RSS

Архив метки: дефицит

КАК СОЗДАВАЛСЯ ДЕФИЦИТ ТОВАРОВ В СССР


Ситуация в Перестройку напоминала ситуацию перед Февральской революцией, когда в воевавшей РИ был избыток продуктов из-за отсутствия продуктового экспорта, но тем не менее в городах в 1916 году возник острый дефицит продовольствия и товаров первой необходимости. Были введены талоны, цены подскочили в разы, а в деревнях планировали начать продразверстку. При Горбачеве в СССР разыграли аналогичный сценарий с целью разжечь недовольство народа и расшатать советскую власть.

Дефицит товаров в СССР создавался намеренно. Во времена работы Лужкова на посту обеспечения Москвы продуктами (он был тогда «начпродом» Москвы) в газетах появилась статья за его подписью, что, мол, мяса в Москву мы могли бы поставить и значительно больше, до полного удовлетворения спроса, но «фронт выгрузки» рефрижераторных секций не позволяет. Ибо не хватает «подъездных путей», холодильник не успевают выгружать и т.п. Это была полная «бредятина» для знающих, но довольно убедительно для людей, в этой области несведущих.

Еще задолго до 1991 года была создана и работала «пятая колонна», постепенно внедряя в сознание людей неуважение к социалистическому образу жизни, создавая порой искусственные проблемы. Велась не только антисоветская пропаганда, использовавшая определенные трудности социалистической системы, но и скрытая до поры до времени подрывная деятельность.

Одним из направлений нагнетания социального напряжения в обществе стало искусственное создание проблем с обеспечением населения товарами народного потребления, в первую очередь — продовольственными. С середины 80-х годов прошлого столетия во многих городах и населённых пунктах с прилавков магазинов постепенно исчезали не только деликатесы, но и продовольственные товары повседневного спроса. Этот процесс нарастал из года в год.

Дефицит был создан искусственно, причем не на стадии производства, а в сфере распределения. Цель — создание социальной напряженности в стране. Впрочем, наше поколение помнит передачу «600 секунд». В ней в 1990 году были показаны убедительные репортажи о том, как уничтожались колбасы, сливочное масло и другие ставшие в ту пору дефицитными продукты. В одной из публикаций факты уничтожения продуктов питания с целью создания дефицита в столице признавал бывший мэр, а ныне советник мэра Г.Х. Попов. В печати сообщалось, как одновременно были остановлены на ремонт все табачные фабрики и предприятия по производству стиральных порошков.

В 1987 году объем производства пищевой продукции по сравнению с 1980 годом вырос на 130%. В мясной отрасли прирост производства по сравнению с 1980 годом составил 135%, в маслосыродельной — 131%, рыбной — 132%, мукомольно-крупяной — 123%. За тот же период численность населения страны увеличилась всего на 6,7%, а среднемесячная заработная плата по всему народному хозяйству возросла на 19%. Следовательно, производство продуктов питания в нашей стране росло опережающими темпами по сравнению с ростом населения и заработной платы.

Все предприятия пищевой промышленности работали на полную мощность, были обеспечены сельскохозяйственными и другими видами сырья, необходимыми материалами и трудовыми ресурсами. Значит, развитие экономики пищевых отраслей никак не могло спровоцировать появление дефицита продовольственных товаров.

…умело, как перед Февральской революцией 1917 года, организовали дефицит продуктов и товаров народного потребления, вызвав недовольство народа (табачные, мыльные бунты и т.д.).

Саботаж уже тогда был виден невооружённым взглядом, например – одновременно, по всей стране, неожиданно под разным предлогом закрыли все табачные фабрики – отправив рабочих в отпуска. По тому же сценарию создавали искусственный дефицит и по другим продуктам-изделиям – стиральные порошки, мыло, продукты питания и т.д.

Хотя запасы продуктов и товаров народного потребления и были на складах – их запрещали вновь подвозить в крупные промышленные центры, те же что были уже подвезены – не разгружали из вагонов и т.д. В Москве этим саботажем руководили Попов (будущий первый мэр) и Лужков (будущий второй мэр).

К 1991-му в результате «перестройки» и созданной системы двоевластия в Москве (два конкурентных и соперничающих друг с другом правительства – СССР и РСФСР, Горбачева и Ельцина) развал в экономике уже доведён был до полного хаоса. В некоторых регионах начинаются табачные бунты, так как даже по карточкам сигареты не купить. Они просто «исчезли».
Николай Рыжков, в 1985-1990 гг. – председатель Совета Министров СССР, в телевизионной программе «СССР. Крах империи» (7-я серия), показанной 11 декабря 2011 года (канал НТВ) рассказывает, как в стране искусственно создавался этот табачный голод: «Мне звонит Горбачев и говорит: «Вот у меня Ельцин, ты не можешь зайти ко мне?» Я пришёл. А я уже знал, что творится. Несколько дней чуть ли не бунты происходили. Я говорю: «Михаил Сергеевич, а почему вы меня спрашиваете? Вон рядом с вами Борис Николаевич, вот с него и спросите.

Борис Николаевич, я, может, ошибусь, 28 фабрик табачных. Из них 26 остановили на ремонт в один день. Так чего спрашиваете?

Тот (т.е. Горбачев): «Борис Николаевич, на каком основании вы приняли решение остановить практически полностью табачную промышленность республики. Зачем вы это сделали?»

И в самом деле, зачем? Если это не сознательный саботаж и вредительство, то, что это? И всё это делалось новой, уже демократической, властью Российской Федерации ради окончательной дискредитации и ликвидации власти своего соперника, Горбачева вместе с СССР, и для захвата единоличной власти через развал страны.

А вот, что говорит в этой же программе Юрий Прокофьев, в 1989-1991 гг. — 1-ый секретарь Московского городского комитета КПСС: «Есть документ: выступление Попова на Межрегиональной депутатской группе, где он говорил, что надо создать такую ситуацию с продовольствием, чтобы продукты выдавали по талонам. Чтобы это вызвало возмущение рабочих и их выступления против Советской власти». И совершенно чётко: летом 91-го года на подъездных путях к Москве стояли эшелоны с маслом, сыром, мясом, стояли рефрижераторы, которые в Москву не пускали. Но тогда уже власть хозяйственная была уже не в руках партийных организаций».

Николай Рыжков подтверждает (в этой же программе): «Приходили составы с мясом, с маслом. Идут ребята разгружать, как всегда студенты. Им на подходе говорят: «На тебе деньги, уматывай, чтоб тебя и близко не было». И всё. И сплошь, и рядом. Всё делалось для того, чтобы только сделать хуже. Посмотрите – до чего, мол, они вас довели».

Захват власти через создание искусственного исчезновения продуктов в столицах (метод либерально-демократического «голодомора») – испытанный, проверенный прошлым опытом, приём либеральных революционеров. Точно также через чиновничий саботаж и провокации либералы создавали перебои в снабжении хлебом и другими продуктами в Петрограде, готовясь к свержению Николая II и демонтажу царской системы власти в Феврале 1917 года.

О том, что проблемы с продовольствием и другими товарами в СССР ещё в 1990-м году создавались искусственно, пишет и Михаил Полторанин: «Я встретил в Москве старого знакомого Теймураза Авалиани – его избрали народным депутатом СССР от Кузбасса. (Своё имя и фамилию ему, русскому, дал грузинский солдат, который подобрал его плачущим ребёнком около убитых немцами родителей и отнёс в детдом). Мы зашли с ним на заседание МДГ. Он послушал Гавриила Попова, Анатолия Собчака, Виктора Пальма из Эстонии и сказал: «Нет, это опять словоблудие!» И потянул меня на выход. Там и сообщил новость: кто-то стремится спровоцировать в Кузбассе социальный взрыв. С чего он это взял? Много признаков преднамеренного доведения шахтёров до бунта: задержка денежных средств, запрет на выдачу спецодежды и другое. Но особенно показательно исчезновение товаров с прилавков магазинов. Сначала не стало мясной и молочной продукции, хлебных изделий. Народ загудел. Потом не стало постельного белья, носков, сигарет, лезвий для бритья. А потом исчезли с прилавков чай, стиральный порошок, туалетное и хозяйственное мыло. И всё это в течение короткого времени. Шахтёрам стало нечего есть и нечем умываться.

Опытный Авалиани заподозрил что-то не то. И с группой депутатов проехал по кожевенным заводам. Склады забиты мылом, на отгрузку в шахтёрские города – запрет. Приехал в Кузбасс председатель Совмина СССР Рыжков, посмотрел на всё, пробурчал: «Так жить нельзя!» И отбыл
восвояси, ничего не решив. Ему сказали: «Если у правительства нет денег, разрешите нам продать часть угля в Японию или Китай – мы обеспечим шахтёров продуктами. На складах угля скопилось около 12 миллионов тонн, он самовозгорелся, уходит в дым. А местные власти решить этот вопрос не имеют права. Но и здесь Рыжков ничего не сделал. Где-то разрешили гнать всё за границу, а шахтёрам подзаконными актами самостоятельность наглухо перекрыли».

Из книг

Юрий Козенков/Косенков «Схватка за власть»

«Сотни тысяч вагонов оставались неразгруженными, простой одного вагона в сутки стоил 60 рублей, а их было тысячи. С учетом потерь от срыва сроков поставок, ПОРЧИ продуктов в вагонах и их простоев, убытки составили более 8,5 млрд.рублей в год»

«Стратегия напряженности. Недовольство народа разогревалось уже давно. Еще в Брежневские времена. Социальная несправедливость, создание партхозноменклатурой касты неприкасаемых, двойная мораль, взяточничество расцвели пышным цветом уже в середине 70-х годов. Низкое качество товаров и их дефицит порождали в людях сразу букет пороков: делячество, махинации, подлоги, аферы, обвесы, воровство и т.д. Всем хотелось жить лучше, поэтому наиболее слабые душили в себе совесть и мораль, идя на неблаговидные поступки. Постепенно в народе размывались те качества, которые цементируют народ и создают основу для превращения его в нацию. Но ахиллесовой пятой СССР стали железные дороги. Еще в Брежневские времена железные дороги стали работать с большими перебоями, а к приходу Горбачева и вовсе наступил паралич. Дезорганизация работы железных дорог вела к срыву сроков поставки сырья, комплектующих и товаров на десятки тысяч предприятий внутри страны. Увеличение выпуска, железнодорожных вагонов не решало проблемы, так как удар пятая колонна нанесла по самому уязвимому звену на транспорте — разгрузке вагонов. Парализовав разгрузку вагонов, парализовывали и работу железной дороги, так как это приводило к скоплению вагонов, которые забивали запасные пути многих железнодорожных узлов связывающих различные регионы страны…

Буквально за два года ситуация с затовариванием грузов в портах и на железнодорожных станциях, стала критической. Сотни тысяч вагонов с грузами, оставались неразгруженными. В каждом Министерстве СССР были созданы специальные штабы, которые организовывали разгрузку вагонов прибывающих на подведомственные предприятия и докладывали ежесуточно Министрам и в ЦК КПСС. Так например, на заседании коллегии МПС 19 октября 1989 года говорилось о том, что в морских портах скопилось свыше 2.200.000 тонн импортных грузов, кроме этого на пограничных станциях ожидают перегруза 9.180 вагонов и на подходе к границе находится 12.990 вагонов… Перед МПС стоит задача в кратчайшие сроки вывезти из портов 9.000.000 тонн зерна, 500.000 тонн сахара, 950.000 тонн металлов, а также 2.500.000 тонн прочего импорта…

При всем этом нужно иметь в виду, что суточный простой одного вагона только у нас в стране стоил 60 рублей. То есть в пересчете на год, только простои вагонов приносили убытки в 2,5-3,0 миллиарда рублей, а с учетом всех потерь от срыва сроков поставок продукции, до порчи продуктов в стоящих вагонах и их простоев убытки составляли более 8,5 млрд. рублей в год. Газета «Правда» 20 октября 1989 года публикует снимки с железнодорожных товарных станций Москвы, которые забиты вагонами с медикаментами, сгущенным молоком, сахаром, кофе и другими продуктами. Заместитель начальника службы контейнерных перевозок Московской железной дороги О.Войтов сообщал корреспонденту «Правды» о том, что на площадках товарных станций Москвы скопилось 5.792 средне и крупногабаритных контейнеров и около 1.000 вагонов.
Так на станции Бекасово-1 стояли вагоны с импортной мебелью, чаем, обувью, парфюмерией, обоями, трикотажем. На станции Мачихино мертвым грузом лежат мебель, кофе, швейные изделия, ткани, туалетная бумага, обои, инвалидные коляски, кинескопы. На Киевской товарной станции лежат соки, кофе, чай, табак,
болгарские огурцы, овощные ассорти и яблоки из Венгрии, вино, ковры, белье, зеленый горошек, томаты и почти два месяца эти товары не могут попасть на прилавки магазинов. А магазины Москвы в это время пустые и народ кипит от возмущения и ненависти к Горбачевской импотентной власти…

Простые люди возмущенные саботажем и всеобщим бардаком направляли сотни тысяч писем в ЦК КПСС Горбачеву и в Правительство, его премьер-министру Рыжкову. Так С.Машков машинист локомотивного депо в Кунцево-П, крупнейшей товарной станции Москвы, с возмущением писал: «…магазины не ломятся от товаров, а грузы со станции забирают только днем потому, что ночью и в выходные дни склады получателей не работают… на других товарных станциях Москвы ситуация такая же. Каждый день я еду на работу мимо станции Фили и вижу скопление десятков рефрижераторных вагонов с мясом-маслом птицей… Они неделями простаивают без движения.»

В Ленинграде по талонам отпускают сахар и другие продукты, а станция Ленинград-Варшавская забита неразгруженными вагонами. Так в январе 1990 года ежесуточно простаивало по 120 -140 вагонов. Члены рейдовой бригады газеты «Рабочая Трибуна» и еще ряда газет Ленинграда прошли по цепочке от вагонов на железнодорожных станциях до прилавков магазинов и констатировали: «…организованный саботаж». А в
Москве например, сотрудники Института прикладной математики имени М.В.Келдыша, через газету «Московская правда» 18.01.1990 года опубликовали телеграмму, в которой говорилось, что они готовы принять участие в разгрузке вагонов. Но прошло более полумесяца, а они даже не получили ответа из Моссовета куда дали свою телеграмму…
Естественно, что скопление сотен тысяч вагонов с товарами и продовольствием, в том числе импортным, по всей стране автоматически притягивало в себе взоры торговой мафии, которая в тесном альянсе с уголовной мафией начала массовые грабежи этих товаров. Ни у какого МПС не хватило бы сил обеспечить охрану и сохранность грузов в таких гигантских объемах и на такой огромной территории. Количество преступлений на железных дорогах и станциях стало удваиваться почти ежемесячно.

Что уж говорить о том, что такое огромное количество товаров просто некуда было складировать, что безусловно было учтено пятой колонной. Так например, в октябре 1989 года в Ленинграде на путях простаивали 180 вагонов с мясом, но в городе не было необходимого количества холодильных мощностей и складского хозяйства для обеспечения нормального жизнеобеспечения населения. За тридцать лет население города увеличилось вдвое, а емкости хранения продуктов — уменьшились втрое…

Такая картина наблюдалась фактически во всех более менее крупных городах Союза. Сигналы «SOS» летели по всей стране и в первую очередь из портов: Ильнчевский порт (чай, кофе, детское белье, масло, стиральные порошки.)

— 71.000 тонн импортных грузов простаивает, так как нет вагонов; Новороссийский порт, только в одном сентябре 1989 г. недополучил от МПС

— 3.200 вагонов для разгрузки грузов; Одесский порт, Таллинский, Рижский…

Отовсюду потоком идут телеграммы: «дайте вагоны», а в это время сотни тысяч вагонов месяцами стоят неразгруженными на товарных станциях. По сообщению газеты «Советская Россия» (18.03.1990 г.) двадцатитонные контейнеры с товарами народного потребления простаивали от 60 до 90 дней. Только за 1989 год МПС не дал только в порты страны свыше 170.000 вагонов. За простой каждого зафрахтованного судна (а их было — сотни) государство платило огромные штрафы в валюте, доходящие до 600.000 долларов. Грубые прикидки ущерба нанесенного стране только ударом пятой колонны по Министерству путей сообщения за период 1988-1990 годов составил около 46 миллиардов рублей или свыше 70 миллиардов долларов США по курсу того времени.

Ситуация, при которой полки магазинов были пусты, а в стране имелись в избытке любые продукты и товары, могла привести только к одному — к бунтам населения, чего собственно и добивалась пятая колонна. В городах страны, в первую очередь в крупных промышленных центрах, где многочисленный рабочий класс, в Москве и Ленинграде начинаются массовые протесты людей умело переводимые в бунты и беспорядки.

Реклама
 

Метки: , , ,

Доимпортозамещались…


В 2016 году из-за политики импортозамещения в России возможен дефицит мяса, молока и сыров

Счетная палата РФ в докладе по проекту федерального бюджета на 2016 год предупредила о возможности возникновения дефицита мяса, молока, а также сыров, сообщает «Знак.ком». Причем, это напрямую связывается с политикой импортозамещения.

Дело в том, что некоторые виды отечественной продукции напрямую зависят от поставок зарубежного сырья и оборудования. После введения контрсанкций многие поставки в Россию оказались невозможны. Это касается производства некоторых видов мясных и молочных продуктов, а также сыров. Данное положение создает проблемы для загрузки производственных мощностей российских пищевых товаров.

Докладчик отметил, что в последние годы российский потребитель привык к качественным товарам, поэтому уже вряд ли будет удовлетворен товарами низкого сорта. «Соответственно, со стороны потребительского спроса не стоит ждать поддержки, «голосования рублем» за отечественную продукцию в случае ее качественного ухудшения», — констатирует Счетная палата.

 

Метки: , , , ,

#Дефицит лекарств в отдельно взятой Пензе #Пенза #лекарства #медицина #здоровье #Минздрав #льготы


Дефицит лекарств по всей России — это пока, к счастью, только возможное будущее, которое может и не наступить. Дефицит лекарств в отдельных регионах, к сожалению, — уже российское настоящее. Недавно рассказывалось про Ульяновскую область, — а вчера официоз поведал про Пензенскую…

«Из госбюджета на каждого льготника начисляется около 700 рублей. Кроме того, по закону, действующему еще с 1994 года, те, кто страдает, к примеру, онкологическими заболеваниями или сахарным диабетом, даже если они предпочли получать денежный эквивалент социального пакета, могут дополнительно рассчитывать на бесплатные медикаменты. Здесь финансирование идет из местной казны. В итоге средств систематически не хватает. «Система льготного лекарственного обеспечения, я выскажу свое мнение, стала плохо работать. Просто не дорабатывает, откровенно говоря. Мы видим, что уже несколько лет в полном объеме обеспечивать льготные категории граждан лекарствами мы просто не можем. При существующей нормативно-правовой базе ни один бюджет с этим не справляется. Как в нашем регионе, так и в целом по России», — сказал он. Исправить ситуацию мог бы переход на систему лекарственного страхования. С такой инициативой перед российским Минздравом выступили не только пензенцы. Подобное предложение уже поступило в Москву и от представителей других областей»

В общем, «центральное» начальство (в настоящее время — «питерское», хотя, как явствует из пояснений пензенского чиновника от здравоохранения: «…по закону, действующему еще с 1994 года», — такое положение сложилось ещё при «уральских») «социального государства» жалеет денег на помощь больным, — в связи с чем заставляет раскошеливаться начальников местных. У местных начальников денег нет (не в последнюю очередь — по той причине, что все деньги, какие можно, себе забирает «центр»), — поэтому… поэтому местное начальство ратует за «лекарственное страхование», то есть за то, чтобы, тем или иным способом, собирать деньги с «простого народа», включая самих больных.

К слову, «социальным государством» ельцинско-путинскую Россию провозглашает её «конституция»; которая, впрочем, как принималась, — так и «действует».

 

Метки: , , , , , ,

Отличие капитализма от социализма в России


Для начала предлагаю вспомнить сцену из знаменитой советской кинокомедии «Бриллиантовая рука», где главный герой в исполнении Юрия Никулина ходит по магазину и ищет для жены халатик с перламутровыми пуговицами. Так вот социализм — это строй, где имеется дефицит халатиков с перламутровыми пуговицами при наличии халатиков с обычными пуговицами. А капитализм в России — это строй, где нет дефицита халатиков с перламутровыми пуговицами, но есть нехватка обычных халатиков.

В чем причина такой перверсии? Всё дело в том, что социализм в России был нацелен на удовлетворение естественных или базовых потребностей людей, а капитализм всегда и везде нацелен на извлечение максимальной прибыли. Понятно, что халатики с перламутровыми пуговицами приносят большую прибыль, а халатики с обычными пуговицами приносят либо меньшую прибыль либо вообще убытки.

Говоря более научным языком по этой причине при социализме наблюдалось два вида товарного дефицита. Дефицит некоторых массовых продуктов типа пресловутой колбасы за 2.20 или мяса по причине низких государственных цен на них. Второй вид дефицита был на предметы роскоши типа легковых автомобилей. Этот вид дефицита был прямым следствием первого. У людей из низких цен на базовые продукты (простые халатики) образовывался избыток денежных средств, который он направлял на предметы роскоши (халатики с перламутровыми пуговицами). Государство, хоть и увеличивало производство тех же автомобилей, но все равно не могло удовлетворить повышенный спрос на них, а потому просто постепенно поднимало цены на них, но даже это не помогало: избыток денежных средств на руках населения неизбежно создавало товарный дефицит в целом.

Это противоречие социализма разрешил капитализм в 1992 году. Отпуск цен мгновенно высосал избыточную денежную массу населения. Высосол даже с перебором, сделав 70% населения нищими. Это и была та самая перверсия, когда товарный дефицит сменился денежным. В этом весь секрет т.н. рыночного изобилия 90-х, когда прилавки наполняются, а желудки граждан пустеют. Это хорошо видно по статистике потребления с 1990 по 2013 гг:

Данные Росстата. Зеленым цветом показан рост относительно 1990 года, а красным уменьшение потребления.

Все это было бы не так страшно, если бы не мгновенно выросшая смертность населения в том числе и по причине голода значительной части населения. Масштабы роста смертности оказались вполне сопоставимы с людскими потерями от голода 1933 года, а по всему периоду в целом сопоставимы с людскими потерями в Великой Отечественной войне:

Судя по этим данным России слишком дорого обошлось удовлетворение потребности в халатиках с перламутровыми пуговицами.

Семен Семеныч…

 

Метки: ,

Дефицит по-советски



Нынешнюю молодежь зачастую пугают тотальным дефицитом, царившим в СССР. Действительно, где-то к концу 70-х годов многие товары стали исчезать с полок магазинов. Однако советский дефицит – своеобразный. Его особенность заключалась в том, что у всех все было, холодильники ломились от продуктов. Сегодня царит изобилие: бери – не хочу, как говорится. Вот только окончание знакомого выражения утратило актуальность, теперь больше подходит «не могу»…

Раньше люди жили дружно, знали соседей, поэтому если кто-то из жильцов попадал на дефицитные товары, тут же об этом узнавал весь дом. Стояли длинные очереди, брали впрок и знакомым, поэтому частенько количество отпускаемого ограничивали.

На дефицитных товарах прилично зарабатывали завмаги и продавцы, реализуя из-под полы втридорога. Дородная дама с пышной прической и дорогими побрякушками – типаж работника торговли тех лет. Такие торгаши чувствовали себя как рыба в воде.

Говядина в магазине стоила 1.90 руб, свинина – до 2.50 руб/кг. При этом обычным покупателям доставались косточки, все лучшее уходило дороже и «по блату». Если бы руководство страны оперативно отреагировало на спекуляции, многих проблем можно было избежать.

Существовали тогда и магазины кооперативной торговли. Продукты туда поставляли из сел. Товары были отменные, но дороже. Казалось, 6 руб. за кило вырезки – слишком уж дорого. Привыкли люди, что продовольствие в стране дешевое. На «червонец» можно было неделю жить, не напрягаясь. Вареная колбаса по 2.20, яйца и молоко никогда в хозяйстве не переводились.

Подготовку к празднику хозяйки начинали за несколько месяцев. Хлопотно было, однако умудрялись приобретать необходимое. Очередь — верный признак дефицита. Время, конечно, потеряешь, но майонез, горошек, копчености, ветчину и прочие деликатесы точно достанешь. При дефиците столы советских граждан ломились от яств. Да и качество тех продуктов – не чета сегодняшнему. Хотя меж собой шушукались: в вареную колбасу, дескать, туалетную бумагу добавляют! Слухи, конечно, но кое-кто верил.

Удачной покупкой были бройлерные курочки из Венгрии. Пышные тушки, запечатанные в яркую упаковку, казались сказочно вкусными. Витрины советских магазинов все больше «синенькие» цыплята украшали. Но даже тогда для бульона предпочитали брать отечественную птицу – с нее навар гораздо лучше.

С модной одеждой тоже не просто было. Если увидел в магазине симпатичное платье или костюм – готовься – полгорода щеголять в таких будет. Поэтому модницы обращались в ателье, к портным или к спекулянтам-фирмачам. Последние брали очень приличную цену, но и товар соответствовал производителю, значащемуся на этикетке. К слову, мне довелось с 1984 по 1991 г. жить в Туркмении. Там все магазины импортом забиты были, безо всякого дефицита. Женщины там носят национальную одежду, поэтому покупали лишь ткани.

Парадоксально, но в СССР все были сыты, прилично одеты, при этом жаловались на дефицит. Тяжеловато было с мебелью, сантехникой, стройматериалами. Но и эти проблемы были решаемы за небольшую доплату.

Те, кто жил рядом с республиканскими столицам, по выходным на электричках ездили в мегаполисы. Там очереди лишь в центральных гастрономах и универмагах, да и то иногородние создавали. На окраинах тот же ассортимент продавали свободно, без ограничений «в одни руки».

Казалось, ситуацию с дефицитом намеренно раскручивают. Судя по дальнейшим событиям, предположения об искусственном ажиотаже не были лишены смысла… Страна разделилась, республики зажили своей жизнью. И все теперь у всех есть: витрины манят модными новинками, разнообразием деликатесов. Вроде бы проблема снята, но дефицит остался – теперь он финансовый для большинства, а меньшинству всего лишь совести не достает…

 

Метки: , , , , , , , , , ,

Макияж по-советски, или что лежало у нас в косметичках



Тем женщинам и девушкам, кто не застал советское время тотального дефицита, сложно представить, какого труда стоило тогда наполнить свою косметичку более или менее приличным содержимым. Если вы не имели знакомых или родственников в торговле, то приходилось довольствоваться тем, что лежало на прилавках универмагов, а именно: советской косметикой. В связи с превышением спроса над предложением производителям не нужно было особо расширять товарный ассортимент — покупалось то, что выпускалось нашей промышленностью.

Лак для ногтей.

Начнем с того, что лак для ногтей в советское время был таким же дефицитом, как и все остальное. Если, придя в магазин, мы видели на прилавках лак для ногтей (а стоил он 44 копейки за бутылочку), то мы хватали его по десять штук. Недалеко от моей школы был универсальный магазин, и я сбегала с урока, если кто-то из девочек узнавал о наличии лака в продаже. Разнообразие было невелико: прозрачный белый, прозрачный розовый, перламутровый белый и перламутровый розовый. Разумеется, сразу всех четырех видов лаков на прилавках я никогда не имела счастья наблюдать.

Самым любимым вариантом для нас был перламутровый белый, не столько из-за его красоты, сколько из-за возможности перекрасить его в разные цвета. Как мы это делали? Брали стержни из шариковых ручек трех имеющихся цветов: синий, зеленый и красный. Если убрать пишущую головку, то пасту из стержня легко можно было выдуть в любом количестве. Добавив капельку пасты в лак, мы получали голубой, розовый и зеленый цвет требуемой интенсивности.

Духи Шахразада.

Мечта всех девочек от 3-го до 10-го класса. Этот волшебный восточный сладкий аромат казался божественным на фоне прочего небогатого ассортимента советской парфюмерной индустрии. Но большинству девочек оставалось только мечтать о нем, ведь духи расходились «по своим» задолго до того, как попасть на полки магазинов. Иногда в деревенских или поселковых сельпо случайно удавалось ухватить пару бутыльков, но в городских универмагах сделать это было практически невозможно. Несколько лет назад я обнаружила знакомую бутылочку с зеленоватой жидкостью в одном из магазинов. Ностальгические чувства побудили меня немедленно приобрести заветный парфюм, но, к сожалению, волшебство рассеялось при первой же пробе: сильный сладкий и удушливый аромат мог понравиться только неизбалованной многообразием выбора советской девочке-подростку.

Помада для губ.

Лучшая помада для губ в советское время была представлена рижской фабрикой «Дзинтарс». Сейчас этой фабрике около 165 лет, и до сих пор ее по-настоящему качественная продукция ценится далеко за пределами Прибалтики. Чего нельзя сказать о советских помадах других производителей.

Ужас, изображенный на картинке, это ни что иное, как проявляющаяся помада из 70-х годов времен наших бабушек. Именно такой ярко красной помадой пользовалась моя бабуля до самой старости. В детстве мы с сестрой тырили бабушкину помаду и разукрашивали свои мордашки до самого носа. Отмыть ее было практически невозможно. Только через несколько дней наши шкодливые лица приобретали естественный цвет.

Тушь для ресниц.

Утреннее наведение марафета моей мамой всегда включало ювелирную работу: покраску ресниц с помощью удивительной туши «Ленинград». Ее кисточка была сделана из негнущейся пластмассы, саму тушь нужно было смачивать водой (читай — слюной), чтобы размочить, потому что она была не кремообразной, а твердой, по структуре напоминающей маленький кусочек мыла. Кисточка полностью забивалась тушью сразу после первого применения.

Зато ресницы окрашивались в «кардинально» черный цвет и глаза приобретали требуемую выразительность. Если вам случайно приходилось попасть под дождь и промокнуть, то после этого вашим лицом можно было пугать детей, потому что тушь легко и непринужденно растекалась до середины щеки. Говорят, тушь «Ленинград» до сих пор иногда встречается в продаже.

В общем, стремление русских женщин к красоте невозможно истребить такой мелочью, как плохая косметика. Русские женщины были, есть и будут самыми красивыми в мире.

 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , ,

В Пензе из-за кризиса и дефицита бюджета отменены льготы на проезд в автобусах


В Пензе постановлением мэра Юрия Кривова №410/1 от 31 марта отменяются льготы на проезд в городских автобусах, бесплатный проезд для льготников сохраняется только в троллейбусах, причем с ограниченным количеством поездок в месяц. Как сообщил 6 апреля корреспондент Каспаров.Ru, документ не опубликован на официальном сайте мэрии, но о нем уже сообщили городские СМИ.

Льготы в автобусах отменяются с 1 мая, в троллейбусах льготники могут проехать бесплатно по электронному проездному документу стоимостью 320 рублей только 32 раза в месяц вместо установленных ранее 40 поездок.

При продлении действующей льготной транспортной карты на следующий месяц количество неиспользованных поездок в текущем месяце прибавляется к количеству поездок следующего месяца, при этом общее количество доступных поездок по карте не может превышать 64.

Следует отметить, что пока еще действующим постановлением администрации Пензы от 19 декабря 2012 года установлены 50 категорий граждан, имеющих право на дополнительные меры социальной поддержки в виде предоставления электронного проездного документа, дающего право проезда в городских автобусах и троллейбусах.

Изначально количество поездок было ограничено двадцатью в месяц, но после массовых акций протеста пензенских льготников в декабре 2012 года лимит поездок был повышен до 40.

Дотации за льготников выплачивались как муниципальному транспортному предприятию, так и частным транспортникам. В настоящее время из-за банкротства единственного муниципального транспортного предприятия все автобусные маршруты в Пензе являются частными, в распоряжении города остался только электротранспорт, который отдан временно в распоряжение муниципального предприятия «Пензалифт».

Виктор Шамаев

 

Метки: , , , , , ,

О причинах товарного дефицита в СССР


«Напишите, пожалуйста, о товарном дефиците в СССР. Много приходилось слышать от буржуазной пропаганды и убеждённых антикоммунистов, что в СССР был дефицит товаров, а как только сокрушили плановую экономику — он исчез. Хотелось бы прочесть ваше мнение.»

Читатель, задавший этот вопрос, совершенно прав – тема товарного дефицита у либералов в перестройку была чуть ли не центральной. Да и сейчас она остается любимейшим «аргументом» антисоветчиков всех мастей. Сторонники капитализма, используя этот тезис якобы о катастрофической нехватке товаров народного потребления в СССР и других странах социализма, пытаются напугать людей «ужасами коммунизма», одновременно внедряя в сознание недовольного капитализмом населения, что капитализм, конечно, нехорош, но коммунизм еще хуже, а следовательно, стремиться к коммунизму незачем, лучше попытаться немножко реформировать капиталистическое общество, сделав его более комфортным для жизни.

В интересах какого общественного класса действуют такие «советчики», совершенно понятно – господствующего класса буржуазии, который изо всех сил стремиться сохранить свою власть и свои привилегии в обществе. Располагая огромными материальными средствами, буржуазия покупает тысячи ученых-холуев, которые готовы извратить и перевернуть любые факты истории, подав их так, как выгодно буржуазии. Эти «ученые» многократно преувеличивают одни явления и события, но совершенно не учитывают другие, на порядок более важные и глобальные. При таком подходе ни о какой научности не может быть и речи. Если бы подобным образом действовали ученые-естественники, физики или химики, то никаких законов природы они открыть бы не смогли – физика и химия как науки до сих пор бы находились на доисторическом уровне развития.

Но российским буржуазным историкам, обществоведам и аналитикам всякого рода можно подменять науку антинаукой – российское государство, свято охраняющее интересы класса буржуазии, дает им право на ложь, самым активным образом помогая распространять эту ложь среди населения.

«Ну, как же ложь», — скажут некоторые наши читатели, не согласные с нашими выводами, — «когда мы этот товарный дефицит в СССР сами видели? Прилавки-то советских магазинов были пустые!» На что им другие наши читатели совершенно справедливо заметят: «Прилавки кое-где может были и пустые, да только в холодильниках у советских граждан все было!»

И возразить тут что-либо вряд ли возможно – в Советском Союзе действительно никто никогда не видел голодных и нищих людей, и холодильники у всех действительно были полными. Это бесспорный факт! Да и всего остального – одежды, обуви, бытовой техники и пр. вполне хватало – голым или в рванине никто не ходил, на улицах не было бездомных, нищих и безработных.

Так что же получается, что первые ошибаются? И в Советском Союзе никакого товарного дефицита не было?

Чтобы ответить на этот вопрос, давайте для начала разберемся с понятиями. К примеру, выясним, что такое товарный дефицит.

Вот как определяет это товарный дефицит «Финансовый словарь»: «Дефицит товарный — несоответствие товарного предложения спросу.»

Имело ли место данное несоответствие в СССР? Нет, такого не наблюдалось.

Почему? Да потому что «холодильники у всех были полными»! А это значит, что предложение товаров в СССР полностью соответствовало существовавшему на тот момент спросу и этот спрос в итоге удовлетворялся. Все кто хотел купить – покупали.

Википедия, определяя понятие товарного дефицита в СССР, более откровенна, она сразу показывает «куда дует ветер», т.е. какие цели преследовали те, кто писал статью о товарном дефиците: «Товарный дефицит в СССР — явление, присущее советской плановой экономике, постоянный недостаток отдельных товаров и услуг, которые покупатели не могли приобрести, несмотря на наличие денег.

В тех или иных масштабах и разных сферах жизни товарный дефицит был характерен практически для всей истории существования СССР и сформировал «экономику продавца» — производители и система торговли в условиях планового хозяйствования (отсутствие конкуренции и т. п.) не были заинтересованы в качественном сервисе, своевременных поставках, привлекательном дизайне и поддержании высокого качества товаров.

К тому же, из-за проблем, характерных для плановой экономики, периодически исчезали из продажи самые обычные товары первой необходимости (например, туалетная бумага).

Следует отметить, что данное явление относилось не только к производству промтоваров массового потребления («ширпотреб»), но, в значительной степени, и к крупному промышленному производству (например автомобилестроению — фактически весь период «свободной торговли» её продукцией проходил в условиях строго лимитированных и нормируемых «рыночных фондов»).» (Подчеркивание в тексте – наше).

Т.е. авторы совершенно недвусмысленно дают понять, что явление товарного дефицита свойственно исключительно плановой экономике. А вот это уже очень и очень интересно. Потому что полностью противоречит реальности бытия, как советского, так и буржуазного.

Буржуазного? Именно так. Ведь экономика буржуазного общества в силу своего рыночного характера по определению не может знать чего и сколько нужно людям. Рынок это синоним хаоса. Т.е. всякая капиталистическая экономика изначально товарно-дефицитная! Именно дефицит является ее двигателем, и на выявление дефицита (нехватки) чего-либо крупные капиталистические предприятия затрачивают уйму средств, держат сотни и тысячи специалистов-маркетологов.

Почему? Да потому что обнаруженный дефицит сразу указывает ту нишу рынка, где можно получить большую прибыль. А прибыль – это главная, всепоглощающая цель всякой капиталистической экономики! Масса производителей тут же пытается удовлетворить повышенный спрос на выявленный товар повышенного спроса, производя этот товар в огромном количестве и одновременно сокращая производство других товаров. И поскольку этот процесс никем и ничем не регулируется, он тут же вызывает товарный дефицит в тех местах, где раньше не наблюдался!

Капитализм – это постоянный товарный дефицит, возникающий тот тут, то там! И ликвидировать этот дефицит в рамках капиталистической экономики совершенно невозможно в силу самого ее неорганизованного характера!

Только плановая экономика, которая четко знает что, кому и сколько требуется, может окончательно справиться со всяким дефицитом. Ибо только тогда, когда ты знаешь сколько нужно произвести и кому направить произведенное, у тебя не будет никакого дефицита, никакой нехватки!

Так почему, говоря об СССР, утверждают, что там был товарный дефицит, ведь в Советском Союзе существовала как раз та самая плановая экономика?

Да потому, что современным буржуазным идеологам необычайно важно доказать во что бы то ни стало «преимущества» рыночной экономики над экономикой плановой, и поскольку этих преимуществ на самом деле нет, то приходится их выдумывать, подтасовывать, перевирать, нарушая все и всякие законы логики и научного познания.

Буржуазные ученые, а за ними и множество российских обывателей, доверяющих авторитету этих ученых и наивно полагающих, что раз это ученые, то они знают лучше и не могут обманывать (На самом-то деле как раз-таки могут и еще как могут — этим буржуазным «ученым» немалые деньги платят за их ложь!), «валят все яйца в одну корзину». Они необоснованно обобщают все явления, связанные с той или иной нехваткой товаров в Советском Союзе, совершенно не учитывая при этом причины каждого подобного явления в каждый конкретный момент советской истории, и вполне сознательно приписывают любой дефицит товаров социалистической плановой экономике в целом.

Но можно ли так поступать? Справедливо ли упрекать плановую экономику в недостаточном производстве товаров, например, тогда, когда она еще находилась в процессе становления и когда вокруг бушевала стихия рынка? Или когда советской экономике пришлось преодолевать последствия самой разрушительной войны в истории человечества, которая, как известно, наиболее сильно отразилась именно на СССР? Много ли Советскому Союзу удалось пожить в мирное время, когда действительно можно увидеть способность плановой социалистической экономики удовлетворять спрос населения, когда она могла позволить себе производить товары народного потребления, а не военную продукцию? Чтобы увидеть, как работала социалистическая плановая экономика, мы должны исключить из рассмотрения и период перестройки с 1985 по 1991 г. по той причине, что в те годы стали активно проводиться рыночные реформы, разрушающие плановую систему хозяйства СССР. И негативы того времени, например, карточная система 1988 г., есть закономерный результат действия рынка, а вовсе не плана.

Если учесть все эти факторы, то с полным правом мы можем рассматривать только послевоенный период советской истории — от полного восстановления народного хозяйства СССР после Великой отечественной войны и до начала перестройки. Т.е. примерно с 1950 г. по 1985 г. Кстати, именно это время наши российские граждане, имеющие опыт жизни в СССР, называют лучшим временем жизни при социализме. Хотя тогда тоже было далеко до идеала.

Анализируя все то, что происходило в советской экономике на протяжении всей советской истории, можно с уверенностью сказать, что до смерти Сталина в 1953 году СССР, безусловно, развивался в направлении коммунистического общества. И старшее поколение еще помнит, насколько серьезно каждый год улучшалась тогда жизнь советского населения. А вот с приходом Хрущева ситуация в стране изменилась – развитие социализма затормозилось, и поворот советской экономики к рынку стал набирать обороты. Ключевым фактором этого процесса стала экономическая реформа 1965 года, получившая название «косыгинской», которая усилила элементы рынка в советской экономике. И хотя результаты этой реформы сказались не сразу – импульс, который был дан плановой социалистической экономике во времена Сталина, все еще серьезно двигал вперед ее развитие, но негативы, спровоцированные косыгинской реформой, как раз и вызвали тот самый пресловутый товарный дефицит, о котором любят ныне говорить защитники рынка.

Откуда он взялся в советской плановой экономике? Ведь СССР производил вполне достаточно, чтобы удовлетворить все потребности советского населения – данные советской статистики неопровержимо свидетельствуют об этом.

Буржуазные идеологи заявляют, что-де советская статистика кругом врала. Но это опять откровенная ложь! Это очередная попытка свалить с больной головы на здоровую, подходить к советскому социализму с мерками реалий капитализма. Ведь именно при капитализме невозможно в принципе получить честных и правдивых цифр в силу самого хаотичного и неорганизованного характера рыночной экономики. Буржуазные статистики просто понятия не имеют, кто, сколько и чего производит при капитализме. Они вынуждены доверять руководителям компаний на слово – подлинность сообщаемых ими цифр объема производства специалисты-статистики проверить не в состоянии!

И совершенно иное дело экономика плановая, да еще и в условиях общественной собственности на средства производства. Там все учитывается по сотням статей, которые подделать просто невозможно. Ведь статистика в плановой экономике существует не сама по себе, будучи полностью оторванной от процесса производства, как это имеет место в капиталистическом обществе. В плановой экономике статистика есть следствие организации самого процесса производства – без точного плана и результатов его исполнения социалистическая экономика работать не сможет! А потому любая приписка тут же выявится, поскольку она будет не соответствовать данным других статей учета, будет не согласована с цифрами, полученными от других, например, смежных производств. Приписки в рамках плановой экономики если и возможны, то только в условиях недостаточно хорошо организованного учета и контроля и в очень ограниченном объеме, когда в руках мошенника сосредоточены только цифры о своей собственной работе. Причем такие мошенники если что-то увеличивают, то должны тут же столько же и уменьшить по данной товарной позиции, например, списав лишнее в убытки, иначе согласования со смежными производствами будет невозможно.

Потому данные советской статистики есть наиболее достоверные данные, на которые только и можно опираться в серьезных научных исследованиях. Погрешность их очень мала. Игнорирование или огульное отрицание этих данных свидетельствует только о том, что автор исследования научностью своих выводов не заморачивается, что он идеологически ангажирован некими политическими силами, которым истина не нужна, а требуется всего лишь наукоподобный вывод, согласующийся с их личными политическими интересами.

Возвращаясь к вопросу о товарном дефиците в СССР, можно с полной уверенность утверждать, что недопроизводства каких-либо товаров в рассматриваемый нами период истории СССР не существовало. По сравнению с сегодняшней Россией, РСФСР производила товарной продукции в разы (!!!) больше, чем сейчас, причем чуть ли не по всем видам товаров народного потребления. Конкретные цифры мы приводить здесь не будем, чтобы не перегружать статью, которая и так получается немалой по объему. Интересующихся же данным вопросом, отсылаем к сборникам «Народное хозяйство СССР» на сайте http://istmat.info/ , где они выложены в полном объеме по разным товарным позициям.

«Но полки-то советских магазинов были пустыми!» — напомнят особенно настойчивые наши читатели, — «Мы же это сами видели!».

Давайте и мы теперь напомним этим занудам, что они еще видели в СССР, но почему-то не вспоминают об этом, когда ведут речь о товарном дефиците в СССР. Они видели, например, (и даже не раз посещали!) кооперативные магазины, работающие от системы «Потребкооперации»; неоднократно бывали на колхозных рынках; вероятно, не единожды пользовались услугами Отделов рабочего снабжения (знаменитые ОРСы), существовавших на тех предприятиях, где они работали, и т.п. Т.е. в СССР товары народного потребления, и в первую очередь, продукты питания продавались населению отнюдь не только в государственных магазинах, которые, как правило, имеют в виду те, кто любит вспоминать о «пустых полках».

В Советском Союзе существовала разнообразная и достаточно совершенная система распределения товаров, причем, если где-то и когда-то в силу определенных условий, о которых мы поговорим чуть ниже, в некоторых местах страны в государственных магазинах действительно был недостаточный товарный ассортимент, то в кооперативных магазинах и уж тем более на рынках всегда ВСЕ БЫЛО! Не было такого времени в истории СССР, чтобы на рынках ничего нельзя было купить!

Да, на рынке и в кооперативных магазинах товары были дороже, чем в государственных магазинах, но сегодня в условиях буржуазной России при дикой дороговизне даже продуктов первой необходимости что-то никто о товарном дефиците в стране не заикается! Хотя как минимум к половине населения России весь этот внешне красивый товарный ассортимент никак не относится – они могут только на него глядеть – все эти товары им не по карману!

Вот этим последним фактором – «не по карману», т.е. возможностью купить товар, и определяется наличие товаров в условиях рынка, которому наплевать на потребности людей, ему главное – их возможности. Есть деньги – ты человек, нет денег – значит тебя вообще не существует, как и твоих потребностей, и в факторе спроса в буржуазном обществе ты никак не учитываешься. Если бы сегодня цены в наших российских магазинах вдруг снизились бы в 2 раза, то российские магазины в миг бы опустели – в этом можно даже не сомневаться. И мы бы увидели такие пустые полки, причем абсолютно пустые, каковых и в самый разгул перестройки не наблюдали, когда либералы и демократы сотнями тысяч и даже миллионов тонн вывозили за границу[1] все советские товары, оставляя наше население без самого необходимого.

Советская же плановая экономика учитывала потребности всех людей, всех граждан страны. Потому в Советском Союзе любой гражданин страны мог позволить купить себе практически все, что продается в советских магазинах (предметы роскоши мы рассматривать не будем, хотя золото и бриллианты в СССР стоили недорого).

Причем манеры у советских покупателей были очень своеобразные – крайне редко и только может быть в Москве, которая находилась на особом положении, и ее жители никакого товарного дефицита отродясь не испытывали, советские граждане покупали, например, 200 или 300 грамм сыра или той же пресловутой колбасы. Колбасы обычно брали палками, часто не по одной, а по две и даже три, престижные консервы – коробками, иные товары – упаковками! Сегодня так закупаются только рестораторы или мелкие розничные торговцы на оптовых торговых базах, как затоваривались в советское время рядовые советские граждане в рядовых советских магазинах.

Зачем они это делали? А деньги позволяли, да и бегать в магазин лишний раз не хотелось. Это же удобно, когда дома все стоит в кладовке или лежит в холодильнике, протянул руку и взял.

Есть и еще один фактор, о котором, к сожалению, мало упоминается. Дело в том, что поколение, пережившее в детском возрасте войну и не понаслышке знавшее, что такое жить впроголодь, психологически себя ощущало увереннее, когда дома имелись значительные запасы товаров первой необходимости (соль, спички, бинты, мыло и пр.). Вот так аукнулась нашему народу война даже спустя десятилетия после своего окончания. По той же самой причине слух, пущенный случайно среди населения, что какой-то товар может исчезнуть с прилавков магазинов, вызывал в стране самый настоящий ажиотаж – товар на самом деле мгновенно пропадал из государственных магазинов, потому что его скупало про запас советское население. Успокоить встревоженных людей и навести порядок в торговле с данным товаром, требовало потом немалых усилий от советского государства.

Последнее есть главная причина того, почему в СССР вдруг пропадали некоторые товары первой необходимости. Эти товары, вообще говоря, не пропадали, они ежедневно и в больших количествах завозились в магазины. Только население в состоянии покупательского ажиотажа их очень быстро раскупало. 2-3 часа интенсивной торговли и товара опять нет на полках. Потому тем, кто, идя вечером с работы, его не смог купить, казалось, что товар и вовсе не завозили. Такие периоды неожиданного резкого спроса не были длительными, да и случались подобные инциденты не часто. Но память человеческая специфична, негативы помнятся хорошо, а вот детали, зачастую меняющие все суть дела, как-то забываются.

Кстати, туалетная бумага, о которой упоминает Википедия, в СССР к товарам первой необходимости не относилась. Туалетная бумага это позднее изобретение, широкое распространение в СССР она получила только ближе к перестройке. А до этого мы в СССР как-то без нее отлично обходились и ничуть себя ущемленными не чувствовали. Данная проблема решалась у нас традиционно по-другому – газет в стране издавалось очень много, их выписывала каждая советская семья. Старые газеты можно было выкинуть, можно было сдать в макулатуру, а можно было использовать и для решения данного вопроса (просим прощения за такие пикантные подробности).

Упоминание Википедии о товарном дефиците по отношению к крупному промышленному производству, безусловно, притянуто за уши. Уж чего-чего, а дефицита в советской промышленности, не касающейся производства товаров народного потребления, отродясь не бывало! Напомним нашим читателям, что товарное производство в СССР было ограничено только сферой товаров народного потребления. Вся остальная экономика страны была НЕТОВАРНОЙ. Это значит, что ни станки, ни оборудование нельзя было ни купить, ни продать. Соответственно, и дефицита товарного быть не могло, потому что производилась промышленная продукция, но не товары. (Напомним, товар это только та продукция, которая производится специально для продажи ее на рынке.)

Что же касается автомобильной промышленности, то здесь та же история. Грузовые автомобили или автобусы товарами не были, они вообще не продавались. Речь может идти только о легковых автомобилях, некоторые модели которых производились для личного потребления советских граждан. Именно некоторые, но не все. Например, «Чайки», ЗИСы, внедорожники ГАЗ-69 и УАЗы в личную собственность советских граждан не продавались. А те модели легковых автомобилей, которые продавались, далеко не сразу стали популярными и отнюдь не на все модели существовал повышенный спрос. Скажем, известный внедорожник НИВА никогда дефицитным не был, как не были дефицитом «Москвичи» (ижевские и московские), «Запорожцы», «Таврия». Не пользовались особым спросом и популярные после перестройки очень современные и стильные «восьмерки» и «девятки», которые советское население прозвало презрительно «утюгами». А вот за автомобилями ВАЗ-2106 («шестерка») или ГАЗ-24 («Волга») была огромная очередь.

Советский дефицит был вообще достаточно своеобразный.

Некоторые товары имели повышенный спрос в одних регионах страны, в то время как в других регионах те же самые товары совершенно спокойно лежали на полках и даже годами не продавались! Автор настоящей статьи в начале 80-х гг. сам лично не раз сталкивался с подобной ситуацией, когда сверхпрестижный товар (например, модные австрийские туфли из натуральной кожи, причем нескольких моделей!) спокойно лежал в сельских универмагах, абсолютно не востребованный местным населением. В то время как там невозможно было купить простые резиновые галоши, без которых в деревне никуда. Кстати, эти галоши производило предприятие, расположенное буквально в 100 км от села.

Еще один момент. Мы не случайно употребили слово «престижный». Именно так и было. Повышенный спрос, именуемый ныне «дефицит», существовал отнюдь не на все виды конкретных товаров, а именно на некоторые их разновидности – сорта и модели, в тот или иной момент почему-то ставшие престижными, модными или особо популярными. Так обстояло дело практически со всеми товарами.

Например, касательно зимней одежды, магазины были завалены зимними пальто с шикарными воротниками из норки, песца, лисы и чернобурки и вполне приличных моделей всяких разных размеров и расцветок. Но вдруг стали популярны дубленки. Вынь их народу, да положь. Дубленок производилось в стране не так много, не так много закупалось их и за рубежом, потому за ними, как только они появлялись в советских магазинах, тут же выстраивались огромные очереди. Но в принципе, все кто хотел иметь дубленку, у тех она была. Значит, и тут спрос соответствовал предложению.

Или обувь – советские обувные магазины были просто завалены всякой обувью, причем сделанной из очень хороших и качественных натуральных материалов, но… не модных, устаревших моделей. Молодежь хотела носить другую обувь – модную, которая в магазинах была, но не лежала постоянно. Хотя опять же раз на раз не приходилось.

Аналогично с пресловутой колбасой. Дефицитными сортами колбасы были «Московская летняя», «Докторская» и еще пару-тройку сортов колбас, неизвестно почему вдруг ставшие особо популярными. Их раскупали в миг, хватая по несколько палок. Но в то же время на прилавках магазинов спокойно лежали другие сорта колбас «Русская», «Бутербродная», «Краковская», «Ливерная» и т.п.

Как возникала эта мода? Почему один товар становился престижным и стремительно раскупался, а другой, ничуть не хуже, спокойно лежал на полках, и даже продавался с большим трудом, сказать сложно. Иногда это была случайность, а иногда и вполне продуманная сознательная политика некоторой части советского общества, которая позже и стала инициатором и главной движущей силой горбачевской перестройки. Мы говорим о господствующем ныне в России классе буржуазии, корни которой лежат в позднем СССР.

Теневой рынок в Советском Союзе существовал всегда. Но если во времена Сталина ему особо воли не давали — наказание за желание попаразитировать на других было настолько немалым, что отбивало у желающих всю охоту, то хрущевской время создало для возрождения буржуазии все условия. Брежневское же время, так называемая «эпоха застоя», сделало эти условия еще более комфортными. В результате чего новоявленные буржуи выросли, окрепли и усилились настолько, что осознали себя классом. Им стали тесны рамки социалистического государства. Они захотели предпринимательской свободы и сумели ее завоевать, разрушив СССР. Подробнее о том, как рос класс буржуазии в СССР, смотрите здесь.

Почему мы обвиняем в создании товарного дефицита развивающуюся в СССР буржуазию?

А вот почему. Только буржуазным элементам внутри СССР экономически был выгоден этот товарный дефицит. Советское население периодически случавшаяся нехватка то тех, то этих товаров крайне раздражала, — ему товарный дефицит был не нужен. Советское же государство тоже никак не могло быть в нем заинтересовано – постоянное недовольство населения обостряло в стране социальную атмосферу, а борьба с товарным дефицитом требовала от государства дополнительных затрат сил и материальных средств. Учитывая же то, что советская экономика производила товаров народного потребления вполне достаточно для удовлетворения существовавшего в СССР потребительского спроса, причинами нехватки чего-либо в каких-либо конкретных местах страны могла быть только плохо организованное распределение товаров народного потребления. Получается, корень проблемы следует искать в системе советской государственной торговли (частная торговля, т.е. спекуляция, в СССР была законодательно запрещена). Для такого мощного государства решить организационными проблемы где бы то ни было, в том числе и в торговле, не составляло бы никакого труда, если бы не одно НО – яростное сопротивление тому значительной части самих торговых работников, из которых как раз и началось формирование в Советском Союзе класса возрождающейся буржуазии.

Как мы помним из истории, возникновение капитализма как раз и началось с появления в феодальном обществе торгового капитала. Позднее из торгового капитала вырос ростовщический капитал и только потом, с изобретением машин и механизмов, редко увеличивших производительность труда, появился капитал промышленный. Примерно так же росла и советская буржуазия. Основным рынком сбыта для нее был теневой рынок, объем которого к середине 80-х годов составлял порядка 30% национального дохода СССР. Это огромная цифра, отлично показывающая какую серьезную силу набрала в Советском Союзе буржуазия. И силу эту она реализовала в горбачевской перестройке, сбросив с себя мешающие ей развиваться оковы социалистического общества.

Какое все это имеет отношение к товарному дефициту в СССР? Самое прямое. Накопить капитал в СССР можно было только в потребительской сфере – только там еще существовали товарно-денежные отношения, и только там шел расчет наличными деньгами. А следовательно, именно там – в системе советской торговли было возможно тем или иным способом часть наличных денег населения присвоить. Товарный дефицит позволял это сделать самым наилучшим способом.

Выше мы говорили, что капитализм это общество постоянного дефицита, который является движущей силой предпринимательской активности. Но что делать тогда, когда нет никакого дефицита, как например, в плановой экономике? Нужно его организовать!

Как организовать? А воспользоваться несовершенством советской системы распределения, прорехами в системе учета произведенных и реализованных товаров!

Для чего нужен дефицит? Для того чтобы тот же самый товар, произведенный советской государственной экономикой, продать на черном рынке значительно дороже. Или даже не на черном рынке, а тут же в государственном магазине, но из-под полы, не всем, а «своим», разумеется, с наценкой «за старательность».

Какой это мог быть товар? Только наиболее качественный и современный либо советского, либо иностранного производства.

Последнее, кстати, очень любопытно. Далеко не все наши граждане знают, с чем связана «любовь» советских граждан к товарам иностранного производства. Теперь, живя более 20 лет при капитализме, мы на собственном опыте убедились, что качественных товаров при капитализме нужно еще поискать. Товары капиталистического производства в подавляющей своей массе крайне низкого качества, и это не удивительно, ведь целью их производства является не удовлетворение потребностей людей, а получение прибыли. Потому и одежда сейчас дерьмовая, и еда несъедобная. Капитализм-производитель экономит на всем, чтобы получит как можно больше прибыли. Действительно качественные товары ему производить невыгодно экономически. Ему выгодно производить дрянь, вещи на выброс, но которые бы внешне выглядели привлекательно, и которые бы благодаря этому можно было бы продавать подороже. Потому упаковке товаров капиталист уделяет на порядок больше внимания, чем самому товару.

Это всеобщий закон капиталистического производства. Качество западных товаров это большой и дутый миф.

По сравнению с товарами, произведенными в капстранах, советские товары это товары элитной группы, без всякого преувеличения. Все – только из натуральных материалов, зачастую таких дорогих в западном мире, которые по карману только самым богатым слоям населения капиталистических стран.

Многие еще помнят вкус советских колбас, которые не идут ни в какое сравнение с тем, что сегодня нам продают под видом колбас в наших российских магазинах — в ней ныне даже мясо не предусмотрено! Аналогичная ситуация была в СССР и с одеждой – хлопок, лен, шерсть, шелк – это ткани, из которых состояла вся одежда советских граждан. Всякую сомнительную и вредную для здоровья синтетику мы не носили. Теперь подобная одежда стоит столько, что о ней остается только мечтать. За несчастный топик из натурального шелка сегодня нужно отдать половину месячной зарплаты рабочего! А ведь в СССР мы из этого шелка даже шторы на окна шили, не говоря уже о шикарных платьях.

Это сейчас наши российские девушки ходят как штампованные, в одинаковых юбках, джинсах, блузках. А тогда, если вдруг нет в магазине того, что хочется, мы без всяких проблем шли в ателье и шили себе то, что нужно. Выбор материалов по сегодняшнему дню был в СССР просто огромный, учитывая еще и высокое качество этих материалов. С фурнитурой было похуже, но нас это не особенно напрягало. Мы не были похожи друг на друга, мы были неповторимы и оригинальны. Каждая из нас была индивидуальностью. А сейчас молодежь как безликая, унылая серая масса – одинаково одета, одинаково ходит, одинакового говорит, одинаково думает. Капитализм унифицировал и вещи, и людей. Вещи он производит только для того, чтобы их продать и тут же выбросить, а людей использовать как рабочую силу и тут же забыть об их существовании.

Но тогда в СССР, покупая импортные товары, мы видели только яркую обложку капиталистического мира, о его гнилом содержании мы и не подозревали. В советских магазинах удивительным образом продавались западные товары только высокого качества, которые ко всему прочему еще были и внешне очень привлекательны и эффектны.

Как такое могло получиться? Оказывается, тут была одна хитрость, о которой до сих пор многие не подозревают. Мы и сами случайно об этом узнали[2]. Оказывается, советское государство настолько уважало собственных граждан, что просто не могло позволить себе тратить валюту на покупку иностранного дерьма. Светские торговые представители в западных компаниях отбирали только лучшие образцы товаров из многих десятков тысяч представленных им образцов. А мы, наивные советские граждане, думали тогда в СССР, что все товары на западе так же хороши, как те, что продаются иногда в наших советских магазинах!

Миф этот потом сыграл свою негативную роль в перестройке, на него опирались те, кто активно убеждал советских граждан в преимуществах рыночной экономики. И люди верили, основываясь на собственном опыте знакомства с образцами западной продукции, которые практически всегда были действительно очень хороши.

Вот этот самый импорт, да еще лучшие товары советского производства и стали «придерживать» торговые работники. «Придерживать» это значит получать от советских торговых баз данные товары в достаточном для удовлетворения потребительского спроса объеме, но не пускать их сразу в продажу, а оставлять на складах, чтобы потом продать их подороже. Конкретных схем спекуляции было множество и все они описаны в материалах многочисленных уголовных дел того времени. В СССР даже существовало специальное подразделение, занимавшееся преступлениями в сфере социалистической экономики – ОБХСС (отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности). Но толку это не дало никакого – элементы рыночной экономики, навязанные советской социалистической системе оппортунистами и ревизионистами из ЦК (та же косыгинская реформа, например) позволяли таким спекулянтам не только возникать вновь и вновь, но и замечательно наживаться на ничего не подозревающих советских гражданах.

Накопив значительные капиталы, торговая буржуазия в СССР втянула в предпринимательскую деятельность и часть советской промышленности, производящей ТНП, фактически подчинив ее руководство своему влиянию. Товары повышенного спроса стали производиться на предприятиях или в цехах, контролируемых теневым бизнесом, а выпуск новых современных и модных товаров на советских государственных предприятиях всячески тормозился. Таким способом теневики уничтожали конкурентов, отлично зная возможности советской промышленности и ее способность мгновенно покончить с любым дефицитом. Уничтожение же товарного дефицита в стране неизбежно привело бы и к уничтожению экономических основ существования самих теневиков, т.е. класса буржуазии. Потому война за сохранение и развитие товарного дефицита в СССР велась самая жестокая.

Как мы помним, советская буржуазия в той войне победила. Как победила она впоследствии и советский социализм. Но эта ее победа временная. Законы общественного развития неумолимы – рост производительных сил ей не остановить.

Гибель капитализма неизбежна и последний его час не за горами. А потому нам важно понять, как в будущем социалистическом обществе не допустить вновь подобного развития событий, как можно справиться с этим товарным дефицитом, если вдруг буржуазные элементы, которые первое время обязательно будут существовать в новом социалистическом обществе, захотят вновь пойти по этому пути. В свое время В.И.Ленин в работе «Государство и революция» дал ответ на этот вопрос – только всесторонний и всеобъемлющий контроль и учет за производством и распределением продукции, осуществляемый самими трудящимися массами населения, сделает невозможными никакие махинации в сфере социалистической экономики. Только участие каждого трудящегося в управлении свои государством сделает Коммунизм реальностью, а не мечтой.

Г.Гагина

[1] Как разграбили СССР. Пир мародеров

[2] «СССР. 100 вопросов и ответов» см. вопрос № 89

Источник статьи

 

Метки: , , ,