RSS

Архив метки: наркоторговля

Новосибирское отделение ЛДПР обвинило кандидата от «Единой России» в наркоторговле


На сайте НО ЛДПР было опубликовано открытое письмо, адресованное председателю партии «Единая Россия» Дмитрию Медведеву, секретарю генсовета ЕР Сергею Неверову и лидеру местных «единороссов» Валерию Ильенко. В письме НО ЛДПР требует объяснить, почему «Единая Россия» считает возможным поддерживать на выборах в Совет депутатов г. Новосибирска кандидата Владислава Сергеева, в отношении которого было возбуждено уголовное дело, связанное с торговлей наркотическими веществами. Они ссылаются на дело шестилетней давности, когда Сергеев был, якобы уличен в торговле курительными смесями.

Новосибирские ЛДПРовцы требуют от руководства ЕР, как местного, так и федерального, официального ответа.

«Новосибирцы имеют право знать — это Владислав Сергеев скрыл своё прошлое от партии, или партия скрывает прошлое своего кандидата от избирателей? Требуем официального ответа. «Единая Россия» должна внести ясность».

Скорее всего, это ответная реакция на судебный иск Владислава Сергеева (ЕР) к Евгению Лебедеву (ЛДПР), где единоросс обвиняет Лебедева в подкупе избирателей.

Реклама
 

Метки: , , ,

Закулисные игры следствия по делу «приморских партизан»


Судебный процесс по делу «приморских партизан» начался две недели назад. Нот уже сейчас вскрылись шокирующие подробности о том, каким образом проводилось задержание и предварительное следствие по делу приморских партизан. Парни из Кировки утверждают, что объявили войну оборотням в погонах, которые крышевали конопляные поля.

На предыдущих судебных заседаниях речь шла о признании недопустимыми доказательств, которые получены в ходе предварительного следствия с нарушением закона. По уголовно-процессуальному Кодексу недопустимые доказательства должны быть исключены из материалов дела и не рассматриваться в присутствии присяжных заседателей.

Адвокат Нелли Рассказова просила исключить из материалов дела протокол явки с повинной и проверки показаний на месте Алексея Никитина:

– Когда говорят о допустимости доказательств, то главными показателями являются добровольность дачи показаний и законность их получения. Но пятна бурого цвета, похожие на кровь, которые отчетливо видны на явке с повинной Алексея Никитина, доказывают обратное – показания выбивались с таким рвением, что на исписанном листе остались следы крови. Почему-то в явке с повинной Алексея Никитина не указаны данные, удостоверяющие личность.

Адвокат Нелли Рассказова просила пригласить в судебное заседание начальника ОРЧ-4 Миляева, где, по ее словам, пытали Алексея Никитина:

– Сначала он пришел в прокуратуру Кировского района, чтобы дать показания о милиционерах, крышующих конопляные поля. В прокуратуре Кировского района его допрашивал следователь Атрощенко, которого, считаю, нужно допросить в судебном процессе – может быть, он расскажет, каким образом сотрудники ОРЧ-4 похитили Алексея Никитина из прокуратуры на глазах у родственников и многих людей. Думаю, что следует допросить в судебном процессе подполковника милиции Шашкова и оперуполномоченного Незавитина, который оформил протокол явки с повинной. Я полагаю, что могли бы многое сказать свидетели Г. и О., участвовавшие в качестве понятых при составлении протокола проверки показаний на месте.

Алексей Никитин говорил, что пришел в прокуратуру Кировского района, чтобы его опросили по заявлению, которое он ранее писал. В заявлении он сообщал о причастности кировских милиционеров к наркобизнесу и гонениях, которое обрушилось на них, когда они активно препятствовали распространению конопли в их районе.

– После того, как меня допросили в прокуратуре Кировского района, – рассказывает Алексей Никитин. – Меня попросили немного подождать приезда милиционеров из Владивостока, чтобы дать более подробные объяснения по моему заявлению.

Но едва к прокуратуре подъехала машина серого цвета с сотрудниками милиции из Владивостока, меня насильно усадили в машину, ничего не объяснив. Вместо каких-то комментариев со стороны сотрудников милиции, началось мое уничтожение – прямо по дороге, в машине меня принялись избивать.

Когда меня привезли в Уссурийское отделение ОРЧ, начались жесткие пытки. Оперативники чуть ли ни убивали меня, заставляя сознаться в ряде преступлений. После оперативники напишут, что я пришел в ОРЧ-4 написать явку с повинной в три часа ночи. Но как я мог самостоятельно добраться в такое позднее время, если я даже не представлял, где во Владивостоке находится ОРЧ-4?

После того, как явка с повинной таким образом при упорстве оперативников появилась на свет, я неоднократно писал жалобы в отношении полицейских, которые пытали меня, я просил привлечь их к уголовной ответственности. Я писал одну жалобу за другой, надеясь, что вот-вот нагрянет проверка и лед тронется с места.

Одну из жалоб, которую я отправлял в Москву через СИЗО, мне принесли обратно и заставили есть ее вместе с кетчупом. Мои жалобы не имели никаких положительных последствий. Никто, похоже, и не собирался проводить по ним проверок и в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ОРЧ, отказывали.

Прошло два с половиной года с того момента, как я написал явку с повинной, но никто из правоохранительных органов не опросил меня именно по поводу пыток.

В ходе предварительного следствия адвокат Нелли Рассказова отправила несколько запросов начальнику СИЗО-1 города Владивостока, куда поместили Алексея Никитина после явки с повинной, и где он содержится под стражей по сей день.

Согласно ответу на адвокатский запрос, 1 августа 2010 года конвоиры СИЗО отдали заключенного под стражей А. Никитина для проведения следственных действий.

2 августа 2010 года его вывозили в ИВС города Владивостока. В этот же день его передали для работы следователю Тищенко, а в 18:55 сотрудники ОРЧ возвратили А. Никитина обратно в СИЗО.

3 августа 2010 года Никитина вновь по заявке следователя Тищенко вывезли из СИЗО-1.

– Никаких следственных действий, согласно материалам дела, 2 и 3 августа не проводилось, – утверждает Нелли Рассказова, – тогда зачем А. Никитина вывозили в ОРЧ-4?

Никитина, согласно ответу начальника СИЗО-1 на мой запрос, забирал из следственного изолятора следователь Тищенко. Но никаких следственных действий с моим участием в этот день не проводилось, меня никто не извещал об этом, хотя у меня имелся договор на оказание услуг А. Никитину.

Зачем вывозить А. Никитина из СИЗО, если явка с повинной уже написана? Я думаю для того, чтобы он подписал явку с повинной, написанную на чистых листах бумаги, без пятен крови.

Какие могут быть следственные действия в Арсеньеве? Но тем не менее, однажды я нашла своего подзащитного в Арсеньеве. На мой очередной запрос начальнику милиции города Уссурийска пришел ответ, что из ИВС города Уссурийска А. Никитина забрали сотрудники милиции Шашков и Прасков – законный муж судьи Прасковой. Он-то должен был знать, как никто другой, что дело «приморских партизан» – особой важности, и потому любая самодеятельность должна быть вообще-то наказана.

Бурые пятна крови на явке с повинной Никитина

Если сопоставить даты, когда А. Никитина вывозили из СИЗО-1 и время описания медиком повреждений на его теле, то становится ясно, что они совпадают. И это подтверждает цель, которую преследовало следствие, забирая моего подзащитного из СИЗО – отшлифовать явку с повинной таким образом, чтобы не возникло подозрений в том, что она дана недобровольно. Поскольку оригинал явки с повинной хранился в томах дела, которые исчезли из Краевого суда, то определить экспертным путем, что за бурые пятна на протоколе явки с повинной, сейчас невозможно».

Но прокурор по делу «приморских партизан» высказал мнение, что никто и не сомневается – на листах явки с повинной А. Никитина именно кровь.

– Когда я вступила в защиту А. Никитина, явка с повинной уже была написана и подписана адвокатом по назначению Н.

С протоколом проверки показаний на месте вообще получилась нелепая история, – продолжила адвокат Нелли Рассказова. – Сначала под ним стояли подписи понятых, ни адвокат, ни Алексей Никитин в протоколе не расписались.

Следователь Тищенко, когда я занялась защитой Алексея Никитина, начал мне звонить с требованием подписать протокол проверки показаний на месте. Когда я отказалась, следователь Тищенко писал жалобы в адвокатскую палату. И только потом он выяснил, что на момент проведения проверки показаний на месте адвокат был другой.

Я прошу суд сделать запрос президенту адвокатской палаты Приморского края Минцеву, потому что он может подтвердить то, о чем я рассказываю вам.

Алексей Никитин просил исключить из материалов уголовного дела протокол допроса явки с повинной и протокол допроса в УВД г. Уссурийска, а также установить обстоятельства его задержания, допросив его маму.

Разрешение ходатайств Алексея Никитина и его адвоката о недопустимости доказательств на время отложили, пока будут заслушаны другие участники процесса.

Адвокаты настаивали на том, чтобы не исследовать перед присяжными фотографии, иллюстрирующие трупы и фрагменты уголовного дела, описанные в подробностях, не имеющих ничего общего с фактическими обстоятельствами дела.

– Присяжные заседатели – судьи факта, – говорили они, – они должны вынести вердикт на основании фактических обстоятельств дела. Эмоциональные эпизоды могут повлиять на их беспристрастность.

Судья частично согласился с претензиями защиты.

В присутствии присяжных заседателей допросили Валентину Г. – сестру одного из убитых. Она объяснила, что видела брата за два дня до того, как он пропал. Через два дня стало известно, что на арест-площадке пос. Кировский нашли обгоревший джип Н., и сразу стало понятно: что-то случилось. О том, что ее брат занимался наркотиками, со слов Валентины Г., ей стало известно в ходе следствия от сотрудников милиции.

Адвоката Уварову убрали из дела, когда она заявила о пытках

Потом Александр Ковтун и его адвокат Е. Мыльникова говорили об исключении протокола осмотра места происшествия, как недопустимого доказательства. Они заявили, что специалист-эксперт Резник, присутствовавший в ходе осмотра места происшествия, является ближайшим родственником свидетеля обвинения, который проходит по этому делу. В осмотре места происшествия принимали участие двое понятых, которые на тот момент содержались под стражей и находились в СИЗО-1 города Владивостока, и, по мнению стороны защиты, были зависимы от следствия.

– Полагаю, что понятые были не свободны в том, чтобы указать на нарушения, которые могли быть допущены при составлении протокола, – сказала адвокат Елена Мыльникова.

Прокурор Объедков не стал оспаривать этого. Но судья сказал, что наличие родственных связей эксперта со свидетелем обвинения и присутствие на месте происшествия понятых из СИЗО-1 не являются поводом для исключения протокола осмотра места происшествия как недопустимого доказательства.

Адвокат Нелли Рассказова просила исследовать в судебном заседании заявление Александра Ковтуна об отказе от адвоката Уваровой.

По ее словам, никаких причин для отказа от адвоката у А. Ковтуна не было.

Все дело в том, что, увидев на теле подзащитного явно выделяющиеся следы пыток, адвокат Уварова решила запечатлеть побои на видеокамеру, а после этого появились репортажи в ряде СМИ о применении пыток к А. Ковтуну.

Но вскоре за Александром Ковтуном примчался «черный воронок» из ОРЧ-4. И его повезли на Карбышева, 4, где заставили отказаться от адвоката Уваровой. Адвоката Уварову тоже пригласили на допрос, в ходе которого утверждали, что она разгласила тайну следствия. Какую тайну следствия? О применении незаконных методов следствия в ОРЧ-4? И разве не являются подобные сообщения о пытках в ОРЧ-4 заявлением о преступлении?

Но следственные органы не озадачились проверками в отношении сотрудников ОРЧ-4, которые вместо поиска доказательств, очевидно, предпочитают бить и пытать.

Еще никто из тех, кто заявлял о пытках в отделениях ОРЧ Приморского края, кстати, имея на руках справки о наличии побоев, пока ничего не добился.

Адвоката Уварову попросили уйти из дела по причине того, что она якобы была опрошена в качестве свидетеля по делу. В процессе по делу «приморских партизан» ходатайствовали о допросе адвоката Уваровой, но судья отказал: якобы адвокат, как заявлял прокурор, не может быть допрошен в качестве свидетеля по делу. В таком случае, почему ее в ходе предварительного следствия допросили как свидетеля? К чему такая интрига следствия?

Александр Ковтун говорил, что после того, как адвокат Уварова сняла его на камеру, он обратился с заявлением в отношении сотрудников ОРЧ-4, которые, по его словам, применяли к нему пытки.

Адвокат Рассказова просила суд сделать запрос в программу «Честный детектив», чтобы узнать, откуда у них оказались приложения к показаниям А. Ковтуна и А. Никитина, которые они транслировали на всю страну? Они-то ведь, по словам адвоката Н. Рассказовой, и исчезли вместе с томами уголовного дела? Следователь Тищенко активно выступал в передаче «Честный детектив». И почему видео из материалов дела демонстрировалось так широко? Кто дал команду его демонстрировать, если это закрытая информация?

Но ходатайство о запросе в программу «Честный детектив» суд отказался удовлетворить.

Источник статьи

 

Метки: , , , , ,