RSS

Архив метки: социальные права

Почему социальная поддержка не может быть адресной


Словарь, расшифровывающий лукавые термины чиновничьего новояза, следовало бы начать со слова, прочно вошедшего в лексикон правительства. Слово это — «адресность». Адресный принцип поддержки малоимущих является не выражением социальной справедливости, а подрывом социального государства.

Утверждение, что социальные выплаты и льготы непременно должны быть адресными считается самоочевидной истиной. Именно эта концепция положена в основу подготовленного Министерством труда законопроекта о реформировании системы социальной поддержки граждан. Созданный под давлением Минфина, он предлагает «оптимизировать» такие социальные статьи, как ежемесячное пособие на ребенка, соцподдержка медиков и фармацевтов и компенсация коммунальных расходов сельским учителям.

В основу системы социальной защиты будут положены критерии «адресности» и «нуждаемости». Четких определений того и другого законопроект не дает. Наполнить их конкретным содержанием препоручается региональным властям. Однако известно, что бедными правительство считает тех, кто живет на сумму ниже официального прожиточного минимума, который составляет 10,792 тыс. рублей для работающих и 8,210 тыс. рублей для пенсионеров. Впрочем, это не мешает ему определять размер МРОТ в 5965 рублей. Видимо, живущие на прожиточный минимум нуждаются все же недостаточно.

Вкупе с такими мерами, как лишение индексации работающих пенсионеров и изменение методики расчета средней зарплаты, ведущее к фактическому отказу от обещанного Путиным повышения зарплат бюджетников, реформа соцобеспечения является важным элементом программы жесткой экономии, лоббируемой экономическим блоком правительства. Но ее обоснование отнюдь не сводится к демонстрации дыр, зияющих в бюджете. Правительство выступает не много, не мало – от имени социальной справедливости. «Например, сейчас родитель имеет право на получение пособия по уходу за ребенком вне зависимости от уровня его доходов. Когда заработают критерии нуждаемости, пособие будут получать только граждане с низкими доходами», — цитируют СМИ правительственного чиновника. Минфин приводит данные, по которым более 50% получателей помощи не являются нуждающимися, а среди последних ее получают менее 50%. Подразумевается, что «настоящих» бедных обделяет не государство, а нахлебники, кому пособия на самом деле не нужны. Утверждается также, что сокращение числа «адресатов» и расширение полномочий регионов по определению критериев нуждаемости приведет к увеличению размера помощи.

С обывательской точки зрения подобная логика может показаться довольно убедительной. Сталкиваясь с калекой, просящим у нас подаяния, мы заинтересованы в том, чтобы он был «настоящим» инвалидом, а не симулянтом. Казалось бы, тот же принцип должен действовать и тогда, когда речь идет о социальных расходах бюджета, формируемого из наших налогов. Однако основная идея социального государства, которым (хоть это и смешно) по Конституции является и Россия, не имеет ничего общего с благотворительностью. Эта фундаментальная идея – концепция социальных прав — начинается там, где заканчивается филантропия[i].

На протяжении веков помощь бедным была обусловлена критерием «адресности». Государство и церковь пытались совместить милосердие по отношению к «достойным беднякам» с преследованием и наказанием «дурных бедняков», которые рассматривались как угроза социальной стабильности. «Критерии нуждаемости» не очень отличались от сегодняшних – беднякам предписывалось трудиться, смиряться и оставаться привязанным к месту своего рождения.

Пауперизм (массовое обнищание) достиг пика в эпоху раннего индустриального капитализма. Именно тогда, под давлением рабочего движения и распространявшихся идей социализма, на смену доктрине благотворительности постепенно приходит идея социального гражданства. Суть ее состоит в том, что не семья, не община, не церковь, не богатые филантропы, а общество в целом берет на себя обеспечение социально уязвимых групп населения: рабочих, стариков, инвалидов, матерей и т.д. Следует подчеркнуть, что такая поддержка не является государственной милостыней, она становится правом. Государство не может произвольно решать, кого оно считает нуждающимся, а кого нет.

В этой системе социальные гарантии и выплаты рассматриваются как основа общественного статуса тех, кто не обладает капиталом. Например, право на 40-часовую рабочую неделю, не зависит от того, работает гражданин в офисе или на шахте (что, конечно, не означает, что отдельным категориям работников не могут быть установлены дополнительные льготы). Правом на получение пенсии обладают все граждане, достигшие определенного возраста, независимо от уровня их достатка или региона проживания.

Справедливо ли это? Да, потому что альтернативная концепция – благотворительность – лишь увековечивает нищету, делает бедных граждански неполноценными и зависимыми от господских подачек. Когда вы подаете нищему, вы не помогаете ему встроиться в социум. Наоборот, чтобы рассчитывать на милостыню, он должен доказать, что он действительно нищ. Система социального обеспечения служит совершенно иным целям. Она призвана хотя бы отчасти компенсировать, сгладить то социальное неравенство, которое порождает капитализм и гарантировать бедным определенный набор прав в рамках буржуазного общества. В определенном смысле, именно социальное государство делает трудящегося гражданином, личностью.

Говоря об «адресности» и «нуждаемости», разрушая единое пространство социального обеспечения путем передачи полномочий в регионы, неолиберальные реформаторы, по сути, возвращают нас к средневековым понятиям о социальной помощи.

[i] Эволюция идеи социального государства прекрасно изложена в классической работе французского социолога Робера Кастеля «Метаморфозы социального вопроса».

14 октября 2015 — Иван Овсянников

 

Метки: , , , , , , , , , , , , , ,

Россиян лишат социальных прав


Кто знает, что такое ГАТС? Скорее всего, немногим известно, что обозначает эта аббревиатура. Опросы показывают, что о Всемирной торговой организации (ВТО) информировано не более 20% российского населения. А о том, что к соглашению с ВТО, подписанному в декабре 2011 года представителями российского правительства, прилагается еще Генеральное соглашение по торговле и услугам – ГАТС, вообще практически не сообщают. Но как раз в этом приложении кроются ключевые условия ВТО, связанные с социальной сферой и правами человека.

Неслучайно кинорежиссер и депутат Госдумы фракции КПРФ Владимир Бортко воскликнул, придя на очередной парламентский круглый стол, обсуждавший социальный аспект вхождения в ВТО:
«Нам говорят о каких-то мифических выгодах от ВТО, о якобы росте ВВП. Но мы должны прежде всего о людях подумать, что с ними-то будет? Человека надо ставить во главу угла. Может, ВВП и увеличится… А сколько людей умрет, сколько детей не родится из-за того, что мы вступили в ВТО? Вот о ком и о чем нужно говорить…»
На круглом столе его участникам была продемонстрирована толстенная кипа протоколов, приложений, пунктов и подпунктов, составляющих соглашение с ВТО. Надпись на папке гласит: «Неофициальный перевод». Стоит ли воспринимать ее как предостережение, что не все сделано с надлежащей точностью?
За минувшие полгода коммунисты многократно требовали от правительства распространить в Госдуме официальный перевод с английского на русский документов, касающихся ВТО. Однако российское правительство, толкающее парламент на ускоренную ратификацию, так и не организовало грамотный, заверенный соответствующими службами перевод.
Материалы поступили в Госдуму 7 июня в 19.00, а на 4 июля намечена ратификация соглашения. Таким образом, на изучение документов, подачу к ним поправок у парламентариев практически нет времени. Речь, конечно, не о «Единой России», которая голосует, по меткому выражению Олега Смолина, «не приходя в сознание». Эта фракция большинства готова хоть сегодня принять все, что прикажут Путин или Медведев. Но коммунистов, ряд депутатов от «Справедливой России» такой подход категорически не устраивает.
А разбирать есть что, как показало обсуждение ГАТС-ВТО. Это соглашение, как подчеркнула политолог Александра Ждановская, выступая на круглом столе, превращает наши социальные права в дорогостоящие и малодоступные для большинства населения услуги.
Не сразу, а через год-два, согласно правилам ГАТС-ВТО, россиян будут приучать к тому, что лечение в больнице, диспансеризация, профилактика болезней или амбулаторная помощь – обычная услуга, как стирка белья или ремонт автомобиля. И получать ее придется на коммерческих условиях, без поддержки государства. ГАТС требует «открыть рынки» образования, здравоохранения, транспорта, водоснабжения, культуры, ЖКХ – с целью коммерциализации.
Общественные блага, подчеркивала Ждановская в своем выступлении, всегда рассматривались как право граждан, а не товар на рынке, потому их финансировало государство. А какая главная цель частной компании? Увеличить прибыль и выплатить акционерам высокие дивиденды. Если провести приватизацию общественных благ, то они автоматически становятся товаром на продажу – теми услугами, цены на которые будут непрестанно расти, как это происходит сейчас с тарифами.
Передача в частные руки социальной сферы расширит пропасть между богатыми и бедными, увеличит число нищих, для них блага-услуги – медицина, образование, человеческие жилищные условия – станут недоступны. Это подтверждает опыт Филиппин, ЮАР, других стран, уже ощутивших на себе, что есть ГАТС-ВТО.
Россия тоже рассматривается международными структурами как развивающаяся страна, которой нужно поднимать конкурентоспособность любой ценой. «Но как это можно сделать? – удивлялся В.Бортко, – когда любая вещь – любая! – произведенная на территории нашей страны, дороже, чем такая же, изготовленная в Европе, Китае или в стране Южной Азии?»
У ГАТС-ВТО есть рецепт: наем на работу в России работников из стран с более низкой зарплатой. Капиталистические компании будут легально эксплуатировать дешевых работников, платя им гроши и снижая уровень оплаты труда в РФ. ВТО не тревожит, что такой несправедливый подход к наемной силе подрывает трудовые права граждан, их социальную защищенность, создает бедность и атмосферу конфликтности в обществе и в трудовых коллективах. ГАТС-ВТО безразлично, что подобный подход оставит без работы свыше 2 миллионов россиян. Как в таких условиях президент Путин будет создавать обещанные 25 миллионов высококвалифицированных рабочих мест, в документах ВТО не указывается.
К тому же в РФ, в отличие от западных стран, нет профсоюзного движения, способного отстаивать права работников. В стране нет честных объективных судов, которые могли бы выносить справедливые решения при трудовых спорах.
Для ГАТС приоритетом являются не работники и не интересы страны, вступившей в ВТО, а права инвесторов – тех компаний, которые хлынут на российский рынок, как только пройдет ратифицикация. Если в РФ возникнет понимание, что новые хозяева вредят тому или иному сектору экономики, то повернуть вспять будет очень сложно. «Инвесторы» будут оставаться на российском рынке до тех пор, пока не получат компенсации за настоящие и будущие потери. Если компенсация не устроит «инвестора», он может обратиться в Суд ВТО, который назовет сумму штрафа, которую страна-ответчик обязана будет выплатить.
Вхождение РФ в ВТО открывает эру полного подчинения всемирным торговым структурам. Достаточно ознакомиться с Меморандумом ВТО от 19 марта 2001 года, который постановляет, что в стране, примкнувшей к ВТО, законы и правила торговой организации имеют приоритет над национальными. Если какие-то действующие в РФ законы будут противоречить задачам ВТО, то они могут быть отменены или изменены.
Комиссия ГАТС по урегулированию споров может наложить вето на решения парламента или правительственного органа любой страны, если сочтет нужным. Она решает, является ли тот или иной закон или правило «более обременительным, чем необходимо». Например, каждое национальное постановление, касающееся защиты природы, должно в соответствии с ГАТС-ВТО, пройти тест на «необходимость», чтобы гарантировать выгоды иностранным инвесторам и торговым корпорациям. ВТО принуждает государства, входящие в нее, снижать финансирование социального сектора: детских садов, школ, университетов, больниц и т.п.
США и страны ЕС такого давления не испытывают. Они занимают ведущие позиции в ВТО, а Россия ими рассматривается как жертва и источник наживы. Конечно, в нашей стране тоже есть компании и представители крупного бизнеса, кому присоединение к ВТО обещает крупные барыши. Но их максимум 3–4%.
Что же думает по этому поводу правительство РФ? На круглом столе не было ни вице-премьеров, ни министров, ни даже руководителей департаментов. Не явилась докладчик Татьяна Новицкая, начальник Департамента занятости и трудовой миграции минтруда. За всех правительственных чиновников отдувался клерк третьего уровня. Он произнес несколько слов о законодательстве, но не опроверг ни одного негативного вывода о тяжких перспективах, которые ждут Россию после ратификации соглашения с ВТО.
Депутаты от КПРФ и «Справедливой России» заявили, что отвергают соглашение с ВТО. Коммунисты также выдвигают требование провести всероссийский референдум по вопросу о присоединении к ВТО после предварительного широкого и подробного обсуждения каждого пункта соглашения.

Галина ПЛАТОВА

Источник

 

Метки: , , ,