цифра почти как в 1942 году.

Но не спешите радоваться!

Граждане России из этих 20 детей усыновили только 12.

Список многодетных матерей тоже был не в пример нынешнему. Вот только некоторые из первоуралочек — у которых родились младенцы в одном только 1940-й году:

Махнутина А.С. – 9-й ребенок.
Шакирханова – 8-й ребенок.
Бажукова М.Е. – 8-й ребенок.
Грудцина А.И – 8-й ребенок.
Мезенина М.Д. – 8-й ребенок.
Ржагнникова М.Ф – 8-й ребенок.
Харитонова М.У – 7-й ребенок.
Конкова А.И. – 7-й ребенок.
И т.д…

Девочки тоже были другими!

Вот, например, короткая заметка из газеты «Уральский трубник» 1942 года:

«В дни проведения двухдекадника, а так же сейчас по оказанию помощи семьям фронтовиков тимуровцами проводилась работа по подвозке топлива в квартиры семей воинов, помогали колоть и пилить дрова. Всего тимуровцами подвезено топлива 60 куб. Команды капитанов Ткачевой, Обориной, Гофман в течение двухдекадника подвезли и распилили 20 куб. дров семьям фронтовиков тов. Юрьевой, Зыряновой, Михеевой и др.

Лучшими командами школы №10 являются команды капитанов Голод Лидии, Махач Лены, Осадчей Инны. Тимуровцы бывают частыми посетителями у т.т. Звягиной, Зики, Пантилеевой и др. Тимуровцы этой школы в дни двухдекадника перевезли своими силами 1000 кг. Угля для семей воинов. Команды школы №11 Дунаевой М., Мироновой Л., Пономаревой подвезли и раскололи дров для семей фронтовиков 18 куб.

Тимуровцы школы №15 перевезли 20 куб. дров. Лучшей командой в дни двухдекадника явилась команда капитана Кузнец Эллы».

Все тимуровцы – девочки. Мальчики точили мины в ремесленных мастерских. Сейчас не многие мужики представляют себе что это означает распилить вручную и расколоть 20 кубометров дров!!! А большинство и не смогут этого сделать.

Труд

О труде женщин в годы великой Отечественной войны написано очень много. Тему заболтали и оболгали. Либеральные историки уверяют, что труд в СССР вообще, а тем паче, труд женщин в годы Великой Отечественной войны, был рабским. Подневольным!

Но это самая гнусная ложь, какую современные, как бы, мужики сочинили про наших матерей и бабушек.

Давайте сравним.

За годы войны в армию и флот в СССР было призвано 29 млн. 574 тыс. чел. Это огромная величина!

Если до войны число промышленных рабочих и служащих в СССР достигало 10 млн. 967 тыс. чел., то к 1942 году оно уменьшилось до 7 млн. 171 тыс. чел.

При том что общее число рабочих в советской промышленности резко уменьшилось, доля женщин сильно возросла. В 1942 году она составляла уже 53%, в 1943 – 57%, в 1944 – 55%.

Больше половины! А в 1944 году в Германии в целом завершилась тотальная мобилизация. Людей катастрофически не хватало, но при этом существовала безработица. Ничего не поделаешь капитализм!

Из 42 млн. немецких женщин занятыми считались только 16 млн. чел. При чем большинство из них в сфере услуг.

К 1944 году с момента нападения Германии на СССР число банковских служащих и работников торговли в Германии понизилось всего на 16%, домашняя прислуга стала малочисленнее на 9%.

К слову сказать в Англии в годы войны домашняя прислуга осталась только в самых богатых домах т.е. у единиц.

У немцев доля женщин в промышленности, в 1941 составляла 26%, в 1942 г – 28%, в 1943 году – 32%, в 1944 сохранилось примерно то же соотношение…

Поэтому рабочих мужчин в промышленности СССР, например в 1942 году, было меньше, чем в промышленности Германии в 2,1 раза!!!

В советской промышленности и женщин, и мужчин вместе в 1942 году работало меньше, чем в германской промышленности немцев-мужчин. А если к немцам-мужчинам приплюсовать рабочих женщин, рабочих оккупированных стран, военнопленных Франции, Польши и СССР, занятых в промышленности, остарбайтеров, то численное преобладание третьего рейха в количестве рабочих (особенно квалифицированных рабочих-мужчин) будет несопоставимым.

Но вся эта орава производила вооружения меньше, чем советские женщины!

ПС: Один современный молодой историк изучавший подвиги советских людей в 40-е годы двадцатого века, в изумлении воскликнул:

«Как же вы, люди сороковых, которые любили по-настоящему, жили по-настоящему и трудились по-настоящему, нас, таких ничтожных, вырастили?»

Может и не прав был молодой историк. Может быть и среди нас, ныне живущих, есть люди не с пустой душой. И живет в этой душе частичка Советского Союза – крошечка надежды на что-то светлое, доброе, настоящее!

Источник статьи

 

Метки:

Игра в слова


Дмитрию Анатольевичу Медведеву посвящается
КЕСОВА Ирина

«Слово — не воробей, вылетит — не поймаешь».

(Все цитаты принадлежат Д.А.Медведеву)

1) «За свои идеалы я готов умереть!»

И каковы же ваши идеалы, Дмитрий Анатольевич? Нести массам «демократию»? Обманывать народ? Класть себе в карман как можно больше? Боюсь, что для того, что бы умирать за такие идеалы, нужно быть как минимум кошкой с двенадцатью жизнями, — одной тут явно не хватит, слишком уж много «идеалов».
2) «Наша демократия совсем молода, потому что ей буквально два десятилетия. Так произошло, что до этого в России просто не было демократии. И мы должны это учитывать в нашей ежедневной демократической практике».

Здесь даже и добавить нечего, только для правильности сего высказывания читайте его с самого начала, употребляя вместо «демократия» «Деградация, взяточничество, воровство, коррупция».
3) «Должна быть преемственность, должна быть всё-таки ситуация, когда мы понимаем, кто остается у руля государства»

Интересно, этим он оправдывает декабрьские выборы? Вроде как «мы хотим ради вашего же блага лишить вас справедливых выборов», и этот же человек говорит нам что-то про демократию, хотя эта его фраза больше тянет на указ Петра Первого о престолонаследии.
4) «Мы свою дорогу выбрали и мы по ней пойдем!»

Дорогу к деньгам по человеческим жертвам? Что ж, валяйте, и смотрите не оступитесь, ибо падать всегда больно.
5) «Здесь говорят об угрозе возврата к тоталитаризму, но я уверен, что возврат к политической системе Советского Союза невозможен. И не только по экономическим причинам. А по абсолютно простой причине ? этого никто не хочет и никто не примет. Ни граждане России, ни сидящие здесь начальники».

Сразу вспомнился анекдот — Спрашивает Буш у Бога — а будет ли Третья Мировая? (понятное дело, не веря в это). Бог отвечает — будет. Удивился Буш, спрашивает — хм, и сколько же будет стоить после нее Пепси. Бог — Пепси будет стоить 13 копеек.
6) «Коррупция подорвала доверие граждан к интересам власти».

Нет, ну вы только вчитайтесь! Доверие граждан интересам (!) власти. Почему граждане должны верить каким-то интересам власти, если наши интересы к интересам власти не имеют никакого отношения?
7) «В том, что касается бандитов, наша политика остается прежней. Их нужно просто уничтожать, делать это жестко и делать это систематически, то есть регулярно»

Гос. Дума, стройтесь. Дмитрий Анатольевич, вы первый.
8) Ну и напоследок — цитаты КЭПа:

«Свобода лучше, чем несвобода» и «Можно и без денег рожать, но лучше с деньгами».

Источник статьи

 

Метки:

Об освобождении женщин Востока


Елена Нестерова

«Ни одно государство и ни одно демократическое законодательство не сделало для женщины и половины того, что сделала Советская власть в первые же месяцы своего существования».

В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 39, с. 201.

Баку, год 1921-й. Со всех концов Азербайджана съезжаются сюда женщины на свой первый съезд. Многие впервые в жизни увидели город, железную дорогу, трамвай, электрический свет, автомашину… Блюстители мусульманских законов видят в съезде оскорбление национальных обычаев и пытаются сорвать его, распространяя слухи, что это красные вожди собирают азербайджанок в одно место, чтобы выбрать самых молодых и красивых для своих гаремов. На улицах фанатики с криками бросаются на женщину, осмелившуюся выйти из дома без традиционного покрывала — чадры…

Но дело организации съезда в надежных руках смелых и энергичных представительниц этого края, прошедших революционную закалку в совместной работе с российскими революционерками, и среди них первая — Айна Султанова. Уже три года она — член партии большевиков, учится в Институте красной профессуры и, главное,— знает все заботы и беды своей сестры-мусульманки, знает, сколько в каждой женщине Востока скрыто энергии, нереализованных возможностей. И она помнит слова Ленина: «Успех революции зависит от того, насколько в нем участвуют женщины».

Первый съезд женщин Азербайджана должен привлечь женщин к социалистической работе, помочь им осознать свои права, предоставленные им Советской властью, зажечь жаждой участия в общем деле. Он состоялся — и стал важным событием в женском движении на Востоке. Айна с трибуны призывала собравшихся учиться, работать, не покоряться тем, кто хочет оставить их в рабском, униженном положении. Делегатки, поначалу скованные, смущенные непривычной обстановкой, постепенно освоились, стали задавать вопросы, просили, чтобы от их имени написали в президиум. Одна из записок была такая: «Мы, женщины-мусульманки, надеемся, что съезд запретит, чтобы нас выдавали замуж в 9—12 лет, когда мы только начинаем цвести, в угнетение нашим мужьям». Первый массовый протест женщин против установлений Корана и шариата… Чувство единства и решимости взять свою судьбу в собственные руки овладело участницами съезда, и вот Айна зачитывает телеграмму, которую собрание направило В.И. Ленину, их приветствие Коминтерну: «…Клянемся, что с этого момента дело революции встречает в лице женщин Азербайджана надежного союзника…».

Вскоре Айна Султанова, Джейран Байрамова и другие активистки организуют празднование Международного женского дня 8 марта — впервые в Азербайджане. Это был еще один шаг на пути мусульманок к новой жизни, к освобождению. По словам Клары Цеткин, Айна Султанова вместе с Клавдией Ишковой стояли во главе коммунистической работы среди азербайджанских женщин. Живой, острый ум, сильная воля, яркий темперамент, чуткость к тому, как живут, что переживают те, кто рядом, незаурядная эрудиция — удивительно, какой личностью стала эта крестьянская девушка! Счастливо сложилась ее жизнь — родители оказались мудрыми людьми и, несмотря на осуждение и насмешки односельчан, пошли против традиций, послали дочь учиться. А в Баку ее главными учителями жизни были борцы за народное счастье, ставшие потом легендарными комиссарами,— Мешади Азизбеков, Нариман Нариманов, Гамид Султанов. Она приняла всем сердцем их дело, стала их достойной ученицей и соратницей. В Бакинской коммуне Айна работала под руководством С.М. Кирова. Конечно, счастливая судьба. Но верно говорят: она находит тех, кто ее достоин.

Никакое общественное движение невозможно без своего издания — и Айна Султанова создает первый на Востоке женский журнал «Шарк кадыны» («Женщина Востока»). Свидетели того времени рассказывают, что Ленин говорил: ««Шарк кадыны» должен стать центром женского движения на Востоке». Айна Султанова так и стремилась его вести. Журнал стал помощником женщин в их просвещении, он способствовал освобождению от рабской психологии, от безраздельной власти религии.

Большинство азербайджанок постепенно начинали ощущать вкус открывшейся им жизни, видеть огромный, неведомый прежде мир. Таких были сначала сотни, потом тысячи… Конечно, они и называли, и считали себя мусульманками, но то, что происходило вокруг них и с ними, в чем они принимали все более заметное участие, никак не укладывалось в рамки исламских норм и предписаний. Фактически они все больше выходили из-под власти религии. Этот знаменательный процесс в общественной жизни республики тоже связан с именем Айны Султановой. После окончания Института красной профессуры она была заместителем наркома просвещения республики, потом наркомом юстиции, председателем Верховного суда Азербайджанской ССР, заведовала отделом работниц и крестьянок ЦК АКП(б). И на всех постах готовила женщин к массовому походу за полное раскрепощение — худжуму. Ставшее в 1929 году поистине массовым, это движение сметало многие заградительные укрепления и валы на своем пути. Дело, конечно, и в том, что появилась экономическая основа для больших социальных перемен в жизни мусульманок — строились новые заводы, крепли колхозы, открывались школы и детские сады. Все больше женщин вовлекалось в общественную и производственную жизнь. В 1928—1929 годах более 30 тысяч азербайджанок сняли чадру — символ затворничества, изолированности от внешнего мира.

Отказ от вековых обычаев, религиозных норм был для женщины часто подвигом, вызовом общественному мнению, нередко и подлинным самоотречением. Идти против многих, а в семье часто и против всех — нелегко. Но все, что происходило вокруг, давало женщинам огромные силы. Немало значил и замечательный пример таких, как Айна Султанова.

…В Баку вскоре после войны был открыт памятник женщине Азербайджана — как признание заслуг той, что участвовала в революционном движении, в строительстве социалистического общества, самоотверженно помогала фронту. Скульптор назвал его «Освобождение». В 1986 году в Баку появился еще один памятник женщине, теперь уже не всем, а одной — Айне Султановой.

Источник статьи

 

Метки:

Обездоленные люди вышли на улицы Москвы — пока скромно, но твердым шагом


В центре столицы прошла акция в защиту жилищных прав жителей ведомственных домов и общежитий. Организованное Движением общежитий Москвы при поддержке Форума левых сил, Межрегионального объединения коммунистов и организации многодетных семей «Много деток – хорошо» шествие прошло от Самотечной до Суворовской площади, где состоялся митинг.

По словам координатора Движения общежитий Москвы Александра Зимбовского, люди вышли на улицу, чтобы напомнить столичному градоначальнику сделанное им месяц назад заявление, что ни один житель общежития больше не будет выселен. Сергей Собянин поднял проблему жильцов общежитий на заседании столичного правительства 2 ноября и поручил членам правительства подготовить соответствующий документ, однако до сих пор ничего не изменилось.

«Несмотря на ноябрьские заявления мэра, издевательством над жильцами общежитий не прекращались ни на день, — рассказал Зимбовский. — Мы решили собрать во время митинга средства на покупку для мэра Собянина лекарств для улучшения памяти. Люди опасаются, что мэр плохо контролирует чиновников потому, что из-за ухудшения памяти подзабыл про свое выступление, и хотят всем миром помочь городской голове справиться с этой проблемой».

Выступившие на митинге жильцы бывшего общежития ткацкой фабрики «Красная работница» на Бауманской, 58/25 рассказали, что их выживают из дома при помощи «капремонта», в доме нет тепла, выключены электроплиты. Работы по капитальному ремонту зданию продолжаются, несмотря на проживающих в здании жильцов, а также вынесенные прокуратурой и ОАТИ постановления об их приостановке. Здание, в котором люди проживают с начала 80-х годов, было оформлено, как нежилое и продано в частные руки.

Жильцы бывшего общежития шелкового комбината им Щербакова в Барабанном переулке, 11/5 рассказали о том, что городские власти защищают, в первую очередь, интересы собственника здания. В городском департаменте жилищной политики жильцам общежития предложили переехать в Подольск и Чехов в бездотационное жилье, квартплата в котором значительно выше, чем в обычном доме, а договор на проживание в нем заключается только на пять лет. При этом в управе людей предупредили, что в январе-феврале их дом снесут как аварийный, и «они все пойдут на улицу».

Живущим в служебном доме №19 по Симферопольскому бульвару медикам, как и авиастроителям с авиамоторного завода «Салют» (9-я улица Соколиной горы д. 9) при трудоустройстве обещали предоставить жилье на постоянной основе после пяти лет субаренды, а сейчас предлагают подписать кабальные договора, позволяющие работодателю в любой момент выселить их из дома. Один из служебных домов вертолетного завода им. Камова сгорел, а в остальных жильцам отказывают в заключении договоров соцнайма на основании того, что в их квартирах оказались без их ведома прописаны посторонние люди.

От редакции: Поскольку к организации этой акции я имел самое непосредственное отношение, думаю, стоит поделиться и некоторыми наблюдениями.

Во-первых, разрешение шествия и митинга на площади Суворова в субботний день — это форменное издевательство. Вокруг никто не живет и не ходит, случайный человек на таком митинге оказаться не может в принципе. То есть с таким же успехом можно давать разрешение, скажем, где-нибудь в Битцевском парке или Сучьих выселках. Как говорил Ленин, по форме правильно, а по существу — издевательство.

Хотя, конечно, городские власти, напрямую виновные в многолетнем издевательстве над тысячами жильцов общежитий, по понятным причинам хотели бы как-то припрятать проблему, не выпячивать ее. Наилучшим решенем было бы, конечно, просто по-тихому решить проблему общежитий, но на это городские власти, конечно, не пойдут никогда — их не для того сюда посадили.

Кстати, с этого я и начал свое выступление — что вы, граждане, все к какому-то Собянину обращаетесь? Дядя ваш Собянин? Вы его не выбирали и даже не выдвигали, он вам ничем не обязан. У него свое начальство есть, вот перед ним он и отчитывается. А вы для него — неприятное обременение к высокому креслу.

Во вторых, конечно, свобода в полицейском исполнении — это нечто. Теперь полиции, которой собралось на митинг не меньше, чем самих протестующих, есть дело до всего — и до содержимого плакатов, и даже до надписей на флагах. Так, младший лейтиннгант полиции долго выяснял у своего начальства по мобильнику, можно ли пропустить флаги Межрегионального объединения коммунистов. Начальство разрешило, а могло и отказать. Таким макаром мы скоро и тексты выступлений будем носить заранее на согласование в полицию. А заодно и список выступающих, а какой-нибудь майор станет вычеркивать — нет, вот этот не годится, фамилиё у него какое-то не такое…

От себя сказал, что просто так жалиться друг другу можно до бесконечности, тем более, что, как сказано выше, чужих там и не было. Власятм абсолютно наплевать на все слезные жалобы — жилье при современном российском капитализме является лишь инструментом выдаивания из граждан масимального количества денег.

Сказал, что политика — грязное дело, это все знают. Но если вы не хотите заниматься грязным делом, то грязное дело зайтется вами. Собственно, уже занимается. Иного способа изменить правила игры, чем через политические организации, просто нет. А правила менять надо, потому что существующие — жизни не дают.

Вроде бы, люди поняли. Во всяком случае, слушали внимательно. Посмотрим на результат.

Анатолий Баранов, главный редактор ФОРУМа.мск

Источник статьи

 

Метки: ,