RSS

Архив метки: Дело Мухинских

«ОБЫСК», «ДОПРОС» и «АРЕСТ» заказывали? Нет? Всё равно, ждите!


Эти заметки пришли из МТЦ с неизвестного ящика, ответные письма не проходят. Но достоверно известно, что написано это самим Кириллом Барабашом, с декабря прошлого года находящимся в СИЗО «Матросская тишина».

…Сегодня каждый, кто поддерживает принятие Закона о Суде народа, каждый участник будущего референдума за ответственную власть – все они могут быть в любой момент допрошены, обысканы и арестованы.

Сегодня каждый сторонник Идеи делократического госуправления, каждый, кто поддерживает принятие Закона о Суде народа (а среди них такие разные люди, как Максим Калашников, Эдуард Лимонов, Борис Миронов, Андрей Савельев, участники Национальной ассамблеи, Русского Национального Фронта, Российского Объединённого трудового Фронта, ПДС НПСР и т.д.), каждый участник будущего референдума за ответственную власть – все они могут быть в любой момент допрошены, обысканы и арестованы. Следователь ЦАО Москвы Талаева Н.А. пообещала в судебном заседании по нашему уголовному делу №385061 допросить всех участников Инициативной группы по проведению референдума «За ответственную власть». И все, с кого она начала свои допросы, сперва были свидетелями выдуманного преступления по «расшатыванию режима в сторону нестабильности», затем стали подозреваемыми, обвиняемыми – и вот уже находятся в столичном следственном изоляторе «Матросская тишина», а публицист и тоже сторонник референдума Мухин Ю.И. под домашним арестом. Потому, уверен, каждому из Вас, посетители сайта «За ответственную власть», будет полезно знать, чего ждать от Талаевой и её подельников, покусившихся на право народа на референдум и подготовиться хотя бы морально к последствиям их преступной деятельности, чреватым для Вас.

1. Обыск

Мы организуем референдум. Поэтому в соответствии с Федеральным конституционным законом о референдуме формируем Инициативную группу по проведению референдума, а эта деятельность связана с организацией граждан. Государство нынче организованных без его прямого участия граждан боится больше, чем даже организованной преступности. Ранее действующее в составе МВД управление по борьбе с организованной преступностью (УБОП) переформировано силовыми генералами в управление по борьбе с экстремизмом (Управление Э, эшники или, как их ещё называют, Э-стапо). И любая критика государства (системы, режима) или чиновников может быть названа экстремизмом. Тому способствует Федеральный закон о противодействии экстремизму и статьи Уголовного кодекса вроде ст. 282, или ст. 282.1, или ст. 282.2. Почитайте их: если бы закон был един для всех, по этим нормам давно бы уже были арестованы и наказаны многие из тех, кого ежедневно показывают по ТВ. Но сегодня эти нормы в комплексе используются преимущественно против народа.

Ранее УБОП изображало борьбу с организованными преступными группировками (ОПГ). Это когда оно провоцировало банды на взаимное уничтожение и подкидывало ворам («законникам», как говорят порой воры, или «ворам в законе», как говорят сотрудники МВД и СМИ) наркоту, чтобы легко и без лишнего риска засадить воров в следственные изоляторы (СИЗО), лишив возможности управлять преступным миром, что даёт возможность торговаться с ворами. В итоге этих торгов ОПГ наводнили своими людьми и МВД, и прокуратуру, и прочие силовые структуры, выведя планирование и обеспечение своих преступных операций на государственный уровень. И теперь государственным ОПГ мешают выступающие против них гражданские активисты и патриоты. Вот эшники и борются с неравнодушными гражданами. И именно оперативники Э-стапо собирают на вас оперативную информацию, которую следствие кладёт в обоснование проведения в отношении вас следственных действий. И если у вас дома могут быть какие-то контактные данные ваших единомышленников – ждите обыск!

Обыскивать вас придёт не следователь: он (она) только состряпает постановление об обыске и сфабрикует материалы, чтобы суд вынес такое постановление. А принесут это постановление в ваш дом оперативные сотрудники (оперуполномоченные) МВД. В их «корочках» не будет указанно, что они из Э-стапо, но кто-то оттуда среди них обязательно будет. Важно понимать, что среди них не будет заинтересованных испортить вам жизнь – но среди них все заинтересованы выслужиться перед начальством. Заинтересованы настолько, что готовы нарушить любые вышестоящие нормы (в первую очередь Конституцию), лишь бы выполнить ведомственные инструкции и указания руководства. Это как рабочий на заводе, не обязательно знающий законы физики, жаждет ради премии справиться с каждым, даже нереальным, указанием мастера, начальника цеха. Только рабочий штампует детали – а эшники и следователи штампуют дела. И если уж их на вас сориентировали – они вас не упустят.

Работая по шаблону и боясь, что при слове «обыск» вы, как преступник начнёте судорожно глотать некие наркотики, прятать некие патроны и жечь некие документы – эшники стараются прийти неожиданно, пораньше (по закону можно обыскивать с 6:00 до 22:00), и врут, что их якобы вызвали соседи (услышав какой-то шум) или коммунальщики (заметив какие-то протечки или запахи), или что они вообще участковые (бывает, что и участкового с собой берут). Понятно, что ничего незаконного у вас не храниться, и в семье порядок (иначе займитесь сперва порядком в семье, а уж потом думайте о референдуме). Эшники это знают, но сразу показывать в глазок постановление и читать его до того, как ломиться в квартиру, не любят: переживают, что утратят эффект внезапности, потому идут на нарушение уголовно-процессуального закона, вышибают дверь, как только видят, что форма и оружие вас не испугали. С Э-стапо как правило приезжает спецназ, так что первыми ворвутся к вам вооружённые люди в масках и вполне могут уложить лицом в пол.

Как вести себя с оперативниками, следователями, как обжаловать их действия – тема отдельной статьи. А пока запомните, что изъятое имущество будет включать все компьютеры, все карты памяти, флешки и винчестеры, скорее всего все лазерные диски, все записные книжки, записи с телефонами, адресами и все документы, характеризующие вашу финансовую деятельность. Так что имейте соответствующие резервные и заверенные копии. Увидеть и тем более вернуть изъятое в ближайшие пару лет лучше не надеяться. Главное, что нужно при обыске: выписать из постановления когда, какой суд, какой судья и по какому делу его вынес, и внести в протокол обыска всё, что вам не понравится (все нарушения, все ваши вопросы, оставленные без ответа, все ваши ходатайства, которые не удовлетворили). Всё это нужно для обжалования. А обжалование (через суд) нужно, чтобы как минимум познакомиться с материалами дела, положенными в обоснование обыска. Копию протокола обыска вам обязаны выдать сразу, но вряд ли сделают, если в вашей квартире нет своего ксерокса.

Закончится обыск вручением повестки с вызовом на допрос к следствию. На первый раз вызывают свидетелем, а уже у следователя могут объявить, что вы стали подозреваемым, а то и обвиняемым. Если опаздываете на допрос – обязательно заранее предупредите (в повестке должен быть телефон). Если задумано вас арестовать – будут специально провоцировать на опоздание, чтобы сфабриковать вашу неявку и якобы уклонение. Суду такой фабрикации будет достаточно для вынесение постановления об избрании по отношению к вам такой меры пресечения, как заключение под стражу. Если вы расписались за вручение повестки на конкретную дату – потрудитесь в этот день обязательно доехать до следствия (пусть даже не в назначенное время) и отметиться в книге учёта посетителей: добейтесь, чтобы дежурный вас зарегистрировал по вашему паспорту.

2. Допрос, задержание, арест

Допрос в качестве свидетеля может проводиться без адвоката. Если ваш адвокат успел к вам на обыск и уже потратил на это пол дня, то он может чисто физически не успеть на допрос. Тут не обязательно переносить допрос, можно отпустить адвоката собраться с мыслями, а на допрос в качестве свидетеля сходить одному. На сегодня следствие в лице Талаевой и её начальства дали щедрые основания считать, что дело в отношении сторонников референдума в РФ нагло фальсифицируется, а наше право на референдум цинично топчется. Так что Талаева явно совершает преступные действия, квалифицируемые, как минимум, ст.141 Уголовного кодекса, и пособничать в её преступлении само по себе преступно! Верным будет воспользоваться ст.51 Конституции: не свидетельствовать против себя. Потому что любые ваши ответы про организацию граждан на референдум будут означать вашу осведомлённость о референдуме, что может быть расценено, как признак вашего участия в его организации. После чего вполне вероятно, что ваши показания используют против вас. Правильным будет объявить это следствию и больше не сообщать ничего, а только повторять сказанное и по окончании допроса убедиться, что в протоколе к вашим ответам не добавилось ничего лишнего.

Возможно, что следователь сразу захочет перевести вас в подозреваемые и даже в обвиняемые. Но это уже нельзя делать без адвоката. Тут важно настоять, что вам вызвали избранного вами защитника, так как у вас заключено соглашение с конкретным адвокатом. Это ваше законное право: защищать свои права исключительно с выбранным вами защитником. Навязать вам защитника не имеют права, но таким образом устраняют хороших адвокатов, а бесплатных государственных адвокатов превращают в адвокатов-дублёров. В адвокатском сообществе это наказуемо вплоть до лишения статуса адвоката. Но когда следствию нужно провернуть дело быстро, не заботясь о его чистоте, тогда вам приводят бесплатного адвоката в соответствии со ст.51 Уголовно-процессуального кодекса (не перепутайте со ст.51 Конституции – изучите, о чём речь в упомянутых статьях) и убеждают, что ваш отказ от бесплатного адвоката и даже отвод ему не обязателен для следствия. Когда видите, что вам таким образом не дают защищаться с избранным защитником – впишите это в протоколы (в каждый, составленный без избранного защитника), указав, что у вас уже заключено соглашение с избранным адвокатом о защите (договориться с адвокатом, взять его телефон нужно заранее, а содержание соглашения является вашей с адвокатом тайной). Какой бы ни был адвокат – с момента его явки у вас есть не менее 2 часов на общение с ним наедине и конфиденциально, которые следователь обязан предоставить. Используйте это время и мобильный адвоката максимально полезно. Просите копию каждого документа, составленного следствием. При отказе дать копию, отказах в других ходатайствах – заносите эти факты в соответствующий или следующий протокол, а из протокола выписывайте его название, дату, время, ФИО участников следственного действия и краткое содержание этих действий.

Перед оформлением подозреваемым вас могут обыскать (досмотреть). Личный обыск входит в задержание, и его можно проводить только с понятыми одного с вами пола. Копию протокола задержания с перечнем изъятого вам обязаны выдать сразу. Вещи изымают не столько для изучения, сколько для лишения вас возможности ими воспользоваться. Задержание допускается на срок не более 48 часов. Далее необходимо оформлять в суде арест либо отпускать на свободу. Если вас обыскивают у следователя — вас наверняка арестуют и потому изымают в том числе и запрещённые в камере (хате) предметы. Прежде чем отдавать телефон (раз уж вы его взяли на допрос) потребуйте дать вам возможность сообщить близким о происходящем, позвонить адвокату. Если не дадут – пусть звонят сами. Далее потратьте время до помещения в хату с пользой: сделайте максимум полезных записей, запаситесь (по возможности с помощью следствия) бумагой, ручками, сухим пайком, водичкой, пакетами, куда это сложить.

Не ругайтесь со следователями и прочими сявками, верно исполняющими в отношении вас поручения начальства. Спокойно и уверенно гните свою линию, побольше записывайте себе фактов и доводов, подтверждающих фабрикацию дела и отдельные ошибки следствия. Не указывайте на ошибки сразу: либо молча вписывайте в протокол нарушения ваших прав, либо, если нарушение серьёзное – оставьте его «незамеченным» для дальнейшего признания незаконными соответствующих следственных действий. Полезные записи о происходящем сразу дублируйте во втором экземпляре для передачи адвокату, которому доверяете, или близким. Если довериться некому – берите записи с собой в хату, случай передать рано или поздно представится.

Вполне возможно, что после оформления всех документов следователем вас оставят в следственном отделе до приезда за вами конвоя (сотрудников МВД) и отправки в суд. А возможно, что конвой сразу повезёт вас в изолятор временного содержания (ИВС), а уже из ИВС после повезут в суд. В ИВС вы вряд ли будете более двух суток: для лишения свободы надолго (выбора меры пресечения в виде помещения под стражу) нужно постановление суда. В любом случае от следователя вас уже не отпустят домой или даже просто на улицу, чтобы вы не успели организовать себе помощь и поддержку, в том числе в суде.

Как вести себя с конвоем, судебными приставами, в судебном заседании, как обжаловать их решения и постановления суда – тема отдельной статьи. А пока что запомните, что на допрос по делу о нашем референдуме не стоит брать с собой дорогие вам вещи, а стоит взять с собой сотню листов А4 и ручки для записи, иные полезные для защиты записи, а также «командировочный набор»: мыльницу, зубную щётку в чехле, пасту, безопасную бритву, крем для бритья, полотенце, смену нижнего белья, тапки для нахождения в хате и душе, сухой паёк, желательно сразу небольшую дорожную сумку (постельное бельё в виде одноразового комплекта предоставят в ИВС). Нужно быть готовым, что у вас по описи изымут шарф, галстук, ремень, шнурки, украшения, вогнут (выломают) супинаторы из обуви и т.п., чтобы минимизировать риск членовредительства с вашей стороны. Сможете предупредить близких – передадите это им всё в суде через адвоката. Не сможете – возможно, лучше оставить у следователя под роспись: следствие обязано затем вернуть имущество родственникам, хотя может этого и не делать в течение длительного времени.

Пока вы в следственном отделе – вас охраняют оперативники, которые эту обязанность могут выполнять спустя рукава. Но в ИВС и суде за вас отвечает конвой и приставы, у которых это основной род деятельности и строгие инструкции на сей счёт. Будьте готовы, что в хатах («стаканах», если это небольшие хаты для временного вашего размещения) ИВС и суда вам разрешат иметь с собой только записи и сухой паёк, остальные вещи будут находиться у конвоя, и вас лишь изредка будут выводить в туалет. Сообщите конвою сразу, что вы – политический, кратко обрисуйте, как вас преследуют за референдум, и в чём его польза по сравнению с нелепыми либеральными акциями (за свободу от всего). Постарайтесь договориться с конвоем, чтобы близким разрешили как-то передать вам недостающие вещи, забрать у вас то, что нельзя иметь при себе в хатах. Близких ориентируйте на конвойные помещения в суде (это как правило первый этаж или подвал). Им достаточно знать, какой суд и вашу фамилию. Но адвокату помочь с этим делом будет, конечно, проще. Если адвоката вы увидите только в зале судебного заседания, то сразу походатайствуйте дать вам пол часа для согласования позиций. Так как при арестованном всегда находятся рядом конвойные, то чтобы не сообщать во всеуслышание личную информацию, напишите важные просьбы адвокату на бумаге, лучше заранее. Если адвокату не доверяете – достаточно попросить его просто позвонить вашим близким или скинуть СМС с информацией о вашем положении. Это легко успеть, пока вы согласуете позиции, при этом судьи, следствия рядом быть не должно: иначе будет нарушена состязательность и конфиденциальность общения с защитником (права обвиняемого). В любом случае близкие к вам успеют, так как подобные заседания в суде проводит дежурный судья с утра как минимум до обеда, а отправка арестованных из суда в следственный изолятор (СИЗО) осуществляется вечером. И если уж дошло до судебного заседания о мере пресечения, то будьте уверены, что решение об аресте и помещении под стражу наверху уже принято и согласовано. То есть как минимум, пол года вы проведёте в …

3. СИЗО

СИЗО входит в систему Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН). Наказывать вас не за что (не было ещё даже заседания суда по существу предъявленных вам обвинений), но вами уже занимается ФСИН, так как государство по умолчанию считает, что следствие не ошибается. Бюрократы всегда уверены, что не может являться ни преступлением, ни даже просто ошибкой никакое исправное следование указаниям начальства. И на самом деле в СИЗО вы потому, что иначе вы сможете законно помешать следствию делать его противоправную работу, будете в целях своей защиты активно собирать материалы и влиять на общественное мнение. А в СИЗО даже положенные вам встречи с адвокатом весьма затруднительны, особенно когда следствие отвело или не пригласило вашего защитника на этапе задержания и/или вынесения меры пресечения.

В СИЗО есть и подозреваемые, и обвиняемые, и уже осуждённые. Жёстко разделить подопечных по этим категориям, тем более в условиях переполнения изоляторов столицы, персонал СИЗО не в состоянии. Так что, хотя формально вы ещё ни в чём не виновны – готовьтесь, что не только условия, но и отношение к вам будут уже иные. Такие, чтобы проблем вы своим конвоирам, охранникам и вообще всей ФСИН доставили как можно меньше.

СИЗО – это тюрьма, хотя режим здесь позволяет более комфортно устроить быт по сравнению с ИВС. Здесь нет обязательных и прочих работ, как например, в колонии на зоне – но здесь строгий контроль за тем, что ваша свобода и ощущения были максимально ограничены. Порядки в СИЗО, помимо установленных законами и инструкциями (приказами) Минюста (в которое входит ФСИН), определяются также и понятиями уголовного мира. Эти понятия тем, кто желает избежать постоянных конфликтов, приходится осваивать и применять. Уклад жизни здесь зовётся арестантско-уркоганским единством (АУЕ). Принятие АУЕ зачастую демонстрируется тем, что в ответ на лозунг «АУЕ» дается отзыв: «Жизнь ворам». Воры (в это понятие вкладывается куда более широкий и даже благородный смысл, чем в то же понятие на воле, когда требуют избавиться от жуликов и воров) здесь выступают в роли кураторов системы связи и жизнеобеспечения граждан, попавших в жернова государственного так называемого правосудия.

Исторически в образе слова вор русская традиция видела Воина, Отбирающего и Раздающего, своеобразного Робина Гуда, говоря более поздним языком. Но за тысячелетия благородные уравнители итогов несправедливого процесса распределения общественных благ в своей деятельности перестали отвечать требованиям общества. Сравнение воровской общности нынешней и даже той недавней, что существовала в Советское время, показывает смещение ориентации от справедливости в сторону личной или клановой выгоды. Говорить же о пользе для всего народа от воровской деятельности сегодня явно не приходится. Но нельзя не отметить пользы от организации ворами этой массы, регулировка которых силами государства пущена на самотёк и, по сути, провалена. В условиях атомизации общества и отсутствия массового проявления гражданской активности в среде людей, подавленных и связанных своим положением (лишением свободы), воровской мир грубо, но надёжно сплачивает арестантскую массу, решая не только вопросы её занятости и отвлечения от деструктива (иногда даже суицида), но и вопросы снабжения и связи с качеством, более соответствующим высокому званию «человеческое». Несмотря на это, АУЕ часто забывает в первую очередь о самих ворах и утверждаемых ими смотрящих (положенцах), отвечающих за организуемый порядок. Это является следствием переноса бюрократической системы управления на все области человеческих отношений. Такова особенность нынешнего общества, слабо осознающего пользу альтернативного способа управления – делократического.

Как и другие главные тюрьмы страны, столичные СИЗО зовутся централами. По нашему делу о референдуме следствие использует централ по адресу: 107996, г. Москва, ул. Матросская Тишина, д.18. (Для написания обычных писем заключённому в централ достаточно к адресу добавить ФИО). Централ называется, соответственно, «Матросская Тишина» (МТЦ). Это лишь один из десятка столичных централов, отличающийся несколько более строгим режимом по сравнению с режимом, установленным ФСИН в той же, например, пресловутой «Бутырке». МТЦ выбран следствием в том числе потому, что находится вблизи соответствующего следственного отдела (Мещанского) в Сокольниках. Каждое СИЗО сейчас имеет свой сайт, и желательно изучить порядки централа, особенно, что касается передач (посылок) и свиданий.

По прибытии в централ осуществляется заполнение ряда анкет, медосмотр, сдача крови, выдача предметов первой необходимости, помывка и помещение в карантин. Все эти процедуры продвигаются достаточно долго, приходится ждать, стоя на разных этажах, находясь то в промежуточных камерах (на сборках), то между решётками отдельных зон на этажах (локалках). Рядом попадаются и курящие, и чем-то больные, и просто подозрительные личности. Не рекомендуется сразу здороваться с кем-то за руку, делиться подробностями своего дела, своей биографии. Достаточно желать всем братишкам-арестантам здоровья, сообщать по желанию имя с фамилией и статью, по которой обвиняют (такая статья называется «бедой»). На вопросы типа «Ты кто?» и «Как жизнь?» отвечать: «Мужиком живу» и «По жизни всё ровно». С сотрудниками СИЗО лучше общаться по-минимуму, равно как и с арестантами, выбравшими отбывать свои срока прямо в СИЗО, устроившись выполнять обязанности разнорабочих (таких арестантов называют «козлами») – их легко отличить по особой форме (козлы обычно в тёмной спецодежде), в отличие от обычных арестантов, которые носят свои личные вещи.

В СИЗО весь быт регулируется Правилами внутреннего распорядка, утверждёнными приказом Минюста от 27.12.2010 г. № 410 с соответствующими приложениями (ПВР), но не всё им соответствует на самом деле. Степень несоответствия зависит от руководства СИЗО и умения АУЕ наладить контакт с этим руководством и отдельными сотрудниками СИЗО.

По прибытии вам первый и последний раз выдадут (скорее всего, перед принятием душа) матрас, подушку, 2 простыни, наволочку, одеяло, 2 полотенца, тарелки глубокую и мелкую, кружку, ложку, гигиенический набор (рулончик туалетной бумаги, небольшой тюбик зубной пасты, которую можно использовать и как крем для бритья, набор одноразовых бритв, кусочек мыла). Выданное вам положено, потому имеет статус «положняковского». Всё остальное вам придётся добывать самим. В СИЗО для этого организован приём передач, посылок, интернет-заказов. Если что-то не приняли в передачу – можно попробовать передать это посылкой (вещи, лекарства, машинку для стрижки, тройник, кипятильник, книги, прессу, бумагу для записей и т.п.). Некоторые вещи можно получить, только заказав их через интернет-магазин (посуду, туалетную бумагу, определённые продукты). Порядок покупок и пополнения личного счёта арестованного (с которого можно, например, оплачивать посещение спортзала) следует изучить на сайте СИЗО. При СИЗО зачастую работает нечто вроде ресторана, где можно заказать готовые завтраки-обеды-ужины, выгодно отличающиеся от стандартной пайки, развозимой по распорядку на этажах (обеды привозят не ранее 15:00, ужины – не ранее 18:00). Все заказы проще делать через близких с воли: из хат это делается путём подачи заявлений в письменном виде, что затягивает процесс, да и заявления иногда теряются. Получить первую пайку вы, скорее всего, сможете только на следующий день (ужин в день заезда на карантин вы пропустите). Но уже на карантине можно получить передачу с воли. Для этого близким не нужно называть номер хаты (по правилам они и не должны его знать), но придётся отстоять очередь в бюро передач, которая в отдельные дни настолько велика, что, заняв её с ночи, не все успевают дождаться приёма. Передачу лучше всегда делать через ближайших родственников, чтобы они контролировали, что у вас есть, что ещё понадобится, учитывать лимит на вес передач в месяц (30 кг). Верхнюю одежду можно передавать только раз в сезон. Многие ваши нужды будут зависеть от того, с кем вас поместят в хате после карантина. Так что лучше близким на время карантина (несколько дней) сделать вам одну-две продуктовых передачи (до недавнего времени курево по умолчанию считалось входящим туда же, но с нового года сигареты заказываются только через интернет-магазин), а прочие нужные вещи (от мешков для мусора до вентилятора) заслать вам после обмена с вами письмами о нуждах всей хаты.

Официально связаться с волей можно письмом (нужно иметь свои конверты с марками) или ответом на ФСИН-письмо, отправляемое вам через сайт ФСИН с заранее оплаченным ответом. Вам в этом случае помимо письма с воли приходит бланк А4 для вашего ответа. Такому ответу конверт уже не нужен: его направят на тот электронный адрес, который был указан при отправке ФСИН-письма с воли. Подача писем, заявлений арестантами происходит на ужине (такую подачу называют «по вечерней баланде»). Бумаги отдаются сотруднику, контролирующему раздачу ужина. Заявления, адресованные медчасти, подаются медицинской сестре на осмотре (сестра его проводит не реже раза в неделю вместе с ежедневной проверкой, происходящей после завтрака и прогулки). Например, медсестре подаётся заявление на разрешение получить лекарства, поступившие в посылке (до разрешения они, как и другие вещи из посылки, требующие разрешения, хранятся на складе, откуда могут быть выданы вам или по вашему заявлению выданы вашим родственникам).

Перемещать из хаты в хату вас могут несколько раз (килишнуть). Арестованных стараются содержать вместе в зависимости от их психологических особенностей, физического состояния и процессуального положения. Арестованные впервые (первоходы) помещаются с себе подобными. Обвиняемых в более тяжёлых преступлениях не содержат с обвиняемыми по менее тяжким статьям. Большинство арестованных проходят по «наркоманской» ст.228 Уголовного кодекса. Бич нашего времени: попытка человека скрыться в иной реальности или просто по особенному отдохнуть, что связано с утратой жизненных смыслов в условиях насильственного навязывания СМИ потребительского образа жизни. При этом люди не знают особенностей расследования дел о наркотиках: взявшие только лично для себя спайса, героина, амфетамина на несколько доз уже считаются распространителями, и не спасает даже экспертиза, подтверждающая личное употребление (анализы). Часто настоящий распространитель под давлением наркоконтроля и следствия сдаёт своих клиентов, становящихся лёгкой добычей для силовиков, желающих улучшить статистику и скорей продвинуться по службе. Говоря проще, силовикам не выгодно искоренять то, на чём они делают карьеру (тем более, если они на этом делают ещё и деньги). И суды идут у силовиков на жёстком поводу, так как встроены в ту же исполнительную «ветвь власти», будучи назначаемыми президентом в нарушение Конституции, декларирующей независимость и разделение «ветвей власти», а также принадлежность власти единственному её источнику – народу (а не какому-то президенту, являющемуся лишь слугой народа).

Все СИЗО состоят из нескольких корпусов. В МТЦ вас поместят скорее всего в Общий корпус №1 (ОК) или в так называемый «Большой спец №2» (БС). В ОК хаты побольше, в БС в основном на 4-6 человек. При этом хаты переполнены, и на каждую койку приходится по 2 человека. Помимо ОК и БС в МТЦ есть «Малый спец №4» (МС), ставший после ремонта показательным для всяких проверок и комиссий, 6 корпус для воров и лиц, требующих особой изоляции («особо опасных врагов режима»), корпус для больных туберкулёзом и наркоманов №3, корпус работающих арестантов №5. МС №6 корпус отличается более строгим контролем за изоляцией. В частности в МС принято прятать потенциальных жертв криминала, например, коммерсантов, обвиняемых по экономическим статьям: чтобы их раньше времени не развели на бабки (к сожалению, общепринятое выражение, потому не беру его в кавычки) другие заключённые и сотрудники ФСИН. Подобные разводы около полугода назад привели к аресту и помещению в «родное» СИЗО нескольких сотрудников в МТЦ. Теперь сотрудники следят, чтобы коммерсантам не затягивали через зарешетчатые окна по верёвкам (дорогам) мобильные телефоны (разгонки) и не передавали иными способами информацию о том, кто из коммерсантов кому из «братвы» и сколько должен. Такое жёсткое ограничение связи с волей и друг с другом называется «заморозкой».

Как устраивать быт в хатах решают смотрящие, выбранные из числа сокамерников, по согласованию с ворами. Хаты с обычными арестантами (людские) стараются проявлять взаимовыручку. Хаты, в которых находятся «козлы» и прочие «замаравшие» себя либо сотрудничеством с режимом, либо ещё чем похуже («шерстяные») находятся в изоляции от АУЕ, но под бдительным контролем арестантского сообщества. При первом знакомстве с хатой правильно спрашивать, людская она или «шерстяная»: после «шерстяной» хаты в людскую могут не пустить. Из «шерсти» надо обязательно ломиться: биться в дверь, шуметь, вносить прочую сумятицу. А лучше заставить ломиться «шерсть». Положение утверждается ворами, но, естественно, его деятельность, как и деятельность смотрящих, отслеживается сотрудниками централа. В соответствии с ПВР время с 22:00 до 6:00 предоставляется строго для отдыха арестованных. В это время вероятность неожиданного обыска хат (шмона) стремится к нулю, если только через окошко дверей хаты не будет замечена явно запрещённая деятельность арестованных.

Теоретически в централах есть возможность по договорённости с сотрудниками и за плату обеспечить себя мобильной связью и иными полезными благами. Порядок решения подобных вопросов утверждают через смотрящих, через них же собираются средства на всё это (на общее). Для имеющих поддержку на воле обычно достаточно организовать ежемесячный перевод на указанный номер суммы порядка 500 р. Наличие общего помогает посредствам дорог поддержать малообеспеченных и находящихся на карантине арестантов. На практике организовать такую избирательную поддержку без труда можно и одними силами ФСИН. Но зачастую ФСИН выгодней отдавать вопросы человеческого отношения к арестантам на откуп АУЕ: стандартная практика бюрократической системы – установить чрезмерные запреты, а затем получать выгоду от предоставления возможности эти запреты обойти.

Сразу уясните, что какие бы добрые не сложились у вас отношения с сокамерниками – все они лишь ваши попутчики по дороге в суд, и нельзя доверять на 100% никому. Меньше говорите, больше слушайте. Не жалейте, если у вас попросят простыни или одноразовые бритвы для пользы АУЕ. Помогайте поддерживать порядок, но не позволяйте садиться себе на шею. Честно говорите, если что-то не ясно, но не будьте назойливы. Находящиеся подолгу в тюрьме могут стать сильно раздражительны друг к другу, научившись одновременно хорошо это скрывать. В итоге бурю эмоций может вызвать любая мелочь. А неосторожный поступок может лечь в основу длительного обсуждения, хотя бы просто от скуки. Заявляя о чём-либо, будьте готовы ответить за свои слова. Если ошиблись, допустили промах – не пытайтесь оправдаться, «отмазаться», не затевайте долгий спор (не «врезайтесь в дубы»), а имейте мужество признать ошибку и извиниться. За продукты, посуду, предметы личной гигиены, общий стол (дубок), чужое постельное бельё беритесь только после того, как помоете руки (руки мыть придётся часто, так что не лишним будет крем для рук). Занимайтесь спортом (отжимайтесь, качайте пресс) и почаще ходите на прогулку. На прогулке, которая происходит во двориках на верхних этажах и сопровождается громкими звуками радио, вам может повезти услышать заказанные для вас на «Милицейской волне» или «Русском радио» приветы.

Если вдруг вы не успели оставить доверенность кому-то из близких на ведение ваших дел в судах (включая подачу и получение документов под роспись), не успели договориться заранее об этом с защитником — помните: на обжалование меры пресечения у вас по закону всего 3 дня. В крайнем случае напишите сами апелляционную жалобу на Мосгорсуд (если дело происходит в Москве) и подайте её по вечерней баланде не позднее третьего дня после вашего ареста. Содержание жалобы не столь важно: при рассмотрении его можно будет уточнить.

В процессе написания этого материала мои записи изымали, изучали, но возвращали назад, так как согласно ПВР подозреваемым и обвиняемым разрешается иметь при себе и хранить документы и записи , относящиеся к уголовному делу либо касающиеся вопросов реализации их прав и законных интересов. Полагаю, законопослушным сотрудникам СИЗО спокойней, чтобы записи оставались у меня, а не чтобы кого-то из них обвинили, что они не только незаконноизъяли записи, но и посодействовали их передаче в СМИ (ведь у меня самого такой возможности нет). В продолжение этих записей буду добавлять другие полезные факты из арестантского опыта, а позже перенесу всё на чистовик. Рассчитываю в дальнейшем на комментарии более опытных единомышленников, заметивших в тексте недочёты.

Из почты ИГПР «ЗОВ».

Картинки к статье выполнены бывшими арестантами МТЦ.

 

Метки: ,