RSS

Архив метки: Дмитриева

Виталий Никулин был приговорен к заключению в дурдом. Запомним имя судьи


24 марта судья Солнцевского суда г. Королев вынес приговор по делу Виталия Никулина.

Виталий Никулин должен будет отправиться «на лечение» в психбольницу общего типа. Если, конечно, суд второй инстанции не отменит абсурдный приговор. В настоящее время Никулин находится под подпиской о невыезде.

Напоминаем, Никулин обвинен в том, что якобы избил своего сына, нанеся ему тяжкие телесные повреждения (разрыв почки). Правда сын на суде утверждал прямо обратное, говорил, что отец его не бил, что синяк он получил сам, когда играл и упал в ящик с игрушками, но, по мнению прокурорши, данным показаниям верить нельзя, потому что они выглядят заученными.

Так же следует отметить, что в больнице (в больницу ребенка отправили из школы, после того как зоркие педагоги узрели у него на спине синяк) был поставлен диагноз – чрезкапсульный разрыв почки (отметим, на одних страницах документа было написано левой почки, на других правой!). Данный тяжкий вред здоровью у ребенка прошел сам, без всякого хирургического леченья, как пояснил Чоговадзе, врач из больницы номер 9: «ребенок соблюдал постельный режим с 9-го по 11-е сентября, и это способствовало активизации защитных сил детского организма». Защита ходатайствовала о повторной экспертизе состояния здоровья – судья Королев отказал.

Далее была экспертиза, признавшая Никулина невменяемым. В качестве критерия невменяемости господа мозговеды из Кащенко заявляли следующее:

«инкриминируемое деяние категорически отрицал, возбуждение уголовного дела связывал с общественно-политической активностью своей гражданской жены», являющейся с его слов «журналисткой и активисткой политической партии» ;

Имеет бардак в квартире (хороший критерий, главное какой универсальный);

постоянно не работает (не только абсурд, но и вранье, справки с места работы Никулиным представлялись);

«в отделении был тих, малозаметен, в труд включался после стимуляции персоналом, был пассивно подчиняем, режим не нарушал» (то есть психически нормальный человек должен, по мнению мозговедов из Кащенко, во-первых, нарушать режим, во-вторых, гоняться за уборщицами, отбирать у них швабру и мести самому?);

И, наконец: «Намерен доказать в суде свою невиновность. Критические и прогностические способности нарушены» (no coment)! Защита ходатайствовала о повторной психиатрической экспертизе – судья Королев опять же отказал.

И на основании таких вот с позволенья сказать доказательств и экспертных заключений, человека признали невменяемым и общественно опасным. И приговорили к заключению в дурдом. Кстати, по законам РФ заключение в дурдоме может тянуться сколь угодно долго, пока господа мозговеды не сочтут (или пока им не скажут счесть, что человек поправился), то есть вплоть до пожизненного (ну или до падения режима).

Что тут еще можно добавить. Только одно. Приговор был явно заказным. Жена Виталия Никулина, Галина Дмитриева ДЕЙСТВИТЕЛЬНО является коммунисткой, участником многих компаний в защиту рабочих и жильцов общежитий. Первый раз ювеналы наехали именно на Дмитриеву во время кампании солидарности с рабочими «АвтоВАЗа», причем некоторые из них не скрывали истинных причин, заявляли: «Не сердитесь на нас, мы «солдаты», люди подневольные!», а кое-кто говорил прямо: «На «АвтоВАЗ» не суйтесь!».

И этот приговор был вынесен судьей Солнцевского суда Королевым Анатолием Викторовичем. Судья Солнцевского суда Королев Анатолий Викторович, я, автор материала, призываю запомнить это имя, запомнить и произносить почаще! Может быть, когда нибудь внуки (если у таких особей могут быть внуки) спросят у него, дед, а правда, что ты приговорил отца семьи только потому, что тебе посоветовали сверху?

А может быть, ведь чаша терпения народа велика, но не безгранична, а труды целого сонмища таких, как Королев, наполняют ее постоянно, у Королева Анатолия Викторовича спросят раньше? И вовсе не внуки. Я не знаю, что он скажет в ответ. Может быть, будет до упора отрицать очевидное, косить под дурачка, не признавать, что приговорил невиновного. Может быть, наоборот, начнет рассказывать, что он не виноват, что он не мог противостоять давлению, что совесть сейчас сильно мучает и угрызает его. А в ответ подойдут еще ближе, лязгнут железом и скажут коротко: «Поздно! Твоя совесть нужна была тогда!»

И так, Королев Анатолий Викторович, я, автор материала, призываю запомнить это имя!

Дополнительная информация:

8-905-537-22-99 / 8-916-737-10-33

 

Метки: , , , , , , ,

Прежде чем голосовать, мы должны научиться требовать


Лейтмотивом российских выборов уже давно стали монотонные вопрошания: «Если не Путин, то кто?», «Если не Собянин, то кто?», «Если не Полтавченко, то кто?». С противоположной стороны политической поляны им вторят не менее избитые фразы: «Кто угодно, только не Путин (Собянин, Полтавченко)».

От редакции:

Когда этот текст был уже опубликован, в СМИ появилась информация о том, что единственный кандидат, способный составить конкуренцию Георгию Полтавченко на губернаторских выборах – эсерка Оксана Дмитриева, скорее всего, не пройдет муниципальный фильтр. Таким образом, выборы в Питере становятся фактически безальтернативными. Тем не менее, мы не снимаем данный материал. Нелегитимность предстоящих «выборов» делает голосование против всех кандидатов единственным способом выразить недоверие городской власти, а выдвижение и отстаивание программы радикальных социальных и демократических требований – необходимым элементом борьбы против городской олигархии.

Недавно мой товарищ Владимир Плотников написал у себя в Фэйсбуке, что одной из главных черт постсоветского политического мышления является абсолютизация личности при полном игнорировании социальной структуры: «Темы неравенства, незащищенности и бедности в целом привычно рассматриваются как «вторичные», «малозначительные», «локальные» и т. д. проблемы. Они практически не привлекают внимания медиа, и массовый человек реагирует на них, как правило, гораздо менее остро, чем на новость о бородатой женщине или яйцах, прибитых на Красной площади к брусчатке». То же самое, в еще большей степени, относится и к выборам, которые каждый раз становятся торжеством политического инфантилизма.

Просвещенные сторонники Навального не так уж сильно отличаются от «отсталых» жителей нищего городка, из года в год голосующих за какого-нибудь местного барина, идущего на выборы под «содержательным» лозунгом типа «Правопорядок и справедливость». «Голосующие сердца» одних требуют «перемен», а других – «стабильности». Одним нравится молодой бизнесмен с белозубой улыбкой, другим по душе «крепкий хозяйственник», но мало кто готов обсуждать содержание и цели политики, говорить о проблемах, дотошно критиковать программы, формулировать и выдвигать требования и добиваться гарантий их выполнения. Лично я не хочу выбирать между усатым дядей и приятной дамой. Я хочу, чтобы острейшие, чудовищные проблемы, от которых страдает Питер, начали, наконец, решаться, причем не посредством банального вливания бабла в прогнившую систему, а путем изменения самой этой системы.

Подавляющее большинство жителей нашего пятимиллионного города – наемные работники, живущие от зарплаты до зарплаты, средний размер которой по официальной статистике – 33 тысячи рублей в месяц. В последнее время я заметил, что один поход в продуктовый магазин стоит мне на 200-300 рублей дороже, чем полгода назад, притом, что моя зарплата осталась на прежнем уровне. Мне, как, уверен, и многим из читателей этой статьи, приходится регулярно экономить на еде, как и на всем остальном. Может быть, это и полезно для здоровья (в чем я далеко не уверен), но было бы интересно узнать, как г-н Полтавченко или г-жа Дмитриева намерены бороться с бедностью и ростом цен?

Около года назад свободные профсоюзы инициировали кампанию за внесение изменений в Трудовой кодекс, сводящихся к тому, чтобы обязать работодателей ежегодно проводить индексацию зарплаты на величину инфляции, а также ввести ответственность за невыполнение этой нормы. Казалось бы, логичное и справедливое требование. Если я выполняю ту же работу, что и год назад, то почему я должен получать меньше, чем год назад из-за инфляции? Подобный закон вполне можно было бы принять на уровне города. Но, увы, законодательная инициатива профсоюзников, была похоронена. Ведь в ЗАКС мы выбрали господ бизнесменов, заботящихся об «инвестиционном климате».

Или возьмем бесконечные градозащитные конфликты по поводу вырубки скверов под строительство церквей и торговых центров, сноса старинных зданий ради апарт-отелей и т.п. Недавно я присутствовал на общественных слушаниях, посвященных генплану, которые проходили в администрации Красногвардейского района. Так вот, слухи об общественной пассивности и апатии петербуржцев, оказались сильно преувеличены. Задать неудобные вопросы чиновникам пришли сотни людей, которые не поместились в большом зале и заполнили вестибюль здания. Районной власти в тот день пришлось туго, причем степень осведомленности граждан о проблемах района и путях их решения явно превосходили познания бюрократов. И что в итоге?

Подобные слушания воспринимаются властями и застройщиками просто как формальный ритуал. Мнение населения, экспертного сообщества, решения судов запросто игнорируются. Исторические здания сносят, парки вырубают, облик города уродуют, хотя решение лежит на поверхности, и состоит в том, чтобы дать возможность местным жителям самим решать, нужен ли им, скажем, собор в парке Малиновка или новая школа. Должен быть принят закон, позволяющий инициировать и проводить локальные референдумы, посвященные вопросам градостроительной политики, что не потребует дополнительных расходов и заставит бизнес считаться с потребностями и волей горожан. Однако такое решение проблемы не рассматривается всерьез. В лучшем случае, общественность и политики высказываются за или против тех или иных дискуссионных проектов, избегая разговора о системных реформах управления городом.

Еще одна проблема, которая практически не обсуждается – это повсеместное и открытое распространение проституции. При «православном чекисте» трудно найти хотя бы один фонарный столб в Питере, не заклеенный объявлениями, рекламирующими секс-услуги. Пропаганда продажной любви (в отличие от радужных флагов) в нашей «культурной столице» грехом не считается, хотя вообще-то она далеко не безобидна. Древнейший промысел неотделим от сексуального и прочего насилия, преступности и коррупции, наркомании, рабства, роста числа венерических заболеваний и прочих таких же «прелестей». Разумеется, искоренение этих зол не является легкоразрешимым вопросом, но проблема в том, что, по всей видимости, его собираются не решать, а продолжать замалчивать. Между тем, в разных странах накоплен богатый положительный опыт, который стоило бы заимствовать. Например, в Швеции добились хороших результатов, сочетая социальную реабилитацию вовлеченных в проституцию женщин с криминализацией их клиентов и сутенеров.

Я привел лишь несколько примеров того, о чем следовало бы говорить и спорить в преддверии губернаторских выборов. Мне кажется очевидным, что, прежде чем поддержать кого-либо, активные петербуржцы должны предпринять усилия для того, чтобы выработать социальный наказ, содержащий требования к кандидатам от оппозиции (ожидать чего-либо от Полтавченко, по-моему, совершенно бессмысленно). Вокруг позитивных требований, а не вокруг персоналий или абстракции «перемен» должна строиться предвыборная агитация действительно демократических и левых сил, гражданских инициатив и социальных движений. Если их примет кто-то из баллотирующихся политиков, можно будет доверить ему свой голос. Если нет – у нас снова есть кандидат «Против всех».

Безусловно, Полтавченко необходимо «снести», поскольку он олицетворяет собой власть городской олигархии, которая самодержавно правит Санкт-Петербургом. Если удар по престижу власти можно нанести, используя избирательные бюллетени, то было бы глупо отказаться от этой возможности. Но не менее глупо было бы думать, что перемены в нашей жизни зависят лишь от перемены задниц в губернаторском кресле.

18 июня 2014 — Иван Овсянников, РСД

Источник статьи

 

Метки: , , , , , , , , , ,