RSS

Архив метки: Глобализация

Экономические конфликты угрожают перерасти в глобальную торговую войну


Ник Бимс
11 июня 2016 г.

Продолжающаяся стагнация мировой экономики, характерной чертой которой является падение инвестиций и перепроизводство в базовых отраслях промышленности, провоцирует рост торговых протекционистских мер со стороны крупных держав, прежде всего США.

Несколько дней назад американская Комиссия по международной торговле (ITC) начала процесс расследования поведения китайских сталелитейных комбинатов, которых американская сталелитейная компания US Steel Corporation обвиняет в краже корпоративных тайн и сговоре с целью фиксации цен.

Избыток производственных мощностей в Китае, особенно в сталелитейной промышленности, стал частью повестки дня «стратегического и экономического» диалога США и Китаем в Пекине на этой неделе. Замминистра финансов США, отвечающий за международные вопросы, Натан Шитс (Nathan Sheets), недавно призвал Китай дать возможность промышленности страны «свободнее отражать потенциал и спрос мировых рынков». Другими словами, Китай должен сократить производство.

Перепроизводство в китайской металлургической промышленности считается причиной увеличения дешевого экспорта, потери рабочих мест и закрытия предприятий в Европе и США.

Новые тарифы на импорт стали в США привели к росту цен на американском рынке, но власти пойти дальше. Промышленный избыток производственных мощностей имеет важное значение «для мировой экономики, и мы надеемся добиться определенного прогресса» в Пекине, сказал Шитс на брифинге в Институте Брукингса в Вашингтоне.

Этот вопрос таит в себе, однако, массу противоречий, так как многие индустриальные компании США в своей бизнес-модели опираются на дешевую импортную сталь. Стюарт Барнетт, глава чикагской Barsteel Corp, которая поставляет детали целому ряду производителей, сказал, что правительство «очень успешно» не пропускает в страну самые дешевые типы стали. «Но теперь надо опасаться того, что Китай станет использовать дешевую сталь для себя и будет производить продукты, которые подорвут позиции конкурентов», — сказал он.

Другими словами, подавление яростной борьбы за рынки и прибыли в одной части индустриальной экономики будет вести к её возрождению в другой части.

Давление на Китай со стороны США с требованием сократить там производство и экспорт, наткнулось на резкую реакцию со стороны китайского правительства.

Выступая на брифинге в Пекине 2 июня, Чжу Гуанъяо, замминистра финансов Китая, сказал: «Торговые споры между Китаем и США должны быть рассмотрены соответственно с принципами Всемирной торговой организации (ВТО). Мы против злоупотребления мерами ограничения торговли».

Еще более резкая реакция со стороны Китая была озвучена компанией «Хэбэй» (Hebei Iron & Steel Group), являющейся крупнейшим производителем стали. В заявлении, размещенном 2 июня на своем веб сайте, «Хэбэй» осудила расследование со стороны США:

«Протекционистские меры, принятые в США по необоснованным обвинениям, серьезно нарушают правила ВТО, искажают нормальную мировую торговлю сталью и вредят существенным интересам китайских сталелитейных заводов и американских покупателей стали», — говорилось в заявлении.

US Steel подала свою жалобу месяц тому назад, утверждая, что в 2011 году она стала жертвой китайского компьютерного взлома. ITC теперь взялась за это дело, назвав 40 подозрительных китайских производителей металлургии и дистрибьюторов.

Корпорация Baosteel, второй по величине производитель стали в Китае, четвертый в мире и один из предполагаемых нарушителей, заявила, что США нарушает правила ВТО, призвав китайское правительство принять все необходимые меры для защиты металлургической промышленности страны от несправедливого преследования.

Согласно Саймону Эвенетту (Evenett), профессору международной торговли Университета Санкт-Галлена в Швейцарии, который занимается мониторингом протекционистских действий, это расследование может спровоцировать введение гораздо более широких мер, возможно даже полное эмбарго на импорт стали из Китая.

«Самым важным является потенциальный масштаб этого дела по сравнению с мелкими уколами, которые мы наблюдаем в течение последних девяти месяцев, — сказал он газете Financial Times. — Надо бить в колокол. Это действительно крайне взрывоопасно».

Конфликты выходят за рамки торговли сталью и распространяются на всю систему функционирования ВТО — международного органа, отвечающего за регулирование глобальной торговой системы. Конфликтам способствует агрессивное давление со стороны Соединенных Штатов на двух фронтах.

Во-первых, на прошлой неделе США заявили другим членам ВТО, что они налагают вето на повторное назначение Сюнг Ва Чанга (Seung Wha Chang), уважаемого южнокорейского эксперта по международной торговле, на второй срок в апелляционном суде организации. Этот орган выносит решения по международным торговым спорам. Повторное назначение на второй срок являлось в прошлом почти автоматической процедурой.

Вашингтон указал на несколько решений, которые были приняты не в пользу США и назвал их образцами того, что он называет «чересчур широкими» и «абстрактными» решениями.

«Апелляционный орган не является академическим, способным выносить решение по какому-либо вопросу просто потому, что он представляется абстрактно интересным этому органу или некоторым его членам, — объявили США. — Роль апелляционного органа не состоит в участии в абстрактных дискуссиях».

Другие члены ВТО, включая Бразилию, Японию и Евросоюз, говорят, что вето США рискует подорвать независимость апелляционного органа и всей системы. ЕС заявил, что действия США беспрецедентны и представляют собой «очень серьезную угрозу независимости и беспристрастности нынешних и будущих членов апелляционного суда».

Этот шаг США вызвал появление в начале июня весьма критической редакционной статьи в газете Financial Times. Газета отметила, что поскольку так называемый Дохийский раунд многосторонних торговых переговоров в прошлом году распался, — в основном в результате решения США прекратить дальнейшие дискуссии, — то последнее, что нужно ВТО, это еще один удар по ее авторитету. С падением роли ВТО в деле выработки глобального торгового режима, её единственной реально остающейся задачей станет примирение споров между правительствами в рамках существующих торговых правил и отдача распоряжений «нарушителям правил с указанием, что они обязаны соответствовать таковым».

«Тот факт, что США сейчас пытаются подорвать авторитет суда удалением судьи, который иногда не согласен с американской точкой зрения, вызывает серьезную тревогу», — отметила газета.

Этот эпизод, продолжила редакционная, лишний раз оправдывает, по крайней мере, в данном случае, «тех критиков, которые утверждают, что Вашингтон стоит за глобальное сотрудничество лишь постольку, поскольку он контролирует его международные институты. Это серьезное обвинение, и действия США его не опровергают».

Во-вторых, вопрос апелляционного суда связан с другим назревающим конфликтом в рамках ВТО. Вслед за своим вступлением в ВТО в 2001 году Китай пытается получить сейчас «статус рыночной экономики», что затруднило бы преследование китайских компаний по обвинениям в демпинге, т.е. продаже товаров по заниженным ценам.

Согласно сообщениям в прессе, США стремились не допустить того, чтобы Китаю повысили статус, в то время как некоторые европейские державы, в том числе Великобритания, поддерживают этого решение. Британское правительство изображает себя «лучшим другом» Китая на Западе, поскольку финансовые интересы лондонского Сити связаны с расчетами на то, чтобы извлечь прибыль из расширения китайской инвестиционной и финансовой деятельности. Великобритания заявила, что если Китаю будет предоставлен полный рыночный статус, антидемпинговые обвинения могут по-прежнему рассматриваться в соответствии с правилами ВТО. Но это, видимо, не оказало никакого влияния на возражения США в отношении статуса Китая.

В условиях глобального избытка производственных мощностей, постоянно подавленного спроса и опасений относительно стагнации производительности труда в ведущих развитых странах, глобальные торговые конфликты усугубляются. Вместе с непрерывным ростом экономического национализма, они угрожают развязыванием глобальной торговой войны, аналогичной той, которая вспыхнула в 1930-е годы. В тот период рост протекционизма стал преддверием мировой войны.

Сегодня рост экономического национализма в условиях повторного длительного мирового спада аналогичным образом подпитывает конфликты, которые угрожают перерасти в глобальный пожар.

 

Метки:

Глобализация: идеологическая и социальная база


С. Батчиков
Во многих местах мира мы видим сегодня, как люди, завладевшие грязными или явно преступными деньгами, часто обладающие наихудшими моральными качествами, получают при помощи этих денег возможность торжествовать над честными и даже наилучшими людьми. При чем делают они это исключительно нагло и глумливо, растлевая все вокруг и особенно молодежь. Мы переживаем общечеловеческую культурную катастрофу. И хотя борьба в ней нарастает подспудно и противоречиво, буквально каждый человек на Земле уже стоит перед личным выбором позиции в этой борьбе. Уклониться от этого выбора не удастся никому.

Введение: от отрицания к доктрине сопротивления

За последние годы доктрина глобализации достаточно полно изложена в программных выступлениях ее идеологов и шаги по ее реализации вырази­лись в эмпирических фактах, которые поддаются изучению. С другой сторо­ны, и эта доктрина, и практика ее воплощения в жизнь стали предметом критического обсуждения и в научной литературе, и на множестве форумов. Одним из таких авторитетных форумов стали эти регулярные встречи в Гаване с участием виднейших ученых и общественных деятелей.

Важным источником знания о доктрине и практике глобализации является и ее «зеркало» – движение антиглобалистов, само ставшее глобальным явле­ни­ем. Его философия и способ действий, возникнув как производное-антаго­нист от философии и способа действий глобалистов, служат для нас инстру­ментом анализа.

Таким образом, к настоящему моменту мы имеем достаточную базу для того, чтобы от общего отрицания и разоблачения замыслов по созданию Но­во­го глобального порядка, радикально ломающего сложившееся мироустройст­во, перейти к выработке рациональной позиции по отношению к этим замыслам и практике глобализации и, исходя из этой позиции, к выработке всех необходимых компонентов эффективной политики в отношении глобализации. Понятно, что на этой стадии неизбежно размежевание в соответствии с ценностями и интересами разных групп и движений. Но это – необходимый момент во всяком широком движении, связанном рыхлой, смут­ной солидарностью, особенно солидарностью отрицания. Именно после прохож­де­ния этого этапа становится возможным структурирование движения и использование эффективных и многообразных форм сотрудничества. Хотя, конечно, утрата этой смутной «теплой» солидарности, как и всякая болезнь роста, переживается тяжело.

Каждая страна, каждая культура или социальная группа воспринимает в чем-то разные воздействия глобализации, причем воспринимает их разными, специфически своими «рецепторами». Поэтому для всех нас исключительно важны форумы, подобные этому. Обмениваясь опытом и впечатлениями, мы преодолеваем локальную специфику восприятия и совместно создаем целост­ную и более достоверную картину реальности и ее динамики.
История жизненного цикла СССР как ключ к пониманию глобализации

Какую ценность для создания этой картины может иметь опыт России в ее нынешнем состо­янии? Мы видим это следующим образом и были бы рады, если бы товарищи из других частей мира сообщили, какое знание о российском опыте пред­став­ляет для них особый интерес.

1. Разработка доктрины глобализации велась в тех же организациях, теми же людьми и теми же методологическими средствами, что и разработка стратегического плана последней большой кампании холодной войны против СССР. Можно даже считать обе стратегические концепции частями единого плана нового мироустройства.

Мы считаем, что понимание того, что произошло в СССР за два послед­них десятиле­тия, является важным условием для понимания сути глобализа­ции и прогнозирования ее результатов — для всех стран и культур, не входя­щих в состав «метрополии» создаваемого мироустройства.

Опыт поражения СССР в последней кампании холодной войны является не умозри­тельным, он уже есть достояние истории, открытое для точного иссле­дования. Это знание, оплаченное страданиями десятков миллионов лю­дей, должно быть взято на вооружение, чтобы избежать новых страданий миллиардов людей. Мы привезли на эту встречу «Белую книгу об экономи­ческой реформе в России. 1991-2001». Она издана Народно-патриотическим союзом России и наглядно показывает, до какой степени можно разрушить хозяйство второй в мире промышленной державы, политический режим которой принял правила глобализации.

С горечью должны констатировать, что и мировое левое движение, и националисты «третьего мира» бегут от этого знания. Не имея сил взглянуть в лицо страшной правде, они следуют страусиной политике и предпочитают верить упрощенным, но совершенно лож­ным объяснительным моделям, кото­рые внедряют в сознание антисоветские идеологи. В сущ­ности, это одна и та же модель, которую с небольшими вариациями излагают неоли­бералы, социал-демократы и троцкисты.

Горечь наша вызвана не тем, что антисоветизм стал общепризнанным атри­бутом политкорректности левых, нас это давно не волнует. Дело чисто практическое. Перед нами – опыт падения большой оборонительной системы против глобализма. Но мы, искренне считая себя армией борцов против глобализма, не желаем этот опыт изучить. Не желаем изучить тактику и оружие наступавших глобалистов, ни дефекты вооружения и обороны тех, кто потерпел поражение. На войне так не делают.

2. Режим, установившийся в СССР после его поражения в холодной войне, стал исповедовать идеологию неолиберализма и глобализации в ее крайнем, доходящем до гротеска выражении. Здесь – не только энтузиазм неофита, не имеющего своих убеждений и прилепившегося к новой, к тому же выгодной, истине. Здесь и страх предателя перед своим народом, стремление убедить своего покровителя в абсолютной ему верности и покорности – и таким образом получить от него гарантию и защиту.

Благодаря этому специфическому состоянию политического режима примерно поло­вины республик СССР и, прежде всего, Российской Федерации, доктрина неолибера­лиз­ма и глобализации излагается здесь наиболее откровенно, а планы ее реализации являются гораздо более ради­кальными, нежели в других частях мира. К тому же, в отличие от других стран Восточной Европы, Россия обладает большими природными богат­ствами, но в то же время слишком велика, чтобы ее можно было интегрировать в полу­периферию Запада. Поэтому для ее разрушения и превращения в бесструк­турную зону глобального «простран­ства» прилагают­ся особенно жесткие политические и культурные технологии.

Вследствие всего этого Россия стала буквально испытательным поли­го­ном для отработки оружия глобализации. А значит, и лабораторией, в которой можно изучать действие этого оружия в «чистых» экспериментах. Так надо изучать!

Сегодня критики глобализации говорят о многих ее эффектах на основа­нии пока еще слабо выраженных симптомов. Идеологи глобализации возража­ют им – на основании умозрительных аргументов. Этот академический спор уже не имеет смысла – в России эти эффекты проявляются в очевидном и зачастую жестоком выражении.

Нам говорят, например, что глобализация отнюдь не приведет к культур­ной униформизации и ликвидации национальной самобытности стран и народов. Это ложь. Страну невозможно превратить в пространство для гло­баль­ных «экономических операторов», не лишив ее национальной само­быт­ности (ибо хозяйство – часть культуры) и не превратив народ в толпу, получающую специальный культурный корм типа «Pedigree».

СССР имел сильную кинематографию, с ее особым мироощущением и художествен­ным языком. За пять лет она была уничтожена — целенаправленно и вопреки всяким требованиям «рынка». Сейчас приватизированные киностудии выпускают фильмы с жестко заданными Голливудом ценност­ными ориентациями, идеологическими клише и алгорит­мами разрешения коллизий и конфликтов. Даже если у героев русские имена, а вокруг – атри­буты русского быта и пейзажа, это фильмы голливудские, во многих отноше­ни­ях антирусские. Люди их не смотрят, и кинорынок их не принимает. Одна­ко новые владельцы киноиндустрии, ставшие совладельцами глобального производства идеологизированной масс-культуры, не считаются с потерями и не ищут быстрой локальной прибыли. Для них важнее перевоспитать российско­го зрителя, индоктринировать российскую молодежь.

То же самое можно сказать и о других подсистемах нашей культуры – школе, науке, литературе, музыке. Здесь уничтожены огромные ценности, ко­то­рые издавна считались принадлежностью мировой культуры. На них в сущест­венной мере опиралась и культура Запада. Новые хозяева мира созна­тель­но пошли на эти издержки.

Наблюдая в течение десяти лет этот процесс, мы с полной уверенностью может сказать, что все эти технологии будут рано или поздно применены во всех регионах мира, превращаемых в периферию нового глобального миро­устройства. Ни у одного народа на этот счет не должно быть никаких иллю­зий. Глобализация – это мировая контркультурная революция. Это реванш Тьмы.

3. Наконец, есть исторический пласт проблемы. Если мы хотим понять современное состояние явления и предвидеть ход его развития, нужно знать его корни. Корни и глобализации, и борьбы с ней – в начале ХХ века. Империализм – состояние мирового капитализма, не предусмотренное Марк­сом. Не распространение по планете капиталисти­ческого способа производ­ства, а создание системы центр-периферия, такой системы, в которой капи­талистическая эксплуатация периферии осуществляется извне — без создания капиталистического способа производства. Более того, финансирование модернизированных анклавов на периферии осуществляется государством за счет ограбления «внутренней колонии» – крестьянства, с неизбежной архаизацией хозяйства большинства населения страны.

Россия была в первой половине XIX века европейской сверхдержавой, но затем западный капитализм оттеснил ее на периферию, и здесь процесс возникновения особой формации – периферийного капитализма, проявился в наиболее чистом виде, без тех маскирующих суть отношений, которые существовали в колониях. Поэтому здесь и возник ленинизм – теория рево­люции не как перехода от капитализма к более прогрессивной формации, а как средства избежать втягивания страны в периферию глобального капи­тализма с неизбежной при этом утратой ее цивилизационной идентич­ности. А для России – и с неизбежной гибелью большой части населения.

Поэтому в России и началась мировая революция, «Революция против «Капитала», как назвал ее Антонио Грамши. Революция национально-осво­бодительная, революция не как преодоление исчерпавшего свой модерниза­ционный потенциал капитализма, а как предотвращение вторжения капита­лизма, высасывающего из страны жизненные соки и архаизирующего жизнеустройство ее народа.

Революции этого типа прокатились, вслед за русской революцией, по всей периферии капитализма – в Китае и Индии, в Северной Африке и Мексике. Везде со своей национальной спецификой, но родственные в главном – их антикапиталистический характер имел национально-освободительную приро­ду. Это была первая мировая война против глобализации. И лучше всего ее природа изучена на материале русской революции, поскольку здесь анти­гло­бализм обрел свою государственность и здесь же стали склады­ваться между­народные структуры антиглобализма – с недостаточным пониманием сути новых процессов, с множеством ошибок и внутренних конфликтов.

Вспомним, что германский фашизм рассматривал войну против СССР как крестовый поход Запада ради его гегемонии над периферией, ради превра­щения ряда соседний народов во «внешний пролетариат» своего «государства благополучия». Это был региональный эксперимент с глобальными претен­зия­ми на мировое господство. Репетиция новой, более консолидированной попытки с более изощренными средствами.

Соответственно, Великая Отечественная война советского народа против фашизма рассматривалась именно как война против попытки установить это господство и превратить земли народов СССР в бесструктурное пространство периферии этого «рейха национал-социализма». Здесь столкнулись два несовместимых представления о возможном и желаемом мироустройстве. И сегодня нам полезно вспомнить, как строились идеологиче­ские и организа­ционные оболочки этих двух представлений. Недаром такие большие усилия предпринимаются и на Западе, и в антисоветской России для извращения сути и истории Второй мировой войны. Нам же надо очистить эту суть и правду истории от мистификации и идеологических мифов.
Глобализация как альтернатива постиндустриализму: реванш париев буржуазии

Как же мы видим глобализацию из России? Затронем лишь некоторые стороны процесса, — те, о которых меньше говорят на форумах экономистов и технологов.

Прежде всего, глобализация ни в коей мере не является «естественным» процессом, эволюционно вырастающем при развитии структур мирового капитализма в новых технических условиях. Слово «естественный» в приложении к социальным и особенно международным политическим процес­сам в принципе является идеологическим штампом, предназначенным для манипуляции сознанием. Само применение терминов, «натурализирующих» социальные явления и процессы, исподволь готовит сознание к ассимиляции социал-дарвинистских метафор, что делает культурно более приемлемыми многие постулаты идеологии глобализации.

Слово «естественный», несущее в нынешнем политическом контексте большую идеоло­гическую нагрузку, мы отвергаем категорически и считаем необходимым вести разъяснительную работу по этому пункту. Вот некоторые признаки, несовместимые со спонтанным характером процесса.

Глобализация — это доктрина, под которой имеется хорошо разработанная философская и идеологическая база, имеющая своих творцов и пропа­ган­дистов. Это – сравнительно узкий и вполне организованный круг интел­лектуа­лов. Только для выработки идеологического обеспечения этой доктрины, ее языка, аргументации и методов убеждения созданы и активно действуют ряд престижных интеллектуальных центров, имеющих щед­рое финансирование и мощную поддержку государственных институтов и частных корпо­ра­ций, включая университеты и СМИ.

Достаточно вспомнить, что первый открытый манифест глобализации, доклад Римско­му клубу «Пределы роста» (1972) был сразу издан на 30 языках тиражом около 4 миллионов экземпляров — уровень невероятный для на­учно-популярного издания. Более 1000 учебных курсов в ведущих уни­верситетах мира использовали книгу как учебное пособие, что свиде­тель­ствовало о воздействии доклада на мировую научную элиту.

Глобализация – вовсе не ожидаемый результат развития тех структур капитализма, которые созрели в ходе «второй волны» цивилизации. Это – именно разрыв непрерывности, изменение всей траектории индустриальной цивилизации в ее ядре, Западе. Еще в начале 70-х годов мыслители индустриа­лизма предвидели приход «третьей волны» – постиндустриализма – как преодоление отчуждения человека от предмета труда и преодоление рынка вследствие научно-технической революции и превращения науки в непосредственную производительную силу. Концепция постиндустриализма была развитием универсалистской утопии Просвещения. Человек, согласно установкам этой концепции, освобождался от цепей отчуждающего кон­вейерного труда фабрики. Ведущим институтом постиндустриальной циви­лизации становился, в широком смысле слова, Университет.

Вышло иначе, возможностями новых технологий на Западе овладел не ученый и организатор производства нового типа, а совершенно иной социаль­ный тип – финансист-спекулянт. Он подавил и Фабрику, и Университет, и Государство. Институтами, определяющими судьбу человечества, должны стать, по его проекту, Банк и Биржа. Мы еще не осознали в полной мере мировоззренческий и культурный смысл этой претензии, глубину и радикальность проекта.

Современный Запад возник в результате культурной мутации, которая разделила человека и природу, субъекта и объект, слово и вещь. Бумажные деньги отделились от золотого эквивалента вещи, материальной ценности. Они стали жить своей жизнью, как Тень, освободившаяся от своего Хозяина. Возник финансовый капитал, деньги «по природе своей стали плодоносны». Сегодня «электронные деньги» оторвались от бумажных, и этот разрыв глубже прежнего – теперь уже знак оторвался от слова и потерял всякую связь со смыслом. Произошел, как говорят, разрыв между семиотикой и семантикой.

Деньги, освобожденные, согласно постулатам монетаризма, от «архаич­ной» связи с натуральными экономиче­скими показателями, наращиваются и «сгорают» вне всякой связи с состоянием реального хозяйства. Финансовые игроки оперируют дело с семиотической сутью новых денег, позволяющей создавать виртуальные финансовые пирамиды. Но, выступая как потребитель богатства и заказчик дорогостоящих реальных войн и политических прово­ка­ций, эта нео-буржуазия требует за свои виртуальные деньги твердой наличности — и получает ее за счет ограбления человечества. Причем ограбле­ния вовсе не равномерного – государства метрополии позаботились о том, чтобы политическими, в том числе военными средствами, установить такие правила игры в мировой экономике, что бедные всегда оказываются в проигры­ше. Изложенные в последнее десятилетие доктрины разделения чело­вечества на «расы» победителей и проигравших, поражают своей откровен­ностью и жестокостью. Отказ от норм Просвещения является демонстра­тив­ным и фундаментальным.

Подчеркнем еще раз, что эта новая реальность вовсе не «выросла» из индустриального производственного капитализма, цикл воспроизводства которого обозначается формулой Д-Т-Д’. На арену вырвались парии капита­лизма – авантюрный спекулятивный капитал. Мы видим не просто страсть к наживе, а и страсть социального реванша со стороны предельно а асоциаль­ных групп-изгоев, которые целую историческую эпоху ощущали себя предельно униженными и маргинальными. Мы втягиваемся в мировую монетаристскую революцию отщепенцев. «Деньги — родина безродных» (С.Московичи).

Латентная опасность консолидации этих групп и их рывка к экономиче­ской и политической власти существовала с самого зарождения современного капитализма и была осмыслена в социологии. Русский философ А.С.Панарин с этой точки зрения сравнивает две альтернативные теории буржуазии – Макса Вебера и Георга Зиммеля. Исходной точкой обеих теорий было представ­ление о буржуа как мар­гинальном типе в традиционном обществе, как подозрительной фигуре, одержимой противоестественной страстью к наживе. Далее, однако, трактовка становления капитализма у двух мыслителей расходится.

Вебер считал, что сама буржуазия разделяется на два принципиально разных типа. Авантюрный ростовщический капитал воспроизводит финансового спекулянта как парию общества, ведущего свою генетическую линию от средневекового еврея-ростовщика. Напротив, продуктивный тип буржуа, ведущий происхождение от протестантских аскетов и изначально связанный с большой морально-религиозной традицией («протестантской этикой», интегрируется в общество как рациональный организатор промы­шлен­ного производства. Хотя в период империализма налицо было сращи­вание финансового и промышленного капитала, культурные и социальные различия двух типов буржуазии Вебер считал фундаментальными.

Напротив, Георг Зиммель полагал, что различия между двумя типами бур­жуазии несущественны. Для обоих главным мотивом деятельности является прибыль вообще, как самовозрастание денег. А значит, что как только технологически и политически станет возможно «производство денег» независимо от материального производства, новые буржуа оставят нудный труд по организации промышленности, дающей прибыль в 7-10%, и займутся денежными спекуляциями.

Сейчас мировая верхушка буржуазии, похожа, качнулась в сторону, предсказанную Зиммелем. Краткосрочный спекулятивный капитал дает такие доходы, что центром общества стал именно банк, а не предприятие. И буржуа предпочитают вкладывать деньги не в местную социальную среду, улучшая ее и становясь ее патриотами, а в спекуляции – в той точке мира, где прибыль максимально. Свою «местную» среду спекулянты предпочитают покидать — чаще всего прихватив при этом «мобилизованные», ставшие «летучими» ресурсы, столь необходимые для развития этой среды. Буржуазия стала осо­бой финансовой кастой, а население Земли — тем туземным населением, кото­рое надо обирать. И эта каста назвала себя глобалистами, чтобы под­черкнуть свою автономию и отстраненность от национальных норм и интересов.
Глобализация – «революция гуннов» против государства

Для глобалистов нет своих стран, а есть свое всемирное племя-каста и всемирные туземцы. Произошел разрыв искателей денег со всеми правовыми и нравственными нормами, на которых держалось прежнее мироустройство, при котором человеческий род был организован в народы, а их права и обязанности, соединяющие людей в общества, были оформлены как госу­дарства. И средний человек сегодня просто потрясен и парализован той наглостью и последовательностью, с которой глобалисты ведут демонтаж всего здания культуры и морали, освобождая себя от всех сдерживающих норм. В этом с ними не сравнятся ни постмодернисты элиты, ни контркультурные антицивилизационные течения социальных низов.

Этот новый виток капитализма привел к бурному, взрывному развитию антисоциальной и антигуманной философии и морали, экономически и политически консолидировал ее носителей и выразителей. Как будто все темные и низменные силы, которые до этого прятались в порах общества и на социальном дне вдруг вышли на улицу и атаковали прежний нравственный и правовой порядок. Это – не «восстание масс», о котором писал Ортега и Гассет, это именно революция отщепенцев, хотя и имеющая генетическую связь с тем восстанием. И нет никаких сомнений: ставшая возможной благодаря важным прорывам в технологии, эта революция регрессивна, это революция гуннов.

С. Московичи, комментируя Г. Зиммеля, так пишет о социальной базе этой революции регресса «Прежде всего, эта категория должна находиться на некоторой дистанции по отношению к ценностям и благам коллектива, проявлять безразличие по отношению к его судьбе. Далее, ей должно быть отмерено время, и она должна жить под угрозой постоянного ультиматума… Повсюду существуют инородцы, еретики… люди, исключенные из общества из-за опасности, которую они представляют для общества, если не для всего человеческого рода… Никакая другая роль не позволяет им существовать и даже приобрести некоторое могущество. Лишь деньги могут дать это, и они хватаются за них как за спасательный круг».

Во многих местах мира мы видим сегодня, как люди, завладевшие грязными или явно преступными деньгами, часто обладаю­щие наихудшими моральными качествами, получают при помощи этих денег возможность торжествовать над честными и даже наилучшими людьми. При чем делают они это исключительно нагло и глумливо, растлевая все вокруг и особенно молодежь. Мы переживаем общечеловеческую культурную катастрофу. И хотя борьба в ней нарастает подспудно и противоречиво, буквально каждый человек на Земле уже стоит перед личным выбором позиции в этой борьбе. Уклониться от этого выбора не удастся никому.

Дело, разумеется, не в нравственности, а в том, что глобализация ликвидирует качественные различия в происхож­дении денег, и, следующим шагом, различия между нормальной и теневой, а затем и преступной экономикой. И логика этого процесса неминуемо легитимирует множество видов «криминальной хрематистики», включая такие сверхрентабель­ные виды бизнеса, как торговля наркотиками, живым товаром (работорговля и индустрия проституции), торговля человеческими органами и т.д.

Мощное давление, которое агенты глобализации оказывают на государства и системы права, уже привело к тому, что финан­со­вые спекулянты могут абсолютно безнаказанно разорять целые континенты и вывозить из разоренных стран сотни миллиардов долларов, обесценивать труд мил­лио­нов людей, не подпадая при этом ни под одну из статей уголовного кодекса. Эти спекулянты ведут тихий геноцид оказавшихся незащищенными народов, подрывая условия всякой нормальной жизни. Это самым драматическим образом отразилось, например, в демографической динамике в России.

Каста спекулянтов-глобалистов, которые благодаря летучести денег, быстроте собственного перемещения в пространстве и отчужденности от национальной культуры приобрела качества экстерриториальности, превратилась в подобие новых гуннов, нависших над Землей наподобие электронного облака. Они – везде и нигде, и они создают поле, влияющее на жизнь каждого оседлого жителя Земли. Эти оседлые жители под воздействием электронных СМИ, находящихся под контролем тех же гуннов, стараются не задумываться о возможных и неизбежных последствиях движения по тому коридору, в который втягивают человечество «странные аттракторы» глобализации.
Глобализм и манипуляция сознанием

Людям навязан псевдодиалог в котором идеологи глобализации или внушают, будто у человечества нет альтернатив, или обсуждают ложные дилеммы. Плоскость, в которую загнана мысль среднего класса, вообще не пересекается с реальностью. Вспомним главные идеологические клише.

«Глобализация – естественный процесс, и поэтому ей бесполезно сопротивляться!» Какая чушь! С какой стати политическая программа, спла­нированная в десятке теневых штабов представителями ничтожного меньшинства, получает статус естественного, природного процесса? Но даже если бы этот процесс был естественным – почему же ему нельзя со­про­тивляться? Это обычный блеф господствующей касты. Человек тем и отли­чается от растения, что непрерывно сопротивляется естественным процес­сам – даже животные, не обладая разумом и нравственностью, сопротивляются.

«Глобализация неизбежна, и задача прогрессивной общественности – внести коррективы в этот процесс. Превратим глобализацию под знаменем крупного капитала в нашу, освободительную глобализацию!» Не таков ли сегодня лозунг многих искренних антиглобалистов? А ведь известно, что принять язык противника – значит наполовину ему подчиниться. Глоба­ли­зация – слово, уже насыщенное глубоким и четким смыслом. Она есть отрица­ние универсализма, утверждающего единство и солидарность человеческого рода. Вести борьбу за солидарное и справедливое мироустройство под именем глобализации – нонсенс, системообразующая магия этого имени – в руках мировой финансовой верхушки. Ведь так можно договориться до того, что фашизм есть одна из разновидностей солидарности, так давайте противопо­ста­вим фашизму Гитлера наш, хороший фашизм. Нет, глобализации мы можем противопоставить только новый универсальный проект мироустрой­ства, основанного на солидарности трудящихся, сотрудничестве народов, взаимодействия и многообразия культур.

Иногда даже крупные политики предлагают критикам глобализации вступить в дискуссию о балансе выгод и потерь от этого изменения мироустройства. Сама их постановка проблемы показывает, что они или недобросовестны, или сами попали под воздействие идеологической манипу­ляции. Прежде всего, они уходят от фундаментальных вопросов и принижают ранг проблем. Они представляют глобализацию как набор частичных улучшений и ухудшений некоторых сторон жизни. Проблемы бытия подменяют проблемами быта.

На деле глобализация как смена самого типа мироустройства означает кардинальный разрыв с той траекторией, по которой развивалось человечество последние три века – со всеми системами норм и запретов, представлений о добре и зле, о правах и обязанностях людей, собственников, власти, со всеми системами международного права. Одно только устранение суверенитета стран над их территориями и природными ресурсами кардинально изменяет не просто условия жизни народа, но и саму возможность выживания людей. Например, 2/3 территории России имеют среднегодовую температуру ниже -2º. Производство и сама жизнь здесь требуют повышенных затрат энергии. С точки зрения «мирового рынка» нерентабельно тратить нефть на отопление жилищ русских, якутов, народов Сибири, эта нефть должна быть отдана в те зоны мира, где за нее больше заплатят. Но при этом русские и якуты останутся «оседлыми», им не позволят переместиться вслед за изъятой у них нефтью во Францию или США. Уже сегодня для внутреннего потребления на одного жителя Российской Федерации остается лишь 30% той нефти, что он имел в 1985 г. Остальная отправляется в «метрополию».

Когда пропагандисты глобализации имитируют диалог, они сознательно игнорируют фундаментальное различие между векторными и скалярными величинами. Они полностью исключают категорию выбора. Проблему выбора пути подменяют проблемой технического решения, говорят не о том, «куда и зачем двигаться», а «каким транспортом».

Конечно, лишение целых народов жизненно важных ресурсов и превра­щение их в «общности, которые нет смысла эксплуатировать», а их страны в «конченые страны», происходит сравнительно медленно, с духовной анестезией, над которой трудится армия социальных психологов и журна­листов. В этом процессе поворот в массовом сознании произойдет только когда народы будут втянуты в катастрофу общенационального бедствия – когда начнет действовать не логическое мышление и анализ причинно-следственных связей, а инстинкты выживания и продолжения рода.

Но есть в глобализации и быстрые процессы, с коротким инкубационным периодом – так что жизнеустройство больших масс людей разрушается после достижения порога столь быстро и радикально, что в этих локальных очагах глобализации будущее оказывается предъявленным с очевидностью. Это – критические эксперименты глобалистов, и мы обязаны вытаскивать их на всеобщее обозрение и препарировать для анализа.
Смута – союз «отщепенцев верха» с «отщепенцами дна»

Укажу на один класс таких экспериментов. Многие философы и культуро­ло­ги отмечали это важное явление, которое наблюдается при сломе главных структур цивилизационного порядка, при тех переходах «порядок-хаос», которые по-русски называются Смутами. Это явление заключается в том, что во всех таких революциях отщепенцев возникает странный, на первый взгляд, духовный и политический союз изгоев с двух полюсов социальной структуры общества – с вершины социальной пирамиды и с ее дна. Смута поднимает с дна антисоциальные силы, выброшенные из своей среды классами и сословиями – воров и садистов, авантюристов и изуверов. Но армия этих врагов рода человеческого оказывается востребована париями богатой правящей верхушки, которые в условиях Смуты получают шанс произвести большую и хищническую экспроприацию общества.

Такой союз мы наблюдали во время либеральной революции в России в 1917 г., и именно он нанес стране самые тяжелые травмы во время граж­данской войны. Такой союз складывался, начиная с конца 70-х годов и в СССР – и сегодня страна пожинает плоды его победы. Этот союз сложился и укрепляется в процессе глобализации. В сфере культуры обращают внимание на молодежную моду в среде необуржуазии – ее стиль имитирует модели низших слоев криминального общества. Девушки из богатых семей делают на груди татуировки, модные среди проституток, парни ходят с серьгами, подражая конокрадам и пиратам. Пирсинг — прокалывание языка, носа и других частей тела, есть имитация самоувеченья каторжников. Верхи российской необуржуазии имеют в качестве культурных кумиров тех певцоы и поэтов, которые имитируют уголовный фольклор. Но молодежная мода – лишь спонтанный, неосознаваемый симптом глубокого духовного родства, которое реализуется в экономических и политических структурах и функциях.

Союз «гуннов верха» и «гуннов дна», овладевший современными технологиями, финансами и СМИ, по своим разрушительным возможностям сравним с устойчивостью остальных частей человечества. За ним надо внимательно следить, чтобы предсказать будущее. Ибо там, где этот союз локально укрепляется или побеждает, видно, что при этом речь идет не о частных улучшениях или ухудшениях жизни. Речь идет о том, что здесь создаются условия несовместимые с воспроизводством жизни. Эти условия общество может лишь временно пережить, с большими страданиями и потерями, но оно не может к ним приспособиться на стабильной основе.

В социальном плане наиболее красноречивым и радикальным выражением этого процесса можно считать сращивание крупного спекулятивного капитала с преступностью – как организованной, так и «молекулярной». Точнее, в настоящее время произошла глобальная структуризация преступного мира как второй ипостаси глобального капитализма, проникающей во все общества и культуры и служащей очень важным инструментом явной глобализации. В процессе, который шел в течение всего ХХ века, произошла модернизация и обретение системной целостности национальных преступных миров – «молекулярная» преступность была подчинена и структурирована преступ­ностью организованной, которая к тому же укрепила свои связи с властными структурами и интеллектуальной элитой. А в последние десятилетия произошла интернационализация национальных преступных систем.

При этом оказалось, что эти разного рода «черные интернационалы» могут выполнять в программе глобализации важные политические функции. Прежде всего, они подрывают структуры национальных государств, организуя мятеж-войны с самыми разными идеологическими прикрытиями (чаще всего псевдоэтническими и псевдорелигиозными). Иногда поддержка, оказываемая этим «странным» движениям со стороны глобальных теневых сил, столь велика, что внутри государств образуются преступные анклавы, приобретающие признаки государственности. Этот вирус начинает быстро разрушать государство. Вспомним историю Бен-Ладена и движения Талибан – и то горе, которое они принесли народам Афганистана. То же самое мы видели и в Косово, и в Таджикистане, и на Кавказе.

Иногда, впрочем, эти вирусы кусают и создавшего их хозяина, но эти издержки в бухгалтерии глобализации учтены как накладные расходы. Опыт русской революции показал, что «хозяева жизни», чувствуя угрозу своему господству, способны идти на очень болезненные жертвы. Агент тайной полиции Азеф возглавил в России террористическую организацию партии социалистов-революционеров. Она залила страну кровью министров и губернаторов, высших военных и гражданских чинов, даже двух близких родственников императора. Правящая верхушка была готова заплатить столь высокую цену ради того, чтобы создать в обществе культурный шок, расщепить общественное сознание, чтобы широкие народные массы отшатну­лись от революционеров. Это надо помнить антиглобалистам, формируя свои организации, свой дискурс и образ действий.
Мировая преступность как ипостась глобализации

Что касается преступной ипостаси глобализма, то в создаваемых в разных зонах мира «серых» и «черных» анклавах ликвидируются системы права и законной государственной власти, становится невозможным ведение нор­мального хозяйства, население в массовом масштабе мигрирует в другие регионы страны, разнося по всей ее территории тлеющие микроочаги войны. Эти анклавы становятся узаконенными де-факто «дырами» в границе страны, не прикрытыми таможней. Через эти дыры может в неконтролируемых масштабах вестись вывоз денег, контрабанда наркотиков, оружия и «живого» товара. Эти анклавы становятся «свободными территориями» для размещения центров политического терроризма, ведущегося на рыночной основе – на заказ.

Эта технология была исключительно эффективно использована для разрушения СССР. На его территории было лабораторным способом создано несколько мятеж-войн, разожженных союзами политических и преступных группировок. Эти войны были тесно скоординированы с политическими центрами в Москве, получали из центра щедрое финансирование и оружие, а информационное прикрытие носило международный характер. Насколько эффективна эта идеологическая поддержка центральных СМИ Запада, говорит тот факт, что даже многие левые политики верят, например, что на Кавказе в Чечне ведется партизанская борьба за свободу чеченского народа.

В советское время Чечня была процветающей автономной республикой с настолько устойчивой советской государственностью, что режиму Ельцина пришлось сформировать из уголовников и вооружить банды, которые развязали террор против законных органов власти, а затем с большим трудом разжечь в этой зоне мятеж-войну, которая привела к трагедии всех народов региона и прежде всего чеченского. И до сих пор эта война и ставший ее частью международный преступный терроризм необходим глобалистской верхушке российской необуржуазии, чтобы поддерживать всю страну в состоянии хаоса, не позволяя консолидироваться ни структурам государства, ни структурам политической оппозиции.

Похожие процессы мы наблюдаем во многих частях света. Их стандарт­ным результатом является устранение норм международного права, внушение стереотипного мнения о том, что национальные государства, как форма политического устройства, неспособны к поддержанию порядка и должны отказаться от суверенитета, уступив свою монополию на легитимное насилие «мировому жандарму». С такой аргументацией США получили согласие мирового «среднего класса» на массированные бомбардировки и военную оккупацию Югославии и Афганистана, на введение своих военных сил в бывшие республики СССР в Средней Азии и Грузии. Это пока что лишь прецеденты, но они важны, поскольку ломают стереотипы и создают «эффект привыкания».

Совершенно новое качество приобретает вследствие интернационализа­ции преступности вечная болезнь государства – коррупция. Располагая огромными финансовыми возможностями, международными связями и средствами шантажа и террора, глобальная мафия легко взламывает системы контроля над аппаратом чиновников. Мощное воздействие неолиберальной идеологии, которая моделирует все отношения людей как отношения купли-продажи, устраняет в государстве традиционные нравственные (идеокра­тические) нормы и запреты типа чести и совести. В результате глобализаторы «верхнего» эшелона легко подавляют слабое сопротивление национальных государственных аппаратов.

Перечисление структур жизни народов, которые испытывают эрозию под воздействием альянса видимого и «черного» глобализма, можно продолжить – практически, по всем главным срезам жизнеустройства. Чем раньше ответственные граждане национальных государств поймут эту общую тенденцию и потенциальную глубину, чем раньше они смогут выстроить разумные системы защиты, тем меньше жизней будет потеряно и судеб исковеркано.
Заключение: фронты сопротивления

Таким образом, перед нами стоят две взаимосвязанные и в то же время разные по структуре и образу действия задачи. Первая задача – трезвый анализ доктрины и практики глобализации и ее наиболее вероятных последствий для разных народов, культур и государств. В рамках этой задачи должна быть выстроена линия теоретической борьбы. Глобализация – во многих отношениях качественно новый этап развития мирового капитализма, многие его черты и не мог предсказать ни Маркс, ни Ленин, ни Мао Цзедун – разбираться надо нам самим. Достаточно сказать, что тот денежный фети­шизм, который сильно влияет на сознание мирового «среднего класса», есть явление не менее сложное, нежели товарный фетишизм эпохи промышлен­ного капитализма. А ведь и товарный фетишизм остался очень малоизу­ченным явлением. В решении этой задачи встанет и трудная проблема языка. Ведь надо будет изложить результаты анализа глобализации в адекватных и понятных любому здравомыслящему человеку категориях, понятиях и словах.

Вторая задача – выработать, исходя из этого анализа, стратегию и тактику сопротивления разрушительному воздействию глобализации, ее возможной коррекции и нейтрализации или компенсации хотя бы самых губительных эффектов. Более того, именно осознание общей опасности и совместная борьба за ее предотвращение и снижение уровня рисков станет для человечества не только школой, но и форумом для выработки нового боль­шого универсалистского проекта – уже с опытом войн и революций, побед и поражений ХХ века.

Хайдеггер не раз повторял строку из его любимого поэта Гёльдерлина: «Где зреет смертельная опасность – там пробивается росток надежды». Только отступая и учась под ударами сплотившихся сегодня извергов и отщепенцев, человечество снова пробьется на тот путь, что ведет к справед­ливому и устойчивому мироустройству. У каждого народа, как у русских, есть своя Волга, за которую нельзя отступать. А на Волге стоит Сталинград, где один раз уже сломали хребет претендентам на мировое господство.

 

Метки:

Теорию коммунизма предстоит изучать в окопах 3-й мировой


Партии — содержанки — подкрашенная “гниль” Кремля готовят мировую бойню

С точки зрения формирования партийной кассы все российские партии делятся на две группы — получающие и не получающие государственное финансирование. В первой версии действующего закона о политических партиях, принятого в июле 2001 года, говорилось, что партии, получившие более 3% голосов на выборах депутатов Госдумы, в течение созыва ежегодно получают сумму в 0,005 минимального размера оплаты труда умноженного на число голосов, полученных данным партсписком. Фактически выходило 1,5 рубля за голос. В 2005 году норма была повышена до 5 рублей за голос, а три года спустя — до 20 рублей за голос. В декабре 2012 норматив повысили сразу с 20 до 50 рублей за голос, с 1 января этого года — до 110 рублей.

Деньги партии получают в первом квартале. Кроме того, они однократно получают сумму, рассчитанная по такой же формуле, если кандидат от партии на выборах президента получил не менее 3% голосов избирателей, принявших участие в голосовании.

Политическая слепота — это заболевание свойственное мелкобуржуазному сознанию обывателей, всегда ведет к катастрофе. История тому знает массу примеров, но история, нас к сожалению ничему не учит. А ведь нет ничего сложного, достань книгу с полки и прочти. Хотя бы этот не большой текст, написанный коммунистами 90 лет назад.

“Задачи Коммунистического Интернационала Молодежи в борьбе против империалистической войны.

Самый главный опрос на сегодняшней повестке дня: разжигание империалистической войны.

6 мировой конгресс КИ подверг глубокому анализу вопрос об опасности империалистической войны и подготовке этой войны капиталистическими правительствами. 6 — ой мировой конгресс КИ точно установил принципы и тактику коммунистов в борьбе против империалистической войны и наметил важнейшие задачи международного коммунистического движения в этой области.

2 — Усиление империалистических армий и милитаризация молодежи

В последние годы в военной области были проведены важные реформы, имеющие целью приспособление военной системы к условиям новейшей империалистической войны и ведущие к милитаризации всей общественной жизни. Военные реформы проводятся преимущественно в следующих направлениях:

А) Милитаризация всего населения, особенно молодежи. Военная и идеологическая подготовка к грядущей войне.

Б) Милитаризация всех экономических источников и, прежде всего, промышленности, которая будет иметь огромное значение в современной войне.

В) Реорганизация армий.

1. Создание сильных резервов для грядущей империалистической войны является в первую очередь вопросом военной подготовки молодежи, которая все энергичнее проводится в капиталистических странах. Школы и учебные заведения буржуазии, спортивные и гимнастические общества предоставлены для военной подготовки молодежи и все более становятся орудием буржуазного милитаризма.

Буржуазия проводит милитаризацию молодежи в разных формах:

А) путем обязательной всеобщей военной подготовки в школах и учебных заведениях;

Б) В добровольных военных и фашистских организациях…, союзах — бойскаутов. Эти организации охватывают слои мелкой буржуазии, крестьянства и отчасти рабочей молодежи, Они предназначены с одной стороны для подготовки кадров для империалистической войны, а с другой стороны — для формирования фашистских банд с целью держать в подчинении рабочий класс до и во время войны.

В) Путем организации допризывного военного обучения и якобы добровольных лагерей военной подготовки… Во всех странах учреждения, предназначенные для милитаризации молодежи, образуют составную часть официальной вооруженной силы”.

Нет нужды приводить текст полностью. Сегодня Россия — капиталистическое государство, инструмент защиты интересов господствующего класса — русской буржуазии, как составной части мировой. Война им необходима, чтобы сохранить власть, как экономическую, так и политическую во всем мире, даже ценой жизни миллионов и миллионов граждан. И противодействовать этому некому.

Почему? Россия “прописалась” на правах мигранта в мировой системе капитализма, значит, борьба за рынки — это голубая мечта российской буржуазии. Вся внешняя и внутренняя политика Кремля подчинена логике империализма. Образно говоря, все, чтобы не делала буржуазное “охвостье” — все равно получается “автомат Калашникова” — война. Другого не дано. И не нужно удивляться, если основы коммунизма придется изучать и осмысливать в окопах под Перекопом или Смоленском. Выбор ныне широкий.

Вторая мировая война началась как классическая империалистическая бойня, борьба за передел сфер влияния. Но было одно “но”: был Советский Союз, препятствующий очередному варварству, источником которой была “просвещенная” Европа, решившая поддержать Гитлера. И все же коммунистам удалось превратить войну народов в войну против империалистов, и завершить ее полным разгромом агрессора. Сегодня “фашиствующие холуи” вновь пытаются организовать суд над коммунистической идеологией. Спросите Степана Сулакшина, мыкавшегося с идеей «общественного» суда над КПСС. Ну, слаб человек, что поделаешь. Лучше поздно, чем никогда, но кается, что поддержал предателей. Даже книжку сочинил под названием «Измена». А ведь знал, что творил: грамотный же донельзя: “Любят предательство, а не предателей”.

Но знает ли эту истину академик Зюганов, превративший партию в содержанку, подкрашенную “гниль” правящего режима? В своем послании по случаю дня Победы, опубликованной в газете, издающейся на деньги “ненавистного режима” тиражом 174 000 (!) экземпляров еженедельно, апологет буржуазии и верный слуга врагов России, маскирующийся коммунистической фразеологией, призывает: “Пришло время и нам, послужить Отечеству!” И вся эта «одурь» раздается бесплатно. Приводной «ремень» режима действует!

Служить Отечеству — это хорошо, а вот прислуживать режиму жуликов и воров — тошно.

Не знаю как сейчас, в не столь давние времена, на мясокомбинатах держали козлов — провокаторов. Когда сгружали с машин обреченных на заклание очередное стадо овец и баранов, то запускали специально обученного козла, который уверенно вел их в нужное место для забоя, а сам, исчезал в последнюю минуту в открытую спасительную дверь.

Хорошо кормили, говорят.

 

Метки: , , ,

Рецепт Кутузова: «Чтобы спасти Россию, нужно сжечь Москву»!


Есть такой медицинский термин — преагония. Это этап умирания, в ходе которого постепенно нарушаются функции мозговых структур, наблюдается прогрессирующее угнетение сознания. Чехов нашел такому состоянию емкое определение — «Живой труп». Такое определение вполне применимо к тому явлению, которое мы по нашему недоумию называем «Российской властью». В чем ее смысл? Какие глубинные интересы Российского государства лежат в основе внешней и внутренней политики правительства? Недавно высоких трибун неслись лозунги о сбережении народа, необходимости сохранить и приумножить, а в итоге российский народ опять брошен в топку локомотива мировой революции. Лев Давыдович, один из авторов идеи перманентной революции, удовлетворенно потирает руки.

Мы снова превратились в расходный материал с перспективой полного исчезновения с политической карты мира. Это повестка сегодняшнего дня. Мировой системы империализма. Крым и Донбасс — это всего лишь спусковой крючок для новой Мировой войны, очередного похода «двунадесяти» европейских языков в Россию. «Пришел к нам дед из Питера. По многим местам ходил хожалым, бывалый мужик. Тот за верное принес, что затевают наши министры войну с немцем и что нужно-де ту войну провоеваться, чтобы понял народ, какой он ни до чего не годный, и никаких себе глупостей не просил бы… Так оно и вышло. При всей при Европе, на голой на…» Этому мнению, высказанному солдату в окопах Первой мировой можно доверять. Между тем, с Востока на Русь было только одно нашествие, все остальные с цивилизованного Запада.

Существует фраза, которую приписывают Михаилу Кутузову, сказавшему: «Чтобы спасти Россию, нужно сжечь Москву»!

Сегодня эта фраза приобретает ключевое значение, как для патриотов России, так и для ее врагов. Для одних Москва — гнездо сосредоточения всякого зла, которое несет обанкротившаяся западная цивилизация, для других — само зло, которое она несет миру. Эти две тенденции схлетнулись в жестокой борьбе, итог которой пока не очевиден. Но и то и другое направление всего отражение борьбы двух антироссийских буржуазных тенденций, обычный рынок, где дают за «полтумана по рублю» как образно писал Сергей Есенин. Нынешняя власть в лице Владимира Путина — образец двурушничества и буржуазного метания, он ничего не предложил российскому народу и предложить не в состоянии. Он все больше скатывается на позиции соглашательства и живет по принципу :»Что сказал, то кобель языком слизнул». Такая тактика неизбежно ведет к поражению, и выплате очередной дани победителю.

Между тем, пора вспомнить знаменитую фразу Владимира Ленина: «Большевизм является образцом тактики для всех». Российская буржуазия боится только одного — вместе с ростом производства в России вырастет и ее могильщик — российский пролетарий, а вместе с ним и его авангард — Коммунистическая партия. Сегодня в России есть «лубочный» авангард в лице зюгановцев, превративший коммунистические идеи в товар «второй» свежести, за который не стесняются получать деньги от «ненавистного» для них режима.

Сегодня предатели идей коммунизма, члены “партии” советской партноменклатуры, вцепившиеся во власть, готовы на все, чтобы ее удержать. Россия превзошла по всем показателям “тюрьму народов”, она стала исправительно — трудовым учреждением, в котором каждый россиянин подписывает информированное добровольное добровольное согласие, то есть участвует в буржуазных выборах, в которых победитель определен навечно и навсегда.

Ленин говорил: «Мы оборонцы с 1917 года!» Коммунисты умели защищаться и защищать свою Родину, ту, за которую бились наши предки на Чудском озере, против польских захватчиков, против наполеоновских войск и орд «просвещенных» Гитлером европейцев. Вот эту Россию и нужно защищать, даже если придется «сжечь» Москву, а вместе с ней и Рублевку.

Иначе, преагония перерастет в агонию, из которой, как известно, возврата не будет.

Тысячелетия русской истории с тревогой и надеждой смотрят на нас! Не подведем?

От редакции: А еще Ленин писал и говорил, что «… ошибочно думать так, что достаточно усвоить коммунистические лозунги, выводы коммунистической науки, не усвоив себе той суммы знаний, последствием которых является сам коммунизм», а «коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество».

Это к тому, что идея перманентной революции была высказана Карлом Марксом, а не Львом Троцким, и никогда всерьез не оспаривалась никем, включая сюда и Владимира Ленина, и Иосифа Сталина.

Сталин писал: «…идею “перманентной” революции нельзя рассматривать, как новую идею. Ее выдвинул впервые Маркс в конце 40-х годов в известном своем “Обращении” к “Союзу коммунистов” (1850 г.)».

По взглядам Троцкого, «социалистическая революция начинается на национальной арене, развивается на интернациональной и завершается на мировой. Таким образом, социалистическая революция становится перманентной в новом, более широком смысле слова: она не получает своего завершения до окончательного торжества нового общества на всей планете».

А еще в марте 1919 года Сталин писал: «Опыт двухлетней борьбы пролетариата целиком подтвердил предвидение большевиков о крахе империализма и неизбежности мировой пролетарской революции…»

Так что если Троцкий и должен ворочаться в могиле, то синхронно с Марксом, Лениным и Сталиным.

Естественно, ни один коммунист в здравом рассудке не может отрицать идею мировой революции, тем более сейчас, когда система мирового империализма сложилась и пришла к своему закономерному кризису, от которого ее не спасает ни небывалый рост технологий, ни рост уровня и качества жизни населения, ни фантастическое, невиданное доселе усиление репрессивного аппарата, буквальное проникновение его в частную жизнь каждого индивидуума, механизмы глобального контроля общественного мнения и т.п.

Мы, конечно, не можем утверждать, что именно нынешний кризис сметет мировую империалистическую систему, но можем смело утверждать, что один из подобных кризисов ее обязательно уничтожит — просто в силу того, что все, имеющее начало, имеет и конец.

Но не всякий крах системы обязательно ведет к ее трансформации в более совершенную. История знает и примеры деградации, когда на смену одному несовершенному укладу приходил другой, но более примитивный — процесс деградации никто не отменял, и он представляет собой диалектическое единство с процессом развития, прогрессом.

Это значит, что мировая революция, то есть смена одного общественно-экономического строя другим, обязательно более совершенным, произойдет сама собой, в силу объективно-исторического процесса. Существующий порядок может рухнуть под грузом своих несовершенств, вернув человечество к хищнической конкуренции национальных правительств и экономик на основе более раннего капиталистического уклада. Наше поколение уже наблюдало, как реальный социализм, даже мировая система социализма рухнула, вернув человечество на капиталистический путь развития — перехода к коммунизму не состоялось. Кстати, никто не гарантирует, что стихийное крушение капиталистической системы не ввергнет мир в новый феодализм и даже новое рабовладение — ростки и зачатки прежних систем всегда присуствуют в более развитых общественных укладах.

И это значит, что мировая революция как переход от мировой империалистической системы к более совершенному общественному устройству, который мы, коммунисты, вполне естественно называем коммунизмом, может произойти только рукотворно, в результате гигантского процесса осмысленного социального творчества масс — на основе коммунистической теории, которую так настойчиво советовал изучать Ленин. И с ним в этом не спорили ни Сталин, ни Троцкий. А чисто методологический спор между ними о том, можно ли считать социализмом строй, построенный в отдельно взятой стране, имел принципиальное значение только в том, конкретном историческом времени, когда небольшие теоретические разногласия прикрывали жесткую и непримиримую борьбу между коммунистами за реальную политическую власть.

И если Ленин говорил, что «Мы оборонцы с 1917 года!», это никоим образом не значит, что мы оборонцы всегда — у нас пока своего 1917 года и на горизонте не просматривается, и вполне возможно, что социалистическая революция «на национальной арене» начнется на этот раз совсем не в России — а Россия как во времена Николая Первого окажется в роли «жандарма Европы» или Евразии. И что, коммунисты будут «защищать Россию», направляясь подавлять социалистическую революцию в каком-нибудь Казахстане или Азербайджане?

Наши предки много с кем бились. Например, весь 18-й век подавляли войну за местное самоуправление Яицкого и Донского казачества (Илецкое восстание, Пугачевский бунт), бились против прогрессивных реформ Димитрия Первого, прозванного пропагандистами романовский империи «Лжедмитрием», против революционной армии Франции на стороне Австро-Венгерской империи. Думается, коммунистам не стоит повторять всех ошибок предков. В том числе и предков-коммунистов.

Кстати, гавковерх Сталин оборонял и Москву, и Ленинград, и даже Сталинград. А сжег Москву как раз граф Растопчин… И тогдашнюю «рублевку» — особняки знати и буржуазии — не жгли, а передавали под больницы, детские сады, школы и санатории. А уж из нынешней Рублевки когда-нибудь просто курорт для рабочих получится — загляденье. Зачем же жечь? И из «сожженной» Москвы 12 миллионов пролетариата куда девать?

Анатолий Баранов, секретарь ЦК ОКП

 

Метки: , ,

Куда и почему «утекают» российские мозги?


Михаил Кечинов

«Достаточно будет уехать 300 интеллектуалам,
и Франция превратится в страну идиотов»
Блез Паскал

«Кадры решают всё». Это знаменитое высказывание И.В. Сталина в полной мере характеризует фундамент всякой успешной модели общественного устройства. От уровня подготовки кадров зависит качество принимаемых решений и эффективность исполнения.

Именно с революционных преобразований в области подготовки специалистов начался путь прогресса молодой Советской республики. Программа ликвидации безграмотности; основание научно-исследовательских учреждений даже в самые тяжёлые годы Гражданской войны; формирование социальных лифтов, позволявших реализовывать себя талантам из самых низов; развитие культуры, ставшей доступной всем слоям общества; ограничение религиозной пропаганды и распространение материалистической философии – всё это позволило нашей стране сделать колоссальный технологический рывок, реализовать проект модернизации исторических масштабов за несколько десятилетий. Его по праву можно назвать «советским экономическим чудом».

В современной России, поставленной на рыночные рельсы, процессы часто текут в обратном направлении. Неуклонно снижается качество образования, а вместе с ним и уровень грамотности населения. Наука из государственного приоритета превратилась в обузу для бюджета. Помойное качество массовой культуры и вовсе стало притчей во языцех. Социальные лифты заменяются лестницами без ступенек, научное мировоззрение подменяется в сознании масс религиозными догмами. Утрата высокотехнологичных отраслей экономики лишила остатки науки стимулов к росту. Не удивительно, что за 25 лет капиталистического «развития» Россия фактически потеряла статус великой научной державы.

Понятие утечки мозгов (brain drain) возникло в начале 1950-х годов, когда в США стали активно мигрировать английские интеллектуалы и ученые. В общем смысле под brain drain подразумевают переквалификацию работников интеллектуальных профессий или же полное прекращение ими своей профессиональной деятельности. Также этот феномен проявляется в отъезде специалистов из родной страны в другое государство на постоянную работу, а нередко и проживание.

В «утечке мозгов» можно условно выделить два уровня: внешний и внутренний. Внешний – миграция в другую страну. Внутренний – перемена сферы деятельности; как правило, в этом случае люди уходят в оказание услуг или менеджмент. Сложно сказать, в каком случае экономике страны наносится больший вред. Внешняя утечка обратима, а вот внутренняя, сопровождающаяся потерей квалификации – не всегда.

Ситуация с потерей Россией высококвалифицированных кадров стала критической после 1991 года. Сегодня в нашей стране более половины научных сотрудников перешагнули 50-летний рубеж. Даже в последние годы существования СССР лишь 27% учёных было представлено людьми старшего поколения. В 90-е молодые специалисты или вообще уходили из науки на более оплачиваемые должности или переезжали на Запад. В основном В США, Германию, Израиль, Францию, Великобританию. Эти страны прилагали немало сил, чтобы заполучить себе хороших специалистов, взращённых советской системой.

По оценкам экспертов, США выигрывают от привлечения одного ученого гуманитарной сферы около $230 тыс., одного инженера — $253 тыс., врача — $646 тыс., научно-технического специалиста — $800 тыс. Самые «текучие» специальности – программирование, биотехнологии, молекулярная генетика, математика, физика, химия.

С начала 90-х Россию, по самым скромным подсчётам, навсегда покинуло около 200 тысяч учёных. Всего же, по данным Росстата, с 1991 года из России уехало более 2,5 млн. человек.

Впрочем, часто официальная статистика не способна точно определить количество потерянных страной кадров. Специалист может числиться в одном из российских НИИ или университетов, а работать при этом за рубежом или в местном филиале иностранной компании (Microsoft, Hewit-Pakkard и т.д.). В таком случае результаты исследований будут формально считаться российскими, но пользоваться ими будет компания-работодатель.

После распада СССР из нашей страны уезжали в основном уже состоявшиеся ученые. Теперь мигрируют молодые специалисты, выпускники ведущих университетов. Каждый десятый начинающий ученый планирует по окончании своего вуза уехать за границу для продолжения обучения, а 4% опрошенных собираются остаться там навсегда. Примерно такие же цифры называет и Виктор Садовничий, ректор МГУ. Он утверждает, что ежегодно Россию покидают до 15% только что окончивших ВУЗ специалистов. Вроде бы и не такие большие цифры, но достаточно вспомнить о том, что на подготовку одного физика или математика тратится около $1 000 000. В 2014 году грин-карту в США — удостоверение личности, подтверждающее вид на жительство человека, который не является гражданином Соединенных Штатов, — выиграло в два раза больше наших соотечественников, чем годом ранее.

В науке есть такое важное явление, как преемственность. Ученый-основатель определенного направления, крупный, масштабный специалист зачастую создает собственную научную школу, обзаводится последователями, учениками. В России такая схема практически разрушена, поскольку страну покидают не только «светила» наук, но и наиболее перспективные из молодых специалистов. К примеру, пять из семи российских лауреатов Филдсовской премии уже переехали в США или Западную Европу, чтобы там жить и работать. Навсегда уехал из России в Швецию и знаменитый математик Григорий Перельман, доказавший гипотезу Пуанкаре. На родине, в Санкт-Петербурге, ему предлагали работу профессора с окладом 17 000 рублей в месяц…

Впрочем, утечка мозгов – не сугубо российская проблема. Исходя из доклада ОЭСР «International Movements of the Highly Skilled», более половины европейцев, работающих над диссертацией Ph.D. в США, остаются там после завершения работы, многие – навсегда. ЕС даже принял специальные меры по снижению процента brain drain, выделив на поддержку молодых ученых 1,58 млрд евро. Однако вместо ожидаемого эффекта в 39% программа дала лишь 8,3% сокращения оттока специалистов.

В чем основные причины оттока наших специалистов на Запад? В целом можно выделить следующие обобщённые факторы.

Низкая заработная плата. Никакие реформы и заявления президента не смогли обеспечить ученым достойной заработной платы. Средний заработок научного работника составляет 18 тысяч рублей, а молодому учёному государство может предложить не более 13 000 руб. (ставка младшего научного сотрудника в РАН). Сравните это с $30 тыс. в год, которые получает обычный, только что окончивший ВУЗ ученый-физик в США.

Низкий престиж науки. В США, согласно опросам, профессия ученого возглавила рейтинг престижных специальностей, а в России она находится лишь на 19-м месте. В годы СССР научная деятельность котировалась очень высоко, но «рыночное» общество, видимо, не обладает достаточно зрелой системой ценностей для того, чтобы оценивать профессию ученого по достоинству.

Неразвитая материально-техническая база. Научные учреждения должны постоянно обновлять свою материально-техническую базу, что даже прописано в федеральном законодательстве. Однако средств для этого выделяется крайне мало. К примеру, немецкая компания Siemens ежегодно тратит на научные изыскания почти столько же, сколько всё наше государство! Есть мнение, что для достойного развития науки ей надо выделять не менее 3% ВВП. Россия тратит около полутора процентов, при этом большая часть идет на «оборонку», а то и просто разворовывается.

Снижение уровня образования вкупе с неэффективной государственной политикой. Эта проблема в последние годы принимает угрожающие масштабы. Молодежь уезжает обучаться за границу именно из-за падения качества образования. И пусть мы перешли на Болонскую систему, благодаря чему российские дипломы стали признаваться повсеместно, качество обучения от этого не повысилось. В целом обучение в европейских и американских вузах может обойтись дешевле, чем в российских.

Проблема отсутствия научных школ. Проявляется она из-за отъезда крупных ученых. Распадаются научные школы, а молодые специалисты часто просто не могут найти научного руководителя по той или иной специальности. Также у нас фактически нет связи между наукой и высшей школой. В США, к примеру, одаренных студентов внимательно «ведут», начиная с самых младших курсов.

Преодоление это опасной для России тенденции этой проблемы кроется в разрешении фундаментальных проблем отечественной экономики. Встав на рыночные рельсы в 1990-е, наша страна, вопреки обещаниям реформаторов, заняла то место, которое отвела ей мировая капиталистическая система в рамках международного разделения труда: источника природных ресурсов и рынка сбыта.

Нынешняя примитивная экономическая модель России, неспособная предложить миру практически ничего, кроме сырья, в точности соответствует выбранной роли. Отсюда — падение уровня науки, образования, культуры. В экономике, где доля машин и оборудования в экспорте составляет 4%, а в импорте – почти 50%, нет и не может быть спроса на образованного человека. В первую очередь, в этой, экономической плоскости лежит как проблема деградации науки, так и оттока умов за рубеж. Впрочем, диалектика процесса такова, что падающий год за годом уровень подготовки молодых специалистов делает всё более призрачными надежды на технологический рывок.

Получается замкнутый круг. Выйти из него, кроме прочего, нашей стране мешает объективная заинтересованность правящего класса в максимальной консервации существующего положения дел. Сырьевые олигархи и сросшееся с ними высшее чиновничество являются главными внутренними бенефициарами российского периферийного капитализма. В этой связи разговоры о модернизации экономики так и будут оставаться пустыми лозунгами, призванными прикрыть зияющие дыры нашей действительности.

 

Метки: , , , , , ,

Процесс обострения конфликта интересов в РФ и перспективы его разрешения


…конъюнктура мирового рынка и хозяйственная система России таковы, что 140 миллионов жителей бывшего СССР — «лишние», подлежащие уничтожению в глобальной либерально-рыночной экономике.
…большая часть населения страны, медленно вымирает вследствие недостаточности единственного источника существования — зарплаты — и не имеет ни иных источников систематических доходов, ни возможностей сменить сферу профессиональной деятельности и место жительства…

…единственное обещание, данное в прошлом и выполненное В.В.Путиным ещё в период двух его первых президентских сроков, — построение «вертикали власти», что позволило прекратить «парад суверенитетов» национальных автономий и возомнивших о себе правящих кланов краёв и губерний и затормозило развитие катастрофы, хотя и не ликвидировало её потенциал…

После разрушения СССР и по настоящее время система образования готовит кадры по специальностям социолого-экономического, государственно-управленческого, финансово-экономического и юридического профилей подготовки на основе «теорий», обслуживающих либерально-рыночную экономическую модель в её криптоколониальной модификации. …учебные пособия по курсам социологии и политологии, теории государства и права, экономики представляют собой концентрированное выражение демагогии, мало чего общего имеющей с реальной жизнью. Благонамеренные же выпускники вузов — политические импотенты. Власти начитанных идиотов и некомпетентных хапуг (сложившейся на основе этой демагогии и «внутри-корпоративных понятий») они ничего противопоставить не могут, поскольку на основе изучавшейся ими в вузах чистейшей демагогии на социолого-экономические и историко-политические темы понять, что реально происходит, почему и для чего; понять, что надо делать, чтобы изменить жизнь к лучшему, — невозможно…

Подавляющее большинство взрослого населения и молодёжи имеет по сути «сказочные» представления о возможностях главы государства оказать воздействие на качество жизни об-щества. Они предъявляют к главе государства такие требования, будто он — Старик Хоттабыч, способный творить всевозможные социально-экономические чудеса и обладающий абсолютной защитой от происков и козней политических противников и прочих недоброжелателей. Реальность же — совершенно иная…
Фактически всё изложенное выше означает, что В.В.Путин как глава государства реально не властен — ни над кадровой политикой, ни над системой образования, ни над юридиче-ской системой. Он осуществляет только функции «разводящего», т.е. обладая полномочия-ми главы государства, — «разруливает» конфликты…

Революционеры, прикидывающиеся истинными борцами за счастье народное, не говорят и никогда не будут говорить о том, на основе каких экономических и социологических теорий они собираются улучшать жизнь в стране. Причина этого в том, что у них за душой нет ничего кроме либерально-буржуазной демагогии, и они искренне верят и убеждают своих сторонников в том, что в демократическом государстве самое главное — регулярная смена власти, и что идеал демократии — это США. Но на самом деле США — реализованный идеал фальшь-демократической тирании тех, кто стоит за спиной регулярно сменяемых президентов, конгрессменов и т.п. выборных «от народа». И хозяевам этой тирании и управляющей в их интересах корпорации ростовщиков с их совместными претензиями на безраздельное глобальное господство и безответственность должны служить все государства…

При всех пороках партаппаратно-государственной власти, досаждавших населению страны, в брежневские времена СССР:
— был «сверхдержавой № 2»;
— формировал новую, альтернативную библейской, культуру, которую журналисты Запада (главные пропагандисты библейской культуры) однозначно оценили как качественно иную цивилизацию ;
— входил в первую десятку государств по уровню производства в расчёте на душу населе-ния большинства видов продукции, определяющих качество жизни и статус страны в мировом рейтинге;
— был лидером на многих направлениях научно-технического прогресса;
— обладал наиболее высоким уровнем и качеством образования, доступного всем для ос-воения вне зависимости от социального статуса;
— обладал наиболее высоким массовым профессионализмом населения;
— нёс в себе потенциал дальнейшего развития с перспективой стать «единственной сверх-державой» и безальтернативным лидером цивилизационного развития человечества — в случае разрешении внутренних проблем и, как следствие, — повышения качества управления.
Постсоветская РФ — противоположность СССР по всем названным показателям (кроме потенциала развития), если ещё не рухнула, то во многом благодаря тому, что не успела проесть и растранжирить наследие сталинской эпохи. При этом ныне в народе есть ощущение того, что на принципах организации жизни общества, функционирования хозяйственной системы и государственности , которые сложились к настоящему времени, — общекультурное развитие страны и инновацион-ное развитие экономики невозможны…
Это различие «застоя» брежневских времён и нынешнего «стабилизеца» означает, что при сохранении системы образования, юридической системы, политики, ориентированных на поддержание либерально-рыночной экономической модели и продолжении строительства клано-«элитарного» родоплеменного строя, НЕДОВОЛЬСТВО НАСЕЛЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ И БИЗНЕС-ВЛАСТЬЮ, ЕЁ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ПЕРСОНАЛЬНО, БУДЕТ ТОЛЬКО НАРАСТАТЬ.

После того, как Великая октябрьская социалистическая революция победила, и в Советской России началось строительство нового строя, практически сразу же начала развиваться теория конвергенции, согласно которой и марксистский социализм, и капитализм на основе либеральных идей обладают каждый своими пороками и достоинствами, и в будущем человечество будет жить в неком ином строе, который будет свободен от пороков и того, и другого, и объединит в себе достоинства каждого из них. Одни из первых, кто выразил идею такого рода конвергенции был английский писатель-фантаст Герберт Уэллс в своём отчёте о поездке в Советскую Россию, опубликованном под названием «Россия во мгле».
Но чтобы конвергенция привела к построению глобальной цивилизации человечества, а не к новой версии «планеты обезьян», — надо ещё много работать.

Внутренний Предиктор СССР
25 — 31 октября 2012 г.

Источник статьи

 

Метки: , , , , , , , , , ,