RSS

Архив за день: 2013/01/04

«Польский вопрос» и «К вопросу о вредительстве на советских предприятиях»


Материалы к публикации подготовила А. Заклицкая
Наш архив

От редакции: Не трудно догадаться по какой причине, вот уже несколько десятков лет рыночные демократические СМИ продолжают дело, начатое Геббельсом в 1943 году, по обличению «зверств» НКВД, расстрелявших из немецкого оружия, немецкими пулями, якобы весной 1940 года, некоторое количество пленных польских аристократов. В сентябре 2012 года некоторые американские журналисты подняли, а российские рыночные СМИ, естественно, подхватили душещипательную историю о том, как Геббельс привез к эксгумированным трупам польских военных аристократов, двух американских военнопленных, и эти два военнопленных, не только с первого взгляда определили точное время расстрела, но и смогли сообщить об этом президенту Рузвельту. Однако тот, трижды избранный мерзавец, вместо того, чтобы тут же объявить войну СССР, не обратил никакого внимания на абсолютно правдивое письмо сразу двух военнопленных. Более того, ни один последующий американский президент, тоже мерзавцы, не использовал это страшно обличительное письмо в борьбе против СССР. И только в сентябре 2012 года, наконец-то, это письмо получило огласку, и теперь рыночной демократической РФ, логично, придется ответить «по полной» за злодеяния НКВД. Первым шагом не этом пути явилось вступление РФ в ВТО, следующим — повышение тарифов на ЖКХ. Планируются и другие аналогичные кары, которые обрушатся на головы рядовых участников митингов на Болотной площади.

Поэтому, редакция «Прорыва» решила познакомить читателей с фрагментами некоторых документов, главные из которых опубликованы в условиях рыночной демократической свободы слова и заслуживают полного доверия.

Копия
Совершенно секретно
экз. № 5
Товарищу СТАЛИНУ И. В
НКИД СССР —
товарищу МОЛОТОВУ В. М.
ЦК ВКП(б) —
товарищу МАЛЕНКОВУ Г. М.
СНК СССР —
товарищу МИКОЯНУ А. И.
№ 1288/б
17 ноября 1945

Оперативной группой НКВД в г. Берлине в одном из сейфов разрушенного здания канцелярии Гитлера обнаружен документ, содержащий заметки БОРМАННА о беседе, состоявшейся 2 октября 1940 года на квартире у Гитлера, об обращении с польским населением.

При этом представляю перевод документа. Подлинник находится в НКВД СССР.
НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ Союза ССР Л. БЕРИЯ
Перевод с немецкого.

Секретно!
Берлин, 2.10.1940

2.10.1940 после обеда, состоявшегося на квартире у фюрера, возник разговор относительно характера губернаторства, об обращении с поляками и об уже утвержденной фюрером передаче округов Пиотркув и Томашув в Вартскую область.

Беседа началась с того, что рейхсминистр д-р Франк сообщил фюреру о том, что деятельность в генерал-губернаторстве можно назвать чрезвычайно успешной. Евреи в Варшаве и других городах заперты в гетто…

Рейхслейтер фон Ширах, сидевший по другую сторону фюрера, заметил, что у него в Вене есть еще свыше 50.000 евреев, которых должен был забрать д-р Франк. Д-р Франк счел это невозможным! Гаулейтер Кох указал на то, что он до сих пор не выселил из области Цеханув ни поляков, ни евреев; само собой разумеется, что этих евреев и поляков должно принять генерал-губернаторство. Д-р Франк стал возражать также и здесь; он подчеркнул, что невозможно посылать к нему в генерал-губернаторство евреев и поляков в таком количестве, так как нет никакой возможности разместить их.

Фюрер следующим образом занял принципиальную позицию в этом вопросе:

… поляки, не являются квалифицированными рабочими, как наши немецкие соотечественники, и не должны вовсе стать ими; для того чтобы прожить, они должны экспортировать свою собственную рабочую силу, так сказать, самих себя, поляки должны, таким образом, отправиться в империю и трудиться там в сельском хозяйстве, на дорогах и прочих неквалифицированных работах, … их местожительством должна остаться Польша, так как мы вовсе не хотим иметь их в Германии и не хотим кровосмешения с нашими соотечественниками.

Фюрер подчеркнул далее, что поляки, в противоположность нашим немецким рабочим, рождены специально для тяжелой работы; … нужно, чтобы жизненный уровень в Польше был низким, и повышать его не следует… В то время, как наши немецкие рабочие являются, как правило, усердными и трудолюбивыми по природе, поляки ленивы и их приходится заставлять работать.

Непременно следует иметь в виду, что не должно существовать польских господ; там, где они будут — как бы жестоко это ни звучало — их следует уничтожить…

Фюрер подчеркнул еще раз, что для поляков должен существовать только один господин — немец: два господина — один возле другого — не могут и не должны существовать, поэтому должны быть уничтожены все представители польской интеллигенции. Это звучит жестоко, но таков жизненный закон.

[Как известно, генералы СС и Вермахта до поражения в битве на Курской дуге характеризовались тупой исполнительностью во всём. Могли ли они проигнорировать выше процитированные указание самого Гитлера, записанное Борманом? Советскому командованию в первые месяцы войны не удавалось выводить из окружения свои воинские соединения. Можно ли предположить, что в первый месяц войны, кто-то мог поднять вопрос о выводе польских офицеров из окружения. Не хватало средств для вывоза заводов за Урал, поэтому трудно поверить, что кто-то думал о вывозе польских генералов и жандармов. А.З.].

…Священники будут оплачиваться нами, и за это станут проповедовать то, что мы захотим. Если найдётся священник, который будет действовать иначе, то разговор с ним будет короткий. Задача священника заключается в том, чтобы держать поляков спокойными, глупыми и тупоумными, это полностью в наших интересах…

Резюмируя, фюрер установил еще раз:

1) Последний немецкий рабочий и последний немецкий крестьянин должен всегда стоять в экономическом отношении на 10% выше любого поляка.

2) Следует изыскать возможность к тому, чтобы живущий в Германии поляк не получал на руки всего своего заработка, а часть его направлялась его семье в генерал-губернаторство.

3) Я не хочу, подчеркнул фюрер, чтобы немецкий рабочий работал более восьми часов… однако, если поляк будет работать 14 часов, то, несмотря на это, он должен зарабатывать меньше, чем немецкий рабочий.

4) Идеальная картина такова: поляк должен владеть в генерал-губернаторстве небольшим участком, который обеспечит, в известной мере, пропитание его и его семьи. Деньги, необходимые для приобретения одежды, дополнительного питания и т. д., и т. д., он должен заработать в Германии.

(М. БОРМАНН)

Из телеграммы Георга фон Шницлера, члена центрального комитета правления «ИГ Фарбениндустри АГ»,
Курту Крюгеру, директору «ИГ Фарбен», от 7 сентября 1939 года о захвате химических заводов в Польше

По всей вероятности, в течение ближайших дней в руки Германии попадут четыре польских завода красителей, а именно: чисто польский завод «Пшемысл хемичне Борута» в Згеже и «Хемична фабрика Волн Кшистопорска» в Воля Кшистопорска, затем принадлежащий швейцарской «ИГ» «Пабьянско товажиство акцийне пшсмыслу хемичпего» в Пабьянице (руководитель — швейцарский вице-консул Томмен) (все три расположены в ближайших окрестностях Лодзи), а также находящийся примерно в 12 км северо-восточнее Варшавы завод «Заклады хемичне в Виннице Сп. Акс.» (Винница)… На заводах есть значительные и ценные запасы первичных, промежуточных и конечных продуктов, почти все относящиеся к смолистым красителям и родственным им вспомогательным веществам. Не высказываясь в настоящий момент по вопросу дальнейшего функционирования заводов, мы считали бы настоятельно необходимым, чтобы в использовании указанных запасов в интересах германского народного хозяйства участвовали квалифицированные специалисты. Только «ИГ» может выделить таких специалистов…

Из письма Георга фон Шницлера, члена правления, и Курта Крюгера, директора «ИГ Фарбениндустри»,
Гофману, регирунгсрату импер-ского министерства экономики, от 26 сентября 1939 года о разграблении фабрик в Польше

Мы почтительнейше ссылаемся на имевший место сегодня утром телефонный разговор и на предоставленные господам директорам Герману Швабу и д-ру Бернгарду Шенеру полномочия (содержащиеся в письме об одобрении наших предложений от 14 сентября 1939 года) управлять на основе доверенности польскими заводами красителей, перечисленными в наших предложениях от 14 сентября 1939 года. В результате проведения новой демаркационной линии названный в наших предложениях третий по порядку в заголовке документа завод в Виннице попадает в русскую сферу влияния. Он расположен в 18 километрах северо-восточнее Варшавы в треугольнике, образуемом реками Нарев, Буг и Висла. Не следует исключать возможность того, что во время тяжелых боев за Варшаву этот завод серьезно пострадал, но поэтому было бы тем более правильно вывезти оттуда имеющиеся ценности до передачи завода русским военным властям в соответствии с имеющимися соглашениями.

[Вот такие они, немцы, аккуратные, все до капельки… А.З.].

Из письма представителей руководства концерна «ИГ Фарбениндустри» военно-экономическому штабу ОКБ
от 16 сентября 1939 года по поводу связей концерна с американскими монополиями во время войны… с Америкой

…Компания «Стандард ойл оф Нью-Джерси», учитывая нынешнюю политическую ситуацию, обратилась к нам с просьбой в ускоренном порядке завершить передачу заграничных патентов, которая до сих пор затягивалась. Благодаря этой передаче, на которую … «Стандард ойл» имеет юридическое право, можно было бы воспрепятствовать тому, чтобы упомянутые заграничные патенты, которые до сих пор числятся за «ИГ Фарбен», были конфискованы в соответствующих странах враждебными Германии государствами… Передача не повредила бы германским интересам… Наоборот, мы имели бы финансовую выгоду благодаря тому, что «Стандард ойл» ничто не помешало бы выдать лицензии на эти патенты, в чем мы заинтересованы с финансовой точки зрения.

Архив Главной комиссии, Процесс «ИГ Фарбен». док. НИ-КМ65.

СПЕЦСООБЩЕНИЕ Л.П. БЕРИИ И.В. СТАЛИНУ О ВОЕННОПЛЕННЫХ ПОЛЯКАХ И ЧЕХАХ

2 ноября 1940 г
№ 4713/6 Сов. секретно
ЦК ВКП(б) товарищу СТАЛИНУ

Во исполнение Ваших указаний о военнопленных поляках и чехах нами проделано следующее:

1. В лагерях НКВД СССР в настоящее время содержится военнопленных поляков 18 297 человек, в том числе: генералов — 2, полковников и подпол-ковников — 39, майоров и капитанов — 222, поручиков и подпоручиков — 691, младшего комсостава — 4022, рядовых — 13 321.

Из 18 297 человек 11 998 являются жителями территории, отошедшей к Гер-мании.

Военнопленных, интернированных в Литве и Латвии и вывезенных в ла-геря НКВД СССР, насчитывается 3303 человека.

Подавляющая часть остальных военнопленных, за исключением комсос-тава, занята на работах по строительству шоссейных и железных дорог.

Кроме того, во Внутренней тюрьме НКВД СССР находятся 22 офицера бывшей польской армии, арестованных органами НКВД как участники раз-личных антисоветских организаций, действовавших на территории западных областей Украины и Белоруссии.

В результате проведенной нами фильтрации путем ознакомления с учет-ными и следственными делами, а также непосредственного опроса было ото-брано 24 бывших польских офицера, в том числе: генералов — 3, полковни-ков — 1, подполковников — 8, майоров и капитанов — 6, поручиков и под-поручиков — 6.

2. Со всеми отобранными был проведен ряд бесед, в результате которых установлено:

а) все они крайне враждебно относятся к *немцам*, считают неизбежным в будущем военное столкновение между *СССР и Германией* и выражают желание участвовать в предстоящей, по их мнению, *советско-германской войне* на стороне *Советского Союза*;

б) часть из них выражает убежденность, что судьбу Польши и возрождение ее как национального государства может решить только Советский Союз, на который они и возлагают свои надежды; другая часть (главным образом из числа поляков, интернированных в Литве) все еще надеется на победу анг-личан, которые, по их мнению, помогут восстановлению Польши;

в) большинство считает себя свободными от каких-либо обязательств в отношении так называемого «правительства» СИКОРСКОГО, часть же за-являет, что участвовать в войне с «Германией* на стороне *СССР* они могут лишь в том случае, если это будет в той или иной форме санкционировано «правительством» СИКОРСКОГО. Младшие офицеры заявляют, что они бу-дут действовать в соответствии с приказами, полученными от какого-либо польского генерала.

3. Конкретно следует остановиться на позициях следующих отдельных лиц:

а) генерал ЯНУШАЙТИС заявил, что он может взять на себя *руководство польскими частями*, если таковые будут организованы на территории Совет-ского Союза *для борьбы с Германией*, безотносительно к установкам в этом вопросе «правительства» СИКОРСКОГО. Однако считает целесообразным на-метить специальную политическую платформу с изложением *будущей судь-бы Польши* и одновременно с этим, как он выразился, «смягчить климат» для поляков, проживающих в западных областях Украины и Белоруссии;

б) генерал БОРУТ-СПЕХОВИЧ заявил, что он может предпринять те или иные шаги только по указанию «правительства» СИКОРСКОГО, которое, по его мнению, представляет интересы польского народа;

в) генерал ПРЖЕЗДЕЦКИЙ сделал заявление, аналогичное заявлению БОРУТ-СПЕХОВИЧА;

г) несколько полковников и подполковников (БЕРЛИНЕ, БУКОЕМСКИЙ, ГОРЧИНСКИЙ, ТЫШИНСКИЙ) заявили, что они всецело передают себя в распоряжение Советской власти и что с большой охотой возьмут на себя Организацию и руководство какими-либо военными соединениями* из чис-ла военнопленных поляков, предназначенными *для борьбы с Германией* в интересах создания Польши как национального государства. Будущая Поль-ша мыслится ими как тесно связанная той или иной формой с Советским Союзом.

4. Для прощупывания настроений остальной массы военнопленных, со-держащихся в лагерях НКВД, на места были посланы бригады оперативных работников НКВД СССР с соответствующими заданиями.

В результате проведенной работы установлено, что подавляющее боль-шинство военнопленных безусловно может быть использовано для органи-зации *польской военной части*.

Для этой цели нам представляется целесообразным:

Не отказываясь от мысли использовать в качестве руководителей поль-ской военной части* генералов ЯНУШАЙТИСА и БОРУТА-СПЕХОВИЧА, имена которых могут привлечь определенные круги бывших польских воен-ных, поручить организацию на первое время *дивизии* упомянутой выше группе полковников и подполковников (справки на них прилагаются), которые производят впечатление толковых, знающих военное дело, правильно политически мыслящих и искренних людей.

Этой группе следует предоставить возможность переговорить в конспиративной форме со своими единомышленниками в лагерях для военнопленных поляков и отобрать *кадровый состав будущей дивизии*.

После того как кадровый состав будет подобран, следует в одном из сов-хозов на юго-востоке СССР организовать *штаб* и место занятий *дивизии*. Совместно со специально выделенными работниками *штаба РККА* состав-ляется план формирования *дивизии*, решается вопрос о характере *дивизии (танковая, моторизованная, стрелковая)* и обеспечивается ее материаль-но-техническое снабжение.

Одновременно с этим в лагерях для военнопленных поляков среди рядо-вых и младшего комсостава органами НКВД должна вестись соответствующая работа по *вербовке людей в дивизию*.

По мере вербовки и окончания проверки вербуемых, последние партиями направляются к месту расположения *штаба дивизии*, где с ними проводятся соответствующие занятия.

Организация *дивизии* и подготовка ее проводятся под руководством Ген-штаба РККА*. При *дивизии* организуется *Особое отделение НКВД СССР* с задачами обеспечения внутреннего освещения личного состава *дивизии*.

5. Что касается военнопленных чехов, то их в лагере НКВД насчитывается 577 человек (501 чех и 76 словаков), в том числе: штабных капитанов и ка-питанов — 8 человек, младших офицеров — 39, младшего комсостава — 176 человек и рядовых 354.

В процессе бесед с отобранными из их числа 13-ю офицерами установлено, что все они считают своим исконным врагом * Германию* и хотят *драться с ней* за восстановление *Чехословацкого государства*. Себя они рассмат-ривают как военнообязанных чешской армии, своим вождем считают БЕНЕША и в случае, если на территории Советского Союза будут Организованы какие-либо чешские военные части*, вступят в них по приказу БЕНЕША или, как минимум, своего командира *полковника СВОБОДА*, ныне нахо-дящегося за границей. *СВОБОДА* нами из-за границы вызван.

Приложение: по тексту.

Народный комиссар внутренних дел Союза ССР
Л. БЕРИЯ

АП РФ. Ф. 3. Оп. 50. Д. 413. Л. 152-157. Подлинник. Машинопись.
*-* Вписано от руки чернилами.

Миновал год, как началась вторая мировая война… (К вопросу о вредительстве на советских предприятиях)

От редакции: В кругах рыночной интеллигенции вот уже много десятилетий муссируется вопрос об оправданности или надуманности кадровых «чисток», проводимых в организациях, учреждениях и на предприятиях в т.н. «сталинский период». Причем, все рассуждения на эту тему ведутся в ироничном ключе, с оттенком явного цинизма. Дескать, о каких вредителях и «врагах народа» можно говорить, когда их не было. Между тем, документы, опубликованные в годы разгула рыночной демократии убедительно доказывают обратное. Парадоксальность ситуации заключалась в том, что социалистическую плановую экономику в СССР пришлось создавать в условиях, когда все зрелое, образованное население страны, являлось в той или иной степени носителями общественной морали, сформированной в феодально-буржуазной России, не говоря уже о «иностранных специалистах», относительно хорошо работающих только на принципах «стимулирования», т.е. из-под палки, как животные. Поколение советских людей, родившихся после Гражданской войны, к 1940 году достигло своего 19-летия и не могло иметь хоть какого-то отношения к вопросам производственного и административного управления предприятиями и организациями. Поэтому, как говориться, греха на них нет. Все случаи идиотизма и преступности, имевшие место в социалистической экономики есть, в решающей мере, продукт воспитания и образования кадров, сформировавшихся в атмосфере рыночной продажности, эгоистических поведенческих стандартов.

Уже практически вся Европа оказалась не просто порабощенной, а сознательно фашизированной. Нападение фашистской Европы на СССР — дело времени. Ну, и как же работают «руководящие дяди», эти Корейки и Полыхаевы в Наркомате боеприпасов СССР?

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП(б) О РЕЗУЛЬТАТАХ ПРОВЕРКИ НАРКОМАТА БОЕПРИПАСОВ С ПРИЛОЖЕНИЕМ ЗАПИСКИ Л.З. МЕХЛИСА И Л.П. БЕРИИ

7 ноября 1940 г.
123 — Об аппарате Наркомата боеприпасов СССР

1. Поручить Управлению кадров ЦК ВКП(б) в двухдекадный срок укре-пить аппарат НКБ проверенными и технически подготовленными работни-ками, назначив, в первую очередь, начальников 1-го, 2-го и 3-го Главков. Предупредить начальника 4-го Главка т. Иванова, что если он в месячный срок не улучшит работу Главка, то будет снят с должности и привлечен к от-ветственности.

2. Заместителя наркома т. Толстова снять с должности, назначив его на-чальником Главснаб НКБ.

3. Снять с должности секретаря партийной организации НКБ т. Акатова как не справляющегося с работой.

4. Арестовать зам. наркома Хренкова и дело о нем передать НКВД.

5. В декабре заслушать на заседании Оргбюро ЦК ВКП(б) доклад руковод-ства наркомата и Управления кадров ЦК ВКП(б) о проделанной работе по укреплению аппарата НКБ.

ЦК ВКП(б) товарищу СТАЛИНУ СНК СССР товарищу МОЛОТОВУ

О РЕЗУЛЬТАТАХ ПРОВЕРКИ АППАРАТА НАРКОМАТА БОЕПРИПАСОВ СОЮЗА ССР

В соответствии с постановлением ЦК ВКП(б) от 26 сентября 1940 года Народный Комиссариат Госконтроля СССР и Народный Комиссариат Внутренних дел СССР проверил аппарат Народного Комиссариата боепри-пасов.

Проверку производили 55 работников Наркомата Госконтроля и НКВД СССР под руководством главного контролера Наркомата Госконтроля тов. Гафарова и заместителя начальника Главного Экономического управления НКВД СССР тов. Наседкина.

Проверка аппарата производилась путем личного ознакомления с сотруд-никами Наркомата, с их практической работой и изучения соответствующих документальных данных.

Одновременно с этим происходила проверка производственной деятельности 1-го и 2-го Главных Управлений и Главснаба НКБ.

Установлено, что промышленность боеприпасов находится в тяжелом положении.

За 9 месяцев 1940 года НКБ выполнил годовой план по валовой продукции всего на 68,1 проц., а по товарной продукции — на 61,3 проц.

В результате этого на заводах НКБ образовалось огромное количество про-дукции незавершенной производством. На 1 октября т.г. остатки незавершенного производства составили 1020 миллионов рублей против 688 миллио-нов рублей (по плану на 1 января 1941 года).

Работа НКБ ухудшается из квартала в квартал. План 1 квартала по оборонной продукции выполнен на 87,9 проц., II квартала — на 85,1 проц., III квартала — на 55,8 проц. За 9 месяцев 1940 года НКБ недодал Красной Армии и Военно-Морскому флоту 4,2 миллиона комплектов выстрелов сухопутной артиллерии, 3 миллиона мин, 2 миллиона авиабомб и 205 тысяч комплектов выстрелов морской артиллерии.

НКБ должен был выпустить в 1940 году вместо латунных артиллерийских гильз 5,7 миллионов железных. Не отработав технологического процесса, НКБ изготовил за 9 месяцев 1117 тысяч железных гильз, из которых 963 тысячи пошли в брак.

За то же время пошло в брак большое количество взрывателей новых кон-струкций ГВМЗ и МГ-8. Взрывателей МП и Д-1 при плане в 3,3 миллиона не сдано ни одной штуки.

Запуск в массовое производство недоработанных конструкций, системати-ческие нарушения технологических процессов и недоработка некоторых из них привели к образованию на заводах большого брака, убытки от которого по НКБ (без 3-го главка) составили за 8 месяцев 1940 года 167 миллионов рублей.

Неудовлетворительная постановка в НКБ планирования и комплектации, а также неравномерное выполнение планов по отдельным элементам выстре-ла (гильзы, корпуса, взрыватели) привели к скоплению на складах Народного Комиссариата Обороны и Народного Комиссариата Военно-Морского Флота на 1 октября 1940 года некомплектной продукции сверх нормы на 185 миллионов рублей.

Основная причина такого неудовлетворительного состояния производства предприятий НКБ заключается в слабости руководства наркома:

1. Оперативное руководство предприятиями в НКБ подменено изданием многочисленных приказов.

При наличии всего 80 предприятий нарком боеприпасов т. Сергеев за 9 месяцев т.г. издал 633 приказа (не считая приказов по личному составу). За тот же период 4-мя главными управлениями НКБ издано еще 1079 приказов.

В ряде приказов исполнителям давались явно нереальные сроки. Так, например, в приказе № 203с директору Тульского завода № 176 предлагалось «построить фосфатировочное отделение цеха № 4, смонтировать ванны и сдать в эксплуатацию». Приказ был подписан 5 июня, сдан для рассылки 7 июня, а срок исполнения указанной в приказе работы был определен 8 июня.

Приказом № 189с завод № 144 обязывался «не позднее 1 июня 1940 года разработать графики работы цехов на июнь месяц с учетом покрытия недоделок за апрель — май месяцы». Этот приказ был подписан 31 мая, а прибыл на завод после истечения установленного срока исполнения.

Приказом за № 151с отмечается плохое состояние техники безопасности на заводах. Пунктом 8-м исполнители обязуются представить т. Сергееву на утверждение 29 апреля план работ, а сам приказ подписан 4 мая.

Контроля за исполнением приказов в НКБ нет, а сами приказы носят часто декларативный характер. Приказом № 151с от 4 мая начальники 1, 2 и 3 главков обязывались к 10 мая «разрешить вопрос об использовании или ликвидации бракованной продукции и запретить впредь хранить таковую на заводах в больших количествах». Этот приказ не выполнен, и заводские дво-ры завалены бракованной продукцией.

Точно так же обстоит дело с пересмотром норм загрузки и хранения взрыв-чатых веществ и материалов на заводах. По приказу т. Сергеева эту работу должны были закончить в мае «с тем, чтобы перегруз мастерских и цехов ВВ не превышал установленных норм». Этот приказ также не выполнен, о чем, в частности, свидетельствуют известные ЦК ВКП(б) и СНК СССР факты по 9-му и 80-му заводам.

2. В НКБ ведется огромная переписка, загружающая аппарат.

Так, 4-е главное управление Наркомата за 9 месяцев 1940 года представило на имя наркома и его заместителей 355 докладных записок; технический от-дел наркомата — 309 докладных записок.

За 3 квартал т.г. в НКБ ежедневно поступало с завода и строек в среднем по 1400 писем и отправлялось 880.

За тот же срок НКБ направил в правительственные органы (Совнарком, Комитет Обороны, Экономсовет и Хозяйственный Совет) 1220 писем, т.е. свыше 5 писем в день. Значительное количество вопросов, поставленных в этих письмах, не носили принципиального характера и могли быть разре-шены непосредственно самим наркоматом или его главками.

3.Широко применялась система наложения взысканий и снятия с работы руководящего состава предприятий, цехов и смен.

За январь — август т.г. нарком боеприпасов наложил на 72 руководящих работника 149 взысканий; начальнику 1-го главного управления Горину было вынесено 10 взысканий; бывшему директору завода № 12 Сорокину — 7 взысканий. На того же Сорокина начальник 1-го главка наложил дополни-тельно еще 3 взыскания. Директор завода № 142 Ножкин имеет 15 взыска-ний; директор завода № 113 Чашин — 8 взысканий.

Наряду с этим в короткие перерывы между взысканиями некоторые ди-ректора заводов премировались за успешную работу.

Так, директору завода № 4 Брук 11 февраля было объявлено предупрежде-ние за невыполнение плана (приказа № 52), 14 марта он был премирован месячным окладом за выполнение плана (приказ № 97с), 23 апреля ему объ-является выговор за плохую организацию производства (приказ № 144с), а 29 апреля он премируется 2-месячным окладом. Директор завода № 10 Бодров в 1940 году получил 5 взысканий и 2 премии.

За полтора года наркоматом снято с работы 26 руководителей предприятий и 18 главных инженеров. Только на заводе № 78 за это время в цехе № 4 было сменено 5 начальников, 8 заместителей начальников и 14 начальников отде-лений, а в цехе № 2 — 3 начальника, 5 помощников начальников и 3 старших технолога; на заводе № 9 сменено 22 начальника смен и 15 мастеров.

При отсутствии в системе НКБ достаточного количества инженеров НКБ за 7 месяцев 1940 г., по неполным данным, уволил с завода 1226 дипломиро-ванных инженеров.

4. Тов. Сергеев плохо разбирается в людях, не умеет их распознавать. Боль-шим доверием у него пользовался Иняшкин — заместитель наркома по кад-рам (снят с работы в процессе проверки НКБ). Этому Иняшкину т. Сергеев передоверил все дело подбора и расстановки кадров. В результате Иняшкин, отличавшийся безделием, пьянством и самоснабжением, развалил работу по кадрам. На руководящую работу в наркомате и главках Иняшкин выдвигал негодных людей, засорял аппарат наркомата политически сомнительными и малоквалифицированными работниками.

Среди сотрудников наркомата имеется 14 бывших офицеров царской ар-мии, 70 выходцев из дворян, помещиков и кулаков, 31 судившихся за раз-личные преступления, 17 исключенных из ВКП(б), 28 имеющих родственни-ков за границей, 69 человек, родственники которых репрессированы за ан-тисоветскую работу, и т.д.

Многим из этих лиц не место в аппарате НКБ. Между тем в 1940 г. в порядке сокращения штатов из центрального аппарата удалено 171 член ВКП(б), 166 инженерно-технических работников. Само сокращение было всецело передоверено Иняшкину и начальникам главков.

Характерно, что на руководящей работе в НКБ находились 10 человек, которые ранее вместе с Иняшкиным работали на заводе №11, как-то: Ши-банов — зам. наркома, Ефремов — нач. 2-го главка (арестован), Черняев — зам. главного инженера 2 главка (арестован), Кузьмин — нач. мобилизаци-онного отдела 2 главка и другие.

5. Другой заместитель наркома Хренков Н.М. до выдвижения на эту работу (июнь 1939 года) возглавил управление комплектации наркомата, которое подчинено ему и сейчас. Как в 1939 году, так и в 1940 году управление комп-лектации работает из рук вон плохо.

Проводимая Хренковым работа вызывает явное подозрение во вредительстве.

План 3940 гола по сдаче Наркомату Обороны комплектных выстрелов по сухопутной артиллерии за 9 месяцев выполнен только на 57,7 проц., по авиа-бомбам — на 59,9 проц.; по сдаче продукции Наркомату Военно-Морского флота — на 58,5 проц. План сдачи выстрелов по крупным калибрам сорван: не сдано ни одного выстрела для 152 мм пушки «БР-2», 210 мм «БР-17» и 280 мм мортиры «БР-5».

Также плохо работает руководимый Хренковым мобилизационный отдел, Осенью 1939 года к развертыванию работы по мобилизационному плану заводы наркомата оказались неподготовленными.

В октябре 1940 года, будучи председателем комиссии по выявлению при-чин и виновников взрыва 175 тонн пороха на заводе № 9, Хренков пытался в своем заключении смазать действительные причины взрыва и отвлечь от ныне арестованных виновников взрыва.

6. Заместитель наркома толстоВ Г.А. работает недобросовестно. Будучи председателем комиссии на заводе № 53 по выяснению причин массового брака капсюлей-воспламенителей «Шкасс», Толстой пытался замазать ис-тинные причины брака, скрыть имевшие место на заводе № 53 нарушения технического процесса, а равно скрыть виновников брака 159 млн капсюлей-воспламенителей.

7. Начальник 1-го Главного управления (производство взрывных веществ и снаряжение) НКБ — Горин С.П., по специальности механик химического машиностроения, не обеспечивает руководства работой Главка и заводов.

Головой план по оборонной продукции за 9 месяцев т.г. выполнен главком всего лишь на 57,5 проц.

Будучи директором завода № 80, т. Горин с работой не справлялся. Вы-двинутый на должность начальника главка вследствие своих личных связей с бывшим зам. наркома Михайловым, Горин охватить работу не сумел и не обеспечил выполнения производственной программы.

Отделы главка (плановый, технический, капитального строительства и дру-гие) работают неудовлетворительно.

По заводам №№ 12. 15 и 56 на второй квартал было запланировано сна-ряжение 76 мм дистанционных гранат, а производство для них дымоблеско-усиливающих шашек «ДУ-5» не было запланировано. В результате план сна-ряжения гранат Главком был сорван и на заводах скопилось 720,8 тысяч не-снаряженных корпусов гранат.

Из 200 технологических процессов, подлежащих утверждению по приказу НКБ к 1 сентября, т. Горин к 11 октября утвердил только два.

Годовой план капитального строительства за 8 месяцев т.г. выполнен всего на 40,5 проц., а план ввода в эксплуатацию новых объектов — на 14.0 проц.

8. Начальник 2-го главного управления (капсюльно-взрывательное) НКБ — Ефремов (ныне арестован) не принял меры к ликвидации массового брака капсюлей-взрывателей «Шкасс».

За 9 месяцев 1940 г. брак по этим капсюлям составил 159 млн штук. В мас-совом браке капсюлей-взрывателей «Шкасс» вместе с Ефремовым виновен также зам. главного инженера Главка Черняен А.Ф. (ныне арестован), кото-рый являлся инициатором перехода без достаточной подготовки и проверки на лакировку капсюлей идиголовым лаком вместо шеллачного. Убытки от брака за 8 месяцев по Главку составляют 49,7 миллионов рублей.

Ефремов сорвал выполнение ряда важнейших решений Правительства, в частности постановление Комитета Обороны № ЗЗ5сс от 26.У1Г.1940 года об изготовлении НКАГТ авиасвечей ВГ-2 и ВГ-12.

9. Также не справляется с работой начальник 3-го Главного управления (производство порохов) НКБ Дынкин Н.П.

Годовой план по Главку за 9 месяцев по оборонной продукции выполнен только на 64,3 проц.

Техническое руководство заводами запущено.

Ряд технологических процессов (производство пороха марки А-19 и П-45 и из сырья РП) не был достаточно отработан. На исполнение недоброкаче-ственной продукции пороха только по 4 заводам (№№ 9, 14, 40, 204) было в 1940 году израсходовано 745 тысяч декалитров спирта.

Не уделяя должного внимания постановке техники безопасности на заво-дах, Дынкин передоверил этот серьезный участок работы малоквалифициро-ванному работнику Макееву.

Директору завода № 9 Дынкин дал разрешение на хранение преступно за-вышенной нормы пороха в производственных зданиях завода. На этом заводе 26 сентября т.г. имел место взрыв пороха, в результате которого погибло 15 человек и тяжело ранено 18 человек.

Крепко запутано в Главке дело снабжения заводов.

Заводу № 6 в июне т.г. было занаряжено 3 тонны кристаллического наф-талина, в то время как завод нафталин не заказывал. Заводу № 40 было пред-ложено заключить договор с Петровским заводом № 323 на постановку 5 тысяч пеналов под заряд 203/50. Имея большие запасы пеналов, завод № 40 трижды отказывался от их получения. Однако Главк продолжал засылать не-нужные пеналы, прекратил их отгрузку лишь после третьего протеста завода.

Заводу № 59, имевшему 9-месячный запас центролита, до самого послед-него времени Главк продолжал засылать центролит, несмотря на просьбы завода прекратить его отгрузку. В то же время завод № 6 совершенно не имел центролита и остро нуждался в нем.

10. Предприятия 4-го Главного управления (производство корпусов снаря-дов) за 9 месяцев выполнили годовой план по оборонной продукции лишь на 51,5 проц.

Убытки от брака по заводам Главка за 8 месяцев составили 67,2 миллиона рублей.

Начальник Главка Иванов Н.Д. никаких действенных мер к ликвидации брака не принимал. Никто из виновников брака к ответственности не при-влечен. Принятая в Главке система учета брака не отражает действительного положения.

11. Главки Наркомата, его отделы и управления засорены малоквалифи-цированными и политически сомнительными людьми. НКВД СССР аресто-вано 8 человек руководящих работников НКБ (начальник 2-го Главка Ефре-мов, зам. главного инженера того же Главка Черняев, начальник Главснаба Купер, член технического совета Сидора, начальник секции технического совета Янов, начальник технического отдела Тольский, инженер-диспетчер Дацук, инженер Паршин).

В результате проверки установлена необходимость увольнения из системы НКБ 62 человек.

Подлежат снятию с должности, как не справившиеся с работой, 49 человек.

Списки подлежащих увольнению с характеристиками при этом прилагаются.

Нынешнее руководство Наркомата Боеприпасов, по нашему мнению, не в состоянии выправить создавшегося положения и справиться с задачами, стоящими перед промышленностью боеприпасов. Прежде всего это касается самого наркома боеприпасов т. Сергеева. Считаем необходимым:

1. Поручить Управлению кадров ЦК ВКП(б) в двухдекадный срок укрепить аппарат НКБ проверенными и технически подготовленными работниками, назначив в первую очередь начальников 1-го, 2-го и 3-го главков. Предупре-дить начальника 4-го Главка т. Иванова, что если он в месячный срок не улучшит работу Главка, то будет снят с должности и привлечен к ответствен-ности.

2. Заместителя наркома т. Толстова снять с должности, назначив его на-чальником Главснабжения НКБ.

3. Снять с должности секретаря партийной организации НКБ т. Акатова как не справляющегося с работой.

4. Арестовать зам. наркома Хренкова, и дело о нем передать НКВД.

5. В декабре заслушать на заседании Оргбюро ЦК ВКП(б) доклад руковод-ства наркомата и Управления кадров ЦК ВКП(б) о проделанной работе по укреплению аппарата НКБ.

Приложение: по тексту.

Народный комиссар Государственного Контроля Союза ССР
Л. МЕХЛИС
Народный комиссар внутренних дел Союза ССР
Л. БЕРИЯ
5 ноября 1940 года

АП РФ. Ф. 3. Оп. 58. Д. 343а. Л. 155-164. Подлинник. Машинопись.

P.S. В мемуарах фашистских солдат и офицеров, практически, всех основных родов войск, частенько отмечались факты отказа боеприпасов. Т.е. в одних случаях снаряды и бомбы не взрывались, когда это было нужно, в других случаях, наоборот. В мемуарах солдат и офицеров Красной Армии, тем более, вышедших в эпоху разгула свободы слова, воспоминаний о ненадежности боеприпасов не зафиксировано. Причем, некоторые авторы обращают особое внимание на то, что не помнят отказов боеприпасов. Нехватку боеприпасов помнят. Причина нехватки указана в материалах постановления ЦК ВКПБ. Отказов боеприпасов, не помнят случая. Видимо, чистка, проведенная среди руководства НКБ осенью 40-го года была абсолютно оправданной и «каждая сестра получила» только то, что заслужила.
Сентябрь 2012

Источник статьи

Реклама
 

Метки: , , , ,

Демократический централизм, как питательная среда для размножения «бацилл» оппортунизма в коммунистической партии (Продолжение)


«Коммунистическое общество», если коротко сформулировать смысл этого словосочетания, означает общество, организованное в точном соответствии с требованиями объективных законов развития. Поэтому, когда мы говорим коммунистическое мировоззрение, подразумеваем, прежде всего, научное мироосмысление, а когда мы говорим научное мироосмысление, подразумеваем только коммунистическое мировоззрение, но никак не «из воздуха» сконструированную идеологию, подобную многочисленным религиозным, националистическим и расовым идеологиям. Коммунистическое мировоззрение не является идеологией в ее первородном смысле, хотя именно это слово прижилось и в «капээсэсной», и в демократической литературе.

Максимально ШИРОКАЯ, не ограниченная никакими догмами и предрассудками, открытая для непрерывного развития, система научных ИСТИН, сформулированных теоретически, проверенных и используемых в практической деятельности, это и есть коммунистическое мировоззрение, т.е. научное мироосмысление.

Тот факт, что коммунистическое мировоззрение до сих пор не стало планетарно массовым, объясняется лишь историческим субъективным обстоятельством. Начиная с рабовладения и кончая современным демократически-олигархическим капитализмом, главной заботой господствующих социальных кланов являлось поощрение полной безграмотности основной массы демоса и дипломированного узкопрофессионального кретинизма в среде т.н. интеллигенции, на что и «заточена» вся «болонская» система, формирующая постояльцев «Дома-2» и завсегдатаев «камедиклаба».

Но, не членство в коммунистической партии делает мировоззрение индивида научным, а наоборот, добросовестный подход к изучению объективного мироздания неизбежно приводит субъекта к выводу не только о том, что современное общество устроено (во множестве своих черт и отношений) по-идиотски, но и о том, какие объективные предпосылки уже позволяют построить общество абсолютно гармоничных отношений между людьми, т.е. коммунистическое общество.

Поэтому, хотя коммунистом сегодня называют любого члена коммунистической партии, но, к сожалению, не каждый член коммунистической партии, на самом деле, является коммунистом. Очень легко стать членом современной коммунистической партии, но очень трудно стать полноценным коммунистом, т.е. носителем научного мироосмысления.

Многие честолюбивые молодые люди, с детства страдающие умственной леностью, вместо того, чтобы идти по пути добротного овладения теорией марксизма-ленинизма, т.е. «краеугольным камнем» научного мироосмысления, торопятся вступить в РКСМ(б), стать членом её ЦК, а еще смешнее, председателем идеологической комиссии и… тешить свою самовлюбленность позерством бездумным и безрезультатным. Многие, «комсомольцы», вставшие на этот путь, никак не поймут, что, если мироосмысление недостаточно научное, оно, в конечном итоге, всегда антикоммунистическое. Именно этим можно объяснить, например, факт массового участия советских шахтеров, металлургов, транспортников (среди которых было много комсомольцев, т.н. молодых «кумунистов») в забастовках 1990 года, т.е. в уничтожении социализма в СССР.

Невозможно, чтобы мироосмысление было научным, но не коммунистическим. Если индивид провозглашает себя антикоммунистом, то это, прежде всего, потому, что содержимое его сознания — ненаучно. Антинаучных мировоззрений может быть бесконечное множество, как детских народных сказок. Это убедительно доказывается наличием огромного количества политических партий, религиозных конфессий, уфологических «открытий» и, противоречащих друг другу, экономических учений. А научная истина, как известно, в любой области знаний и деятельности, по каждому поводу — одна.

Мозг, усвоивший таблицу умножения, не способен давать ошибочные ответы при умножении, если только его насильно не принуждать ошибаться.

В мире нет ни одной политической партии, кроме коммунистической, которая открыто заявляет, что намерена строить свою деятельность на научной основе. Руководители некоммунистических партий, напротив, даже не заикаются об этом, поскольку привнесение научной точки зрения в массовое сознание неизбежно приведет общество к глубоко осмысленному отказу от буржуазного парламентаризма, от услуг олигархов и религиозных иерархов. В свете этого, понятно, почему современные партии называют, например, одну — партией Явлинского, другую — партией Жириновского, третью — партией Зюганова, четвертую — партией Путина. Только партия, состоящая из недостаточно образованных членов и возглавляемая агностиками, превращается однозначно в партию «имени своего вождя».

«Не обошла чаша сия» и Ленина со Сталиным, когда недостаточно подготовленные в научном отношении члены РКП (о чем не раз с горечью писал сам Ленин) называли себя то ленинцами, то сталинцами, то троцкистами. Они не обладали необходимым уровнем знаний и потому, на каждом крутом историческом повороте, метались от вождя к вождю по нескольку раз, а достаточно часто и двурушничали. Требовались титанические усилия Ленина и Сталина, чтобы доказать малограмотным, но горячим пролетарским головам, научную обоснованность того или иного их политического шага.

Сталин честно и самокритично писал в некоторых своих трудах, что, порой, сам недопонимал отдельные, позднее доказавшие свою гениальность, предложения Ленина. Одна из причин того, что Сталин лучше своих соперников понял учение Ленина, базируется и на том, что, даже в неимоверно суровых условиях ссылки в Туруханский край, Сталин, в отличие от Бухарина и прочих своих будущих оппонентов, напряженно занимался самообразованием, что и позволило ему осуществить беспрецедентные, в истории человечества преобразования, и обеспечить прочное международное положение руководимой им сверхдержавы, которое она ни разу не занимала в истории, даже при Петре I.

Несколько осмысленнее выглядит ситуация, когда члены партии именуют себя большевиками или меньшевиками, отзовистами или центристами, левыми коммунистами или правой оппозицией, обозначая, тем самым, не только преданность вождю, а некоторое понимание содержания своей позиции. Однако фракционность в партии всегда является следствием малограмотности основной массы партийцев. Когда же некоторые современные товарищи, рекламируя себя, заявляют, что именно они «партия Ленина-Сталина», они расписываются в собственной научно-теоретической организационной немощи, спекулируя на великих именах, надеясь дешевым цитатным способом облегчить себе приобретение авторитета в глазах трудящихся.

Разумеется, имена Ленина и Сталина достойны ежедневного многократного восхваления, но не самозваного возложения света этих имен на свои плечи.

Строго говоря, сегодня в мире нет ни одной партии, которая имеет право называть себя коммунистической, тем более Ленинско-Сталинской, поскольку в современном мировом информационном пространстве, во-первых, нет ни одного периодического издания, ни одного теоретического центра, ни одной личности, научный авторитет которых бы был признан в среде большинства участников левого движения, а во-вторых, ни одна современная коммунистическая партия не имеет необходимого влияния на реальное пролетарское движение ни в одной стране мира. На этом направлении имеются незначительные положительные фактики, но чрезвычайно скромные, чтобы не сказать «скоромные».

Дело, пока, чаще всего, доводят до абсурда. Например. Не так давно, одна из молодежных организаций, РКСМ(б), опубликовала проект «программы», который, по мнению группы составителей, должен послужить основой для регистрации очередной коммунистической партии. Авторы информируют, что «проект подготовлен Программной и Идеологической оперативными [хорошо ещё, что не опереточными, В.П.] группами ЦК РКСМ(б) в мае 2012 года…» и, о том, что «Революционный Комсомол будет очень благодарен за отзывы и критические замечания, которые просим оставлять в комментариях на сайте…».

Дескать, поскольку сами мы не очень уверены в верности того, о чем пишем, а научные кадры готовить лень, да и, как это делать, не знаем, постольку Р-р-революционный Комсомол будет очень благодарен за отзывы и критические замечания, особенно, если их пришлют Павел Воля, Алексеева и Новодворская. Подайте здравых идей, кто сколько сможет. Тем самым, подумали идеологические «опера», мы продемонстрируем всем, какие мы демократичные и идеопластичные, какие мы притягательные.

Многие современные молодые коммунисты не понимают, что коммунистическая партия, это не дискуссионный клуб, а организация авангардного типа. Она не должна иметь ничего общего с хвостистами потому, что коммунисты ОБЯЗАНЫ ЗНАТЬ объективные законы общественного развития лучше членов любой другой пролетарской партии и должны быть готовыми выступить в роли компетентных «лоцманов», «штурманов» и умелых «капитанов» во время любого политического «шторма», а не просить невесть кого помочь в составлении грамотной программы.

Было бы по-большевистски, если бы идеологические «опера» РКСМ(б), создав программу своей партии, обратились к записным «советчикам» с просьбой не тратить время на советы, а показать практически, как нужно писать программу, строить настоящую коммунистическую партию, если они в этом разбираются.

Но, раз оперативные работники идеологической группы РКСМ(б) просят совета, то почему бы не посоветовать изучить теорию марксизма так, как она этого заслуживает.

Могут ли компетентно написать коммунистическую программу члены РКСМ(б), если они не успели еще ОСВОИТЬ ДОЛЖНЫМ ОБРАЗОМ «Капитал» Маркса? Нет, не могут. А могут ли они понять вполне «Капитал», не изучив «Науку логики» Гегеля. Невозможно, решительно и твердо заявлял по этому поводу Ленин. Можно ли найти какие-либо признаки того, что кто-либо из членов РКСМ(б) выполнил ленинский завет молодежи: учиться коммунизму? Признаков нет. Но у таких членов хватает совести, не выполнив главного завета Ленина, данного им коммунистической молодежи, не сумев создать ни серьезной газеты, ни содержательного сайта, вокруг которого ощутимо сплотились бы пролетарии умственного и физического труда, браться за написание программы коммунистической партии, после того, как Ленин разработал важнейшие установки двух осуществленных партийных программ. Достаточно внимательно изучить работу Ленина «Детская болезнь» левизны в коммунизме», чтобы опереться на победоносную часть ленинского опыта, развивать его, а не заниматься политическим «самогоноварением».

Кто изучал историю становления большевистской Программы РСДРП, тот помнит, что Ленин был наиболее активным инициатором создания ежедневной газеты и, на основе её публикаций, организации единой марксистской партии в России. Ленин предложил сформулировать единую Программу действий, исходя из уже очевидного факта недостаточности «Манифеста КП» для придания коммунистическому движению в России продуктивного характера. Будучи человеком скромным, Ленин предложил товарищам, уже известным своим большим стажем политической деятельности, написать проекты Программы. Однако, познакомившись с содержанием этих проектов, Ленин «загрустил» и был вынужден самостоятельно написать, действительно, научно содержательную Программу, которую, затем, не «рихтовал» с помощью случайных советчиков и рецензентов, а отстаивал её на втором съезде РСДРП, как единственно верный, всесторонне обоснованный марксистский вариант.

Каждый литератор, политик, если он, действительно, горячо озаботился проблемой создания партии, основу которой составляет научное мироосмысление, если у него в друзьях не числится Энгельс, ОБЯЗАН сам работать над текстом и редактировать его до тех пор, пока, как Маркс и Ленин, не убедится в его научной безупречности.

Одно дело — предложить населению страны тему для массового обсуждения, например, экономических проблем социализма в СССР, но совсем по-идиотски выглядит партия, которая предоставляет на всенародное обсуждение свою Программу.

Однако в КПСС хрущевской поры и в других демократических партиях, в связи с нехваткой ума и совести, раз за разом стали без стеснения предлагать на всенародное обсуждение свои сырые проекты. Провальный опыт КПСС учит, что после того, как в партии под руководством безграмотного Хрущева возобладал «коллективный разум», новая программа КПСС и все решения партии того периода приобрели глубоко эклектичный характер и оппортунистическое содержание. Дурной пример заразителен. После Хрущева наиболее значительные документы стали систематически превращаться в предмет «всенародного обсуждения», а потому утратили свое авангардное научное содержание, теряя стратегичность, переполняясь трескучими лозунгами, благими пожеланиями и оппортунистическими «истинами».

Никакой «консилиум», никакое голосование, никакое мнение большинства не добавляет документу научности, если автор текста и голосующие не обладают бескомпромиссным научным мироосознанием.

Могут возразить, что решение будет правильным, если совещаются СПЕЦИАЛИСТЫ, компетентность которых не вызывает сомнений друг у друга. Ну да, в квартете, описанном Крыловым, ни у козла, ни у осла, ни у мартышки, ни, тем более, у медведя, не возникало сомнений по поводу компетентности друг друга. Взаимоуважительное отношение официально признанных экспертов не ГАРАНТИРУЕТ, что, субъекты, испытывающие глубокое почтение к уровню компетенции друг друга, действительно, являются специалистами, в полном смысле этого слова. Как, например, современный кинорежиссер может определить степень компетентности инженера, а юрист — компетентность технолога? Ясно, что, кто-кто, а современный рыночный экономист вообще никому и ничего объяснить не сможет.

Сегодня часто собираются «восьмерки», «двадцатки» президентов, премьер-министров, избранных с помощью демократических процедур, «компетентность» которых, во-первых, в соответствии с конституцией, утверждена голосами большинства избирателей, а во-вторых, тем не менее, требует многочисленных советников и референтов по всем вопросам. Смешно представить Рейгана, Буша или Ельцина без советников. Возможно, что избранные государственные руководители и уважают мнение друг друга, но, как видим, из года в год, их обмен мнениями, принятие тривиальных решений не сопровождаются оздоровлением экономической ситуации в мире. Единственное, в чем собравшиеся неизменно проявляют компетентность и добиваются консенсуса, это в вопросах организации переворотов, экономических блокад и бомбардировок в своих бывших колониях. Легче всего быть компетентным в области разрушений.

Редакция «Прорыва» убеждена, что, если провести эксперимент: посадить за один стол на неограниченное время всех живых лауреатов нобелевской премии в области экономики, предоставить по их требованию всю необходимую информацию, то, как бы тщательно не соблюдалась демократическая процедура выработки и принятия ими решения, за что бы не проголосовало большинство лауреатов, решение это не будет, во-первых, обязательным ни для кого, а во-вторых, не будет иметь никаких положительных последствий, поскольку все современные нобелевские лауреаты в области экономики — фантастически профанированные, комплиментарные литераторы, подгоняющие свои решения под «ответ в конце задачника» и, только поэтому, получающие премии.

Могут спросить, а разве, в действительности, не существуют специалисты в области экономики, разве крупные фирмы не нанимают, не перекупают друг у друга знатоков, специалистов в области управления, известных не только высокими практическими результатами, но и теоретическими трудами. Разве это не делается ВСЕМИ фирмами, желающими себе успеха.

А разве есть в мире фирмы и страны, не побывавшие в предбанкротной или банкротной ситуации?

А разве у ВСЕХ фирм есть средства, чтобы перекупить «лучших» менеджеров? А разве перекупка менеджеров и специалистов одной фирмой не означает сознательное снижение эффективности другой части общественного производства?

Следовательно, значительная часть рыночной системы, в силу наличия подобной практики, безусловно обречена на неэффективное, заведомо неконкурентное, низкое качество управления, что и является второй важной предпосылкой к возникновению кризисов. На свое одностороннее преимущество и рассчитывали французские и германские олигархи, когда создавали зону евро, планируя удушение греческих, испанских, португальских, итальянских и всех других своих конкурентов, в соответствии с людоедскими теориями абсолютных и относительных торговых преимуществ.

Усилия успешных фирм всегда направлены на УНИЧТОЖЕНИЕ конкурентов во всемирном масштабе, т.е. на нанесение им заведомого ущерба и превращения их многомиллиардных затрат в средства, выброшенные на ветер? И если одни фирмы побеждают, то не много есть оснований утверждать, что и проигравшей фирмой руководили компетентные экономисты.

Недаром, один из американских бестселлеров, уже переживший многократное переиздание только на русском языке, называется «Маркетинговые войны». Но такова уж сущность рыночной демократии: удушение окружающей экономической среды, поскольку именно в конвульсиях конкурента истинный рыночный демократ, победитель находит себе животное удовлетворение. «Пусть лучше пузо лопнет», такова рыночная шутка, в которой вся доля — правда. Из подобной мировоззренческой позиции вытекает политика ТНК. Именно из этого рыночного мировоззрения «растут ноги» доктрины Даллеса, программы Фулбрайта, деятельности Бжезинского, концепции Джина Шарпа, теории «золотого миллиарда», людоедской концепции «Устойчивого развития», стратегии ядерной войны, «цветных революций» и «арабских весен»…

Научное мироосознание как важный критерий степени очеловечивания индивида.

Животные ведут себя как животные именно потому, что таково устройство их психики. Редкое животное не гадит там, где ест. Дрессура — есть привнесение в животную психику элементов, делающих животных пригодными для использования человеком. Например, воспитание тупой покорности. Животные, как и многие типы наемных работников, естественно, не понимают этой «тонкости» и, поэтому, всю жизнь безропотно тянут свою лямку из-под палки [стимул — палка, перев. с др. греч.], и в поле, и в цирке, в конце концов, превращаясь в бифштексы и безработных.

Повсеместное увеличение пенсионного возраста в странах развитой рыночной демократии и есть издевательская благодарность класса предпринимателей за тупую выдрессированную покорность класса наемных работников Запада, с интересом наблюдавших, в свое время, за борьбой американских монополистов против СССР и, в частности, против советской пенсионной системы, вынуждавшей западных бизнесменов устанавливать и в развитых рыночных странах пенсионные возрасты, аналогичные советским.

Как известно, мозги разных животных развиты неодинаково. Но даже у дельфина и обезьяны мозги не приспособлены для выработки мировоззрения. Эти животные реагируют адекватно на музыку, совершают действия с кнопками японской электронной аппаратуры, но не способны на научное мироосознание.

Обладание всеохватным научным взглядом на мироздание — потенциальная привилегия каждого человека, но, не используемая большинством индивидов в силу недостатков современного социального устройства, обучения и воспитания детей по болонской системе и, следовательно, хронической лености ума большинства демоса.

Все физиологически здоровые люди, в отличие от животных, обладают широким или узким, но мировоззрением, т.е. способностью охватывать в сознании области, в той или иной степени выходящие за рамки сугубо биологических потребностей, заглядывая вперед вплоть до бесконечности и сознательно выстраивая новые социальные модели, сначала, в сознании, затем, на практике или… беспринципно приспосабливаясь к сиюминутным требованиям парламента, церкви.

В зависимости от степени адекватности представлений о мире и их глубине, люди делятся на консерваторов, творцов и обывателей. При гармоничном социальном устройстве общества две последние категории людей успешно осуществляют свои большие и малые модели счастья. Но в условиях рыночной экономики, обыватели, как и многие творческие личности, вынуждены трудиться при тирании консерваторов, т.е. субъектов с весьма примитивным, узким, товарно-денежным горизонтом мировоззрения. В связи с этим, при рыночной демократии и обыватели, и творцы обречены на многократные трагические повороты судьбы, вызванные непредсказуемыми просчетами консерваторов, т.е. представителей крупного бизнеса.

Наличие антикоммунистов, в том числе и с университетскими дипломами, свидетельствует лишь об их мировоззренческой инвалидности, о гипертрофии одних и атрофии других зон их памяти и логики в коре головного мозга. Такие субъекты подобны физическим инвалидам, например, «колясочникам», которые, в силу травм позвоночника, имеют сильные руки, «накачанные» многими годами вынужденного вращения колес, но атрофированные мышцы ног.

Легко понять социальные корни узости и однобокости мировоззрения большинства бизнесмена. Не только мелкие и средние предприниматели, особенно в странах Азии, Африки и Латинской Америки, даже наркобароны и их наследники, не имеют вообще никакого научного образования (в т.ч. экономического), но и крупные бизнесмены развитых стран, особенно дети олигархов, получившие грандиозный бизнес своих родителей в наследство. Их паразитическое бытие с детских лет определило узость горизонта их сознания. Гарвард и Стэнфорд лишь добавляет чванства этим детям, а не научных знаний.

Да и некоторые современные физики, освоившие математический аппарат, но пренебрегающие достижениями гегелевской диалектики, довольствующиеся, в лучшем случае, «философией» махизма, совершенно омертвили те участки своего головного мозга, которые отвечают за научную добросовестность, творческое, предметное логическое мышление и, поэтому, чаще всего, они не могут внятно объяснить суть мира физических явлений, превращая науку в своеобразную веру, усвоение которой большинством, возможно лишь в форме зазубривания.

Истории неведомы примеры, когда бы индивид обладал научным мироосознанием и был односторонен, пассивен, антиобщественен, реакционен, не продуктивен. Деятельность именно данного типа людей во все эпохи формировала новые научные направления, концепции более совершенного социального устройства. Религиозные иерархи и нацисты отправили немало носителей научного мироосознания и их книг на костер, чтобы на некоторое время притормозить прогресс человечества во имя своих личных эгоистических интересов.

Самые значительные следы в истории человечества оставили люди, всесторонне развитые, с широким и глубоким научным мироосознанием: Леонардо да Винчи, Ньютон, Декарт, Маркс, Менделеев, Ленин, Сталин, Курчатов, Королев.

Пока у руля строительства коммунизма в СССР стояли люди, обладавшие широким научным мироосознанием: Ленин, Сталин, Фрунзе, Киров, Куйбышев, Дзержинский, Орджоникидзе, Берия, Молотов, Калинин — развитие СССР шло в сторону коммунизма, и путь этот был отмечен не только победами в политической борьбе, в войнах, но и победами в образованности и в трудоустроенности населения, в балете, в шахматах, в космосе и мирном использовании атома.

Но, после того, как во главе партии встали носители мелкобуржуазного мировоззрения, как-то Хрущев, Андропов, Горбачев с Яковлевым и Ельциным, КПСС стала постепенно обуржуазиваться, хотя после смерти Сталина, его модель социализма выдержала более 35 лет издевательств над наукой.

Необходимо понимать, что научное мироосознание не вручается члену коммунистической партии вместе с партийным билетом. Оно приобретается самоотверженным, напряженным творческим умственным трудом. Если же этого нет, то такой член партии является лишь членом и, не более того, причем, независимо от занимаемого поста, на который удалось пролезть, пользуясь пороками и лазейками, органически присущими демократическому централизму. Такой член партии способен играть только роль Герострата замедленного действия.

Коммунистическое мировоззрение не противопоставляет себя никаким конкретным наукам, как какая-то особая наука. Напротив, овладеть коммунистическим мировоззрением это значит, прежде всего, освоить все те интеллектуальные богатства, которые выработало ЧЕЛОВЕЧЕСТВО за время своего существования, адекватно оценивая даже те научные открытия, которые замедляли прогресс человечества, и, тем более, все те открытия, которые, по сути дела, и являлись звеньями непосредственно общественного прогресса.

Например, открытие атомной энергии, являлось, безусловно, прогрессивным моментом в истории человечества, но, «благодаря» философской и потому мировоззренческой немощи, в частности, Бора, Ферми, Эйнштейна, Оппенгеймера, Рузвельта и Трумэна, атомная энергия, попав в руки американских империалистов, превзошедших в своём цинизме и римских, и испанских, и португальских, и французских, и британских, и голландских колонизаторов и работорговцев, воплотилась, естественно, в средство моментального уничтожения сотен тысяч японских ЖЕНЩИН И ДЕТЕЙ.

Коммунистическая постановка вопроса практически не отличается от той, которая лежит в основе успехов в области, например, машиностроения, информатики или медицины. Соединение любой отрасли человеческой деятельности с научным подходом, т.е. с использованием всей системы добытых человечеством знаний, приносит неизменные замечательные, прогрессивные плоды.

Спрашивается, почему же не удается, пока, повсеместно соединить экономику и политику с наукой так же однозначно, как это происходит, например, в авиастроении или в электронике? Было бы полезно выяснить, почему именно олигархи всего мира, а вместе с ними фашисты, либеральные и заурядные демократы, руководители всех религиозных конфессий так истерически, чаще всего, с оружием в руках выступают против такой простой и ясной постановки вопроса?

Почему медики, авиадиспетчеры обязаны, а предприниматели абсолютно не обязаны (по конституции) следовать, каким бы то ни было предписаниям науки, если только их не заставят сделать это при помощи налоговой политики и уголовного преследования. Почему в трудах Кейнса, Маршалла, Сэмюэлсона или Леонтьева нет ни одного доброго слова в адрес финансовых пирамид, а малообразованные предприниматели строили и строят безумные финансовые пирамиды?

Разумеется, это «тайна Полишинеля».

Рыночная экономика дрейфует по «большим волнам Кондратьева» именно потому, что бизнесмены всего мира, как и феодалы, имели и имеют право и не знать, и не учитывать требований науки. Более того, они активно борются за то, чтобы экономика оставалась навсегда ненаучной, т.е. рыночной.

Но, тем горше сознавать, что борьба против научной организации всей жизни общества велась и ведется не только магнатами и иерархами, но и мозолистыми руками, ценой крови и самой жизни безграмотных пролетариев умственного и физического труда, горлопанящих на Болотной площади за рыночную демократию, хотя именно эти митинговые массы больше всего и страдают от того, что современное мировое рыночное сообщество, вместе со ВСЕМИ своими политическими и финансовыми институтами функционирует на основе знаменитого, якобы, русского «авось».

Вся рыночная теория воспевает право предпринимателей на это самое «авось», интеллигентно называя проявления их НЕВЕЖЕСТВА — «рисками».

Шекспир позавидовал бы сценаристам спектакля, разыгрываемого уже много лет на глазах миллиардов «зрителей», которые продолжают верить, что риск — благородное дело, а не следствие дремучего невежества БИЗНЕСМЕНОВ, усугубленного их подростковым садизмом.

Частная собственность на основные средства существования как следствие животного мировосприятия

Многие миллиарды лет жизнь на Земле была связана, прежде всего, с борьбой отдельных особей и их объединений за существование, которая, в свою очередь, сводилась, прежде всего, к борьбе за источники питания. Только съев, т.е. окончательно и бесповоротно ПРИСВОИВ что-либо или кого-либо, сделав съеденное НЕДОСТУПНЫМ для других, это существо могло продолжить свой земной путь, испытывая приятное чувство сытости. Чувство отягощения в области желудка тысячелетиями закреплялось в психике живых существ, как основа для уверенного взгляда в ближайшее будущее. Это чувство досталось в наследство человеку в виде системы инстинктов, рефлексов, эмоций, которые по своей силе, как показала вся историческая практика, существенно превосходят и тягу к знаниям, и либидо и не угасают, а даже усиливаются в индивидах рыночного уровня развития, превращаясь для них в единственную радость, после того, как любознательность и либидо вообще перестали их посещать.

Проходили века. Рабовладельцев сменили феодалы, феодалов — финансисты, не менялась лишь животная мотивация их борьбы за присвоение в частную собственность как можно большего количества средств существования, земли и воды, чтобы на небольшой промежуток времени вновь потешить себя чувством пресыщенным. Недаром Сорос в одной из своих книг — «Кризис мирового капитализма», сам называет себя безразмерным желудком. Его борьба за «открытое общество» и ведется только ради того, чтобы удовлетворить свою личную потребность в мировом финансовом господстве. Это выглядит шизоидно, но это именно так.

Начиная с египетских фараонов, идея завоевания мирового господства меняла своих конкретных носителей, способы осуществления, но никогда не покидала сознания класса светских и церковных магнатов. В современных предпринимательских и религиозных средах найти кого-либо, кто отказался бы от персонального поглощения всего мирового «пирога», невозможно вообще. На пути к этой цели предпринимателей останавливает, как правило, лишь нежданное банкротство в ходе кризиса или пуля конкурента. А до того момента, ни один из них не ставит себе никаких границ роста. Они никогда не страдают отсутствием аппетита на «осла, раба и жену» ближнего своего.

Сидя на деньгах, как собаки на сене, предприниматели всего мира своей безграмотностью и бестолковостью, своими крахами и дефолтами, обрекают сотни миллионов детей и взрослых, на «волны Кондратьева», на муки ЕЖЕДНЕВНОГО ГОЛОДА, ставя их перед выбором между голодной смертью и крайними формами унижения. Частная собственность на ВСЕ основные средства производства каждый год оставляет сотни миллионов человек в рыночном мире без работы и, следовательно, без средств существования.

Воровство хлеба сегодня, еще вполне трудолюбивыми вчера, пролетариями, изгнанными с предприятий из-за просчетов самих бизнесменов, порождает «необходимость» в циклопических и постоянно растущих… полицейских силах, в увеличении средств контроля над поведением людей, в постоянном умножении числа юристов и тюрем. Тем не менее, современное общество по причине катастрофического научно-теоретического убожества, само, покорно уплачивая налоги, содержит всю эту гигантскую политическую надстройку, в том числе полицию и армию, удерживающую лиц наемного труда и кухонных либералов в рамках нынешней полуживотной системы экономических и юридических отношений частной собственности. Наивные искатели рыночной справедливости на путях парламентаризма еще и удивляются, когда, оплаченные ими же, полицейские лупят их по пустой башке на Болотной площади дубинками, специально изготовленными для этой цели.

Коммунистическая, т.е. научная, система организации материального производства, исключив из практики общественной жизни и, прежде всего, ДЕТСКОЙ жизни, чувство ГОЛОДА, одна лишь способна, тем самым, создать объективные ПРЕДПОСЫЛКИ для ликвидации диктатуры инстинктов в психике миллиардов людей, рожденной тысячелетними приступами затяжного голода. Как показала практика мировых войн, тектонических, техногенных катастроф и рыночных демократических реформ, именно чувство голода пробуждает в людях и доводит до предельной остроты животные инстинкты. Люди, как и магаданские медведи, не только роются в баках с отходами, не только униженно выпрашивают еду, не только мелко воруют, но и прибегают к каннибализму.

Естественно, что теория и практика коммунизма не ограничиваются победой над голодом, но без победы над этим неизменным спутником джунглей и всех известных исторических систем частной собственности невозможен духовный рассвет Человека.

Могут сказать, а как же «голодомор» при коммунистах?

Во-первых, при коммунистах, среди которых всегда хватало и убежденных антикоммунистов, а не при коммунизме. Исключить голод из жизни людей способен лишь ПОСТРОЕННЫЙ коммунизм. Его, пока, нигде не построили. Поэтому во всех цивилизованных странах миллионы людей обречены на перманентный голод. Во-вторых, уже во время процесса над Бухариным в 1938 году, ВСЕМ, в том числе и врагам коммунизма, стало ясно, что «голодомор» 30-х годов в СССР был диверсией (как и взрыв на Чернобыльской АЭС в 1986 году), организованной противниками Сталина и коммунизма. В-третьих, и это самое главное, массовый голод, пандемии голода, совпадающие по времени, то с засухами, то с наводнениями, то с войнами, то с «великими депрессиями», составляют основное содержание ЕЖЕДНЕВНОЙ истории ВСЕХ цивилизованных стран, основанных на частной собственности и, особенно, на неоколониальной частной собственности, т.е. на неорабовладельческой, ради чего олигархи и оплачивают арабские вёсны.

Именно общество, основанное на частной собственности, породило такой вид военной стратегии, как полная блокада городов и целых стран, жители которого, на радость захватчикам, постепенно умирали и сегодня умирают от голода. Первыми жертвами такой стратегии всегда были и остаются дети и старики.

История человечества не превратилась бы в историю борьбы классов, если бы класс частных собственников не обрекал многомиллионный класс непосредственных производителей на мучительный и унизительный голод в условиях товарного изобилия.

Высокая интенсивность труда в цивилизованных странах держится исключительно на дисциплине страха перед голодом. Ежедневный голод миллионов жителей развитых рыночных демократических стран, этой витрины частной капиталистической собственности, порождает не только массовое индивидуальное воровство, но и массовые многодневные общегородские погромы. Поэтому, «чья бы корова мычала» о трехлетнем эпизоде истории СССР, связанном с голодом в отдельных регионах СССР, организованном сторонниками восстановления частной собственности на землю в СССР и агентами иностранных спецслужб… Трагикомично, когда бывшие европейские колонизаторы, работорговцы и современные неонацисты вменяют коммунизму в вину «голодомор» в СССР периода коллективизации.

Казалось бы, что давно, бесспорно и многократно подтвержден закон народонаселения при капиталистической форме ЧАСТНОЙ СОБСТВЕННОСТИ, открытый еще Мальтусом (если конечно не забывать об ошибке Мальтуса в объяснении ПРИЧИНЫ возникновения этого закона): чем больше развивается КАПИТАЛИЗМ, тем меньше шансов избавить общество от растущего массового голода, тем сильнее контраст между обжорством меньшинства населения планеты и вынужденным нарастающим, мягко говоря, аскетизмом большинства. Тем не менее, сказками о голоде при социализме пытаются затмить реальность массового ежедневного голодомора в развитых странах Запада на фоне переполненных витрин.

Сегодня уже почти никто не помнит и даже не поминает некоего перебежчика, Коротича, хотя он тихонько, тускло, как все диссиденты, дожигает свой век вдали от благодарности олигархов и воров в законе, обязанных и Коротичу своими современными доходами и властью. Коротич, как и Солженицын, и Евтушенко, за заслуги перед США в деле развала СССР, был удостоен вида на жительство в США, бочки варенья, ящика печенья и звания профессора Бостонского университета.

Будучи в 1983 году командированным в США, даже этот рупор антикоммунизма, Коротич, был вынужден писать своей жене, что в США

«перед одними стоит проблема здоровой пищи, перед другими — пищи дешевой, а перед третьими — где бы поесть хоть чего-нибудь… Когда здесь я встречаю человека, который мучительно хочет есть и больше ничего не хочет, мне и жалко этого человека, и зло меня берет, потому что вокруг очень много еды, которая портится и не распродается вовремя [по нормальной логике, продукты сначала не продаются, а потом, от этой причины, портятся, но у Коротича современная логика, прижившаяся в рыночной демократической РФ, сначала в магазин завозится испорченная продукция, а потом…, В.П.] но очень редко становится … милостыней, протянутой страждущему. Если мы с тобой голодали, то вместе со всей страной, и от этого было не то чтобы легче, но понятнее. Здесь голодают по-другому, на фоне сто раз описанных у нас ярких витрин и к этому невозможно привыкнуть».

Но, как только Коротичу стали платить ставку американского профессора, его совершенно перестали беспокоить угрызения совести, как это бывает у всех сытых американцев. Накормите любого рыночного интеллигента бесплатно севрюгой с хреном, в конце концов, «горячей собакой», и он тоже затянет песню с переливами, как Коротич, о ленивых, а потому и голодных безработных.

Никто особенно не тянул Коротича за язык, сам писал, что

«поесть в Нью-Йорке можно круглосуточно, но поесть вкусно и дешево — далеко не всегда. Дешевле всего и с удовольствием можно пообедать в столовой советской миссии при ООН. За ту цену, которую в городе приходится платить уличному продавцу самых дешевых жареных сосисок и кофе, там [т.е. в советской миссии при ООН, В.П.] предлагают обед из трех блюд».

Проклятые совки.

Но и это еще не всё.

«К тому же макдоналдовские харчевни приваживают обитателей Нью-Йоркского дна, которым и поесть больше негде и деваться некуда…, почему репутация у котлетных заведений не самая благополучная, и люди не любят снимать квартиры по соседству с… «Макдоналдсом».

Но не только в Нью-Йорке дно общества опускается до «Макдоналдса». Представляю, как потешался Коротич, когда видел дело рук своих: километровую очередь из представителей московского дна в первый «Макдоналдс», открывшийся в Москве, как символ победы рыночных демократов и диссидентов в СССР.

Поэтому, если коротко сформулировать ту часть программы партии научного мироосознания, т.е. коммунистической партии, которая касается ЭКОНОМИЧЕСКИХ аспектов, то конечной целью её преобразующей практики является уничтожение АТАВИСТИЧЕСКОЙ формы ОТНОШЕНИЙ, возникающей между людьми по поводу присвоения материальных и духовных условий существования индивида и общества в целом. Или, иными словами, целью преобразующей деятельности коммунистов в области воспроизводства материальных условий существования людей является уничтожение отношений между людьми, как между собственниками средств существования общества и развития личности. Или еще короче, целью коммунистической практики является уничтожение частной собственности как животной формы ОТНОШЕНИЙ между людьми.

Не уничтожая отношений частной собственности между людьми, невозможно утверждать, что закончилась история стад прямоходящих млекопитающих и началась собственно история человечества.

Эта простая, давно открытая истина до сих пор не превратилась в руководящее положение лишь потому, что тысячи лет рабовладения, феодализма и, особенно, рыночного капитализма, так много сделали для оглупления и оскотинивания целых наций прямоходящих млекопитающих, что, если им сообщить, что в них нет ничего человеческого, но есть сила льва, зоркость орла, аппетит акулы, пронырливость ящерицы, желудок слона и ядовитость кобры, — этого вполне достаточно для формирования глубокого самоуважения в сознании многих современных рыночно ориентированных этносов.

Поэтому для уничтожения частной собственности как формы отношений между людьми необходимо, как МИНИМУМ, добиться изобилия материальных благ с тем, чтобы в человеческом сознании ослабел психоз ожидания неизбежного прихода «черного дня», обязательно связанного с острой нехваткой элементарных материальных благ, прежде всего, еды, необходимой для нормального существования белковых организмов.

Иное дело, что и идея ИЗОБИЛИЯ материальных благ должна присутствовать в сознании человека совсем не так, как она гнездится в сознании хомячков и бандерлогов с Болотной площади. Необходимо поднять научно-теоретическое сознание дееспособной части населения планеты до такого уровня, при котором объемы переработки природных ресурсов планеты оптимально обеспечивают материальную базу счастливого разумного бытия каждого физиологически и психически здорового субъекта, а не темпы роста ВВП или средней нормы прибыли олигархов. Изжить рыночный капитализм из жизни человечества не означает превзойти его по обжорству.

Правда, «в один присест» не удастся превратить идею разумного образа жизни в незыблемое убеждение всех субъектов, многие из которых сегодня мечтают об агрессивном ИЗЛИШЕСТВЕ во всем: от шопоголии до алкоголии, от обжорства до наркомании, от бытового садизма до религиозного терроризма.

Животным нормам и критериям современного потребления наука должна противопоставить оптимум, и этот оптимум невозможно обеспечить игрой слепых рыночных механизмов и отношений. Иначе говоря, нормы духовного и материального потребления, соответствующие объективным законам счастливого человеческого бытия, не могут превратиться в руководящие убеждения раньше, чем они будут скрупулезно выработаны наукой и воплотятся в образовательные и воспитательные программы, в содержание работы учреждений обучения и воспитания всех уровней.

Вековая практика доказала, что даже массовая узкая политехническая образованность не способствует формированию общества всеобщей гармонии. Общество, как социально организованная форма материи, достойно того, чтобы стать предметом первоочередного конкретного научного исследования, без какого бы то ни было противопоставления т.н. естественных и общественных наук.

Но сложность этой задачи состоит ещё и в том, что экономика, если не считать религию, осталась последней областью человеческой деятельности, где все еще господствуют агностики, сознательно борющиеся против научного подхода, ибо при победе научного подхода к организации экономики станет очевидной полная ненужность и вредоносность олигархов в материальном производстве, а патриархов в духовной жизни.

В силу названных и многих других, столь же трагических, сколь и абсурдных последствий господства отношений частной собственности, экономическая программа партии научного мировоззрения не может не включать в себя доказательств глубоко реакционной сущности отношений частной собственности и, одновременно, зрелости факторов, позволяющих заменить частную собственность на более прогрессивную, научно организованную систему экономических отношений между людьми по поводу производства и потребления продуктов общественного труда и природных богатств.

ГМК, писал, в свое время, Ленин, есть полная материальная подготовка социализма. В настоящее же время ГМК дополнился господством ТНК, МНК, МВФ, ВТО, ФРС, ЕБРР, рейтинговых агентств и аудиторских фирм, которые являются хотя и лукавой, но формой доказательства абсолютной недостаточности свободных рыночных отношений и необходимости и неизбежности создания надрыночных и наднациональных систем, обеспечивающих, хотя бы минимальную устойчивость современной мировой экономики, выросшей из классических рыночных отношений эпохи Адама Смита. Осталось только принудить эти надрыночные международные системы не работать на одних лишь олигархов США, а реализовать их потенциал в интересах гармоничного, мирного развития всего земного сообщества.

Насилие как важнейшее условие существования частной собственности.

Известно, что Дюринг объяснял возникновение частной собственности, как следствие насилия. Маркс и Энгельс, убедительно доказали ошибочность этой посылки, обосновав причины возникновения частной собственности развитием базиса общества, т.е. изменением сущности производственных отношений между людьми, на основе возросшего потенциала средств производства, с помощью которых люди стали производить продукты, количество и качество которых существенно выходило за рамки разумных личных материальных и духовных потребностей человека мыслящего. Например, пирамиды Египта и Мексики, Великая китайская стена, религиозные храмы, авианосцы.

Те, кто дочитал первый том «Капитала» Маркса до конца, знают, какую конкретную роль сыграли отношения насилия в становлении и тысячелетнем господстве эксплуататорских форм частной собственности.

Различия в образованности и умственном развитии людей предопределили их относительное обособление в виде двух основных классов общества: класс собственников средств существования и класс ничего не имущих, кроме собственной шкуры, способности к труду и собственных детей, т.е. будущих рабов.

Многие сотни тысяч лет институт крупной частной собственности не возникал поскольку, какое бы насилие не применить к человеку, сколько бы его не бить, человек был не способен создать ни излишков еды, ни даже простой китайской фарфоровой вазы, ничего такого, что порождало бы жажду украсть, отнять, бессмысленно копить. Но как только человек научился мастерски делать то, что придает быту вычурность, тут же — пресыщенность, узурпация средств производства и экспроприация продуктов производства получили широкое распространение.

Через очень короткое время классу, сконцентрировавшему в своих руках все основные средства производства и существования общества, стало ясно, что такое выгодное положение вещей может просуществовать достаточно долгое время, если только, с одной стороны, держать непосредственных производителей в состоянии необразованности и религиозности, а с другой стороны, если сформировать специальный аппарат, государство, которое будет СИЛОЙ оружия удерживать малообразованных непосредственных производителей от действий в пользу более справедливого и более рационального распределения материальных и духовных ценностей, произведенных усилиями всех трудящихся.

А поскольку рабовладельческая, феодальная и, особенно, капиталистическая форма частной собственности сохраняют себя лишь благодаря высокой степени развитости институтов НАСИЛИЯ, постольку совершенно очевидно, что теория и практика коммунистического движения обязаны иметь научный взгляд и на роль, которую играет система насилия в сохранении мировой рыночной капиталистической экономики, и очертить те, уже сложившиеся объективные и субъективные предпосылки, развитие которых избавит человечество от политического угнетения, жандармского произвола и войн.

Институты, учреждения и отношения религиозного и светского характера, предназначенные для насильственного принуждения людей к выполнению навязанных им функций, без какого-либо учета физиологических и духовных потребностей самой личности, вопреки их воли, называются ВЛАСТЬЮ. В современных словарях и учебниках раскрытию значения этого термина и сущности этого явления сознательно отводится незаслуженно мало места, хотя вся история политики вращается вокруг практики использования власти, т.е. аппарата и отношений насильственного принуждения людей для решения, прежде всего, личных меркантильных и других, откровенно мизантропических задач олигархической верхушки общества.

В полном смысле слова, ВЛАСТЬ — это ничем не ограниченное НАСИЛИЕ над человеком. Но в том, что современная власть во всех цивилизованных странах уже немного ограничена в своей способности заполнять рвы телами индейцев, строить Освенцим и Саласпилс, осуществлять право сеньора, публично жечь еретиков и тысячи «ведьм» на кострах европейской цивилизации — в этом заслуга трудового народа, его периодической активности в борьбе против произвола власти, против вседозволенности олигархитета и религиозно-педофильной верхушки.

Коммунистическое мировоззрение есть единственная научная система взглядов на проблему полного искоренение мерзости власти и, следовательно, насилия из общественного бытия.

Институт власти, т.е. реальное и потенциальное применение СИЛЫ для принуждения человека к исполнению чужой воли, возник на планете Земля лишь там, где произошло разделение первобытного общества на носителей преимущественно физического и преимущественно умственного труда и, в связи с этим, оформился институт частной собственности на основные средства существования и производства. С появлением относительно просвещенной светской и религиозной знати, весь их интеллектуальный потенциал и был направлен на упрочение своей власти, во имя удержания и преумножения материального неравенства в обществе.

В тех же районах земного шара, например, в центральной Африке, в центральной части Южной Америки, в центральной части Австралии, где миллионы людей за миллионы лет своей истории не распространили институт личной собственности на основные средства существования общества, прежде всего, на землю и воду, где люди продолжают жить в рамках адекватных, хотя и вульгарных, материалистических и общинных представлений, т.е. обходясь без пространных и детализированных мифов официальной религии, там до сих пор нет ни институтов политической власти, ни тюрем, ни коррумпированных полицейских, ни тирании в форме демократии.

Там же, где была признана святость нетрудовой формы частной собственности, принципа безграничной концентрации материальных богатств планеты в руках немногих особей, там, в очень скором времени, пришлось признать святость и богоугодность, вседозволенность и неприкосновенность ее обладателей, носителей высшей экономической и политической власти.

Повсеместно, где институт частной собственности развился наиболее масштабно, где личные мистические представления оказались задавленными обязательными религиозными «учениями», там утвердилось рабовладение, и человек стал использоваться в процессе производства, как орудие труда, часто, без какого-либо возмещения его физиологических потерь, без предоставления ему каких-либо прав, как негры в США.

Именно рабовладельцы, по вполне понятным мотивам, впервые в истории человечеств, сформулировали религиозные, светские «причины» и юридические нормы власти, в конце концов, назвав их демократическими. Согласно этим нормам и демократическим ЗАКОНАМ, определенная часть демоса должна была безропотно нести свой крест, долбить камень, идти в бой, быть казненным за испуг в бою, четвертованным, распятым на кресте, посаженным на кол, скормленным хищникам, убитым в поединке гладиаторов, отравленным, сожженным за недоверие к сборнику статей под названием «евангелие», повешенным, расстрелянным, судимым за украденный чизбургер, посаженным на электрический стул за несовершенное преступление, наконец, «заказанным», в том числе, и ВЛАСТЬЮ.

С точки зрения законов логики, невозможно доказать, что существует КРУПНАЯ частная собственность на средства производства, лишающая остальных членов общества доступа даже к предметам труда, не говоря уже о простом хлебе, что функционируют институты и организации политической ВЛАСТИ, т.е. гигантские аппараты силового принуждения и, в то же время, якобы, существует… свобода.

Слово СВОБОДА противоположно по смыслу слову ВЛАСТЬ и принято для обозначения такого положения КАЖДОЙ личности в обществе, когда ни какой другой индивид не может принудить эту личность к чему-либо, как и эта личность не может принудить к чему-либо любого другого индивида, прежде всего, насильно. Свобода это такое положение КАЖДОЙ личности в обществе, когда личность налагает на себя какие угодно обязательства, ограничения, вплоть до полного самопожертвования, но исключительно по СОБСТВЕННОМУ, научно обоснованному решению, т.е. по велению просвещенной совести. Такое самопожертвование отличается от религиозного тем, что оно не совершается во имя абсолютно ложных целей.

Поэтому, если коротко обозначить важнейшее направление деятельности коммунистов, без которой невозможно достижение СВОБОДЫ для каждой личности от посягательств любого другого индивида, то требование науки состоит в обязательном расформировании всех учреждений и организаций институтов ВЛАСТИ над личностью. Никто, кроме коммунистов, так вопрос не ставит и ставить не может.

Повышение степени свободы человека прямо пропорционально уровню развитости условий для самореализации КАЖДОЙ личности, и обратно пропорционально степени развитости институтов насилия.

В результате успешного завершения переходного периода от капитализма к социализму, в результате сведения частной собственности на средства производства и обращения до совершенно ничтожного размера (ремонт обуви, изготовление матрешек, плетение корзин) в СССР до 1953 года достаточно было иметь смехотворно маленький и экономичный, практически, неподкупный (по сравнению с ФБР, МВД, ЦРУ США) аппарат МВД и МГБ СССР для выявления и нейтрализации воров, провокаторов, иностранных агентов, чтобы не содержать гигантские, насквозь рыночные, продажные аппараты современных МВД и ФСБ РФ, ненасытные в финансовом отношении, и систему тотального наблюдения за всеми гражданами, а также гигантское производство дубинок, километров колючей проволоки, цистерн со слезоточивыми газами и других средств демократизации общества.

Достаточно сопоставить количество сотрудников, привлекаемых для поддержания порядка на демонстрациях в СССР, с количеством сотрудников и стоимостью их экипировки, привлекаемых в демократической РФ для обеспечения «ходынского» порядка на демонстрации в 10 тыс. человек, чтобы понять, в какой системе ценностей человечество движется к полной свободе, а в какой системе ценностей полицейский — единственное и последнее условие существования олигархитета и капиталистического, кризисогенного «порядка».

Циклопическая частная собственность олигархов и, подкармливаемые ими, коррумпанты существуют до тех пор, пока существуют легионы, мягко говоря, полицейских, которые, за среднюю зарплату, рискуя собственной жизнью, охраняют чужие несметные сокровища, время от времени, попадаясь на вымогательстве и наркоторговле, крышевании и т.п. В этом смысле, смешнее профессии полицейского только профессия инкассатора, перевозящего за смешные деньги сотни миллионов чужих денег и тоже, частенько, легко расстающегося с жизнью, во имя сохранности чужих наворованных денег.

Практика СССР убедительно доказала, что в меру того, как абсолютно разумное материальное благосостояние и, богатые на разнообразие, формы досуга становились доступными постоянно растущему числу тружеников, угасала организованная преступность, и поэтому советская социалистическая, естественно, тоталитарная милиция выходила на службу без дубинок, оружия, бронежилетов, без баллонов со слезоточивым газом, без водометов.

И наоборот, ровно в той мере, в какой в СССР возрождались демократы и предприниматели, т.е. цеховики, барыги, фарцовщики, фальшивомонетчики, валютные спекулянты и т.п., росло накопление в их руках ценностей, не имевших ни малейшего смысла (бриллианты, золотые ювелирные изделия, старинные иконы), ровно в этой мере возрождалась организованная преступность, т.е. шайки охотников за этими же бриллиантами, золотом и старинными иконами, «усиливалась» милиция, в которую и устремились бездельники, садисты, поклонники взяток и умопомрачительных особняков.

Коммунистическая преобразующая деятельность одна лишь способна привести общество к полной ликвидации института политической ВЛАСТИ двуногих прямоходящих над демосом потому, что для этого уже сложились многие необходимые объективные исторические предпосылки. Уже сегодня создано все необходимое, чтобы утвердить ту форму и степень СВОБОДЫ личности, которые можно будет объяснить и понять с точки зрения законов логики.

Даже в Америке, точно и справедливо описанной Задорновым, расслоение «свободного» американского общества на список «Форбс» и тупой демос стало вызывать неожиданно сильное раздражение даже у Бжезинского, а прежде неподсудные Мэрдоки и Мэдоффы стали привлекаться к ответственности именно за попытки делать только то, что им взбредет в их невежественную голову.

Дело утверждения действительно свободной жизни ВСЕХ людей пойдет быстрее после того, как люди начнут понимать, что существование всех уродств современного общества, т.е. всех случаев экономических банкротств, всей преступности и проституированности в мире, есть следствие трех взаимосвязанных обстоятельств.

Во-первых, наличие класса владельцев циклопической частной собственности.

Во-вторых, наличие охраняющих их силовых институтов, т.е. власти, стоящей на защите некомпетентной вседозволенности предпринимателей.

В-третьих, наличие демоса, создающего на альтруистической основе циклопическую частную собственность для олигархитета и тупо голосующих на выборах за гарантов конституции, обрекающей демос на самоистребление.

Почему же миллионам до сих пор не удается обрести полную свободу, если даже полицейский не любит власть над собой?

В своей абсолютной форме власть проявляется как открытая тирания. В своей цивилизованной форме власть, т.е. тирания, комфортно существует под названием… демократия. До недавних пор, ВСЕ принимаемые в демократическом обществе законы УМЕЛО, порой, МАСТЕРСКИ, обслуживали тиранию предпринимателей, обеспечивая устойчивость кланам морганов, ротшильдов, рокфеллеров, фордов, виккерсов, круппов, валенбергов, позволяя законным образом приходить к рычагам власти таким деспотам, как Цезарь, Муссолини, Гитлер, Рузвельт, Черчилль, Трумэн, Ельцин, Буш… В только-только обдемократившейся РФ не было избирательной компании, в которой бы миллиардеры не выдвигали бы свои кандидатуры, чтобы делать свой капитал уже не на сотнях тысячах своих наемных рабов, а на всех россиянах и гастарбайтерах.

В издевательском переводе с рабовладельческого языка на русский, слово демократия переводится как власть народа. Но только олигархи отчетливо понимают, какую роль играют институты демократии и ее процедуры в укреплении власти КРУПНОГО КАПИТАЛА, и какое отношение к ВЛАСТИ имеет тот простой демос, который, подобно миллиардным отарам овец, по утрам, каждый день, превозмогая усталость, болезни, ненависть к своей профессии, спешит на рабочее место, давясь в транспорте, впадая в жуткую депрессию от слов о приближающейся рецессии, т.е. о затухании деловой активности их работодателей.

Достаточно вспомнить судебный процесс лета 2012 года над главным менеджером «Франс телеком», высокооплачиваемое служение которого интересам своих хозяев, вынуждало десятки людей идти на… суицид, чтобы понять глупость ситуации. Причем этот садист превратил сотрудников фирмы в безмолвных ягнят, шантажируя их грядущим банкротством их хозяина. И это происходило в стране, в которой эти «мелкорогатые» вместе с олигархами раз в году блеют «Марсельезу».

Найдутся, даже такие странные люди, которые возмутятся подобной постановкой вопроса, и будут усиленно изображать свое уважение к демосу. И это будут не только олигархи, полицейские и начальственные чины войск охраны тюрем. Мозг современного интеллигента не может себе представить общество без пастырей, настолько свободное от глупости, что научно обоснованные законы общежития выполняются людьми в силу того, что они их ЗНАЮТ, ПОНИМАЮТ И ПРИЗНАЮТ как абсолютно разумную НЕОБХОДИМОСТЬ.

Современный интеллигент живет в твердом убеждении, что рыночная демократия и, формируемые с ее помощью, институты и формы властных, т.е. насильственных отношений, есть единственно возможная, безупречная форма организации жизни общества, по сравнению с которой все остальные образцы — реакционны или утопичны.

Многих современных «граждан и старушек» больше виагры «заводит» их право раз в несколько лет опустить бумажку в щелку ящика за того или иного претендента на должность президента или премьер-министра. Буквально через несколько дней большинство избирателей убеждаются, что ошиблись и на этот раз, но сохраняют уверенность, что уж в следующий-то раз, т.е. через 6 лет, они попадут в точку и проголосуют за того, кто, по никому неведомой причине, будет верой и правдой служить своему грозному демосу-избирателю.

Трепещите кандидаты в президенты. Демос идет… опять голосовать.

Многие так и не поняли, что рыночная демократия есть наиболее циничная, но изощренно пропагандируемая, а потому, не вызывающая осознанного отвращения в широких массах демоса, форма организации ВЛАСТИ во имя обеспечения господства класса олигархов, прежде всего, представителей современного финансового капитала, т.е. удручающего меньшинства моральных и профессиональных уродов, над основательно охмуренными миллиардными массами демоса, которых, почему-то греет название — избиратель.

Народ до сих пор не осознал, что его «власть» длится всего несколько секунд, пока он, с мстительным удовольствием, с чувством презрения к другому кандидату (типа Зюганова или Путина), с видом победителя запихивает бумажку в щелку ящика за «своего» кандидата (типа Жириновского или Прохорова). И наоборот…

Когда демократия не вызывает подозрения у основной массы демоса, это понятно. Но, когда сталкиваешься с абсолютизацией демократии в среде людей, которые называют себя коммунистами, но тратят десятилетия на сбор всевозможных подписей, судятся за право быть зарегистрированными в минюсте, то становится ясно, что в сознании большинства современных левых диаматическое мышление отсутствует начисто.

Один только исторический факт, что демократия изобретена РАБОВЛАДЕЛЬЦАМИ в эпоху расцвета рабовладения, что именно она СТОЛЕТИЯМИ обеспечивала устойчивость системы ВЛАСТИ олигархов той эпохи, и применялась с небольшими вариациями для выборов императоров, королей, князей, царей, дожей, глав городских властей в эпоху феодализма, высших церковных иерархов всех конфессий и президентов при капитализме, одно это должно было настроить левых интеллигентов на скептический лад относительно демократии как светоча свободы, равенства и братства. Но именно в широких интеллигентских и левых кругах прозрения по этому вопросу, пока, не наблюдается.

Если бы у значительной части интеллигенции, наряду со способностью запоминать формулы и анекдоты, существовала бы способность к суверенному мышлению, то они задались бы вопросом, ПОЧЕМУ олигархи всего мира, склонные к тираническим, наследственным, клановым типам управления своей собственностью, миллиардами своих наемных рабов, ОДНАКО столь усердно, даже оружием, пропихивают во всем мире демократию в вопросах политического устройства общества? Но большинство современных интеллигентов не задают подобных вопросов потому, что они привыкли лишь заучивать и повторять за Черчиллем, премьер-министром колониальной империи, отмеченной более чем 300 годами колониализма, работорговли, пиратства, что

«Демократия — худшая форма правления до тех пор, пока вы не сравните ее с остальными» (“Democracy is the worst form of government unless you compare it to all the rest.” Winston Churchill ).

Существует и другой вариант высказывания этого империалиста:

«Демократия — это худшая форма правления, кроме всех тех других форм, которые время от времени пробовали» («Democracy is the worst form of government except for all those other forms that have been tried from time to time». Из речи в Палате Общин 11 ноября 1947).

Современные интеллигенты не хотят замечать в этих фразах всего три вещи. Первую, что демократия — худшая форма правления. Вторую, худшая форма правления КЕМ(?), и третью, что о её сравнении с чем-то, говорит лорд, убежденный феодал, циник с чисто английским чувством юмора, который, по понятной причине, не уточняет, кого он имеет в виду, когда говорит: «пока ВЫ не сравните»? Кого он имеет в виду? Палату лордов или английских шахтеров, безработных или протестантов Ольстера? Для кого, и в сравнении с чем, демократия лучше?

Хотя достаточно было читателю спросить у себя: «А когда английские лорды стали получать самые большие в мире барыши? До закона об огораживании и создании института безработицы, до массового изгнания со своих земель крестьян или после того, как вместо феодального абсолютизма все лорды, в одночасье, «вдруг» признали демократию и парламентаризм, оперативно образовав на сотни лет вперед несменяемую палату лордов?»

И тогда все, в высказывании Черчилля, встало бы на свое циничное место.

Сущность демократии

В своей работе «Что есть демократия?», профессор Нисневич пишет, что, несмотря на то, что

«… в политической науке даже выделяют такое самостоятельное направление как теория демократии, до настоящего времени не существует ни единого общепризнанного определения, ни понимания того, что есть демократия, и в чем состоит суть этой политической категории. Так Л. Даймонд отмечает, что «в теоретической и эмпирической литературе по демократии (а объем ее быстро увеличивается) царят столь значительные концептуальные путаница и беспорядок, что Д. Коллер и Ст. Левицки смогли обнаружить более 550 «подвидов» демократии». Такая ситуация объективно обусловлена тем, что демократия, как и любое общественное явление, непрерывно трансформируется в ходе политико-исторического процесса развития цивилизации, многогранна и может рассматриваться и трактоваться в таких разных аспектах как политико-институциональный, процессуально-процедурный, культурологический и аксиологический».

Теоретики РКСМ(б), владеющие только махистской методологией, могли бы насчитать и больше, кабы обратили внимание не только на подвиды, но и на «семейства», «роды», «племена», «группы» и «подгруппы» исторических случаев демократий. Но вызывает большое сомнение, что многообразие подвидов надстроечных явлений обусловлено объективными причинами, а не смесью субъективного коварства одних и субъективной необразованностью большинства демоса.

Если бы современные левые владели марксистской методологией, то они и без обширных исторических экскурсов знали бы, что любое явление общественной жизни возникает и существует, прежде всего, как единство противоположностей и, что именно это единство порождает и их борьбу, и развитие явления через отрицание отрицания. Они бы знали, что общее довлеет над особенным, и частные различия не отменяют СУЩНОСТИ явления, которая не меняется, пока существует само явление.

То, что демократия, как форма организации политической жизни общества, в соответствии с законами диаматики, могла возникнуть, но должна исчезнуть из практики, не может вызывать сомнений у диаматически начитанных людей. Но эта убежденность, проистекающая из доверия к гениальности Маркса, не освобождает марксиста от обязанности ПОНИМАТЬ и РАЗБИРАТЬСЯ в «механизме» объективного процесса, происходящего в НАДСТРОЙКЕ, в причинах, по которым он происходит.

Единство каких противоположностей порождает демократию?

Почему до сих пор существуют наперсточники и их дети, финансовые магнаты, начиная с Моргана, Ротшильда, Рокфеллера и, не кончая, Мэдоффом и Мавроди? Только потому, что недостаточно развитые в умственном отношении индивиды, имя которым — вкладчики, дольщики, пайщики, короче, легион, поступают так, как им подсказывает то, к чему они относятся с доверием, воспринимая первую родившуюся глупость, как гениальный ход своего ума. Т.е. подходя к наперсточнику (а равно и к банку), такие субъекты (пока еще с деньгами), твердо уверены, что, ВЫБИРАЯ один из трех наперстков, даже с закрытыми глазами, они имеют, как минимум, 33% шансов угадать, где находится шарик.

Однако только наперсточник точно знает, что ни под одним из наперстков шарика нет. В этом секрет и смысл его ремесла. А современный избиратель тупо, до последней своей копеечки, раз за разом выбирает пустой стаканчик из трех пустых стаканчиков и вот уже несколько тысячелетий не может понять, почему не может выиграть, хотя по теории вероятности у него в ВУЗе стояла пятерка.

Точно так дело обстоит и с банками, инвестиционными компаниями, пирамидами, риэлтерскими конторами и т.д. Они тоже предлагают всем простакам свободно ВЫБРАТЬ банк, фонд, туристическую контору, которым можно свободно подарить свои деньги за ОБЕЩАНИЕ вернуть деньги с процентами или в виде отдыха на курорте.

Особо выдающимся баранам, банки, в начале 90-х годов, предлагали до 1200 % годовых. Естественно, находились вкладчики, которые верили банкам, обещавшим по 1200% годовых. Они выбирали эти банки и очень удивлялись, узнав на следующий день, что такой хороший банк, и «вдруг»… исчез. Банкиры, обладавшие чувством юмора, зная заранее, как они поступят с вкладами людей, выбравшими их банк для сохранения и халявного преумножения своих накоплений, издевательски назвали свой банк «Чара-банк», что в переводе на бытовой язык означает «Банк-заморочка». Не обладавшие чувством юмора банкиры называли свои банки просто: «Альфа-банк», «Банк Москвы».

Злая изобретательность олигархов эпохи рабовладения состояла в том, что они, во-первых, правильно оценили умственную слабость демоса и, во-вторых, осознали безопасность предоставления такому демосу права выбора, начиная с ветвей власти и, кончая, ростовщиками, поскольку в основе логики рядового избирателя лежит его воинствующая некомпетентность, исключающая грамотный выбор, отражающий его собственный интерес.

С тех пор, право выбора лучшего из худших вариантов, заменило миллиардным массам демоса НЕОБХОДИМОСТЬ думать, не путать явление с сущностью и вырабатывать стратегию достижения СВОИХ собственных целей, а не быть безмозглым орудием в руках эгоистов.

Таким образом, с точки зрения диаматики, причиной возникновения института демократии, по общему правилу, является единство противоположностей, в данном конкретном случае просвещенной подлости олигархов, т.е. меньшей части населения, и дремучего невежества подавляющей массы демоса.

Века, прошедшие после возникновения института демократии доказали, что единство этих противоположностей и является условием существования рабовладельческих, феодальных, капиталистических республик и вытекающих из этого, шикарных прав господствующего меньшинства и самоубийственных обязанностей забитого невежественного большинства.

Отсюда, со всей очевидностью, следует, что демократия не изживет себя до тех пор, пока не исчезнет самовлюбленное невежество большинства демоса.

Независимо от моральных оценок, система выборов представительной власти есть форма признания некомпетентности, умственной несостоятельности, политической слепоты всех, кто выбирает себе властного поводыря.

По степени развитости демократических институтов и размаху демократических спектаклей, лучше, чем по поведению масс на футбольных матчах, можно безошибочно судить о степени распространенности и глубине невежества большинства членов общества. Чем активнее и красочнее предвыборные компании в той или иной стране, тем яснее, что массы избирателей данной страны легко поддаются внушению, и организаторы избирательных компаний это отчетливо видят. А кто победит, например, Обама или Клинтон, Гейтс или Маккейн, — эти мелкие детали, объективно совершенно несущественные для олигархов. После выборов обнаруживается, что эти непримиримые «противники» прекрасно работают в одной упряжке и выполняют единственную программу в интересах американского олигархитета. Если олигархи разочаровываются в своих ставленниках, они их просто расстреливают, как, например, в США — братьев Кеннеди и еще пятерых американских президентов.

Время от времени, в тех странах, где массы, с одной стороны, начинают понимать, что выбираемые ими лица работают, в лучшем случае, на себя, а с другой стороны, начинают более отчетливо сознавать свои интересы, они проводят «революции», хотя бы на манер цветных, и признают вождями не тех, кто открыто набивается в политическое руководство, а тех, кто, в ходе борьбы за свержение предыдущего режима, произвел впечатление порядочного и талантливого управленца. Причем, «выборы» такого рода проходят без прописных демократических процедур, а, прежде всего, через механизм непосредственной массовой активности граждан, сметающей старый режим явочным вооруженным порядком. Однако, в силу все того же неистребимого невежества, демос, доказав свою безграничную власть, опять соглашается на представительскую демократию, на сладкоголосые обещания и… Избирательная трагикомедия начинается в условиях всеобщего ликования, перерастающего в стрельбу. Так происходили, практически, все цветные революции, так, с незначительными вариациями, осуществилась и «арабская весна», повсеместно перерастающая в гражданские войны и дробление стран.

Следовательно, демократический выбор — это процедура, при которой несколько слегка образованных и, обязательно, лишенных совести, конкурентов, предлагают избрать СЕБЯ в… пастухи демоса. Моисей, тот или иной «мессия», Ельцин, Навальный, Прохоров, предлагавшие себя в поводыри народу, готовы были водить его, не раскрывая детали маршрута, от сорока лет до страшного суда… за нос и безо всяких гарантий, на основе обязательного слепого доверия. В этом и состоит сущность демократии.

Вот уже много сотен лет все избирательные системы построены так, что демосу приходится выбирать лишь то, что ему предложено, а не то, что ему необходимо и то, что ему сулит ГАРАНТИРОВАННУЮ выгоду.

Однако даже это не самое главное. Абсолютное большинство демоса никак не поймет, что если ты образован, а тем более, действительно, умен, тебе НЕ НУЖНО избирать, ты можешь, даже в условиях рыночной демократии, предлагать себя в качестве, пусть временного, но властителя. Если же ты не образован, а тем более, интеллектуально не развит, то твоим уделом остается ОДНО — выбирать из того, что дадут, но тешить себя мыслью, что ты тоже «крутой».

Т.е., современная демократия существует там и тогда, где и когда узкому кругу достаточно дипломированных людей противостоит недипломированная и неразвитая масса демоса, объективно неспособная разобраться в целенаправленно созданных хитросплетениях цивилизованного, правового общества, а потому вынужденная лишь верить обещаниям златоустов и выбирать лучшего из самых скользких. Практика научила господствующий класс, что главное в демократии создать в сознании масс демоса иллюзию, что они тоже власть, хотя необходимо скрыть от них, что избиратели это не законодательная, не исполнительная, не судебная власть, и даже не халиф на час, а так себе, диктатор на МГНОВЕНИЕ «тайного» голосования. И все.

Но, как ни странно, демократическая иллюзия оказалось прочнее алкогольного и наркотического бреда, с которым, очень часто, человеку достает интеллектуальных сил, чтобы порвать с ним навсегда. Но у человечества, пока, не хватает УМА, чтобы увидеть за иллюзией демократии, т.е. народовластия, тиранию олигархов.

Реакционная сущность процедуры выборов во все времена заключалась не в том, что недостаточно компетентные граждане выбирают во власть особо гениальных политиков, безусловно доказавших свои уникальные способности управлять и продемонстрировавших моральную чистоту, а в том, что некомпетентным массам приходится раз за разом, век за веком участвовать в процедуре поддержания института ВЛАСТИ над собой, за счет сменяемости политических «козлов отпущения».

Сегодня постоянное удорожание своей жизни львиная доля обывателей, как ни странно, связывает не с правом предпринимателей поднимать цены, а с происками «козлов отпущения», т.е. правительств, президентов, которые «Куда смотрят?». Именно этот бред СМИ прокручивают при каждом скачке цен. Дескать, куда же смотрит бездарное правительство? Даже нескончаемые судебные процессы, происходящие задним числом во всех демократических странах, по обвинению президентов, канцлеров, премьер-министров и губернаторов в коррупции, не приводят демос к пониманию, что взятки — это и есть плата политической, демократически выбранной верхушке, за то, что она не сует нос в дела олигархов. Какая, например, личная выгода Медведеву в том, что в ближайшее время начнется приватизация земли? Никакой. А существует ли личная заинтересованность олигархов в приватизации земли? Да! И огромная. Трудно ли будет Медведеву сформировать, в недалеком будущем, свой избирательный фонд? Легко.

Наши, ничего не читающие, кроме бульварных романов, обыватели, как из числа либералов, так и из числа патриотов, не ведают, что цены в рыночной экономике устанавливаются только продавцами, а покупатели могут свободно выбирать: покупать или не покупать. В этом и только в этом состоит аскетически-диетическая «свобода» современных массовых потребителей. Если у них спросить, кто разгоняет инфляцию, то они дружно обвинят правительство, не понимая, что инфляция есть рост цен и ничего более, следствием чего и является снижение покупательной способности зарплаты демоса, которое, для простаков, объясняется как мифическое снижение покупательной способности самой купюры.

Любые колебания индексов на биржах демос и СМИ связывают не с глупостью и подлостью основных биржевых игроков, предпринимателей, а с происками правительства и, после каждого подобного ограбления миноритариев, СМИ и массы требуют смены правительства и президента, даже не догадываясь о том, что за всеми трагедиями избирателей стоят расчетливые и бесцеремонные предприниматели и только предприниматели.

Частные СМИ, свободные журналисты, купленные олигархами, достаточно профессионально создают у демоса ощущение того, что публикации отражают мнение народа. Демос испытывает чувство мстительного удовлетворения от того, что он свободно, самыми базарно-рыночными словами, поносит на кухнях и митингах бездарных премьер- министров, президентов, министров экономик и финансов, а СМИ лишь вторят гласу демоса. И только PR-специалисты и политтехнологи, типа Джина Шарпа, знают, как именно ОНИ, кукловоды, за счет изощренных пропагандистских технологий и финансовой экспансии, формируют мнение демоса и указывают, что и как нужно вещать через СМИ, включая и интернет, чтобы демос думал, что его мнение родилось в его собственном «свободном» демососическом сознании.

Таким образом, у редколлегии нет никаких причин говорить что-то доброе в адрес демократии, поскольку, на протяжении всей своей истории, она служила лишь укреплению института ВЛАСТИ меньшинства над демосом и выпуску «пара» из социального «котла», перегретого тиранией олигархов. В демократической процедуре нет и не может быть никакого иного содержания, кроме придания институту ВЛАСТИ легитимного, юридически «оправданного» характера. Замена одной политической персоны другой, столь же эфемерной, нужна лишь для того, чтобы подогревать иллюзию влияния на власть у сменяющих друг друга поколений демоса, чтобы обновленная политическая машина насильственного принуждения непоколебимо стояла на страже главного положения всех конституций стран рыночной демократии: «Частная собственность священна и неприкосновенна». Она может быть отнята конкурентами, и проиграна в карты, и пропита, но она остается священной и недоступной лишь для того самого демоса, иначе олигархам не с кого будет драть три шкуры.

Как уже было отмечено, важнейшим необходимым условием возникновения и существования демократии в любой сфере и в любую эпоху состоит в поддержании уровня невежества большинства демоса и в предоставлении ему права и возможности выбора одного из трех… пустых «наперстков».

Если бы по какой-то исторической причине каждая личность получила гармоническое развитие и образование, то в таком обществе отпадет какая бы то ни было надобность в поводырях, тем более, политических, исчезнет класс наперсточников всех масштабов, закончится предыстория человечества и начнется история человечества разумного.

Естественно, отчетливо сознавая это, сторонники демократического театра абсурдов будут и впредь строить образовательные и юридические институты, формировать новые мистические «учения» космологии таким образом, чтобы праздник торжества некомпетентности, т.е. выборы, продолжался еще многие сотни лет.

Вот почему абсолютным экономическим законом коммунизма является всестороннее и полноценное развитие КАЖДОЙ личности, чтобы не на кого было показывать пальцем и применять слова: демос, пролетарий, чтобы КАЖДЫЙ индивид, с младенчества, имел СВОБОДНЫЙ доступ к полноценной системе всестороннего развития творческих способностей КАЖДОЙ ЛИЧНОСТИ и все необходимые условия для реализации всех своих талантов на практике, чтобы глубоко осознанная НЕОБХОДИМОСТЬ служения КАЖДОГО индивида обществу формировалась на основе глубоко осознанной необходимости ВСЕГО общества служить делу развития КАЖДОГО индивида. И это должно быть четко отражено в программе партии научного мировоззрения.

Следовательно, перед современным, ракетно-ядерным обществом стоит дилемма: развивать общество через развитие КАЖДОЙ личности и таким образом развивать потребности, ведущие к дальнейшему самосовершенствованию КАЖДОЙ личности, или упорствовать в насаждении явочным порядком олигархических, т.е. больных эталонов гастрономических, материальных, финансовых, сексуальных, властных излишеств, формирующих целые союзы стран изгоев и завистников, толпы шопоголиков, армии неудачников, армии бомжей, армии воров, эскадры пиратов, армии полицейских и просто армии, т.е. современный демос, уже почти сделавший выбор в пользу… новой мировой войны.

Что такое внутрипартийная демократия.

Что, до сих пор, остается непонятым многими участниками коммунистического движения в ленинском учении и практике демократического централизма?

Непонятым остается, прежде всего, то, что демократический централизм был формой вынужденного компромисса науки с невежеством и безнравственностью, продиктованного конкретными объективными и субъективными историческими обстоятельствами царской России, дальше других стран продвинувшейся в деле построения дикого империализма, милитаризма, массовой нищеты и социал-демократической кружковщины. Как всякий компромисс, демократический централизм не должен и не может восприниматься как основополагающий, «долгоиграющий» принцип строительства партии. Строго говоря, Ленин, а тем более, Сталин, не рассматривали демократический централизм в качестве ведущего принципа партийного строительства. Он был относительно приемлем лишь на стадии создания партии нового, научно-материалистического типа, но именно сущность этого типа партии, меньше всего нуждалась в чем-либо демократическом.

Спрашивается, зачем партии, провозгласившей в качестве решающей политической задачи установление в обществе твердой диктатуры рабочего класса, борющейся за авангардную роль в самом рабочем классе, нужен ДЕМОКРАТИЧЕСКИЙ централизм во внутрипартийной жизни? Каким же низким должен быть моральный облик членов данной партии, чтобы они, как и захудалые предприниматели и олигархи, как и члены любой криминальной группировки, как древнегреческий демос подчинялись большинству, т.е. примитивной грубой силе.

Те, кто изучал историю становления афинской и римской демократий, знают, что институт подчинения большинства меньшинству есть самый дикий способ признания себя побежденным по результатам гражданских войн той эпохи, когда примитивные орудия ведения войны делали главным фактором победы простое большинство. Пройдя через десятки гражданских войн, понеся неисчислимые потери, древнее общество, наконец, задним умом осознало этот закон и, время от времени, стало прибегать к методу подсчета сторонников той или иной группировки аристократов, чтобы заранее уяснить, кто имеет больше сторонников и, следовательно, имеет бесспорные шансы на победу в гражданской войне или в потасовке, как в украинском парламенте.

Нетрудно представить, какой вопль циничного возмущения исторгнут современные партийные бюрократы, которые вознеслись на руководящие посты в партии не за счет уровня своей научной подготовки, не за счет количества качественно проделанной работы, не за счет реальных достижений в пропагандистской и организаторской деятельности, а за счет бессовестно использованной толпы демократического большинства, позволяющего оппортунистам протаскивать друг дружку в руководящие органы партии и, как раковая опухоль, раз за разом, умерщвлять один за другим Интернационалы и возникающие повсеместно коммунистические партии.

Большинство современных членов партии с коммунистическими названиями не понимают, что в настоящей коммунистической партии НИ ОДИН вопрос не должен решаться на основе формальных процедур. Истина в диаматике всегда конкретна, и решать проблему по большинству голосов, хотя и практично, но первобытно.

Как показала всемирно историческая практика, империализму ни разу в открытом столкновении не удалось опрокинуть коммунизм в СССР, но оппортунизм сделал эту «работу» после смерти Сталина легко, поскольку, чтобы стать оппортунистом, нужно, прежде всего, ничего не знать, кроме левой фразы. Невежество членов партии и есть та разрушительная сила, стоящая на службе империализма, которая и делает коммунистическую (по названию) партию, объективно антикоммунистической посредством механизма демократического централизма.

Невежество, т.е. воинствующий оппортунизм, проникающий при помощи механизма демократического централизма в руководство партии, и есть главная организационная причина ВСЕХ случаев крушения ВСЕХ интернационалов и компартий.

К началу ХХ века, к моменту создания РСДРП, Россия была переполнена мелкобуржуазным невежеством, мещанской, местечковой революционностью, бесплодной эсеровской истерией терроризма и продажной практикой экономизма. Правда, эти российские «особенности» не были уникальными. Они типичны для всех стран и народов, находящихся на рыночной стадии их прозябания (о чем свидетельствуют регулярные забастовки, побоища демонстрантов с нацистами и полицией, периодические погромы, переходящие в массовый вандализм и мародерство, террористические акты и групповые расстрелы, происходящие в школах, офисах, на островах, в кинотеатрах и в храмах всех цивилизованных стран Запада).

Но в России конца XIX века, благодаря огромным личным успехам отдельных интеллигентов в освоении теории марксизма, возникла возможность вывести российских пролетариев из тупиковых версий борьбы и направить их усилия в победоносное русло. Не в каждой стране и не каждый год на политической арене появляется личность, подобная Ленину, Сталину, Дзержинскому, Фрунзе… Поэтому, благодаря стечению многих объективных и этого субъективного фактора, массовые действия пролетариев в 1917 году только в одной стране, в России (а не во Франции или Англии) привели к закономерному результату.

Прошедшие, после 1991 года, десятилетия пролетарских выступлений, например, в Европе, ничего не могут дать трудящимся, поскольку в «западных странах», после кончины Энгельса, рыночная конкуренция в науке крайне истончила прослойку профессоров, способных мыслить «не на продажу», т.е. не спекулятивно.

Разумеется, социальная революция не происходит по желанию личности. Революция, в условиях зрелых объективных факторов, возможна только как следствие творческой субъективной деятельности масс. Но, в то же время, революция не может произойти без стратегического руководства со стороны выдающейся личности. За тысячелетия наблюдений не зафиксировано ни одной социальной революции среди бабуинов или, даже в среде муравьев, прежде всего потому, что просвещенной личностью в этих «средах» и не пахнет вообще, хотя есть широкие и униженные «низы» и малочисленные «верхи».

Некто Владимир Ульянов стал Лениным, с его конкретными политическими навыками и умениями в результате личной целенаправленной, напряженной, предельно честной, беспрецедентной (в том числе, по объему) теоретической, организаторской и пропагандистской ПРАКТИКИ. Не будет ни малейшим преувеличением сказать, что в России, после Ленина и Сталина, к сожалению, не сформировалось ни одной личности, которая совершила бы сопоставимый интеллектуальный и альтруистический подвиг. Десятилетиями со всех трибун неслись здравицы в честь усопшего Ленина, но ни один из краснобаев не собирался напрягаться в вопросах науки так, как это делал Ленин.

Ещё предстоит объяснить, почему у людей, претендовавших и претендующих на роль первых лиц в коммунистическом движении, особенно после эпохи Сталина, не хватило СОВЕСТИ понять, образно говоря, КОГО они заменяют в рабочем и коммунистическом движении и, какие ОБЯЗАННОСТИ это «место» на них налагает. Многим современным лидерам кажется, что достаточно подсчета голосов, чтобы без колебаний занять высший пост в партии и руководить на манер Горбачева: «Нужно что-то начинать делать, а потом наращивать это, наращивать».

Членов партии с коммунистическими названиями не настораживает тот факт, что по большинству процедур между выборами президента буржуазного государства и современной «технологией» выбора генерального секретаря компартии нет принципиальных отличий. Неужели сущность этих фигур столь близка, что допускает сходные механизмы вознесения на управленческий Олимп?

Член коммунистической партии, претендующий на звание её руководителя, НЕ ИМЕЕТ МОРАЛЬНОГО ПРАВА быть ниже по уровню своей подготовки, чем Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин и менее трудолюбивым, чем они.

Любая революция есть, прежде всего, качественное изменение характера ОТНОШЕНИЙ между людьми. Не повышая качество мышления, невозможно повышать качество общественных отношений между людьми. Без культурной революции в мышлении не может быть коммунизма вообще. Как показала практика, даже многократный рост производительности средств производства не ведет автоматически к коренному улучшению социальных отношений. Капиталистическому общественному бытию может соответствовать только капиталистическое массовое сознание. В ходе роста рыночной формы материального благополучия, при неизменном мещанском уровне сознания, возрастает лишь прослойка мещан в весе 300 килограмм и выше. Тощим мещанам есть, к чему стремиться, ожиревшим мещанам есть, с чем бороться.

Поэтому на культурную революцию пролетариев умственного и физического труда могут повести лишь коммунисты, УЖЕ совершившие культурную революцию в СВОЕМ сознании. Этот лозунг для коммунистов сегодня главный, но забытый или непознанный членами партий с коммунистическим названием.

Люди эпохи первобытно-общинного коммунизма, как показывает современная этнография и археология, обладали и обладают очень низким и потому очень ровным уровнем развития способностей и навыков, поэтому тысячелетиями в их отношениях превалируют узы кровного братства, простейших форм корпоративности и минимум конкурентности, а тем более, вражды.

Но зрелое классовое общество сознательно делает все, что может, чтобы ОПУСТИТЬ уровень интеллектуального развития большей части демоса, или удержать его на уровне персонажей «Дома-2» и «Камедиклаба». В результате класс неимущих и малоимущих консервируется как класс двуногих прямоходящих, практически неспособных мыслить за пределами I, в крайнем случае, II уровня ЕГЭ. Подавляющее большинство рыночного демоса, тем более пролетарии развитых стран, совершенно не способны самостоятельно сформулировать научно обоснованную стратегию достижения своих собственных интересов. Потому-то на протяжении всей истории классового общества, образованные классы, демократично или теократично, но жестко, водили и водят демос за нос «сорок лет по пустыне».

При наличии перманентно зрелого объективного фактора социальной революции, в той или иной стране, время от времени, созревает субъективный фактор, т.е., как минимум, формируется авторитетная, достаточно образованная личность, обладающая высоким уровнем развития совести, выдающимися организаторскими способностями, необходимыми для создания политической партии эксплуатируемого класса, т.е. партии пролетариата и, с её помощью, организации иного, рабочего класса, способного отстранить от политической власти класс предпринимателей.

Но революции делаются не теми массами, которые лишь доверяют вождям, а тем классом, который ПОНИМАЕТ своих вождей потому ещё, что вожди искренне хотят этого и на это работают.

Именно потому, что никакой механической синхронности в созревании объективных и субъективных факторов революции в условиях рыночной экономики быть не может, именно потому, что душой капитализма является неравномерный, рваный характер развития всего и вся, коммунистическая теория еще в 1847 году возвестила наступление не одноактного импульса, а ЭРЫ революций и контрреволюций, которая открылась в 1871 году Парижской Коммуной, продолжилась в 1905 и 1917 в России, но, которая, по мнению Ленина, «может растянуться и на столетия», прежде всего, в связи со стойкостью невежества в массовом сознании, сдобренного мелкобуржуазностью.

В эту эпоху каждый скачок в движении того или иного народа по пути к коммунизму был и будет связан с деятельностью ИНТЕЛЛЕКТУАЛОВ: Ленин, Сталин, Дзержинский, Калинин, Киров, Фрунзе в России; Мао Цзэдун в Китае; Хо Ши Мин во Вьетнаме; Ким Ир Сен в Корее; Махатма Ганди и Джавахарлал Неру в Индии; Хосе Марти, Фидель Кастро на Кубе; Нельсон Мандела в ЮАР; Уго Чавес в Венесуэле и т.д.

Многие сегодня не понимают, что одноактная всемирная социальная революция есть всего лишь предпочтительная теоретическая модель наиболее желательного развития событий. Но даже в Манифесте, при добросовестном прочтении, легко найти утверждение о возможности революции не во всех, а лишь в развитых капиталистических странах. Ленинская теория и практика доказали, что коммунистическая революция способна пройти достаточно далеко вперед в деле социального прогресса даже «в одной, отдельно взятой, стране», оказывая на ход всей истории человечества неизгладимое воздействие.

Однако не только революция, но и каждая контрреволюция этой эпохи связана с именем того или иного по-своему начитанного «герострата»: Муссолини в Италии; Франко в Испании; Гитлер в Германии; Пиночет в Чили; Сахаров, Солженицын, Лихачев, Андропов, Горбачев, Яковлев, Ельцин, Гайдар, Чубайс, Немцов, Собчак… в России.

Иначе говоря, контрреволюция не делается личностью, но каждая оргия контрреволюции провоцируется конкретными моральными уродами с конкретными именами.

«Серые кардиналы» и члены «мирового правительства», члены «Всемирного совета предпринимателей», олигархи, сами по себе, весьма бесцветные личности. Это, как правило, «мидасы с ослиными ушами», снедаемые жадностью, манией величия, мизантропией. Отсюда их тяга к самоутверждению по Фрейду при помощи яхт, что на 10 метров длиннее королевской или десятитонных «легковых» автомобилей с танковыми двигателями и т.д. Как всяким мелким, презираемым, бездарным людишкам, в политике им приходится действовать исподтишка, при помощи купленных лиц, «козлов отпущения», карманных президентов и премьер-министров. Для реализации своих мелкомстительных планов им необходим исполнитель: раболепная, но внешне импозантная личность, падкая на атрибуты власти, поклонение толпы, способная взбаламутить и толкнуть на погромное неистовство мюнхенских любителей пива, Манежную площадь, Майдан, Тахрир, Болотную площадь…

Но, несмотря на то, что стать слугой олигарха, т.е. антикоммунистом, неизмеримо легче, чем коммунистом, диссиденты десятилетиями безуспешно пытались поднять народы СССР на контрреволюцию, получая огромное количество долларов, в том числе, и через нобелевский комитет. Но все было безрезультатно. Внешняя и содержательная убогость реальных диссидентов (что Солженицын, что Боннэр, что Алексеева, что Щаранский) вызывала у большинства мыслящих людей брезгливость, пока не появился Ельцин, который, на одних оказывал влияние своей харизмой, т.е. ростом, весом, трубным гласом, пробором, честным и неподкупным цветом глаз, на других, просто харей, изрытой отпечатками уголовно наказуемых пороков. Ельцинского шарма «невинно пострадавшего за правду» хватило на несколько августовских дней 1991 года, но, через короткий промежуток времени, ВСЕ узрели, что это просто скоморох, смешнее всех скоморохов, когда-либо вступавших в пределы Кремля, самая смехотворная из «Кукол» Шендеровича, за спиной которой можно было делать, кому угодно, что угодно.

Для совершения же коммунистической революции противопоказаны и харизмы, и способности «джокера». Более того, для неё недостаточна даже высокая степень искренней готовности вождя на самопожертвование. Именно в связи с нехваткой политической образованности ничего не вышло у Анпилова, собиравшего стотысячные митинги и, точно так, ничего не получится у Удальцова, сколько бы митингующих он не собирал на проспекте Сахарова. Массы сегодня стекаются на площади, движимые собственными, индивидуальными интересами, в некоторой степени, подталкиваемые провокациями частных СМИ, собственной личной ненавистью к режиму, но, прослушав современных вождей, пока делают вывод: «За такими вождями мы не пойдем. Не за такими вождями следует идти и рисковать жизнью».

Именно поэтому за последнее десятилетие ни одной из партий, в том числе и РКРП, не удалось собрать даже 50 000 подписей. Режим оказался настолько сострадательным к неудачникам, что, пока, разрешил всем желающим создавать партии в 500 членов. Не исключено, что и оперативная группа идеологов РКСМ(б) поспешила со своей программой, пока режим не передумал.

Для коммунистической революции абсолютно недостаточно порыва масс, их «красногвардейской атаки на капитал». В революции коммунистического типа все решает творческое, просвещенное, осознанное участие класса пролетариев умственного и физического труда в реализации бескомпромиссного, по степени своей научности, проекта.

В научном мироосмыслении НЕТ места компромиссам: или положения стратегии полностью соответствуют объективной действительности, подтверждаются всей общественной практикой, или это вовсе не наука и не стратегия.

Попутно следует заметить, что сообщество дипломированных людей вовсе не равно понятию научный мир. Полноценный ученый, подтверждающий свои познания на практике, совершенно не нуждается ни в бюрократической (нобелевской), ни в демократической процедуре утверждения своего открытия, тем более, тайным голосованием. Он не нуждается и в выяснении того, что думает по этому поводу большинство некомпетентных сторонних наблюдателей, т.е. журналистов.

Проникая в сущность все более высоких порядков, приближаясь к абсолютным истинам, носитель научного мироосмысления не может не становиться все более категоричным, а его выводы инвариантными и потому бескомпромиссными, отнюдь не из-за плохого характера большевиков, как это стараются представить демократические литераторы.

Однако бескомпромиссность и однозначность научных истин не исключает компромиссов между ИНДИВИДАМИ, большая часть из которых, в силу исторических причин, не владеет научными знаниями, а руководствуется добросовестными заблуждениями. В этом случае необходимо ВРЕМЯ, порой, целая ЭПОХА, для переучивания большинства добросовестно заблуждающихся, для привнесения в их сознание научно обоснованных истин.

Но, чтобы воспитывать массы, сам воспитатель должен быть воспитан.

Будучи усвоенными, научные истины превращаются в бескомпромиссные установки к действию и вождей, и прозревших масс, превращающихся, силой знаний, не только в непреодолимую политическую силу, но и во всемогущую СОЗИДАТЕЛЬНУЮ силу, поскольку организованные, убежденные пролетарские массы уже в самом начале пути отлично представляют, во имя чего они ввязались в борьбу.

Во всех «цветных» и «арабских» революциях современности массы не имели, не имеют и не могут иметь ни малейшего научно обоснованного представления о том, каким кошмаром, в недалеком будущем, обернется для них и их детей «победа» отцов на Майдане, в Тбилиси, в Багдаде, на Тахрире, в Триполи, Бенгази и Дамаске.

В большинстве исторических случаев, господствующие классы использовали добросовестное заблуждение масс, направляя их энергию по ложному пути. Поэтому, как в случае голландской, английской, французской, первой и второй русских буржуазных демократических революций, в ходе «перестройки» в СССР, в сознание добросовестно заблуждающихся масс были внесены лозунги, ложность которых определялась отсутствием в этих лозунгах, прежде всего, КОНЕЧНЫХ ЦЕЛЕЙ организаторов этих «революций». Массам предлагались лишь лозунги свержения, но абсолютно исключались конструктивные стратегические предложения. Массы свергали королей, царей, ЦК КПСС и… превращались в легкую добычу олигархов или наперсточников различных масштабов.

Трагикомично то, что уже к концу 1991 года значительное количество тех, кто в августе 1991 защищал, по простоте душевной, «белый дом», превратились в активистов анпиловских демонстраций против повышения цен, роста безработицы, терроризма, остервенело скандируя: «Банду Ельцина под суд».

Любая демократическая, тем более, рыночная революция может совершаться без какого-либо участия науки, вопреки предписаниям науки, самыми невежественными массами.

Коммунистическая революция есть синоним научно обоснованного и организованного прогресса, подобного тому, что был совершен в химии созданием периодической системы элементов Менделеевым. Не произойдя в сознании отдельного человека и масс, революция не может произойти на практике. Любая человеческая практика есть продукт сознания, той или иной полноты отражения действительности.

Поэтому, в идеале, партия научного мировоззрения не может развиваться на принципах демократизма, даже централистского, поскольку истина в науке устанавливается не голосованием, а добросовестностью, т.е. точностью и бескомпромиссностью научного исследования и способностью масс усваивать, творчески перерабатывать, а не только запоминать формулировки истин.

Однако реалии начала ХХ века, с точки зрения качества кадрового состава социал-демократического движения России, не позволяли, на первых порах, вносить в Устав РСДРП строгие требования к членам партии, которая только-только учреждалась. Как показала практика, во-первых, большинство участников социал-демократического движения не понимали значения и потому боялись слова «коммунизм», предпочитая его не употреблять и, во-вторых, как стало ясно в ходе раскола российской социал-демократии на большевиков и меньшевиков, все лидеры меньшевистского крыла, даже Плеханов, не вполне владели диаматикой или, иначе говоря, не обладали методологией научного мышления вообще, хотя пересказать кое-что из Гегеля могли, правда, не проникая в суть сказанного. Поэтому и Ленину пришлось дважды изучать диалектику. В молодости, по трудам Плеханова, а в зрелом возрасте, еще раз, но по трудам самих Гегеля и Маркса на языке оригиналов, чтобы не повторить плехановских ошибок и непростительных упрощений в ходе практической реализации задач революции.

Строго говоря, все меньшевистское крыло партии страдало не только недообразованностью, но и двурушничеством, и в пролетарскую революцию они шли, во-первых, как показала дальнейшая практика, за карьерой, поскольку в сословной России политическая карьера была для них вообще недосягаемой мечтой, во-вторых, ради демократического рыночного социализма, не думая о коммунизме всерьез.

Этот исторический недуг «чистого» социал-демократического движения, взращенного рыночно-монархической культуркой, Ленин отчетливо видел и, приобретя бесспорный и беспрецедентный авторитет в среде определенной части активистов рабочего движения России, разработал компромиссный вариант Устава, в котором, необходимая для победы научно обоснованная исполнительская дисциплина централизма, предусматривала отдушину для удовлетворения болезненной потребности в вождизме и пустословии будущих меньшевиков, т.е. демократизм. Эта уловка и называлась демократическим централизмом.

Ленин надеялся, что ему удастся, за счет утверждения централизма, частично нейтрализовать тлетворное влияние ритуалов и механизмов разложения, присущих институту рыночной демократии, перенесенных на почву внутрипартийной жизни. Этот прием полностью оправдал себя в момент учреждения партии, но создал впоследствии немало трудностей во внутрипартийной жизни, вплоть до полного развала КПСС.

Если бы Ленин до съезда сообщил всем руководителям социал-демократических организаций России, что он будет, в течение длительного времени, фактически ЕДИНОЛИЧНО управлять всей партией, а через неё, и всем пролетарским движением России, то, естественно, ни польские, ни литовские, ни еврейские, ни грузинские социал-демократы на съезд просто не поехали бы. Но тщеславие, самоуверенность, примитивность мышления поклонников безбрежного демократизма в партии, правильно оцененные диаматическим мышлением Ленина в их противоречивости, сыграли одномоментно свою положительную историческую роль. Разрозненные кружки, самим фактом прибытия на съезд, «де юре» объединились.

Сегодня никто уже не спорит, был ли Ленин вождем объективно, и удерживал ли он эту позицию на протяжении всей своей политической жизни не голосованием, а мудростью, обеспечив грандиозный успех большевистской партии в России и огромное влияние на весь мир. Будь у некоторых его современников побольше знаний диаматики, революционной искренности, поменьше националистических пережитков и чванства, то они легко заметили бы насколько глубока и содержательна «Искра», как мудро в ней освещаются все самые сложные и злободневные проблемы, как много ещё может эта газета под руководством Ленина дать рабочему движению России. Нет, меньшевики голосованием удалили Ленина с поста главного редактора и назначили на место Ленина другого главного редактора. Такова анекдотическая сила демократического централизма!

В истории уже был подобный идиотский случай, когда издатель пригрозил Марксу, что, если тот вовремя не сдаст в набор «Капитал», то издатель поручит эту работу другому автору.

А что случилось с «Искрой» при новом редакторе? Она стала бессодержательной, а потому быстро утратила, какое бы то ни было, влияние на читателей. И только те газеты, в которых работал Ленин, приобретали реальный авторитет в среде зрелых пролетариев и интеллигентов с развитой совестью.

С точки зрения практической истории и поднятой здесь проблемы роли ЦЕНТРАЛИЗМА в жизни и судьбе партии особенно забавно выглядит финал статьи Плеханова «Чего не делать?», написанной им в ответ на статьи и действия Ленина, направленные на обеспечение безусловного централизма в партии во имя достижения программных целей.

«Мы обязаны, — пишет Плеханов, — избегать всего того, что могло бы вызвать в нашей среде новые расколы. … Теперь надо всеми силами охранять единство. Наша партия должна сохранить его под страхом полной потери политического кредита. Если у нас возникнут новые расколы, то рабочие, которых, как это всякий знает, немало смущали и прежние наши распри, совершенно перестанут понимать нас, и мы явим миру печальное и смешное зрелище штаба, покинутого армией и деморализованного внутренней борьбой».

Легко заметить, что вместо усиления разъяснительной работы в среде пролетариев, Плеханов панически призывает тщательно захламлять партийную «избу», улыбаться взаимно оплеванной мордой и кормить пролетариев сказками о единстве дураков и умных, экономистов, ревизионистов и марксистов. Плеханов был уверен, что политический кредит может быть выдан простаками-пролетариями под плохо разыгранный спектакль благополучия в партии, а не под твердые гарантии действительного научно обоснованного единства партии.

«Не бойтесь, … говорят некоторые, слишком радужно настроенные товарищи, — ёрничал Плеханов в адрес Ленина, — будущее все-таки принадлежит нам, и наша партия с честью выйдет изо всех затруднений. На это мы отвечаем, что мы и сами твердо уверены в будущем торжестве российской социал-демократии, но эта отрадная уверенность совсем не избавляет нас от священной обязанности критически, относиться к своим собственным поступкам. Торжество нашей партии будет подготовлено совокупностью условий, из которых иные будут иметь положительное, а иные отрицательное значение. Было бы из рук вон плохо, если бы в этой алгебраической сумме перед знаком, изображающим нашу практическую деятельность, стоял минус…

Есть между нами еще один разряд оптимистов, плохо уяснивших себе нынешнее положение дел. Оптимисты этого разряда убеждены, что новые расколы были бы не вредны, а скорее полезны для нашей партии. В пользу этого странного мнения не приводится других доводов, кроме того, что российская социал-демократия сильно выросла именно в последние годы, когда ее раздирали жестокие междоусобия. При этом упускают из виду, что междоусобия не помогали росту социал-демократии, а замедляли его. Забывают, кроме того, что, чем менее значительны разногласия, существующие между членами одной и той же партии, тем вреднее для нее расколы, вызываемые такими разногласиями. Когда мы воевали с «экономистами», всякий неглупый человек мог без труда понять, из-за чего ведется война. А теперь в наших рядах господствует такое единомыслие, что новый раскол не имел бы никакого серьезного основания и показался бы понятным и извинительным разве только глупым людям. А потому и кредиту нашей партии он повредил бы несравненно сильнее, чем вредили ему прежние, тоже очень вредные расколы.

Все течет, все изменяется. Наши приемы деятельности тоже не могут оставаться без перемен… и было бы очень смешно и очень плохо, если бы мы не сообразовались с требованиями политической погоды. Последовательные марксисты не могут быть и, конечно, не будут утопистами централизма».

В этом выражении «утопистами централизма» отчетливо виден Плеханов-ренегат. Поверхностное владение диаматикой привело Плеханова к абсолютно извращенному пониманию проблемы роста партии. Для Плеханова, как и для всех нынешних руководителей партий с коммунистическими названиями, количество членов, формальное их единство было и есть много важнее КАЧЕСТВА партии. Плеханов выступил против «утопизма» централизма, прежде всего, потому, что сам оказался не первой фигурой в центре партийной структуры. Ему было бы достаточно, если бы в партии был плюрализм мнений, как при Горбачеве в КПСС, но чтобы он, Плеханов, признавался бы всеми фракциями, в качестве «генсека». И все было бы прекрасно.

Таким образом, если идти от противного и очень противного, то, как видим, Плеханов обвиняет Ленина в «утопизме» централизма, т.е. признает за Лениным такой «грех» и пытается с ним бороться, а если исходить из содержания работ самого Ленина ( «Что делать» и «Шаг вперед, два шага назад») то придется признать, что Ленин, в вопросах строительства партии, просто научный централист.

Стереотипы классового общества, усвоенные в отрочестве будущими социал-демократами на уроках «закона божьего», в церквах и синагогах, исторические примеры многолетнего пребывания коронованных ничтожеств на вершинах политической системы России, провоцировали некоторых социал-демократов тоже на безосновательные притязания на высшие руководящие посты в партии, на бесстыдное «щукарьство».

Много «палок в колеса» попытались вставить Ленину, помимо Плеханова, Троцкий, Бухарин, Каменев, Зиновьев. Множество идиотских статей написали они, пытаясь убедить рабочих в несостоятельности ленинской стратегии и тактики, много раз они пытались использовать механизм демократического централизма для низвержения Ленина с формальных постов, не имея интеллектуальных сил правильно воспринять простую вещь: Ленин объективный ВОЖДЬ рабочего движения России и всего мира и не только своего времени.

Казалось бы, возрадуйтесь, что вас считает своими соратниками величайший ум современности. Но нет. Удушающая зависть, возможность занять высший формальный пост в редакции, в партии, а может быть и в государстве, за счет процедуры голосования, превращали соратников в подлецов, о чем Бухарин, готовивший некогда покушение на Ленина, впервые самокритично и красочно поведал суду в 1938 году.

Как известно, Каменев и Зиновьев боролись против Ленина в самый важный, октябрьский период его деятельности 1917 года. Боролись против него и в период «брестского мира», и в период утверждения НЭП. Но, когда Ленин тяжело заболел и не смог присутствовать на XII съезде партии, когда, поэтому, Каменев и Зиновьев уже не воспринимали его как конкурента, они первые вознесли Ленина до небес, понимая, что теперь их беззастенчивая лесть в адрес Ленина будет работать на укрепление их личной власти в партии.

Ленин знал истинную цену многим подобным «соратникам». Он, отчетливее многих из них, видел тенденцию развития капитализма в России и тенденцию противоречивого развития социал-демократии. Неизбежность близкого социального взрыва диктовали необходимость создания, вместо разрозненных кружков, единой авангардной партии пролетарского класса, созревшего для координации его грядущих выступлений. Необходимо было внести в пролетарское движение понимание сути общей программы действий. Эту просветительскую и организаторскую работу могла выполнить только сплоченная партия.

Приближающаяся буржуазно-демократическая революция в России, достаточно большие шансы свержения царизма, неизбежное вовлечение капиталистами своих пролетариев для выполнения именно ЭТОЙ задачи, делали необходимой и возможной мобилизацию пролетарских масс для решения не только буржуазных задач грядущей антимонархической революции (что работало и на коммунистов), но и для перевода вектора борьбы пролетариев на борьбу против победившей буржуазии, за установление диктатуры рабочего класса.

Поэтому, несмотря на неравномерность научной подготовки российской социал-демократии, несмотря на разную степень искренности социал-демократов разной национальной принадлежности, Ленин видел возможность, за счет уступок их демократическому кретинизму, направить работу разрозненных отрядов социал-демократии в единое пропагандистское и организационное русло. По содержанию статей и книг того периода видно, что Ленин считал, что его личной научной подготовки, уровня образованности его единомышленников, достаточно для того, чтобы нейтрализовать наиболее оппортунистически настроенных социал-демократов, взять их под своеобразный централизованный, личный контроль, ослабив степень их расхлябанности и придать большую целенаправленность постоянно колеблющимся слоям российской социал-демократии. В этом случае можно было надеяться, что пропаганда и агитация в пролетарских средах, хоть некоторое время будет вестись в едином направлении, не внося разноголосицы в пролетарское движение.

Но и меньшевики чувствовали, что, объективно, по объему и качеству научной и пропагандистской работы, Ленину нет равных в среде социал-демократов, а потому сделали все возможное, чтобы снизить продуктивность работы Ленина, выдавив его методом демократического централизма из состава редакции газеты «Искра». Они обвиняли Ленина в «бонапартизме», делая вид, что не видят, что причина роста авторитета Ленина кроется не в его выборных интригах, а в искренности, грамотности, производительности и качестве его умственного труда.

Тем не менее, Ленин понимал, что, в сложившихся напряженных и динамичных исторических условиях, главным были не его личные моральные трудности, а безотлагательная необходимость заложить в пролетарское движение навыки скоординированности и осознанности стратегических целей и действий, чтобы у пролетариата России, в конечном итоге, был единый авангард, способный внести целеположенность в общероссийское пролетарское движение, гарантируя ему победу в силу высокой степени научности Программы единственной и единой пролетарской партии в России.

А для достижения этой цели необходимо было, на время, «стреножить» пропагандистскую разноголосицу, «плюрализм» мнений хотя бы в российском социал-демократическом движении. Ленин был убежден, что, как бы не изворачивались меньшевики в ходе полемики, они ОБРЕЧЕНЫ на поражение в глазах пролетариев, следивших за её ходом. Важно было не перевоспитать меньшевиков, а развернуть на глазах пролетариев полемику с меньшевиками, привлечь внимание передовых рабочих, УБЕДИТЬ их в ошибочности позиции меньшевиков и привести их к единственному научно обоснованному выводу.

Как это ни комично, но приглашение руководителей социал-демократических секций и кружков к общей полемике, к участию в смотринах, т.е. в выборах руководящих органов съезда, возможность наговориться и быть, за это, даже куда-либо избранным, оказалось весьма притягательным для типичных социал-демократов. Они клюнули именно на демократическую шелуху и прибыли на второй съезд РСДРП, стараясь протащить принцип кружковой автономии, безбрежного демократизма в партии, особенно для националистически настроенных отрядов российской социал-демократии, чтобы втянуть в партию как можно больше «экономистов», откровенных ревизионистов и других «пикейных жилетов», любителей бесконечных дискуссий и поклонников стихийности в пролетарском движении.

Объективная диаматика, воплощенная Лениным в замысел съезда, и здесь породила гениальный парадокс. Противники централизма собрались на… ОБЩИЙ съезд, тем самым, превратив его в центр внимания всех, занимающихся политикой и, следовательно, не желая того, сами себя «высекли», сыграв на руку централизму.

В социал-демократическом движении России был совершен гигантский шаг вперед в деле централизации пролетарского движения. Отныне, даже малограмотный рабочий, имел более четкое представления о направлениях колебания «вождей» и фракций относительно стратегической линии большевизма.

Но на съезде традиция безответственного краснобайства в российской социал-демократии была уже столь глубока, что, при голосовании по первому параграфу Устава партии, Ленин проиграл Мартову и его сторонникам. Это поражение подтвердило абсолютную точность ленинских оценок, данных им российской социал-демократии. Голосуя против обязательности работы членов партии в одной из организаций, мартовцы сознательно боролись за повышение степени, удобного для себя, анархизма в РСДРП.

Но, при голосовании по Программе партии, был утвержден её ленинский вариант и, что самое главное, несмотря на последующие меньшевистские метания, несмотря на все внутрипартийные расколы и шатания, научная и организаторская, тактическая гениальность Ленина обеспечила появление в России ЕДИНСТВЕННОЙ, обсужденной и проголосованной, в рамках демократической процедуры, Программы партии, которая превратилась для пролетарского движения в ориентир, в критерий, по которому можно оценивать позицию и практическую деятельность всех остальных вождей и партий.

А, как известно, до этой поры социал-демократы могли создавать лишь бесчисленные суверенные кружки и организации, национальные секты, выпускать листовки, манифесты, «кредо», что ИСКЛЮЧАЛО научное просвещение и объединение отрядов российского пролетариата, обрекая его на безрезультатное распыление сил.

Последующая история, правда, доказала, что наличие проголосованной, утвержденной Съездом Программы является необходимым, но совершенно недостаточным фактором успеха в реальном рабочем, коммунистическом движении.

Люди, не познавшие творчески марксизм-ленинизм в полном объеме, НЕ СПОСОБНЫ выполнить подобную Программу, являющуюся кратким, концентрированным вариантом изложения, не чего-нибудь, а ДИАМАТИКИ общественного прогресса. Программа партии пишется именно для партии, и нужно обладать полным объемом знаний диаматики, чтобы развернуто и убедительно донести до сознания рабочих смысл положений программы. Иначе говоря, не изучив диаматику, не стоит даже заикаться о том, что кто-то способен хоть что-то понять в кратких схематических формулировках подлинно коммунистической программы.

Еще комичнее выглядит человек, не обладающий диаматическим методом мышления, но пишущий коммунистическую программу. Именно диаматическое убожество авторов, отразившееся в содержании «постленинских» программ, привели КПСС, КПРФ, РКРП, РКСМ(б)… кого к развалу, а кого, в современное, крайне печальное, если не позорное положение.

Несмотря на то, что уже на третьем съезде РСДРП в Уставе партии была утверждена формулировка Ленина, меньшевики и другие оппортунисты всю остальную историю использовали демократизм только в ущерб централизму, навязывая всей партии дурацкие дискуссии, на самых неудобных для полемики поворотах истории. Так было в момент октябрьского восстания, так было во время подписания Брестского мирного договора с Германией. Так было в период гражданской войны, когда Троцкий и его команда навязали партии дискуссию о… профсоюзах. Т.е. принять единую программу, как оказалось, много легче, чем сделать партию, действительно, единой.

Образно говоря, если Россия в XVIII веке могла «прирастать Сибирью», то коммунистическое движение может прирастать только наукой, и никакие компромиссы на этом направлении невозможны. Или коммунисты будут научным авангардом пролетариев, или члены партии — умственные лодыри.

Стремление безграмотных болтунов пролезть в ЦК, ЦКК, в ЦО, моменты безбрежной болтовни, типичные как для периода становления РСДРП, так и для периода хрущевщины и горбачевщины, с еще большей разрушительной силой проявили себя при создании РКРП и на всех этапах затухания её жизнедеятельности. Заседаловщина, митинговщина, бесконечные трескучие и пустые заявления снизили до нуля эффективность деятельности этой партии в реальных пролетарских средах, приводя к одному за другим, многочисленным и безвозвратным расколам и атрофии всех её организаций и органов, кроме языка у некоторой части «друг дружкой» избранных «вождей».

Если за первые 14 лет существования большевикам удалось осуществить октябрьский политический переворот, если за следующие 20 лет, прошедшие после революции, партии большевиков удалось практически полностью выполнить положения ленинской программы, обеспечить становление диктатуры рабочего класса в Советской России, превратить СССР к 1937 году в могучую технологическую державу, то совершенно очевидно, что за такие же 20 астрономических лет КПРФ и РКРП, в условиях, невероятной, для капитализма, свободы слова, не решили НИ ОДНОЙ программной задачи.

Спрашивается, что является причиной такого трагичного различия?

Прежде всего, то, что в постсталинской КПСС, КПРФ, РКРП господствовал… демократический централизм и, потому, совершенно не было шансов повести партию по пути научного централизма.

Почему актив журнала «Прорыв» до сих пор малочислен? Потому, что большое количество присылаемых в редакцию материалов содержит в себе катастрофически КРУПНЫЕ теоретические ошибки. Почему компактная редакция журнала «Прорыв» и её технический актив сохраняют целостность, единство и выпустили научно-теоретической и публицистической продукции больше, чем редакция теоретического органа ЦК РКРП, журнала «Советский Союз»? Потому, что каждый активист «Прорыва» постоянно работает над повышением своего научного уровня и, следовательно, мы, образно говоря, больше «спорим» с неизведанным, бескомпромиссно спорим с собственными пробелами в образованности, чем друг с другом, как это происходило и происходит в руководстве РКРП и РКСМ(б). Причем, чем прочнее актив «Прорыва» продвигается в освоении диаматики, тем меньше у нас возникает внутренних споров, тем дружнее мы решаем внешние проблемы. Каждому, кто не согласен с позицией журнала «Прорыв», сформулированной в его первом номере, мы тут же предоставляем полную свободу действий.

Актив «Прорыва» давно уже понял, что истина рождается не в споре кого-либо с кем попало, а только в напряженном поиске истины компетентными, т.е. точно знающими предмет и МЕТОД, лицами. При ином подходе к поиску истины, независимо от продолжительности споров, рождаются разнообразные логические уродцы, но не истина.

Умственная леность, а потому недостаток диаматической образованности членов современных левых партий, с неизбежностью привели их на позиции махистской «методологии» (они об этом сами не догадываются, беспочвенно надеясь, что стоят на позициях интуитивных, умственно ленивых, мало читающих, но диалектиков) и поэтому они, вместо конкретно-исторического подхода, в сотый раз лишь переписывают, не вдумываясь в то, что писалось и делалось в конце XIX- начале ХХ веков, что переписано уже во все докторские диссертации профессоров-предателей из КПСС, ни разу не задавая себе вопроса: а почему более ста лет тому назад первопроходец говорил, писал и делал именно так, а не иначе. Или, хотя бы спросили сами себя, зачем Ленину потребовалась эта «военная хитрость»: требовать установления в партии не просто демократизма или централизма, а именно демократического централизма? Какие диаматические противоречия разрешались в сознании гения, ведя его именно к такой формулировке?

С научной точки зрения, просто смешно говорить о необходимости демократии и даже демократического централизма в партии научного мировоззрения. Можно было, хотя бы задаться вопросом, почему олигархи всего мира, ненавидящие КПСС и СССР, рукоплескали Горбачеву за его усилия по демократизации КПСС и СССР? Почему Генерального секретаря ЦК КПСС встречали с распростертыми объятиями все самые реакционные президенты, премьер-министры и канцлеры мира, вплоть до Рейгана, Тэтчер и Коля? Почему у этих слуг империализма из всех Генеральных секретарей пользовался именно любовью один лишь Горбачев, а не Ельцин и даже не Гайдар с Чубайсом?

Только потому, что империалисты знали заранее, что демократия ведет только к разрушению системы научного управления обществом. Борьба Генеральных Секретарей ЦК КПСС в лице Хрущева за «коллективный ум партии», борьба Андропова за демократию в планировании, т.е. за хозрасчет в экономике, борьба Горбачева за демократизацию внутрипартийной жизни, как следствие необразованности этих генеральных секретарей, были грандиозным подарком империалистам всего мира. Горбачева империалисты полюбили за то, что он был предсказуем и управляем в его деятельности по развалу КПСС и СССР. А Ельцина, Гайдара и Чубайса недолюбливали за бездарность, т.е. за то, что они не смогли окончательно развалить их конкурента: буржуазную рыночную РФ, хотя все к этому шло.

Могут сказать, вот именно, поскольку все было завязано на генеральных секретарей КПСС, постольку глупость каждого из них и привела к сокрушительным последствиям. Наши оппоненты не видят, что добровольный отказ Горбачева от централизма в партии показал, что партийная масса оказалась, как и во времена Ленина, все еще неспособной к самостоятельному, без настоящих вождей, проведению победоносной линии в политике. Казалось бы, что все осознали убожество, ничтожность Горбачева. Но как ничтожна должна была быть подготовка остальных членов партии, что в условиях, когда всё и всем стало можно, лишь несколько тысяч коммунистов попытались организовать Движение Коммунистической Инициативы (ДКИ). Предоставление партийным массам большей свободы привело лишь к победе мелкобуржуазности в политике, особенно в национальных республиках. Вспомните, на 28 съезде КПСС 2/3 тупых делегатов съезда проголосовали за рыночную реформу в СССР.

Т.е. пролетарии перестают быть наемными рабами, быдлом, проститутками, нацистами только тогда, когда органично спаяны со своим авангардом, а авангард вооружен ЗНАНИЕМ научно обоснованных и проверенных законов общественного развития.

Поэтому, можно посоветовать всем молодым левым: если вы хотите бороться вечно и безрезультатно, то соблюдайте принципы демократизма, как это делали Плеханов, Троцкий, Бухарин, Хрущев, Андропов, Горбачев, Зюганов, Анпилов, Тюлькин, Удальцов, Батов, на радость олигархам всего мира.

Если же вы хотите себе и своим детям победы в борьбе за долгую, счастливую, достойную человека жизнь, в сроки, оптимально обусловленные зрелостью объективных факторов — вставайте на позиции научного централизма. Это сложно, трудоемко, но гарантированно.

Лозунг демократизма, как отмечалось выше, нужен был большевикам лишь на первом этапе создания партии, для вовлечения в движение, для ФОРМАЛЬНОГО подчинения партийной дисциплине кадров, которые, по своему текущему социальному положению, относились к эксплуатируемой массе, но по уровню образованности и в сокровенных мечтах своих были повернуты к мелкобуржуазным ценностям. Если бы было иначе, то вчерашние батраки и середняки не превращались бы в кулаков и не стреляли бы в спину первым председателям колхозов, а вчерашние пролетарии, превратившись в профсоюзных лидеров, не продавались бы своим хозяевам и фашистам. Но интеллигентская прослойка, крестьяне и пролетарии — фигуры двойственные по своей природе. Причем, промышленные пролетарии лишь чуть в меньшей степени характеризуются этой двойственностью и реже становятся на позиции двурушничества, чем пролетарии умственного труда и крестьяне.

Но в дни, когда писались эти строки, шахтеры кемеровской области попросили Медведева… увеличить их рабочий день с 6 до 8 часов. Вот так, примитивно, работают мозги современных шахтеров. Они не понимают даже того, что владельцы шахт теперь смогут уволить 30% их товарищей, увеличив незначительно зарплату оставшимся и переведя зарплату уволенных в графу прибыли владельцев шахт. Разумеется, это самый позорный момент в истории рабочего движения мира, но последствия этой глупости основательно прочистят мозги уволенным шахтерам, выброшенным на улицу, которые совсем недавно считали, что кроме пива после работы нет ничего важнее в мире пролетарского братства.

Особенно стыдно за этих наемных рабов XXI века потому, что и в конце XVIII века, и в конце XIX века, рабочие требовали от капиталистов, во-первых, сокращения продолжительности рабочего дня и только, во-вторых, повышения заработной платы при сокращенном рабочем дне. Они хотели жить. Они знали цену свободному времени. Сегодня рабочим кажется, что они могут заработать, оставляя в забоях свое бесценное здоровье и саму жизнь.

Мало кто из них сегодня понимает, что если бы социализм в СССР не обрушили забастовки шахтеров в 1990 году, то сегодня все население страны было бы обеспечено бесплатными квартирами, а рабочий день во всех отраслях составлял бы не более 4-х часов в сутки, при двухмесячном оплачиваемом отпуске, при, условно говоря, той же заработной плате, при бесплатных образовании, медицине, бесплатном городском транспорте, детских дошкольных учреждениях, санаториях, туристических базах, при отсутствии терроризма, религиозного мракобесия, национализма, фашизма, организованной преступности.

Но пролетариат, при отсутствии подлинной коммунистической партии, превращается в самоуничтожаемую силу. Казалось бы, что истории только одной германской национал-социалистической рабочей партии достаточно, чтобы понять глубокую ошибочность взгляда на пролетариат как на автоматически самоформирующуюся революционную силу, тем более коммунистическую. Пролетарии всей Европы ковали оружие против СССР, пролетарии остервенело шли по собственным трупам к Москве, штурмовали Сталинград, расстреливали и вешали партизан. Полагать, что пролетариат революционен по определению, означает ничего не понимать в «Манифесте КП», в котором совершенно определенно сказано, что пролетариат, всего-навсего, ЭКСПЛУАТИРУЕМЫЙ класс, т.е. класс, который, в большинстве своем не только не понимает, что он эксплуатируется, но и эксплуатироваться рад, выстраиваясь в длиннющие очереди на бирже труда и глядя на всех неудачников свысока, если не нашел себя в списках уволенных. Пролетариат является самым революционным классом рыночного общества лишь в силу того, что все остальные классы капиталистического общества — или абсолютно РЕАКЦИОННЫ, или мелкобуржуазны, или мотивированно пассивны, равнодушны ко всему происходящему.

Без своего авангарда, без партии научного мировоззрения, пролетарии умственного и физического труда не способны освободить себя от эксплуатации, что блестяще подтверждает многосотлетний опыт пролетарского движения в развитых рыночных странах. Но это было бы не так страшно, если бы пролетарии не принимали самое активное участие и не несли бы главные жертвы в ходе мировых и колониальных войн, не являлись бы слепыми исполнителями воли фашистов и милитаристов в безумной гонке ядерных вооружений.

Только люди, овладевшие научным мировоззрением способны, отнюдь не из упрямства, не из слепой веры в пункты Программы, непоколебимо проводить в жизнь одну единственную линию, поскольку она осознана ими как истинно научная.

После того, как состоялась формальная часть организации Коммунистической Партии, т.е. Партии Научного Мировоззрения, о степени успешности её развития можно и нужно судить не по темпам роста её рядов, а по степени отмирания демократизма в ПАРТИИ и по степени нарастания научного ЦЕНТРАЛИЗМА.

Казалось бы, достаточно изучить опыт горбачевщины, чтобы сделать окончательный вывод о том, насколько внутренний дурак в партии, т.е. сторонник насаждения демократизма в коммунистической партии опаснее внешнего врага. Достаточно задаться вопросом, являются ли — апелляция Горбачева и Ельцина к массам, горбачевско-ельцинские формы «совещания с народом», признаком их большого ума? Демократами их, конечно, можно назвать. Но умными и, тем более, образованными — никак.

Можно ли считать человека генеральным конструктором, если он пытается, организацией демократического голосования среди сотрудниц чертежного отдела, выяснить, какую марку стали нужно использовать при создании ядерного реактора?

Можно ли называть умными людьми президентов и премьер-министров, которые занимаются приватизацией государственных заводов под лозунгом: «Предприниматели умнее нас»?

Спрашивается, если подобные государственные деятели не умеют руководить экономикой страны, то, в каком смысле они умеют управлять страной? Можно удивиться тому, что до сих пор встречаются люди, не понимающие, что ВСЯ «система» властей при рыночной демократии существует исключительно для того, чтобы удерживать демос в повиновении крупному капиталу, независимо от того, насколько профессионально сработают «умные» олигархи. По крайней мере, во всех развитых демократических рыночных странах получается именно так. Олигархи «руководят» всей экономикой, как уж получится, и вообще, как хотят, а полиция усмиряет безработных и обворованных вкладчиков по научно разработанной программе усмирения демоса, используя самую передовую технику и технологии, на которые денег демократическое правительство не жалеет никогда.

Таким образом, если не увиливать трусливо от вопроса, почему рухнул Союз Коммунистов, первый и второй интернационалы, КПСС, все коммунистические партии стран СЭВ, почему к этому близки и КПРФ, и РКРП, то придется признать, что развалиться могут только такие коммунистические организации, в руководстве которой нет ни одного коммуниста, т.е. человека, безусловно владеющего методами научного мироосмысления. Строго говоря, историческая практика Китая, Северной Кореи показала, что при определенных исторических условиях, на всю страну хватает даже одного, действительно, грамотного коммуниста, чтобы программа партии была и коммунистической, и выполнялась.

Когда развалилась КПСС, то оказалось, что ни в одной республиканской организации нет образованных коммунистов. Есть отдельные герои, твердые и несгибаемые интернационалисты как, например, Анпилов, Шенин, Бурокявичюс. Есть интересный теоретик по проблемам мирового развития, Ермолавичюс. Но нет ученых, ответивших научно на острейший вопрос современности о причине развала КПСС и других партий стран СЭВ так, чтобы хоть одна «посткапеесесная» организация с коммунистическим названием хоть чуть-чуть походила на большевистскую. В результате, на обломках КПСС и КП РСФСР возникли их клоны: РКРП, затем КПРФ и еще несколько совершенно миниатюрных коммунистических партий со своими вождями. История загнивания и усыхания всех этих партий доказала, что в них не было и нет ни одного человека, который бы, в условиях довольно высокой для буржуазной страны степени свободы слова, убедил бы пролетариат, хоть в чем-нибудь. Все погрузились в парламентский омут злословия, в собирательство подписей. Некоторые из членов этих партий показали твердость характера, верность принципам, хорошую память на некоторые цитаты, но, вовсе, не умение мыслить и действовать по-ленински.

Если члены этих партий и впредь будут относиться так же лениво к своей методологической образованности, то, ясно, что ни о какой коммунистической перспективе на территории бывшего СССР в ближайшие пять лет говорить не приходится.

Постепенное вымывание из руководства всех интернационалов, всех коммунистических партий, всех редакций, настоящих коммунистов и есть следствие религиозного доверия принципу демократического централизма.

Тогда, естественно, возникает вопрос. Если демократический централизм есть средство захвата руководства партии оппортунистами, то, как строить партию на принципах научного централизма?

Самое печальное состоит в том, что в современном коммунистическом движении вряд ли найдется теоретик, который занимался исследованием примеров победоносного применения принципа научного централизма в истории КПСС, а, тем более, детально описал механизм применения принципа научного централизма в деле построения Коммунистической Партии, в которой оппортунизм, при всем его желании, развернуть свою деятельность не может. Поэтому…
Продолжение следует
Июль-август 2012

Источник статьи

 

Метки: , ,

Демократический централизм, как питательная среда для размножения «бацилл» оппортунизма в коммунистической партии (часть 1)


«Противоядие» все ещё не найдено

«Прорыв» уже не раз обращался к этой, жизненно важной для коммунистов, проблеме, но будет возвращаться к ней вновь и вновь, пока она, с помощью читателей, не будет решена окончательно.

Как известно, начиная с развала первого Интернационала, все возникавшие компартии через некоторое время приходили в состояние упадка и сходили с исторической сцены. Правда, на место одной, павшей партии, приходили несколько новых и, несмотря на репрессии, террор, преследования, партии с коммунистическими названиями существуют сегодня на всех континентах, почти во всех странах, за исключением тех, где европейский колониализм и религия особенно постарались, чтобы остановить культурное развитие народов. Если обратиться к европейскому опыту последнего десятилетия, то постепенное нарастание количества красных флагов на демонстрациях европейских трудящихся спровоцировано исключительно самим капитализмом и, прежде всего, как ни «странно», американским. Каждый вдумчивый читатель это понимает.

Антикоммунисты никак не поймут простую вещь. Чтобы уничтожить коммунистическое движение окончательно, нужно ликвидировать источник его возникновения: институт наемного умственного и физического труда, т.е. саму эксплуатацию человека бизнесменом.

Правда, было бы просто замечательно, если бы коммунизм вырастал прямо и непосредственно из капитализма, как капитализм вырастает прямо из рабовладения и феодализма, являясь очередной прогрессирующей формой паразитизма. Коммунизм есть порождение и диаматическое отрицание капитализма, а в его лице, всех типов эксплуататорских, паразитических формаций. Историческая оригинальность коммунизма, его принципиальная непохожесть даже на первобытнообщинный коммунизм, делает борьбу за коммунизм достаточно сложной в теории и на практике, обреченной на яростное сопротивление со стороны всех паразитарных сил.

Классиками марксизма, в свое время, по горячим следам, была проделана большая исследовательская работа, сформулированы некоторые конкретно-исторические причины развала конкретных Интернационалов. Естественно, принимались решения, осуществлялись организационные меры, но, пока, ни одна из них не привела к желаемому результату. Развал коммунистических партий наступал и наступает, задолго до выполнения ими своей исторической задачи.

Каждый последующий крах доказывает, что главное «противоядие» все еще не найдено, и остается открытым вопрос: наступит ли раньше всемирная победа коммунизма или произойдет гибель земной цивилизации в огне третьей мировой войны, развязанной олигархами ради передела уже поделенного мира. По крайней мере, олигархи времени зря не теряют и делают все, чтобы развязать мировую войну, находясь во всеоружии.

Нужно быть совершенно бессовестным человеком, чтобы думать, что классики марксизма обязаны были «разжевать» будущим коммунистам все до последней буквы в теории партийного строительства, чтобы грядущим поколениям членов партии осталось только гордиться гениальностью своих вождей, козырять «всуе» их цитатами, слепо применяя приемы партийного строительства СТОЛЕТНЕЙ давности. Классики очень надеялись на то, что следующие поколения коммунистов ответят глубокой теорией на вызовы грядущих эпох, более развернутой и более продуктивной. Но именно развитию теории в современном коммунистическом движении уделяется непозволительно мало внимания. Более того…

Некоторым партийным «танцорам» мешает конституция

Не так давно Первый секретарь РКРП, В.А. Тюлькин, и целый Президент Фонда Рабочей Академии, профессор М.В. Попов, выступили с совместной статьей, объем которой на 40% представлен произвольно подобранными цитатами из трудов классиков марксизма-ленинизма и… Бухарина. А поскольку 30% текста, в среднем, принадлежит Тюлькину, а 30% — Попову, то статья получилась рекордно эклектической. Если же не принимать за содержание статьи массу ритуальных оборотов, как-то, «Ленин учил, …говорил, …указывал,… писал…» или «как сказано в Конституции СССР 1936 года…», то получится, что на самих авторов статьи приходится не более 25% фраз, наполненных содержанием, уловимым в качестве авторского.

Весь смысл статьи Тюлькина и Попова можно свести к следующему тезису. В том, что СССР и КПСС рухнули в 1991 году, виновата… Конституция СССР… 1936 года, якобы, отменившая диктатуру пролетариата.

Авторы сделали вид, что не понимают, что «вина» Конституции 36 года была бы доказана лишь в том случае, если бы все последующие генеральные секретари КПСС несгибаемо вели партию по гибельному пути «сталинской Конституции». Представляете? За 55 лет, прошедших после смерти Сталина, 5 Генеральных секретарей КПСС, последовательно сменивших и обозвавших друг друга нехорошими словами, менявших то Программу партии, то Конституцию СССР, тем не менее, если верить Тюлькину и Попову, слепо и твердо, особенно Хрущев, выполняли заветы «сталинской Конституции» до самого 19 августа 1991 года и потому привели партию к развалу, изумив ЦРУ США.

Конечно, авторы статьи могут сказать, что они имели в виду только преждевременность отказа Сталина от диктатуры пролетариата в СССР. Но отмена диктатуры пролетариата в 36 году, не может означать ничего, кроме восстановления диктатуры буржуазии. Однако даже у патентованного экономиста Попова не повернулся язык сказать, что в 1936 году в СССР была восстановлена диктатура буржуазии. Что же у авторов статьи получается: диктатура пролетариата ликвидирована, диктатура буржуазии не восстановлена, значит, остается предположить, что рассматриваемые авторы, как и Троцкий, обвиняют ВКП(б) в установлении собственной диктатуры.

Таким образом, приходиться признать, что, во-первых, руководство РКРП и ФРА, давно стоят в оценках истории ВКП(б) на троцкистско-хрущевских позициях, а во-вторых, что они отождествляют диктатуру пролетариата с выборностью депутатов в Советы различных уровней по производственным округам. А это уже верх хвостизма и непонимания диаматической сущности диктатуры рабочего класса.

До сих пор подобной логикой освещения истории КПСС могла похвастаться только Новодворская. Теперь она вправе во всеуслышание на Болотной площади заявить: «Ну, а я вам, что говорила? Во всем виноват Сталин! Читайте статьи Тюлькина и Попова, и на вас тоже накатит!».

Достаточно было бы Попову и Тюлькину, не хватаясь поспешно за «клаву», задуматься над вопросом, например, для чего «козе баян»? Зачем коммунистам нужна Конституция, если есть научная теория и вырабатываемая на этой основе программа партии? Но здесь и у руководства РКРП, и у многих современных «кумунистов» срабатывает рефлекс «самоочевидных истин»: «Ну, как же, у всех цивилизованных стран есть конституции, а мы чем хуже?». Многие члены коммунистических партий, борющиеся за построение бесклассового общества, не замечая абсурда в собственных поступках, трепетно относятся к конституционализму, рожденному пороками классового общества и возводящему порок в ранг добродетели. Такие товарищи собирают предусмотренные буржуазной конституцией подписи, несут списки своих товарищей в буржуазный Минюст, вымаливают регистрацию, чтобы поучаствовать в буржуазном парламенте, скорбят, если чиновники не выдали им регистрационные документы, нарушая, как считают многие члены партии, демократические принципы.

Невозможно без слез читать недавнее сообщение Пресс-центра ЦК РКРП-РПК. В нем, в частности, говорится:

«… Обращение РКРП в Верховный Суд было вызвано тем новым обстоятельством, что Европейский Суд по Правам человека принял решение (15 сентября 2011 г. оно вступило в силу) по аналогичному делу Республиканской партии России (РПР — Владимира Рыжкова). Европейский Суд однозначно высказался о том, что в России нарушаются права человека, прописанные в Европейской Конвенции по защите Прав человека и Основных свобод. Эта Конвенция ратифицирована Россией, а в Конституции РФ прописано, что признанные Россией международные договора и документы имеют превалирующее значение над внутригосударственными.

Следовательно, нарушается и Конституция России. Речь идёт о том, что в Европейской Конвенции говорится, что ограничения на право создания политических организаций и их деятельность могут быть обусловлены только такими общественно-значимыми целями, как сохранение целостности государства, обеспечение общественной безопасности и национального здоровья и прочее. Ограничивать право создавать общественную организацию (в том числе — партию) критерием численности просто глупо и неправомерно».

В Европе, ввиду этой новой российской трагедии, приспущены все флаги.

Членам левых партий, уповающим на конституции, давно пора понять, что конституция, и по форме и по содержанию основных положений придумана… рабовладельцами, а не большевиками. В своём первородном виде, она есть детальная индульгенция силовым институтам на поддержание порядка однозначно выгодного только олигархам.

Известно, что наиболее ранние конституции, и подобные им билли, всегда принимались меньшинством населения, без какого либо учета мнений и интересов большинства, например, рабов, детей, женщин, населения колоний, аборигенов, неграмотной части общества, иноверцев и т.д.

Конституция, исторически, есть документ, предписывающий поддержание достигнутого классового «порядка» силой принуждения, и наибольшая выгода от такого «порядка» всегда достается лишь олигархам страны. В частности, даже такой холоп американских олигархов как З.Бжезинский, и тот ошарашен тем, какие последствия охватили Америку после краха СССР. В 1990 году, — отметил он в своем интервью «Комсомольской правде», — зарплата руководителей американских предприятий всего в 70 раз превышала зарплату среднего американца. Теперь эта разница выросла до 325 раз.

Что можно сказать об умственных и моральных способностях Бжезинского, если он знал, что в СССР разница между оплатой высших и низших должностей не превышала трех раз, а в США разрыв уже тогда составлял 70. Неужели было трудно догадаться, что олигархи США борются против СССР именно для того, чтобы снять с себя все верхние ограничения в размерах доходов и настригать со шкур американских хомячков еще больше шерсти. Нет, нужно было, обязательно, как в старом ковбойском анекдоте, сначала испробовать изрядную порцию бизоньего дерьма, а потом задуматься над вопросом: «Что-то мы с тобой не то сделали, друг Рональд?».

Но и разрыв в доходах, это еще не всё. Наши «левые» должны понимать, что американская конституция, «билль о правах» не ограничивали ни практику стихийных судов Линча, ни скальпирование белых захватчиков индейцами, как и не запрещали белым зарывать тысячи убитых индейцев во рвах. «Билль о правах», как показывает вековая история США, ничего не имел против распятия земляков нынешнего президента США на горящих крестах. Эта конституция была продумана и составлена таким образом, что, в конечном итоге, большинство индейцев было закопано, а остатки согнаны в резервации, негры еще почти сто лет сжигались на крестах, и никто за это в Нюрнберг или Гаагу не приглашался, а тюрьмы США и по сей день держат мировую пальму первенства по вместимости, количеству и степени изолированности заключенных, заполняясь, в основном, «цветной» молодежью и представителями малоимущих слоев, а олигархи остаются в чине «священных коров». Поэтому только политически наивный младенец может видеть в конституции силу, гарантирующую кому-то, что-то демократическое.

Конституция есть документальное доказательство антагонистичности докоммунистических формаций, основанных на частной собственности. Конституции есть «тонкий» юридический «намек» на то, что взаимопожирающие страсти антагонистических классов, кланов, наций и конфессий сдерживаются лишь силой полиции, армией и тюрьмами, что в гражданском, правовом обществе, основанном на частной собственности, ВСЕ готовы сожрать ВСЕХ, но правила игры и силовые институты, предусмотренные конституцией, слегка замедляют этот процесс.

Но почему и коммунисты вынуждены писать конституции?

Что касается СССР образца 1936 года, то необходимо учесть, что сознание населения СССР только начинало «выползать» из вековых традиций агрессивных классовых отношений. По крайней мере, непревзойденный кремлевский мечтатель и оптимист, Ленин, предполагал, что на изжитие мелкобуржуазных пережитков в сознании людей придется потратить несколько десятилетий, а может быть столетие. Многие факты свидетельствуют, что и в психике некоторой части советского населения тех лет сохранялись паразитарные «ценности» эксплуататорских формаций. Ничем иным нельзя объяснить образование эсэсовских дивизий из украинцев, или «власовской армии», вобравшей в себя преимущественно этнических русских — сторонников возрождения кулачества в РФ.

Потому-то большевистские варианты конституций СССР и содержат в себе перепись положений из марксизма о механизме, ведущем к уничтожению объективных основ деления общества на классы и, следовательно, впервые в истории человечества, марксизм как наука превратился в норму права, делающую, со временем, абсолютно излишней… саму конституцию. Точно так, как знающий врач при лечении больного не руководствуется нормами права, а полагается всецело на научные истины, точно так члены коммунистического общества решают вопросы своих взаимодействий на основе научных знаний об объективных законах этих взаимодействий.

Согласно объективным законам, чтобы классовое деление общества исчезло, необходимо, прежде всего, КАЖДОМУ родившемуся ребенку обеспечить постижение всех высот современной культуры. Поэтому именно в СССР, а не в Англии, например, была сначала ликвидирована вековая массовая безграмотность, и заложена традиция, по которой, например, Тимирязев, Циолковский, Павлов, Жуковский, Капица периодически выступали с академическими лекциями перед представителями совершенно неакадемических кругов советских трудящихся, компетентно приобщая их к высшим достижениям науки.

Партия большевиков вынуждена была возиться с разработкой своих Конституций, т.е. решать ПРАВОВУЮ задачу, присущую лишь классовому обществу, не в связи с потребностями строительства собственно коммунизма, и даже не в связи с самим фактом обширности класса мелкой крестьянской буржуазии, а в связи с тем, что значительная масса крестьян, пролетариев и интеллигенции была ещё не расположена, как литературный Макар Нагульнов, героически «грызть гранит марксизма».

В царской России, как и во всех цивилизованных странах того времени, необразованный вовсе или далекий от науки «ученый сосед» составлял большинство населения. Он еще не понимал научного языка коммунизма, а потому воспринимал научно обоснованные правила общежития и даже заповеди веры лишь поротой задницей, как Васисуалий Лоханкин.

Феодально-буржуазные правители России тверже, чем их кровные европейские родичи, всегда заботились о том, чтобы в высших учебных заведениях России не было крестьян, пролетариев, инородцев и женщин, а порядок в стране поддерживался, если не инквизицией, так синодом, опричниной, тайными канцеляриями, жандармерией, ссылкой, каторгой, массовыми порками и расстрелами. Среди царей России трудно найти помазанника, который не пытался доказать, что он умеет «давить соки» из своих подданных лучше, чем европейские коронованные родственники. Между венценосцами всегда шла конкуренция по поводу превосходства в самодурствах.

Пять крестьянских войн и три русские революции убедительно доказывают, что российские цари тиранили народы России жестче, чем их родственники, английские королевы и немецкие императоры. Более того, в XIX веке не США, а именно царская Россия играла роль европейского жандарма. Поэтому не случайно, что, до Ломоносова, Россия вообще не имела собственных ученых в области математики, физики, химии, философии, политической экономии, а славилась лишь полководцами, деревянной архитектурой, иконами и сказками.

Закономерно, что и в мировой культуре царская Россия долгое время была известна не столько учеными и инженерами, сколько деятелями искусств (от Рублева до Петипа). Т.е. российское общественное сознание (до большевиков) имело богатейшую художественную традицию, но незначительную, по степени влияния на события, научно-техническую традицию. Философская же традиция прозябала веками в рамках одного лишь богословия.

Одна из объективных причин, по которой большая часть интеллигенции становится именно художественной, в том и состоит, что научно-теоретический тип сознания, исторически более поздний и более сложный в освоении, а художественный тип сознания во многом базируется на природных задатках, на эмоциях, легче порождает в субъекте иллюзию его исключительности. Носителей природных художественных задатков, как правило, рано начинала мучить жажда популярности, минута славы. К таким охотникам за славой относятся и Достоевский, и Солженицын, и Нуриев, и Ростропович, и Распутин, и Астафьев, и Жванецкий, и Хазанов, и Быковы, и Беловы, и Бакланов, и Нагибин, и Гранин, и Искандер, и все Ерофеевы, и многие другие антисоветчики и антикоммунисты.

Книга Солженицына, «Россия в обвале», есть лучший литературный памятник человеку и всем диссидентам, совесть которых была задушена в их сознании раковой опухолью тщеславия и невежества. Этот литературный «моисей», сорок лет водивший за собой диссидентов, привел их в рыночную демократию и, демонстрируя беспрецедентную бессовестность, возмущенно вопрошает: «Знает ли мировая история такое массовое предательство своих сынов Родиною, как одномгновенно мы бросили за границами России одну шестую часть русского народа, и безо всякой нашей защиты и попечения?» Действительно, история не знает предательства такого же масштаба. Но имя одного нобелевского лауреата, более других вложившего сил в воспитание этих предателей, знает точно. Солженицын. Как говорится, яблоко от фамилии упало, как никогда близко.

Лишь в тех случаях, когда недостаток научности сознания компенсируется достатком совести, общество получает Лермонтова, Пушкина, Некрасова, Чернышевского, Толстого, Горького, Андреева, Маяковского, Шолохова, Джалиля, Рождественского, Гамзатова, Карпова, Проханова1. Но в современных рыночных условиях художественный талант и морально-политическая чистоплотность — сочетание большой редкости.

Поэтому, идя навстречу недостаточной развитости научного уровня общественного сознания, партии приходилось приобщать крестьян-середняков и мятущуюся художественную интеллигенцию к строительству неэксплуататорской формации более привычными для них, юридически закрепленными, нормами поведения. Даже сегодня в информационном пространстве нет признаков того, что в интеллигентских средах есть индивиды, изучившие «Науку логики» Гегеля и, следовательно, расставшиеся с беспорядочным, хаотическим подобием мышления. Апелляция к юридическим средствам была необходима КПСС, поскольку в среде кухонных интеллигентов всегда кипел дух бессодержательного диссидентства, и слышался яростный скрип флюгеров, чрезвычайно затрудняющий процесс воспитания нового человека, которому был бы чужд дух политического позерства, самовозвеличивания, которому была бы органически присуща искренняя увлеченность созиданием нового, неантагонистического общества.

Читая книги и мемуары многих писателей того времени, Бунина, Осеева, даже Алексея Толстого, тем более, Булгакова или Платонова, легко заметить, как их тяготило отсутствие буржуазных прелестей жизни, типа устриц, шампанского с ананасами и «номеров» с проститутками, отсутствие возможности сорить деньгами, на фоне гигантского вынужденного материального аскетизма миллионов рабочих и крестьян, на фоне отсталости и разрушений, оставленных царизмом, империалистической войной, белой бандой и 14-ю цивилизованными государствами-интервентами.

Возьмите любое покаяние бывшего поклонника «белой гвардии», который, после некоторого «хождения по мукам», «сменил кожу», и стал простым представителем советской художественной интеллигенции, познакомьтесь с нынешними самооценками его поведения при социализме, и вы увидите, что, с одной стороны, они «творили» социалистический реализм, злобно и трусливо нося фигу в кармане, а с другой стороны, им до «ломки» был необходим наркотик сиюминутной популярности и признания со стороны партийного руководства. При социализме они принимали награды и от Сталина, и от Брежнева, а при капитализме из рук Ельцина, и тоже, «роняя слезы умиленья». В одной из своих последних книг, перебежчик В.Аксенов с большой ехидцей приводит восторженные стихи молодого Евтушенко о… Сталине, демонстрируя, тем самым, лизоблюдство своего конкурента в его охоте за «бронзой» при социализме.

Но те, кто при социализме вообще не имел шансов приобрести популярность в силу абсолютной серости своих способностей, утверждают ныне, что они гордо и храбро не шли на сделку с «режимом» и, якобы, поэтому их не печатали. Хотя, когда «режим» пал, большинство из них, не создало или вообще ничего, или ничего путного вообще.

Сегодня литературный бал правят не диссиденты Войнович, Шмелев, не Ерофеев или Толстая, не Довлатов или Терц, а бытоописатели Маринина, Устинова, Донцова и Акунин. Невозможно заставить современного тридцатилетнего человека вспомнить хотя бы фамилии носителей художественных фиг в кармане, как-то Нагибина, Гранина, Бакланова, Карякина, а уж названия их произведений не вспомнят даже под пыткой. Гришу и Машу Распутиных еще помнят, а писателя Распутина — нет.

Многие художественные интеллигенты, произносившие, как заклинание, модное в «перестройку» выражение о «правовом государстве», совершенно не понимали, что каждое положение права есть форма усреднения личности. Поэтому, хотя каждый гражданин, одновременно, личность (порой микроскопическая), эта личность в гражданском обществе «свободна» лишь в пределах, предоставленных Конституцией, а не своих задатков к науке и искусству.

Разве Чарли Чаплин, Сакко и Ванцетти, супруги Розенберги не были раздавлены американской конституцией? Разве трагический финал жизни Джека Лондона, Эрнеста Хемингуэя, Мэрилин Монро, Элвиса Пресли, Джона Леннона, Майкла Джексона, Уитни Хьюстон не достаточно убедительно показывает соковыжимательные свойства «гражданского общества» и нижайшую степень гарантированности права талантливого человека НА ЖИЗНЬ в рыночном конституированном пространстве?

Могут сказать, что и советская модель социализма жестко и сурово обходилась с интеллигентами. Да, но в том-то и дело, что все представители советских карающих органов и партийные руководители эпохи НКВД родились и воспитывались НЕ ПРИ КОММУНИЗМЕ, а в условиях религиозной, феодально-буржуазно-демократической России, и для них тюрьма, каторга, виселица, расстрел и война были абсолютно привычными явлениями, уважительное отношение к которым прививалось царизмом с детства. Достаточно познакомиться с ранними статьями детолюба Корнея Чуковского, в которых он, захлебываясь фонтаном патриотических фраз, описывал прелесть детских домашних игр в… первую мировую войну. А в мемуарах Керенского и Лихачева есть прямые указания на то, что в первом комплекте служащих ВЧК, т.е. до середины 30-х годов, было полно бывших дворян, жандармских офицеров, профессионалов «заплечных» дел, перешедших к большевикам после того, как Керенский разогнал жандармерию. А от царских жандармов, с их-то ментальностью, ждать «сантиментов» не приходилось. Их приходилось сдерживать и карать. Многие сетуют на доносительство, якобы царившее в советском обществе. А кто на кого доносил? Тут даже нет нужды копаться в архивах КГБ. До 1937 года в СССР складно и убедительно писать доносы умела только одна категория людей — интеллигенты дореволюционной закалки. Почему ВСЕ большевики прошли через тюрьмы и каторги? Да потому, что на них, на ВСЕХ, систематически доносили. Мог ли доносчик перевоспитаться за десяток послереволюционных лет? Нет.

Когда диссиденты описывают издевательства, которым их подвергали «садюги» из КГБ в брежневские годы, то они, прежде всего, описывали, как они объявляли голодовки, чтобы, ну хоть чем-то, привлечь внимание к своей серой личности, а их насильно… КОРМИЛИ, поили, не предоставляя возможности стошнить сразу после еды и, тем самым, вынудили их дожить до «перестройки», увидеть торжество рынка, за который они боролись, чему теперь ужасается даже их спонсор, Бжезинский.

Трагикомичность ситуации особенно ясно проявила себя, когда в 1992 году было опубликовано и ходило по рукам письмо Ельцину, подписанное несколькими десятками антисоветских уже писателей, в котором они плакались о своем героическом вкладе в дело уничтожения социализма в СССР и просили как-то решить для них вопрос с едой, поскольку Союз писателей СССР «неожиданно», видимо, не подумав, исчез, и все они оказались в бедственном, фактически полуголодном положении. Особенно было забавно видеть среди подписантов некоего Окуджаву, страстного ненавистника социализма. Как говорится, ты все пела? Так пойди, да попляши. Подавляющее большинство подписантов тихо и очень незаметно, в очень скромной обстановке, уже ушли не от хорошей рыночной жизни в мир иной.

Прошло каких-то двадцать лет после победы рыночной демократии и на всех интеллигентских кухнях истерически заголосили о жестокости современной демократической полиции, о систематических пытках и издевательствах над невинными гражданами. Но это только половина беды. Ведь ясно, что, когда к власти опять придут коммунисты, то диссидентам все равно придется, первое время, пользоваться услугами уже готовых правоохранителей, воспитанных не на книгах Горького и Островского, Шолохова и Маяковского, трудах Ленина и Дзержинского, а на американских фильмах ужаса, американской порнографии и демократических коррупционных традициях. Быстро превратить этих монстров демократического правопорядка в советскую милицию, которая десятилетиями на службу выходила без бронежилетов, дубинок и автоматов, невозможно. Не обессудьте.

Сегодня российский Чаплин, воспитанник православной веры, требует посадить в тюрьму девчонок за то, что они кричали и выделывали кренделя ногами в храме Христа-спасителя. Оказывается, свергать ночью под визг стаи бандерлогов памятник Дзержинскому, реальному спасителю сотен тысяч беспризорных детей, это не варварство, а «поприкалываться» в храме надуманного спасителя, это варварство. Хорошо еще, что Чаплин не требует восстановления славной христианской традиции: сожжения малолетних «ведьм» на костре.

Или другой, более общий и массовый случай конституционного идиотизма. Как известно, каждый интеллигент имеет право случайно проголосовать «не за того» президента, не зная, что тот алкоголик. Но, разобравшись в своей ошибке, просветленный гражданин не может повлиять на оздоровление ситуации оперативно, пока не осуществит все бюрократические процедуры, предусмотренные Конституцией. И все это время, пьяный президент будет продолжать рулить страной, дирижировать немецким оркестром, справлять нужду на колесо президентского лайнера, расстреливать из танковых пушек парламент… Он может отправить этого интеллигента на войну в Чечню или в тюрьму за дезертирство. А процедура отстранения от власти умышленно прописана в конституциях таким образом, что, например, в цивилизованных США предпочли застрелить 6-х президентов, подстрелить ещё 2-х, а «импичменту» смогли подвергнуть только двоих.

Конституция и наука, обыватели и коммунисты

План Даллеса и, рожденные этим планом, программа Фулбрайта, труды Джина Шарпа, З.Бжезинского, институт Крайбла поработали в СССР периода «перестройки» так плодотворно, что мозг современного российского интеллигента до сих пор воспринимает все, относящееся к коммунистической науке и практике, как что-то бессмысленное в принципе, а вот решения и дела демократически избранных президентов, склонных к алкоголю, будь это Никсон, Ельцин или Буш-младший, или вердикты случайно подобранных присяжных заседателей, или законы, принятые в парламенте лоббистами, покорно воспринимает как законные, независимо от степени их неразумности и преступности. По странному чудачеству им кажется, что решение, найденное в процессе мордобоя около думской трибуны, правомернее, цивилизованнее, демократичнее, чем решение, рожденное гением, в тиши у озера Разлив.

Поражает неадекватность рыночных демократических журналистов, например, «Новой газеты», систематически вопящих о повсеместной коррупции, о катастрофическом падении нравов, об организованной преступности, о зверствах в полиции и, в то же время, упорно не желающих понимать, что все эти уродства есть цветочки и ягодки, произрастающие на ветке рыночной конституционной демократии, которую они и защищают от «комуняк». Эти уродства неотделимы от рыночной конституционности, как наступление тьмы неотделимо от заката солнца. Многие интеллигенты не понимают, что все, с чем они сегодня сталкиваются и поносят самыми бранными эпитетами, есть продукт их «компетентного» выбора, неизбежное следствие конституционного строя любого классового общества. В силу перечисленных и многих других объективных причин, конституция не может являться исходным документом для формирования поведенческих мотивов коммунистов. Конституция — паллиатив, появление которого спровоцировано невежеством самих эксплуатируемых.

Строго говоря, Конституция 36 года писана не для коммунистов, поскольку они пишут её сами для недостаточно просвещенной части населения. Конституция есть вынужденная форма признания того факта, что до коммунизма еще достаточно далеко и строить текущие общественные отношения придется во многом с учетом социальной неоднородности общества, в том числе и с применением насилия к лицам, препятствующим осуществлению научно выверенной программы целенаправленного строительства коммунизма.

Поэтому при социализме имеет место противоположное построение системы ценностей, подлежащих силовой защите. Буржуазная конституция объявляет священной и неприкосновенной частную собственность. Социалистическая конституция объявляет научно обоснованной и приоритетно охраняемой — общественную собственность. А дальше, как показал опыт многочисленных международных интервенций против СССР, дело разворачивается по принципу — кто кого, как внутри страны, так и в международных отношениях. Марксисты никогда не скрывали и не прятались от этой неизбежной необходимости первой фазы коммунизма.

Тюлькин и Попов не задавались вопросом: «Мог ли пролетариат России построить социализм до 1936 года, если бы отсутствовала теория марксизма-ленинизма?» А жаль. Ответ на поверхности. НЕТ, не мог! Следовательно, чем должны руководствоваться коммунисты, в первую очередь? Теорией марксизма или конституцией? Ясно, что, не занимаясь развитием теории, коммунист не может компетентно совершенствовать конституцию и жизнь на местах, тем более, с учетом стремительно изменяющейся ситуации и условий строительства коммунизма. Это обыватель может довольствоваться и конституцией. А коммунист может и должен руководствоваться ВСЕЦЕЛО выводами и рекомендациями науки.

О том, как, например, Троцкий относился к научной теории и к её роли в становлении партийного авторитета, красноречиво свидетельствует его статья в газете «Правда» от 23 апреля 1920 г. «Ленин, — пишет Троцкий, — весь в революционном действии. Его научные работы только подготовка к действию». А дальше следует строго троцкистское идеологическое вредительство. «Если бы он [Ленин] не опубликовал в прошлом ни одной книги, он навсегда вошел бы в историю таким, каким входит теперь, вождем пролетарской революции, основателем III Интернационала». Невозможно придумать большую глупость.

Или можно? По крайней мере, читая статью Тюлькина и Попова, начинаешь сомневаться.

Совершенно очевидно, что именно книги Ленина доказали молодым революционерам, что есть в их среде настоящий кандидат в вожди. Сталин окончательно победил иудушку Троцкого потому, что был, несомненно, более компетентным ленинцем, творческим мыслителем, превзошедшим при жизни всех своих оппортунистических противников, прежде всего в теоретической форме классовой борьбы. Как показала история, без Сталина, ни Берия, ни Молотов, ни Каганович не смогли противостоять даже либерал-примитивисту Хрущеву. Да и сам Хрущев смог «лягнуть» Сталина только как «мертвого льва».

Верхом антинаучности является попытка рассмотреть проблемы «пролетарской диктатуры», не задаваясь такими вопросами, как, например: являлись ли Конституции СССР образца 1918 и 1924 годов и выборы Советов по производственному принципу решающим условием в победе Сталина над всеми формами троцкизма и происками империализма до 1936 года, или наоборот, только творческое применение теории марксизма Сталиным, в изменяющейся исторической ситуации, позволило развить правовые условия, при которых диктатура рабочего класса в СССР практически ликвидировала систему тирании крупной буржуазии и позволила партии приступить к нейтрализации вождей оппортунизма, перешедших к террористическим и диверсионным методам отстаивания своей «точки зрения»? К чему обращался Сталин в сложных условиях обстановки? К тексту Конституции или к трудам классиков марксизма? Где он находил победоносные ответы на актуальные проблемы — в конституции или в марксизме?

Даже тот простой факт, что за первые семь лет строительства социализма в СССР было принято 2 текста конституции, свидетельствует о том, как быстро устаревают правовые нормы, как часто их следует менять ради приведения права в соответствие с политическими достижениями. Но, будучи принятой, конституция превращается во вчерашний день общества, она окостеневает, а жизнь стремительно уходит вперед.

Естественно возникает вопрос, а почему так устойчивы конституции многих развитых буржуазных стран? Да потому, что консерватизм является острой потребностью олигархов, превратившихся в некоронованных императоров, нашедших удачный конституционный способ сохранять веками свою наследственную власть, объявляя причиной всех бед одного за другим всенародно избираемых козлов отпущения, т.е. президентов и премьер-министров. Обыватели и все современные «левые» этого, пока, не понимают.

В годы перестройки они кричали «долой Горбачева!», потом десять лет сотрясали воздух «бандой Ельцина под суд!», уже десять лет борются с «режимом» Путина, на радость олигархам, лишь изредка и беспредметно поминаемым в левой прессе. А уж голосование обманутых дольщиков и вкладчиков за Прохорова вообще не поддается лечению.

Из содержания статьи следует, что Тюлькин и, особенно, Попов не задались вопросом: можно ли рассматривать коммунизм, как сумму коммунизмов, построенных на всех предприятиях страны под руководством Советов, избранных по производственному признаку? Или, может ли пролетариат надеяться на продолжительную диктатуру, подвергая сомнению руководящую роль своего научного авангарда — полноценной коммунистической партии? Абсурдность всех этих предположений помогла бы помочь авторам двигаться в научном направлении. Но большинство современных левых, не понимают пока, что диаматика это, прежде всего, метод, предполагающий умение задавать СЕБЕ важные вопросы, это метод компетентного спора… со своей собственной ГЛУПОСТЬЮ, которая гораздо легче, чем мудрость, рождается незрелым сознанием, которая пытается первой, как воробей, поспешить вылететь и насмешить людей.

Марксизм исходит из того, что строительство коммунизма является делом всех трудящихся СССР при диктатуре РАБОЧЕГО КЛАССА всей страны, плюнувшего на какие бы то ни было свои профессиональные, национальные, религиозные, отраслевые интересы и признающего руководящую роль только своего коммунистического авангарда, если он, конечно, и является таковым.

Пролетариат, партийное руководство, конституция и контрреволюция

Странным образом Попов и Тюлькин, разбирая проблему диктатуры пролетариата, игнорируют то, с чего начинаются практически все труды Ленина: с добротного анализа практического ИСТОРИЧЕСКОГО ОПЫТА. А по интересующему нас вопросу, международный опыт показывает, что во всех странах социалистического лагеря слабость диктатуры пролетариата проявляла себя там и тогда, где и когда слабым звеном были или становились сами коммунистические партии. Собственно говоря, они были коммунистическими только по названию. Т.е. сначала деградировала или не дорастала до звания коммунистической партии сама партия, а вслед за этим исчезала и диктатура пролетариата. Поэтому социализм в странах Восточной Европы установился позже, а рухнул раньше, чем в СССР.

Нельзя забывать, что пролетарский класс, объективно, являясь самым революционным классом эпохи господства капитализма, одновременно, являет собой самых необразованных продавцов товара «рабочая сила», которого не сможет обмануть только мертвый. Но недалеко от пролетариев физического труда ушли и всевозможные трижды обманутые пайщики, дольщики и вкладчики умственного труда.

Без подлинно коммунистического авангарда, как показала многовековая практика, пролетариат способен лишь на… соглашательство с буржуазией. Причем, пролетарии умственного труда в своей продажности, более чем пролетарии физического труда, видят сплошное достоинство и даже не краснеют, когда продаются. И чем дороже продаются, тем больше себя любят.

О реакционном характере пролетарской борьбы без коммунистической составляющей красноречиво свидетельствуют факты. Забастовки профсоюзов поспособствовали приходу к власти Пиночета в Чили. Забастовки под руководством профсоюза «Солидарность» привели к падению социализма в Польше. Забастовки 1990 года привели к краху СССР и доказали неизбежность самоубийственного перерождения профсоюзов при ослаблении партийного влияния. И все это при том, что профкомы и Советы трудовых коллективов формировались самими трудовыми коллективами. Особенно хорошо заметна сегодня низкая политическая эффективность пролетариев, оставшихся без руководства со стороны коммунистов, на примере поведения пролетарских масс в арабских странах, «победой» которых уже пользуются клерикалы и американские олигархи.

Но об этих уроках истории в работе Тюлькина и Попова — ни 1%. Обходится молчанием тот факт, что пролетарии потому и провели уже несколько столетий в положении наемных РАБОВ, что абсолютно не способны к самостоятельной победе над конституцией эксплуататорского общества. Они, к сожалению, не знают до сих пор, как это делать, как, впрочем, и руководство РКРП.

Странным образом эти маститые авторы не пытаются объяснить себе и другим диаматически противоречивую сущность диктатуры рабочего класса. Ведь утрата буржуазией своих эксплуататорских потенций пропорциональна лишь убыванию пролетарских качеств в пролетариате. В пролетарии попадают и надолго застревают в этом качестве только те люди, которым капиталистическая обстановка не позволяет развиться выше дешевого придатка к машине. Залогом победы коммунизма является не столько силовое удержание буржуазии в положении невозможности эксплуатации пролетариев, сколько напряженная работа коммунистов по вытравливанию из пролетариев причины их бедственного положения — невежества. Ленин в теории, а Сталин на практике подняли основную массу заводских рабочих в СССР на беспрецедентную социальную высоту. Достаточно сказать, что при всех крупных заводах СССР в эти годы функционировали полноценные институты по фундаментальной подготовке инженеров данной отрасли из числа рабочих. Можно считать ошибкой, что в этих заводских институтах не было факультетов марксизма-ленинизма.

Если же учесть международное значение строительства коммунизма в СССР к 36 году, на фоне господства колониальной демократии и фашизма в мире, то в сложившихся триумфальных условиях второй пятилетки, когда на науку, культуру и образование, впервые в истории человечества, в СССР выделили более трети государственного бюджета, а расходы на оборону ушли на последнее место в бюджете, когда образование класса колхозного крестьянства стало прочным, свершившимся фактом, в этих условиях, принятие очередной Конституции СССР и некоторое изменение в избирательном праве сыграли роль продуктивного внешнеполитического пропагандистского шага, рассчитанного на усложнение работы пропагандистского аппарата Запада, выдававшего борьбу с буржуазным элементом в СССР за нечто, не соответствующее юридическим нормам цивилизованного общества, за некое беззаконие.

По законам же распространения и усвоения информации, даже сам слух о том, что в СССР принята новая Конституция, породив критику в буржуазной печати, не мог не вызвать прилив повышенного интереса действительно прогрессивной и думающей части буржуазного общества. Нет сомнений, что этот политический акт, на фоне агрессии фашизма в Испании, усилил просоветские настроения во всем мире, что положительно сказалось на позиции народных масс в некоторых империалистических странах рыночной демократии после нападения фашистской Европы на СССР.

Применение юридической, фактически, буржуазной процедуры в СССР, привычной для психики западного обывателя, привело и к тому, например, что талантливый, буржуазный писатель, Лион Фейхтвангер, лично присутствовавший на открытом процессе 1937 года, был вынужден признать, что, не только с логической и фактической стороны дела, не только с точки зрения изобилия личных признаний обвиняемых, но и с точки зрения буржуазной юридической процедуры, судебный процесс над троцкистами не оставляет места для сомнений в его легитимности, т.е. в виновности обвиняемых. Особенно старательно искал Фейхтвангер в поведении подсудимых признаки избиений, пыток, следовательно, физической и умственной подавленности, следов воздействия психотропных препаратов и… не нашел ни единого признака, чем существенно осложнил себе дальнейшую писательскую жизнь на Западе. Но сегодня не многие интеллигенты могут похвастаться, что читали книгу Лиона Фейхтвангера. Им кажется более содержательной базарная риторика Новодворской о «кумуняках». Как говорится, по Сеньке шапка.

Так что, тактические маневры партии в области юриспруденции, реальные изменения в классовых характеристиках населения СССР имели не только внутреннее, но и некоторое положительное международное значение. Сегодня же полным идиотизмом является попытка представить НАУЧНОЕ, абсолютно новаторское, беспрецедентное дело строительства коммунизма в 30-е годы, т.е. дело формирования объективных условий для ОТМИРАНИЯ условий существования классов, государственного аппарата, права, не областью исключительной компетенции коммунистической партии, а делом депутатов, избираемых на заводах. Заигрывание с пролетарской массой не имеет ничего общего с принципиальной стратегией работы партии в рабочих средах.

Разумеется, марксизм всегда говорил о необходимости воспитания массовой политической инициативы населения, но и это требование не предполагает «самотека», т.е. умаления роли партии коммунистов в развитии инициативы в среде наемных работников. В работе «Великий почин» Ленин и писал о важнейшей задаче ПАРТИИ, о всесторонней поддержке инициатив трудовых коллективов, акцентируя внимание на том, что дело вовсе не в тиражировании субботников, а в развитии в рабочих научно обоснованной инициативности. Привнести же научность в рабочую инициативу могут лишь безусловно грамотные коммунисты.

Именно оппортунисты стараются оторвать пролетариат от коммунистов. Для этого им может пригодиться и Конституция, ставящая римское рабовладельческое право выше науки. Но сталинская Конституция поставила в законодательном порядке науку выше права и провозгласила научное мировоззрение единственным критерием морали и самого права.

Партия, конституция и первая фаза коммунизма

С внутренней точки зрения Конституция 1936 года была принята в год, когда крупная буржуазия в России была уже полностью ликвидирована как класс и вынуждена была или бежать из страны, или зарабатывать на жизнь, как все адекватные люди, умственным или физическим трудом. В СССР у бывшей буржуазии не осталось ничего, кроме травмированной деньгами психики и, естественной для неё, плохо скрываемой алчности, развращенности, замечательно показанной Ильфом и Петровым в образе Кисы Воробьянинова, Корейко и Бендера. В новых условиях партия освобождала себя от рутинной правовой работы, передавая её в руки учреждений, предусмотренных конституцией, но которые, наконец-то, приобрели достаточно надежные социалистические черты и содержание, практически свободное от традиции феодально-рыночной коррупционности. В каждом советском учреждении члены партии составляли меньшинство, но именно в тридцатые годы личная ответственность коммунистов была, как никогда, высока, а процессы 37 и 38 годов сделали партию на некоторое время, действительно, монолитной и авторитетной.

Великая Отечественная война показала, что ВСЕ советские социалистические научно обоснованные партийно-управленческие институты, всесторонне испытанные ВКП(б) задолго до принятия Конституции 36 г., были, ВСЕГО ЛИШЬ, юридически закреплены в 1936 году в качестве уже состоявшихся форм, показавших беспрецедентную живучесть и дееспособность в трагическом 1941 году.

По состоянию на 1936 год население СССР, безусловно, превратилось в социально монолитный советский народ, еще не идеальный, но, практически, полностью свободный от безраздельной власти паразитического элемента. Понятие «советский труженик» распространялось уже на весь народ, а не только на промышленных рабочих. Были изжиты повальная неграмотность, кулачество, организованные банды, спекулянты хлебными излишками, «челноки», безработные, бомжи. Сформировалась социалистически мыслящая инженерно-техническая и научная интеллигенция. В результате неизмеримо сократилось, хотя и не было вытравлено полностью, сознательное промышленное и научно-техническое вредительство со стороны интеллигенции, воспитанной рыночными отношениями. Поражает, например, мотивация, по которой была снята с производства в 1941 году одна из лучших, снайперская, 57 мм противотанковая пушка. Накануне войны это делалось под формулировкой: эта пушка так мощна, что у неё нет на современном поле боя достойного противника. Её снаряды способны пробивать танки противника навылет, насквозь, якобы, не задевая экипажа. Поэтому предпочтение было отдано 45 мм противотанковой пушке, которая очень скоро могла пробивать новые танки Германии только в упор или, если снаряд попадал в гусеницу.

Тем не менее, характер развития экономики определялся уже, и прежде всего, уровнем компетенции Академии наук СССР, гигантскими, по мировым стандартам, научно-проектными организациями во всех отраслях общественного производства. В энергетике, машиностроении, авиации страна вышла не только на необходимые объемы, но и на конкурентный уровень, что предопределило победу СССР в «войне моторов» против всей фашистской Европы.

Подавляющая часть городских и сельских тружеников, наконец-то, распробовав социализм, поняла, к каким материальным и духовным благам ведет строительство коммунизма. Ни в тамбовской области, ни на Кубани, ни в Средней Азии уже практически никого не нужно было уговаривать складывать оружие, вступать в колхозы или пользоваться услугами МТС. Как выяснилось на процессе 1938 года, правая оппозиция рассталась с надеждой на антисоветское выступление масс уже в 1936 году, и все надежды связывала с «верхушечным переворотом».

У большей части молодежи уже не вызывала никаких сомнений простая коммунистическая истина. Отныне развитие каждой личности будет зависеть, прежде всего, от темпов роста производительных сил всего общества, от роста производительности общественного труда, а не от интенсивности его личного труда. Рост благосостояния граждан будет происходить на фоне неуклонного сокращения продолжительности рабочего дня и рабочей недели, при стабильном номинале зарплаты, при бесплатном жилье, образовании, лечении и занятии спортом, при неуклонном снижении цен на всё и вся, при сокращении пенсионного возраста. Такая перспектива отчетливо открылась взору тружеников. Как писал Маяковский, «витрины разинув, стоят магазины, в витринах продукты, вина и фрукты, от мух кисея, сыры не засижены, цены — снижены…». Какими просроченными продуктами массового отравления при растущих ценах кормят современного избирателя, сегодня знает каждый.

В этой обстановке, как показала историческая практика, контрреволюция в СССР осталась, «как ни странно», лишь в форме заговорщичества: в ЦК ВКП(б) и в некоторых ЦК союзных республик, в органах НКВД, в руководстве профсоюзами, в кругах крупных военачальников и работников НКИД…

Пожалуй, ближе всех к объяснению природы таких заговорщиков подошел Достоевский в своих «Бесах», выведя целую галерею умственно неполноценных, психически травмированных, морально ущербных представителей среднего класса, обученных грамоте, но обуянных политическим бесовством, прежде всего потому, что ни в одной области, кроме как беспредметного ниспровергательства, они вообще не имели шансов, хотя бы на временное самоутверждение или, тем более, общественное признание. Неслучайно, что представительница именно подобного класса людей, известная «правозащитница» Алексеева, недалеко ушедшая от Новодворской, в своем интервью одной из газет, призналась, что, если к власти придет даже Немцов, Каспаров или Прохоров, то назавтра Алексеева вновь выйдет на площадь, и будет обличать новую власть, поскольку и та не может не зажраться. Такими были и Мария Спиридонова, и Троцкий, и Бухарин, и Ягода, и Тухачевский, и Ежов, и Хрущев, и Горбачев, и Ельцин. Болезненное позерство, мизантропия, отсутствие совести и созидательных начал — таковы основные черты характеров вечных партийных оппозиционеров.

Тем не менее, можно констатировать, что дело строительства коммунизма, авторитет большевистского крыла ВКП(б) в массе промышленных рабочих, в рядах студентов и школьников в 1936 году был уже столь реален, что обеспечил устойчивость социализму даже в условиях предательств со стороны «бесов» в руководстве ВКП(б), среди части военачальников, в условиях масштабных вредительских репрессий Ягоды и Ежова, в условиях нашествия фашизированной Европы.

Как известно, несколько ранее, рыночные демократии Италии, Германии пали под ударами внутреннего фашизма. Буржуазные демократии Австрии, Чехословакии, Польши, Дании, Норвегии, Франции, Греции, Югославии молниеносно пали под ударами внешнего фашизма и сами фашизировались внутренне. Британская колониальная демократия висела на волоске. Советский строй, приняв на себя беспрецедентный по жестокости удар всего мирового фашизма, победил.

Фундамент под диктатуру рабочего класса

Каждая Конституция СССР — документ, всего лишь фиксирующий опыт партии по развитию прав, обязанностей и свобод граждан в условиях объективного и последовательного ослабления класса эксплуататоров, но недостаточного уровня развития производительных сил, чтобы перевести всю жизнь общества с правовой на научную основу. Легко заметить, что на основе организационных принципов, разработанных партией в сталинскую эпоху, отраженных в Конституции СССР, страна, вплоть до косыгинской реформы, демонстрировала самые высокие в истории человечества темпы развития, особенно в области художественной культуры, науки и технологии.

Казалось бы, достаточно прочитать «Манифест коммунистической партии», чтобы раз и навсегда уяснить, что диктатуры пролетариата просто не может быть без РУКОВОДЯЩЕЙ роли его авангарда, т.е. подлинно коммунистической партии. Как показала двухсотлетняя история, каким бы не был накал экономической борьбы пролетариата, она НЕ МОЖЕТ привести пролетариат к диктатуре. Диктатура рабочего класса возможна ровно в той мере, в какой пролетариат приобретает свой авангард, в лице носителей бескомпромиссно научных знаний. Именно поэтому, борясь за чистоту партийных рядов, за научную бескомпромиссность в партии, Ленин, одновременно, требовал от коммунистов научиться «до известной степени сливаться с массой».

А у Тюлькина с Поповым получается, что коммунистические свойства Советов формируются не ролью в них коммунистов, а, смешно подумать, местом формирования Советов. Дескать, вот если депутат выбран на макаронной фабрике, это надежно, а если по месту жительства, то зыбко. Странная «логика». Дескать, плохо работающего депутата из комиссии Верховного Совета СССР, например, по обороне, работники макаронной фабрики отзовут легко, а жильцы дома №8 этого сделать не смогут, особенно если в этом доме живет, например, начальник Генерального штаба.

Ленин убедительно доказал теоретически, а практика подтвердила, что Советы, организованные по производственному принципу, но возглавляемые меньшевиками, сторонниками «социалистического рынка», неизбежно превратятся в придаток буржуазного режима, что важен уровень наполненности Советов большевистским содержанием. Иной вопрос, что был период, когда концентрация коммунистов была выше на предприятиях, чем по месту жительства, и мобилизация рабочих на борьбу с белогвардейцами и интервентами происходила непосредственно на заводах. Естественно было, что и Советы формировались по этому принципу. Но в 36 году буржуазии ни по месту жительства, ни по месту работы уже, юридически, не было. Большая часть населения уже не ставила под сомнение целесообразность роли ВКП(б) в организации избирательных компаний, в контроле за качествами депутатов и за их деятельностью. Никогда, ни в одной стране рыночного мира, зажравшихся депутатов, казнокрадов, «партийную сволочь», не судили с такой с такой же строгостью и неизбежностью, как в СССР в 30-е годы.

Правильно, на наш взгляд, ответил на статью Тюлькина и Попова товарищ Маевский, из ВКПБ (украинской)2 , но… тоже цитатами и в значительном объеме. Правда, и к месту, и по делу.

Но почему тогда и в Украине за членами ВКПБ рабочие тоже не идут, как и за РКРП в РФ?

Вполне возможно, потому, что две современные партии с коммунистическими названиями, применяя цитаты одних и тех же классиков, доказывают… ПРОТИВОПОЛОЖНЫЕ вещи.

За кем из спорщиков прикажете идти современным пролетариям?

Могут спросить, а за группой «Прорыв» почему не идут массы? Во-первых, мы еще не партия, а, всего-навсего, небольшой, но сплоченный коллектив литераторов. Но, раз мы, уже скоро десять лет, устойчиво выпускаем журнал, и нас читает все большее количество людей, а ругает всё меньшее, то нас уже можно отнести к числу активно работающих, а не сотрясающих воздух на митингах. Во-вторых, мы немедленно преобразуемся в партию, как только, количество твердых проверенных, работающих вместе с нами марксистов, достигнет необходимого, запланированного нами уровня. Но качеством мы никогда не поступимся. А если мы этого минимума не достигнем, значит, объективно и мы еще не созрели как марксисты, на радость врагам. Но, в любом случае, мы не будем впрягать «телегу впереди лошади», выдавать желаемое за действительное и бежать в минюст регистрироваться.

Наш принцип: сначала, несколько десятков образованных, не боящихся черновой работы марксистов-ленинцев, проверенных в длительной, повседневной, результативной РАБОТЕ с людьми, а уж только потом можно начинать вести речь о строительстве партии.

Опыт всех партий, возникших после КПСС, показал, что принцип — «сначала — партия с коммунистическим названием, а потом, как-нибудь, образуется и полноценная коммунистическая партия» — не работает. Поэтому «Прорыв» и идет иным путем. Сначала приложим все необходимые и возможные усилия для создания прочного, научно состоятельного, многократно проверенного фундамента, а уж потом поведем дело строительства партии рабочего класса. Сразу и легко создаются лишь партии «слонов» и «ослов», «бандерлогов» и «хомячков».

Несмотря на то, что в ходе социологических опросов заметное большинство современных россиян, отчетливо демонстрируют свое положительное отношение к Сталину и Ленину, они понимают, что вожди физически мертвы, а люди, их цитирующие, конечно, хорошие, но своим пространным цитатничеством они демонстрируют лишь отсутствие в современных компартиях компетентных специалистов в области диаматики, умеющих идти, как этого требовал от потомков Ленин, непременно дальше, добиваться непременно большего.

Какой практичный сознательный рабочий, какой интеллигент с развитой совестью пойдет в партию, которой руководят люди, не способные доказывать истину творчески, самостоятельно, на современном материале, не прибегая по каждому поводу к обильному цитированию? И не идут, и не пойдут. Даже Петр I в XVIII веке уже требовал от своих современников выступать не по бумажке, «дабы дурь каждого видна была». А на дворе уже XXI век.

Начетничество и экономизм, пропагандируемые руководством РКРП и лично президентом Фонда Рабочей Академии, привели к предсказуемому результату. Современное рабочее движение в РФ заражено не только экономизмом, но и естественным его миазмом — самым оголтелым анархо-синдикализмом. Доказательством отрыва некоторых современных пролетарских хитрованов от марксизма вообще, и РКРП в особенности, является тупейший ультиматум, объявленный электромонтером 5-го разряда, неким С.Т., в адрес РКРП.

«Здравствуйте! — пишет электромонтер С.Т.- Я рабочий высокой квалификации электромонтер 5 го разряда. Скажите Ваша партия отдаст заводы и фабрики в собственность рабочего класса? Не в народную так как народ это не только рабочие, не государству так как государство это буржуазная машина угнетения и подавления.

Современные рабочие особенно рабочие предприятий минерально-сырьевой и энергетической отрасли являются профессионалами высокого уровня и способны сами вести хозяйственную деятельность без этих нахлебников олигархов и партийный бюрократический аппарат по типу Хрущевского СССР нам рабочим не нужен. ПРОГРАММА ВАШЕЙ ПАРТИИ ПРЕДПОЛАГАЕТ ОТДАТЬ ФАБРИКИ РАБОЧИМ? С.Т.» [орфография и пунктуация — С.Т.]

Вопрос, конечно, глупый, но поставлен (назовем автора, для удобства, Стасиком) ребром. Но РКРП на анархо-синдикализм политически незрелого пролетария отвечает, прежде всего, пролетарским… тредъюнионизмом. Оказывается, РКРП призывает всех «борющихся трудящихся объединяться вокруг рабочего класса и его партии», хотя строчкой выше автор ответа, Соловьев Олег, Секретарь ЦК РКРП по рабочему движению, сообщает Стасику о том, что партия пока ещё только борется за превращение пролетариата в борющийся класс, т.е. на самом деле, класса, с которым могли бы объединиться «борющиеся трудящиеся», еще НЕТ. Очень внятное приглашение, как в анекдоте: «Приходи на вечеринку. Спасибо, приду, а адрес? Да к чему все эти формальности, приходи просто так, без всякого адреса».

Мы не будем тратить журнальные страницы на цитирование ответа РКРП. Желающие легко найдут его в интернете. Мы хотим лишь обратить внимание читателей на то обстоятельство, к какому печальному итогу привела хвостистская политика руководства РКРП, его заигрывание с профсоюзами, фактическая пропаганда экономизма. И дело тут вовсе не в самом эгоистичном Стасике, и даже не в том, что в среде современных пролетариев он не одинок. Беда в том, что в современных компартиях за последние двадцать лет так и не подготовили пропагандистов, которые могли бы честно, грамотно, внятно разъяснить рабочим суть коммунистического учения и по данному вопросу.

Если бы такое письмо пришло в «Прорыв», мы не стали бы заигрывать с автором. Мы, как всегда, честно объяснили бы и Стасику, и читателям журнала, что, во-первых, он стоит сегодня на позиции отъявленного предателя интересов рабочего класса, а во-вторых, демонстрирует свое невежество, т.е. незнание того, что предприятия принадлежащие рабочим — это печальный и безрезультатный опыт пролетариев во многих развитых рыночных странах и, тем более, в бывшей социалистической Югославии, пребывающей ныне в полном ничтожестве, утратившей суверенитет и какое-либо значение в жизни Европы. Не раз и не два в истории, предприятия попадали в руки самонадеянных пролетариев и… быстро банкротились.

Если вчитаться в строки письма Стасика, то совершенно ясно, что автор жадноват и слегка трусоват. Иначе чем объяснить его подпись: «С.Т». Холодеет, видимо, от одной мысли, что вычислит хозяин и выкинет на улицу. Не поможет и страшно высокий разряд. Ясно также, что автор равнодушен к страданиям других людей, что ничего, кроме личной сытости и личного материального благополучия его не интересует. Но он правильно понимает, что таким «борцам», как сам Стасик, никто из олигархов заводы и фабрики не отдаст. Ни сегодня, ни завтра. Но Стасик же видит, как живет Прохоров, владеющий подобными предприятиями. Тоже хочется.

При этом Стасик краем уха слышал, что коммунисты за то, чтобы отобрать сырьевые предприятия у олигархов. А вдруг получится? Как это коммунисты собираются делать, Стасик не представляет и, судя по письму, участвовать не собирается. Но поскольку коммунистам это один раз уже удалось, то Стасик догадывается, что удастся и второй раз. А раз так, то можно попытаться заручиться её честным словом и, как только коммунисты отнимут предприятия у олигархов, они сразу передадут предприятия стасикам, а сами скромно отойдут в сторонку, безучастно наблюдая, как Стасик «со товарищи» банкротят свое предприятие. А главное, никто не имеет права просить у рабочих кушать. Ни дети, ни инвалиды, ни старики.

Но самое печальное, что у РКРП есть конкретный, драматичный и… безрезультатный опыт борьбы, например, за Выборгский ЦБК. Стасику, и ему подобным, давно и настойчиво нужно было объяснять, что такое анархо-синдикализм. Но за двадцать последних лет и КПРФ, и РКРП славно побездельничали на поле теоретической формы классовой борьбы, досыта наигрались в парламентаризм, экономизм, лейборизм, в сбор подписей. До коммунизма и формирования рабочего класса из имеющихся пролетариев всё руки не доходят.

Поэтому, к сожалению, и современные анархо-синдикалисты не понимают, что, если стасики не могут сами отнять заводы у олигархов, то коммунистам, которые знают, как и ради чего национализируется частная собственность на основные средства производства, нет никакой причины отдавать общенародное богатство в руки таких политически неграмотных мешочников, как Стасик. И нечего рассыпаться бисером перед мелкой буржуазией, которая спит и видит не рабочее братство в борьбе за всеобщее счастье, т.е. коммунизм, а себя в качестве богатого Буратино на поле чудес в стране дураков. Прежде чем с кем бы то ни было объединиться, нужно, сначала, научно объясниться.

Так есть ли гарантии от перерождения и развала коммунистической партии

Таким образом, диалектически формулируя мысль, можно сказать, что марксизму удалось обосновать теоретическое положение о гарантии поступательного развития коммунистических организаций и диктатуры рабочего класса, в то же время, этих теоретических положений, вскрытых объективных законов, оказалась недостаточно для индивидов, воспитанных и обученных в рамках вековых феодально-буржуазных традиций. Можно только сожалеть, что, по этой же причине, педагогическая общественность СССР фактически отвергла достижения педагогических систем Макаренко и Фрунзе по коммунистическому воспитанию молодежи. Практически вся система обучения и образования в СССР была построена буржуазно воспитанными педагогами средней и высшей школы на основе наиболее примитивных элементов педагогической системы Ушинского.

Тем не менее, бесспорно, что наиболее содержательный практический и теоретический вклад в дело развития мирового коммунистического движения в XX веке сделала ВКП(б)-КПСС ленинско-сталинского периода. В 50-е годы СССР ближе других народов планеты подошел к практике непосредственного строительства коммунизма. Этот опыт самый представительный, самый содержательный, самый динамичный, самый результативный. Его вполне достаточно, чтобы, подобно тому, как на примере одного лишь «классического английского капитализма» оказалось возможным открыть абсолютные экономические законы движения капиталистической формации вообще, сформулировать абсолютные законы развития коммунистической партии и коммунистической формации, исключающие преждевременный «сход с дистанции». Прочности сталинского социализма в СССР оказалось достаточно, чтобы выдержать целое десятилетие хрущевского примитивизма и еще двадцать лет брежневского застоя, удерживая, при этом, статус сверхдержавы, обладающей военно-стратегическим паритетом с НАТО.

Анализ истории КПСС позволяет сделать вывод, что эта история складывается из двух ветвей. Восходящей и нисходящей.

Наличие ВОСХОДЯЩЕЙ ветви в истории КПСС доказано неуклонным ростом авторитета и влияния большевиков в рабочем классе и крестьянстве, провалами многочисленных попыток силового воздействия на СССР с целью нанесения ему поражения, предпринятых олигархами всего мира. Оказалось, что даже совокупная военная сила Антанты и Германии с Польшей, всего дворянства и буржуазии России, совершенно недостаточно, чтобы свергнуть власть большевизированных Советов на самой начальной стадии их становления. В этот период ни экономическая блокада, ни подрывная и диверсионная деятельность дворян, интеллигентов, западных специалистов, ни растлевающее воздействие НЭП не принесли результатов, угодных мировому антикоммунизму.

Наличие ВОСХОДЯЩЕЙ ветви в истории КПСС доказано и победой СССР «в войне моторов» против объединенного европейского фашизма при многолетнем попустительстве фашизму со стороны демократических колониальных держав Запада.

До середины 60-х годов, т.е. до «косыгинской реформы», никто в мире не заикался о научном, образовательном и технологическом отставании СССР. До сих пор космические исследования в околоземном пространстве ведутся с использованием советских технологий 50-х годов, в то время как американская лунная и околоземная программы приказали долго жить, похоронив 16 астронавтов, т.е. 4 американских погибших астронавта приходится на одного погибшего советского космонавта. Сегодня космонавты всех стран доставляются на МКС при помощи, практически, советских ракет, хотя, по мере превращения России в рыночную страну, количество спутников, рухнувших в океан, закономерно растет.

Однако сам развал СССР и роспуск КПСС доказывает наличие НИСХОДЯЩЕЙ ветви в истории этой партии. А если ориентироваться на кондовые «экономические» показатели, то придется признать, что их систематическое и неуклонное снижение началось с хрущевской семилетки, приняло устойчивый характер с началом «косыгинской реформы» и переросло в обвал после избрания Андропова Генеральным секретарем ЦК КПСС, т.е. с момента инициированного им перевода экономики СССР на полный хозрасчет, что означало полную реставрацию капитализма и рынка в СССР со всеми вытекающими последствиями разрушительного характера.

Следовательно, подлежит уяснению то главное обстоятельство, которое было присуще партийной жизни КПСС на восходящей фазе, но в силу некоторых причин не оказывало решающего влияния на организационную внутрипартийную стратегию. Однако совершенно очевидно, что с ослаблением некоего фактора, игравшего роль политического иммунитета против оппортунизма на восходящей фазе, опухоль оппортунизма разрослась и превратилась в содержание партии.

Есть все основания утверждать, что к 1938 году ВКП(б) представляла собой единственную партию, в которой впервые на целый десяток лет укоренилась высочайшая степень централизма, основанного на торжестве научного подхода к решению всех проблем. В руководящих органах партии практически не осталось людей, сознательно и целенаправленно боровшихся за качественно иное содержание организационной политики. С точки зрения кадрового состава, партия начала действительно освобождаться от каких-либо организованных форм правого и левого уклона. Это обстоятельство сыграло решающую роль в обеспечении Победы Советского Народа в Великой Отечественной войне, в организации стремительного восстановления социалистического производства и систематического снижения цен. Без действительного централизма в управлении сложными общественными системами не может быть результативного действия.

Но практика доказала, что это единство носило временный характер и, как только скончался Сталин, руководящие органы партии вновь превратились в арену столкновения, упрощенно говоря, двух основных течений в партии. Внешне это выглядело как противоборство просталинского и антисталинского течений. На самом деле это было столкновение недостаточно компетентного и совершенно некомпетентного элемента в партии. Как это ни парадоксально на первый взгляд, но в ходе этого противоборства постепенно побеждало, чем дальше, тем больше, глубоко некомпетентное крыло внутри партии.

Но почему всё произошло именно так, как произошло?

Каждый член КПСС, в свое время, твердо зазубрил, что главным организационным принципом партии является демократический централизм… Здесь-то и «зарыта собака».
Апрель 2012
Продолжение следует

1. А. Проханов представляет собой классический пример того, что может случиться с талантливым и небессовестным писателем при отсутствии, как собственной научности, так и научных ориентиров в обществе. Идя сейчас в фарватере КПРФ, он ярко и образно воспроизводит все те глупости и гнусности, которые присущи оппортунистам.

2. Статья секретаря ЦК ВКПБ А. Маевского «Ответ «критикам» Сталинской конституции» была опубликована в августе 2011 г.

Валерий Подгузов

Источник статьи

 

Метки: ,

Дмитрий Хабаров, НИКТО КРОМЕ НАС!


December 26th, 2012

Добрый день!

Очередное заседание прошло быстро, суд мысленно в Новом году, поэтому им не до заседания.
Сегодня допросили эксперта ФСБ, она нашла в промидоле гидрохлорид промидола, что является наркотическим средством.
Из своих небольших познаний, она пояснила, что используют данное средство как обезболивающее военнослужащие, а также припомнить не смогла, чтобы промидол когда-нибудь изымали из незаконного оборота. В общем, у наркоманов и у тех, кто распространяет, промидол не котируется, да они, наверное, и не знают, что есть такое обезболивающее средство, или знали, попробовали — не вставило, поэтому не используют и оставили прерогативу для военнослужащих. А вот следователь и прокурор другого мнения, они целиком и полностью убеждены и пытаются в месте с судом нас убедить, что это специально приобретенное наркотическое средство в неустановленном месте, у неустановленного лица, в неустановленное время, приобрели и хотели рапространить среди мятежников. Видимо, изъяли промидол, немножко укололись — не вставило, догнались чем-то другим (какос жрут ложками) и сели за написание фантастического обвинения. Получилось криво, через одно место, но все-таки получилось, а потом, используя авторитет организации, проталкивают это дело в суде, под обвинительное решение суда, да и суд не больно разбирается, чтит авторитет заявляющей организации. Ну и эксперт, подписавшая несколько протоколов допроса, искренне заявила суду, что допрашивали её один раз, а у нас на руках несколько протоколов допроса, по одному она — эксперт, по другому — как свидетель, кристально честная женщина. Хочется задать вопрос капитану ФСБ Цебренко Н.В., вдруг ответит: » Что же, Вы такая взрослая женщина и врете???.»
Следующее заседание суда — 15 января 2013 года в 10 часов.
Вот так погано заканчивается старый год. Всех, кто поддерживал (искренне поддерживал, а не те, кто испугался пламенных речей из ФСБ и им подобным, тех, кто отвернулся от боевого товарища), всех, кто с нами, С НАСТУПАЮЩИМ НОВЫМ ГОДОМ!!!
Надеюсь, что увидимся или услышимся в Новом году!!!!

Честь имею, гв. майор Дмитрий Хабаров.

Источник статьи

 

Метки: ,

Алексей Исаев: «Неизвестный 1941-й»


Печальная дата 22 июня заставляет вспомнить о том, сколько вопросов до сих пор рождает история начала Великой отечественной войны. Почему Кремль игнорировал сообщения разведчиков о подготовке Гитлером нападения на СССР? Как помог советским военачальникам опыт Гражданской войны? Чем в действительности была советская кавалерия в 1940-е годы? Как оценивали сами немцы сопротивление советских войск в июне 1941-го? Глубокая апатия и бездействие Сталина в первую неделю войны — миф или реальность?

Свой взгляд на эти и другие важные вопросы нашей истории обозревателю Рабкор.ру Михаилу Нейжмакову представил автор книг на военно-историческую тематику (в том числе «Неизвестный 1941. Остановленный блицкриг», «Антисуворов. Десять мифов Второй мировой»), соавтор сценариев документальных фильмов о Великой отечественной войне, сотрудник Института военной истории Министерства обороны РФ Алексей Исаев.

Алексей Валерьевич, давно принято считать, что советские разведчики задолго до начал войны представили Сталину подробные и обоснованные доказательства подготовки Германии к нападению на СССР. По мнению некоторых публицистов, Москве уже в декабре 1940 года стало известно о «Плане «Барбаросса»». Насколько это соответствует действительности?

Это ни в коей мере не соответствует действительности. Информация от разведчиков поступала размытая и неопределенная, в частности возможные сроки германского нападения варьировались в широких пределах и реальная дата 22 июня была названа тогда, когда времени на адекватную реакцию уже не было.В какой-то мере это объяснялось тем, что сами немцы приняли строгие меры по обеспечению скрытности подготовки к «Барбароссе». До определенного момента сосредоточение немецких войск могло быть интерпретировано как «выстраивание оборонительного пехотного заслона на востоке перед высадкой в Англии». Только в последнем, пятом эшелоне переброски войск на границу с СССР были выдвинуты танковые дивизии.

Вместе с тем следует отметить, что серьезным недостатком в работе советской разведки была слабая аналитическая работа. Полученные данные транслировались «наверх» в сыром виде, без анализа. Действительно серьезные аналитические записки, в частности записка военного атташе в Берлине В.И.Тупикова, просто терялись в общей массе информации. При этом и Тупиков в апреле 1941г. не называл точной даты вторжения, он написал: «Сроки начала столкновения — возможно, более короткие и, безусловно, в пределах текущего года».

Ни о каких выкраденных из сейфов планов «Барбаросса» на этом фоне не могло быть и речи.

Первые месяцы Великой отечественной войны часто ассоциируют с «повальным бегством советских войск». Считается, что советские части не могли всерьез повлиять на продвижение сил «Вермахта». Насколько можно понять, в недавно увидевшей свет Вашей книге «Неизвестный 1941. Остановленный блицкриг» Вы спорите с этим стереотипом?

Действительно, в массовом сознании присутствует миф о многочисленной и хорошо вооруженной Красной армии, которая буквально рассыпалась под ударами немногочисленных немецких танковых соединений. Однако, если мы обратимся к немецким документам, которые писались в реальном июне 1941г. (а не к мемуарам, написанным спустя десятилетия после проигранной войны), то мы увидим такие слова, как «упорное сопротивление», «большие потери противника убитыми», «мало пленных».

Вторгшиеся на территорию СССР три группы армий вермахта имели на направлениях главных ударов значительный перевес над противостоящими им соединениями приграничных особых округов. На 22 июня 1941г. в бой могли вступить примерно 40 советских соединений, а атаковали их более 100 немецких дивизий, танковых и пехотных. Результаты такого столкновения нетрудно себе представить.

При написании «Неизвестный 1941. Остановленный блицкриг» мне пришлось много обращаться к немецким источникам, как документам, так и исследованиям. Просто ввиду того, что документов частей и соединений Западного фронта по июню 1941г. сохранилось немного. Даже меня, человека, который не первый год исследует события 1941г., поразили многочисленные эпизоды энергичного и продуманного сопротивления окруженных под Белостоком советских войск.

Многие публицисты говорят о «переоценке роли кавалерии» советским военным командованием и даже организованных им «конных атаках с шашками против танков». Насколько это соответствует действительности? Как можно оценить роль кавалерии в этой войне?

Кавалерия 1941г. была скорее ездящей на лошадях пехотой, нежели классическими конниками с холодным оружием. Это была своего рода «мотопехота для труднодоступной местности». Езда на лошади требовала хорошей физической подготовки, и поэтому кавалерийские соединения отличались хорошей выучкой и высоким боевым духом. Именно поэтому кавалеристы одними из первых пополнили ряды советской гвардии. К 1945г. все семь имевшихся в Красной армии кавалерийских корпусов имели гвардейское звание.

Атаки в конном строю были скорее редким исключением, чем правилом. Они применялись при ударах по деморализованному и отступающему в беспорядке противнику. В частности, один такой документально подтвержденный случай относится к операции «Уран» под Сталинградом в ноябре 1942г. Тогда конники из 8-го кавкорпуса рубили в конном строю бегущих румынских пехотинцев.

Желая подчеркнуть некомпетентность советских военачальников в начале Великой Отечественной войны, исследователи часто пишут о том, что те переносили тактику Гражданской войны на конфликт с гитлеровской Германией. Вы в своих работах наоборот подчеркиваете, что опыт Гражданской войны оказался востребован в ходе Великой отечественной. Почему Вы так считаете?

Когда говорят о переносе опыта Гражданской войны в СССР в Великую Отечественную часто забывают о том, что он был очень разноплановым. Известными нам по фильмам и популярным книгам конные лавы, бронепоезда и тачанки были лишь одной из страниц той войны. Куда менее известным, но вместе с тем более востребованным опытом был опыт спешного строительства армии. Когда в считанные недели, в лучшем случае месяцы формировались и вооружались новые части и соединений. Опыт этого строительства, на новом витке развития, был востребован в 1941 г. Именно вновь сформированные дивизии и бригады спасли СССР от разгрома. Именно они оказывались на пути немецких танков к Москве и Ленинграду.

В большинстве современных художественных фильмов о войне политработник предстает карикатурным персонажем, трусливым человеком и абсолютно лишним лицом на линии фронта. Насколько такой образ близок к действительности?

Разумеется, как в среде комиссаров, так и в среде командиров частей, соединений и объединений Красной армии можно было встретить разных людей. Карикатурных персонажей среди них тоже можно было найти. Однако по линии политического руководства также шел поток информации, дублирующий и уточняющей ту, что шла по линии военного командования. То есть командиры и командующие имели возможность сопоставлять сведения по военной и по партийной линии и принимать решения, опираясь на больший объем информации. Более того, иной раз политдонесения оказываются более информативными с точки зрения понимания происходивших событий, чем скупые оперсводки. Практика эта оказалась в ходе войны востребована и даже углублена: Генеральный штаб Красной армии ввел должность офицеров Генштаба в войска, докладывавших о состоянии войск и ведении операций.

Кроме того, следует отметить, что не все политработники были гражданскими партийными руководителями без соответствующего образования и опыта. Были среди них такие люди как комиссар И.З.Сусайков, легендарная личность, герой обороны Борисова в июле 1941г. Он по образованию был танкистом и возглавлял Борисовское автотракторное училище не как партийный руководитель, а как специалист. Впоследствии он был членом Военного совета Брянского, Воронежского, Степного и 1-го Украинского фронтов.

Нельзя не сказать также о том, что в 1944г. своего рода «комиссары» появились в вермахте. Это были так называемые «офицеры по национал-социалистическому руководству». Этот факт можно интерпретировать как признание противником небесполезности института комиссаров.

В качестве примера тактики советского командования, обрекавшего своих солдат на «бессмысленную гибель», обычно приводятся контрудары против наступающих сил «Вермахта» в первые дни войны. Действительно ли такую тактику можно считать бессмысленной?

Контрудары всю войну были необходимым элементом обороны. Немцы, чей авторитет как военных профессионалов не вызывает сомнений, практиковали контрудары вплоть до последних месяцев и дней войны. Более того, широко известные успехи вермахта в обороне были достигнуты именно контрударами. Так, именно контрудар Манштейна, проведенный силами танкового корпуса СС в феврале-марте 1943г., привел к потере только что освобожденного Харькова и остановке продвижения Красной армии на запад. В августе 1943г. контрудары в районе Богодухова и Ахтырки позволили немцам восстановить целостность рассыпающегося фронта группы армий «Юг» под Курском во время контрнаступления советских войск. Контрудары подтянутых к Варшаве резервов позволили немцам в августе 1944г. предотвратить освобождение польской столицы и стали прикрытием разгрома варшавского восстания. Другой вопрос, что не всегда был виден немедленный эффект от наносимых контрударов. Однако они вынуждали останавливаться, отвлекать дополнительные силы на защиту флангов. Контрудар под Сольцами в июле 1941г. почти на месяц отложил потерю Новгорода и замедлил бег 4-й танковой группы к Ленинграду. Контрудары под Оратовым и Животовым оттянули окружение 6-й и 12-й армий под Уманью. Удары по немецким частям под Ельней в конце июля 1941г. отложили замыкание кольца окружения вокруг 16-й и 20-й армий под Смоленском. В каждом из этих случаев немцы теряли время, которого в итоге не хватило под Москвой, Ленинградом и Ростовом. Такие примеры можно приводить долго. Если попытаться кратко сформулировать основную идею практики контрударов, то можно сказать так: «Контрудар — это способ использования войск там, где мы сильны, а противник потенциально слаб». Перемещения войск не происходят мгновенно. Поэтому, если танковое соединение в точке «А», далеко не всегда его можно использовать в точке «Б», где противник нанес неожиданный удар (хотя практика «армирования» обороны танками тоже имела место). Однако это танковое соединение можно использовать для удара по флангу нацеленной на точку «Б» группировки противника. Причем фланговый заслон будет очевидно слабее ударной группировки противника.

Давно установилось мнение, что советские военачальники абсолютно не считались с потерями своих войск. Такое обвинение современными авторами часто предъявляется, например, маршалу Георгию Жукову. Обоснованно ли такое мнение?

Нет, не обосновано. Более того, имеются документы, в которых Г.К.Жуков прямым текстом требует от своих командующих армиями беречь людей. Не подтверждается тезис об особой «кровавости» Жукова и статистикой. Удельные потери объединений, которыми он командовал (т.е. отношение потерь к численности войск, понесших эти потери), оказываются ниже, чем у его соседей в тот же период времени.

Если даже предположить, что у советских военачальников не было никакой моральной ответственности за доверенные им жизни людей (что очевидно не так), беречь людей имело смысл из сугубо практических воображений. Если дивизия, армия, фронт понесут большие потери сегодня, то с кем воевать завтра? С кем освобождать новые города и получать ордена, расти по карьерной лестнице. Очевидно, что лучший карьерный рост будет у того, кто успешнее наступает и обороняется и требует меньше пополнений. Пополнения с неба не падают, через Красную армию, НКВД и другие формирования СССР во время войны прошли 34 млн. человек, через вооруженные силы Германии — около 20 млн. человек. Воевать, не считаясь с потерями, при таком соотношении людских потенциалов затруднительно.

Исключений тут быть не могло. Никакая близость к вождю не могла заменить успехов на фронте. Высоко поднявшийся до войны Тимошенко, в июне 1941г. он был наркомом обороны, был без особых колебаний смещен Сталиным за ряд неудач в июле 1942г. и закончил войну на второстепенном направлении.

Критики Жукова и других полководцев часто подходят к ним с неверными критериями оценки. Жуков мог быть не самым приятным в общении человеком, но он был военным гением. Гении же часто оказываются трудными в повседневном общении людьми. Он мог раздражаться, когда его подчиненные не понимали очевидных для него вещей и не видели очевидных для него решений в бою и операции.

Первые месяцы Великой отечественной войны часто ассоциируются с использованием заградотрядов, которые должны были остановить отступление советских войск. Среди стран-участниц Второй мировой войны такую тактику применяли только в СССР?

Некие механизмы борьбы с дезертирами имелись у всех воюющих сторон. Недавно я был в городе Зеелов и мне рассказывали, что в апреле 1945г. одна из улочек этого немецкого городка стала «аллеей висельников»: немецкое командование безжалостно расправлялось с дезертирами и проявившими слабость на поле боя. Недобрую славу жестокого командующего, скорого на расправу с дезертирами получил в последние месяцы войны Фельдмаршал Фердинанд Шернер, командующий группой армий «Центр».

Также необходимо сказать, что первые заградительные отряды появились под давлением обстоятельств еще в первые дни войны. Тогда они были инициативой снизу. Таковым был, например, заградотряд Западного фронта, которым командовал… интендант Маслов. Да, да, именно интендант из города Толочин. Который по своей инициативе останавливал отступающих и наводил порядок на шоссе Минск-Москва.

Приказ №227 июля 1942г. фактически узаконил и упорядочил деятельность заградотрядов.

Публицисты иногда связывают наиболее тяжелые поражения советских войск в первые дни войны с апатией Сталина, отстранившегося от принятия стратегических решений. Согласны ли Вы с такой оценкой?

Такая легенда действительно имела хождение в перестроечные времена, введена она была в оборот, если я не ошибаюсь, Никитой Сергеевичем Хрущевым. Сейчас, когда опубликован журнал посещений кабинета Сталина в Кремле, можно вполне определенно утверждать, что никакого недельного бегства на дачу и самоустранения от дел не было. В первые дни войны И.В.Сталин напряженно работал, принимая в своем кабинете высших руководителей армии и промышленности. Более того, именно в это время были приняты многие ключевые решения. В частности, об отказе от довоенного мобилизационного плана и формировании новых соединений. Пропуск примерно на сутки имеется после потери Минска. Но это сутки, а не неделя. К тому же в эти сутки Сталин мог не принимать посетителей в Кремле, а сам побывать в Генштабе, например.

Алексей Исаев

Источник статьи

 

Метки: , ,

Память в руинах Волгограда


Территория волгоградского металлургического завода «Красный Октябрь» – бывшая арена кровопролитных боев, которые велись буквально за каждый метр. После окончания Сталинградской битвы завод был практически полностью разрушен, так как располагался на главном направлении удара гитлеровских войск. Сегодня лишь двухэтажное кирпичное здание центральной заводской лаборатории, которое сохранено как памятник героизму защитников Сталинграда, напоминает о тех страшных днях.

Как рассказала V1.ru директор музея истории завода «Красный октябрь» Наталья Болдырева, здание центральной заводской лаборатории на заводе «Красный октябрь» сохранилось в основном благодаря надписи, сделанной командиром одного из подразделений 45-ой Щорсовской стрелковой дивизии Федором Федоровичем Порядковым. Теперь эта надпись увековечена в металле. «Здание центральной заводской лаборатории в таком разрушенном виде осталось после войны. Оно хорошо характеризует, как вообще выглядел завод после тяжелейших боев Сталинградской битвы, – рассказала Наталья Болдырева. – Другие здания были не в лучшем положении. Развалины центральной заводской лаборатории оставили только потому, что на них сразу после окончания Сталинградской битвы была найдена надпись «Здесь стояли насмерть герои-таращанцы».

Первоначально надпись была сделана командиром одного из подразделений 45-й Щорсовской стрелковой дивизии Федором Федоровичем Порядковым. Когда бои за завод закончились, он вспомнил, сколько бойцов погибло, защищая это здание, и решил, что в память о них надо оставить памятный знак. Жидкостью из бочки огнемета прямо на самом здании и была нанесена эта надпись. Таращанцы – это бойцы Таращанского 253-го полка 45-й Щорсовской стрелковой дивизии». За здание заводской лаборатории бои шли два месяца. Только чтобы освободить его от солдат противника, потребовалось ровно 10 дней. За каждый этаж, за каждое подвальное помещение, где всюду были пулеметные гнезда, шли бои. 31 декабря 1942 года бойцам удалось освободить это здание от врага полностью. Вот такой, можно сказать, новогодний подарок они сделали жителям города и работникам завода.

Но этим история центральной заводской лаборатории не исчерпывается. «С началом боев, когда они еще не превратились в ожесточенные, а были только бомбежки, завод продолжал работать, – отметила Наталья Болдырева. – До 23 августа 1942 года начальник центральной заводской лаборатории Иванченко скрывался в подвале здания ЦЗЛ. Там у него имелись запасы еды и определено специальное место. Иванченко был убежден, что подвал сделан на века, поэтому во время бомбежек он не боялся там оставаться. Но в один из дней Иванченко увидел, что крысы, которые обитали рядом с ним, стали исчезать. Ему это показалось недобрым знаком. И только Иванченко ушел, авиабомбой уничтожено место, где он находился».

Еще до освобождения здания центральной заводской лаборатории тяжелые бои на территории завода вела другая дивизия – 39-я гвардейская стрелковая дивизия, именем которой названа улица в Волгограде. «В октябре, когда завод «Красный октябрь» стал ареной самых тяжелых боев, 120-й стрелковый полк 39-й гвардейской стрелковой дивизии находился в подвале здания, там был штаб, а наверху, на чердаке, который практически не сохранился, находился артиллерийский наблюдательный пункт, поэтому приближение немцев бойцы видели издалека, все время сигнализируя об этом, – подчеркнула госпожа Болдырева. – Но в один момент положение сложилось неудачно для нас, и в ночь с 23 на 24 октября дважды это здание переходило из рук в руки. Бойцы из наблюдательного пункта спустились в подвал к штабу дивизии и забаррикадировали все входы. Все остальное здание заняли враги.

Для того чтобы здание освободить от немцев, один из связистов раненый выполз под огнем на поверхность, зная, что здесь противник, зажал зубами телефонный провод и установил телефонную связь, после чего успел вернуться к своим. Благодаря тому, что связь была восстановлена, по точной наводке по этому зданию стреляли не только фашисты, но и наши. С 23 на 24 октября впервые центральная заводская лаборатория была освобождена, но потом переходила из рук в руки, и бои за нее шли до самого конца декабря.

На следующий день после окончания Сталинградской битвы, 3 февраля 1943 года, на территории завода встретились командир 39-й гвардейской стрелковой дивизии Степан Гурьев и только что назначенный директор завода Павел Матевосян. Гурьев, обращаясь к директору, повернулся к зданию, посмотрел на завод и сказал: «Ты извини, но это все, что осталось от твоего завода». Матевосян на это ответил очень образно: «Ну что же, больное дитя матери еще дороже».

После войны частыми гостями завода «Красный октябрь» были его защитники, в том числе и Федор Порядков.

«Однажды Порядков пришел на завод с однополчанами и вспомнил про оставленную им на стене центральной заводской лаборатории надпись, усомнившись, что от самого здание могло что-то остаться, – рассказала Наталья Болдырева. – Когда же заводчане подвели его к зданию, которое осталось в прежнем виде, его удивлению не было предела. Надпись была увековечена уже в металле. Сейчас руины центральной заводской лаборатории – это открытая площадка музея, которая постоянно пополняется новыми экспонатами. Так, среди экспонатов, относящихся к периоду Сталинградской битвы, – прекрасно сохранившаяся пушка с немецкого танка Panzer-3 1942 года, обнаруженная в ходе ремонтных работ в одном из цехов предприятия».

Совсем недавно комплекс пополнился храмом Георгия Победоносца – покровителя воинства. Все желающие после экскурсии могут посетить этот храм и поставить свечи в память о погибших.

Источник статьи

 

Метки: , ,

«Русский должен умереть!»


Нынче находятся те, кто уже ставит на одну доску нацистский режим и коммунистический, Сталина и Гитлера. Вот почему книгу известного историка Александра Дюкова «Русский должен умереть!» или от чего спасла нас Красная Армия» должно считать настоящим событием.

Всем любителям развенчивать героев войны, с едким сарказмом пишущим о наших неудачах, которые, конечно же, были, следует прочесть свидетельства о планах германского руководства, которое рассчитывало после оккупации наших областей приступить к их очистке от «ненужного населения». Факты чудовищных зверств, совершенных на нашей земле фашистскими захватчиками, вовсе не были отдельными эпизодами. Александр Дюков на протяжении всей книги доказывает, что это был заранее спланированный геноцид советского народа – представителей всех его национальностей.

Само слово – геноцид (от греческого – убиваю) часто употребляется, когда речь идет о войне. В книге Александра Дюкова это преступление, совершенное немецкими оккупантами, рассматривается во всех его страшных аспектах.

«Сегодня, к сожалению, находятся люди, умалчивающие о преступлениях фашистов, о том, что ждало нашу страну и всех нас в случае, если бы враг победил. Сам факт проведения нацистами истребительной политики против народов СССР уже ставится под сомнение». Еще в 1920-е годы, задолго до начала войны, Гитлер сформулировал преступные цели предстоящего вторжения в СССР. «Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию… Это гигантское восточное государство неизбежно обречено на гибель».

Впоследствии фюрер не раз указывал на то, как именно надо действовать, покоряя территорию Советского Союза.

«Мы должны применять колонизаторские и биологические средства для уничтожения славян». «Нам придется прочесывать квадратный километр за километром и постоянно вешать!» К сожалению, в Германии нацистская пропаганда смогла впечатать эти чудовищные установки в сознание миллионов немцев.

Историк Александр Дюков возвращает нас к событиям начала войны. В канун варварского нашествия в частях вермахта, изготовившихся к броску, зачитывали такие приказы: «Проломи русскому череп, и ты обезопасишь себя от них навек. Ты – безграничный властелин в этой стране. Жизнь и смерть в твоих руках! Нам нужны русские пространства без русских!»

Факты свидетельствуют: эти приказы попали на подготовленную нацистами почву. Зверства немецких захватчиков начались с первых дней войны.

«В городе Барановичи на Пионерской улице солдаты вермахта привязали к столбам четырех захваченных в плен красноармейцев, подложили им под ноги сено, облили горючим и заживо сожгли».

«В деревне под Борисовом по приказу офицера солдаты утащили в лес 16-летнюю Любу Мельчукову. Изнасиловав девушку, офицер отдал ее солдатам. На поляну притащили еще группу девушек. Они увидели, как солдаты приколотили Любу Мельчукову к доскам и отрезали ей груди».

«Проходя через деревню близ Велижа, солдаты решили развлечься. Они согнали из ближних домов жителей и бросили их в реку. В тех, кто не тонул, бросали камнями, в тех, кто пытался уплыть, — стреляли. Не уцелел никто».

Рассказ партизана: «Мы подобрали на дороге женщину, она ползла и не могла идти и думала, что уже мертвая. Решила, что на том свете, а не на этом… Она рассказала нам, как вели на расстрел ее и пятерых ее детей. Пока вели к сараю, детей убивали. Стреляли и при этом веселились… Она говорила, что не хочет жить… Не может после всего жить на этом свете, а только на том».

Автор книги пишет о том, что главари Рейха выработали систему мер по «обезлюживанию» захваченных пространств, которые выполнялись со всей немецкой педантичностью. Один из способов «сокращения населения» заключался в расправах над советскими военнопленными. По сообщению А. Шпеера, на дороге, по которой из Ростова отступала 1-я танковая армия фон Клейста, оставались трупы изнасилованных и убитых женщин-военнопленных. «На дорогах лежали русские санитарки, — вспоминал рядовой Ганс Рудгоф. – Их расстреляли и бросили на дорогу. Они лежали обнаженные… На этих мертвых телах были похабные надписи».

Немецкий хирург профессор Ханс Киллиан в мемуарах написал о русских военнопленных. Обратим внимание на характер выражений этого представителя медицины. В нем нет чувства сострадания. «То, что к нам приближается, оказывается стадом военнопленных. Да, именно – стадом – по-другому это невозможно назвать. Поголовье насчитывает примерно двадцать тысяч. Их захватили во время последнего окружения… Идут со скоростью не больше двух километров в час, безвольно переставляя ноги, как животные. Слева и справа на обочинах дороги на глаза попадаются обнаженные тела мертвых русских, исхудавшие, с торчащими ребрами».

Александр Дюков пишет об этом, проникнутом нацистским духом, высказывании: «Высокообразованный профессор просто не видит в русских военнопленных людей, напротив, он настойчиво подчеркивает их звероподобность. Но коль скоро это животные, то в их смерти нет ничего трагического». Кто погибал в тех колоннах? Чей-то отец, сын, брат? Этого мы никогда не узнаем. И горькая память о них, пропавших без вести, осталась в семьях навсегда.

Венгерский офицер-танкист запомнил такую картину. «Мы стояли в Ровно. Однажды утром, проснувшись, я услышал, как тысячи собак воют где-то вдалеке… Я позвал ординарца и спросил: «Шандор, что это за стоны и вой?» Он ответил: «Неподалеку находится огромная масса русских военнопленных, которых держат под открытым небом. Их должно быть 80 тысяч. Они стонут, потому что умирают от голода». Я пошел посмотреть. За колючей проволокой находились десятки тысяч русских военнопленных. Многие были при последнем издыхании. Лица их высохли, глаза глубоко запали. Каждый день умирали сотни, и те, у кого еще остались силы, сваливали их в огромную яму».

…Читая эти леденящие душу свидетельства, я вспоминала строки приказа, который был подписан заместителем народного комиссара обороны СССР, генералом армии Г.К. Жуковым еще в 1941 году. В нем были определены нормы продовольственного пайка для немецких военнопленных. В суточный рацион входило: хлеб ржаной – 500 граммов, крупа – 100 гр., рыба – 100 гр., масло растительное – 20 гр., сахар – 20 гр., картофель и овощи – 500 гр. Впоследствии эти нормы увеличивались. Этот документ – свидетельство подлинного гуманизма, проявленного Советским правительством по отношению к немецким военнопленным. Конечно, в условиях войны трудно было в точности соблюдать предписанный по граммам рацион, но дух этого приказа был понят и неуклонно выполнялся. Я записывала рассказы офицеров 284-й дивизии, воевавшей в Сталинграде под Мамаевым курганом. «Нам было предписано – сдавшимся в плен немцам, которые голодали в окружении, сразу выдавать по полбуханки хлеба и концентраты. Когда они пошли к нам большими толпами, мы просто не успевали доставлять хлеб с левого берега Волги. Бойцы показывали немцам – идите сдаваться в соседнюю дивизию – туда прошли повозки с хлебом».

Мне рассказывала Н.Н. Пинскер, хирург госпиталя 64-й армии, воевавшей в Сталинграде, о том, как лечили раненых пленных немецких солдат. «Помню, как раненый немецкий офицер попросил нашего санитара сделать ему постель помягче. В сердцах санитар обругал его. И тут вошел наш главный хирург Соколов. Он строго предупредил санитара – относиться к раненым немцам надо спокойно. Конечно, нелегко нам было. Еще вчера этот враг целился в тебя, сбрасывал бомбы. А теперь ты его перевязываешь. Но у нас был строгий приказ: не оставлять военнопленных без медицинской помощи».

Но в годы войны в Германии не оценили гуманные жесты Советского правительства. Истребление попавших в плен наших воинов обретало все большие масштабы и продолжалось до самого конца войны. Одним из преступлений, называемого геноцидом, является умышленное создание жизненных условий, рассчитанных на уничтожение населения. Александр Дюков пишет о том, как осуществлялась такая политика в период немецкой оккупации. По расчетам фашистской верхушки, захваченную территорию необходимо было превратить в зону «величайшего голода». Рейхсмаршал Геринг заявил: «В этом году в России умрет от голода от 20 до 30 миллионов человек. Может быть, даже хорошо, что так произойдет, ведь некоторые народы необходимо сокращать». Планы ограбления оккупированного населения были тщательно разработаны и приняли самые варварские масштабы. В Германию уходили тысячи эшелонов с пшеницей, картофелем, рогатым скотом, углем, лесом. Вывозили даже чернозем. Каждому солдату было разрешено заходить в любой дом и брать все, что ему попадет под руку. В книге – вся правда о голоде на оккупированной земле.

«Мы ели воду. Придет время обеда, мама ставит на стол кастрюлю горячей воды. И мы ее разливаем по мискам. От голода брат съел угол печки. Грыз, грыз каждый день, когда заметили, в печке была ямка». Вера Ташкевич, 10 лет.

«В селе Васильевке Землянского района колхозница Кулешова Т., не имевшая коровы, не могла выполнить требование немецких солдат дать им молока. За это немцы подожгли хату Кулешовой и бросили ее живой в огонь».

Гауляйтор Украины Эрих Кох заявил: «Меня знают как жестокого пса. Поэтому меня и направили комиссаром Германии на Украину. Наша задача заключается в том, чтобы выжать из Украины все. Господа, жду от вас абсолютной беспощадности в отношении всех туземцев, населяющих Украину».

Об этом высказывании гауляйтора Украины надо знать тем, кто оскверняет памятники, установленные над братскими могилами советских солдат. А такие сообщения приходят из Львова, Каменец-Подольска, Ивано-Франковска и других городов. Находятся нелюди, которые глумятся над священными погребениями тех, кто отдал свои жизни за освобождение этих мест от фашистского рабства.

…Читая книгу Александра Дюкова, я часто поражалась тому, как молодой историк, родившийся через годы после Победы, с такой силой воскрешает памятную военную боль, будто в генах ему передались чувства современников тех лет. Он пишет еще об одной стороне фашистского плана «очищения территории от туземцев». О том, как миллионы «восточных рабочих» оказались на германской каторге. В начале войны идея блицкрига – молниеносного разгрома СССР — витала над Германией. Она звучала в речах Гитлера, в сводках с Восточного фронта и в шальных песнях немецких солдат. Поражение под Москвой, когда снимки занесенных снегом убитых гитлеровцев, разбитых орудий и танков обошли весь мир, верхушка Рейха стала осознавать, что война предстоит долгая. 20 марта 1942 года в Ставке Гитлера под Винницей обсуждались экономические проблемы. В систему «обезлюживания» восточных земель были внесены изменения. Германия нуждалась в бесплатной рабочей силе. «Восточные рабы», прежде чем умереть, должны были поработать для Рейха. Александр Дюков изучил сотни документов, чтобы рассказать об этой форме геноцида. К сожалению, такая тема остается в забвении в нашей исторической науке. На людей охотились, как на собак.

«Играли мы во дворе с мальчишками в «палочки-стукалочки». Въехала большая машина, из нее выскочили немецкие солдаты, стали нас ловить и бросать в кузов под брезент. Привезли на вокзал, машина задом подошла к вагону, и нас, как мешки, забросали туда. Вагон набили так, что первое время мы могли только стоять. Взрослых не было, одни дети и подростки… Ночью становилось так страшно, что многие плакали: нас куда-то везут, а наши родители не знают, где мы». Володя Ампилов, 10 лет.

В Германии на государственном уровне было узаконено рабовладение. Когда очередной эшелон с «остарбайтерами» прибывал в Рейх, мужчин и женщин, на которых были установлены цены, выставляли на продажу. Предприятия закупали крупные партии новых рабов. Но и рядовым немцам вполне по кошельку было приобрести в собственность «восточного раба».

«Один за другим к нашему строю подходили респектабельные господа. Выбирали самых крепких, сильных, — вспоминал И.П. Рубан из Кривого Рога. – Ощупывая мускулы, деловито заглядывая в рот, о чем-то переговаривались, ничуть не считаясь с нашими чувствами».

«Вчера к нам прибежала Анна Ростерт, — писали из дома на фронт обер-ефрейтору Рудольфу Ламмермайеру. – Она была сильно озлоблена. У них в свинарнике повесилась русская девка. Наши работницы-польки говорили, что фрау Ростерт все била, ругала русскую. Мы утешали фрау Ростерт, можно ведь за недорогую цену приобрести новую русскую работницу».

…Лагеря, в которых содержались «восточные рабочие», были рассеяны по всему Рейху. В цехах были развешаны лозунги: «Славяне – это рабы», чтобы «остарбайтеры» ни на минуту не забывали о своем положении. Их, полуголодных, принуждали работать по 12-14 часов. Покупая рабов, хозяева расчетливо экономили на одежде, тепле и еде. За плохую работу – кнутом по спине, случалось до смерти. Это преступление, совершавшееся в Германии в огромных масштабах, было основано на циничном расчете: выжать из человека силы, пока он, полуголодный, исхлестанный кнутом, может работать, а потом свалить трупы в яму. На место умерших пригонят новых рабов с Востока. Кажется, трудно поверить, что на такую жестокость оказались способны «благовоспитанные бюргеры». Именно такой «новый порядок» мог утвердиться на нашей земле, если бы не победила Красная Армия.

«В цехе был мастер Вилли. Страшный человек, никогда не снимал повязку со свастикой. Он с нами не разговаривал. Только бил. Особенно доставалось, когда мы падали от усталости. Почти каждый день кто-то умирал. Со мной рядом спала Тамара Варивода. Ночью она умерла. Так и лежали мы с ней до утра. Утром ее унесли». Нина Чебердина.

«Идея уничтожения трудом является наиболее подходящей», — заявил рейхсминистр Геббельс. Жестокое обращение с «восточными рабами» стало обыденным в Германии и входило в общую систему мер по сокращению населения оккупированных областей. В феврале 1943 года после поражения под Сталинградом в Германии был объявлен трехдневный траур. В те дни в концлагере Равенсбрюк свою злобу гитлеровцы выместили на заключенных. «Людям приказали раздеться догола и оставили стоять. На февральском морозе они стояли, сбившись в кучу, согревая друг друга, ожидая смерти. Потом их завели в баню и отвели обратно в барак. Три дня не давали есть».

Подобные кровожадные фантазии, рождавшиеся в головах гитлеровцев, казалось, явились с самого дна ада.

«Когда народ убивают, он сопротивляется». В каждой области, в городах и селах, оккупированных врагом, находились патриоты, которые борьбу с врагом ставили выше собственной жизни. Александр Дюков рассказывает об истоках партизанского движения, его масштабах и трагических событиях, связанных с ним. Партизанка В.И. Одинец вспоминала: «Узнала ненависть… Сразу… Такая ненависть! Как они могут ходить по земле! Как они… Откуда… Мы же видели, что они творили. Мы ушли в лес все: папа, братья и я. В партизаны».

Борьба с партизанами стала еще одним обличьем геноцида. «Эта партизанская война имеет и свои преимущества, — цинично заявлял Гитлер. – Она дает нам возможность истреблять все, что восстает против нас. Огромное пространство нужно усмирить как можно быстрее, этого лучше всего можно добиться расстрелом каждого, кто хотя бы косо посмотрит на немца». В местах, попавших под пяту оккупации, помнят, как осуществлялась эта нацистская программа. Казнь, часто изощренная, ожидала мать, пустившую в хату своего сына-партизана, детей, накормивших в лесу раненого, каратели уничтожали целую деревню, если где-то вблизи напали на немецкий обоз, о чем жители и не знали. Но чаще всего убивали без всяких причин. Карательные акции против мирных жителей превосходили все представления о жестокости, которые знало человечество. Александр Дюков приводит в книге рассказы о чудовищных зверствах.

«Я видел то, что человек не может видеть. Ему нельзя… Ночью пошел под откос и сгорел немецкий эшелон, а утром положили на рельсы всех, кто работал на железной дороге, и пустили по ним паровоз». Юра Карпович, 8 лет.

«Вокруг все горело, жгли деревни вместе с людьми… Я сама огарки собирала. Собирала подруге семью. Косточки находили, и где оставался кусочек одежды, узнавали, кто это… И в могилку общую клали. Только косточки белые. Или костная мука. Я ее уже узнавала… Различала… Она – белая-белюсенькая…». Подпольщица М.Т. Савицкая-Радюкович.

Под Минском создан мемориал на месте деревни Хатынь, сожженной вместе с людьми. Белорусы, свято хранящие память о прошлом, обозначили здесь названия деревень, в которых жители горели заживо. Многие деревни, где люди приняли мученическую смерть в огне, были в Смоленской, Псковской, Брянской и других областях. По расчетам гитлеровцев, «местные недочеловеки, будут либо уничтожены, либо запуганы так, что никогда больше не посмеют поднять руки на представителей высшей расы». Однако документы свидетельствуют о другом. День ото дня силы сопротивления врагу нарастали. Ненависть захлестывала, память о погибших обжигала сердца. Люди шли на смерть, чтобы отомстить врагу. В партизанские отряды вступали тысячи добровольцев.

…В книге Александра Дюкова воссоздаются забытые картины. Даже отступая под натиском Красной Армии, немецкое командование не отошло от своей истребительной политики. Со всей педантичностью они разрушали оставшиеся заводы, взрывали мосты, угоняли «восточных рабов». Враги оставляли за собой «выжженную землю». «Мы едем по изуродованному, взорванному и сожженному миру, — писал Константин Симонов. – Земля Смоленщины стала пустыней. Проезжаем одну деревню за другой, и те, кто остался жив, стоят над развалинами своих изб».

Наша страна понесла тяжелые потери. На оккупированной немцами территории погибло более 11,5 миллионов советских людей – умерли от голода, убиты, сожжены, 2,1 миллиона погибли на каторге в Германии, гитлеровцы уничтожили около 3 миллионов наших военнопленных. Эти человеческие безвозвратные потери наложили тяжелую печать на судьбу нашего Отечества в послевоенные годы, дотянувшись до дней сегодняшних. Последствия военного бедствия так и не осмыслены в нашей истории в полной мере. Все годы войны наши воины, поднимаясь в атаку, думали о возмездии врагу. Как часто в окопах и землянках бойцы и офицеры говорили: «Они ответят за все!»

И вот наступил день, когда Красная Армия вступила на территорию Германии. 19 января 1945 года Сталин подписал специальный приказ «О поведении на территории Германии», который гласил:

«Офицеры и красноармейцы! Мы идем в страну противника. Каждый должен хранить самообладание, каждый должен быть храбрым… Оставшееся население на завоеванных землях не должно подвергаться насилию. Виновные будут наказаны по законам военного времени».

Этот приказ был доведен до каждого солдата и определил характер поведения наших воинов на немецкой земле. Хотя документы свидетельствуют: случались факты мародерства, мести, изнасилований. Однако эти поступки жестко пресекались. Остались материалы военных трибуналов, которые приговаривали нарушивших приказ офицеров и солдат к срокам заключения и даже расстрелам. Были среди осужденных и те, кто прошел войну от Сталинграда до Берлина.

В книге есть рассказы о том, с какими чувствами продвигались наши воины по вражеской земле. «Войны-то у них еще не было, — говорил офицер-десантник Василий Тюхтяев. – У них все сохранилось! А у нас – война все взяла!.. До Волги дошли! Все было разорено».

Медсестра Вера Вяткина записывала: «Как теперь трудно воевать. Все чужое, враждебное. Если бы ненависть убивала, то ее бы у каждого хватило на тысячу этих зверей».

Александр Дюков обращает внимание читателей на духовную сторону происходивших в те дни событий. Как советские воины, потерявшие родных и друзей, видевшие смерть и разрушения, находили в себе силы проявлять милосердие.

«Мы бились за каждую комнату, — вспоминал участник боев в Берлине И.Д. Перфильев. – Однажды нам пришлось вытаскивать немецких жителей из затопленного подвального помещения. Не могли мы смотреть на гибель детей».

«Вопрос о мести фашистам как-то отпал сам собой, — вспоминал Всеволод Олимпийцев. – Не в традициях нашего народа отыгрываться на женщинах и детях, стариках и старухах. А невооруженных немцев-мужчин, пригодных для службы в армии, мне не приходилось видеть».

…После падения Берлина из подвалов разрушенных домов стали выходить испуганные и голодные жители. По распоряжению военного командования среди руин появились солдатские кухни, к которым берлинцы потянулись с кастрюлями. Нетрудно увидеть на сохранившихся снимках грустные улыбки наших солдат, раздававших немцам еду. Они знали, что в это время на наших полях женщины пашут, впрягаясь в плуг.

Вскоре, к изумлению немецких жителей, по карточкам стали выдавать продукты. Вот высказывание берлинки Элизабет Шмеер: «Побежденному народу, армия которого так много причинила несчастий России, победители дают продовольствия больше, чем нам давало прежнее правительство. На такой гуманизм, видимо, способны только русские».

В те победные майские дни 1945 года, по выражению Александра Дюкова, «произошло чудо». И запечатленный в мраморе Солдат со спасенной немецкой девочкой на руках, памятник, установленный в Трептов-парке – «это запечатленная в камне правда».

Книга, написанная Александром Дюковым, необычайно своевременна. В наши дни метастазами разрастается многоликое явление, которое можно назвать покушением на Победу. Нашу страну, понесшую неисчислимые жертвы, победившую фашизм и спасшую народы Европы, уже чуть ли не приравнивают к нацистскому Рейху. Память о военной трагедии оказалась усеченной. Сегодня о проводившейся истребительной политике нацистов попросту предпочитают не говорить. Александр Дюков напоминает о том, что в нашей стране после войны «на исследование нацистской оккупации был положен негласный мораторий». Думалось, после пережитого люди больше всего нуждались в отдыхе, к тому же публикация многих фактов, связанных с пособниками фашистам, могла внести раскол в общество.

«В итоге политическая целесообразность оказалась выше исторической добросовестности. Ужасы нацистской оккупации остались в народной памяти, но не были зафиксированы историками». Автор книги называет имена зарубежных историков, которые опубликовали книги, посвященные нацистской истребительной войне на Востоке. «Советская историческая наука высокомерно игнорировала эти исследования, при этом не ведя собственных». В Израиле трагедия Холокоста стала предметом исследования в специализированных научных институтах. В России тема геноцида нашего народа в годы нацистской оккупации по-прежнему полна белых пятен. Чем дальше война, тем больше появляется мифов, которые очерняют подвиг нашего народа. Нет числа злобным измышлениям, будто вышедшим из ведомства Геббельса. Находятся политики, которые нашу страну называют агрессором. А чего стоит прозвучавшая по нашему телевидению передача, прямо называвшаяся «Русский фашизм страшнее немецкого?»

В своей книге Александр Дюков приводит высказывание историка Наталии Нарочницкой: «Подлинная историческая память намеренно стирается. Геополитический проект Гитлера – уничтожение целых государств и наций и лишение их национальной жизни – забыт… Почему славяне вообще не упоминаются в качестве жертв гитлеровского геноцида? Уж не потому ли, что это дает возможность обвинять в фашизме тех, кто оказал гитлеровской агрессии наибольшее сопротивление и сделал невозможным повторение Освенцима?»

С надеждой читаешь сообщение о том, что Фонд «Историческая память», который возглавляет Александр Дюков, приступил к осуществлению обширной программы по исследованию «нацистской истребительной политики», издает сборники документов и статей, проводит международные конференции. Эта работа призвана воссоздать правду о геноциде нашего народа, который несли на штыках немецкие захватчики.

…Я часто смотрю на памятный снимок. Наши воины на ступенях рейхстага. Они только что вышли из боя. Прекрасны их лица, на которых усталость и торжество. Разве могли они подумать, что придут времена, когда придется защищать их Великий Подвиг. Однако ныне на память о Победе направлены все виды психотронного оружия. Здесь открылись свои рубежи и вошли в обиход военные термины. Защитить Победу от злобных наветов – значит отстоять честь нашей Родины и ее будущее. Недаром писали на знаменах во время войны: «Наше дело – правое!»

Людмила Овчинникова

Источник статьи

 

Метки: , ,

Правда о ленд-лизе. Американская помощь СССР: что это было?


В руках советских техников и лётчиков американские самолёты становились грозным оружием. За последние годы увидели свет немало новых книг на тему Великой Отечественной войны. Однако среди них, как и раньше, лишь немногие посвящены экономической стороне войны, и до сих пор не было ни одной монографии, специально посвященной едва ли не самому «интригоёмкому» из этих факторов — поставки 1941-45 гг. по ленд-лизу.

В связи с этим внимание редакции привлекли выпуски книжной серии «Русская классическая библиотека. Экономика и духовность» издательского дома «Экономическая газета». Речь идет о сборнике «Всё для фронта, всё для Победы!» (2010) и двух монографиях такого известного человека, как Николай Иванович Рыжков (премьер-министр СССР в 1985-1990 гг.): «Великая Отечественная война: битва экономик и оружие Победы» (2011) и «Великая Отечественная война: ленд-лиз» (2012). О проблематике этих нетривиальных книг рассказывает научный руководитель ИД «Экономическая газета», главный редактор «Русской классической библиотеки. Экономика и духовность» и автор вступительных статей ко всем её выпускам, доктор экономических наук, профессор Юрий Васильевич Якутин.

«ЗАВТРА». Юрий Васильевич, в последние годы активно реанимируется тезис о том, что советская социалистическая экономика «не справилась с вызовами войны», а победы удалось добиться только благодаря экономической помощи наших союзников. Причем предлагается учитывать даже то, «сколько ушло на дно потопленных немцами, не дошедших до Мурманска конвоев».

Юрий ЯКУТИН. Это предложение имеет только тот смысл, что по договору о ленд-лизе мы оплачивали и эти, погибшие в пути, грузы золотом или стратегическими материалами. То есть, платили даже за то, чем не пользовались. Относительно же проблемы ленд-лиза в целом необходимо сопоставлять объемно-структурные и качественные параметры союзнических поставок c продукцией, произведенной в самом СССР, причём, не только за годы войны в целом, но и в повременном разрезе.

Именно в этом — несомненная заслуга Н.И. Рыжкова. В главе «Фактор ленд-лиза» приведен ряд таблиц, из которых видно, что поставки вооружений и военной техники составили к количеству аналогичных образцов, произведенных советской промышленностью: по само- лётам — 16,3%, по танкам и САУ — 10,3%, по орудиям и миномётам — 0,8%, по пистолетам-пулемётам — 0,2%, по снарядам и минам — 0,2%. Очень важно также, что основная часть этих поставок пришлась не на самые страшные для СССР 1941-42 годы, а на 1943-й и, особенно, на 1944-й, то есть когда коренной перелом на фронтах Великой Отечественной войны уже состоялся.

В целом автор определяет объём поставок по ленд-лизу примерно в 13,2 млрд. долл., или примерно в 7% промышленного производства СССР. Это почти в два раза выше оценок, приведенных в известной монографии Н.А.Вознесенского «Военная экономика СССР в период Отечественной войны», согласно которой «удельный вес этих поставок по отношению к собственному производству в период военной экономики составил всего лишь около 4%», но и намного меньше тех 9-12%, о которых говорят западные источники.

Заключительный вывод, который делает Н.И.Рыжков, звучит следующим образом: поставки по ленд-лизу были, несомненно, существенным и весомым, но ни в коей мере не решающим экономическим фактором Победы 1945 года.

«ЗАВТРА». Какими цифрами подтверждается этот вывод?

Ю.Я. Они известны. В 1941-1945 годах в СССР от американских, британских и канадских фирм поступило около 312 тысяч автомашин почти 50 моделей, что превысило реализованную мощность советского автопрома (219 тысяч штук). Самым распространенным и востребованным явился грузовик «Студебеккер» (передано более 100 тысяч штук); в 1944 г. «Студебеккеры» и «Джипы» составляли 70% автомобильного парка Красной Армии, причём, первые стали базовыми шасси для знаменитых «Катюш» (20 тыс. ленд-лизовских автомобилей против 0,6 тыс. грузовиков «ЗИС») и в значительной мере заменили конную тягу и тракторы в буксировке артиллерийских систем. Неплохие эксплуатационные качества показали также грузовой автомобиль «Додж» и легковая машина «Виллис» (оказавшаяся надежным средством разведки, связи и управления войсками).

В номенклатуре ленд-лизовских поставок автором выделяется и ряд других позиций, по которым объем союзнической помощи был близок к объему отечественного производства или даже превышал его, в том числе кратно. Это стратегические материалы — медь (76% к отечественной выплавке), алюминий (106%), олово (223%), кобальт (138%) и легированная сталь, техника и материалы для железнодорожного транспорта (локомотивов мы получили в 2,4 раза больше, чем произвели, вагонов — на порядок, рельсов — более чем на 50% больше), а также станкоинструментальное оборудование и комплектующие для собственно ВПК, включая взрывчатые вещества (порох, динамит, тротил, толуол, детонаторы и т. п.). Применительно к последней позиции известно следующее высказывание Г.К. Жукова: «Американцы нам гнали столько материалов, без которых мы бы не могли формировать свои резервы… У нас не было взрывчатки, пороха. Не было, чем снаряжать винтовочные патроны…» Можно отметить и почти 50%-е удовлетворение за счет импорта потребности в высокооктановом бензине (хотя общая доля американских, канадских и английских нефтепродуктов была близкой к 10%).

Согласно Третьему (Лондонскому) протоколу, тоннаж продовольственных поставок достигал трети всех ленд-лизовских грузов; объёмы поставленных союзниками в 1941-45 гг. мясных консервов и животных жиров составили по отношению к их советскому производству соответственно 480% и 107%. То, что с конца 1942 г. по ленд-лизу стали поступать американские продукты питания, в первую очередь свиная тушенка, в определенной степени позволило уменьшить напряжение в отечественном агропромышленном комплексе, снизить внутренние поставки армии. В совокупности в 1941-45 гг. из США и Канады было получено до 4,5 млн. тонн продовольствия, или чуть больше 10% его общего расхода для армейских нужд; среднегодовой импорт зерна, крупы и муки (в пересчете на зерно) достиг 3% заготовок зерновых в СССР. В книге приводятся слова А.И. Микояна, отвечавшего в военные годы за работу соответствующей группы наркоматов (торговли, заготовок, пищевой, рыбной и мясомолочной промышленности, а также морского транспорта и речного флота) и с 1942 г. руководившего приемом союзнических поставок по ленд-лизу: «Когда к нам стали поступать американская тушенка, комбижир, яичный порошок, мука, другие продукты, какие сразу весомые дополнительные калории получили наши солдаты! И не только солдаты: кое-что перепадало и тылу».

«ЗАВТРА». То есть, умышленная недооценка роли ленд-лизовских поставок в советских источниках послевоенного времени всё-таки присутствовала?

Ю.Я.Да, и не стоит делать вид, что это не так. Но надо понимать И.В.Сталина: ведь союзники использовали поставки по ленд-лизу с целью не только оттянуть открытие Второго фронта, но и повлиять на формат послевоенной карты мира. Тем более, что Советскому Союзу и коммунистам в целом уже была объявлена «холодная война», которая в любой момент могла превратиться в ядерную. Видимо, всё это сказалось даже в характере сталинских замечаний к тексту монографии Н. А. Вознесенского. Как свидетельствует известный экономист и публицист, Л. А. Вознесенский (кстати, консультант Н.И.Рыжкова): «Закончив работу над рукописью, Николай Алексеевич отправил её на отзыв членам Политбюро и, конечно, Сталину… В том месте, где говорилось: «Бесспорно, что вооружение, стратегические материалы и продовольствие, полученные Советским Союзом от союзников, содействовали успешному завершению войны против общего врага — гитлеровской Германии. Однако разгром гитлеровской Германии Советской Армией осуществлен в основном отечественным советским оружием и отечественной военной техникой», Сталин вымарывает упоминание о продовольствии, а затем отчёркивает весь текст, посвящённый этой проблеме, и пишет на полях: «Не то». В результате автор вынужден был вообще исключить из этого сюжета указания на помощь со стороны союзников… Соответственно в «Военной экономике…» осталось лишь единственное упоминание о ленд-лизе — цитированный выше пассаж о четырехпроцентной доле союзнических поставок промышленных товаров, включенный в главу «Баланс военного хозяйства».

«ЗАВТРА». А по каким направлениям конкретизируется вторая и главная составляющая основного тезиса монографии: опровержение квалификации ленд-лизовских поставок как решающего фактора экономической (не говоря уже — военно-политической) победы СССР над нацистской Германией?

Ю.Я. Показано, что реально весомой (достигшей 12% советского ВНП и четверти оборонных расходов) роль союзнических поставок оказалась только в 1944 г. Между тем в трагические для России 1941-42 гг. поставки по ленд-лизу не превышали 7% ВНП, причем с июля 1942 г., когда вермахт развернул широкомасштабное наступление на южном направлении (Гитлер рвался на Северный Кавказ), США и Великобритания на пять месяцев прекратили транспортировку грузов в СССР через Северную Атлантику и обвально сократили грузоперевозки по трансиранскому маршруту! И еще один «говорящий за себя» факт: в 1942 г. в Советский Союз было направлено менее 30%, а в Великобритания — 43% всех ленд-лизовских поставок из США. Кстати, общие объёмы этих поставок за период 1941-45 гг. в СССР и на Туманный Альбион — соответственно, 11,3 и 30,3 млрд. долл., или менее 22% и свыше 63% общей стоимости.

Нельзя упускать и качественный аспект проблемы. Речь идет о невысоком, значительно уступавшем лучшим советским образцам или вообще не отвечавшем требованиям фронта, качестве многих (хотя, как отмечалось выше, далеко не всех) видов поставлявшихся по ленд-лизу вооружений и боевой техники. Так, англичане гнали нам никуда не годные «Харрикейны», уклоняясь от поставок новейших истребителей «Спитфайр», а американцы норовили «всучить» самолеты «П-40», «придерживая» более современные «Аэрокобры». Дело, впрочем, не всегда заключалось в недобросовестности поставщиков: даже англо-американские эксперты были вынуждены констатировать превосходство советской военной техники времен Второй мировой войны. К примеру, А. Ноув полагал «бесспорным» тот факт, что «основная масса лучших самолетов, танков и пушек — советского производства», а Б. Смит писал следующее: «Огромное большинство русских тяжелых танков имело такое высокое качество, что западные поставки бронесилы всегда представлялись несущественным дополнением».

Далее. Прозвучавшее 24 июня 1941 года суперциничное заявление будущего хозяина Белого дома Г. Трумэна: «Если мы увидим, что Германия побеждает, мы должны помогать России, а если верх будет одерживать Россия, мы должны помогать Германии, и пусть они, таким образом, убивают друг друга как можно больше», — рационально объясняет и воспроизводимые Рыжковым чудовищные с точки зрения морали реальности Второй мировой войны, состоявшие в параллельной работе американских монополий на схлестнувшихся в смертельном клинче врагов. Например, рокфеллеровская компания «Стандарт Ойл» только при посредстве немецкого концерна «И.Г.Фабериндустри» продала Гитлеру бензина и смазочных материалов на 20 млн. долл., а венесуэльский филиал «Стандарт Ойл» ежемесячно отправлял в Германию 13 тыс. тонн нефти, которую мощная химическая промышленность рейха тут же перерабатывала в бензин. До середины 1944 г. танкерный флот «нейтральной» Испании работал почти исключительно на нужды вермахта, снабжая его американским моторным топливом; доходило до того, что немецкие подводные лодки иной раз заправлялись штатовским горючим прямо с испанских танкеров. Из-за океана немцам шли вольфрам, синтетический каучук и необходимые детали для автомобильной промышленности и авиастроения, которыми фюрера снабжал его большой друг Генри Форд-старший. В частности, вермахту направлялись 30% автопокрышек, изготовленных на фордовских заводах, а осенью 1942 г. филиал корпорации «Форд» в Швейцарии отремонтировал две тысячи немецких грузовиков…

А о какой «решающей роли» ленд-лизовских поставок в ходе и исходе войны можно вести речь, коль скоро имело место едва ли не еще более циничное использование союзниками регулирования интенсивности этих поставок во времени, чтобы максимально возможно оттянуть момент открытия второго фронта?! В книге повествуется об удавшемся намерении западных лидеров свалить на Советский Союз львиную долю человеческих потерь, связанных с разгромом фашистской Германии. Согласно логике американского руководства, лучше было продать крупные материальные ресурсы, заодно загрузив бурно развивавшуюся военную промышленность США и повысив (как бы это странно ни звучало в военное время, и речь об этом впереди) жизненный уровень населения, чем терять своих граждан в битвах с Германией. В этой связи стоит привести слова того же Трумэна: «Деньги, истраченные на ленд-лиз, безусловно, спасали множество американских жизней. Каждый русский, английский или австралийский солдат, который получал снаряжение по ленд-лизу и шел в бой, пропорционально сокращал военные опасности для нашей собственной молодёжи».

«ЗАВТРА». То есть, многомиллионные военные потери Советского Союза с момента подписания коммюнике об открытии Второго фронта в 1942 г. и вплоть до его действительного открытия в июне 1944 г.: как на фронтах и в тылу, так и на оккупированных врагом территориях, — во многом лежат и на совести «западных демократий»? Получается, что тушенку и «студебеккеры» наша страна оплатила дважды: и золотом, и кровью?

Ю.Я. Несомненно, это так. Но есть еще один грандиозный, причем касающийся и всего послевоенного развития современной цивилизации, геостратегический сюжет, впервые серьёзно разработанный в монографии «Великая Отечественная война: ленд-лиз». Речь идёт о том, что ленд-лизовские поставки принесли беспрецедентные социально-экономические дивиденды Соединённым Штатам Америки, способствовали их превращению в сверхдержаву, резкому подъёму за годы войны благосостояния американских граждан. Вот свидетельства самих американцев. В частности, профессор Канзасского университета Т. Уилсон отмечает: «Во время войны значительно увеличилось потребление на душу гражданского населения молочных продуктов, мяса, птицы, овощей, бобовых и зерновых культур.О жизненном уровне американцев в годы войны можно сказать следующее: потребительские расходы на продовольствие подскочили с 14 до 24 млрд. долл., распространение переедания(!) было одним из признаков заметного повышения жизненного уровня. Средние еженедельные заработки, с учётом многих часов сверхурочной работы, возросли на 70%». И далее: «Только американцы могли назвать Вторую мировую войну «хорошей войной», поскольку она помогла значительно повысить жизненный уровень и потребовала от подавляющего большинства населения слишком мало жертв».

«ЗАВТРА». Как говорится, кому война, а кому — мать родна. Кому 27 миллионов погибших, а кому — хороший бизнес с обеими воюющими сторонами, ничего личного…

Ю.Я.В этой связи можно привести следующую цитату из монографии Н.И.Рыжкова: «Ленд-лиз был выгоден американским монополиям, ибо расширение производства обеспечивало рост их прибылей; таковые увеличились за годы Второй мировой войны в 2,5 раза. Кроме того, за счет налогоплательщиков корпорации в эти годы получили 26 млрд. долл. на строительство новых и переоборудование старых предприятий для нужд ленд-лиза. А в отношении позитивного эффекта реализации программы ленд-лиза для экономики США в целом в американской исторической литературе сообщается, в частности, следующее: «Программа ленд-лиза дала заметный толчок развитию производства вооружений в Америке. Помимо косвенного влияния на расширение американской военной промышленности сотни миллионов долларов по программе ленд-лиза еще до Перл-Харбора были вложены в новые заводы, фабрики, верфи и другие объекты, что сыграло немалую роль в развитии наших производительных сил. Инвестиции в объеме 900 млн. долл. были вложены в экономику 34 из 48 наших штатов, и суммы их колебались от 142 миллионов долларов на военные заводы в Мичигане до 14 тысяч на производство сухого молока в Северной Дакоте. Новые заводы полностью или частично финансировались также за счет программы ленд-лиза, а производство вооружений для нашей армии и наших союзников позволяло с лихвой окупать затраты на их строительство. На ленд-лизовские средства сооружались доки, пирсы, плавучие краны в американских портах… Благодаря им удалось создать систему военных складов и товарных станций от побережья до побережья…»

Реализованный за океаном грандиозный ленд-лизовский «национальный проект» стал мощным фактором развития того, что именуют «основанной на институте контрактов американской системой государственного хозяйствования» («government entreprenership»), а в еще более широком плане — фактором «социализации» капитализма в его главной мировой «цитадели», которая по сей день почему-то считается оплотом и образцом радикального либерализма! И если именно контрактное «госхозяйствование» в рамках рузвельтовского нового курса превратило США в сверхдержаву, то почему сегодня в России, до сих пор, к слову, формально не погасившей Америке советскую задолженность по ленд-лизовским поставкам (мы останемся должниками аж до 2030 года!), лишь робко обсуждается проект использования некоего аналога Федеральной контрактной системы США? Насчёт её конструктивного противовеса, Федеральной резервной системы, насколько я помню, никогда никаких сомнений у наших либералов-«западников» не возникало. В результате мы имеем то, что имеем: экономику с колоссально перекошенным «центром тяжести», которая принципиально не может развиваться за счёт внутренних источников финансирования.

«ЗАВТРА». Да, Юрий Васильевич, хорошее историческое исследование тем и хорошо, что открывает нам нечто важное относительно нашего настоящего и даже определенные виды относительно нашего будущего. Искренне благодарю вас за столь содержательную беседу и надеюсь на продолжение взаимодействия

Александр Нагорный

Источник статьи

 

Метки: , ,

«Но мы не сдались…»


В «Хронике героической обороны» Геннадия Ивановича Ванеева (1927-2004), описавшего день за днём севастопольские события 1941-1942 годов, 5 июля 42-го обозначено: «…На этом организованное сопротивление защитников Севастополя закончилось».

Последних защитников великого города, оставшихся без боеприпасов, измождённых, израненных, обожженных немцы взяли в плен. Один из немецких чинов объявил советским морякам и солдатам, будущим узникам концлагерей, что германское командование сохранит им жизнь, потому что они сра­жались храбро. Выступил и другой, высказав «претензию»: русские «своим бессмысленным сопротивлением за­держали отправку немецких войск на Кавказский фронт». И тогда вышел из строя советский офицер, подполковник или полковник, имя его доподлинно неизвестно, он сказал так: «…мы сейчас в плену у врагов, но мы не сдались… И если кому из нас доведется остаться в живых, то передайте соотечественникам о том, что мы свой воинский долг выполни­ли до конца, пусть знают об этом люди!»

Это было 12 июля 1942 года на мысе Херсонес.

Мы знаем. Они выполнили. Весть дошла. Удержать бы…

Третий штык

На знаменитой картине Александра Дейнеки «Оборона Севастополя», созданной им в 1942-м, видны три немецких штыка – символ трёх штурмов.

Два были отражены.

Третий начался 7 июня 1942 года.

Главной задачей первого этапа был прорыв к Северной бухте, а также захват доминирующей командной высоты – Сапун-горы. Несмотря на всю заготовленную огневую мощь, первые десять дней наша оборона чувствовала себя вполне уверено. При доставке в город морем и по воздуху (с Кавказа) необходимого количества пополнения, боеприпасов, оружия, продовольствия оборону можно было держать. И лишь при жёсткой блокаде у командующего 11-й немецкой армией Эриха фон Манштейна был шанс получить погоны фельдмаршала за взятие Севастополя…

Третьему штурму гитлеровские штабисты придумали кодовое наименование «Лов осетра». Манштейн прилагал неимоверные усилия, не считаясь ни с какими жертвами, чтобы взять город.

Через две недели после начала штурма, 21 июня 1942 года командующий Черноморским флотом и Севастопольским оборонительным районом вице-адмирал Филипп Сергеевич Октябрьский в «Информации для ориентировки» обрисовал командованию общее положение, в том числе и ситуацию в армии противника: «…Противник зах­лебывается, но всё ещё наступает… Противник собирает всех связистов, хозяйственников, обозников, со­бирает из дивизии батальон и бросает в бой. Все он сейчас решает авиаци­ей, артиллерией (снарядов у него неограниченно много) и танками… Противник много и беспощадно расстреливает солдат за вялость, нежелание наступать». Но при этом: «Большинство моей артил­лерии молчит, нет снарядов, много артиллерии погибло. Авиация против­ника летает весь день на любой высоте, ищет по всем бухтам плавсредства, топит каждую баржу, каждый катер. Наша авиация, по существу, не рабо­тает…

Весь южный берег Северной бухты — теперь передний край обороны. Пулеметный огонь с того берега. Город разрушен, разрушается ежечасно, горит… Мы, сокращая фронт, собираем всё в кулак, силы еще есть. Главное – боезапас.

Полнос­тью уверен, что, разгромив 11-ю немецкую армию под Севастополем, до­бьемся победы. Победа будет за нами …» Но была в его сообщении ещё одна фраза: «История запишет разбитого победите­лем, победителя – разгромленным». Этим сквозь зубы высказано, что в краткосрочной перспективе Октябрьский оценивал ситуацию как безнадёжную, оценивал трезво.

В блокаде

Никогда прежде, по словам Манштейна, в течение всей Второй мировой войны вермахт не достигал такой плотности артиллерии на один квадратный километр, как в те дни. По оборонительным сооружениям били две тысячи стволов орудий. Но артиллерия — это еще не всё. На защитников ежедневно обрушивалось до 4 тысяч бомб… Это трудно себе представить…

Утром 27 июня Октябрьский направил телеграмму в адрес командования Северо-Кавказского фронта (маршалу Будённому): «… Положение с питанием Севастополя исключительно напряженное, о чем прошу доложить Ставке. Севастопольскому гарнизону по самым голодным нормам при среднем напряжении боя нужно ежедневно подавать в круглых цифрах боезапаса 500 тонн, продовольствия 200 тонн, горючего 75 тонн. Мы же получаем последнюю неделю в среднем: боезапаса 100 тонн, продовольствия 40 тонн, горючего 30 тонн. Хуже всего дело обстоит с боезапасом. Продовольствие – подбираем все резервы… еще как-нибудь 10-15 дней протянем, с горючим перебои, потерпим. Территория маленькая, ещё уменьшилась…» Он предлагал предпринять ряд мер. Но ничто уже не могло быть исполнено. Противник получал пополнение, мы – нет.

На создание и поддержание условий блокады Манштейн бросил немало сил. Надёжно разорвать её ни изнутри, ни извне, со стороны Кавказа, у нас сил уже не было.

Враг готовился к последнему броску – к переправе через Северную бухту и к штурму Сапун-горы. Хроника доносит: 29 июня в 2 часа ночи «противник открыл мощный артиллерийско-минометный огонь по южному берегу Северной бухты и произвел несколько налетов бомбардировочной авиацией… В 02.35 под прикрытием дымовой завесы немцы нача­ли переправу на катерах и шлюпках через Северную бух­ту… От­ражение вражеской переправы затруднялось сплошной пе­леной пыли, вставшей от разрывов снарядов, мин, бомб, и подошедшей дымовой завесой. Нашей береговой и ар­мейской артиллерии удалось потопить часть катеров и шлюпок при форсировании бухты и на подходе к берегу, но большинство их достигло берега… На побережье кипел кровопролитный бой, доходив­ший до рукопашных схваток…»

А на юге «из района Федюхиных высот наступала 170-я не­мецкая пехотная дивизия, нанося удар в узкой полосе вдоль Ялтинского шоссе; вскоре ей удалось выйти на Сапун-гору и овладеть плато».

29 июня Командный пункт Севастопольского оборонительного района был перенесён в форт 35-й береговой батареи на херсонесский пятачок .

На утёсе

Нужно сказать хотя бы несколько слов о том, что собой являла 30-я береговая батарея (в немецкой терминологии форт «Максим Горький 2»). Мощнейшее фортификационное сооружение имело несколько уровней казематов, выходы к морю, сложную систему внешней защиты и было технически надёжно оснащёно. Утверждают, что затраты лишь на выполнение работ с железобетоном сопоставимы с затратами при строительстве Днепрогэс.

Это был шедевр русской и советской инженерной мысли: план казематов, вырубленных в скалах, был разработан ещё в 1912 году. Некоторое оборудование имело маркировку линкора «Императрица Мария».

Две двухорудийные башни, предназначенные для стрельбы 305-мм снарядами, были оснащены 15-ти метровыми стволами (вес каждого 53 т). Дальность полёта фугасного снаряда весом 314 килограмм – доходила до 46 км.

Батарея внушала немцам особый ужас. Понятно их желание заставить башни замолчать хоть не надолго. Ежедневно десятки бомбардировщиков обрушивали на 35-ю свой груз. Батарея была практически неуязвима. Пресловутая немецкая «Дора», крупповская пушка, стрелявшая 7-тонными снарядами, не помогла. Манштейн отозвался о «Доре» как о величайшем техническим творении, однако в военном отношении абсолютно бесполезном.

Но снаряды на 30-й кончались и силы защитников иссякали. Генерал Петр Алексеевич Моргунов, начальник сухопутного гарнизона, командовавший береговой обороной Черноморского флота, рассказал в мемуарах: «Потери личного состава на 30 июня не поддавались учету, была нарушена вся организация управления, связь, и командиры соединений не всегда имели данные о действиях своих частей. Отдельные дивизии и бригады потеряли убитыми и ранеными до 50-60% личного состава от имевшегося на утро 30 июня, т.е. практически перестали существовать…» Приморская армия, снискавшая себе бессмертие при обороне Одессы, Крыма, Севастополя погибла. На 35-й батарее собрались военные и гражданские руководители обороны Севастополя.

Вспомним слова Октябрьского: «История запишет разбитого победите­лем, победителя – разгромленным». Каждый совершил, что мог. А слова адмирала окажутся вещими. Ему же предстоит и освободить Севастополь.

В мае 1944-го вся картина повторится в как бы в зеркальном морском отражении. Всё немецкое командование соберётся здесь же, в казематах 35-й батареи, мечтая об эвакуации; повсюду будут горы трупов гитлеровцев, разбитая, сожженная техника.

Последние ночи и дни

В ночь на 1 июля на батарее состоялось последнее заседание Военного совета флота и Примор­ской армии. Руководство СОР имело разрешение на эвакуацию. Старшим в Севастополе был оставлен ответственный за оборону сектора командир 109-й стрелковой дивизии генерал-майор Пётр Георгиевич Новиков (1907-1944, с несколькими ранениями он попадёт в плен, убит в концлагере).

Командование СОР через подземный тоннель ночью вышло на пристань 35-й батареи. К берегу подходили под­водные лодки, тральщики, сторожевые корабли, принимая на борт за­щитников Севастополя.

Горько на душе. Тяжёлым грузом на нас давит, что около 80 тысяч воинов были оставлены, их не смогли эвакуировать…

Манштейн спешил доложить о завершении кровавой и долгой, девятимесячной операции по овладению Крымом. В тот же день 1 июля он получил чин генерал-фельдмаршала.

В документальной книге «Заветный утёс бессмертия, памяти и скорби» авторы Сергей Смолянников и Виктора Михайлов говорят о последних боях: «В 16.00 1 июля противник был уже в 800 метрах от батареи. До поздней ночи 2 июля вокруг неё шли ожес­точенные рукопашные схватки. Остатки севастопольского гарнизона без ар­тиллерии и танков, боеприпасов, воды и воздушного прикрытия дрались жестоко, беспощадно, обреченно. На открытом, каменистом плато Херсо­несского полуострова, где каждый упавший снаряд или мина убивали сразу несколько человек, обессиленные, оставленные командованием красноар­мейцы и краснофлотцы молча поднимались и шли в свои последние атаки. Кричать не было сил. И только страшный хрип…» Авторы рассказывают, как в ночь на 2 июля наши краснофлотцы, оставшись без снарядов, взорвали обе башни 35-й батареи.

В мемуарах «Утерянные победы» Манштейн писал: «Я склоняю седую голову перед мужеством русского солдата и матроса».

И действительно, сдаваться никто не хотел: «В течение первых чисел июля 1942 года последние защитники 35-й батареи небольшими группами пытались прорваться из окружения вдоль берега в горы, к партизанам. Почти все они погибли в неравных боях. 4 июля немцы прорвались на территорию фор­та. Завязались кровавые рукопашные схватки. Они шли на поверхности и под землей в казематах батареи. Сопротив­ление продолжалось до 4–5 июля, а по некоторым данным – до 15 июля…»

Хроники обороны нам сообщает о событиях 5 июля: «Утром, укрываясь от сильного огня противника, за­щитники Севастополя спустились под обрывистые ска­лы. И под кручей, разбившись на группы, продолжали сопротивление. Враги прочесывали пулеметно-автоматным огнём скалы, бросали вниз сотни гранат. Однако стоило высунуть голову хотя бы одному вражескому сол­дату, как его сражала пуля. Тогда немцы стали заклады­вать динамит и подрывать скалы, ибо со стороны суши укрывшиеся под скалами севастопольцы были малоуяз­вимы. В выступах и пещерах крутого берега образовалось несколько «ярусов», где томились обессиленные от голо­да и жажды герои. Неприятель был поражен несгибаемой их стойкостью. Фашисты кричали на русском языке: «Сда­вайтесь в плен! Уничтожайте командиров, комиссаров и коммунистов!» Но никто не проявил малодушия и тру­сости, никто не поднял руки перед врагом. Днем появилось несколько вражеских катеров. Немцы в мегафон кричали: «Рус, сдавайсь! Мы откроем огонь и уничтожим всех!» Сделав несколько выстрелов, катера уда­лились.

На этом организованное сопротивление защитников Севастополя закончилось…»

Но ещё неделю (!) шли разрозненные стычки. Последняя страница Хроники героической обороны такова: «Утром 12 июля в течение трех часов — с 08.00 до 11.00 — с катеров забрасывали прибрежную полосу гранатами. После чего несколько надувных лодок с автоматчиками высадились на берег. Полуживые от голода, ран, жажды, усталости, без боеприпасов защитники были взяты в плен. Перед автоматчиками, цепью стоявшими вдоль берега, шли измученные, но не покоренные воины, защищав­шие Севастополь до последней возможности и до конца выполнившие свой долг перед Родиной…»

При этом ни одно боевое знамя врагу не досталось, их на вечное хранение забрали скалы, огонь и море.

Олег Слепынин

Источник статьи

 

Метки: , ,

Мария Октябрьская и её «Боевая подруга»


«Дорогие друзья мои! Я горжусь тем, что буду воевать с ненавистным врагом в составе прославленного военного соединения. Я знаю, каким должен быть его солдат. До границы Германии еще не так близко, но мы дойдем до нее. Мы дойдем до логова зверя и навеки отобьем охоту воевать против нашей страны. Клянусь вам, что экипаж танка «Боевая подруга» не отстанет от вас. Буду громить фашистов, пока бьется мое сердце»

С этими словами, прибыв на фронт, обратилась к товарищам Мария Октябрьская — единственная женщина Герой Советского Союза, воевавшая в бронетанковых частях. Она — из тех бойцов, кто вел за собой, вдохновлял своими подвигами, кто отдал все, что имел, во благо Родины. Среди ее наград — орден Отечественной войны I степени (1944 год), медаль «Золотая Звезда» Героя Советского Союза (2 августа 1944, посмертно), орден Ленина (2 августа 1944, посмертно).

Мария Васильевна Октябрьская (в девичестве — Гарагуля) родилась 16 августа 1902 года в деревне Кият, недалеко от станции Джанкой Крымской области в многодетной крестьянской семье. У семьи было столько хлопот, что Марию не успели вовремя отдать в школу. Чтобы дать дочери хоть какое-нибудь образование, отец отвез Марию в Джанкой к родственникам. В связи с тем, что в школу неохотно брали детей, которые шли в первый класс позже положенного возраста, Марии «уменьшили» возраст на три года — поэтому в некоторых документах значится другая дата ее рождения — 1905 год.

В 1919 году умерла мать Марии и ей, закончившей всего шесть классов, пришлось вернуться домой, чтобы помогать отцу вести хозяйство. Через два года Мария поехала в Симферополь работать на консервный завод, там же окончила курсы телефонисток и перешла работать на симферопольскую телефонную станцию.

Мария Октябрьская

Вскоре девушка познакомилась с Ильей Федотовичем Рядненко, участником Гражданской войны, курсантом кавалерийской школы. 22 декабря 1925 года они поженились и взяли себе фамилию Октябрьские.

Мария очень ответственно отнеслась к роли жены красного командира, сформулировала кредо: «Вышла замуж за воина — и ты служишь в армии; жена командира — гордое звание и обязывающее». Чтобы муж мог ею гордиться, женщина научилась водить автомобиль, стрелять из винтовки, пулемета, метать гранаты, окончила курсы медсестер. Мария посвящала себя не только «солдатским» мужским делам — она также прекрасно пела, выступала перед бойцами в кружках красноармейской самодеятельности, была мастерицей на все руки. Особенно ей удавалась художественная вышивка. Впоследствии именно этот талант сыграл в жизни Октябрьской судьбоносную роль. Своими чудесными салфетками Мария Васильевна украшала строгие солдатские казармы. Особой любовью рукодельницы пользовались цветы — она не только всюду вышивала их, но и приносила из лесу букетики диких цветов. Ее вышивка с крымскими розами на кремовом шелке хранится в Музее Вооруженных сил.

В 1930-е годы Мария с мужем колесила по всей стране — из одного военного гарнизона в другой, куда забрасывала их нелегкая военная судьба. Илье Октябрьскому, комиссару 134-го гаубичного артиллерийского полка, довелось принять участие в войне с финнами.

Когда началась Великая Отечественная война, супруги находились в Кишиневе. Мария вместе с другими членами командирских семей была эвакуирована в Томск, где сразу пошла работать на стройку, но вскоре была вынуждена избрать более щадящий род деятельности (стала телефонисткой в военном училище) в связи с хронической болезнью — туберкулезом шейного позвонка.

«Верь, родная, верь, победа обязательно будет за нами. Мы уничтожим фашистов», — написал жене И. Октябрьский в первом и единственном письме с фронта. Вскоре муж Марии был убит. В похоронке сообщалось, что «полковой комиссар Илья Федотович Октябрьский погиб смертью храбрых 9 августа 1941 г. в одном из боев на Украине».

Тяжело переживая утрату, Мария Васильевна отправилась на съезд женщин в Новосибирск, где матери и жены погибших на фронте бойцов делились опытом, рассказывали, как они справляются со своим горем, как отдают все силы, осваивая тяжелые мужские профессии. Там у Марии созрело решение — идти на фронт и мстить за смерть мужа. Она трижды обращалась в военкомат с просьбой отправить ее в армию, но каждый раз получала отказы — из-за состояния здоровья и возраста (ей было уже около 40 лет).


Мария Васильевна Октябрьская. Фронтовое фото

Но Мария Октябрьская не отступилась от достижения поставленной цели. Она решила приобрести для советской армии танк (с осени 1942 года в стране шел сбор средств на армейское вооружение) и повести его в бой. Вместе со своей сестрой они на рынке распродали все имущество, которое удалось вывезти в эвакуацию. Но, даже сложив вырученные деньги со сбережениями покойного мужа, М. Октябрьская поняла, что средств на приобретение танка не хватает. И тогда она взялась за вышивку: днем и ночью в течение долгих месяцев Мария вышивала и продавала салфетки, платки, скатерти, наволочки. Ее искусные изделия пользовались спросом даже во время войны.

Считают, что ей все же удалось собрать необходимые 50 тысяч рублей, по тем временам огромную сумму (зарплата рабочего на заводе составляла около 200 рублей в месяц). Мария Васильевна перевела деньги на счет Государственного Комитета обороны и отправила телеграмму в Кремль И. В. Сталину: «Дорогой Иосиф Виссарионович! В боях за Родину погиб мой муж — полковой комиссар Октябрьский Илья Федотович. За его смерть, за смерть всех советских людей, замученных фашистскими варварами, хочу отомстить фашистским собакам, для чего внесла в госбанк на построение танка все свои личные сбережения — 50 000 рублей. Танк прошу назвать «Боевая подруга» и направить меня на фронт в качестве водителя этого танка. Имею специальность шофера, отлично владею пулеметом, являюсь ворошиловским стрелком. Шлю Вам горячий привет и желаю здравствовать долгие, долгие годы на страх врагам и на славу нашей Родины».

Ответ не заставил себя долго ждать. Сталин ответил так: «Благодарю Вас, Мария Васильевна, за Вашу заботу о бронетанковых силах Красной Армии. Ваше желание будет исполнено. Примите мой привет. И. Сталин»


Письмо М. Октябрьской и ответ И. Сталина. Газета «Красное знамя», 5 марта 1943 года

Весной 1943 года Марию Октябрьскую призвали в Красную армию и направили в Омск на пятимесячные курсы механиков-водителей танков. Самоотверженной женщине было непросто, ведь управление танком — физически тяжелая работа. Но упорство придавало ей силы: Мария сдала все экзамены на «отлично», получила свидетельство механика-водителя и звание сержанта.

Однополчанин Марии Октябрьской вспоминал: «Когда этот танк прибыл в нашу часть, весть о его хозяйке разнеслась мгновенно. Ведь этот Т-34 пришел не просто из тыла, а из человеческого сердца. Его броня была закалена горем и страданием, она хранила живое дыхание любви, и это удесятеряло наши силы».

В начале осени 1943 года был сформирован экипаж танка: командир — младший лейтенант Петр Чеботько, имевший военный опыт, башенный стрелок — сержант Геннадий Ясько, стрелок-радист — Михаил Галкин. Водитель — гвардии сержант Мария Октябрьская. По инициативе экипажа на башне танка была сделана надпись: «Боевая подруга». Рядом с местом механика-водителя Мария прикрепила фотографию мужа.

Танкисты попали во 2-й батальон 26-й гвардейской «Ельнинской» танковой бригады 2-го гвардейского танкового корпуса Западного фронта. За короткий срок танк «Боевая подруга» прошел расстояние в тысячи километров и добрался до степи, где в бою погиб комиссар Октябрьский.


«Боевая подруга» Марии Октябрьской

21 октября 1943 года состоялся первый бой М. В. Октябрьской. Перед танкистами стояла задача прорвать мощную оборону гитлеровцев и занять опорный пункт Новое село Сенненского района Витебской области. Мария Васильевна проявила качества, достойные настоящего воина, она умело управляла грозной машиной и отважно вела ее в бой. В журнале боевых действий была сделана запись: «Части бригады уничтожили до 100 солдат и офицеров противника, до 2-х батарей 71-миллиметровых орудий, 15 пулеметов и один танк «Фердинанд». Батальон потерял 2 танка, “Боевая подруга” была подбита».

23 октября 1943 года танк был отремонтирован и принял участие в освобождении Нового села. За этот бой экипаж «Боевой подруги» был представлен к правительственным наградам. В письме сестре М. Октябрьская сообщала: «Можете за меня радоваться — получила боевое крещение. Бью гадов. Иногда от злости не вижу света».

В январе 1944 года «Боевая подруга» в составе части 26-й гвардейской танковой бригады участвовала в боях близ железнодорожной станции и совхоза «Крынки» под Витебском. Отражать атаки фашистов становилось все тяжелее, силы бойцов были на исходе, заканчивались боеприпасы и остатки провизии. Когда возобновилось наступление, «Боевая подруга» устремилась в бой, последний бой Марии Октябрськой. В журнале боевых действий осталось всего несколько строк о нем: «17.01.1944 г. в районе совхоза Крынки, тов. Октябрьская участвовала в атаке… гусеницами своего танка раздавила два орудия с прислугой, в бою танк «Боевая подруга» был выведен из строя огнем противника. Тов. Октябрьская, проявляя героизм, под сильным артминогнем противника восстановила танк, но была тяжело ранена».

Механик-водитель танка «Боевая подруга» сержант М. Октябрьская

На самолете Марию Васильевну доставили в полевой госпиталь в Смоленск, где ей была сделана операция. «Большая потеря крови. Общее состояние слабое», — было записано в карточке танкистки. Врачи говорили, что шансов выжить почти нет. Осколок мины, пробил глаз и задел мозг. Несмотря на тяжелейшее ранение, Мария Васильевна пришла в сознание и сразу же спросила, живы ли ее ребята (так она называла свой боевой экипаж). Ребята же писали ей с фронта: «Здравствуйте, наша мама Мария Васильевна! Желаем вам самого скорого выздоровления. Мы глубоко верим, что наша «Боевая Подруга» дойдет до Берлина. За ваше ранение мы будем беспощадно мстить врагу. Через час уходим в бой. Обнимаем вас все. Привет вам шлет наша «Боевая Подруга»».

16 февраля 1944 года М. Октябрьская в госпитале была награждена орденом Отечественной войны I-й степени за бой под Новым селом. Для вручения ордена приехал начальник политотдела бригады гвардии полковник Николай Гетман, а вместе с ним проведать Марию Васильевну прибыл экипаж «Боевой подруги» в полном составе. Через несколько дней танкистку навестил член Военного совета фронта Лев Мехлис, сообщивший о представлении ее к званию Героя Советского Союза. Мехлис дал врачам указание готовить Октябрьскую к отправке в Москву. Но увидеть столицу Марии Васильевне не довелось: состояние ее здоровья резко ухудшилось, начались сильные головные боли, поднялась температура, участились провалы в памяти. На рассвете 15 марта 1944 года Мария Васильевна Октябрьская скончалась. Героиня была похоронена в Смоленском кремле на Кутузовском кладбище, рядом с героями Отечественной войны 1812 года.


Мария Васильевна Октябрьская похоронена в Смоленском кремле на Кутузовском кладбище

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 августа 1944 года гвардии сержанту Марии Васильевне Октябрьской посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Она была навечно зачислена в списки воинской части.

А «Боевая подруга» продолжила свой славный путь. Правда, это был уже не тот танк, который с таким трудом был куплен Марией Васильевной — ее машина была повреждена. Танки погибали, а члены экипажа оставались живы, словно Мария Васильевна с небес незримо оберегала своих ребят. Они присваивали имя «Боевая подруга» своим новым машинам — в память о Марии Октябрьской. Победа застала «Боевую подругу» — уже четвертую — в Кенигсберге.

Имя Марии Васильевны Октябрьской носит томская школа № 24. Перед ее входом стоит памятник, выполненный скульптором Сергеем Данилиным, а в школьном музее хранятся немногочисленные экспонаты и материалы о танкистке-героине. Ученики принимают участие в городской программе «Память», состоялась также поездка детей к месту захоронения героини — в Смоленск. Завуч томской школы Наталья Прохорова призналась: «Там люди мало знали об Октябрьской. И все, что им рассказали наши дети, вызывало у них искренне удивление и восхищение. В нашей школе на свой первый классный час первоклашки приходят в музей, где им рассказывают, почему гимназия, в которой они учатся, носит имя этой великой женщины».


Памятник Марии Октябрьской в Томске

В Смоленске и Джанкое именем М. Октябрьской названа улица, а на железнодорожной станции Крынки установлен памятник.

Ангелина Демьянок

Источник статьи

 

Метки: , , , ,

В тот день казалось, что горит Волга…


23 августа 1942 года в истории Сталинграда — особо скорбная дата. 70 лет назад летчики Люфтваффе, ворвавшись в небо города, совершили военное преступление, не имеющее срока давности.

Мне помнится с детства, как каждый год, 23 августа, во дворах за столами собирались соседи, поминали погибших родственников, и не было конца рассказам о том, каким чудом остались живы те, кто находился тогда в Сталинграде.

Однажды журналист «Красной звезды» спросил у маршала А.М. Василевского: «Какой день вспоминается ему как самый тяжелый на войне?» После раздумья маршал ответил: «23 августа 1942 года в Сталинграде».

Многим сталинградцам запомнилось теплое утро того воскресного дня. Накануне жители услышали по радио в сводке Совинформбюро, что бои идут в излучине Дона. Такие сообщения передавались уже более месяца. К ним привыкли. Жителям, не знавшим боевой обстановки на Дону, казалось, что фронт остановился. Утром рабочие как всегда встали на вахту к мартенам, сборочным конвейерам, станкам. Распахнулись двери магазинов. Появились свежие афиши кинотеатров.

К тому времени в Сталинграде проживало более 400 тысяч человек. К ним прибавились 300 тысяч беженцев из западных районов. Несмотря на то, что война бушевала уже в 70-100 километрах от города, в эвакуацию выехало не более 100 тысяч человек.

Сталинград был крупным промышленным центром военной промышленности, здесь находился единственный, оставшийся на юге страны завод, выпускавший танки. На заводе «Баррикады» изготовляли лучшие по тем временам артиллерийские орудия. Металлурги «Красного Октября» выдавали броневую сталь. Вспомним, какое это было время. В те дни вышел знаменитый приказ Сталина, в котором говорилось: «Отступать дальше – значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину. Ни шагу назад!»

В цехах висели плакаты: «Все для фронта!» Так и работали. Сталинградские рабочие сутками не уходили с заводов. По суровым законам военного времени работники предприятий не имели права самовольно покинуть цех. Однако жители Сталинграда, не связанные с производством, старики, женщины с детьми могли покинуть город.

Никто вдоль Волги с винтовками, препятствуя эвакуации, не стоял. В каждой семье знали: не хватило места на пароходах, есть еще лодки. Но как бросишь свой дом? Оставишь отца, ушедшего на завод? Легко ответят на эти вопросы только те, кому не приходилось принимать подобных решений…

Обстановка в тот день изменялась стремительно. В моем журналистском архиве хранится рассказ И.Я, Мельникова, секретаря Тракторозаводского райкома партии: «23 августа вместе с большими группами рабочих мы отправились в степь на строительство оборонительных рубежей. Копали противотанковые рвы, окопы. Вдруг издалека, со стороны дороги послышались хлопки. К нам бежали люди с криком: «Танки! Немецкие танки!» Трудно было в это поверить. Ведь мы знали, что фронт стоял на Дону, в 70 км от города. Отдали приказ: «Всем по балкам уходить к поселку».

О том, насколько неожиданным было появление немцев на северной окраине Сталинграда, написал впоследствии первый секретарь обкома партии А.С. Чуянов: «Мне позвонил директор тракторного завода К.А. Задорожный: «Танки и пехота немцев в полутора километрах от завода», — взволнованно произнес он. Это сообщение как обухом ударило меня по голове. «Ты не ошибаешься?» — спросил я. – «Нет, я вижу немецкие танки из своего окна».

Эта дата была особо помечена в документах немецкого командования.

Гитлер заявлял: «Подождем 23 августа. Русские на Волге так запаникуют, что убегут из Сталинграда без оглядки за Урал, в Сибирь…Этим летом Советы будут полностью уничтожены. У них нет больше спасения».

19-го августа немецкие солдаты навели переправы через Дон в районе станицы Трехостровской. 23-го августа их танковые части смяли окопы и траншеи наших пехотинцев, защищавших тот донской рубеж. По ровной степи, почти не встречая сопротивления, 14-й немецкий танковый корпус, развивая максимальную скорость, устремился к северной окраине Сталинграда. За танками следовала, разместившись на автомобилях, пехота. В тот же день, в 16 часов немцы вышли к Волге. Никогда еще их войска не забирались так далеко вглубь России. Танкисты, высыпав на берег, праздновали победу. Достав фотоаппараты, позируя, они снимались на фоне речных пейзажей. Командующему 6-й армии генералу Паулюсу был отправлен рапорт с приколотым снимком: «Мы на Волге!» Кинооператор запечатлел это событие. В Берлине под звуки бравурной музыки диктор по радио вскоре будет зачитывать тексты, подготовленные министром пропаганды Геббельсом: «Одержана победа на Волге! Не отходите от приемников! Не пропустите сообщение о падении Сталинграда!»

Над Сталинградом нависла смертельная опасность. В те дни наши дивизии находились еще за десятки километров от города, занимая рубежи по всей излучине Дона. Возникла угроза их окружения.

В те часы происходили события, которые стали прологом великой битвы, когда начнутся бои за каждый метр сталинградской земли.

Немецкая армада вышла к Волге вблизи тракторного завода, выпускавшего знаменитые танки-«тридцатьчетверки». Теперь только танки, подготовленные к отправке на фронт, и рабочие отряды могли задержать продвижение немцев по Сталинградским улицам.

Вот что рассказывали мне ветераны-заводчане.

С.М. Лопатин, начальник одного из цехов: «Раздался телефонный звонок: срочно – к директору завода. Все сидели молчаливые, сосредоточенные. Директор завода Задорожный передал нам приказ: вывести на боевой рубеж все танки, находившиеся на заводском дворе, раздать пулеметы и винтовки рабочим отрядам, которые заранее были сформированы в каждом цехе. Занять оборону в заводском поселке».

Бывший главный диспетчер завода С.К. Умыскин: «Нам было неизвестно, какими силами подошел враг к заводу. Мы не знали, что будет к утру или через час. Но мне не довелось тогда встретить тех, кто запаниковал или сбежал с рабочего места. В тот день я связывался со всеми цехами. В сборочный цех надо было срочно передавать узлы и детали – мы продолжали выпуск танков, из рабочих формировали танковые экипажи».

Бывший мастер цеха В.Г. Сологубов: «Утром мы пришли на работу, а к вечеру взяли оружие. Как были, в рабочих спецовках отправились защищать город. Отряды ополченцев выходили из каждого цеха».

Впоследствии известный историк А.И. Уткин, чьи родители воевали в Сталинграде, написал об этих заводских ополченцах, первыми выступившими на защиту Сталинграда:

«Танками их трудно было запугать – они производили их сами. Немцы встретили в их лице самоотверженных мужчин, исконно, по коду исторической памяти, любящих свою землю и готовых ради нее на любые жертвы».

Рабочие отряды занимали рубежи вдоль древнего волжского притока – речки Мечетки. Начинавшаяся в степи малым овражком, Мечетка у стен тракторного завода была знаменита своими высокими, крутыми берегами. Здесь, на откосе ополченцы спешно рыли окопы, траншеи. Единственный мост рабочие успели поставить под прицел танковых орудий. За Мечеткой начинались вражеские позиции.

Среди тех, кто на тракторном заводе в эти тревожные часы вступил в рабочие отряды, было много первостроителей. Это были люди особой судьбы. Приехавшие по комсомольским путевкам, в основном из деревень, освоив строительные профессии, они поражали страну темпами работ – всего за 11 месяцев возвели на берегу Волги крупнейшие корпуса завода. В Сталинград прибывали эшелоны с закупленным за границей новейшим оборудованием. Его установливали в цехах. Но с первых дней работы завод лихорадило. Собранные узлы тракторов разваливались. Новые сложные профессии с наскока, с одним популярным лозунгом «Даешь!», освоить было невозможно. Приходилось учиться каждую рабочую смену, в том числе и под руководством иностранных специалистов, которых привлекли высокой зарплатой. Своих инженеров не хватало. Тогда на заводе каждому дали возможность учиться: в поселке построили профтехучилища, открыли вечерние школы, техникум и механический институт. Так в те годы государство заботилось о судьбах рабочих, будущем страны. А для тех, кто решил получить образование, это было, конечно, нелегкое время. Из цехов, усталые после трудовой смены, рабочие шли в классы и аудитории. Пришедшие на завод малограмотными, они стали опытными мастерами и инженерами, теми, кому предстояло спасти страну, когда наступила война. Танки, собранные на Сталинградском тракторном, воевали на многих фронтах, помогли отстоять Москву.

…Над глубоким руслом Мечетки раздавались пулеметные очереди. Рядом с ополченцами заняли оборону курсанты военного училища, полк дивизии НКВД, отряд морских пехотинцев. После войны будет опубликовано донесение генерала фон Витерсхайма, которое он направил командующему Паулюсу, о первых боях на Волге: «Соединения Красной Армии контратакуют, опираясь на поддержку населения Сталинграда, проявляющего исключительное мужество. Население взялось за оружие, на поле битвы лежат убитые рабочие в своей спецодежде, сжимая в руках винтовку или пистолет. Мертвецы в рабочей одежде застыли в башнях разбитых танков. Ничего подобного мы раньше никогда не видели».

В то же самое время когда немецкие танки вышли на окраину Сталинграда, сотни немецких самолетов поднялись с аэродромов. К уничтожению был приговорен целый город.

Этот варварский приказ выполнялся силами мощного 4-го воздушного флота под командованием генерала Рихтгофена. Ровными рядами, как на параде, в небе к жилым кварталам приближались немецкие самолеты. В Сталинграде была объявлена воздушная тревога, отбоя которой уже не будет. Поскольку наши войска в городе еще не располагались, воздушная акция, понятно, была направлена против населения. Взрывы разваливали крыши и перекрытия домов, крушили стены. Люди гибли под каменными глыбами, падали, сраженные осколками, задыхались в заваленных земляных убежищах. В ковровых бомбардировках применялась система, которая могла быть рождена только логикой и воображением истинных убийц. Снижаясь над улицами, где было много деревянных домов, летчики высыпали снопами зажигательные бомбы. В разгоравшиеся пожары метали фугасные бомбы, взрывы от них разбрасывали горящие обломки бревен, крыш, и огонь перекидывался на соседние улицы. На бреющем полете «белокурые бестии» Люфтваффе расстреливали из пулеметов бегущих по ним людей. Маршал А.И. Еременко написал впоследствии: «Многое пришлось пережить в войну, но то, что мы увидели 23-го августа 1942 года в Сталинграде, поразило нас как тяжелый кошмар. Беспрерывно среди городских построек взметались взрывы, из района нефтехранилищ потоки горящей нефти устремлялись к реке. Казалось, горела Волга».

С начала Второй мировой войны с ее многими разрушениями мир еще не видел такого бедствия.

600 самолетов разом напали тогда на город. Сбрасывая бомбы, они возвращались на аэродромы, заправлялись и снова обрушивали смертоносный груз на жилые кварталы. Бомбежки продолжались и в последующие дни.

Возможно ли было в таком аду, среди взрывов и пожаров, сохранять милосердие? История десятков спасенных свидетельствует – и такое возможно!

Жители, несмотря на смертельный риск, стремились помочь друг другу. В той обстановке – это становилось настоящим подвигом. Часто, заметив, что завалило людей, соседи бежали откапывать их, вытаскивали раненых и контуженных. Спасали от гибели и незнакомые люди. Таких рассказов множество. Командир медико-санитарного батальона МПВО К.С. Богданова вспоминала: «Бойцами МПВО стали девушки-добровольцы – студентки, десятиклассницы, служащие. Все собрались по тревоге. Как мы работали? Помню, прибежала женщина: рядом с вокзалом завалило подвал – там десятки жителей. Мы увидели на месте: обломок стены перекрыл выход. У нас были только кирки и ломы. Несколько часов, сменяя друг друга, пробивали узкий лаз. Люди стали выбираться наружу». «Загорелся военный госпиталь в центре Сталинграда, — рассказывала мне боец МПВО К.А. Камнева. – Вместе с медицинскими работниками мы стали спасать раненых. Вбегаешь в палату тяжелораненых, и к тебе со всех сторон тянутся руки. Не знаю, где у нас брались силы. Бежим по лестнице с носилками, натыкаемся на стены, причиняя боль раненому. А он еще подбадривает нас: «Смелее, сестренки!»

Обрушивая бомбовые удары на городские улицы, немцы стремились уничтожить как можно больше людей.

По словам академика А.И. Уткина, «эта жестокость породила не робость затравленного зверя, а выдохнутое умирающими «Отомсти!» Невероятными кажутся рассказы о том, как под бомбежкой формировались новые рабочие отряды. Они были созданы в каждом районе Сталинграда. Боевой рубеж на Мечетке пополнялся новыми бойцами. С завода «Баррикады» рабочие привезли артиллерийские орудия. С винтовками в руках пришли ополченцы-металлурги завода «Красный Октябрь». Что это значило тогда – по огненным улицам пробираться к переднему краю! Я записала рассказ мастера лесообрабатывающего завода Б.М. Бородина. «23 августа в подвале под грохот бомбежки нам выдали оружие. Чтобы добраться до Мечетки, нам надо было пройти по городу пятнадцать километров. Мы буквально пробивались через охваченные пожарами кварталы. Так дошли до тракторного завода. Нам отвели участок обороны».

Бои на Мечетке сразу обрели особый, сталинградский характер.

Отборным немецким войскам не удается сходу ворваться в город. Пять дней рабочие отряды под прикрытием танков и артиллерийских орудий будут держать оборону.

На шестой день их окопы и траншеи займут кадровые части Красной Армии.

Застигнутые бедой, в подвалах и земляных щелях, жители жили надеждой: «Лишь бы добраться до Волги!». Там можно было спастись, переправившись через реку: на левом берегу открывались дороги в тыл страны. Из руин к Волге потянулись люди. Несли детей, везли тележки с ранеными. Но еще издали жители видели – над Волгой клубится дым, слышатся взрывы: переправы становились мишенью для расстрела сталинградцев. На волжском рейде оставались обычные прогулочные пароходы, катера, баржи. Они вовсе не были приспособлены для войны. Снижаясь над целью, немецкие летчики видели, что на палубах сидят, в основном, испуганные женщины и дети. Избежав гибели в городе, теперь они с ужасом смотрели вверх на приближающиеся самолеты. По ним, уже тонущим, будут стрелять из пулеметов. До берега доносились страшные крики. На волжском откосе, ожидая переправы, жители лопатками и руками рыли ямы, чтобы укрыться от пуль и осколков. Немецкие летчики бросали бомбы на пристани, в толпы беженцев. Это была расправа над беззащитным населением, которая принимала невиданные масштабы. Но капитаны продолжали вести свои суда по кипящей от взрывов Волге, совершая бесконечные зигзаги, чтобы увернуться от пролетавшего самолета и обойти горящие разливы нефти. Речники бросались тушить очаги пламени на палубах, оказывали помощь раненым, на ходу, не заходя в затон, латали пробоины от пуль и осколков. И снова уходили к правому берегу, где их ждали беженцы. Каждый рейс мог быть для них последним. И все-таки сталинградские речники отважились вывезти из города и спасти десятки тысяч жителей.

Чудовищная тактика уничтожения населения приняла новое обличье, когда начались бои на улицах Сталинграда. Занимая кварталы, ставшие руинами, немцы бросали гранаты в подвалы, где укрывались жители, остальных под ружьем гнали в степь. Немало жителей попало в концлагеря, кого-то, отрывая от матерей и детей, отправляли на работу в Германию.

Сколько людей было убито варварскими бомбардировками, потонуло в Волге, умерло за колючей проволокой концлагерей, не вернулось с каторжных работ из Германии – этого никто подсчитать не сможет. Многие семьи погибли полностью. «Распалась связь времен»… Город понес такие потери, которые наложили свой отпечаток на судьбу всех последующих поколений.

На фоне этих трагических событий нелегко сегодня разбираться в исторических домыслах. Однако они пустили уже корни. И молчать о них невозможно.

Во времена Хрущева нашли виновного в гибели населения города. Разумеется, это был Сталин. Якобы, он специальным распоряжением запретил эвакуацию населения. За 70 лет никаких подобных документов не нашли. А ведь это не только обвинение в адрес генералиссимуса, но и болезненный удар, нанесенный по жителям Сталинграда. На чем же оно было основано? 20-го июля 1942 года, когда бои еще шли на Дону, Сталин, обеспокоенный скоропалительным отъездом из города некоторых руководящих работников, позвонил первому секретарю обкома партии А.С. Чуянову. Он потребовал немедленно возвратить в город командование Сталинградского военного округа, покончить с подобными паническими и эвакуационными настроениями и заявил: «Сталинград не будет сдан». Остались документы, которые свидетельствуют: переправы работали беспрерывно, эвакуация населения производилась как до этого телефонного разговора, так и после. Волгоградский историк Т. Павлова в своем глубоком историческом исследовании приводит содержание документа, подготовленного по указанию А.Н. Косыгина, тогда заместителя Председателя СНК. СССР. До середины сентября 1942 года из Сталинграда в Челябинскую область из города выехало 63 500 жителей, в Свердловскую – 53 700 и т.д. А всего в те дни через эвакопункты прошли 164 200 сталинградцев. И что, эта эвакуация проводилась вопреки приказу вождя? Такого в те годы и представить невозможно! Пока были живы участники этих событий, подобные домыслы не имели хода. Но теперь то в одном, то в другом издании затевают хлопоты, связанные с этой печальной датой. Когда речь идет не о преступлении немцев против человечества, а всего лишь обсуждаются «жареные факты».

…Это было 2-го февраля 1943 года. Весь мир узнал тогда о великой победе на Волге. Именем Сталинграда назывались улицы и площади, в его честь писались поэмы и слагались песни.

Войска от волжского берега уходили на запад. В те дни с борта самолета были сделаны известные кинокадры: Сталинград сверху казался безжизненной каменной пустыней. Повсюду – глыбы бетона, выжженные улицы с торчащими печными трубами. 90 процентов жилого фонда было уничтожено. И все-таки жизнь теплилась в разрушенном городе. Из подвалов выбирались жители, пережившие сражение. Нашлись такие! В родные места пешком и на попутках возвращались люди из заволжских деревень, из районов, освобожденных от оккупантов. Они временно занимали солдатские блиндажи и землянки. С Урала и Сибири, куда привели дороги эвакуации, шли на Волгу эшелоны со сталинградцами. Это кажется невероятным сегодня, но так было: всего через четыре с половиной месяца горожане по тропкам, очищенным от мин, придут на свой тракторный. А 12-го июня 1943 года из ворот разрушенного завода выйдет первая колонна танков, отремонтированных под открытым небом. На башне каждого из них будет написано: «Ответ Сталинграда». Это был ответ жителей победившего города.

В Волгограде по сей день жива традиция: каждый год, 23 августа, его жители приходят к братской могиле на Площади павших борцов.

В этот день соберутся у Вечного огня около Кремлевской стены и бывшие дети военного Сталинграда, проживающие в Москве. Когда я с цветами в руках вместе с земляками подхожу к мемориальному камню «Сталинград», меня всегда мучает неразрешимый вопрос: почему весь мир знает о варварских налетах на Лондон и уничтожении Дрездена, а трагедия Сталинграда остается почти неизвестной в мире? Даже в специальных исследованиях, посвященных Сталинградской битве, об этом злодеянии, совершенном против жителей города, порой сообщается одной строкой. Но почему трагедия, случившаяся в Сталинграде, не должна быть осмыслена потомками и остаться в мировой истории как память о жертвах чудовищного военного преступления…

Людмила Овчинникова

Источник статьи

 

Метки: , ,

Враги сожгли родную хату


Когда задумываюсь о разрушении Союза, мне почему-то всегда приходят на память строки песни поэта Исаковского и композитора Блантера о солдате. Который вернулся с войны и обнаружил, что все потерял. Песня заканчивается словами:

Хмелел солдат, слеза катилась

Слеза несбывшихся надежд

И на груди его светилась

Медаль за город Будапешт.

Последние две строчки исполнители обычно пели тихо и печально. Но как-то мне один подвыпивший безногий солдат Великой Отечественной объяснил, что это неправильно. Их надо петь мажорно, громко, весело и даже зло. Почему это, изумился я? А потому, что все у него отняли, нет семьи, нет дома, но он сделал то, что никто уже не отменит, хотя ох как хочется. Он победил фашизм и поднял красный флаг над Берлином! У него нет ни черта, и сидит он подвыпивший в дешевой пивной, но он ни за какие деньги не отдаст этого сделанного дела. Это гвоздь, забитый им в историю.

Наш дом СССР разрушен. Но гвозди, забитые нами, останутся навсегда. Это Октябрь 1917 г., победа над баронами и господами вгражданской, разгром фашизма в 1941- 45-м, первый спутник Земли и первый человек в космосе. Никто и никогда не вытащит этих наших гвоздей из истории.

Враги разрушили наш дом и говорят, что назад вернуться нельзя, мол, невозможно войти в одну реку дважды. Врут, сволочи! В 1941-42 гг. тоже было ох тяжко, но вернулись и дальше пошли. Потому что мыслили как Теркин у Твардовского: Не зарвёмся, так прорвёмся, Будем живы — не помрём. Срок придёт, назад вернёмся, Что отдали — всё вернём. И сегодня не все потеряно. Надо драться, вбивать свой гвоздь в историю. Она еще далеко не закончена.

Советский Союз был семьёй народов. Капитализм возвращает тюрьму народов
Великая Октябрьская социалистическая революция означала переход человечества на принципиально новую ступень развития, решение в принципиально новом ключе всего комплекса вопросов политических, экономических и социальных. В том числе вопросов национально-государственного устройства. В «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа» (январь 1918 года) Советская власть провозгласила:

«Советская Российская республика учреждается на основе свободного союза свободных наций, как федерация Советских национальных республик«. 30 декабря 1922 года это было воплощено в жизнь — I Всесоюзный съезд Советов принял историческое решение о добровольном объединении советских народов в Союз Советских Социалистических Республик. Так родилось первое многонациональное социалистическое государство — СССР.

Чтобы понять, чем был СССР для народов Земли, какую роль он сыграл и продолжает играть во всемирной истории, следует оттолкнуться от противного. От того, что сменило разрушенный буржуазией Советский Союз в нашей стране. Нынешний президент РФ В.Путин в связи с разражающимися периодически на территории буржуазной России столкновениями на национальной почве сказал в порядке ностальгии по временам своей молодости — «…нам тогда было безразлично, кто какой национальности«. Но по понятным причинам глава буржуазного государства не прояснил, почему сегодня это стало небезразлично. А стали национальные «разборки» вещью обычной из-за того, что сменился общественный строй с социалистического на капиталистический, и у власти вновь, как и до революции 1917 г., оказался капитал.

У капитализма же его неизбежный спутник и его неизбежное мрачное порождение — национальный гнёт и национальное неравенство. Там, где всё определяется по силе и размеру капитала, там не может возникнуть равноправия ни социального, ни национального. Одни прозябают в отсталости и экономическом бессилии, другие господа извлекают дивиденды из своего положения развитых и «продвинутых». Разграбленная и подвергнутая «деиндустриализации» Россия, тем не менее, вышла на второе место в мире по количеству трудовых мигрантов из тех частей уничтоженного СССР, где уровень жизни упал ещё ниже. Российская буржуазия имеет с этого сразу две пользы. Выжимает прибыли из дешёвой и бесправной рабочей силы. И натравливает трудящихся одной национальности на трудящихся другой национальности, чтобы не допустить их совместной классовой борьбы против эксплуататоров. Для чего в сознание народных масс обильно впрыскиваются национальная и расовая вражда. Результат имеется. «В местах массового скопления мигрантов градус ксенофобии зашкаливает», — констатируют чиновники, которые потом с этим якобы «борются».
Особая подлость буржуазного государства состоит в том,что ответственность за неблагополучие в национальном вопросе оно старается переложить на Советскую власть. Свалить вину с больной головы на здоровую. Дескать, нынешние кровавые конфликты достались в наследство от большевиков с их тезисом «самоопределение, вплоть до отделения«.
Хотя одновременно тот же президент вынужден признавать: «В Советском Союзе не было таких проблем. Советской власти удалось создать межнациональный мир«. Так что всё же оставил в наследство СССР? Чреватое конфликтами самоопределение или порушенный буржуазией мир между народами?

Советский Союз был первым в мире союзом свободных и равноправных народов, уничтожив на одной шестой части земной суши национальный гнёт. Но свободный союз и равноправие, по Ленину, есть лживая фраза без свободы отделения. Подобно тому, как брак без права развода есть не свободный союз двух людей, а кабала. Владимир Ильич писал: «Победоносный социализм необходимо должен осуществить полную демократию, а следовательно, не только провести полное равноправие наций, но и осуществить право на самоопределение угнетённых наций, т.е. право на свободное политическое отделение«.

Вот на такой основе свободы политического самоопределения и возник великий Советский Союз. И вся его история доказала, что это «вплоть до отделения» при социализме вовсе не означает фактор раздрая и конфликтов. Природа социализма такова, что он сплачивает трудящихся, которым, в отличие от буржуазии, делить нечего. Предвосхищая такой результат, Ленин ещё до революции утверждал: «Чем ближе демократический строй государствак полной свободе отделения, тем реже и слабее будут на практике стремления к отделению, ибо выгоды крупных государств и с точки зрения экономического прогресса, и с точки зрения интересов массы несомненны…«.

Огромный прогресс экономический и социальный нёс с собой Советский Союз для всех населяющих его народов. Не стремление одних извлечь выгоды за счёт других, а твёрдую волю обеспечить подъём и развитие для всех. Чтобы в каждом уголке страны каждый советский человек, независимо от национальной принадлежности, мог пользоваться достижениями и образования, и медицины, и техники с наукой, и всеми благами цивилизации. На таком фундаменте вырастали отношения подлинной дружбы, доверия и взаимопомощи. Складывалась в прямом смысле слова семья народов. И в итоге, как говорил руководитель партии и Советского государства И.В.Сталин: «Мы имеем теперь вполне сложившееся и выдержавшее все испытания многонациональное социалистическое государство, прочности которого могло бы позавидовать любое национальное государство в любой части света«.
Свободный труд свободно объединившихся в своё государство трудящихся людей явил миру свершения грандиозные. Отсталую страну сделал передовой и мощной, сверхдержавой, по уважительному определению даже её врагов. Разгромил фашизм и спас человечество от рабства. Поднялся первым в космос. Создал лучшую в мире систему образования и «самый читающий народ». Единственный в мире сделал доступными для каждого рабочего и каждого колхозника и театр, и спортзал, и курорт. Опять же единственный в мире заставил своих граждан забыть, что такое безработный, бездомный, беспризорный. И первым внедрил как норму жизни огромного народа принципы реального гуманизма.

«При Советском Союзе жили мы куда лучше», — уверенно заявляет российский рабочий. «Зачем разрушили Советский Союз?», — вздыхает приехавший из бывшей советской республики «гастарбайтер». А затем разрушили, чтобы опять поделить людей на богатых и бедных, чтобы опять буржуазия могла выжимать свой процент прибыли с каждого человека труда. И национальный вопрос тоже решить по-своему. Звучат уже предложения трубадуров буржуазии ликвидировать все национальные образования в РФ и поделить её на «экономические зоны». Царскую Россию называли тюрьмой народов, и сегодня капитал стремится к тому же — вернуть всю тюремную обстановку. Зачем ему вопросы развития и подъёма наций и народностей, в том числе русского народа? Зачем вопросы экономического выравнивания регионов? Он намерен лишь наживаться и грабить многонациональную массу рабов капитала.
А значит, впереди вновь ожесточенная классовая борьба за освобождение от власти эксплуататоров. Вновь борьба за право людей труда свободно объединиться в своё государство.

Александр Ставицкий.

Источник статьи

 

Метки: ,