RSS

«Полководческое предвидение у Чапаева было феноменальное!»

22 Дек

Однажды по заданию «Комсомольской правды» я пришла к Герою Советского Союза, генерал-полковнику Николаю Михайловичу Хлебникову. Он был участником многих исторических событий. Я попросила разрешения написать о нем очерк. Однако неожиданно для меня наш разговор Николай Михайлович повернул совсем в другую сторону. В то время вошли в обиход бесконечные анекдоты о Чапаеве. Пустые, плоские, однако прилипчивые.

— Трудно передать, как эти глупые байки ранят души тех, кто знал Чапаева, — сказал мне, чуть ли не с порога, Николай Михайлович. – Я воевал в дивизии Чапаева, видел его в разной обстановке и могу свидетельствовать: эти расплодившиеся наветы не имеют никакого отношения к личности Василия Ивановича. Я прошел две войны. Мне есть что вспомнить и рассказать. Но говорить мы будем не обо мне, а о Чапаеве. Никогда не думал, что мне придется его защищать. И от кого? От пустых зубоскалов.

— Как вы попали в дивизию Чапаева?

— В годы Первой мировой войны я воевал на фронте, а потом меня направили на учебу в Петроградское Константиновское артиллерийское училище. Когда началась Гражданская война, мои убеждения к тому времени вполне определились. Я решил добровольцем вступить в Красную Армию. Родом я из Иваново-Вознесенска. В 1918 году уехал на Восточный фронт в составе добровольческого рабочего отряда. Мы ехали в одном вагоне с будущим писателем Дмитрием Фурмановым. Впоследствии в дивизии В.И. Чапаева Фурманов станет комиссаром, а я – командиром артдивизиона.

— О Чапаеве тогда вы уже слышали?

— Отправляясь на фронт, я мало знал о нем. Но по дороге к нам присоединялись бойцы, возвращавшиеся из госпиталей, которые воевали в дивизии Чапаева. Они говорили: «Наш Чапай не знает поражений». Недаром еще в пути, не познакомившись с комдивом, Дмитрий Фурманов записал в дневнике: «Чапаев – магическое имя». Запомнился ему разговор с одним возчиком-калекой, о котором он потом написал в своей знаменитой книге о Чапаеве. Красноармеец так говорил о комдиве: «Так уж на дню его, кажись, десять раз видишь, а все охота посмотреть: такой, брат, человек».

— Каким вы впервые увидели Чапаева?

— Это был сильный красивый человек. Пронзительные синие глаза. Гордая осанка. Ему в ту пору было тридцать два года. Уважение к нему в дивизии было необычайное. Но нам еще предстояло понять, как он заслужил такой безусловный авторитет.

— В бесконечных анекдотах рисуют беспробудным гулякой и выпивохой…

— Это один из самых подлых ударов по имени Чапаева. Мы-то знаем, что Чапаев никогда не пил спиртного и не курил. И других жестко наказывал за злоупотребления. А что касается его моральных качеств, то это был человек благороднейшей души. На фронте еще в дни Первой мировой войны тяжело ранили его боевого друга Камешкерцева. Он умер на руках Василия Ивановича. Перед смертью просил позаботиться о его детях. Чапаев, возвращаясь с фронта, сразу отправился в село, где жила семья его друга. Привез деньги, подарки. Сказал вдове, что будет помогать. Когда Василий Иванович вернулся к себе, то нашел и свой дом разоренным. Его жена куда-то уехала и пропала без вести. Чапаев стал заботиться о детях погибшего друга. Так образовалась новая семья. Вскоре Василий Иванович ушел на Гражданскую войну.

— Зубоскалы, коим несть числа, выставляют Чапаева еще и мелким мародером.

— Стыдно и горько это слушать. Сказать такое о Чапаеве, который беспощадно боролся с мародерством! Вот случай, который произошел на моих глазах. Мы заняли станицу. И кое-кто из красноармейцев стал выносить из домов узлы с чужими пожитками. Жители бросились в штаб к Чапаеву. И что же? Он немедленно собрал командиров бригад. Жестким тоном приказал немедленно вернуть хозяевам все, что награбили. Мало того, распорядился произвести обыски в бригадах. И если найдутся такие, кто ослушается его приказа, отдать под арест.

В тот же день по приказу комдива построили красноармейцев: «Чапай говорить будет!». Дмитрий Фурманов впоследствии подробно описал эту сцену. Вот строки о том, как выступал Чапаев на площади: «Это была страстная, откровенная исповедь благородного человека, оскорбленного и протестующего». Василий Иванович говорил: «Приказываю вам больше никогда не грабить. Грабят только подлецы. Поняли?.. Я буду расстреливать каждого, кто наперед будет замечен в грабеже…» И на это приказание комдива криками одобрения отозвалась многотысячная толпа. Красноармейцы клялись, что никогда не допустят грабежей».

Чапаев был прямым и честным человеком. А вот тех, кто сочиняет байки, порочащие его имя, я бы назвал мелкими мародерами. Что можно еще сказать о тех, кто ради минутного животного хохота плетет небылицы, обращает славное имя в посмешище.

— Ну да, Чапаева изображают еще ленивым лежебокой. Вот, мол, лежит он в исподнем на печи, тут приходит Петька и т.д.

— Все эти байки вовсе не безобидны, как может показаться на первый взгляд. Они сочинены по методу пропаганды Геббельса: ложь должна быть большой и наглой и чаще повторяться. Тогда ей поверят, и она войдет человеку в подсознание.

Чапаев был, прежде всего, беззаветным воином-тружеником. Он лично сформировал свои полки. И только из добровольцев. Он сам ездил по селам, убеждал людей вступать в Красную Армию. А ведь каждый, вступая в полк, понимал: война без смертей и увечий не бывает.

За Чапаевым шли в бой. Это впоследствии стали говорить о том, что красноармейцев чуть ли не штыками заставляли воевать. Не так это было. И Дмитрий Фурманов писал о том, в каких условиях воевали и побеждали чапаевцы: «И в дождь, и в грязь, по утренней росе и в вечерних туманах, день сытые, два голодные, раздетые и обутые скверно, с натертыми ногами, с болезнями, часто раненые, не оставляя строя, шли победоносно от селения к селению, неудержимые, непобедимые, терпеливые ко всему». Я хорошо помню эти дни. И одно могу сказать — из-под палки так не воюют. Мы шли через разбитые станицы. У нас кончился хлеб. Питались одной кониной — поджаривали ее, надев на штыки, на костре. Противник при отступлении портил колодцы. Бойцов мучила жажда. Конники с ведрами и котелками скакали к пересохшим степным речкам. Но вместо воды набирали и отжимали грязь. И этой грязью бойцы смачивали губы. Но мы наступали и гнали противника.

Немало можно рассказать и о том, как бойцы дорожили тем, что воюют вместе с Чапаевым. У нас в дивизии были двое безногих красноармейцев. Оба вернулись в дивизию из госпиталя. Они заявили, что останутся пулеметчиками. Просили Чапаева не отсылать их в тыл, а разрешить участвовать в боях. И Чапаев дал им пулеметную тачанку. И они воевали.

— Из детства остались в памяти кадры знаменитого фильма: мчится Чапаев на лихом коне в самую гущу сражения… Так это было?

— Надо сказать, что авторитет Чапаева, его имя, обраставшее легендами, были связаны, прежде всего, именно с его личным мужеством. Ведь это война, где видно каждого: кто трус, а кто герой. Комдив никогда не отсиживался в штабе. «В черной шапке с красным околышем, в черной бурке, летевшей по ветру, — из конца в конец носился Чапаев. Он на лету отдавал приказания, сообщал необходимое, задавал вопросы… Ни слова лишнего, ни мгновения задержки». — Так описывает его Фурманов.

— А еще говорили, будто Чапаев был не шибко грамотен, анекдот даже ходил, о том, как он штабные карты с колодой игральных спутал. Вариациям на эту тему тоже нет числа.

— Знаете, в своей жизни я видел многих известных военачальников. В дни Великой Отечественной войны я командовал артиллерией фронта. Так что в моей памяти есть с кем сравнить Чапаева. И я скажу, что Чапаев был высокоодаренным командиром. Я считаю его одним из самых талантливых военачальников, которого мне довелось встречать. Ведь условия Гражданской войны были особенные. У нас не было сплошной линии окопов. Противник мог оказаться и на флангах, и в нашем тылу. Бывали моменты, когда одна наша дивизия держала фронт, растянутый на 250 километров.

Каждый раз, принимая решение, комдив оказывался перед задачей со многими неизвестными. И мы, и противник постоянно применяли тактику скрытых переходов, внезапных ударов и обходов. Именно в таких условиях и успех боевых операций, и жизнь бойцов зависели от того, способен ли командир правильно оценить обстановку, перехитрить противника, заранее предвидеть, откуда грозит опасность. И я до сих пор вспоминаю и удивляюсь тому, насколько блестящие решения принимал Чапаев.

Вот что было. Чапаев собирал командиров перед боевой операцией. Все по очереди высказывались. Каждый до тонкостей объяснял, как он видит тактику боевых действий. Чапаев слушал молча. Благодарил всех и оставался один. Сидел над картой. Утром он снова собирал командиров. И объявлял свое решение. И потом уже, когда начинались боевые действия, мы всегда поражались тому, насколько Чапаев оказывался прав. А ведь я был кадровым военным. Были среди нас и другие военные специалисты, получившие образование, воевавшие на фронтах. Но мы в военной стратегии и тактике и сравниться не могли с Чапаевым. Полководческое предвидение у него было феноменальное! Он будто заранее чувствовал, откуда ударит противник, где у него слабые места, когда наступит самый удачный момент, чтобы нам перейти в наступление с меньшими потерями. Все это и называется искусством военачальника. Конечно, тут сказывался его фронтовой опыт. На фронтах он изучал военную науку, ползая, что говорится, на брюхе. Этот его опыт, который добывался кровью и потом, впоследствии обернулся талантом, которым мы, знавшие Чапаева, не уставали восхищаться.

— Но Чапаев, как говорится, «академий не кончал».

— Чапаев действительно мало учился. И академию военную бросил. Но его судьбу я могу сравнить с судьбой Максима Горького. Ведь мы же не спрашиваем – сколько классов окончил Максим Горький, когда читаем его книги, вошедшие в мировую классику. Так и Чапаев.

Он был от природы одаренным военачальником. Вспомните, что его противником был такой высокообразованный офицер, как Колчак. И чтобы его полки обратить в бегство, мало было одной лихой храбрости. В таком деле нужны острый ум и талант. А Чапаев в ходе боев принимал настолько неожиданные и нестандартные решения, что всегда переигрывал противника и одерживал победы. «Только одному он не верил никогда: не верил тому, что у врага много сил, что врага нельзя сломить и обернуть в бегство», — написал о нем тот же Дмитрий Фурманов.

— Помнится, прочитала однажды о театре, который был создан в дивизии Чапаева.

— Это еще одна грань его удивительной личности. В нем чувствовался подлинный интерес к культуре. Несмотря на все тяготы войны, он поддержал идею создания театра. В дивизии нашлись красноармейцы с актерскими способностями. Руководила театром жена Фурманова. Чапаев так полюбил театр, что один и тот же спектакль мог смотреть по несколько раз. В штабе дивизии решали, в какую бригаду и когда поедут артисты. Их ждали. Нелегко было найти в степи доски для сцены. Но как-то находили и сколачивали подмостки. Случалось, что вдруг приходил приказ — сниматься с места. Так подмостки разбирали и волочили за собой в обозе. Знали, что артисты приедут выступать.

Что ставили? В репертуаре были классические вещи, пьесы А.Н. Островского. Но и сами сочиняли что-то на «злободневные темы». Многие из красноармейцев впервые в своей жизни видели артистов. По ходу пьесы бойцы в возбуждении вскакивали с мест, вмешивались в действие, кричали, одобряя или негодуя по поводу происходившего на сцене. Стреляли в воздух.

Чутье не обмануло Чапаева. Театр был нужен. Пройдет совсем немного времени, и красноармейцы, вернувшись с фронта, пойдут учиться на рабфаки. Из наших бойцов-чапаевцев выйдут и музыканты, и художники, и литераторы. Первый толчок к художественному осмыслению жизни дал им чапаевский самодеятельный театр.

— А как все же погиб Чапаев? Легенд и рассказов об этом немало.

— В тот день Чапаев находился в штабе, который располагался в Лбищенске. По военным меркам это был глубокий тыл нашей дивизии. Вместе с артдивизионом я воевал на переднем крае — в 60 километрах от Лбищенска. На фронтовом рубеже были другие бригады дивизии. Как мы потом узнали, Чапаеву днем доложили, что в степи поблизости от станицы замечены конники противника. Но такие стычки в тылу были обычным делом. Тем не менее Чапаев немедленно приказал летчикам авиаотряда подняться в воздух и произвести разведку. Они вернулись и доложили, что вблизи Лбищенска продвижения чужих войск не замечено.

Как они могли просмотреть, что вокруг станицы уже стягиваются сотни вооруженных людей, до сих пор остается загадкой. Двое летчиков и сами погибли в Лбищенске. Конники противника ночью, окружив станицу, перерезали телефонные провода, чтобы на подмогу к Чапаеву никто не мог придти.

К нам на передовую прискакал утром всадник и крикнул: «В Лбищенске идет бой!» Мы скрытно снялись с позиций и бросились в станицу. В тяжелых боях красноармейцы освободили Лбищенск. И перед нами предстала страшная картина. На улицах, в переулках, во дворах — всюду изрубленные тела красноармейцев. Это потом стали говорить, что против нас воевали благородные рыцари в белых перчатках. Мы видели другое. Красноармейцев с выколотыми глазами, отрубленными руками… В одном из подвалов мы нашли тяжело раненного начальника штаба дивизии Николая Новикова. Он сказал о том, как напали на Лбищенск. Нашли потом и тех, кому удалось переплыть Урал.

Они рассказывали, что раненый Чапаев с откоса сбежал к реке. А его ординарец Петр Исаев — к стыду сказать, еще один персонаж анекдотов, в эти мгновения пошел на самопожертвование. Он остался на берегу, чтобы прикрыть отход комдива. Но Чапаева спасти не удалось. Солдаты противника поставили пулеметы на откосе и сверху расстреливали переправлявшихся вплавь через Урал…

Меня назначили начальником похоронной команды. Мы взяли рыбацкие сети и стали пытаться выловить тела погибших из реки. Чапаева так и не нашли. На похороны у нас были всего сутки. Увидев, что наши части снялись с передовой, противник перешел в наступление. Мы отступали, чтобы сохранить остатки дивизии.

Уходя из Лбищенска, дали тогда клятву: те из чапаевцев, кто останется живой, найдут его родных и приемных детей. Так и было. Семью комдива мы не оставили в беде.

— Однако после гибели Чапаева его полководческое искусство оказалось странным образом забытым?

— Вовсе нет. Из тех, кто воевал с Чапаевым, вышли известные военачальники, блестяще проявившие себя в годы Великой Отечественной войны. Они многому научились у Чапаева и применяли его тактику. Надо сказать, что дивизия Чапаева участвовала в крупных военных операциях, которые потом изучались в академиях. Одно из них — сражение за освобождение Уральска. Два с половиной месяца город был окружен со всех сторон противником. В Уральске кончились боеприпасы. Не было продовольствия. Дивизия Чапаева пошла на помощь городу. Прорвала несколько колец блокады и освободила Уральск.

Здесь воевал тогда будущий полководец Г.К. Жуков. В составе кавалерийского эскадрона он поддерживал дивизию Чапаева. Он пишет об этом в своих мемуарах. Начальником связи авиаотряда был С.А. Красовский, будущий маршал авиации. В дивизии Чапаева воевал А.В. Беляков, ставший через годы штурманом самолета, на котором Валерий Чкалов совершил свой беспримерный перелет через Северный полюс в Америку. Начальником команды по сбору оружия при штабе Чапаева был С.А. Ковпак, в будущем легендарный командир партизанского соединения. Командиром роты в дивизии Чапаева воевал И.В. Панфилов, который стал одним из прославленных героев в дни обороны Москвы в 1941 году. Все они учились воевать у Чапаева, а после его гибели сохранили в себе тот особый чапаевский дух, который помогал им одерживать победы.

***

Спустя годы я перечитываю свои записи разговоров с Николаем Михайловичем Хлебниковым, которого уже нет в живых, с чувством особой горечи. Я думаю о том, что мы переживаем странное время. Из одной крайности безоглядно бросаемся в другую. Сначала почитаем одних героев, потом только их противников.

В разные времена многие государства переживали свои гражданские войны. Однако с течением лет в так называемых цивилизованных странах старались зарубцевать свои раны, нанесенные гражданскими войнами, и почитать выдающихся деятелей с противоположных сторон. Все они остались в истории патриотами своего Отечества. Мы же поступаем с точностью до наоборот. Спустя десятилетия, вместо примирения, то и дело стараемся разжечь костер гражданской войны теперь уже в нашей исторической памяти. В последние годы вышло из забвения имя Колчака. Но почему же должна обрастать наветами судьба Чапаева, который был одним из тех военачальников, кто его разбил?

Можно сравнить все эти шутовские байки о героях прошлых лет с троянским конем, размалеванным радужными узорами. Именно такую, якобы безобидную, деревянную, фигуру втащили когда-то в несчастный город, чтобы сломить его не в открытом бою, а обманом.

Театр абсурда, в котором мы теперь пребываем, не начался ли он с этих шутовских наветов на героев Отечества – на Зою Космодемьянскую, Александра Матросова, героев-панфиловцев, достается ныне и маршалу Георгию Константиновичу Жукову и многим другим.

Одолеем ли все калибры психотронного оружия, которым обрабатываются наши души?

Из биографической справки

Чапаев Василий Иванович родился в 1887 году в деревне Будайка Казанской губернии в семье крестьянина. Семья переехала в село Балаково Самарской губернии. Василий Чапаев учился в церковно-приходской школе, потом вместе с отцом работал в артели плотников.

Первую мировую войну он начал солдатом. Получил звание младшего унтер-офицера, а затем старшего унтер-офицера, дослужился до фельдфебеля. За проявленную храбрость был награжден Георгиевскими крестами трех степеней и Георгиевской медалью.

В годы Гражданской войны В.И. Чапаев проявил себя как активный организатор частей Красной Армии. Он командовал добровольческими отрядами, бригадой и затем – дивизией, вел в бой красноармейцев в походе на Уральск, воевал против чехословаков, освобождал Николаевск. В ноябре 1918 года его направили учиться в академию Генерального штаба. Но не закончив и курса обучения, подал рапорт с просьбой отправить его на фронт. Под его командованием дивизия участвовала в боевых операциях против Колчака, заняла Уфу, а затем – находившийся в блокаде Уральск.

В.И. Чапаев погиб 5 сентября 1919 года в г. Лбищенск.

Людмила Овчинникова

http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/polkovodcheskoje_predvidenije_u_chapajeva_bylo_fenomenalnoje__2012-02-02.htm

Источник статьи

Advertisements
 

Метки: , , , , ,

Обсуждение закрыто.