RSS

Архив метки: взять

3 ВЗЯЛИ ВЛАСТЬ. ЧТО ДЕЛАТЬ?


Напомню, что я запустил серию программных статей, предположив, что произошло то, за что боролись, — что мы взяли власть в России. Что после этого делать. В первых двух статьях я рассмотрел общие вопросы, а теперь подошел к конкретике.
Сначала дети
Даже не наивно, а просто глупо надеяться, что нам — ответственной пред народом власти — позволят принимать государственные решения в спокойной обстановке, позволят тщательно обсудить эти решения, и внедрить одно за другим. Нам придется принимать решения в состоянии цейтнота и по всем вопросам сразу, поэтому сегодня бессмысленно гадать, что именно для России будет самым главным на конкретный момент принятия решения.

Но есть вопрос общественной жизни, который нам надо считать самым главным хотя бы потому, что если мы дадим этому вопросу пусть даже только толчок в нужном направлении, то уже можно будет считать, что мы жизнь прожили не зря.
Это вопрос умственного развития народа.
Сейчас говорят, что то унизительное состояние, в котором очутился наш (да и не только наш) народ, вызвано тем, что людей оболванили политики и СМИ. Простите, а разве болваны не виноваты в том, что их оболванили?
И разве не виновата та власть, которая позволила сделать из своего народа болванов?
А сделало народ болванами, в том числе и членов власти, нынешнее образование. Принципиально дело обстоит так.
Человек отличается от животного интеллектом и человеческой моралью. Главное – интеллект, без интеллекта человек не воспримет и мораль – не поймет ее необходимость для себя. Ребенок рождается животным, но животным с зачатками человеческого интеллекта. Наша задача не развить этот интеллект, а помочь ребенку самому его развить. Казалось бы, какая разница? Разница в том, что без стремления самого ребенка мы его интеллект на разовьем, это же его интеллект, а не наш.
Отсюда кардинальная ошибка, совершенная человечеством, — человечество приняло латинскую систему образования (развития интеллекта), согласно которой учитель (преподаватель) сообщает ребенку (обучающемуся) знания и заставляет его эти знания запомнить. В результате, ребенок не развивает свой интеллект, а делает одолжение тому, кто заставляет его запоминать знания. И делает это одолжение точно так же, как и животное заучивает то, что его заставляет делать дрессировщик. Да, ребенок, пока он мал, это животное, но то, что мы методы обучения животных применяем к будущему человеку, это ошибка, хуже преступления. При нынешней системе образования для ребенка (обучающегося), как и для животного, получаемые знания становятся обузой, нужной не ему, а тому, кто его заставляет их получать. А обузу, понятное дело, стараются иметь поменьше. В результате и в лучшем случае обучающийся запомнит слова, описывающие знания, а в общем случае — и их забудет после экзамена. И в любом случае, обучающийся не будет уметь самостоятельно использовать полученные знания. А без умения использовать знания, знание только слов, описывающих знания, бессмысленны.
Подобную систему образования можно было бы считать бесполезной, если бы она не была убийственно вредной. Ведь при этой, принятой и у нас латинской системе образования, обучающийся получает не образование, а некие справки – аттестаты, дипломы. А вместе с этими справками получает уверенность в том, что он умный, что он что-то знает, хотя на самом деле остается неспособным мыслить самостоятельно ни по какому вопросу, кроме узких вопросов своей работы, да вопросов быта. По остальным вопросам, в том числе и по вопросам общественной жизни, такой образованный болван пользуется штампами, заученными у того, кого он считает умным. Поэтому оболванить такого образованца очень просто. Нужно только показать ему на экране телевизора голову, назвать эту голову «мудрецом» или «профессионалом», и образованный болван будет делать то, что говорит этот «мудрец», не соображая, что именно он делает, но с уверенностью, что он все делает правильно.
Не могу гарантировать, но полагаю, что со взрослыми людьми мы, народная власть, ничего сделать не сможем. Эти люди оскорбятся от самой мысли о том, что они глупы, поскольку они точно знают (да и дипломы у них есть), что они умны. Посему с ними пусть будет, как есть, а детей нужно спасать изменением принципа образования.
Главный принцип реформы образования: человек должен самостоятельно учиться, самостоятельно искать знания всю жизнь и самостоятельно уметь ими пользоваться. На то он и человек. Учиться – это его долг, прежде всего, перед самим собой. Мы, как общество и государство, обязаны снять любые препятствия в получении человеком знаний, но не обязаны насильно его обучать.
И молодое поколение и детей нужно спасать, отказавшись от латинской системы образования – от заучивания знаний. Заменив ее системой, при которой обучающие (учителя, преподаватели) будут только помогать обучающимся в самостоятельном получении знаний и, главное, помогать обучающимся в умении пользоваться знаниями самостоятельно. Разумеется, над обучением детей нужно установить контроль, полагаю, даже законодательно, обязав их посещать школу, однако принципы школьного образования надо изменить – ученика никто не должен учить, он сам должен учиться.
Я вижу это так.
В год, когда ребенку исполняется 7 лет, он должен начать посещать школу, и это обязательно. В год, когда ему исполнится 17 лет, он должен оставить школу. В школе он обязан научиться использовать знания точных наук (математики, физики, химии, биологии), русского языка, истории и обществоведения – устройства общества и государства (Конституцию обязан понимать безусловно). Обязателен ручной труд, как развивающий ум. Иностранные языки – по желанию ребенка (родителей). Их можно вывести из школьной программы. Никаких классов по возрасту быть не должно, только классы по уровню уже полученных ребенком знаний. Соответственно, лет с 10 ребенок может быть сразу во многих классах по различным предметам, в зависимости от своих способностей и склонностей, в связи с этим упраздняется ежегодный переход из класса в класс, упраздняются переходные и выпускные экзамены.
Учитель и сам ученик контролируют обучение не воспроизведением учеником слов, а способностью ученика использовать знания, то есть, его способность решать как учебные задачи, так и практические. И этот контроль должен быть непрерывным. Если ученик любознателен и быстро осваивает науку, его нужно передвигать в более высокий класс по этой дисциплине – туда, где ему будет интересней. Если он вышел за пределы школьной программы, его нужно сводить в Интернете с преподавателями этих наук. Если он сильно отстает или ленится, то должен до окончания школы оставаться в группах с его уровнем умения использовать знания.
Нужно изменить принцип образования – школа обязана учить не знаниям, а умениям.
Разумеется, чем талантливее учитель, тем легче он разовьет в ученике любознательность, чем талантливее педагог, тем меньше у него будет ленивых учеников. Где взять таких учителей и педагогов?
Нужно собрать по России всех оставшихся настоящих учителей, всех энтузиастов (а они, слава богу, пока есть), предложить им поднять опыт предшественников и подготовить курсы школьных наук в виде фильмов. Учебные курсы в виде фильмов нужны для того, чтобы разъясняемые положения предметов обучения были представлены в как можно более образном виде. Одновременно, для проверки самим учеником и его учителем уровня обучения, самые лучшие учителя и энтузиасты должны подготовить задачи, как можно более связанные с жизнью.
Не навязывая своего видения дела этим педагогам, я урок вижу так. Ученики сначала читают урок, то есть, воспринимают знания словами, затем смотрят фильм о том, что прочитали, роль учителя – разъяснить ученикам непонятное и провести уроки практического применения знаний этого урока. И, разумеется, контролировать успехи учеников, чтобы вовремя перевести способных (с которыми потребуется индивидуальная работа) в более высокий класс. Этими фильмами мы застрахуем себя тем, что все наши дети, вне зависимости от доходов их родителей, действительно получат лучшее обучение из того, что возможно.
Окончив школу, юноши и девушки вынесут из нее не просто знание, а умение использовать знания. Одни больше, другие меньше, сколько именно, будут знать только они.
Но если у них не будет аттестатов зрелости и золотых медалей, то как же они будут поступать в институт? – спросите вы. А зачем в институт поступать? – отвечу я. Что, собственно происходит в институтах, университетах и академиях? Преподаватели, читают умные книжки, а затем пересказывают содержание этих книжек студентам. А сами студенты эти книги прочитать не могут? Сейчас считается, что не могут, считается, что они малограмотные. Мы так считать не будем.
Мы будем считать по-иному. В 17 лет будем считать человека вполне взрослым и, безусловно, способным выучиться самостоятельно. Пусть выберет себе специальность и сразу поступает работать в учреждение или фирму, в которой имеются должности такой специальности, и имеется потребность в специалистах на эти должности. Пусть соединяется в Интернете с центром подготовки таких специалистов, получает программу того, что и до какой степени ему нужно изучить (уметь использовать на практике), и начинает после работы изучать теорию, а на работе изучать практику.
То есть, если хочет стать технологом или конструктором – тем, кого сегодня называют инженером, — то пусть поступает на завод соответствующего профиля рабочим. Если хочет стать врачом, то в больницу или поликлинику медбратом или медсестрой, если юристом, то поступает в полицию постовым милиционером, или к адвокату помощником. А вечером будет читать или смотреть фильмы по теории своей специальности. Сколько у конкретного человека такое обучение займет времени, не имеет значения и зависит только от способностей человека.
Если такой специалист в данном учреждении нужен, то его будут дополнительно обучать специалисты этого учреждения, и, таким образом, учить будут те, кто сам умеет использовать знания – умеет работать. Если в данном учреждении потребности в таком специалисте нет, то учить его будут преподаватели обучающего центра. В первом случае своим работникам, обучающим (консультирующим) новенького, может платить (доплачивать) само учреждение, во втором сам обучающийся будет платить преподавателям центра (если они ему потребуются). Во втором случае, после такого обучения, в ходе которого обучающийся научится решать весь комплекс задач своей специальности, он может предложить свои слуги тому учреждению, которому такие специалисты требуются. Организация таких центров, обучающих всех желающих через Интернет, не вызовет проблем.
А как же диплом? – спросите вы. А зачем он? Для работы нужен не диплом, а умение применить знания, вот это главное, а после такого самостоятельного обучения у человека это умение будет.
А как же экзамены, как удостовериться в его умении? Его знания проверят те, кто доверит ему должность специалиста. Ведь сегодня у нас академии, проверяя на экзаменах эти знания, присваивают человеку звание инженера или юриста, а потом работодатели присваивают ему звание барана, и пытаются как-то этого барана обучить хоть чему-то, чтобы он, хотя бы, не сильно вредил.
И ведь, что интересно – предлагаемая система обучения в остатках была еще в начале XX века, и давала очень большой эффект, но по тем временам знания, как таковые, были малодоступны и сосредоточены в библиотеках университетов. Университеты этим обстоятельством и воспользовались, добившись к настоящему времени временем монополии латинской системы образования. Латинская система образования выгодна профессорам, выгодна бюрократии, кормящейся от образования, а не обучающимся, и не обществу.
Но сегодня знания уже доступны каждому, а мы их сделаем предельно доступными. Пусть учатся все желающие. Проблема сейчас только в том, что общество не привыкло к такой форме получения знаний, к признанию такого образования, но это решается законодательно, и мы это решим.
Упразднив дипломы и ученые звания, мы не прохиндеев, а реальную интеллектуальную элиту страны сделаем реальной элитой.
Еще раз — если парень хочет стать генералом, нет проблем – вон военкомат. Станешь в строй и объявишь о своем желании, сержанты помогут тебе стать солдатом, офицеры и сержанты – командиром отделения, если ты окажешься способным им быть. Затем они помогут тебе стать командиром взвода и рты, опять таки, если ты способен будешь ими стать. Ну, а потом, если у тебя достаточно способностей и они превышают способности твоих товарищей, то станешь и генералом. В строю, в части, в дивизии, а не в училище. И учить тебя будут те, кто воевал, а не те, кто не нюхав пороха учит, как воевать. Именно так был обучен офицерский корпус немецкой армии периода Второй мировой войны, и как эту армию ни унижай, но это были сильнейшие дивизии мира. В те года армия Польши считалась сильнее Красной Армии, поляки в сентябре 1939 обещали за две недели быть в Берлине. А что немецкая армия сделала с польской армией? А с французской и британской армиями на континенте? А поражения Красной Армии 1941-42 годов? Толковое обучение офицеров это толковое обучение.
Важно еще и то, что человек будет способен получать много профессиональных образований, ведь не исключено, что первое образование он получит вынужденно или случайно, а потом он увлечется иной отраслью знаний или ему захочется сменить профессию. У меня в жизни были два хороших знакомых, которые достигли предельных высот, как рабочие-металлурги, и были весьма высокооплачиваемыми и уважаемыми бригадирами, оба, разумеется, имели семьи. Один даже начинал было получать высшее металлургическое образование, но бросил эту затею. Обоим было около 40, когда один поступил в заочный сельхозтехникум и стал ихтиологом. К этому времени на ГРЭС возникла идея разводить карпа и форель на теплых сточных водах, он уволился с нашего завода и возглавил на ГРЭС этот рыбный участок, и там, уже как ихтиолог, добился выдающихся успехов. Второй заочно окончил педагогический институт, стал учителем, а потом известным в республике директором школы. По детству мне помнилось, что директор школы это тот, к которому вызывают, если ты набедокурил, и только. А я встречал выпускников школы этого своего товарища, которые и через много лет в своем директоре школы души не чаяли.
Задача нашей власти сделать народ счастливым, и эта система образования является одним из способов добиться этого.
Эта система образования будет революцией, а нам революции нежелательны ни в чем. Поэтому, для удовлетворения амбиций сегодняшнего взрослого населения, нужно будет оставить в каждой области хоть по школе с латинской системой образования, а нескольким академиям разрешить набирать студентов по ЕГЭ, то есть, дать желающим получать образование им. Фурсенко. Дать им возможность получить аттестаты, дипломы и иные бумажки с печатями, сообщающие работодателям, что их владельцы не способны были обучаться самостоятельно.
Пока такие желающие будут.
P.S. Вот материал в тему:
«Здравствуйте, Ректор Санкт-Петербургского Университета Экономики и Финансов – одного из лучших экономических вузов страны, в который мечтают поступить тысячи школьников из провинции и Петербурга.
Я закончила ваше замечательное заведение 1 год назад. На днях мне понадобилось создать ИП, и юрист меня спрашивает: вы какую систему налогообложения выберете, упрощенную или единый налог на вмененный доход. И тут я понимаю, что понятия не имею, о чем идет речь!
Слова конечно знакомые, но что за этим скрывается без понятия. Как такое может быть, что человек, отучившийся 5 лет в лучшем ЭКОНОМИЧЕСКОМ университете Питера, ни разу не слышал о таких определениях?
Как можно ходить на все пары, сдать экзамены на 4 и 5, защитить диплом по специальности экономист-математик и не знать, чем отличается ИП от ПБОЮЛ или это одно и то же?
Почему маркетинг, страхование, бух учет, менеджмент – нам читали преподаватели, которые были старше 60 лет по книгам 20-летней давности? А экономику фирмы вел дедуля, которому было лет 75, и он умер от старости прямо перед зачетом.
Зачем вы меня учили про кривую хикса, эластичность по цене, свот-анализ и градиент? Если я все это знаю, почему я себестоимость своего продукта рассчитываю, просто складывая в икселе все затраты в расчете на единицу, а розничную цену определяю интуитивно, т.к. не совсем понимаю, как эту формулу, которую мы проходили, применить в реальной жизни.
Зачем мне 2 семестра рассказывали про теорию экономических отношений? Любой человек понимает, что есть спрос, а есть предложение и они взаимосвязаны. Каждый знает, что монополия – одна фирма, олигополия – несколько, конкуренция – много.
Зачем об этом целый год говорить и как знание биографии Маркса поможет мне выбрать правильную рекламу своего товара, создать сайт в вордпресс, сделать макет листовок, найти поставщиков, провести презентацию товара, привлечь людей в группу в Контакте?
Я не знаю, как выписывать чек покупателю, я не знаю, где взять кассовый аппарат, нужен ли он мне, и как им пользоваться, я не умею учитывать расходы и доходы (но знаю статьи дебета-кредита бухгалтерского баланса – на 3м курсе проходили, на пятерку сдала).
И самое неприятное, даже, если я буду нарушать закон, я даже не узнаю об этом, т.к. я понятия не имею, что можно делать, а что нельзя (правоведение и налогообложение – тоже на 5 сданы).
Почему мои одногруппники работают агентами по продажам и раздают листовки в торговых центрах, а некоторые вообще до сих пор работу найти не могут?
Может быть потому, что они НИЧЕГО не знают и не умеют? Короче уважаемый ректор спбгуэф, некогда мне тут разглагольствовать, т.к. надо сейчас весь интернет перерыть, чтобы почитать информацию про налоговую отчетность и организацию ИП – простейшую единицу рыночных отношений, про которые мы 5 лет, 6 дней в неделю слушали, записывали, зубрили, сдавали экзамены и защищали дипломы, и о которых я ничего не знаю, как оказалось.
П.С: 5 лет в вашем вузе – самое бездарное времяпрепровождение, какое только может быть. Хорошо хоть я после 1-го курса работать начала, иначе совсем бы отупела.
Из десятков дисциплин, которые у нас были, пригодились только английский, физкультура и теория вероятностей. Из преподавателей – реально чему-то научили 1-2 человека.
Кроме 4 лучших друзей эти годы ничего мне не дали абсолютно. За 1 год жизни в Китае, сменив десяток работ, я узнала в сто раз больше и увидела, что такое экономика на самом деле.
Если вы думаете, что она описывается пересечением кривых IS-LM, то могу сказать, что вы неправы. Ставьте двойку. Диплом в помойку, тем, у кого красный, – тем более.
ВУЗ ваш отстой, лучше сразу ребенка дворником отправить работать, чем 5 лет по 200 тыс. в год платить за обучение. Чем продолжать так учить детей, лучше закройтесь вообще и устройте в здании музей, исторический объект как-никак, бывшее здание ассигнационного Банка России.
С уважением, Давыдова Екатерина». http://katjadavydova.livejournal.com/75469.html
(продолжение следует)

Ю.И. МУХИН

Источник

Реклама
 

Метки: , , ,

Взяли власть. Чего не делать?


Чего не делать

Прежде, чем начать разговор о том, что нам надо делать, следует оговорить то, чего нам делать не надо, хотя, приняв на себя ответственность за Россию, это и так будет понятно.

Прежде всего – НЕ НАДО ДЕЛАТЬ НИКАКИХ РЕВОЛЮЦИЙ НИ В ЧЕМ.

Введя суд народа над властью – над собою, мы уже произведем революцию, каких еще не видела история. Вот ее и достаточно.

Да, нам придется делать существенные изменения в обществе, но, тем не менее, никаких резких движений делать нельзя, и во всех делах действовать по принципу – не навреди!

Начнем с того, как сделать революцию без революции.

Революция (переворот) это резкая ЗАМЕНА ОДНОГО ДРУГИМ, причем, старое уничтожается или сразу же упраздняется. Вот до нас власть была безответственной, мы ее делаем отвечающей перед народом. Это революция. Но во всем остальном нужно вводить новое, но НЕ СПЕШИТЬ УПРАЗДНЯТЬ СТАРОЕ, и тем самым дать новому самому похоронить старое – сделать так, чтобы люди сами отказались от старого, ввиду неспособности старого конкурировать с новым.

А теперь ответим на вопрос, почему не нужны революции.

Мы придем, чтобы установить в России справедливость. Это так.

Но по этому вопросу у всех слоев населения разное мнение. Приняв какую-либо одну строну, даже если это большинство населения, мы даже благодарности от этой стороны не дождемся (она примет это как должное), зато вызовем резкое сопротивление других сторон. Возникнет конфронтация, а она нам нужна меньше всего. Вопрос справедливости таков, что его сначала нужно согласовать в обществе, и только когда у подавляющего большинства населения созреет достаточно одинаковое представление о справедливости по тому или иному вопросу, только тогда внедрять в жизнь именно эту справедливость.

Кроме этого, у нас сейчас много борцов за справедливость, но если к ним присмотреться, то это борцы за халяву под соусом справедливости. Многие из них стали борцами за справедливость только потому, что не успели украсть, и теперь надеются на реванш. Да, не удовлетворив свою алчность, они будут голосовать за наше наказание. Ничего, переживем. Для нас важно другое: мы руководители страны, и это мы ОБЯЗАНЫ ВЕСТИ ЗА СОБОЙ народ, а не болтаться на поводу у живущих одним днем алчных и глупых крикунов. Даже если их и большинство.

Нет сомнений, что мы испытаем яростное сопротивление извне с попыткой вызвать в России хаос, и нам этих проблем будет достаточно. Поэтому вызывать конфронтацию и хаос еще и своими решениями внутри страны, просто глупо.

Теперь о том, какие наши решения потребуются, а какие не стоит принимать.

Любое наше решение должно быть максимально взвешено, обдумано и понятно государственным чиновникам и народу. Искать варианты этого решения будем не только мы, но и чиновники исполнительной власти, и наши собственные аппараты чиновников. Но этого мало, и нам нельзя замыкаться только на чиновниках.

Во-первых. Каждое наше решение, если оно не секретно, нужно обсуждать. Обсуждать не только с теми, в пользу кого оно принимается, но и с теми, по чьей шкуре отбарабанит. Надо принимать такие решения, которые выгодны народу и будущим поколениям, но, все же, наши решения должны быть такими, чтобы вызывать как можно меньше недовольства даже у тех, кому они не нравятся. Кем бы ни были те, кто будет сопротивляться нашим решениям, но сначала мы должны смотреть на них, как на достойных людей.

Но приняв решение, нельзя колебаться ни в малейшей мере, – все силы нужно направлять на его реализацию, не ослабляя усилий до победы. Если нам будут оказывать сопротивление силой, то начинать надо с попытки уговорить врага прекратить сопротивление, возможно пойти на устраивающий нас компромисс. Если попытка не удается, то требуется решительное, быстрое и жестокое подавление сопротивления силой. На войне жестокость является милосердием. Нельзя вести войну нерешительно и полумерами – таким путем она не гасится, а раздувается.

Во-вторых. Не зацикливать на себя все. Стараться спустить с Москвы вниз как можно больше прав и обязанностей по решению проблем на местах. На местах это будет не нравиться, с мест будут просить решения у нас, поэтому надо будет искать компромисс – и не отказывать, и приучать людей работать самим.

Как–то прослушал заведующего кафедрой государства и права юридического факультета МГУ В. Томсинова, убеждавшего политически активных москвичей в том, что их митинги против фальсификации выборов бесполезны потому, что народ, дескать, имеет низкое правосознание и соглашается с преступлениями. Это типичный образ мысли академического бюрократа. Он видит стотысячные митинги протеста, но все равно – это он умный, а глупый народ соглашается мириться с преступлениями, поскольку имеет низкое правосознание.

Давайте вдумаемся в происхождение закона. Люди сталкиваются друг с другом, вступают во взаимоотношения и со временем, исходя из своего менталитета, из местных условий и потребностей, люди вырабатывают правила своих отношений, которые сначала существуют в виде обычаев. Но некоторые люди эти обычаи нарушают, таких нарушителей обычаев наказывают, и это всем понятно и всеми принято. Из устоявшихся обычаев рождается закон, утверждающий обычай. Такой, вытекающий из обычаев закон, людям понятен, он для них естественен, естественно для них и наказание за нарушение такого закона.

Однако государство плодит умников, изучивших римское право и презирающих свой народ. Эти умники, как бы для блага народа, а на самом деле, для оправдания своих жалований, плодят законы не из народных обычаев и потребностей, а из собственных голов. И эти законы, во-первых, народу не нужны, во-вторых, противоречат сложившимся или складывающимся обычаям. И вступает в силу правило, подмеченное еще Салтыковым-Щедриным: «Россию всегда спасало то, что у нас глупые законы дурно исполняются». А умники, осилившие на юридическом факультете римские сервитуты, как видите, все пеняют на народ – на его низкое правосознание.

Правосознание у народа нормальное, просто не надо народ насиловать дурацкими законами из Москвы, да еще и в немеряных количествах. И уж, конечно, ни в коем случае нельзя уподобляться нынешним идиотам Думы, которые хвастаются, к примеру, что только Госдума пятого, последнего созыва «приняла 1 тысячу 581 федеральный закон и одобрила 27 федеральных конституционных законов». По два закона в рабочий день! Это означает, что эти бараны, именующие себя депутатами, нажимали на кнопки, не соображая не только того, нужен или нет их закон людям, но и за что именно они голосуют. В настоящее время количество нормативных актов таково, что незнание человеком законов неизбежно в принципе: например, Система ГАРАНТ содержит банк правовой информации объемом более 3,9 миллионов документов. Это значит, что если знакомиться с каждым уже имеющимся документом не более 2 минут, то уйдет целая жизнь (40 лет по 8 часов ежедневно). В Государственной системе распространения правовых актов в электронном виде (ГСРПА) ежемесячный прирост информационно-правовых фондов составляет порядка 10 тыс. документов – т.е. база растёт со скоростью более 330 документов в сутки, при этом не успевают публиковать даже некоторые кодексы в действующей редакции (например, Налоговый кодекс). Никому это тупое обилие законов не нужно, и, кстати, каждое наше решение (наш закон) обязано быть понятно любому нормальному человеку и, прежде всего, нам, поскольку мы, законодатели, и будем его единственными толкователями.

Наконец. Да мы поведем народ за собой, но это не значит, все наши решения должны исходить только от нас и чиновников, надо не бояться предлагать самому народу искать решения, благо, современные средства связи позволяют обратиться ко всем гражданам. В конечном итоге нам все равно, кто найдет толковое решение вопроса – мы, чиновники или какой-нибудь гражданин, поскольку ответственность за это решение все равно будем нести мы. Обращаться к народу надо не для пиара, не для «одобрямс». Тут, как раз, очень может быть, что наше лекарство окажется горьким, и пока не будет виден результат решения, большинству народа само наше решение может и не нравиться.

Обращаться к народу надо за получением вариантов нашего, власти, решения (вариантов наших законов). Как ни странно, есть много простых людей, не являющихся чиновниками, тем не менее, увлекающихся теми или иными вопросами общественной жизни. Занимаясь своими делами, они находятся, так сказать, «на стыке наук», и могут предложить более выгодный вариант решения, нежели чиновник-профессионал, или «ученый». Главное, чтобы мы поняли, что нам предлагают.

Кроме этого, такой работой с обществом мы выявим активных и умных людей, которые будут являться кадровым резервом, как для чиновничества, так и для нас самих. Не сладкоголосые болтуны и профессиональные «радетели народные» должны попадать во все властные структуры, а люди, способные к государственной деятельности. А отличает таких людей любознательность и способность находить решения по государственным делам. Нельзя отгораживаться от народа своей властной исключительностью и разделять людей на умных и тех, от кого, якобы, ничего умного не услышишь. Да, миллионная толпа ничего умного не предложит, но в этой миллионной толпе может найтись и тот, кого стоит выслушать, и нам нельзя упускать такой шанс.

Разумеется, сказанное выше не значит, что мы сами не должны думать, а можем явиться во власть, и уже оттуда спрашивать народ, а что нам делать? Как сегодня толпа «депутатов» является в Думу и спрашивает аппарат Думы и президента, а когда и какие нам кнопки нажимать? Мы сами обязаны иметь четкое представление, если и не сразу о том, как нужное получить (пути могут очень сильно зависеть от конкретной обстановки на момент принятия решения – на момент нашего прихода к власти), то уж о том, что именно мы хотим получить, мы обязаны иметь четкое представление. Хотя бы о главном и принципиально.

Итак, о том, что нам надо получить.

(продолжение следует)

Источник

 

Метки: , , , ,