RSS

Архив за день: 2012/12/23

Пенза, Говорили много, забыли быстро


Более двух лет назад, точнее, в сентябре 2010 года, Губернатор Пензенской области Василий Бочкарев решил, было, конкретно ударить по молодежному пьянству, наркомании и утечке мозгов из региона. Тогда он озвучил на совещании правительства идею создания неких интернет-дворцов, чтобы отвлечь молодежь от разного рода пагубных пристрастий. Ответственные чиновники тогда вполне серьезно засуетились и в поте лица начали планировать, совещаться и советоваться… Пора, однако, и о результатах той суеты вспомнить…

По замыслу губернатора, в таких дворцах молодые люди могли посетить кафе с доступными ценами, чтобы там были танцполы и боулинг. Губернатор имел в виду что-то типа аналогов ночных клубов, где наше подрастающее поколение якобы не будет курить, употреблять алкоголь и наркотики. А также созданием таких интернет-дворцов Василий Бочкарев намерен был отучить молодежь от пьянства и приостановить отток талантливой молодежи из региона в Москву или за границу, наивно полагая, что имеющее мозги новое поколение предпочтет реальные богатые перспективы и карьерный рост мифическим благам на периферии.

Не откладывая вопрос в долгий ящик, губернатор на этом же оперативном совещании поручил должностным лицам подобрать подходящие помещения, заняться воплощением в жизнь его идеи было поручено региональному министерству образования. О финансировании столь грандиозного проекта в регионе, имеющему многомиллиардные долги, толком сказано ничего не было.

В министерстве образования тогда сходу состоялось экстренное совещание, на котором долго обсуждали, спорили, искали оптимальные варианты, потом решили перенести совещание и разошлись. Но борьба с молодежным пьянством и утечкой мозгов из Пензы на этом не кончилась.

Вскоре по этому поводу в областном правительстве Василий Бочкарев встретился с членами молодежного совета, молодежных объединений, органов студенческого самоуправления и представителями бизнеса. На встрече он раскрыл свой замысел несколько шире:

– Считаю, что в Пензе необходимо создать специальный центр для молодежи, который предлагал бы различные культурные и интеллектуальные развлечения. Школьники, студенты могут обмениваться опытом, впечатлениями во время занятий спортом, производственной и игровой деятельности. Проект должен быть интересен для молодежи. Это позволит задержать часть «молодых умов» в Пензенском регионе.

Идею, понятное дело, собравшиеся господа подхватили и похвалили. В ходе совещания было принято решение о создании рабочей группы из числа активных молодых людей, она займется разработкой технического задания, а на самое ближайшее время были запланированы переговоры о создании центров с представителями бизнеса.

Конечно, намерения были благие в какой-то степени. А вот «молодые умы», которые в процессе «занятий спортом, производственной и игровой деятельности» должны якобы отбросить всякую мысль о реализации своих талантов на стороне, вряд ли могут внять губернаторским помыслам. Умам нужны материальные условия для их реализации, талант должен приносить в конечном итоге его обладателю материальный достаток, богатство, если хотите, а не только почетную грамоту и почетный знак «Во славу земли Пензенской».

Тем не менее, народ хочет знать – где и по каким адресам находятся эти самые интернет-дворцы? Кто их курирует из чиновничества, сколько молодежи в них занято полезным делом, боулингом и распитием кофе вместо водки? Сколько талантов уже раскрылось в их стенах и решило не уматывать без оглядки из родного города? Да нисколько. Потому что уже в конце того сентября 2010 года об этих интернет-дворцах никто не вспомнил.

Казалось бы, зачем ворошить прошлое, мало ли было идей всяких. Да интересно просто – сколько рабочих человеко-часов было затрачено на говорильню в денежном эквиваленте, исходя из жалованья чиновников?

По архивам пензенских новостей.

Источник статьи

 

Метки: , , , , , , , , , ,

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ МАРКСИЗМА


Часть первая. Экономический строй капитализма.

Марксизм отличается от всех других направлений в социалистической мысли, в первую очередь тем, что это не утопическое, или, скажем, моралистическое учение, а достаточно стройная наука. Основу этой науки составило экономическое учение К.Маркса.
«Конечной целью моего сочинения, — писал Маркс в предисловии к «Капиталу», — является открытие экономического закона движения современного общества». Необходимо признать, и это признают даже противники Маркса, что он справился с поставленной перед собой задачей блестяще. Вот уже более 140 лет прошло со времени выхода первого тома «Капитала», а эта книга не перестает быть актуальной. Сколько раз уже буржуазия объявляла, что Маркс устарел (очень удобный прием: мы, мол, не спорим — Маркс полностью прав, но только для капитализма XIX ст., сейчас же капитализм сильно поменялся), но каждый раз на поверку оказывалось, что от того, что капитализм поменялся, он вовсе не переставал быть капитализмом. Менялись только формы эксплуатации человека, но сама эксплуатация не только не исчезала, но даже усиливалась. Если быть точным, то нужно говорить даже не о смене форм эксплуатации. Форма эксплуатации тоже остается прежней — капиталистической. Меняются, скорее, внешние условия эксплуатации, ее интенсивность и ее субъективное восприятие.

Производительность труда раба настолько низка, что та часть рабочего дня, которая тратится на воспроизводство его рабочей силы, составляет едва ли не 9/10 его общей длительности. Но нам кажется, что раб полностью работает на хозяина.

Современному рабочему может вполне казаться, что он работает не на капиталиста, а на себя. Но от этого не перестанет быть фактом то, что он работает только небольшую часть рабочего времени на воспроизводство своей заработной платы. Все остальное время он работает на капиталиста. И чем более механизирован его труд, тем больше доля рабочего дня, которую рабочий работает не на себя. Вряд ли мы сильно ошибемся, если скажем, что во многих отраслях капиталистической промышленности, особенно, в технически передовых, рабочие сегодня работают 9/10 рабочего времени на капиталиста и только 1/10 — на себя. В первую очередь это касается индустриально развитых стран с низкой заработной платой: «азиатских тигров», Бразилии и Мексики, бывших социалистических стран.

Еще один парадокс капиталистической организации труда состоит в том, что введение новых машин, казалась, должно было бы облегчать труд каждого отдельного рабочего и создавать условия для сокращения рабочего времени, а тем самым, для увеличения свободного времени, то есть времени для свободного развития всех членов общества вместе. При социализме так и происходит. Но при капитализме механизация и автоматизация не облегчает, а усложняет труд рабочего, интенсифицируя его до невероятных пределов. А предполагаемая экономия рабочего времени оборачивается увеличением безработицы. Другими словами, машины заставляют одних рабочих работать более интенсивно, то есть увеличивают долю прибавочного труда в их рабочем дне, а других вообще лишают работы.

Разобраться в этом современному рабочему так же сложно, как и современнику Маркса. Сущность капиталистического производства не лежит на поверхности. Она скрыта под многослойным покровом человеческих представлений, в свою очередь дифференцированных на множество форм: философских, религиозных, этических, эстетических, правовых и, наконец, научных. Каждая из этих форм общественного сознания, в свою очередь, отражает предмет, как минимум, с двух сторон — с точки зрения эксплуатирующего класса и с точки зрения класса эксплуатируемого. Наивно рассчитывать здесь на какую-то объективность. Даже наука в таком щепетильном вопросе, как сущность развития общества вообще и законы развития капитализма, в частности, немедленно раздваивается: часть ученых, выражающая интересы господствующего класса, которому при капитализме хорошо, становится апологетами, охранителями существующего строя, а другая часть выступает за его устранение и построение более справедливого общества. Первых понять несложно. За определенную плату они просто оформляют интересы буржуазии в наукообразные термины, выдавая их тем самым если не за общечеловеческие интересы, то хотя бы за национальные, государственные и т.п. Пока буржуазия боролась с феодалами, точка зрения буржуазии была и в самом деле прогрессивной и даже объективной, поскольку это была точка зрения общественного развития. Но когда капитализм стал тормозом для развития производительных сил и человеческих творческих способностей, когда он разрушает больше, чем производит, когда он не развивает человека, а оглупляет и отупляет его, превращает его в бесчувственное жадное животное, объективной может быть только та наука, которая исследует пути преодоления и этого этапа человеческой истории.

Наукой, которую Маркс назвал «анатомией буржуазного общества» стала политическая экономия — наука, исследующая отношения людей в процессе производства. Недостатком этой науки было то, что ее представители не видели исторического характера тех законов капиталистического производства, которые им удалось открыть. Им казалось, что эти законы неизменны, вечны, «естественны». Что всякое другое общество есть лишь отклонение от нормы или движение к ней. После достижения этой «нормы», соответственно, всякая дальнейшая история казалась им невозможной. По этой причине все буржуазные экономисты остаются более или менее объективными учеными только до тех пор, «пока классовая борьба находится в скрытом состоянии или обнаруживается лишь в единичных случаях». (К.Маркс. Послесловие ко второму изданию «Капитала». К.Маркс. Ф.Энгельс. Собр. соч., 2-е изд. Т. 23. С.14.). Фактически буржуазные политэкономы остаются относительно объективными только до тех пор, пока буржуазия не захватила власть. А после этого они занимаются исключительно оправданием существующих порядков, и никакая истина их уже не интересует, а если и интересует, то только для того, чтобы скрыть ее или запутать.

Поэтому основу экономического учения марксизма составила критика классической буржуазной политической экономии. Именно такое подзаглавие имеет главная работа Маркса «Капитал. Критика политической экономии». Но Маркс не просто отверг учение буржуазных экономистов. Он взял самое ценное из того, что они достигли — трудовую теорию стоимости, развил и продолжил открытия своих предшественников, сделав краеугольным камнем своей теории учение о прибавочной стоимости.

Хорошее представление о методе «Капитала» дает отрывок из статьи одного русского ученого, процитированной Марксом в послесловии к «Капиталу»:

«Для Маркса важно только одно: найти закон тех явлений, исследованием которых он занимается. И при этом для него важен не один закон, управляющий ими, пока они имеют известную форму и пока они находятся в том взаимоотношении, которое наблюдается в данное время. Для него, сверх того, еще важен закон их изменяемости, их развития, т.е. перехода от одной формы к другой, от одного порядка взаимоотношений к другому. Раз он открыл этот закон, он рассматривает подробнее последствия, в которых закон проявляется в общественной жизни… Сообразно с этим Маркс заботится только об одном: чтобы точным научным исследованием доказать необходимость определенных порядков общественных отношений и чтобы возможно безупречнее констатировать факты, служащие ему исходными пунктами и опорой. Для него совершенно достаточно, если он, доказав необходимость современного порядка, доказал и необходимость другого порядка, к которому непременно должен быть сделан переход от первого, все равно, думают ли об этом или не думают, сознают ли это или не сознают. Маркс рассматривает историческое движение как естественноисторический процесс, которым управляют законы, не только не находящиеся в зависимости от воли, сознания и намерения человека, но и сами еще определяющие его волю, сознание и намерения…» (К.Маркс. «Капитал». Послесловие ко второму изданию. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т. 23. С. 20-21).

Маркс, одобрив ясное понимание автором статьи действительного метода его исследования, говорит, что тот описал не что иное, как диалектический метод. Именно диалектический метод мышления, помноженный на материалистическое понимание истории, позволил Марксу вскрыть экономические основы капиталистического общества, обрисовать основные тенденции его развития и предсказать пути преодоления этого этапа в развитии человечества.

Таким образом, Маркс ставит перед собой цель исследовать возникновение, развитие и упадок капитализма.

Начинается это исследование с исследования товара, поскольку товарное производство является господствующим при капитализме.

Первое, на что обращает внимание Маркс, это то, что любой товар имеет двойственную природу. С одной стороны — он есть просто пригодная для потребления вещь, а с другой — любой товар имеет способность обмениваться на другие вещи. Впрочем, обмениваться на другую вещь этот товар может только потому, что он есть пригодная для потребления, полезная вещь, то есть потому, что он имеет потребительную стоимость. Но различные потребительные стоимости несравнимы между собой. Почему же они обмениваются между собой в совершенно определенных пропорциях?

Роль посредника в процессе обмена товаров играют деньги, но дело не в деньгах, а в том, что все товары есть продукты человеческого труда. Только потому они могут в известных пропорциях обмениваться друг на друга, что на изготовление любого из них затрачивается какое-то определенное количество рабочего времени. В этом отношении и деньги остаются деньгами только до тех пор, пока они представляют некоторое рабочее время, какое-то количество усредненного (Маркс называет его абстрактным) человеческого труда.

Для того, чтобы это показать, Маркс анализирует происхождение денег, прослеживает историческое развитие обмена, начиная с отдельных, случайных актов обмена одного товара на другой и заканчивая той его формой, когда посредством денег любой товар обменивается на любой другой. Деньги могут служить посредником при обмене, всеобщим эквивалентом для всех товаров в первую очередь потому, что они и сами являются товаром (скажем, золотом). Тем самым, денежная форма стоимости возможна только в той мере, в какой деньги сами имеют стоимость. Пожалуй, самым главным выводом из изучения развития товарного производства, будет то, что поскольку деньги существовали не всегда, а появились на довольно высокой стадии развития товарного производства, то они и исчезнут, как только товарное производство будет заменено каким-нибудь другим.

Но товарное производство не может исчезнуть само по себе. Хотя бы потому, что часть общества очень заинтересована в его сохранении. Речь идет о той части общества, которая владеет средствами производства и на этой основе присваивает прибавочную стоимость. Что касается этой последней, то о ее происхождении старые экономисты много говорили, но в основном запутывали вопрос, а не разрешали его. Еще до этого времени можно услышать, к примеру, что какой-нибудь Березовский «заработал» свои миллиарды. Если насчет Березовского еще могут сомневаться, то Билл Гейтс вне сомнения — заработал. Притом, слышать все это можно не обязательно в сумасшедшем доме. Можно — на улице, можно по телевизору, а то и в каком-нибудь учебнике по экономике прочитать. Более солидные экономисты говорят о том, что прибавочная стоимость возникает в обороте. Купил, мол, дешевле, продал — дороже, а «навар» и составит прибавочную стоимость. Но и такой подход не представляется серьезным. Для того, чтобы увидеть его несостоятельность, Маркс предложил суммировать все покупки и все продажи. Тогда мы получим абсолютно равные величины. А если учесть, что каждый человек при этом окажется не только продавцом, но и покупателем, то получится, что все то, что люди выгадали бы как продавцы, компенсируется тем, что они проиграли бы как покупатели. Маркс показывает, что источник у прибавочной стоимости может быть только один — неоплаченное, прибавочное рабочее время.

Рабочая сила человека в условиях капитализма становится таким же товаром, как и все остальные товары. Не имея других средств к существованию, рабочий вынужден продавать свою способность трудится. Цена на рабочую силу складывается, подобно цене на любой другой товар, под воздействием спроса и предложения на данном участке рынка, но определяется в конечном счете издержками по ее производству (стоимость содержания рабочего и его семьи). Капиталист покупает рабочую силу рабочего на целый рабочий день. Между тем, как для того, чтобы создать продукт, окупающий его содержание, необходима только какая-то часть рабочего дня. Соответственно, остальное время рабочие создают «прибавочный продукт» или прибавочную стоимость. Величина этого прибавочного продукта, а, соответственно, прибавочной стоимости, может колебаться, но, естественно, что не может быть такого чтобы, рабочим выплачивалась полная стоимость произведенного ими продукта. Тогда исчезла бы прибыль, а с ней и смысл производства для капиталиста — собственника средств производства, не говоря уж о том, что не оказалось бы средств на воспроизводство самих этих средств производства.

Капитал стремится к увеличению прибавочной стоимости, то есть доли неоплаченного труда.

Маркс выделяет два основных способа увеличения прибавочной стоимости: путем удлинения рабочего дня («абсолютная прибавочная стоимость») и путем сокращения необходимого рабочего времени («относительная прибавочная стоимость»). Конечно, основным способом является второй. Введение все новых и новых машин, повышая производительность труда каждого отдельного рабочего, дает возможность уменьшать время, необходимое для того, чтобы он окупил свою зарплату и увеличивать время работы на капиталиста. Но было бы ошибкой думать, что из-за этого капиталисты перестают стремиться удлинять рабочий день. Сокращение рабочего дня — это результат не введения машин, а организованной борьбы рабочих за свои права. 10-ти и даже 12-тичасовый рабочий день при шестидневной рабочей неделе и сегодня — не редкость, особенно в «развивающихся» странах. И это вовсе не национальная особенность этих стран. Ведь владельцами этих предприятий, нередко, являются американские и европейские компании. Впрочем, рабочий день украинских строителей, к примеру, как на Украине, так, особенно, за рубежом, в том числе и в самых что ни на есть развитых странах, тоже короче не бывает. Таким образом, с развитием капитализма степень эксплуатации рабочей силы растет в основном за счет роста производительности труда, но это необязательно приводит к сокращению рабочего дня.

Для Маркса очень важным является не только вопрос о механизме капиталистической эксплуатации и тенденциях ее развития, но и дальнейшая судьба поступающего в распоряжение капиталистов прибавочного продукта, который по мере усиления эксплуатации все увеличивается и увеличивается.

Это, пожалуй — центральный вопрос Марксова экономического учения. Если бы прибавочная стоимость, создаваемая рабочими в процессе капиталистического производства шла исключительно на удовлетворение личных нужд капиталиста или его причуд, то вопрос об эксплуатации был бы вопросом не политэкономическим, а моральным. И выводы отсюда были бы соответствующие: к примеру, государство должно с помощью налогов забирать излишки у богатых и помогать бедным или что-нибудь в этом роде. Но Маркс показывает, что та часть прибавочной стоимости, которая превращается в капитал (та, которая не идет на потребление капиталиста) идет не только на наем новых рабочих (переменный капитал), но и превращается в постоянный капитал, то есть идет на приобретение новых средств производства или на покрытие износа старых. При этом по мере развития капитализма доля постоянного капитала в общей сумме капитала возрастает более быстро, чем доля переменного, что немедленно сказывается на положении рабочего класса. Вот как Ленин передает эту мысль Маркса:

«Накопление капитала, ускоряя вытеснение рабочих машиной, создавая на одном полюсе богатство, на другом нищету, порождает и так называемую «резервную рабочую армию», «относительный избыток» рабочих или «капиталистическое перенаселение», принимающее чрезвычайно разнообразные формы и дающее возможность капиталу чрезвычайно быстро расширять производство.» (В.И.Ленин. Карл Маркс. В.И.Ленин. Полн.собр.соч. т.26. с. 65).

Но расширение производства в условиях анархии рынка автоматически приводит через определенные промежутки времени к кризисам перепроизводства, когда произведенный продукт не может быть вовремя потреблен по причине недостатка денег у потребителей. Поскольку потребитель не может купить нужные ему товары, производитель не может их продать, а значит купить товары, нужные ему для производства новых товаров. Производство замирает. Следующий цикл может начаться только с уровня, значительно более низкого, чем тот, который был достигнут перед кризисом, поскольку равновесие может быть восстановлено только путем разорения многих капиталистов и уничтожения многих товаров. Кризисы для капитализма — не случайность, а закономерность, определяющая «историческую тенденцию капиталистического накопления», которая, в конце концов, приводит капитализм к гибели.

«Один капиталист побивает многих капиталистов. Рука об руку, с этой централизацией, или экспроприацией многих капиталистов немногими, развивается кооперативная форма процесса труда в постоянно растущих размерах, развивается сознательное техническое применение науки, планомерная эксплуатация земли, превращение средств труда в такие средства труда, которые допускают лишь коллективное употребление, экономия всех средств производства путем применения их как средств производства комбинированного общественного туда, втягивание всех народов в сеть мирового рынка, а вместе с тем интернациональный характер капиталистического режима. Вместе с постоянно уменьшающимся числом магнатов капитала, которые узурпируют и монополизируют все выгоды этого процесса превращения, возрастает масса нищеты, угнетения, рабства, вырождения, эксплуатации, но вместе с тем растет и возмущение рабочего класса, который постоянно увеличивается по своей численности, который обучается, объединяется и организуется механизмом самого процесса капиталистического производства. Монополия капитала становится оковами того способа производства, который вырос при ней и под ней. Централизация средств производства и обобществление труда достигают такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается. Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют. (К.Маркс, «Капитал», т.1, К.Маркс, Ф.Энгельс. Соч., 2-е изд. Т.23, с. 772-773).

Часть вторая. Империализм как высшая стадия капитализма.

«Частная собственность, основанная на труде мелкого хозяина, свободная конкуренция, демократия, — все эти лозунги, которыми обманывают рабочих и крестьян капиталисты и их пресса, остались далеко позади. Капитализм перерос во всемирную систему колониального угнетения и финансового удушения горстью «передовых» стран гигантского большинства населения земли.» Эти слова были написаны Лениным больше 90 лет тому назад. Но с тех пор если что-то изменилось, то разве только то, что все лозунги, «которыми обманывают рабочих и крестьян капиталисты», сегодня вернулись обратно, и время от времени даже среди «левых» можно услышать что-нибудь по поводу «трудовой частной собственности», или о демократии в «цивилизованных» западных странах, образцовый характер которой большинство наших граждан не подвергает малейшему сомнению. И снова, как и 90 лет назад, партия пролетариата «должна отвоевывать от буржуазии одураченных ею мелких хозяйчиков и миллионы трудящихся, поставленных в более или менее мелкобуржуазные условия жизни».

«…Капитализм выделил теперь горстку (менее одной десятой доли населения Земли, при самом «щедром» и преувеличенном расчете менее одной пятой) особенно богатых и могущественных государств, которые грабят — простой «стрижкой купонов» — весь мир…

Понятно, что из такой гигантской сверхприбыли (ибо она получается сверх той прибыли, которую капиталисты выжимают из рабочих «своей» страны) можно подкупать рабочих вождей и верхнюю прослойку рабочей аристократии. Ее подкупают капиталисты «передовых» стран — подкупают тысячами способов, прямых косвенных, открытых и прикрытых». Это все тоже писано не вчера, а 90 лет тому назад.

Но до сих пор эта книга Ленина — «Империализм, как высшая стадия капитализма» — остается не только основным инструментом в понимании сути современного капитализма, но и мощным оружием в борьбе за умы людей.

Ленин выделяет такие основные экономические признаки империализма: 1) концентрация производства и капитала, дошедшая до такой высокой ступени развития, что она создала монополии, играющие решающую роль в хозяйственной жизни; 2) слияние банковского капитала с промышленным и создание, на базе этого «финансового капитала», финансовой олигархии; 3) вывоз капитала в отличие от вывоза товаров, приобретает особо важное значение; 4) образуются международные монополистические союзы капиталистов, делящие мир, и 5) закончен территориальный раздел земли крупнейшими капиталистическими державами» (В.И.Ленин. Империализм, как высшая стадия капитализма, В.И.Ленин. Полн. собр. соч. Т. 18, с.386-387).

Не будем останавливаться на статистическом материале, из анализа которого Ленин делает выводы о природе империализма. Фактический материал за это столетие изменился, но выводы по поводу природы империализма полностью остаются в силе.

«Громадный рост промышленности и замечательно быстрый процесс сосредоточения производства во все более крупных предприятиях являются одной из наиболее характерных особенностей капитализма.» (В.И.Ленин. Империализм, как высшая стадия капитализма, В.И.Ленин. Полн. собр. соч. Т. 18, с.310). Как же так? — завопят современные экономисты, — ведь в «цивилизованных» странах существуют миллионы мелких и средних предприятий и именно они определяют лицо современного Запада.

«Десятки тысяч крупнейших предприятий — всё; миллионы мелких — ничто», — словно отвечает им Ленин (там же). Сегодня можно добавить к этому только то, что миллионы мелких предприятий уже не просто ничто по сравнению с крупными и крупнейшими, теперь они от них еще и полностью зависят и существуют исключительно в той мере, в какой в их существовании заинтересованы монополии.

Ленин пишет: «Капитализм в его империалистической стадии вплотную подводит к самому всестороннему обобществлению производства, он втаскивает, так сказать, капиталистов, вопреки их воле и сознанию, в новый общественный порядок, переходный от полной свободы конкуренции к полному обобществлению. Производство становится общественным, но присвоение остается частным. Общественные средства производства остаются частной собственностью небольшого числа лиц. Общие рамки формально признаваемой свободной конкуренции остаются, и гнет немногих монополий над остальным населением становится во сто раз тяжелее, ощутительнее, невыносимее» (В.И.Ленин. Империализм, как высшая стадия капитализма, В.И.Ленин. Полн. собр. соч. Т. 18, с.320-321).

«Перед нами уже не конкуренционная борьба мелких и крупных, технически отсталых и технически передовых предприятий. Перед нами — удушение монополистами тех, кто не подчиняется монополии, ее гнету, ее произволу» (там же). Как будто бы сегодня написано. А дальше идет и вовсе животрепещущий для сегодняшнего дня вопрос:

«…развитие капитализма дошло до того, что, хотя товарное производство по-прежнему «царит» и считается основой всего хозяйства, но на деле оно уже подорвано, и главные прибыли достаются «гениям» финансовых проделок. В основе этих проделок и мошенничеств лежит обобществление производства, но гигантский прогресс человечества, доработавшегося до этого обобществления, идет на пользу… спекулянтам. …»На этом основании» мещански-реакционная критика капиталистического империализма мечтает о возвращении назад, к «свободной», «мирной», «честной» конкуренции» (В.И.Ленин. Империализм, как высшая стадия капитализма, В.И.Ленин. Полн. собр. соч. Т. 18, с.322).

Таких, с позволения сказать, «критиков капитализма», желающих очистить «рынок» от его империалистических, олигархических извращений и сегодня немало. Особенно среди них выделяются те, которые мечтают, не устраняя капиталистического характера производств и даже развивая его, более справедливо распределять прибыли, забирая их через систему налогов у богатых, и помогая потом через бюджет бедным. Пока они мечтают, налоговая система работает ровно в обратном направлении — богатые налогов практически не платят, а на налоги, которые собираются из бедных, содержится огромный государственный аппарат, защищающий интересы богатых.

Вторая отличительная черта империализма — слияние банковского капитала с промышленным и создание, на базе этого «финансового капитала», финансовой олигархии. Постепенно банки из учреждений, основной функцией которых было посредничество в платежах, превращаются в крупных монополистов, полностью подчиняющих себе все торгово-промышленные операции и начинают диктовать свою волю всем остальным капиталистам.

Ленин пишет: «Итак, ХХ век — вот поворотный пункт от старого к новому капитализму, от господства капитала вообще к господству финансового капитала». (В.И.Ленин. Империализм, как высшая стадия капитализма, В.И.Ленин. Полн. собр. соч. Т. 18, с.343).

Добавить к этому поистине пророческому замечанию Ленина можно только то, что в связи с распадом СССР нужно говорить уже не просто о господстве финансового капитала, а о его мировом господстве. Международный валютный фонд, Всемирный банк, особенно после того, как доллар становится мировой валютой — есть те организации, которые определяют сегодня пути развития мирового капитализма. Но они представляют собой лишь официальную вершину мирового финансового айсберга. Сегодня около 4 тысяч частных финансовых структур специализируются исключительно на глобальных финансовых спекулятивных операциях. По оценкам самого же Международного валютного фонда, 5-6 таких спекулятивных структур способны мобилизовать до 900 млрд. долларов (сумма, сравнимая с бюджетом США) для нападения на ту или иную национальную валюту или фондовый рынок. И если они это не делают, то только потому, что большинство стран и так беспрекословно подчиняются их диктату.

К власти в большинстве стран мира с помощью денег, насилия, обмана приводятся прозападные силы. С помощью системы кабальных кредитов экономики этих стран привязываются к интересам финансовых воротил стран Запада, в первую очередь, США. Уже через короткое время сумма выплат по процентам от этих кредитов начинает превышать суммы таких кредитов, а без новых кредитов страна не в состоянии сводить концы с концами. Но условием для их получения теперь будет полное подчинение экономическим и политическим требованиям международных банковских организаций. Любая попытка отвергнуть кабальные и унизительные требования немедленно подавляется всей мощью дипломатической, а если надо, то и военной машины. В этом смысле, государственные институты западных стран уже давно превратились в исполнительные органы крупнейших финансовых структур. Что касается подавляющего большинства незападных стран, то это очевидно и вряд ли нуждается в доказательстве. Впрочем, интересы банков сегодня обслуживают не только государственные органы, но и политические партии, церкви. На службу финансовому капиталу поставлены средства массовой информации, образование, искусство, массовая культура, точнее, массовое бескультурье.

«Монополия, раз она сложилась и ворочает миллиардами, с абсолютной неизбежностью пронизывает все стороны общественной жизни, независимо от политического устройства и от каких-либо других «частностей». (В.И.Ленин. Империализм, как высшая стадия капитализма. В.И.Ленин. Полн. собр. соч. Т. 18, с.355).

В этой связи нужно остановиться на вопросе о так называемой олигархии. Сегодня очень много говорят об олигархах и олигархии, но все больше в том контексте, что олигархия — это криминальный капитал и при этом получается, что если бы этот капитал был не криминальным, то тогда все было бы хорошо. Бесспорно, что постсоветские олигархи наживали свой капитал, не особо «заморачиваясь» уголовным кодексом, но вовсе не в этом суть олигархии как политического и экономического явления, а в том, что финансовые ресурсы страны сконцентрированы в руках немногих капиталистов или групп капиталистов. А как они добились этой концентрации — это вопрос десятый. Наивным выглядел бы человек, полагающий, что финансовые воротилы Запада копили свой капитал исключительно экономией из зарплаты и ночными подработками на разгрузке вагонов. Если учесть, что хорошая часть крупнейших американских капиталов стали таковыми в результате первой и второй мировой войны, то станет ясно, что дело вовсе не в «чистоте» денег, а в их количестве. И дело даже не в том, чтобы в руках олигархов были сконцентрированы все капиталы или даже их значительная часть. Вполне достаточно того, чтобы они владели крупнейшими капиталами. Это позволит им контролировать и все остальные финансовые потоки. К примеру, для того, чтобы распоряжаться акционерным капиталом, вам нет необходимости владеть всеми акциями или даже половиной их, достаточно крупного пакета, иногда достаточно будет и 25, а то и 10%, если остальные акционеры исключительно мелкие. А если есть еще один такой же, то вы ведь с ним сумеете договорится, за счет остальных, разумеется. Если же учесть, что олигархи очень близки к власти, а точнее, они-то как раз и «заказывают» власть в капиталистических странах, то это позволяет им получить в свое распоряжение еще и средства государственного бюджета.

Как же тогда правильно отнестись к олигархии. Самое первое, нельзя пытаться найти ответ на этот вопрос в обыденном, бытовом сознании. Наука же видит в финансовой олигархии одно из существенных проявлений империализма — высшей стадии капитализма. Империализм с внутренне присущей ему властью олигархии — это единственно возможный сегодня капитализм — паразитический, загнивающий. Ожидать от него чего-либо хорошего, или, наоборот, не ожидать от него плохого, может только совершенно безнадежный дурак, каковых, кстати, загнивающий капитализм порождает в большом количестве. Империализм обладает только одной положительной чертой — он есть последняя стадия капитализма, после него возможен только социализм.

Поэтому научный ответ на вопрос, как относиться к олигархии достаточно однозначен: появление, укрепление и вхождение в политическую власть финансовой олигархии есть свидетельство того, что капитализм в данной стране полностью соответствует «мировым стандартам», то есть тоже является паразитическим, загнивающим и умирающим, а значит он вполне созрел и перезрел для социалистической революции. Тем самым, дело тех людей и политических партий, которые не собираются погибать вместе с умирающим, отжившим свое капитализмом, состоит не в том, чтобы ругать олигархов или хвалить их, а в том, чтобы готовиться к грядущей революции, готовить к ней рабочий класс и всех трудящихся.

Когда Ленин говорил, что при империализме вывоз капитала, в отличие от вывоза товаров, приобретает особо важное значение, то он вовсе не имел в виду, что вывоз товаров в зависимые страны при этом прекращается. Нет, он просто теряет свое первостепенное значение, а количественно, он может даже увеличиваться, но он уже не имеет самостоятельного значения ни для вывозящей страны, ни для ввозящей. Вывоз товаров становится лишь «разрыхлением почвы» для вывоза капитала.

Нужно отметить, что за последние полстолетия даже вывоз капитала (в смысле вложений в местное производство) начинает терять свое самостоятельное значение на фоне валютной агрессии империалистических стран, в первую очередь США, против всего остального мира. С тех пор, как доллар стал мировой валютой и начал заменять золото в международных расчетах, место вложений в производство начинают занимать финансовые спекуляции. Соединенные Штаты Америки наводняют мир ничем не обеспеченными долларовыми бумажками, в обмен на которые получают материальные и интеллектуальные ресурсы. Триединый империалистический «госплан» — МВФ, ВБ, МБРР — благодаря особому положению доллара в системе мирового хозяйства через систему кабальных кредитов имеет возможность контролировать буквально все мировые экономические процессы. Любые отклонения от выполнения тех или иных предписаний немедленно караются ракетно-бомбовыми ударами НАТО или экспедициями морской пехоты США.

В этом смысле по сравнению с тем временем, когда писал В.И.Ленин, значительно поменялась ситуация в плане дележа мира между международными монополистическими союзами, так и в отношении территориального раздела земли крупнейшими капиталистическими державами.

Две мировых войны привели к тому, что старые империалистические хищники: Англия, Франция, Германия после второй мировой войны потеряли свое былое могущество и вынуждены во многом довольствоваться объедками со стола нового империалистического гиганта — США. С исчезновением Советского Союза и поражением мировой системы социализма, империалистические позиции США еще более усилились. Буржуазные политологи заговорили об «однополюсном мире», а некоторые марксисты — об «ультраимпериализме». Но этот разговор не имеет под собой почвы точно так, как и в те времена, когда Ленин критиковал за эту идейку Карла Каутского.

Не успели США как следует нарадоваться своей победе в холодной войне, как империалистический мир стал расползаться по швам. К старым противоречиям между США и Японией добавилась новая проблема — укрепление Европейского Союза, которое вкупе с присоединением ГДР не могло не означать опасного усиления Германии. Но эти проблемы покажутся игрушечными по сравнению с проблемой Китая, который уже через десять-пятнадцать лет сможет спокойно противостоять экономически США и Европе вместе взятым. Да и союз американской буржуазии с буржуазией российской закончился как только переход к капитализму в России в общих чертах завершился. Теперь их интересы далеко не совпадают и капиталистическая Россия вполне в состоянии стать еще одним империалистическим центром, противостоящим Америке. А если добавить к этому вполне возможные антиамериканские союзы России с Германией или России с Китаем, то о каком-либо ультраимпериализме говорить не приходится. Империалистам, скорее, нужно волноваться о перспективах третьей мировой войны. А волноваться по этому поводу у них причин более чем достаточно. Ведь первая мировая война закончилась революцией в России. Вторая же мировая война отколола от мирового капитализма пол-Европы и Китай. Каких-либо оснований надеяться, что третья мировая война в этом отношении будет сильно отличаться от двух первых у империалистов нет.

Часть третья. План и рынок; социализм и капитализм.

Главным экономическим лозунгом буржуазной контрреволюции был лозунг перехода к так называемому рынку. Речь шла, в первую очередь, о подрыве системы международной кооперации труда в рамках стран социалистического лагеря и разрушении единого народнохозяйственного комплекса СССР. Самым серьезным препятствием на этом пути была система планирования, связывающая все это огромное хозяйство в единое целое. Именно потому была развязана истерическая кампания против плановой системы хозяйства как таковой и воспевание свободной конкуренции, рынка как панацеи от всех проблем.

В этих условиях борьба за социализм проходила в первую очередь по линии «план или рынок». Социализм проиграл эту борьбу в первую очередь потому, что большинство коммунистов тогда просто не видели этой реальной линии фронта в тогдашней идеологической борьбе. Вместо этого многие вполне искренние коммунисты жевали жвачку о так называемом «рыночном социализме», болтая при этом о «социалистическом выборе» и какой-то там перспективе.

Но все это вовсе не значит, что экономическая сущность социализма исчерпывается планированием или, что при капитализме планирование не используется. У Энгельса читаем «…Если мы от акционерных обществ переходим к трестам, которые подчиняют себе и монополизируют целые отрасли промышленности, то тут прекращается не только частное производство, но и отсутствие планомерности» (т.22, с. 234).

Плеханов в свое время в проекте Программы РСДРП писал куда более определенно, чем просто «плановая экономика»: «…планомерная организация общественного производительного процесса для удовлетворения нужд как всего общества, так и отдельных его членов», — и то Ленин на это заметил: «Этого мало. Этакую организацию еще и тресты дадут. Определеннее было бы сказать «за счет всего общества» (ибо это включает и плановость и указывает на направителя планомерности), и не только для удовлетворения нужд членов, а для обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития в с е х членов общества (Ленин В.И., ПСС, т.6, с.232).

Часть читателей наверняка заметят, что одно дело планирование в пределах капиталистического предприятия, монополии, и совсем другое — государственный план. Но и они ошибутся. Продолжим цитировать Энгельса: «Но ни переход в руки акционерных обществ и трестов, ни превращение в государственную собственность не уничтожают капиталистического характера производительных сил. Относительно акционерных обществ и трестов это совершенно очевидно. А современное государство опять-таки есть лишь организация, которую создает себе буржуазное общество для охраны общих внешних условий капиталистического способа производства от посягательств как рабочих, так и отдельных капиталистов… Чем больше производительных сил возьмет оно в свою собственность, тем полнее будет его превращение в совокупного капиталиста и тем большее число граждан оно будет эксплуатировать… капиталистические отношения не уничтожаются, а, наоборот доводятся до крайности, до высшей точки». (Маркс К., Энгельс Ф., соч., 2-е изд., т.19 с. 222-223).

Спору нет, что сегодня жизненно необходимо всячески не просто критиковать, а, скорее, высмеивать и травить, сторонников «рыночной экономики» и в этом смысле противопоставлять этой бредовой идее «экономику плановую». Но нельзя наши сиюминутные проблемы возводить в ранг проблем марксизма. Классики марксизма писали по этому вопросу слишком много и слишком основательно для того, чтобы можно было уложить все это в весьма неудачное выражение «плановая экономика».

Планирование — это еще не социализм и, тем более, не коммунизм, хотя никакой социализм без планирования немыслим. Это и понятно. Иначе он не справился бы с теми производительными силами, которые достаются ему в наследство от капитализма. Он бы их разрушил, как разрушила их приватизация. Требование свободы рынка вместо улучшения планирования и ориентации его на нужды общества и развития людей — реакционные требования.

Многоукладная экономика — шаг назад по сравнению с капиталистическим планированием. А нужны шаги вперед — переход от планирования производства, которое подчиняет себе человека как в качестве рабочей силы, так и в качестве потребителя к планированию человеческого развития и подчинения производства потребностям этого развития. Да-да, при капитализме, особенно в эпоху империализма, когда эпоха свободной конкуренции канула в Лету, потребление становится не просто необходимым звеном в воспроизводстве капитала, но и таким звеном, которое подлежит обязательному планированию. Для этого даже специальная наука есть — маркетинг называется. Считается, конечно, что ее цель — изучение рынка, а не его формирование, планирование. Но на самом деле, если изучение рынка в этой науке и присутствует, то вовсе не ради праздного любопытства, а с целью активного воздействия на изучаемый предмет. И реклама при этом — далеко не самый главный и не самый мощный рычаг формирования рынков.

При социализме в определенном смысле тоже невозможно обойтись без такого рода планирования, когда человек служит производству, а не производство человеку. Но оно должно быть поставлено так, чтобы в конечном счете от этого выигрывал человек. При социализме огромные массы людей нередко перебрасывались туда, куда требовали интересы производства. Частный интерес каждого отдельного человека если при этом и учитывался (а он, конечно учитывался, даже комсомольская путевка сулила ее обладателю не только романтику, но часто и зарплату с северным коэффициентам), то вовсе не он определял приоритеты хозяйственной политики. Мы возьмем один из самых крайних случаев такого рода — раскулачивание и высылка в ту же Сибирь. За истерическими визгами интеллигенции по этому поводу остался практически незамеченным один очень интересный парадокс. Ведь после того, как все эти люди получили возможность свободно выбирать себе место жительства, в родные села из них вернулись единицы. О их детях и внуках и говорить нечего. Не возвращался никто. Таким способом и сформировалась, в основном огромная современная украинская диаспора на востоке и севере России. Причины невозвращения, как правило, просты и мало связаны с какой-либо идеологией. В этой самой Сибири, попадая, как правило, на стройки, эти люди через некоторое время оседали в городах и возвращаться в деревню им не было никакого резона. И дело было не только в бытовых условиях, но и в возможностях развития, которые открывала городская жизнь по сравнению с сельской. Конечно, до полного разрешения проблем (уничтожение разделения труда, в первую очередь, на умственный и физический, до полного стирания различий между городом и деревней — а именно такие цели ставят коммунисты) было еще далеко, слишком низким оказался у нас стартовый уровень, но беда была не в этом. Пройдено было значительно больше чем осталось. Чего стоит полная электрификация села и обязательное среднее образование. Беда была в том, что с определенного времени у нас происходит смещение целей экономического развития. На место задачи экономического обеспечения строительства нового общества и обеспечения условий становления нового, коммунистического человека ставится задача догнать и перегнать Америку в том числе и по уровню потребления. При этом не принималось во внимание ни то, что буржуазные формы потребления будут формировать буржуазного же человека, и что потребление вовсе не безразлично к производству, что оно неизбежно оказывает на него обратное влияние, ни то, что США потребляют 40% мировых ресурсов и производят около 7% мировой продукции. Нет и не было никогда более расточительной системы хозяйствования. Это есть изощренная, полностью автоматизированная система каннибализма.

Именно эта гонка потребления, а вовсе не гонка вооружений, подорвала ресурс советской экономики. Она не только истощала наши природные и экономические ресурсы, она уничтожала наш основной ресурс — нового человека. И чем больше были наши успехи в этой гонке, тем хуже было для нас, тем дальше мы отходили от социализма.

На этом парадоксе следует остановиться подробнее, ибо он, пожалуй, и составляет основное экономическое противоречие социализма. Если быть более точным, то никаких собственных экономических противоречий — ни основных, ни неосновных — социализм иметь не может, поскольку социализм не имеет и не может иметь собственного экономического базиса. Социализм по своей экономической и политической (впрочем, здесь как никогда уместно вспомнить замечание Сталина о том, что политику и экономику ученые специально разделяют для удобства изучения; на самом же деле, в жизни, никакого разделения между ними не существует) сути есть переход от капитализма к коммунизму и поэтому он сам — воплощенное противоречие. Все, что в нем есть — или от капитализма, или от коммунизма. В то же время — социализм — это уже не капитализм, но еще и не коммунизм. При этом социализм не является промежуточным состоянием между капитализмом и коммунизмом точно так же, как не бывает промежутков между двумя ближайшими точками.

Другими словами, социализм есть переход от капитализма к коммунизму, период революционного (в смысле перехода в противоположность, уничтожения старого, а не просто его улучшения, совершенствования) превращения капитализма в коммунизм. При виде такого рода положений марксизма обычно буржуазия и ее прихвостни из числа «приличных», парламентских (не в смысле места работы, а в смысле мечтаний усовершенствовать законодательным путем капитализм до того, чтобы он стал социализмом) коммунистов и социалистов, начинают волноваться. Цепные идеологи буржуазии начинают вспоминать убийственный, с их точки зрения, аргумент «весь мир насилья мы разрушим до основанья…». Самое смешное, что часть коммунистов при этом тушуется и начинает мямлить что-то насчет того, что все хорошее из капитализма будет сохранено, только плохое уничтожено и т.п. На самом же деле, ничего плохого в том, чтобы разрушить мир насилия нет. Наоборот, позорно выступать за сохранение мира насилия.

Само собой разумеется, что уничтожение мира насилия вряд ли обойдется без насилия. Но как то смешно жаловаться насильникам на то, что к ним применяют насилие. Вряд ли стоит волноваться, что при этом будет уничтожена культура, производство, наука и т.д. Совсем напротив, капитализм уничтожается во имя сохранения накопленной культуры, во имя развития производства и во имя постановки науки на службу всему обществу. По крайней мере, вряд ли кто-нибудь сегодня станет спорить, что именно переход от социализма к капитализму привел к всеобщей деградации культуры, производства, науки, а вовсе не наоборот.

Но поскольку сущность социализма есть переход, превращение, становление, движение, развитие, то и те или иные явления социализма невозможно понять адекватно через соответствие их набору определенных «признаков социализма», зафиксированных в той или иной книжке, а только в движении, в динамике, в контексте процесса уничтожения старого, капиталистического мира и рождения нового — социалистического.

Сегодня, в условиях практически безраздельного господства не просто крупного, а мирового финансового капитала для рыночной стихии места практически не осталось. Если она где-то допускается, то значит это выгодно монополиям и так ими было запланировано. Планирование в рамках капитализма не имеет никаких пределов. Оно уже давно переросло государственные масштабы и стало мировым не только в рамках транснациональных корпораций, но и на уровне мировых финансовых, военнополитических структур. Даже наступление и последствия финансовых, экономических и политических кризисов капиталисты научились прогнозировать и принимать меры к предотвращению их разрушительного действия на свои страны и даже извлекать из них выгоды. Все это, конечно же, не устраняет кризисов, ибо их причина — частная собственность на средства производства — планированием не устраняется, а в если это планирование капиталистического производства, то оно частную собственность усиливает, усиливая одновременно и все ее вредные последствия для развития производительных сил.

Тем самым, сегодня уже мало говорить о преимуществах плана перед рынком (Людям, которые сегодня — в эпоху господства монополий — говорят о свободном рынке, вообще бесполезно что-либо говорить), нужно объяснять, что без устранения частной собственности на средства производства и капитализма всякое, самое совершенное с технической точки зрения планирование будет только усиливать обнищание широких масс и способствовать разрушению передовых производительных сил.

Только уничтожение буржуазного государства, взятие власти самими трудящимися, обобществление собственности на средства производства ставит планирование на службу всему обществу и каждому трудящемуся, а планомерная кооперация в рамках системы социалистических стран позволит решить не только проблемы голода и нищеты для бедных стран, но и позволит покончить раз и навсегда с таким позорным явлением как эксплуатация одних стран другими.

Василий Пихорович

Источник статьи

 

Метки: ,

Су-39 — РОССИЙСКИЙ ГРОМОВЕРЖЕЦ


Штурмовая авиация России, как и вся другая авиация, нуждается в новых машинах. И уникальный, новейший штурмовик Су-39, как нельзя кстати, необходим нашей армии…

Су-39 является глубоко модернизированной версией превосходно показавшего себя штурмовика Су-25. Однако с учётом опыта войны в Афганистане выяснилось, что Су-25 требует дополнительного бронирования жизненно важных агрегатов и топливной системы. Поэтому в январе 1986 года по решению Военно-промышленной комиссии при Совете министров СССР начались работы над новым самолётом, способным действовать в любое время суток, получивший обозначение Су-25ТМ (в дальнейшем Су-39). На новую машину предусматривались установка нового бортового электронного оборудования и расширенного ассортимента вооружения. От разрабатываемого самолёта требовалось надёжное преодоление ПВО противника, а также возможность полёта на малой высоте с огибанием рельефа местности.
Казалось, Су-39 обеспечено блестящее будущее. Производство нового штурмовика даже освоили на Улан-Удэнском авиазаводе в 1993 году. Однако у ельцинского бюджета на «оборонку» денег не было, шли «лихие девяностые»… А Су-25-е продолжали (и продолжают) устаревать. А с 1995 года и до наших дней было выпущено… ВСЕГО ЛИШЬ ЧЕТЫРЕ НОВЫХ САМОЛЁТА!

Су-39 — ПОИСТИНЕ УНИКАЛЬНЫЙ ШТУРМОВИК. Если для Су-25 доминирующей задачей была борьба с танками, то новая машина имеет новое вооружение, позволяющее УСПЕШНО БОРОТЬСЯ с кораблями в прибрежных районах, а с учётом боёв с пакистанскими истребителями F-16 Су-39 способен вести воздушный бой с применением ракет «воздух-воздух» Р-73, Р-27 и Р-77. Но и это ещё не всё. Новый Су-39 имеет ЦЕЛЫЙ РЯД НОВШЕСТВ:

· Пилот Су-39 размещается в цельносварной кабине из авиационной титановой брони, но общая ее масса, по сравнению с предшественником, уменьшена на 153 кг или на 25%. Одновременно практически на столько же, возросла масса пенополиуретана и быстро-набухающего наружного протектора топливных баков увеличенной емкости. Заполнение смежных с топливными баками отсеков эластичными пористыми материалами препятствует импульсному выплескиванию топлива через пробоины от снарядов и их осколков, предотвращая пожар. Зазоры между топливными баками и каналами воздухозаборников практически исключают возникновение пожара от попадания топлива на вход в двигатель. Усилены также конструкция центральной части фюзеляжа, магистрали топливной системы и тяги системы управления;

· Для снижения заметности над полем боя в оптическом диапазоне самолет имеет специальную окраску, а радиопоглощающее покрытие уменьшает ЭПР при облучении РЛС;

· Защита самолета, когда пилот не в состоянии обнаружить пуск ракеты, осуществляется установленной у основания киля станцией оптико-электронных помех «Сухогруз». Цезиевая лампа мощностью 6000 Вт создает амплитудно-модулированные помехи ракетам, уводя их в сторону. Не забыто и традиционное средство — программный отстрел ложных тепловых целей. В устройстве выброса — 192 помеховых патрона;

· Снижению заметности Су-39 способствует установка бесфорсажного ТРД с нерегулируемым соплом и уменьшенной в несколько раз ИК-сигнатурой сопла. Это достигнуто за счет увеличенного центрального тела и профилирования жаровой трубы, исключающей прямую видимость лопаток турбины, а также снижением температуры выхлопных газов подводимым атмосферным воздухом;

· Новая РЛС «Копьё-25» обеспечивает всепогодность обнаружения и предварительное целеуказание в различных режимах, в том числе и картографирования, значительно расширяя круг боевых задач, решаемых Су-39. Для этого используется щелевая антенная решетка диаметром 500 мм.

«Копье-25» позволяет применять тактические противокорабельные ракеты: сверхзвуковую Х-31А с активной радиолокационной ГСН и дозвуковую Х-35 с комбинированной системой наведения. Су-39 может нести четыре таких ПКР. Звено штурмовиков представляет реальную угрозу тактической группе надводных кораблей и может атаковать эсминцы типа «Спрюэнс» водоизмещением 7800 тонн, не входя в зону действия его огневых средств ПВО.

Также новая РЛС обнаруживает воздушные цели типа «истребитель» на встречных курсах на расстоянии до 57 км, на догонных — на 25 км, сопровождает одновременно 10 и обстреливает две цели.

Для поражения наиболее опасных целей Су-39 оснащён 16 ракетами «Вихрь» с дальностью пуска до 10 км, и ГОРЕ тому, кто попадёт под удар таких ракет!

Обретя качества многоцелевого самолета, Су-39 сохранил за собой репутацию высокоэффективного штурмовика, который сметёт огненным вихрем и банды боевиков, и морские эскадры НАТО. А в наши нелёгкие годы штурмовики нужны нашей стране как воздух…

Константин Фёдоров

Источник статьи

 

Метки: , , , ,

После Нового года большинство Государственной думы имеет шанс войти в «список Магнитского»


Более 13 тысяч человек уже поставили свои подписи под размещенной на сайте Белого дома петицией, призывающей включить в «список Магнитского» российских депутатов, голосовавших за так называемый «закон Димы Яковлева».

Количество подписей быстро растет: еще в 23.00 субботы по московскому времени у петиции было менее 400 голосов. Чтобы петицию рассмотрела администрация президента США, необходимо набрать к 20 января 25 тысяч подписей, сообщает РИА Новости.

— Администрация, понятное дело, зассыт включить в список весь состав Госдумы за малым исключением, — полагает главный редактор ФОРУМа.мск Анатолий Баранов. — А жаль. Потому что это толпа самозванцев, которых никто не выбирал, а которых фактически назначили в псевдопарламент, несмотря на массовые протесты граждан. И теперь эти сукины дети штампуют свои «законы», которые им спускают со Старой площади и с Лубянки, а нас по этим как бы «законам» лишают остатков прав и свобод. И устав от своей «законотворческой деятельности», эти сукины дети едут за границу пропивать и прожирать свои 30 сребреников, выданные им преступной властью на прокорм. Нужны там за границей такие «туристы»? Что, своих подонков не хватает? Да я бы вообще ни одного российского чиновника в цивилизованный мир не впускал, потому что нет и не может у них быть честно заработанных денег, чтобы проматывать их в дорогих и злачных местах Запада. Или впускал бы, и сразу же отправлял в СИЗО по подозрению в отмывании преступных доходов. И счета, и собственность конфисковал бы немедленно — под рукоплескания всей России!

Источник статьи

 

Метки: , , ,

Советская система образования


Чтобы жить не хуже, чем в Америке или хотя бы как в Европе, необходимо иметь высокий уровень образования, сравнимый с европейским. Америка по образованию выпадает из ряда высокообразованных стран, т.к. школьное образование там давно в упадке, а высшее и наука основываются на импорте мозгов со всего мира.

В соответствующем состоянии находится и тамошняя культура, которую прославляет и копирует наша творческая элита. Западная Европа и Америка поддерживают относительно высокий уровень жизни за счёт многовекового грабежа других стран и народов и за счёт нещадной эксплуатации своих и чужих рабочих и крестьян.

Триста лет капиталистическая Англия грабила весь мир, и тем не менее нищета и голод одних британцев были постоянными спутниками богатства и роскоши других. Поразивший меня пример из английской жизни конца XIX века. Больная мать маленького Чарли Чаплина Ханна не могла больше выступать в мюзик-холле, потеряла работу и средства к существованию. За съёмную квартиру нечем было платить. Её дети Сид и Чарли кормили больную мать тем, что могли добыть попрошайничеством. Однажды Чарли заигрался на улице и не принёс матери выпрошенного у прохожих хлеба. От голода мать сошла с ума и была помещена в психиатрическую больницу. Детей отдали в школу для сирот. Они навещали мать в больнице. Когда сознание к ней возвращалось Ханна говорила Чарли: «Почему же ты не принёс мне хлеба? Я бы тогда не сошла с ума.» Сколько таких чарли, сидов и ханн было и есть в богатой демократической Великобритании?

У России другая история. Она не грабила другие страны и народы, а наоборот, защищала и сохраняла «всяк сущий в ней язык» и неоднократно всю Европу и мир в целом. Добиться этого она могла только опорой на собственные силы и ресурсы. Как отмечает писатель и историк Ю. Мухин: «ум народа трансформируется в его культуру — в способность использовать знания, накопленные всем человечеством и добытые конкретным народом. А высокая культура приводит к тому, что данный народ приобретает очень высокую производительность труда, дающую ему возможность жить материально лучше, нежели менее культурные народы». Здесь культура народа — обобщённое понятие, включающее в себя все стороны жизни данного народа и страны. Т.е. достижения науки, образование, искусства, технологии, производства, ремёсла, традиции, верования, историю, политику, экономику, освоение земель, взаимодействие с другими странами и народами и т.д.

Совершенно очевидно, что передача культуры и её развитие поколениями невозможна в современном мире без образования высокого уровня. Более того, невозможно существование самого народа. Это ясно понимали большевики, пришедшие к власти в 1917 году. Сразу после Октябрьской революции начинается осуществление грандиозной программы культурного и общеобразовательного развития народа, планомерная работа по созданию подлинно народной системы образования. Уже в ноябре 1917 года СНК создаёт «Государственную комиссию по просвещению». Образование и воспитание передаётся в ведение Народного комиссариата по просвещению. Только за первый год Советской власти издаётся около 200 декретов и постановлений правительства по вопросам образования. В марте 1919 года VIII съезд РКП(б) принимает вторую программу партии в которой ставится задача «превращения школы из орудия классового господства буржуазии в орудие полного уничтожения деления общества на классы, в орудие коммунистического перерождения общества».

Программа предусматривала: проведение бесплатного и обязательного общего и политехнического (знакомящего в теории и на практике со всеми главными отраслями производства) образования для всех детей обоего пола до 17 лет; полное осуществление принципа единой трудовой школы, с преподаванием на родном языке, с совместным обучением детей обоего пола; безусловно светской, проводящей тесную связь обучения с общественно-полезным трудом, подготовляющей всесторонне развитых членов коммунистического общества.

Все имеющиеся культурные силы страны были брошены на борьбу с безграмотностью, доставшуюся нам от царизма. Народное просвещение становится «третьим фронтом» борьбы за социализм. 26 декабря 1919 года Совет Народных Комиссаров принимает декрет «О ликвидации безграмотности среди населения РСФСР». По этому декрету всё население республики в возрасте от 8 до 50 лет, не умеющее читать и писать, обязывалось обучаться грамоте на родном или русском языке, по желанию.

Обучающимся рабочий день сокращался на два часа, предоставлялись различные льготы. Лица, препятствующие неграмотным посещать школу, привлекались к уголовной ответственности. В стране создавалась широкая сеть школ и пунктов по ликвидации безграмотности. Так советское государство без проволочек и показной благотворительности немедленно приступило к решению задачи, которую не могли решить ни монархия, ни буржуазия. Для ликвидации неграмотности привлекаются не только учителя, но и все, мало-мальски образованные граждане. Для координации совместной работы создаётся добровольное общество «Долой безграмотность» под руководством М.И. Калинина. Принимаемые меры тем не менее признаются недостаточными, и в июле 1920 года учреждается Всероссийская Чрезвычайная комиссия по ликвидации неграмотности.

Вскоре прилагаемые усилия дали первые результаты. Уже в 1926 году 56% взрослого населения страны были грамотными. К концу 30-х годов неграмотность населения была в основном ликвидирована. С 1921 по 1940 г. в школах ликбеза и в школах для малограмотных было обучено около 60 млн. человек. Ликвидация неграмотности — это только первый, крайне необходимый, шаг в построении социалистического общества. Для построения социализма, для развития страны необходимо было значительное повышение общеобразовательного, профессионального, технического и культурного уровня людей. Только на этой основе можно было преодолеть экономическое отставание от развитых капиталистических стран и надёжно защитить себя от внешних и внутренних угроз. При этом в образовании ставилась задача более высокая, чем в буржуазных странах, где оно ограничено только общеобразовательной и профессиональной подготовкой. Культура, традиции и духовно-нравственное воспитание остаются за рамками буржуазной системы образования, так как капиталистам нужны квалифицированные исполнители на производстве, а не всесторонне развитые личности. Зачем буржуазному государству тратить лишние деньги на культурные запросы людей? Пусть сами окультуриваются как хотят за свой счёт. Поэтому одновременно с ликвидацией неграмотности в тех тяжелейших для страны условиях шла упорная и трудная работа по созданию разветвлённой сети общеобразовательных школ, рабфаков, техникумов и ВУЗов. Только за первое десятилетие Советской власти было построено 7780 общеобразовательных школ более чем на миллион ученических мест.

Начавшиеся индустриализация и коллективизация требовали повышения уровня общеобразовательной и технической подготовки прежде всего молодёжи. 25 июля 1930 г. ЦК ВКП(б) принимает постановление «О всеобщем обязательном начальном обучении», которое немедленно вводится с 1930/31 учебного года, а 14 августа 1930 г. его принимают ЦИК и СНК СССР. Благодаря этим решениям дополнительно сели за парты 10 млн. детей. В школы было направлено около 60 тыс. новых учителей. Изыскивались здания для школ, средства для ремонта, организовывались фонды для помощи учащимся, организовывалось горячее питание, подвоз детей, велась разъяснительная работа среди родителей.

В 1934 году начинается переход к всеобщему семилетнему образованию, при этом особое внимание уделяется селу, так как в городе к тому времени эта проблема была решена.

Опираясь на уже созданную базу социалистической экономики, Советское государство смогло с 1933 по 1937 г. в 3,5 раза увеличить расходы на школы. В этот период было построено 18 778 школ на 5,5 млн. ученических мест, в том числе 15 107 сельских школ на 3,4 млн. мест. Это позволило устранить отставание в охвате детей семилетним образованием в сельской местности. Одновременно большое внимание уделяется совершенствованию учебно-воспитательного процесса в школе. Принимаются постановления ЦК ВКП(б): 25 августа 1931 г. «О начальной и средней школе»; 25 августа 1932 г. «Об учебных программах и режиме в начальной и средней школе»; 13 февраля 1933 г. «Об учебниках для начальной и средней школы» и др. Успехи в культурно-образовательном уровне населения закрепляются в Конституции СССР 1936 года как основа строительства социализма в стране, как важнейший фактор экономического роста и условие её безопасности и обороноспособности. Эти достижения особенно проявились в период Великой Отечественной войны и послевоенного восстановления народного хозяйства.

К 1939 году 81% всех женщин в возрасте до 49 лет стали грамотными, что позволило им активно участвовать в общественно-политической жизни страны. Грамотность населения в РСФСР составила 89,7%, на Украине — 88,2%, в Белоруссии — 80,8%, в Узбекистане — 78,7%, в Казахстане — 83,6%, в Киргизии — 79,8%, в Таджикистане — 82,8%, в Туркмении — 77,7%.

О небывалом стремлении советской молодёжи в то время к знаниям говорил известный популяризатор на-уки и педагог Я.И. Перельман следующее: «Не только среди учащихся, но ещё больше среди рабочей молодёжи идёт интенсивная самообразовательная работа, неизменно растущая и приносящая за-метные плоды. В этом убеждают меня мно-гочисленные письма читателей и в особенности — беседы с читательским активом ряда крупных заводов, ленинградских и московских. У нас охотно читаются такие книги, которые в глазах среднего зарубежного читателя являются слишком трудными».

На XVIII съезде партии в 1939 году была поставлена задача о переходе в третьей пятилетке ко всеобщему среднему образованию в городе и завершению к 1938-1942 гг. организации семилетнего образования в деревне. Эти меры позволили уже накануне войны в 1940/41 учебном году количество учащихся в VIII-X классах по сравнению с 1938 годом увеличить более чем в два раза, а на селе — в три раза. Народное хозяйство и армия получили возможность скорейшей подготовки высококвалифицированных специалистов, что в тот период было крайне важно. Накануне войны в Красной Армии даже командиры батальонов на 94% имели среднее или высшее образование. С конца 1939 года и до начала войны дополнительно открылось 77 военных училищ.

Огромный ущерб образованию нанесла война. Немецко-фашистские захватчики уничтожили 84 тыс. школ, техникумов и ВУЗов. Количество учащихся в средних классах сократилось в два раза, а в старших — в 2,5 раза. Несмотря на огромные трудности и лишения только за 1941-1945 гг. в стране было построено 687 школьных зданий, из них около половины на освобождённых территориях. Тогда же вводится повсеместное обязательное обучение детей с семилетнего возраста. 30 апреля 1944 г. в СССР было принято постановление о создании школ рабочей молодёжи.

После войны за 1946-1950 г. было построено 18,5 тыс. новых школ на 2,4 млн. ученических мест. К 1952 г. был завершён переход на обязательное семилетнее образование. 24 декабря 1958 г. принимается закон » Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР». Этот закон предусматривал переход к всеобщему обязательному восьмилетнему образованию.

В шестидесятых годах в Советском Союзе благодаря достигнутому высокому уровню образования людей происходят глубокие качественные изменения в технике и технологии общественного производства. Бурно развивается научно-техническая революция. Создаются комплексно-механизированные и автоматизированные цеха и предприятия, оснащённые станками с ЧПУ и высокопроизводительным технологическим оборудованием. В 1971 г. действовало уже 5 тыс. таких предприятий и 18 тыс. цехов. Новое производство в свою очередь требует увеличения подготовки квалифицированных рабочих и специалистов со средне-специальным и высшим образованием. Появляются совершенно новые профессии, изменяется характер труда. Тогда в промышленности уже работало 700 тыс. специалистов с дипломом ин-женера и техника на рабочих местах. По прогнозам их доля в ближайшие 15 лет должна была увеличиться до нескольких ми-ллионов!

20 июня 1972 г. вышло постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О завершении перехода ко всеобщему среднему образованию молодёжи и дальнейшему развитию общеобразовательной школы». 17 июля 1973 г. на шестой сессии Верховного Совета СССР были приняты «Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о народном образовании». Этот большой многоплановый документ закрепил основные принципы построения системы народного образования, кодифицировал важнейшие решения в области образования, отразил богатейший педагогический опыт в нашей стране, сформулировал задачи, стоящие перед народным образованием, создал прочную правовую базу для всех типов учебно-воспитательных учреждений в Советском Союзе.

Как отмечается в Статье 1, «Основы законодательства…» регулируют общественные отношения в области народного образования в целях наиболее полного удовлетворения запросов советских граждан и потребностей развитого социалистического общества в образовании и коммунистическом воспитании подрастающего поколения, обеспечения народного хозяйства рабочими и специалистами соответствующей квалификации.

В соответствии с Конституцией СССР советские граждане имеют право на образование. Это право обеспечивается обязательным восьмилетним образованием, осуществлением всеобщего среднего образования молодёжи, широким развитием профессионально-технического, среднего специального и высшего образования на основе связи обучения с жизнью, с практикой коммунистического строительства, обучения в школах на родном языке, расширением сети дошкольных и внешкольных учреждений, бесплатностью всех видов образования, системой государственных стипендий и других видов материальной помощи учащимся и студентам, организацией различных форм производственного обучения и повышения квалификации трудящихся. Учащимся и студентам устанавливаются соответствующие льготы.

Через десять лет реформа образования 1984 года предусматривала следующее: осуществить реформу общеобразовательной и профессиональной школы — значит решить следующие основные задачи:

— повысить качество образования и воспитания; обеспечить более высокий на-учный уровень преподавания каждого предмета, прочное овладение основами наук, улучшение идейно-политического, трудового и нравственного воспитания, эстетического и физического развития; усовершенствовать учебные планы и программы, учебники и учебные пособия, методы обучения и воспитания; устранить перегрузку учащихся, чрезмерную усложненность учебного материала;

— коренным образом улучшить постановку трудового воспитания, обучения и профессиональной ориентации в общеобразовательной школе; усилить политехническую, практическую направленность преподавания; значительно расширить подготовку квалифицированных рабочих кадров в системе профессионально-технического обучения; осуществить переход ко всеобщему профессиональному образованию молодежи;

— усилить ответственность учащихся за качество учебы, соблюдение учебной и трудовой дисциплины, повысить их общественную активность на основе развития самоуправления в ученических коллективах;

— поднять общественный престиж учителя и мастера производственного обучения, их теоретическую и практическую подготовку, полностью обеспечить потребности системы народного образования в педагогических кадрах; повысить заработную плату и улучшить материально-бытовые условия педагогических работников;

— укрепить материально-техническую базу учебных заведений, дошкольных и внешкольных учреждений;

— усовершенствовать структуру общеобразовательной и профессиональной школы и управление народным образованием.

Реформу называли Брежневско-Черненковской. В практическом плане она предусматривала «вплотную подвести учащихся к выбору профессии». В школах разворачивается обучение по различным рабочим специальностям. Учащиеся знакомятся с производством непосредственно на предприятиях. Поступают станки, оборудование, автомобили, сельхозтехника. В школах под руководством опытных мастеров и шефов с предприятий создаются производственные бригады и механизаторские звенья. Выпускники вместе с аттестатом получают удостоверения по полученной специальности: токаря, электрика, шофера, тракториста-комбайнера, мастера машинного доения, швеи и т.д.

Однако «производственная» часть ре-формы с самого начала сталкивается с большими трудностями. Предприятия крайне неохотно идут на взаимодействие со школами и ПТУ. У них свои задачи и планы, которые нужно выполнять. Нет специальных кадров и средств для организации производственной практики учащихся. Острым становится вопрос охраны детского труда на предприятии. Опасаясь несчастных случаев, руководители предприятий вместо практики ограничиваются, в лучшем случае, экскурсиями. Не хватает производственных специалистов и в школах. Практику организовывают и проводят учителя и классные руководители, и без того перегруженные учебно-воспитательной работой. Введение полного трудового дня нарушало нормальный ритм учебного процесса в школах, что приводило к снижению успеваемости. В это же время вводится обучение с шестилетнего возраста, и в школах, и без того страдающих нехваткой учебных кабинетов, часть классных помещений изымается под классы и спальни для шестилеток. Школы переходят на двух-трёхсменную работу.

Возложение на школу несвойственных ей функций — профессиональное обучение было ошибочным. Сама расплывчатость формулировки «вплотную подвести учащихся к выбору профессии» давала широкий простор для её понимания и реализации. Было непонятно: до какого уровня нужно «подводить»? Где этот предел «подведения»? Давать ли профессию и какую? Где брать для этого кадры квалифицированных мастеров производственного обучения, соответствующие помещения, станки, оборудование? Школьные бюджеты осилить всё это не могли.

Выход из создавшегося положения предложил министр по профтехобразованию А.П. Думачев. Он пытался расширить сеть ПТУ, оснастить их учебную базу новейшим современным производственным оборудованием, закрепить ПТУ за предприятиями, сделав их подразделениями заводов и фабрик. Привлечь в ПТУ лучшие инженерно-педагогические кадры. Обеспечить их подготовку в ВУЗах. Но главное — коренным образом изменить сложившийся принцип комплектования контингента учащихся, когда в ПТУ поступали двоечники, слабоуспевающие и хулиганы. Теперь в ПТУ должны были по конкурсу поступать лучшие учащиеся школ и выпускники. Именно модернизированные ПТУ могли обеспечить страну необходимыми рабочими кадрами. Чтобы повысить престиж и авторитет преподавателей ПТУ, Думачев предложил даже ввести для них форму!

Реформа не была осуществлена. Началась горбачёвская «перестройка», и руководству страны стало не до школ и ПТУ. Был взят курс на разрушение Великой державы. Советский Союз стал «Империей зла». Все достижения советского народа объявлялись нескончаемой чередой бед и несчастий, а советская школа — рассадником преступной идеологии, врагом общечеловеческих ценностей.

Но как бы не злопыхали демократы-антисоветчики, именно советская система образования и коллективистского воспитания сделала СССР второй державой мира за очень короткий исторический срок — менее 70-ти лет (если учесть годы революции, Гражданской и Великой Отечественной войны, когда рост благосостояния граждан был просто невозможен). Это признали и американцы. «Однако понадобился запуск русского спутника, чтобы вопрос совершенствования школы в целом был поднят на вершину национальных приоритетов», — пишет американский учёный-педагог Эрнест Л. Бойер. Уже не одно десятилетие американцы безуспешно пытаются реформировать своё образование, идя своим путём. И по-прежнему оно остаётся некачественным, ущербным. Поэтому США вынуждены привлекать в большом количестве специалистов из других стран, в том числе и из России.

Источник статьи

 

Метки: , , ,

Советский Союз — Государственная политика защиты детей


В период становления Советской власти в результате первой мировой войны, революции и гражданской войны детская беспризорность стала одной из основных проблем Советского правительства. В 1917 г. все приюты и сиротские дома правительство преобразовало в государственные, определив их в ведение Народного комиссариата социального обеспечения.

В 1918 г. они были переданы Наркомату просвещения. В январе 1919 г. созданный Государственный Совет защиты детей под председательством А.В.Луначарского провел эвакуацию беспризорных детей из городов в южные хлебородные районы России. Члены Совета занимались организацией общественного питания бездомных детей, снабжением продовольствием детских домов.

В 1921 г. в России было 4,5 млн бездомных детей. (Сегодня их количество составляет более пяти миллионов.) Созданная Комиссия по улучшению жизни детей во главе с Ф.Э.Дзержинским, координировала работу всех ведомств по ликвидации беспризорности. В этот период создавались новые детские дома, укреплялась их материальная база, ставилась цель определить всех беспризорных детей в детские дома, подготовить их к самостоятельной жизни.

В 1924 г. был создан фонд им. В.И.Ленина для оказания помощи беспризорным детям. В 1926 г. правительство приняло постановление «О мерах по борьбе с детской беспризорностью», было создано общество «Друг детей», проведена большая работа по определению в детские дома беспризорных ребят комсомольскими организациями на местах.

В 20—30-е гг. помимо приютов и детских домов для беспризорных детей открывались трудовые колонии, детские коммуны, детские городки, пионерские дома.

В период борьбы с беспризорностью было открыто много новых приемников-распределителей по определению детей в детские дома, практиковалось усыновление, патронат, назначение опеки. В 1926 г. было принято постановление правительства о передаче воспитанников детских домов в крестьянские семьи. В эти же годы создавались детские трудовые колонии, в которые помещали подростков-правонарушителей 12—17 лет. Такие колонии для мальчиков и девочек были раздельными, и главным методом воспитания являлся труд, промышленный или сельскохозяйственный.

В 1935 г. на основании постановления ЦИК и СНК СССР «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних» были созданы трудовые колонии вместо ранее существовавших трудовых домов и школ ФЗУ особого типа, отдельно для девушек и юношей. Трудовых колоний было три категории: общего типа, для осужденных за тяжкие преступления и трудовые колонии со строгим режимом. Созданием трудовых колоний ставилась задача исправления и воспитания трудных подростков в духе исполнения законов, честного отношения к труду. Содержались воспитанники в колонии до установленного срока или до совершеннолетия. Общественно-педагогическое движение за всеобщее образование, обучение детей рабочих и крестьян, за новый быт и культуру, воспитание нового человека в новом обществе охватывало широкие массы. Создавались коммуны, члены которых вели борьбу с браком на производстве, проводили допризывную учебу подростков, занимались физкультурой и спортом.

Детские дома

Созданные в первые годы советской власти детские дома размещались в хороших особняках, с большими наделами земли, с садами и огородами. В них существовали швейные, столярные, сапожные и переплетные мастерские. В детских домах обязательно были хор и духовой оркестр, клуб и библиотека.

В 1917 г. в детских домах воспитывалось 30 тыс. детей,

в 1918 г. — 80 тыс.
в 1919 г. — 125 тыс.
в 1920 г. — 400 тыс.
в 1922 г. — 540 тыс.

В феврале 1919 г. на первом Всероссийском съезде по охране детства обсуждались вопросы содержания воспитательной работы в детских домах, задачи воспитания нового коммунистического поколения.

На последующих Всероссийских съездах (втором в 1924 г., третьем в 1930 г.) обсуждались проблемы трудовой подготовки воспитанников детских домов, содержание воспитательной работы, направленной на подготовку выпускников к самостоятельной жизни. Правительство приняло постановление (1925) о трудоустройстве воспитанников детских домов. На третьем Всероссийской съезде — в мае 1930 г. — было принято решение о закреплении всех детских домов за заводами, предприятиями, колхозами, что укрепляло материальную базу детских домов и решало проблему трудоустройства воспитанников и устройства их жилья.

В годы Отечественной войны количество детских домов увеличилось. Новые детские дома открывались для детей-сирот, вывезенных из фронтовых областей, детей, потерявших родителей, детей фронтовиков. В январе 1942 г. было принято постановление СНК СССР «Об устройстве детей, оставшихся без родителей», где государственным ведомствам, партийным, профсоюзным и комсомольским организациям вменялось проявление заботы о детях-сиротах.

К концу 1945 г. только для детей погибших фронтовиков было открыто 120 детских домов, в них воспитывались 17 тыс. детей. Получило широкое распространение создание детских домов при колхозах, промышленных предприятиях за счет профсоюзов и комсомольских организаций, милиции.

В первые месяцы войны сотни детских домов перебрасывались из прифронтовых районов в тыл. Для эвакуированных детей создавались новые детские дома. Для сирот, детей фронтовиков открывались «специальные» детские дома.

Огромную роль в судьбе детей сыграли общественные организации: профсоюзные, комсомольские, органы внутренних дел, система трудовых резервов. Общественники снимали ребят с поездов и через приемники-распределители устраивали в детские дома. Подростки определялись на работу. В 1944 г. в детских домах было 534 тыс. детей (в 1943 г. — 308 тыс.), в большинстве домов были открыты учебно-производственные мастерские.

Широкий размах во время войны приняло усыновление детей. Так, А.А.Деревская из г.Ромны, Сумской области усыновила 48 ребят.

Постановление правительства «О неотложных мерах по восстановлении хозяйства в районах, освобожденных от немецкой оккупации» (август, 1943 г.) предусматривало устройство детей-сирот: для этого создавалось 459 суворовских училищ по 500 человек каждое, 23 ремесленных училища по 400 человек, специальные детские дома на 16300 мест, дома ребенка на 1750 мест, 29 детских приемников-распределителей на 2 тыс. человек. В них направлялись дети фронтовиков и партизан, партийных и советских работников, погибших во время войны. В 1942 г. ЦК ВЛКСМ принимает постановление «О мерах комсомольских организаций по борьбе с детской безнадзорностью, по предупреждению детской беспризорности», что активизировало работу низовых комсомольских организаций по выявлению беспризорных детей и определению их в детские дома. Комсомольскими организациями было создано 126 детских домов, 4 тыс. детских домов содержалось за счет колхозов. В эти годы была возрождена практика передачи детей-сирот в семьи. Так, за 1941 — 1945 гг. было взято под опеку и патронирование 270 тыс. детей-сирот.

В 1950 г. в стране было 6543 детских дома, где жили 635,9 тыс. человек.
В 1958г. — 4034 детских дома с 375,1 тыс. детей. В 1956 г. по решению правительства для детей-сирот, детей одиноких матерей, инвалидов войны и труда, пенсионеров стали создаваться школы-интернаты.
В 1959—1965 гг. детские дома были преобразованы в школы-интернаты.

В 50-е гг. в стране открылись несколько детских домов для одаренных детей-сирот (Москва, Киев), куда отбирали талантливых ребят, которые поступали в музыкальные, художественные училища и балетные школы. Это были «специальные» детские дома, где создавались условия для индивидуальных занятий таких ребят; в них они находились до окончания училищ. Выпускники музыкальных училищ чаще всего определялись в музыкальный взвод военных оркестров, что решало их дальнейшую судьбу.

После войны, в 60—70-е гг. детские дома были дошкольными и школьными. В дошкольном детском доме жили дети с 3 до 7 лет в группах по 30—40 человек, содержание и методика воспитательной работы повторяла работу детских садов.

В школьном детском доме содержались ребята с 7 до 18 лет. В большинстве были хорошо оборудованные мастерские, большие подсобные хозяйства, где воспитанники получали первые навыки будущей профессии. Все посещали школу, в режим дня входило приготовление домашних заданий. Ребятам помогали два воспитателя, закрепленные за группой. Детское самоуправление осуществлялось через детский совет, который руководил всей жизнью ребят, связывая мероприятия детского дома и школы, где учились воспитанники. Участие ребят во внешкольной работе было также тесно связано со школой. Воспитанники посещали предметные кружки в школе, кружки эстетического цикла — хор, оркестр.

Организация детского досуга

Организация детского досуга, особенно в первые годы после революции, была одной из социальных проблем. По решению Советов в Петрограде, Москве и других крупных городах были созданы детские и подростковые внешкольные клубы. Большую поддержку со стороны правительства получили клубы пионеров.

В 30-е гг., когда стали создаваться профсоюзные клубы и Дома культуры, в них были организованы детские секторы, в которых проводилась работа с детьми во внеучебное время в различных кружках и секциях. Тогда же, в 30-е гг. стали создаваться детские парки, Дома пионеров, детские дома культуры, городские и загородные пионерские лагеря, различные станции (юных техников, туристов, натуралистов), детские железные дороги и пароходства.

Общественно-педагогическое движение в стране, направленное на организацию досуга детей и подростков, выливалось в отдельные направления. Если в 20-е гг. это была организация детских клубов, то в 40-е — это тимуровское движение, в 50—60-е — «коммунарское движение», в 70-е — создание педагогических отрядов, возникновение родительских «семейных клубов» в 80-е гг. Особенности каждого движения — отдельная тема.

Упомянем только тимуровское движение. Ребят захватила «подпольность», добрые дела «по секрету», сбор по цепочке, самостоятельность. Тимуровские команды создавались не только в дачных поселках. Во время войны добрые дела «по секрету» — это помощь семьям фронтовиков, шефство над ранеными, работа в госпиталях и т.д. На его смену пришло «коммунарское движение».

«Коммунарское движение» 60-х гг. стало своеобразным возрождением опыта С.Т.Шацкого и А.С.Макаренко. Главным здесь было создание детского, подросткового самостоятельного коллектива, организация самоуправления, свободного творчества личности. Это была попытка возродить детские клубы, где подростки стремились освободиться от давления извне, от формальных установок поведения молодежи. Подростков увлекали поисковые экспедиции, творческие дела, «трудовые десанты».

Источник статьи

 

Метки: , , ,

Вожди голода. Советское правительство сделало все возможное, чтобы предотвратить голод на Украине в 1932-33 годах


Пожалуй, самое интересное в журналистской практике – развенчивать мифы. Дотошно и беспощадно. Когда же получается вскрыть какую-нибудь общественно значимую ложь, то радуешься как ребенок, снова и снова проверяя достоверность всех накопанных фактов.

На этот раз меня заинтересовала крайне противоречивая и даже скандальная в современном обществе тема – трагедия на Украине в 1932-33 годах. Вместе с профессиональным исследователем советской эпохи историком Иваном Чигириным, который бескорыстно помог мне постигнуть секреты архивной работы и предоставил добытые им за последние семь лет материалы, мне удалось найти ранее не известные документальные данные, способные пролить свет на события тех лет. Ответить на главный вопрос: каким образом возник голод в республике и кто в этом повинен, не получилось. Однако, используя подлинники архивных документов, можно прийти к однозначному выводу, что и советское правительство, и лично Сталин сделали просто все возможное, чтобы голод на Украине предотвратить. Даже в ущерб другим регионам Союза.

Все в дом

Миф, в который слепо верит большинство современных людей и даже озвучивается многими политиками, состоит в том, что голод на Украине в 1932-33 годах был искусственно спровоцирован правительством СССР. Якобы индустриализация страны тогда велась за счет массовой продажи за рубеж зерна и другого продовольственного сырья. Однако в лживости этого утверждения может убедиться любой человек, если не поленится заглянуть в отчеты Конференции стран-экспортеров пшеницы, состоявшейся с 21 по 25 августа 1933 года в Лондоне. Экспортеры строго контролировали соблюдение взаимных договоренностей, поэтому приводимые цифры сомнений не вызывают. При норме экспорта, установленной для СССР в 50 млн бушелей (1 бушель = 28,6 кг), в 1932 году было вывезено лишь 17 млн. За это советской делегации был устроен буквально скандал с требованием немедленно восстановить поставки в соответствии с взятыми обязательствами. Но обязательства выполнены так и не были. По сравнению с предыдущим годом экспорт пшеницы значительно уменьшился и, по данным лондонской конференции, составил 486 200 тонн. Если в 1931 году через Турцию и Египет, Палестину и на острова Родос и Кипр СССР поставил всего 714 тонн муки, то в 1932 году и позднее на протяжении трех лет такие поставки не осуществлялись вовсе.

Наоборот, именно в 1932 году наша страна впервые в своей истории стала одним из крупнейших мировых импортеров продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья. В связи с неурожаем, который имел место как в СССР, так и в большинстве стран Европы, были приняты срочные меры. С Персией (нынешний Иран) были заключены договоры на поставку зерна и риса. Если импорт хлеба в зерне в 1931 году составил 172 тонны, то только в 1932-м в Союз помимо других продовольственных товаров было ввезено 138,3 тыс. тонн хлеба и 66,9 тыс. тонн риса. В 1931 году в Турции было закуплено 22,6 тыс. голов крупного и 48,7 тыс. голов мелкого скота, а в 1932-м эти цифры увеличились соответственно до 53,3 (в 2,4 раза) и до 186,2 тыс. голов (в 3,8 раза). Всего в 1932 году СССР закупил за границей 147,2 тыс. голов крупного рогатого скота и 1,1 млн мелкого, а также 9,3 тыс. тонн мяса и мясопродуктов (увеличение по сравнению с 1931 годом в 4,8 раза).

Хлеб

Украина же была у советского правительства на особом положении. В 1932 году, по данным как Госкомстатистики УССР (рассекреченным в 2001 году), так и официального статистического справочника «Социалистическое строительство Союза ССР (1933-1938)», валовый сбор зерновых культур составил 146 571 тыс. центнеров. По действующим тогда правилам, треть урожая колхозы и единоличники должны были продавать государству по установленной цене. Если учесть, что численность населения УССР была 31,9 млн человек, оставшегося зерна хватало по 839 г в день на каждого жителя. Это было даже больше нормы, установленной в Германии (700 г). Но и этот показатель в сталинском правительстве решили увеличить.

Из решения Политбюро от 7 января 1933 года: «65/45 – о плане хлебозаготовок: 1. Уменьшить план хлебозаготовок из урожая 1932 г. на 28 млн пудов. 2. В соответствии с п. 1 постановления утвердить как окончательный, подлежащий безусловному и полному выполнению годовой план хлебозаготовок (без гарнца): … Украина – 280 млн пудов». Считаем: по данным нескольких (в том числе украинских) источников валовый сбор зерновых культур за 1932 год составил 146 571 тыс. центнеров, округленно – 916 млн пудов. Вычитаем план – 280 млн пудов. Получается, что на пропитание остается 636 млн. Делим это количество на население 31 901,4 тыс. человек (на 01.01.1933) и на количество дней в году. Получаем 873. Такой обеспеченности хлебом в то время позавидовали бы многие развитые государства Европы.

По 1933 году еще интересней. Постановлением ЦК ВКП(б) № 129 от 10 января 1933 года для УССР на 1933 год установлен план 256 млн пудов зерна (в том числе 232 колхозам и 24 единоличникам). Отдельным пунктом добавили еще 9,5 млн. Общая цифра плана хлебосдачи составила 265,5 млн пудов (42 480 тыс. центнеров). Валовый сбор зерновых составил 222 965 тыс. центнеров. С учетом плана на 1933 год в республике осталось 180 485 тыс. Население на 1 января 1934 года было 30 051,1 тыс. человек. В пересчете на душу населения получается вообще показатель для зажиточного кулака – 1,6 кг в день. Это почти 2 кг испеченного хлеба! Какой голод, товарищи?

По обеспеченности механизированными средствами сельского хозяйства Украина занимала первое место среди всех республик Союза и входила в пятерку в Европе, потому что как трактора, так и другие сельхозмашины поставлялись туда в приоритетном порядке в соответствии с постановлениями ЦК ВКП (б). Из 102 машинно-тракторных станций (МТС), организованных в СССР в 1929 году, 34 было создано на Украине. В 1932-м там работало 445, а в 1933-м уже 606 МТС. Только в 1933 году сельское хозяйство УССР получило 15 000 тракторов, 2500 комбайнов, 5000 сложных машин. Отметим, что ни одна из республик Союза не получила такого большого количества сельхозтехники от центра. Даже целинный Казахстан получил значительно меньше. По состоянию на 1 июня 1932 года в МТС Украины было 18 208 тракторов, а на 1 января 1934-го – 51 309. И это для обработки 19,8 млн га!

Мясо

По состоянию на 1 февраля 1932 года общая численность скота на Украине составляла 13 533 тыс. голов, в том числе у крестьян и в единоличных хозяйствах 4257,7 тыс. Примечательно, что через четыре месяца, к 1 июня 1932-го, общее количество скота увеличилось на 250 тыс. Это говорит о достаточной обеспеченности скота кормами, об отсутствии эпидемий и болезней, которые не только исключили падеж животных, но и способствовали увеличению стада. Получается странная ситуация: скот кормили, а сами умирали с голоду? Какая самоотверженность!

Однако и в этом случае Москва снизила нормы сдачи УССР мяса относительно других республик страны. Чтобы, не дай Бог, братскую Украину не обделить. Когда ЦК КП(б) республики выпустил постановление о сдаче мяса в соответствии с планом, центр решил отменить его и предложил снизить норму. П. 48/35 от 29 IV.1933 «О постановлении ЦК КП(б) У о сдаче мяса. Предложить ЦК КП(б)У отменить свое постановление от 3 апреля 1933 г. по вопросу о порядке обязательной сдачи мяса». (Кому интересно: РГАСПИ, фонд 17, опись 3, дело 922, лист 12.) Но, несмотря на все меры, острый дефицит продовольствия у населения Украины все же возник. Поэтому поголовье крупного рогатого скота стало сокращаться. С 1 февраля 1932 по 1 июля 1933 года – на 1226 тыс. голов. Да, им питались. Но возникает вопрос: если действительно голодали, почему не съели больше?

Урожай был хороший, и по Украине уже в июле 1933-го зернопоставки выполнены на 87%, а в августе – на 194,8%! План перевыполнен почти в два раза. Первый секретарь Днепропетровского областного комитета КП(б)У М.М. Хатаевич докладывал XVII съезду партии: «Товарищ Сталин вчера совершенно правильно, с величайшей остротой поставил вопрос о животноводстве. По нашей области только последние 4-5 месяцев обозначаются как месяцы перелома, как месяцы заметного поворота в сторону подъема животноводства… Мы имели в начале 1932 г. по нашей области 210 тыс. свиней, к 1 июля 1933 г. 80 тыс. свиней, а на 1 января 1934 г. 155 тыс. свиней. За пять месяцев свиное поголовье почти удвоилось». По этому и по многим сотням других документов отчетливо видно, что дела на днепропетровщине шли неплохо. Да, количество животных сокращалось, потому что их просто съедали. За полтора года только свиней было съедено 130 тыс. Если к этой цифре прибавить 452,7 тыс. голов крупного рогатого скота, а также овец и коз и учитывать, что хлебозаготовки тоже закончили вовремя и в плановых объемах, то почему в 1933 году в Днепропетровской области от голода умерло 179 098 человек? Парадокс какой-то.

Рыба

Для обеспечения УССР рыбой к 1932 году в Азово-Черноморском бассейне было организовано четыре республиканских треста: Крымский, Азово-Черноморский, Азово-Донецкий и Украино-Черноморский. По тем временам они были весьма неплохо оснащены. Так, например, в распоряжении только Украино-Черноморского треста находилось, не считая сотен парусных и парусно-гребных, 415 моторных судов (в том числе 350 в добывающем флоте и 65 – в обслуживающем). В различных подразделениях треста трудились 9893 человека (по состоянию на 01.01.1933). А в украинской газете «Голос рыбака» №34 от 18 мая 1932 года нашлись данные о том, сколько денег получали рыбаки за центнер добытой рыбы (в рублях): сельдь – 8, вобла – 7, частик крупный – 7, красная рыба – 40, икра – 300. Для сравнения: даже рыбаки развитой Италии в пересчете на советскую валюту довольствовались на 25-30% меньшими гонорарами. При этом в 1932 году вся продукция рыболовства осталась на Украине. Украинский наркомат снабжения запретил Укррыбсбыту заключать договор с Главрыбой, мотивируя это тем, что Укррыбтрест является республиканским и поэтому все выловленное должно распределяться по нарядам Укрнаркомснаба. И советский центр не стал возражать против такого положения вещей. Пусть сами съедят всю рыбу, лишь бы в республике было все благополучно. Ведь это наш западный форпост.

Согласно сохранившимся отчетам Укррыбтреста, в 1932 и 1933 годах на Украине было выловлено 4336,6 тыс. центнеров, или более 433 тыс. тонн рыбы. Она подвергалась обработке в артелях и колхозах и поставлялась как свежей и замороженной, так и копченой, соленой и консервированной. Например, Азово-Донецкий рыбный трест в 1933 году выпустил 5285 тыс. условных банок консервированной рыбы. На трестовских складах в Мариуполе на 1 января 1933 года (как раз в голодную зиму) из-за перебоев с транспортом остались не вывезенными 1336 центнеров, а на 01.01.1934 – 1902 центнера готовой продукции. Притом что от Донецка, в котором народ голодал, до склада чуть больше 100 км. Как это можно понимать?!

Евгений Шведко, который в те времена работал председателем сельсовета городка Безымянного, рассказал: «…А в 30-х годах рыбу было некуда девать. Одна артель Безымянного за 1933 год сдала государству почти 1000 пудов ценных осетровых пород – 16 тонн. Каждый осетр шел под 2 метра, а белуга и того больше. Разве умирающие мужики могли поднять с моря такой улов, а, подняв, умереть с голода? Поймите, никто не отрицает трагедию голодомора. Но зачем врать и фальсифицировать? Зачем, например, в „голодоморные” жертвы записали семью из нашего села, сгоревшую в хате, и всех наших рыбаков, погибших в море?!.. Это же вранье!»

Как это «А в 30-х годах рыбу было некуда девать», когда рядом находилась голодавшая Донецкая область? От Донецка до побережья Азовского моря всего 114 км. Получается, что рыбу не возили намеренно? Причем уголь в морские порты по железной дороге доставляли, а для того, чтобы рыбу обратным ходом взять, вагонов не хватало? Фантастика, не правда ли? Стоит напомнить, что в Донецкой области в том же 1933 году умерло 119 тыс. человек.

Советское правительство стремилось обеспечить украинское население даже деликатесными морепродуктами. Совещание в Главрыбе 17 ноября 1932 года приняло такое решение: «… 2. Украинскому и Крымскому рыбтрестам немедленно развернуть добычу и обработку второстепенных морепродуктов, выделить для производства лова необходимое количество плавучих единиц… 4. Трестам через рыбконсервные заводы приступить к производству опытов консервирования устриц и мидий… 6. Укррыбтресту одновременно с добычей съедобных моллюсков развернуть в районе Одесса-Скаддовск добычу креветок и морской травы. 7. Поименованным выше трестам проработать вопрос об использовании створок устриц и мидий, а также мелких креветок на кормовую муку…»

Кроме этого в Украине работал Черноморзверпром, который занимался добычей дельфина, колючей акулы (катрана), белуги, осетра. В 1932 году им было добыто 56 163 дельфинов, а в 1933-м – 52 885. Из них Севастопольский салотопный завод вырабатывал технический и медицинский жир, который, кстати, поставлялся в аптечную сеть Украины. Например, в Винницу было поставлено 1040 кг рыбьего жира, а в аптеки Херсона – 424 кг. Всего Черноморзверпром выловил в 1932 году 2003 тонны, а в 1933-м – 2249,5 тонны рыбы и морзверя. Еще был промышленный вылов рыбы в районах «малого» рыболовства (пруды, озера, реки), который составил на Украине в 1932 году 23 770 тонн, а в 1933-м – 20 100 тонн рыбы. И вся эта питательная продукция оставалась в республике, а в ряде случаев даже организовывались поставки туда рыбы из других регионов. Вот интересное решение Политбюро ЦК ВКП(б): «п. 82/69 от 8 мая 1933 г. – „Об отпуске рыбы для Украины и ЦЧО. „Предложить Наркомснабу отпустить во втором квартале 1500 тонн рыбы для колхозников, работающих на прополке, прорывке и шаровке свеклы, из них – 1200 тонн Украине и 300 тонн ЦЧО”».

Поставки из Центра

Для особо любопытных сразу укажу путь: Особые папки Политбюро, в которых отражен весь ход поставок на Украину, находятся в РГАСПИ, в фонде 17, опись 162, единицы хранения 11, 12, 13, 14, 15.

Объем одних лишь зерновых культур, поставленных из Центра за счет охваченных голодом областей и краев СССР на Украину только с 19 марта 1932 года по 4 июля 1933 года, составляет более 1 млн тонн. В том числе: на семена 497,98 (включая 64,7 тыс. тонн на фураж) и на продовольствие 541,64 тыс. тонн. Это не считая продовольствия, техники и фуража, поставка которых регламентировалась особыми распоряжениями СНК СССР. Интересно проанализировать и данные бюджетных проектировок тех времен. Доходная часть бюджета Украины в 1933 году составила 1033,4 млн рублей при расходах в 1021,5 млн. В отличие от всех предыдущих и последующих лет, в 1933 году Украина не перечислила в общесоюзный бюджет ни копейки, а дотация республике из общесоюзного бюджета составила 21,1 млн рублей.

Для сравнения: Белоруссия перечислила в 1933 году в бюджет страны 0,3 млн рублей. Посевная площадь в Белоруссии под зерновые культуры в 1933 году занимала 2,48 млн га, на Украине – 19,86. Тракторный парк БССР на 01.01.1934 составлял 3,2 тыс. штук, на Украине – 51,3 тыс. штук. При посевной площади в восемь раз меньшей, чем на Украине, количество тракторов было меньше в 16 раз, то есть в два раза большие площади обрабатывались конным плугом. Но деньги в общий бюджет переводили исправно.

Вывод однозначный: такого количества зерна, что было собрано в УССР, даже не считая присланного из Центра, поголовья стада крупного рогатого скота, овец, коз и свиней, а также рыбной продукции вполне достаточно, чтобы достойно прокормить население Украины в 1932-33 годах. Откуда взялся этот голод вообще? Хочется добавить: Аллё! Гараж!

Работа с архивами подлинных документов сталинской эпохи меня затянула, как когда-то в детстве игра в DOOM 2. Хотелось копать дальше и глубже. Попадались такие «вкусные», пропитанные частичкой души автора, циркуляры, что я бы, будь моя воля, привел бы их все в статье. Вот одно из таких. «№ 231-28сс от 17.VI.1933. Прошу Политбюро утвердить постановление СНК СССР об отпуске из резервного фонда СНК СССР Совнаркому УССР 7 мил. рублей на расходы по содержанию детучреждений в 1933 г. в связи с необходимостью расширения их сети. В. Молотов. „За”. Сталин, Каганович, Андреев, Куйбышев, Орджоникидзе, Ворошилов». Вот это да: расширение сети дорогостоящих детских учреждений в период тотального голода! Кстати, количество учащихся школ, которых государство обеспечивало питанием и надлежащими бытовыми условиями, в самое голодное время (1932-33 годы) в Украине увеличилось на 1 096 141 человека. И это, как мы понимаем, не за счет роста населения. То есть социально-экономическое положение украинских детей в этот период улучшалось. Также за счет Центра.

Еще интересный факт: оказывается, на Украине в 1932 и 1933 годах действовала большая разветвленная сеть курортов. Забавно было читать отчеты и свидетельства людей об этом. Вот, например, – «докладная записка о состоянии курортов в 1933 году и перспективах развития отрасли во второй пятилетке». В 1933 году количество койко-месяцев было 80 387, количество по факту: санаторных больных – 66 979 человек и прикрепленных «по курсовке» – 12 373 человека. Из отчета: «…Значительное недовыполнение постановления Совнаркома связано с тем, что колхозные организации, несмотря на целый ряд требований Укркурупра и других организаций, не осваивали выделяемые им курместа». Хотя расходная часть бюджета по санаториям в 1933 году составила 20,258 млн рублей, в том числе на питание 10,275 млн. Извините, но это вообще какой-то бред: республика задыхается от массового голода, в Киеве в 1933 году подбирают 9 тыс. трупов, а 10% (почти 7 тыс.) уже оплаченных (и, соответственно, обеспеченных питанием) государством курортных мест не освоено!

Смертность в УССР

По рассекреченным данным ЦУНХУ Госплана СССР, составленным на основании справок УНХУ УССР, убыль населения Украины в 1932 году от всех причин (включая смерть в возрасте до 1 года, по старости и от внешних причин, в том числе от голода) составила 668,2 тыс. человек. В 1933-м – 1850,3 тыс. человек. А средний показатель смертности в период с 1927 по 1937 год (без 1932-го и 1933-го) при средней численности населения в 31,9 млн составлял 456,6 тыс. Сравним: на Украине от всех причин во вполне благополучном 2005 году умерло 782 тыс. при населении 47,1 млн человек. Цифры вполне сопоставимые.

Количество заболевших опасными для жизни инфекционными болезнями в республике в 1933 году (в тысячах человек) составляло: брюшным тифом – 50,4, сыпным тифом – 65,6, корью – 89, коклюшем – 46,8, дизентерией – 30,5, дифтерией – 21,1, малярией – 767,2. Всего от этих болезней пострадали 1082 тыс. человек. По данным Минздрава УССР, на смертность от заразных болезней приходилось 25,6% общей смертности, или 250,1 тыс. человек. Приведу выдержку из докладной записки днепропетровского областного отдела ГПУ от 5 марта 1933 года председателю ГПУ УССР Балицкому: «По Нововасильевскому району высокая смертность относится в значительной мере к массовым заболеваниям тропической малярией, которая приняла характер массовой эпидемии с большим количеством смертельных исходов». Отметим, что после революции в нашей стране была объявлена экономическая блокада и среди запрещенных к поставкам товаров был и хинин, которым лечили малярию. Советское здравоохранение на всей территории Союза было бесплатным, а показатели обеспеченности населения медицинскими услугами – одними из самых высоких в Европе (даже в те тяжелые времена), но система здравоохранения физически не могла так быстро отреагировать на внезапную эпидемию малярии, поразившую большинство регионов СССР.

В книгах, фильмах и телепередачах часто можно встретить утверждение о том, что людей удерживали в местах своего постоянного проживания. Ни один подлинный документ этот факт не подтвердил. В 1931 году в 21 город УССР прибыли 1,212 млн человек, в 1932-м в 18 городов – 962,5 тыс., в 1933-м в 21 город – 790,3 тыс., в 1934-м в 71 город – 2,676 млн. Было много приезжих из России. Например, в Запорожье в поисках пропитания приезжали беженцы из Поволжья, где наблюдался жесточайший неурожай.

О представительности данных

В городах и селах все акты гражданского состояния (рождение, смерть, браки, разводы) оформляли отделы ЗАГС. В селах их функции выполняли сельские советы.

Примером их добросовестной работы может служить наличие весьма подробных цифр о браках, заключенных в самом голодном, 1933 году. Эти сведения представлены не только по каждой области Украины, но и по каждому кварталу и месяцу отдельно по городам и селам. Всего в УССР в 1933 году был заключен 229 571 брак, из них в городах 70 799 и в селах 158 772. Раз мы заговорили о свадьбах, зададим лишь один вопрос: «Обходились ли они без традиционного многолюдного застолья?» Каждый день в населенных пунктах Украины регистрировали в среднем 629 браков. Из них в городах гуляли 194 свадьбы, а на селе в два с лишним раза больше – 435 свадеб в день. Как можно это знание совместить со сведениями о повсеместном голоде?

Эти данные, такие же как и по смертности, УНХУ Украины получало от одних и тех же инспекторов и направляло в Центр, и не верить им оснований нет.

Обман Москвы

В ноябре 1933 года украинские партийные вожди рапортовали в Москву о небывалых успехах республиканского сельского хозяйства.

«ЦК ВКП(б) – тов. Сталину, тов. Кагановичу, СНК СССР – тов. Молотову

…украинская партийная организация… досрочно и полностью к 6 ноября закончила хлебосдачу по всем культурам и по всем секторам. В этой победе решающую роль сыграла та огромная помощь, которую оказали ЦК ВКП(б) и Совнарком Союза колхозам и единоличникам Украины весной 1933 года семенами, продовольствием и фуражом, а также огромным количеством тракторов, автомобилей, комбайнов и других сельскохозяйственных машин. Эта победа явилась результатом большевистской борьбы украинской партийной организации… за осуществление на деле постановления ЦК ВКП(б) – вывести сельское хозяйство Украины из прорывного состояния на передовые позиции. Косиор, Постышев, Чубарь».

Такие бодрые рапорты звучали на фоне небывалой смертности в республике. А чтобы запутать следы, весь 1932 и 1933 годы украинская партийная организация занималась бесконечными реорганизациями административного деления республики. В 1932 году 41 округ поделили на 492 района, которые подчинили непосредственно руководству республики (какой больной мозг смог до этого додуматься!), затем, в самый голод, в 1933-м районы собрали в восемь областей. А для того, чтоб уж совсем ничего разобрать в делах было невозможно, именно в период самого жестокого голода в 1933 году был начат перенос столицы Украины из Харькова в Киев. Из выступления на XVII съезде С. Косиора: «Товарищ Сталин, тогда еще, перед ликвидацией округов, нас предостерегал, что с руководством таким большим количеством районов, как на Украине, мы не справимся и что не лучше бы создать на Украине области. Мы тогда по существу отговорились от этого предложения товарища Сталина, уверили ЦК ВКП (б), что сами – ЦК КП(б)У – без областей справимся с руководством районами, и этим нанесли очень большой вред делу…»

Воровство и саботаж

Здесь я не буду рассуждать и давать оценки, а просто приведу несколько документов без комментариев.

«Постановление №364 бюро комиссии советского контроля „О незаконном расходовании и разбазаривании НКЮстом УССР денежных средств”

Комиссией Советского контроля установлено, что Народный Комиссариат Юстиции и Прокуратура УССР, в лице их ответственных работников, незаконно израсходовали, разбазарили и использовали на самоснабжение с марта 1933 г. по апрель 1934 г. – 1202 тыс. рублей…» Для сравнения – это в четыре (!) раза больше средств, перечисленных Белорусской ССР в общесоюзный бюджет в 1933 году.

Из протокола Объединенного заседания Президиума ЦКК ВКП (б) и Коллегии НК РКИ СССР: «15Л/1-33. О разбазаривании продукции и сырья на кондитерской фабрике им. Карла Маркса в Киеве. Президиум ЦКК ВКП(б) и Коллегия НК РКИ СССР отмечают, что руководство кондитерской фабрики им. Карла Маркса… за 1932 и 1933 г. допустило массовое разбазаривание готовой продукции (в 1932 г. 300 тысяч пудов кондитерских изделий на 20 миллионов рублей)…»

«Из докладной записки Экономического управления ГПУ УССР секретарю ЦК КП(б)У тов. Косиору от 10 декабря 1932 г.

…По Одесской обл. выявлено 264 мельниц, производивших тайный помол. По одной Днепропетровской обл. выявлено 29 тайных мельниц и допущено к эксплуатации без разрешения Комитета Заготовок 346 мельниц. По Винницкой обл. выявлено 38 тайных мельниц, производящих тайный помол зерна… Только в указанных областях органами ГПУ лишь за 20 дней обнаружено более 750 тайных мельниц». Обратите внимание, что именно в этих регионах наблюдалась наибольшая смертность. В них от голода и болезней в 1933 году погибли 1,086 млн человек.

Записка И.В. Сталина генеральному секретарю ЦК КП (б) Украины С. Косиору:

«Т. Косиор! 26/IV 32

Обязательно прочтите приложенные материалы. Если судить по материалам, похоже на то, что в некоторых пунктах УССР советская власть перестала существовать. Неужели это верно? Неужели так плохо дело с деревней на Украине? Где органы ГПУ, что они делают? Может быть, проверили бы это дело и сообщили бы в ЦК ВКП о принятых мерах?

Привет. И. Сталин»

Мне в своих исследованиях не удалось сделать однозначный вывод о том, куда же все-таки делось такое огромное количество продовольствия. Это будет предметом отдельной трудоемкой работы. Но абсолютно все документальные материалы – украинские, московские, германские, международные – свидетельствуют о том, что советское правительство уделяло самое пристальное внимание продовольственному благополучию Украины и сделало все возможное (иногда даже невозможное), чтобы голода в этой республике не было. Отметим лишь, что после проведения тщательного расследования в 1935-39 годах, в котором участвовали сотни ведущих следователей и криминалистов, виновные в массовых хищениях и организации искусственного голода в республике Украина были найдены, а их вина доказана. В 1939 году генеральный секретарь ЦК КП(б)У 1928-38 годов С.В. Косиор, а также председатель СНК УССР в 1923-34 годах В.Я. Чубарь были осуждены и расстреляны по приговору суда.

Сергей Тихонов
18.04.2012

Источник статьи

 

Метки: , , , , , ,

Что не снилось Столыпину


В материале «Вожди голода» Сергей Тихонов убедительно показал, что, исходя из экономических показателей, голода 1933 года не должно было быть. Тем не менее голод был — и это есть объективная реальность, подтверждающаяся множеством документов. Реальность странная и загадочная.

Другая не менее загадочная объективная реальность — то, что это был последний голод в русской истории (не считая 1946 года — но, согласитесь, там имелись особые причины).

Россия голодала всегда. Голодала при киевских князьях, при московских царях, при императорах. Голодала раз в три-четыре года сильно, раз в 10–15 лет очень сильно, и время от времени катастрофически. А сотни тысяч крестьянских детей пухли от голода каждую весну независимо от урожая. Так было всегда.

Более того, в отличие от западных стран, где с развитием технологий земледелия и путей сообщения голодовки становились более редкими и слабыми, Россия, начиная с XIX века, голодала все чаще и сильнее. Вот как обстояло дело на 1913 год, согласно словарю Брокгауза и Ефрона:

«В течение ХХ в. Самарская губерния голодала восемь раз, Саратовская — девять. За последние 30 лет наиболее крупные голодовки относятся к 1880 г. (Нижнее Поволжье, часть приозерных и новороссийских губерний) и к 1885 г. (Новороссия и часть нечерноземных губерний от Калуги до Пскова); затем вслед за голодом 1891 г. наступил голод 1892 г. в центральных и юго-восточных губерниях, голодовки 1897 и 1898 гг. приблизительно в том же районе; в ХХ в. голод 1901 г. в 17 губерниях центра, юга и востока, голодовка 1905 г. (22 губернии, в том числе четыре нечерноземных, Псковская, Новгородская, Витебская, Костромская), открывающая собой целый ряд голодовок: 1906, 1907, 1908 и 1911 гг. (по преимуществу восточные, центральные губернии, Новороссия)».

После революции лучше не стало: кроме катастрофы 1921–1922 гг. голод практически каждый год поражал какие-либо районы страны. А бедняки голодали каждый год вне зависимости от урожая. Над Россией словно тяготел некий злой рок, не позволявший ей выбраться из голодного существования.

И злой рок действительно тяготел. Имя ему: российский аграрный сектор.

Арифметика нищеты

Как вы думаете, сколько было бедняков в деревнях и селах Российской империи? Я спрашивала об этом многих, и лишь один человек дал правильный ответ. Называли двадцать процентов, тридцать, сорок… Ничего подобного!

Бедным в Российской империи считалось хозяйство, имевшее не более 5 десятин земли (1 десятина — 1,1 га), не более одной лошади и одной коровы. Давайте теперь немножко посчитаем. Возьмем средний надел: для удобства подсчета — 4,5 десятины. Предположим, что крестьянин ничего больше не сажает и не сеет, кроме хлеба (что на самом деле, конечно же, не так). Средняя урожайность по стране в хороший год — около 50 пудов с десятины. Поскольку в большинстве хозяйств применялось трехполье, треть земли находится под паром. Итого суммарный урожай — 150 пудов. Из них 36 пудов нужно оставить на семена (12 пудов на десятину). Остается 114 пудов.

В среднем на каждое крестьянское хозяйство приходилось по пять едоков. Согласно «голодным» нормам (по ним в Гражданскую войну высчитывали пайки для крестьянских хозяйств), на одного человека в год должно приходиться 12 пудов хлеба. На пять человек это будет 60 пудов. От урожая остается 54 пуда. Далее, 18 пудов приходится на лошадь, 9 — на корову. Остается 27 пудов. С них надо заплатить налоги, как-то прокормить мелкий скот и хоть сколько-нибудь птицы. О каких-либо страховых запасах речи уже нет.

Это — верхний предел благосостояния бедняцких хозяйств. В реальности у многих из них и наделы были меньше, и урожайность ниже. Накануне войны урожайность в культурных хозяйствах, применявших последние достижения агрономической науки, составляла 130–150 пудов с десятины, в зажиточных крестьянских, имевших много скота, а значит, много навоза, — 70 пудов, середняцких — 50 пудов, бедняцких — 35 пудов и ниже. Кто хочет, может провести тот же расчет питания семьи, исходя из урожайности в 35 пудов, но без лошади или коровы.

Так вот: накануне 1917 года в Российской империи бедняцких хозяйств было 75%. То же соотношение осталось и после революции, разве что большевистское правительство лукаво разделило бедняков на три категории: батраков (совсем уже нищих), собственно бедняков и маломощных середняков. Около 30% дворов были безлошадными, около 25% не имели коров, 35% не имели пахотного инвентаря (кто не знает — это соха, редко плуг, и простая борона).

В 1927/28 хозяйственном году от сельхозналога ввиду крайней слабости были освобождены 38% бедняцких хозяйств (тем более что от их копеек государству никакого толка не было), а маломощные середняки, составляя 33%, внесли всего лишь 6% всех платежей. Более того, не в силах прокормить себя с земли, не меньше половины хозяйств покупали хлеб. Основным покупателем русского хлеба являлся русский же крестьянин.

Вот и ответьте, пожалуйста, читатели «Эксперта», экономисты и коммерсанты, что со всем этим можно было сделать?

Что делать с лишними людьми?

Основная беда российского аграрного сектора — микроскопический размер хозяйств и их крайняя слабость — появилась, естественно, не в 1920-е годы. Она сформировалась за два века рабовладельческого строя и была закреплена реформой 1861 года. По-своему ее авторы были правы. Они ставили в самые выгодные условия крупные помещичьи хозяйства, давая им землю, деньги (выкуп) и сколько угодно дешевой рабочей силы, чтобы те производили товарный хлеб. Крестьян же попросту бросили на произвол судьбы, да еще взыскали выкупные платежи за землю, ничем не компенсировав двухвековой рабский труд. Реформа была откровенно англо-саксонского типа, то есть по закону джунглей: слабые вымрут, сильные останутся.

Что могли противопоставить крестьяне такому положению дел? Защищаться они не могли, оставалось либо покориться и схватиться друг с другом в свирепой битве за жизнь, либо попытаться выжить всем вместе. Русская деревня выбрала второе, сохранив прежние общинные порядки. Имеющиеся крохи земли делили на всех. Плюс к тому желание получить большой надел и колоссальная детская смертность (еще в 1913 году четверть младенцев умирали, не дожив до года) стимулировали высокую рождаемость. В начале ХХ века на селе, по разным оценкам, насчитывалось от 20 млн до 32 млн лишнего населения. Если брать среднюю цифру — одна шестая населения страны.

Это и было основной бедой русского аграрного сектора: мельчайший размер хозяйств, 25 (в среднем) млн лишнего населения и община, за которую русское крестьянство судорожно цеплялось, чтобы выжить. К началу ХХ века в России начались колоссальные аграрные беспорядки: доведенные до потери инстинкта самосохранения крестьяне принялись грабить помещиков, в которых видели своих главных врагов.

Тогда-то и задумал саратовский губернатор, ставший вскоре премьер-министром, свою аграрную реформу.

Столыпин прекрасно понимал, что мечта крестьянина — раздел помещичьей земли — не только не принесет пользы русскому аграрному сектору, но загонит его еще глубже в трясину. С помещиками все было в порядке, самые крупные из них уверенно шли к процветанию. Теперь надо 15 млн мелких хозяйств превратить… скажем, в 1 млн крупных и пару миллионов средних и на этом успокоиться.

Как это сделать? Да проще простого: надо разрушить общинное землевладение, дать крестьянам землю в собственность и предоставить все естественному течению вещей. В своей знаменитой речи в Государственной думе премьер говорил: «Необходимо дать возможность способному, трудолюбивому крестьянину, то есть соли земли русской, освободиться от тех тисков, от тех теперешних условий жизни, в которых он в настоящее время находится. Надо дать ему возможность укрепить за собой плоды трудов своих и представить их в неотъемлемую собственность… Такому собственнику-хозяину правительство обязано помочь советом, помочь кредитом, то есть деньгами».

И вот вопрос: сколько их было среди сельского населения, этих сильных, способных к развитию крестьян? Очень скоро это стало ясно: после столыпинской реформы часть хозяйств ушли в отрыв, и было их около 5%. А остальные? Или кто-то думает, крестьяне не поняли, на что их обрекают?

Деревня буквально взвыла. Общее мнение высказала Рыбацкая волость Петербургского уезда: «По мнению крестьян, этот закон Государственной думой одобрен не будет, так как он клонится во вред неимущих и малоимущих крестьян. Мы видим, что всякий домохозяин может выделиться из общины и получить в свою собственность землю; мы же чувствуем, что таким образом обездоливается вся молодежь и все потомство теперешнего населения. Ведь земля принадлежит всей общине в ее целом не только теперешнему составу, но и детям и внукам».

Письма в Государственную думу шли сотнями и тысячами, и все против реформы. Не помогло. Реформа началась помимо воли большинства населения и привела к тому, к чему должна была привести, когда такое количество людей обрекают на смерть. То, что произошло со страной через десять лет, нельзя называть переворотом. Неправильно будет назвать и революцией. Самое точное определение — объемный взрыв. И первое, что сделали в деревне — а там жило ни много ни мало 80% населения страны (а вы думали сколько?), — это добили последние помещичьи хозяйства и отменили столыпинскую реформу.

Причина предельно проста: никто не хотел умирать.

Куды правительству податься?

Этот селянский рай и достался в наследство новой власти: 25 млн мельчайших крестьянских хозяйств, из которых добрая половина не в состоянии себя прокормить, перманентный, ни на один год не оставляющий страну голод и культура земледелия на уровне Киевской Руси: лошадь, соха, борона, коса, серп…

Проблема была все та же: чтобы вывести страну из тупика, надо создать на селе крупные хозяйства, при этом сохранив в живых максимальное количество людей. Желательно всех. Но как это сделать?

К 1927 году, когда оформились планы индустриализации, в конце тоннеля забрезжил свет. Стало ясно, куда девать лишних людей. Развивающаяся промышленность, гуманитарная сфера, сфера услуг впитают излишки рабочей силы в течение 10–15 лет. Правда, эти 10–15 лет тоже надо как-то прожить, но это уже, как теперь говорят, не проблема, а задача.

Да, но что делать с селом? Каким путем создавать эти самые крупные хозяйства? Не совсем ясно, какие варианты пройдут, зато ясно, какой не пройдет. Нового помещика русская деревня не примет. Сожжет, убьет — но не примет. Да и правительству зачем он нужен? Чтобы через десять лет навязать себе на шею лобби сельхозпроизводителей, которое под угрозой голода станет год за годом перекачивать к себе в карман государственный бюджет? Вот именно этого и не хватало советскому правительству, тем более в самый разгар «хлебных войн» (о них поговорим в другой раз)!

Не прокатит и ставка на крепкое индивидуальное хозяйство, о котором столько говорят апологеты известного теоретика сельского хозяйства Чаянова. Во-первых, к 1927 году уже стало ясно, к чему эта ставка ведет (об этом тоже в другой раз). Во-вторых, на селе нужны по-настоящему крупные хозяйства, не в десятки, а в тысячи гектар. А это помещики (о них мы уже говорили). Конечно, если бы правительство руководствовалось экономическими теориями… но в СССР во главе государства стояли сугубые практики.

Оставались советские хозяйства и кооперация. Если бы глава советского правительства имел веру с горчичное зерно и мог передвигать горы, он, несомненно, изменил бы менталитет населения и покрыл страну совхозами. Но в реальности «агрозаводы» крестьян не привлекали. Этот вариант был приемлем для батраков, не имеющих ни посевов, ни хозяйства: в хорошем совхозе работали меньше, а платили лучше, чем у кулака. В плохом совхозе, может, и хуже, чем у кулака, но все же лучше, чем совсем без работы.

Однако совхозов все же было слишком мало даже для имеющихся в наличии батраков. Оставался один путь — кооперация мелких хозяйств.

Сперва правительство пустило этот процесс на самотек, радуясь неуклонно растущему проценту кооперированных хозяйств. Но когда в середине 1920-х годов стали проводить обследования, выяснилась довольно неприятная истина. По данным выборочной переписи 1927 года, число хозяйств, в той или иной степени участвовавших в кооперативах, по СССР составило 49,7%. Но, во-первых, кооперировались в основном зажиточные хозяйства (а проблема была в бедняцких), а во-вторых, практически все кооперативы были либо потребительскими, либо кредитными — а проблема-то была как раз в производстве. Производительная кооперация объединяла всего 0,6% хозяйств. Следовательно, процесс надо было подстегнуть.

Да, кстати, а что такое производственный кооператив на селе?

Да колхоз — что же еще-то! Поэтому так и смешно, когда критики советской аграрной реформы утверждают, что надо было ставить не на колхозы, а на кооперативы. Это как, простите?

ЗАО «колхоз» и его менеджеры

Если не цепляться за термины, то колхоз как явление известен еще с глубокой древности. Это не что иное, как старая добрая артель — большевики лишь применили артельный метод для обработки земли. Ну, а слово «колхоз» появилось во время Гражданской войны, когда на русский язык навалилась эпидемия сокращений и аббревиатур.

У этого явления было много форм: сельскохозяйственные кооперативы, артели, коммуны, товарищества по совместной обработке земли. Отличались они в основном степенью обобществления, а совпадали в основных принципах: обобществление в той или иной мере средств производства, то есть земли, скота и инвентаря, и запрет наемного труда.

Колхоз — это видоизмененная община, с той разницей, что земля, скот и инвентарь не делятся по хозяйствам, а используются сообща. Таким образом, можно получить крупное хозяйство на земле не поперек менталитета, как у творцов реформы 1861 года и у Столыпина, а в согласии с ним — если решить организационные вопросы. А что еще важнее — в колхозе поневоле сохраняется общинный принцип: хоть черный кусок, да каждому. Именно такая реформа не выбрасывала лишнее население из производственного процесса — а в России это означало выбросить и из жизни, — а сохраняла его, пусть впроголодь, но живыми. Всего-то и нужно было, что сберечь это лишнее население на несколько лет, пока для него готовят рабочие места на заводах и стройках.

Стоит ли удивляться, что большевики положили в основу своей аграрной реформы именно производственную кооперацию?

Первые колхозы образца 1920-х годов были очень маленькими и бедными. В 1927 году в среднем на один колхоз приходилось примерно 12 дворов, шесть-семь голов крупного рогатого скота, девять-десять овец, четыре свиньи и три-четыре лошади. На 100 десятин посева у них приходилось 13,6 лошади (у единоличников — 18), правда, эта цифра в реальности несколько меньше, потому что во многих районах пахали на волах. Исходя из этих цифр можно оценить средний размер колхозных угодий — около 25 десятин, или по два на хозяйство.

Но было у них одно колоссальное достоинство: эти мелкие, бедные и неумелые хозяйства реально кооперировали бедноту! Так, в 1927 году колхозы объединяли 65,6% безлошадных, 26,3% однолошадных, 6,5% двухлошадных и 1,5% трехлошадных хозяйств, при том что безлошадных в стране было около 28%. То, что и требовалось получить!

Любимицами властей являлись, естественно, коммуны, где обобществление было максимальным. Однако крестьяне не очень приветствовали эту форму. В 1927 году коммун было лишь 8,5%, 50,3% колхозов относились к сельскохозяйственным артелям, а 40,2% — к товариществам по совместной обработке земли. Граница между ними была зыбкая, ибо каждое хозяйство жило по своим правилам, но все же некая корреляция наблюдалась.

В середине 1920-х годов в коммунах земля обобществлялась на 97%, в артелях — на 95%, в тозах — на 71,5%, так что по основному средству производства, как видим, разница невелика. Оно и неудивительно: ведь все колхозы — это кооперативы по совместной обработке земли. А вот для сельхозинвентаря эти цифры составляли уже 97, 73 и 43% соответственно, для рабочего скота — 92, 47,5 и 13%, для продуктивного скота — 73, 23, 0. Низкая степень обобществления не устраивала власть: как можно связывать хоть какие-то долгосрочные планы со столь неустойчивыми объединениями? Но все же, с учетом крестьянских предпочтений, в качестве основной формы, рекомендованной при колхозном строительстве, была выбрана артель.

Да, но как же с оргвопросами? Ведь самой большой проблемой колхозов была даже не бедность. В конце концов, государство неплохо помогало. Колхозы на льготных условиях получали сельхозмашины, семена, ссуды, лучшие земли, хорошие кредиты. Самой большой проблемой были учет и распределение. Слишком многое приходилось брать в расчет: каждое хозяйство вступало в колхоз с разным паем, разным количеством едоков, слишком много было разных работ — как все учесть при распределении продукции? Ведь опыта коллективного труда у колхозников не было никакого! Так что основной причиной гибели колхозов являлись не экономические проблемы, которых у них все же меньше, чем у отдельного двора, а многочисленные склоки вокруг трудового участия и распределения продукции. Так что аграрная реформа сдерживалась не нежеланием правительства и даже не сопротивлением крестьянства (большая часть бедноты даже в самые проблемные годы все равно упорно стояла за колхозы), а именно, как теперь принято говорить, менеджментом.

И тогда советское правительство решилось на очень тяжелый, даже отчаянный шаг. Несмотря на жуткую нехватку кадров в промышленности, в колхозы были направлены заводские рабочие: сперва 25 тыс., за что их и прозвали «двадцатипятитысячниками», а потом еще более 100 тыс. Нынешние «теоретики великих дел» как только над ними не смеялись: мол, прислали руководить сельских хозяйством людей, которые не могут быка от коровы отличить! Да черт с ними, с коровами, для этого скотники есть! Зато они знали, что такое бригада, звено, тарифная сетка, коэффициент, заработная плата. То, что было неразрешимой проблемой для крестьянина, для рабочего, имевшего навык коллективного труда, вообще не представляло трудности. Эти люди за год-другой решали пресловутые оргвопросы, проходили с хозяйством организационный период, готовили себе замену и могли уходить. Таким образом, страна получала 25 тыс. хозяйств и столько же квалифицированных управленцев.

К началу индустриализации все основные решения были приняты. 30 декабря 1926 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло следующее постановление:

«Данные о состоянии колхозов показывают, что коллективное движение начало выходить из состояния кризиса, в котором оно находилось в первые годы нэпа: растет число колхозов, увеличивается количество объединяемого ими населения, растет товарность коллективных хозяйств, постепенно улучшается организация труда и производства в колхозах. В определенной своей части колхозы начали уже выявлять преимущества перед мелким крестьянским хозяйством, как в отношении рационализации хозяйства, так и в отношении повышения его доходности. Этот рост колхозов подтверждает всю жизненность коллективного движения, опирающегося, с одной стороны, на невозможность для значительных слов деревни улучшить свое положение вне коллективизации хозяйства, а с другой — на рост применения в деревне сложных машин, создающих техническую базу крупного сельхозпроизводства.

Рост дифференциации крестьянства, невозможность поглощения всего избыточного населения деревни промышленностью, наличие в деревне значительных слоев маломощного крестьянства, не имеющего возможности в индивидуальном порядке поднять свое хозяйство, стремление этих слоев деревни хозяйственно укрепиться и освободить себя от эксплуатации кулака — все это толкает наиболее активные слои маломощного крестьянства (в особенности деревенскую бедноту) на путь коллективизации своего хозяйства.

Наряду с этим развитие машинизации, в частности тракторизации земледелия, создает в связи с невозможностью рационального использования сложных и дорогостоящих с.-х. машин в индивидуальном порядке новый важнейший источник развития коллективного земледелия на почве роста крестьянского хозяйства. Содействуя вовлечению в коллективное движение, главным образом в простейших формах машинных товариществ и товариществ по обработке земли, все более широких слоев крестьянского населения, машинизация сельского хозяйства подводит вместе с тем под колхозное строительство необходимую техническую базу…

…Дальнейший рост и углубление этого движения будет зависеть, с одной стороны, от дальнейшего расширения крупной промышленности, развития индустриализации страны и технического прогресса крестьянского хозяйства и, с другой, от развития кооперирования крестьянского населения и роста самодеятельности бедняцких и середняцких масс деревни».

Как видим, путь, по которому пойдет аграрная реформа, определен. Теперь все дело в сроках. Сперва предполагалось проводить реформу постепенно и добровольно. Но чем постепеннее и чем добровольнее будет проходить коллективизация, тем больше горя и бедствий обрушится на голову все тех же крестьян — и напрямую, из-за «хлебных войн», и из-за задержки индустриализации, и по причине продолжения этой нечеловеческой жизни. Если стремительно организующиеся в сплоченную силу противники реформы вообще дадут ее провести.

Насильственное кооперирование будет, конечно же, благотворным — но, как всякое насилие, чревато жертвами и очень рискованно. Если бы правительство имело нормальный, выученный и управляемый аппарат на местах, то еще можно было бы рискнуть — но проводить реформу приходилось, опираясь в основном на местных партийных активистов: 20 лет, бедняцкое происхождение и твердое намерение с помощью нагана и такой-то матери построить коммунизм за одну пятилетку.

Одним из факторов, заставивших власти, несмотря ни на что, до предела ускорить коллективизацию, стали «хлебные войны» — о них и пойдет речь в следующем материале.

Елена Прудникова
писатель-историк, сценарист
24.09.2012

Источник статьи

 

Метки: , ,

Москва: Владимир Малышев 24-й день продолжает голодовку за освобождение узников 6 мая


Москва. Гражданский активист Владимир Малышев начал свою голодовку 28 ноября. У него одно требование — прекратить уголовное преследование узников «болотного» дела и отпустить из тюрьмы. Владимир Малышев 24 дня пьет только воду, изредка подмешивая в неё сахар.

Он очень слаб. Не смотря на многочисленные просьбы и советы прекратить голодовку, Владимир держится стойко и намерен её продолжать.

Главное, что ему сейчас нужно — найти помещение для голодовки, в котором постоянно будут находится люди, чтобы оперативно вызвать скорую в случае осложнений.

Малышев отказывается длительное время находится в гостях, чтобы не навлечь неприятностей на хозяев. Ему нужна комната в офисе либо другое нежилое помещение, где он мог бы находится постоянно.

Гражданские активисты проводят пикеты у Следственного комитета в поддержку Владимира Малышева.

Я хочу пояснить одну важную вещь, сути моей голодовки.

В последнее время у меня есть стойкое желание перестать участвовать в протесте. То во что сейчас это повернулось, можно смело говорить, что власть нас очень успешно развела! И очень удачный финал этой разводки созданный КС оппозиции. Участвовать в этом не хочется никак!

Только вот смущает во всем этом, что есть ребята, которые после этой тусовки оказались в тюрьме, а не дома и именно это меня останавливает! Я имею ввиду ребят, арестованных за участие в митинге 6 мая.

Я убежден, если бы вначале лета Навальный, Удальцов, Яшин, Собчак и другие не слили протест, ребята бы сейчас были на свободе, Путин не рискнул бы на такой шаг. Поэтому со среды 28 ноября я возобновляю свою голодовку, которую прервал в начале июня. И я требую, лично от Путина, чтобы он отпустил всех ребят и прекратил бредовое уголовное дело!
Я хочу пояснить одну важную вещь, сути моей голодовки. Конечно главное требование это освободить ребят по «Болотному делу». Но есть еще один, в чем то даже более важный пласт. Несмотря на протесты последнего года, мы фактически оказались в обстановке 30-х годов прошлого века.

Когда невинных людей сажали, расстреливали и общество было запугано, и не смело даже выступит. Да мы выступаем сейчас и нас немало. Но с другой стороны, для такой огромной страны это совсем немного. По моему глубокому убеждению, власть вполне подготовилась, чтобы капитального закрутить гайки. Все активисты, давно взяты на заметку центром Э и достаточно одного щелчка пальцев, чтобы их арестовать и отправить в тюрьму.

И к большому сожалению, огромное большинство граждан нашей страны, предпочтут думать так как говорят по телевизору, лишь бы не потерять свой кусок хлеба и сытую жизнь. Я разговаривал с некоторыми обывателями, которые искренне переживают, что в нашу страну лезут американцы и грузины. И их практически невозможно убедить в обратном. Это очень печально.

И когда я говорю сегодня, это именно сегодня. Просто все началось до «Болотного дела», уже несколько лет активистов сажают по уголовным делам, как например Таисию Осипову за наркотики, по 282 статье. И это только то что доходит до общественности. Многое неизвестно, происходит в тихую. Да в эту категорию, можно занести, огромное количество простых людей, которых сажают в тюрьмы для выполнения плана, из-за желания оборотней в погонах заработать деньги банальным шантажом.

Болотное дело в этом плане, по настоящему политическое, многие присутствовали и видели все своими глазами, как ОМОН напал на людей. И напали на митинге направленном против власти. И для Путина очень важно довести это дело до реального тюремного заключения несправедливо арестованных участников этого митинга. Чтобы напугать народ и заставить его не ходить на подобные мероприятия.

У меня есть несколько молодых знакомых, у которых родители устраивают дикие истерики, лишь бы они не ходили на протестные мероприятия, потому что это очень опасно. Даже мои друзья и близкие беспокоятся за меня, что мне могут под бросить наркотики. Так что общество хорошо подготовлено к страху.

Поэтому когда появилось «Болотное дело», мы были обязаны бросить на это все силы, чтобы победить и спасти ребят. Но если это и произошло, то в основном среди гражданских активистов. Среди оппозиционных партий, движений были заявления, еще какие то мелочи, но без особых усилий. То есть власть, раньше скрываясь маскировала все под уголовные дела, действовала втихаря, устраивала провокации не так демонстративно.

Дело Лебедева-Развожаева, появилось потому что мы им позволили с Болотным делом, они даже не беспокоятся о правдоподобности, потому что это дело четкий сигнал обществу, чтобы оно не рыпалось против власти! И поверьте, народ верит, всему этому бреду и спокойно оправдывает, лишь бы не потерять сытую жизнь.

Поэтому суть моей голодовки в том, чтобы остановить приход этого времени. Можно сколько угодно говорить об эволюционности пути развития общества, что надо подождать немного, вот Путин умрет или еще там чего то произойдет. Все это не более чем страх участвовать или что то делать.

Я когда смотрю на окружающих людей и понимаю, что они готовы это принимать, ради спокойной жизни. Меня охватывает отчаяние, ну неужели люди не понимают, что ужас сталинского времени не должен повторится! Неужели мы так не любим свою родину?! Не уважаем до такой степени друг друга?!

Поэтому когда мне говорят, бросить мою голодовку, я не понимаю их, как мы будем смотреть в глаза друг другу очень скоро? Если мы не смогли защитить свою родину и довести до такого состояния?! Я не могу бросить, потому что я на войне, которая идет не на жизнь, а на смерть, не сейчас от голодовки, то позже меня убьют в тюрьме!

Я понимаю, что на носу праздник, и все хотят отдохнуть, хорошо отметить праздник, но за служили мы его? Когда невинные люди сидят в тюрьме и наступила такие времена? Хотя новый год, единственный праздник который я очень люблю и всегда отмечаю.

Я не призываю присоединиться к моей голодовке никого, каждый должен решить, что и как делать, я не политик и нет политических амбиций, поэтому и не особо представляю, что надо делать. Может выходить к Следственному комитету, там каждый день проходят пикеты с 17 часов, но как бы там не было, мы должны спасти ребят обязательно!

Источник статьи

 

Метки: , , , , , ,

Одиннадцатый день голодовки. Ржавые шестерни


Ну наконец-то! Наконец-то я могу написать, что у меня есть хорошие новости, без приставки «трагически». Во-первых, прибывший сегодня по вызову врач на «скорой» и другие участники голодовки сумели общими усилиями уговорить Оксану Рыжкову отказаться от сухой голодовки! Правда, выбор был невелик — вода или реанимация в самом скором времени (состояние Оксаны резко ухудшилось вследствие отказа от жидкости), но теперь мама пяти детей постепенно начинает пить. Значит, есть еще несколько дней жизни в запасе.

Замечу, что, к сожалению, к Светлане Мартыновой тоже пришлось вызывать «скорую помощь», — Света, для тех кто не знает, голодает с первого дня акции в Бразилии.

Вторая хорошая новость состоит в том, что члены Общественной палаты РФ, в отличие от участников голодовки, не отчаялись совершенно, и смогли предпринять ряд действий по спасению женщин. Конкретно: в понедельник состоится заседание Совета по правам человека при президенте Российской Федерации. Как бы мы с вами не относились к этому органу, похоже, на данный момент только его участники могут донести до высших властных сфер информацию об акции многодетных семей. Б.Л. Альтшулер и Е. Тополева-Солдунова будут представлять на этом заседании интересы семей, кроме того передадут советнику президента Федотову письмо от голодающих.

В общем, наверное, можно констатировать, что ржавые шестерни взаимодействия людей и чиновников, почти готовы со скрипом завращаться. Очень много сослагательных в одном предложении, знаю, но так боюсь спугнуть робкую надежду на благополучный исход голодовки!..

Кроме того, хотелось бы заметить напоследок, что к голодающим в Хорошевском проезде (помещение предоставлено партией «Яблоко») приходят различные люди, от корреспондентов-фрилансеров до волонтеров из сочувствующих. Депутатов Госдумы только ни одного не было. Ау, уважаемые мной г-да Гудковы и Пономарев! Навестите женщин, только не забудьте — всех гостинцев может быть только минеральная вода и теплое одеяло. http://24sos.ru/index.php?newsid=711

Эмилия Чернявская,
домохозяйка, мама 8-и детей

Источник статьи

 

Метки: , , , ,

Листовка Пермской организации РКРП


Два слова будоражат умы современных российских граждан: социализм и капитализм. И к тому есть более чем веские причины. Несмотря на то, что эти две экономические, общественные и политические системы жизни людей враждебны друг другу, капитализм в своём развитии создал необходимые предпосылки для революционного перехода к следующей стадии развития производительных сил человечества — социализму.

Социализм отрицает частную собственность буржуазии (и как следствие саму буржуазию) на общественное богатство (производство и природные ресурсы), отрицает разделение людей на господ — собственников и их слуг — пролетариев. Капитализм уже создал условия для реализации этого отрицания буржуазной частной собственности, развивая всё более и более общественный характер производства, создал условия для перехода к общественной собственности на общественное богатство и для объединения людей в товарищество общего труда на общее благо.

Человечество неуклонно движется к социализму, поскольку современные производительные силы (производство и рабочие, приводящие его в движение) задыхаются в удушающих объятиях анархии капиталистических производственных отношений. Современный кризис капитализма наглядно демонстрирует бунт производительных сил против анархической частной собственности буржуазии на производство, против ее произвола, мешающего осуществлять необходимое планомерное управление развитием общественного производства как целого.

Капитализм корчится в муках противоречия между общественным характером производства и частнобуржуазным, эгоистическим его ведением и присвоением результатов.

Но буржуазия надеется, что ей удастся сохранить своё господство над производством и обществом. Эта надежда буржуазии утопична также, как и, в своё время, надежда феодалов-помещиков сохранить своё господство.

То, что эта надежда утопична, показала 25-летняя история (с 1987г) возврата капитализма на территории бывшего СССР. За короткое время со всей очевидностью было доказано, что производственные и общественные отношения буржуазной частной собственности на общественное богатство не соответствуют современному уровню производительных сил, требующих планомерного управления ими.

Буржуазии кажется (или же она делает вид), что состояние гниения, в котором находятся все сферы жизни капиталистической России, являются якобы следствием остатков влияния безбожного 70-летнего времени социализма — это оно якобы испортило людей. Поэтому буржуазия, с одной стороны всемерно везде и всюду насаждает религию и её носителей — попов, призывающих пролетариев к смирению судьбе и покорности господам; с другой стороны делает отчаянные попытки искоренить или хотя бы извратить историю пролетарской революции, позволившей без буржуазии, без господ-собственников быстро развивать производительные силы в интересах трудящихся.

Буржуазия ведет войну против коммунистической идеологии. Она планомерно переименовывает города и улицы, напоминающие о пролетарской революции и социализме, последовательно очищает библиотеки от книг, рассказывающих о классовой сущности социализма и капитализма, от произведений Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, ведет атаку на памятники, созданные во время социализма, пропагандирует «необходимость» ликвидации мавзолея Владимира Ильича Ленина.

Но это господам не удастся. Природа капитализма такова, что никакие буржуазные запреты и вандализм, клевета и ложь не помогут остановить рвущихся на свободу из пут капитализма производительных сил, главной из которых является рабочий класс.

Буржуазная частная собственность на общественное богатство стала ненужным и вредным разделительным барьером между двумя составными частями производительных сил: между производством и работниками, приводящими его в движение и производящими необходимые для жизни людей материальные блага.

Поэтому устранить агонию и загнивание в экономике и общественной жизни при капитализме невозможно ни путём запретов на коммунистическую идеологию, ни переименованиями, ни уничтожением памятников социализма, в том числе мавзолея Ленина, ни извращением классовой сущности пролетарской революции и социализма. Капитализм будет сдан в исторический архив, как это случилось с рабством и феодализмом.

Любая сфера жизни современной буржуазной России прямо или косвенно подтверждает это. Например, есть общественная сфера жизни, имя которой жилищно-коммунальное хозяйство (ЖКХ), которая была разорвана на части и отдана во власть господам-частным собственникам. А главной их целью является получение для себя прибыли, желательно максимально большой.

Например, депутат ЗС Пермского края А. Старков в интервью газете «Местное время» 14.11.2012 г. признаёт, что 7 лет буржуазной реформы ЖКХ дали для пролетариев лишь отрицательные результаты: «Мы наблюдаем, что былые плюсы «советского» коммунального хозяйства теряются … Я не буду говорить о ценах, бесплатных слесарях и прочем. В первую очередь отмечу контроль и воздействие властей. Раньше было куда пожаловаться на нерадивых коммунальщиков, и городские, районные руководители имели рычаги управления процессом. Сегодня же договор между частными лицами, которые по существующей системе законодательства должны выяснять отношения между собой, без внешнего вмешательства. Таким образом, человек остаётся один-на-один с достаточно мощной организацией, имеющей большой опыт и хороший штат юристов».

О ценах и бесплатном обслуживании, которые были при социализме, буржуазия говорить не хочет. В качестве улучшения предлагается всего лишь законопроект о контроле муниципальных властей в ЖКХ только муниципального жилья. Собственники квартир останутся один на один с господами-собственниками услуг ЖКХ.

Депутаты тоже озабочены тем, чтобы жильцы платили за «коммуналку» только реальную цену, ту что «необходимо». Но эта «необходимая» цена будет расти неуклонно. Почему? Это выгодно господам-собственникам услуг ЖКХ. Тем более, что А. Старков сообщает: «Замен требуют 28%теплосетей, 41% — водопроводных, 38% — канализационных. Это в целом по России, а в Перми состояние ничем не лучше». И в любом случае: будут ли господа-собственники частей ЖКХ производить замену изношенных сетей или же только латать образующиеся прорывы, цена на услуги ЖКХ будет расти — прибыль будет выжиматься любой ценой. Старков сообщает: «…расходы семейного бюджета на оплату счетов составляют от 10 до 15 процентов, и вряд ли в будущем эта цифра уменьшится». Он прав, — так будет всегда при капитализме. При социализме, когда общественное богатство (включая ЖКХ) является единым экономическим комплексом, у которого один хозяин — рабочее государство нет деления людей на господ-собственников народного добра и их наёмных работников, довольствующихся крохами с господских столов.

Капитализм разрывает общественное хозяйство на части, планомерное управление которыми невозможно — возможна лишь частнособственническая анархия и общественное гниение.

Социализм объединяет общественное хозяйство в единый планомерно управляемый хозяйственный механизм, устраняет из жизни общества паразитарную перегородку между составными частями производительных сил — класс буржуазии. Главная производительная сила человеческого общества — рабочий класс, организует своё рабочее государство, обеспечивает планомерное развития производства в интересах равноправных людей. Однако буржуазия «просто так» не уступит — она будет отстаивать (и отстаивает) «священное право собственности» на общественное производство и природные ресурсы, с помощью своего буржуазного государства.

Но революционный переход от капитализма к социализму, начатый российским пролетариатом в 1917 г., неизбежно будет совершен.

Раньше или позже это произойдет, зависит от тебя, товарищ. Присоединяйтесь к борьбе Российской коммунистической рабочей партии!

Источник статьи

 

Метки: , , , , , ,

В.И.Немирович-Данченко. Он стоял у истоков МХАТа


Лариса Адамова

23 декабря 1858 года родился российский и советский театральный режиссёр, педагог, драматург, писатель, театральный критик и театральный деятель, народный артист СССР (1936), один из основателей Московского Художественного театра Владимир Иванович Немирович-Данченко.

115 лет назад, в 1897 году, когда состоялась знаменитая встреча К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко, положившая начало Художественному театру, Немировичу-Данченко было уже около сорока лет. За плечами — годы работы театральным рецензентом, журналистом, писательство, большие успехи на драматургическом поприще. Его пьесы шли в Малом театре в Москве и в Александринском театре в Петербурге.

Вот уже несколько лет учил он молодежь искусству театра в Московской филармонии. Среди его учеников последних выпусков — И.М. Москвин, О.Л. Книппер, Н. Н. Литовцева и другие. Но каким станет будущее молодых талантливых актеров? Им грозила судьба обычного провинциального актерства или в лучшем случае рутина казенной сцены. Немирович-Данченко чувствовал, что именно этой молодежи суждено вместе с ним работать над обновлением театра, пробить дорогу на сцену его любимым авторам — Тургеневу и Ибсену, Гауптману и Чехову.

Инициатива встречи со Станиславским принадлежала Немировичу-Данченко. С первых шагов Художественного театра все материальные и организаторские заботы легли на плечи Владимира Ивановича, он определял и репертуар театра.

Но главной для него была огромная режиссерская работа. Нелегко было уговорить Чехова после провала разрешить поставить вновь «Чайку», актеры не сразу поняли новаторскую суть пьесы. Даже Станиславский не сразу поверил в «Чайку». Но мы знаем, какой победой стала «Чайка» на сцене МХТа.

Немирович-Данченко вместе со Станиславским поставили на сцене Художественного театра «Дядю Ваню», «Вишневый сад», «Три сестры» Чехова, один он ставил чеховского «Иванова».

Одним из глубоких увлечений Владимира Ивановича была драматургия Генрика Ибсена. Интерес к Ибсену определялся богатством мысли, психологической глубиной его пьес.

Владимир Иванович стоял у истоков драматургии А. М. Горького. Горький писал Чехову о том, как рассказал Немировичу-Данченко о первой своей пьесе «Мещане», и «он сразу двумя-тремя замечаниями, меткими, верными, привел мою пьесу в себя. Все исправил, переставил, и я удивился сам, как все вышло ловко и стройно…»

В прославленной постановке «На дне» Немирович-Данченко дал основное направление спектаклю, определил его главную мысль. «Половиною успеха этой пьесы я обязан Вашему уму и сердцу, товарищ»,— надписал Горький экземпляр «На дне», подаренный Владимиру Ивановичу.

Уже после революции, вооружившей режиссера, по его словам, особенным «прожектором», находящимся как бы внутри его самого, Владимир Иванович ставит «Врагов» Горького. Этот спектакль с его огромным зарядом революционной энергии, его беспощадной силой разоблачения капиталистического стяжательства и гнилого либерализма стал одной из вершин режиссерского творчества Немировича-Данченко.

Огромной была его работа по сценическому воплощению произведений Достоевского и Льва Толстого — «Братьев Карамазовых», «Воскресенья», «Анны Карениной», работа над классикой русской сцены — спектаклями «На всякого мудреца довольно простоты» и «Гроза» Островского, «Горе от ума» Грибоедова, «Смерть Пазухина» Салтыкова-Щедрина.

Значительную роль сыграл Немирович-Данченко и в становлении советской драматургии, советского театра. Он ставил «Пугачевщину» и «Любовь Яровую» К. Тренева, «Блокаду» В. Иванова, «Кремлевские куранты» Н. Погодина. В музыкальной студии МХАТа он боролся за новые пути музыкально-сценического искусства. Ему принадлежали постановки таких советских опер, как «Катерина Измайлова» Д. Шостаковича, «Тихий Дон» И. Дзержинского, «В бурю» Т. Хренникова.

Великое умение Немировича-Данченко владеть ключами ко всем потайным ящичкам актера, как назвал это свойство И. М. Москвин, умение «напитать» актера автором, неуклонное требование от актера правды социальной, правды жизненной и правды театральной сделали Владимира Ивановича одной из наиболее выдающихся фигур советского театра.

Источник статьи

 

Метки: , , , , , ,