RSS

Архив метки: Чубайс

Путин, Чубайс и Джонатан Хэй из ЦРУ

Путин, Чубайс и Джонатан Хэй из ЦРУ

https://red-penza.org/2017/02/24/%d0%bf%d1%83%d1%82%d0%b8%d0%bd-%d1%87%d1%83%d0%b1%d0%b0%d0%b9%d1%81-%d0%b4%d0%b6%d0%be%d0%bd%d0%b0%d1%82%d0%b0%d0%bd-%d1%85%d1%8d%d0%b9-%d1%86%d1%80%d1%83/

 

Красная Пенза! Сайт коммунистов Пензенской области.

Реклама
 

Метки: , , ,

Откуда взялась команда «питерских реформаторов» во главе с Чубайсом


Горбатый и питерские

Горбатый и питерские

В 1980 году умер Косыгин, но его зять Джермен Гвишиани (на сестре Гвишиани был женат Примаков), пользуясь поддержкой КГБ,  руководил, созданным им  ВНИИСИ, и в 1980 году в этот филиал Международного института прикладного системного анализа при Римском клубе был принят на работу будущий «молодой реформатор» Егор Гайдар.

В том же 1980 году в Ленинград был направлен Олег Калугин, который вместе с Александром Яковлевым стажировался в Колумбийском университете под руководством «бывшего» сотрудника УСС-ЦРУ Эдварда Баррета.

Калугин начал «стажировку» в Колумбийском университете ещё при Серове, когда тайные каналы связи с Америкой для КГБ были второстепенными, уступая английскому направлению, но после прихода в КГБ Андропова, ориентировавшегося на тайные контакты с США, Олег Калугин делает головокружительную карьеру.

В 1971 году, вернувшись из США, где он был заместителем резидента в Вашингтоне, Олег Данилович Калугин стал заместителем начальника Второй службы ПГУ, что означало повышение сразу на две ступени в иерархии центрального аппарата разведки, в 1973 году стал начальником Управления внешней контрразведки Первого главного управления КГБ СССР, сделавшись самым молодым из руководителей КГБ соответствующего уровня, а в 1974 году 40-летний Калугин получил звание генерал-майора, став самым молодым генералом в КГБ.

Такие карьерные скачки были обусловлены прежде всего покровительством со стороны лично Юрия Владимировича Андропова. В своей книге «Первое главное управление» О.Д. Калугин называет Ю.В. Андропова своим «ангелом-хранителем», и пишет, что между ними складывались «отношения отца и сына».

Бывший сослуживец О.Д. Калугина Александр Александрович Соколов в своей книге «Суперкрот ЦРУ в КГБ. 35 лет шпионажа генерала Олега Калугина» сообщает, что «ведущим» (то есть куратором агента) Калугина был сам директор ЦРУ Уильям Колби (1973-1976).

Если учесть, что в реальности действия Калугина не были шпионажем, а заключались в поддержании тайного канала связи между руководством КГБ и ЦРУ, то можно сделать вывод, что Калугин был «связным» между Андроповым и Колби, за что на него и посыпался золотой дождь из должностей, званий и наград.

По крайней мере, иных причин для столь существенных к нему милостей со стороны Андропова не просматривается — ничего выдающегося по части своих официальных служебных обязанностей Калугин не совершил.

Однако в ноябре 1979 года было принято решение о переводе генерала Калугина в Управление КГБ по городу Ленинграду и Ленинградской области на должность первого заместителя начальника Управления. К своим новым обязанностям Калугин приступил 2 января 1980 года.

Так называемая «ссылка» генерала Калугина в Ленинградское управление КГБ по явно надуманным поводам очень сильно напоминает аналогичную «ссылку» в Канаду его коллеги по Колумбийскому университету Александра Яковлева, которого в действительности послали для особо важного спецзадания — устанавливать тайные каналы связи с американцами и англичанами лично для Суслова и Брежнева, и никто, кроме этих двоих советских лидеров, не знал тогда об истинной роли Яковлева.

Генерала Калугина послали в Ленинград именно для выполнения какого-то особо важного задания, о котором не знал никто, кроме Андропова? Учитывая, что директор ЦРУ Уильям Колби, с которым поддерживал связь Калугин, в 1976 году ушёл в отставку, и со следующими директорами ЦРУ «связными» были уже другие сотрудники, Олегу Даниловичу можно было теперь поручить новое, очень ответственное дело деликатного свойства.

Очень похоже на то, что его задание было связано с подготовкой «перестройки» в СССР.

По крайней мере, имеются крайне любопытные и многозначительные совпадения между приездом в Ленинград Олега Даниловича Калугина и становлением ленинградской группы «молодых реформаторов» во главе с Анатолием Борисовичем Чубайсом.

А.Б. Чубайс считается одним из организаторов рыночных реформ и главным организатором процесса приватизации 1990-х годов (в 1992-1994 годах Чубайс являлся заместителем председателя Правительства и председателем Государственного комитета РФ по управлению государственным имуществом (Госкомимущество), в 1994-1996 и 1997-1998 годах — первым заместителем председателя Правительства РФ, в 1996-1997 годах — руководителем Администрации Президента РФ).

Откуда взялась команда «питерских реформаторов» во главе с Чубайсом?

В том, что КГБ мог узнать про вольнодумные разговоры молодого экономиста Чубайса и его друзей о необходимости экономических реформ, сомневаться не приходится. В каждом советском вузе был «первый отдел», где трудились товарищи из КГБ, и помимо первого отдела были специально прикомандированные товарищи из действующего резерва КГБ для наблюдения за состоянием умов преподавателей и студентов (пример: подполковник КГБ из действующего резерва Владимир Владимирович Путин, прикомандированный в 1990 году к Ленинградскому государственному университету).

Плотность агентуры среди студенческо-преподавательского состава позволяла своевременно выявлять антисоветские настроения и реагировать на них надлежащим образом. Анатолий Чубайс и его приятели обязательно «огребли» бы по полной программе, если бы КГБ не был заинтересован в их деятельности.

Следует учитывать, что в 1979 году КГБ уже вовсю готовился к «перестройке», с 1976 года в Москве уже действовал центр подготовки будущих экономистов-реформаторов (ВНИИСИ), поэтому ленинградским экономистам за антисоветские разговоры ничего не было.

А дальше начались такие странности, которые наводят на мысль, что КГБ не просто «закрыл глаза» на деятельность ленинградских молодых экономистов, но и начал опекать их, всячески помогать им в реформаторских изысканиях. Ведь советская экономика — это очень сложная система, и реформаторов требуется много, одного ВНИИСИ для их подготовки не хватит, а тут как раз в Ленинграде подходящие кадры сами объявились. Им надо только помочь.

В октябре 1979 в Ленинграде группа молодых экономистов во главе с Анатолием Чубайсом начинает заниматься обсуждением реформирования советской экономики, а в ноябре 1979 года принимается решение о переводе в Ленинград особо доверенного человека Андропова — генерала Олега Калугина. Для чего? Для организации работы по воспитанию будущих реформаторов?

В 1980 году Чубайс и его друзья вступили в Совет молодых учёных Ленинградского инженерно-экономического института, а в 1981 году Чубайс этот Совет возглавил, и стал подыскивать молодых экономистов из других ленинградских вузов для участия в обсуждении экономических проблем. Под крышей Совета молодых учёных образовался своеобразный «экономический кружок», стали совершенно открыто проводиться семинары, на которых обсуждалось «как улучшить хозяйственный механизм социализма».

Однако слово «социализм» в данном случае было чисто ритуальным — ни о каком социализме ленинградские молодые экономисты в реальности не говорили (несмотря на то, что Чубайс в 1980 году стал членом партии). Как сообщил в интервью журналу «Континент» (2007, №134) один из участников чубайсовского кружка Андрей Илларионов, «Это был круг людей, говоривших не на жаргоне марксистско-ленинских политэкономов, а на профессиональном экономическом языке».

Во главе Ленинграда стоял Григорий Васильевич Романов, не признававший никакого инакомыслия, и уделявший особое внимание борьбе с диссидентами, лично занимаясь соответствующими вопросами.

И вот в таких условиях при одном из ленинградских вузов совершенно открыто функционирует диссидентский кружок с экономическим уклоном!

Никаких логических объяснений этому феномену нет, кроме одного — кружок Чубайса был неприкосновенным по той причине, что его «крышевал» и защищал кто-то из руководителей ленинградского КГБ. Например, первый зам. начальника Ленинградского Управления КГБ Олег Данилович Калугин — в годы «перестройки» он прославился как «первый демократ из КГБ».

И наконец, самое главное: когда Андропов стал Генеральным секретарём ЦК КПСС, в самом конце его правления Чубайса совместно с Гайдаром включили в группу экономистов, которые в составе специальной комиссии Политбюро (Комиссия Тихонова-Рыжкова) готовили проект реформирования советской экономики!

Вот так! Чудеса не только в сказках бывают, но и в реальной советской действительности. Несколько лет Чубайс диссидентствовал, а потом вдруг этого экономического диссидента не кто-нибудь, а целая Комиссия Политбюро привлекла для разработки планов экономической «перестройки».

Самый интересный вопрос, который в связи с этим возникает: откуда вообще Политбюро узнало про молодого Чубайса, который был всего лишь рядовым членом КПСС?

Возможно, товарищ Андропов получал хорошие отзывы о ленинградских «молодых экономистах» от своего доверенного лица товарища Калугина. Что бы там в постсоветское время ни говорили Гайдар и Чубайс о своём якобы случайном знакомстве, попасть в секретную Комиссию Политбюро в обход КГБ было абсолютно невозможно.

Об этой Комиссии, в которой по заданию Андропова «молодые реформаторы» Гайдар и Чубайс готовили конкретные меры для перестройки экономики СССР, расскажем более подробно через одну главу. А пока несколько важных дополнений по теме КГБ и будущих реформ.

Во второй половине 1980-х годов куратором от КГБ у команды «молодых реформаторов», возглавляемой Гайдаром и Чубайсом, был молодой офицер КГБ Сергей Владиславович Кугушев. Именно он свёл эту команду «молодых реформаторов» с Борисом Николаевичем Ельциным, о чём подробнее будет рассказано в дальнейшем.

В книге «Третий проект», написанной в соавторстве с Максимом Калашниковым, Сергей Кугушев сообщает, что «В конце 1970-х годов Андропов из особо приближенных лиц создал замкнутую, своего рода тайную организацию внутри КГБ СССР по образцу то ли оруэлловского Братства, то ли на манер народовольческого подполья, то ли в духе масонской ложи. Сам он общался всего с несколькими избранными, ближайшими соратниками. Они, в свою очередь, имели по пяти-семи «завербованных» каждый. Те же, в свою очередь, становились главами своих пятерок. И так далее. Получалась пирамидальная иерархическая структура, разбитая на пятерки, незнакомые между собой. Взаимодействие шло только через руководителей некоей «ложи» внутри уже аморфной компартии и постепенно костенеющего Комитета госбезопасности».

Андропов создал нечто вроде мафиозной структуры или тайного общества внутри КГБ. Цель Андропова, по словам Кугушева, заключалась в том, чтобы «провести конвергенцию, интегрировать Россию в Запад на выгодных нам условиях». Это — одно из многих подтверждений того, что горбачёвская «перестройка» была задумана в недрах КГБ, а Михаил Сергеевич Горбачёв был простым исполнителем этих замыслов.

Сергей Кугушев — не единственный известный контакт Чубайса в КГБ.

В 1992-1996 годах Анатолий Борисович Чубайс в качестве председателя Госкомимущества, заместителя и первого заместителя председателя Правительства РФ осуществлял только общее руководство процессом приватизации государственной собственности.

А вот непосредственным управлением сделками по продаже приватизируемой госсобственности занималось специализированное государственное учреждение — Российский фонд федерального имущества (РФФИ). Значимость этой конторы мало кем осознаётся, а ведь важно не только решить, какой объект продать, но и кому его продать. РФФИ мог проводить приватизационные сделки таким образом, чтобы собственность досталась не всяким посторонним, а именно нужным людям.

В 1992-2008 годах советником председателя РФФИ, заместителем начальника, начальником управления экономической безопасности РФФИ работал бывший сотрудник Первого главного управления (внешней разведки) КГБ СССР Игорь Васильевич Корнеев. Но занимался он там не безопасностью, а совсем другими делами.

Бывший советский разведчик И.В. Корнеев в 1990-х — 2000-х годах постоянно делегировался как представитель РФФИ в советы директоров множества приватизируемых предприятий, и непосредственно рулил процессом их приватизации (от этого, между прочим, зависело, кому конкретно достанется собственность). Как только приватизация данного предприятия полностью завершалась, Корнеев переходил как представитель Российского фонда федерального имущества в совет директоров другого предприятия, и обеспечивал приватизацию там, и так в течение полутора десятилетий.

В справке Службы безопасности Президента РФ на Анатолия Борисовича Чубайса, составленной в 1994 году, Игорь Васильевич Корнеев назван как «представитель Чубайса». Но в реальности не Корнеев был представителем Чубайса, а скорее Чубайс был представителем Корнеева. Как видно по датам, Корнеев работал и при Чубайсе, и после его ухода, при всех многочисленных председателях РФФИ, председателях Госкомимущества, зампредах Правительства РФ по приватизации, которые уходили и приходили, сменяя друг друга в 1990-е — 2000-е годы. Они уходили и приходили, а Корнеев оставался. Так кто же там были марионетки, а кто — кукловод?

В 1992-1995 годах советником и пресс-секретарём Чубайса являлся Аркадий Вячеславович Евстафьев, окончивший в 1986 году Высшую школу КГБ СССР им. Ф.Э. Дзержинского, с 1990 года он находился в действующем резерве и был прикомандирован к Министерству иностранных дел СССР.

Итак, в 1992-1995 годах Аркадий Евстафьев формально числился советником и пресс-секретарём Анатолия Чубайса. Но это формально. А реальный его статус был гораздо выше, о чём свидетельствует следующий случай:

В 1996 году Аркадий Евстафьев являлся членом предвыборного штаба Б.Н. Ельцина, и 19 июня 1996 года он был задержан сотрудниками Службы безопасности Президента (СБП) при выносе из «Белого дома» коробки из-под ксерокса, в которой лежали 538 тысяч долларов. 20 июня 1996 года приказавший задержать Евстафьева начальник СБП А.В. Коржаков был уволен.

Это заставляет предположить, что реальный статус Аркадия Евстафьева в неформальной иерархии бывших сотрудников КГБ был в то время никак не ниже, чем у Коржакова, и задержания этого бывшего офицера КГБ начальнику ельцинской охраны не простили.

Когда говорят о деятельности А.Б. Чубайса в 1990-е годы, о проведении им «грабительской приватизации» и т.д., следует учитывать, что он действовал по советам выпускника Высшей школы КГБ СССР А.В. Евстафьева, который был настолько значительным человеком, что из-за него Президенту России пришлось отказаться от своего самого верного соратника.

Скорее всего, Аркадий Евстафьев был столь значителен не сам по себе (всё-таки он был в ту пору ещё довольно молодым человеком — 1960 года рождения). Интересно, что в тот период начальником одного из управлений Службы внешней разведки России (созданной на основе Первого главного управления КГБ СССР, где раньше работал «представитель Чубайса» в Российском фонде федерального имущества Игорь Корнеев) был генерал-лейтенант Геннадий Михайлович Евстафьев. Не был ли Аркадий Вячеславович Евстафьев племянником или дальним родственником Геннадия Михайловича Евстафьева?

Кроме того, Аркадий Евстафьев мог быть «связным» с той организацией, о которой сообщил Сергей Кугушев — тайной организацией, созданной Андроповым внутри КГБ. Андропов умер, но эта структура ведь никуда не делась, и существует до сих пор.

Сам Кугушев в книге «Третий проект» делает только намёки на дальнейшую судьбу тайной организации Андропова:

Тайная сеть Андропова по причинам, известным только ей, пришла к выводу о том, что в Текущей реальности заключить сделку с реальными хозяевами мира на достойных для Советского Союза условиях не удастся. Поэтому главные усилия должны быть направлены не на сохранение, не на спасение страны, а на сохранение сети, на перекачку в нее наиболее важных ресурсов, на выведение ее из под возможных ударов и рисков.

На скорейшее распространение ее на наиболее перспективные и значимые центры единого победившего Западного мира. Для этого допускалось разграбление собственной страны. С этого момента спасение Империи и ее обломка, РФ, перестало быть целью для тайной андроповской структуры. Более того, контролируемый «сверху» распад СССР и демонтаж основных институтов стали питательной основой для закачки ресурсов в сеть. Вы вспомните, как крупные чины КГБ СССР стали уходить в олигархические структуры ельцинской России. Вспомните знаменитого Филиппа Бобкова в «Мосте» Владимира Гусинского, например.

Кризис и последующая катастрофа скрыли от общества масштабы и эффективность этой работы, позволили провести ее незаметно, предотвратили возможное организованное сопротивление уводу из общества и народного хозяйства огромных финансов и инвестиционных ресурсов…

Еще один вопрос мучает нас: какова была первоначальная идеология андроповской сети, и что с ней стало с течением времени?

Ради чего была осуществлена одна из крупнейших в истории операций по переброске крупномасштабных государственных средств сначала за рубеж, а потом и в избранные центры «олигархов» – финансово-промышленной власти внутри страны?

От ответа на этот вопрос зависит многое – и наше ближайшее будущее, и перспективы конкретных политиков, и очертания тех сил, которые выйдут на политическую сцену России в ближайшие годы.

Входил ли генерал Калугин в эту андроповскую «сеть»?
Олег Калугин в 1973-1979 годах был начальником управления внешней контрразведки ПГУ КГБ, а после 1979 года — главным куратором над Чубайсом и его «экономическим кружком».

И в тот же период, когда внешней контрразведкой руководил Калугин, по линии внешней контрразведки в ПГУ КГБ работал и Геннадий Евстафьев, будущий генерал и предполагаемый родственник советника Чубайса, выпускника Высшей школы КГБ СССР Аркадия Евстафьева. Такие вот совпадения. Сначала главным кукловодом Чубайса фактически был Калугин, а затем — бывший подчинённый Калугина.
Из книги О.Д. Калугина «Прощай, Лубянка!» встречаются такие фразы: «я не скрывал своих симпатий … к Ф. Бобкову», «Вечером позвонил Филиппу Бобкову, назначенному первым заместителем Председателя КГБ, и попросился на прием. Он принял меня на следующий день. В длительной дружеской беседе…». Учитывая, что Ф.Д. Бобков, являясь начальником 5-го Управления, был одним из фактических создателей диссидентского движения в СССР, его приятельские отношения с О.Д. Калугиным наводят на размышления (вспомним поход Калугина в сауну с неким диссидентом).

Похоже на то, что андроповская «тайная сеть» состояла в основном из сотрудников ПГУ (внешней разведки) и 5-го Управления — именно эти структуры в КГБ и стали движущими силами в подготовке «перестройки».
Кроме того, Олег Калугин в указанной книге также пишет о своих дружеских отношениях с востоковедом Евгением Примаковым, который в 1991 году стал первым заместителем председателя КГБ и начальником Первого главного управления КГБ СССР, в 1991-1996 годах был директором Службы внешней разведки РФ (то есть, непосредственным начальником Г.М. Евстафьева в тот период). Вряд ли востоковеда назначили начальником разведки просто так, ни с того ни с сего. В разведку посторонних не берут.
В 1956-1970 годах Евгений Максимович Примаков официально работал журналистом, сначала в Гостелерадио, затем в газете «Правда», и очень много ездил по странам Ближнего Востока.

 

Олег Калугин в 1960-1964 годах работал в США под видом журналиста — корреспондента Московского радио. Другой известный разведчик, генерал-майор Юрий Георгиевич Кобаладзе, в 1977-1984 годах находился в Великобритании под видом корреспондента Гостелерадио. Будущий директор Службы внешней разведки России (1996-2000) генерал армии Вячеслав Иванович Трубников в 1971-1977 годах занимался разведывательной деятельностью в Индии и Бангладеш под видом корреспондента Агентства печати «Новости».

 

Евгений Примаков был таким же «журналистом», как Олег Калугин, Юрий Кобаладзе, Вячеслав Трубников, Станислав Левченко, и другие их коллеги. И поэтому со временем возглавил сначала советскую, а затем и российскую разведку. А затем Б.Н. Ельцин, который, как будет подробнее рассказано в дальнейшем, сам был выдвиженцем Ю.В. Андропова, назначил Е.М. Примакова министром иностранных дел (1996-1998), а затем и председателем Правительства России (1998-1999).

Возвращаясь к Анатолию Чубайсу, надо сказать, что его образ как главного виновника «грабительской приватизации» очень сильно раздут средствами массовой информации, да и самим Ельциным — вспомните его знаменитую фразу «Во всём виноват Чубайс».

Просто Анатолий Борисович по своим внешним данным напоминал классический образ плохого мальчика из российского фольклора («рыжий-рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой»), и его оказалось очень удобно представить как виноватого во всех бедах России. А в действительности он добросовестно выполнял указания настоящих организаторов «перестройки», и помимо Аркадия Евстафьева, могли быть и другие «связные», которых с коробкой из-под ксерокса никто не задерживал, и поэтому публике они до сих пор не известны.

Внутри ельцинского плана было некое неочевидное спецначинание, согласно которому главные издержки по осуществлению развала СССР и демонтажу советизма надо переложить на либерально-демократические круги. Что сначала эти круги надо дискредитировать, причем тотально, а потом на сцену должна выйти другая группа».

Так в итоге и произошло. Сначала в 1990-е годы «либералы» разваливали всё что можно, а в 2000-е пришли «державники», которым разваливать уже ничего не надо было — «всё развалено до нас». А если приглядеться, что у тех, что у этих, есть одна общая черта, одно общее происхождение — все они «питерские».
Помимо Анатолия Борисовича Чубайса, выдающимися деятелями в постсоветский период стали и некоторые другие «молодые экономисты» из чубайсовского кружка, образовавшегося после приезда в Ленинград Олега Даниловича Калугина:

— Кудрин Алексей Леонидович, в 1996-1997 годах — заместитель руководителя Администрации Президента РФ — начальник Главного контрольного управления Президента, в 2000-2011 годах — заместитель председателя Правительства и министр финансов РФ;

— Кох Альфред Рейнгольдович, в 1993-1996 годах — заместитель, первый заместитель председателя Государственного комитета по управлению имуществом, в 1996-1997 годах — председатель Госкомимущества, заместитель председателя Правительства РФ, в 2000-2001 годах — директор холдинга «Газпром-Медиа»;

— Игнатьев Сергей Михайлович, в 1991-1992 годах — заместитель министра экономики и финансов России, в 1992-1993 — заместитель председателя Центрального банка, в 1993-1996 — заместитель министра экономики, в 1996-1997 — помощник президента России по экономическим вопросам, в 1997-2002 — первый заместитель министра финансов, с 2002 года — председатель Центрального банка РФ и одновременно председатель наблюдательного совета Сбербанка России;

— Илларионов Андрей Николаевич, в 1993-1994 годах — руководитель группы анализа и планирования при председателе Правительства РФ, в 2000-2005 — советник Президента Российской Федерации;

— Дмитриева Оксана Генриховна, в 1998 году — министр труда и социального развития РФ, с 2007 года — первый заместитель руководителя фракции «Справедливая Россия» в Государственной Думе РФ;

— Мордашов Алексей Александрович, с 1996 года — генеральный директор ОАО «Северсталь».

Интересно, что под руководством генерала Калугина в 1980-1987 годах в системе органов КГБ по городу Ленинграду и Ленинградской области служили некоторые относительно молодые офицеры, ставшие впоследствии видными деятелями постсоветской демократической России:

— Бортников Александр Васильевич, с 2008 года — директор ФСБ России. В интервью газете «Совершенно секретно» (№ 5 (264), май 2011 года) Олег Калугин вспоминал о Бортникове: «это был очень способный, целеустремлённый сотрудник. Он всегда выделялся из общей массы офицеров госбезопасности своей работоспособностью. Его отличало умение нестандартно оценивать людей и события… Одним словом — человек на своём месте»;

— Голубев Валерий Александрович, с 2006 года — заместитель председателя правления ОАО «Газпром»;

— Иванов Виктор Петрович, в 2000-2004 годах — заместитель руководителя Администрации Президента РФ, в 2004-2008 годах — помощник Президента РФ, с 2008 года — директор Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков;

— Патрушев Николай Платонович, в 1998 году — заместитель руководителя Администрации Президента РФ — начальник Главного контрольного управления Президента, в 1999-2008 годах — директор ФСБ России, с 2008 года — секретарь Совета Безопасности РФ. В интервью журналу «Коммерсантъ Власть» (№12 (465), 02.04.2002) Олег Калугин вспоминал о Патрушеве: «первое повышение в своей жизни он получил от меня», «вместе на охоту ездили. Он и книжки любил читать, и музыкой интересовался. Современный такой парень по тем временам… И в общем, он мне нравился…»;

— Полтавченко Георгий Сергеевич, в 2000-2011 годах полномочный представитель Президента Российской Федерации в Центральном федеральном округе, с 2011 года — губернатор Санкт-Петербурга;

— Путин Владимир Владимирович (в Ленинградском УКГБ — до 1984 года), в 1997-1998 годах — заместитель руководителя Администрации Президента РФ — начальник Главного контрольного управления Президента, в мае-июле 1998 года — первый заместитель руководителя Администрации Президента, в 1998-1999 — директор ФСБ России, в 1999 и в 2008-2012 годах — председатель Правительства РФ, в 2000-2008 и с 2012 года — Президент Российской Федерации;

— Черкесов Виктор Васильевич, в 2003-2008 годах — директор Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков.

Что может означать служба вышеуказанных товарищей под руководством генерала Калугина? Может быть, и ничего не означает, просто совпадение, но очень интересное совпадение.

 

Метки: , , , , , , , , , ,

О гайдаровском форуме, нефти и России


Путивизор на днях резко сменил генеральную линию по зомбированию масс. Еще на неделе пропаганда убеждала нас, что никакого экономического кризиса в стране нет. Самое большее, говорилось о «кризисных явлениях в отдельных секторах экономики», причем говорилось с таким оптимизмом, как будто речь о легком насморке, который сам пройдет.

А вдруг это сифилис? Нет, нет, насморк – убеждали нас экономические эксперты всех мастей, добавляя, что «признаки выздоровления налицо», что «экономика начала расти в августе», что «дно достигнуто», и теперь надо посильнее оттолкнуться от него и устремиться ввысь… Короче, нет никакого кризиса, а есть лишь период «отрицательных темпов роста» (так это звучит на новоязе), который, к тому же, давно закончился. Ага, в августе, мы помним.

Еще 11 января лично Путин обещал нам «стабилизацию и выход на подъем». Медвежонок Айфоня экстатически вещал про рост в 1% в 2016 г. Сегодня на него невозможно смотреть без слез: что-то сбивчиво мямлит, читая по бумажке: мол, мы должны быть готовы к работе в сложившейся ситуации на сырьевых рынках. А Путин, как всегда, трусливо уходит от любого негатива. Нынче он, улыбаясь, торжественно объявил об открытии года России в Греции и года Греции в России.

Разворот на 180 градусов в пропаганде наступил 13 января, когда в Москве начал работу Гайдаровский форум. И вот тут-то мы узнали, что, оказывается, в стране, мать его, кризис! Члены правительства с похоронными минами на откомленных харях начали так остервенело рубить правду-матку, что в недоумении заткнулись даже сетевые всепропальщики, чьи упаднические прогнозы теперь выглядят, как розовые мечты о светлом завтра.

Герман Греф: «Россия проиграла конкуренцию другим странам».

Это он неграмотно сказал, не по-русски. Нельзя проиграть конкуренцию, можно проиграть другим странам в конкурентной борьбе. Но с кем и в чем Россия конкурировала? Будете смеяться, но Великую Рашку уделал нокаутом малюсенький Катар: Россия в 2015 г. добыла 635 млрд. куб. м природного газа, что меньше, чем в 1992 г., когда экономика за год потеряла 40% под мудрым руководством Гайдара, чьим именем назван форум (надеюсь последний в истории). Катар же за то время нарастил добычу с 8 до 177 млрд. кубов (данные за 2014 г.). Причем у Катара в отличие от РФ не было ни доли рынка, ни газопроводов, доставшихся от совка. Сейчас мы отчаянно сливаем саудитам, которые решили прибрать к рукам «наш» европейский рынок нефти (об этом ниже).

Антон Силуанов: «Бюджет РФ балансируется при цене нефти 82 доллара за баррель».

Перевожу с обезьяньего на русский: пока цена барреля не отыграет к $82, кризис преодолен не будет, Рассеюшка продолжит беднеть и падать, падать и беднеть. Но вернется ли черная жижа к таким фантастически высоким ценам? Нет! Следовательно, Рашка – фсё. Это не мои фантазии, это оценка другого рулевого россианской экономики.

Алексей Улюкаев: «Это еще не самое худшее. Реальность такова, что скоро страны-импортеры нефти вообще могут лишиться своих доходов. На смену традиционному сырью придут альтернативные источники энергии, а потому потребность в той же нефти просто отпадет».

В это как раз можно поверить. Но Улюкаев недоговаривает САМОГО ХУДШЕГО. У Эрэфии нет никаких перспектив даже в том случае, если альтернативные источники так и не придут на смену нефти. По оценке директора «ЛУКойла» Вагита Алекперова себестоимость добычи российской нефти – 50-60 баксов за бочку с учетом стоимости капитальных затрат. Конечно, сколько-то лет можно работать, ничего не вкладывая – не ремонтируя скважины, не ведя геологоразведку, не строя новых трубопроводов. Можно вывести из эксплуатации скважины с высокой стоимостью промысловых издержек, увеличив нагрузку на высокорентабельные. При этом можно даже увеличить добычу(!!!), сократив промысловые и транспортные издержки до $15 за бочку, однако через какое-то время это приведет к схлапыванию добычи и полному финишу сырьевого придатка.

Конкретно для «ЛУКойла», который считается самой эффективной нефтяной компанией России, ее глава определил цену в $24 за бочку, как «точку отсечения». То есть при такой рыночной конъюнктуре компания не сможет восполнять свои промышленные фонды и перейдет в режим работы на износ до полной утилизации своих мощностей. Чем ниже будет стоимость нефти, тем выше скорость утилизации.

Однако нефтяники в России не паникуют. Почему? Потому что насосы смогут качать черную жижу даже в том случае, если цена упадет вдвое против нынешней. Как заявил глава Газпромнефти» Дюков, «Если говорить о себестоимости добычи на традиционных, разработанных месторождениях, то себестоимость составляет $12–15 за баррель».

Да, это вполне реалистичная оценка. Похожие цифры называет аналитик UBS Максим Мошков «В третьем квартале 2015 года полная себестоимость добычи нефти крупнейшими российскими компаниями с учетом налогов и расходов на транспорт составила $38–40, а без учета налогов — $10–13». Однако в этом случае будут выключены два главных денежных насоса, которые поддерживают жизнь в организме под названием «Ресурсная Федерация» – произойдет обнуление экспортной пошлины на нефть и НДПИ.

В этом случае у страны просто не будет бюджета. Но не сразу. Примерно на полтора года хватит золото-валютных резервов. Да, доллар будет стоить рублей 200, зарплаты упадут долларов до 100-150. Точнее, так МОГЛО БЫ БЫТЬ, если бы не фактор внешнего долга. Совокупный долг РФ – свыше полутриллиона презренных американских дензнаков, и в 2016 г. стране предстоит выплатить кредиторам свыше $85 млрд. А где их взять, если нефтяники работают в ноль и не приносят стране валюту из-за автоматического обнуления экспортной пошлины и НДПИ при снижении цены барреля до 15 баксов? Придется четверть накоплений из ЗВР отдать кредиторам. Платить придется и в 17-м году, и в 18-м… И тут уже в полный рост встанет выбор: либо за счет резервных фондов будет финансироваться дефицит бюджета, либо выплаты по внешнему долгу.

То есть при благоприятном раскладе, если нефть отыграет к $35, самое позднее, в 2018 г. РФ ждет дефолт. Если же цена удержится на рубеже в 30, то резервные фонды сгорят за год по оценке экспертов Merril Lynch Global Research. Продлить агонию можно только путем обрушения рубля (это, кстати, решит проблему внутреннего долга Росси в размере 7 трлн. руб.).

Теперь понятно, почему жизнеспособность РФ министр Силуанов оценил в 82 доллара за бочку жижи? При такой цене государство сможет расплачиваться с долгами, поддерживать курс рубля и выполнять бюджетные обязательства. Ни о каком развитии тут и речи не идет (кризис в экономике начался в 2012 г., когда баррель пер за сотку). $82 за баррель– это подпорка, необходимая лишь для того, чтобы «вставшая с колен» Россиюшка не уипалась мордой обратно в грязь. Но в том-то и дело, что никаких 82 гринов за жижу больше не будет, о чем наши экономические рулевые честно нас предупредили:

Герман Греф: «Нефтяной век уже закончился. Будет его остаток – лет десять, может быть, и все».

Но ведь не нефтью единой! – попытаются возразить мне обдолбыши-поцреоты. Ведь мы делаем лучшие в мире ракеты, танки и АЭС!

Про ракеты не будем, ладно? Перспективный 2-триллионный бюджет Роскосмоса порезали на треть и готовятся еще секвестировать. Похоронен проект «Союз-МС», космодром «Восточный», с которого и планировалось запускать новые «Союзы», превратился в долгострой. Под нож пошла даже программа по запуску спутников связи для Минобороны. И вообще, космическая отрасль никогда не была для РФ источником дохода, лишь статьей расхода и строкой попила.

Про оружие вещал на Гайдаровском шабаше Чубайс, но это он так изощренно троллил быдло, поскольку не только говорил о танках и АЭС, но еще и называл конкретные цифры, сколько Россия на этом зарабатывает:

Анатолий Чубайс: «Больше всего мы сегодня экспортируем вооружение. Примерно на 15 млрд долларов в год. Это более чем серьезно. Еще одна экспортная отрасль – атомная энергетика. Сегодня Россия выигрывает тендеры на строительство атомных АЭС, поставку турбин, генераторов, паровых котлов, трансформаторов и т.п. Объемы их экспорта – примерно 6 млрд долларов в год».

Итак, валовая экспортная выручка «Росатома» за 2015 г – $ 6,4 млд. Много это или мало? Если маржа – 30%, то это дало чистоганом аж целых два (2) ярда зелени! Этого хватит чтобы удерживать рубль от краха целых три недели! Речь не об инвестициях, не о фондировании экономики, и даже не о наполнении бюджета, а всего лишь о сжигании валюты для предотвращения краха рубля. ЦБ потратил на эти цели в 2015 г. $17 млрд – столько «Росатом» принесет валюты за 8,5 лет. А в декабре 2014 г. ЦБ израсходовал на спасение нацвалюты $30 млрд – «Росатому» 15 лет пришлось бы отрабатывать.

А теперь самое интересное: в 2014 г. маленькая Южная Корея получила свыше 64 млрд экспортной выручки по статье «Реакторы ядерные, котлы, оборудование и механические устройства; их части», причем это составило лишь 11% общей экспортной выручки страны. Так что пукание пропаганды о лидирующей роли РФ в атомной энергетике не соответствуют действительности от слова «совсем». Даже для себя Эрэфия уже не в состоянии построить реактор без французских котлов и немецких турбин.

Что там у нас с оружием? 15 миллиардов баксов в год – это рыжий, конечно, загнул. В 2014 г. еще до санкций, выручка составила $13,2 млрд. И то это весьма условная цифра, потому что часто мы продаем оружие за кредиты, которые сами же даем туземным «друзьям», а потом списываем им долги подчистую. Но давайте даже допустим, что чистая прибыль от торговли оружием исчисляется в $4 млрд. Да это ж гроши!

Экспорт продовольствия в тот же год дал выручку в $18 млрд. Правда, этот бизнес маломаржинальный и чистая прибыль вряд ли составила более $1,5 млрд. Впрочем, пример с продовольствием некорректен, потому что на закупку еды РФ тратит больше валюты, чем получает от ее экспорта.

А вот углеводороды – тут совсем другая песня. Какой же выхлоп дает, точнее, давала нефть? Когда нефтедолларовая халява уже начала усыхать, в 2012 г. РФ продала 237 млн т нефти на сумму $174 млрд и 152 млн тонн нефтепродуктов на сумму $109 млрд. Насчет нефтепродуктов не скажу, но маржа с каждой тонны сырой нефти была просто запредельная – не менее 500 долларов. Очень приблизительно экспорт топлива и нефтепродуктов (с учетом газа) дал стране выручку в $370 млрд, из которых не менее $250 млрд – составил рентный доход – сверхприбыль, обеспеченная заоблачно высокими ценами, которых хватало и на инвестиции, и на наполнение бюджета, и на потребление, и на воровство.

Так что нефть и газ – это наше все. Было… И если у РФ отобрать это «все» – не будет ничего! Окончательное «ничего» наступает при цене барреля в 15 баксов. Алюминий, никель, цинк — тоже в провале, а металлурги в пролете. Дешевеют алмазы и химудобрения, так что восполнить выпадающие гешфты Ресурсная Федерация не может нигде и ничем.

Прогнозы экспертов не оставляют ни одного шанса РФ на медленное и комфортное умирание. Саудиты в прошлом году обмолвились, что нефть по 30 баксов их устроит. И вот она уже упала ниже этой отметки. Сейчас в Эр-Рияде заявляют, что готовы к проседанию цены до $12. Иран же объявляет не только о готовности к такой цене, но обещает всячески способствовать демпингом дальнейшему падению цен. Назовите мне хоть одну объективную причину, по которой нефть не подешевеет до 12 или даже до 10 долларов, как предрекают эксперты британского банка Standard Chartered.

В 2016 г. на снижение нефтяных цен будут работать четыре глобальных фактора – фактически распад ОПЕК, замедление темпов роста китайской экономики, что значимо влияет на стоимость нефти, возвращение в большую игру Ирана и возобновление экспорта американской нефти. Спасет ли Россию перемена ценового тренда? Нет, потому что только уход России с рынка сможет развернуть этот маховик. Хотя, возможно, прежде склеит ласты Венесуэла, где дела обстоят совсем уж хреново. Поэтому не радуйтесь прогнозам специалистов, вангующих разворот нефтяных цен во второй половине года (вероятность его небольшая). Кое-кто на этом празднике жизни будет лишним, и РФ – первый кандидат на вылет. Уйдя с рынка, вернуться на него кране сложно. Хотя бы потому, что контракты на поставку углеводородов заключаются на длительный срок.

Кстати, стоит учитывать, что по ТВ нам озвучивают цену на марку Brent, а РФ продает более дешевую марку Urals, которая падает сильнее, чем Brent. Если ранее дисконт Urals к Brent составлял 2,5-3%, то сегодня разрыв уже превышает 10%. То есть если Brent пробивал 15 января порог в 29 баксов, то Urals проседал до 26 (кстати, в Венесуэле президент Мадура объявил сегодня о введении чрезвычайного экономического положения – их нефть подешевела аж до 24 баксов).

И тут виновата сама РФ. У нас диванные эксперты на говно изошли, вопя, что Саудовская Аравия по приказу Вашингтона специально увеличила экспорт нефти на 7%, чтобы обрушить цены и подгадить Россиюшке. Но при этом сама Россия нарастила экспорт нефти аж на 10%. Традиционный рынок сбыта Urals – Европа. В декабре же Москва нарастила поставки аж на 26% по сравнению с уровнем прошлогодних поставок!!! Поэтому неудивительно, что наша нефть стала проседать быстрее рынка в целом.

Совсем уж позорно выглядит другое: у нас начали отчаянно бадяжить нефть. Как известно, сорт Urals получается при смешении в трубопроводе легкой сибирской нефти с тяжелой нефтью Печоры и Поволжья, которая менее качественна из-за высокого содержания серы и иных примесей. Так вот, в минувшем году потребители нашей нефти столкнулись с тем, что пропорции дешевой тяжелой нефти в Urals возросли, что ухудшило качество марки и привело к падению цены и спроса. Наипали сами себя! А арабы тут как тут – саудиты предприняли мощную экспансию в Европу, вытесняя с рынка дискредитировавших себя российских поставщиков. Поэтому они будут играть на понижение до конца, на кону – доля рынка РФ в сотни миллионов тонн нефти.

Сетевые кремлешлюхи вроде pavel_shipilin продолжают отрабатывать ротиком о том, что нефтезависимость, дескать, не так страшна, как ее малюют: мол, будем потихоньку обесценивать рубль – и спасем бюджет. Бугага! После того, как Иран и Саудовская Аравия выдавят российскую нефть с рынка, даже обесценивание рубля уже ничего не даст.

Нашу экономику можно условно разделить на два контура – внутренний и внешний. Внутренний – это когда экономика удовлетворяет внутренний спрос путем внутреннего производства с использованием внутренних источников сырья, технологий и материалов. Внутренний контур мало зависит от внешних условий, для него главное – спрос.

Внешний контур – это экспортоориентированный сегмент экономики и сектор, зависимый от импорта, будь то импорт потребительских товаров или расходных материалов для производства, которое направлено на удовлетворение внутреннего или внешнего спроса. Так вот, внутренний контур, который продолжит существовать даже после схлапывания экспорта – это всего лишь порядка 20-25% нашей экономики. Остальная ее часть просто не сможет функционировать, если не будет притока валюты.

Во-первых, потому что катастрофически рухнет платежеспособность населения. Во-вторых, потому что без притока валюты невозможен импорт. Скажем, в РФ «производится» масса электроники, бытовой техники и автомобилей. Слово «производится» взято в кавычки, потому что это в подавляющей части лишь отверточная сборка. Но компоненты приобретаются за валюту. Нет валюты – «производство» прекращается. Поэтому выпадение нефтяных доходов и вызванная этим девальвация автоматически отрубают ту часть экономики внешнего контура, которая, казалось бы, никаким боком не связана с сырьевым экспортом. У нас таким образом ТРИ ЧЕТВЕРТИ экономики висит на экспортно-сырьевой ниточке!

В этом году Гайдаровский форум проходил под издевательским лозунгом «Россия и мир: взгляд в будущее». VIP-участники мероприятия единогласно констатировали: у России НЕТ БУДУЩЕГО. Они сказали это прямым текстом (см. выделенные цитаты). Ватаны, если вы не верите мне, то поверьте хотя бы членам путинского правительства и самому Путину, который молчаливо согласился со всем, что его подчиненные проблеяли на ежегодном шабаше либерастов имени иудушки Гайдара. Впрочем, они на самом деле вам врут. Вот, например, как нагло брешет самый брехливый правительственный пацан.

Антон Силуанов: В России может повториться кризис 1998 года

Нет, Антоша, спасительный кризис 1998 г. не может повториться. В России нет кризиса. То, что пропаганда вдруг запела про кризис – это есть не более, чем попытка выдать желаемое за действительное.

Что такое кризис? Кризис (по-гречески κρίσις )— решение, поворотный пункт. В медицине кризисом называют резкий прелом в ходе болезни. Вы видите в России экономический кризис? Лично я его в упор не наблюдаю. Экономическая болезнь присутствует, точнее целый букет болезней: голландка, управленческая импотенция, инфраструктурные метастазы, аутизм в тяжелой форме, аритмия индексов, структурный дисбаланс, отток капитала, финансовая дисфункция, отек милитаризма, инвестиционный голод, импортный диатез, инновационная аллергия, цирроз основных промышленных фондов и т.д. Организм до предела ослаблен коррупционными паразитами, имунная система разрушена полностью. Именно поэтому экономического кризиса, то есть резкого перелома в ходе болезни, не наступает.

Сергей Нарышкин: «Нынешняя экономическая ситуация далека от той, что была тогда».

Это верно, почти ничего общего с ситуацией 18-летней давности. В 1998 г. все произошло резко: 17 августа рубль утратил стабильность, 2 сентября доллар взлетел в цене с докризисных 6 руб. до 21 руб., через две недели обвалился до 9 руб. К декабрю пляска закончилась. Через неделю после дефолта в отставку ушло правительство Кириенко и руководство ЦБ. Резко упал жизненный уровень населения, многие предприятия обанкротились, лопнули банки. Но уже в начале 1999 г. банковская система вышла из ступора, в стране начался резкий рост производства, инвестиционный бум, возрос экспорт. Шок был КРАТКОВРЕМЕННЫМ, а период роста продлился аж 10 лет! Правда, этот рост базировался на проедании нефтяной ренты, а не на развитии, и это привело к кризису 2008-2009 гг.

Тот тоже был кратковременным. В августе нефтяные цены покатились вниз со 140 за бочку до 40 в декабре, а потом необратимо поползли вверх, за год достигнув докризисного уровня и даже значительно его превысили. Нельзя сказать, что правительство в 2008-2009 гг. реагировало адекватно, но оно хоть что-то делало. Тупо заливало кризис деньгами, спалив в топке более $200 млрд. валютных резервов. На другое у Путина и Ко просто не хватало ума. Если бы падение нефтяных цен тогда было глубоким и длительным, то заначку бы проели и Рашенька накрылась медным тазом годика эдак через три – вместо гламурных «болотных» гуляний мы бы увидели в декабре 2011 г., как толпа голодных обывателей выносит нахер ворота в Кремле, четвертует Чурова и жжет Рублевку.

Но тогда фартануло. Кризис удалось залить деньгами и страна продолжала тихонько деградировать по формуле «РОСТ ПОТРЕБЛЕНИЯ БЕЗ РАЗВИТИЯ ПРОИЗВОДСТВА», благо дорожающий баррель это позволял. В итоге уже в 2012 г. такая модель «развития» себя изжила и РФ покатилась под горку. Сначала плавно, потом с ускорением, в 2014 г. управление несущимся непонятно куда автобусом под названием RUSSIA было окончательно утрачено кремлевскими рулевыми.

Как минимум три года мы живем в ситуации все ускоряющегося разрушения экономики. Почему организм страны НЕ РЕАГИРУЕТ НА БОЛЕЗНЬ КРИЗИСОМ? Мой ответ вам не понравится: РФ уже сдохла. Поциэнт находится в состоянии клинической смерти и не реагирует на болезнь. Правительство в этом случае должно срочно реанимировать труп с помощью дифибрилятора, садануть шприцом адреналин прямо в сердце, сделать искусственное дыхание…

В реальности же мы наблюдаем ПОЛНОЕ БЕЗДЕЙСТВИЕ Кремля на экономическом фронте. Все пущено на самотек под успокаивающее журчание зомбоящика. Вырастет баррель – значит, зашибись. Не вырастет – значит, выпьем за упокой. Илитка все еще рассчитывает, что их простят и позволят эвакуироваться в Гейропку. В противном случае Шувалов (для меня это индикатор, потому что он – самый умный из кремлевских придурков) давно бы уже продал свои замки в Австрии и Великобритании, а капиталы перевел… Ну, хоть в Сингапур, что ли, куда еще можно бежать из РФ?

Дмитрий Медведев: «Мы учимся жить в более дешевой нефтяной реальности».

Нет, не жить! В такой реальности надо учиться умирать – тихо, благопристойно, не мешая соседним странам. Может быть, там, наверху, не понимают, что Россию надо спасать? Нет, спасти Эрэфию уже не представляется возможным. Структурные реформы могли бы помочь, начни их Кремль хотя бы лет семь назад во время предыдущего кризиса. Импортозамещением надо было заниматься лет 10 назад.

Как раз тогда, когда нефть начала давать первые СВЕРХдоходы, нужно было не в долговые расписки американского казанчейства их вкладывать, а инвестировать в промышленность. Глядишь, сегодня бы мы уже ездили на отечественных автомобилях на уровне корейской DAEWOO узбекской сборки, а летали бы не на «Боингах» и «Эйрбасах», а на Ту-214 и Ил-96. Может быть, даже трусы научились шить не хуже, чем китайцы, а в танки и истребители паяли микросхемы Made in Russia. Я уж молчу о том, что жрачкой себя уже обеспечивали не на 70%, как сейчас, а на 95%. Но начинать надо было 10 лет назад.

Поцреотня гогочет: мол, мы уже 10 лет слышим вангования, что РФ – кирдык через полгода, и паникеры неизменно ошибаются. Не знаю, кто там чего ванговал, но факт налицо: Рашеньке наступил П-Ц. Было бы просто чудесно, если бы РФ отреагировала на экономическую болезнь экономическим кризисом, но этого не произошло даже в момент обвала нефтяных котировок, и теперь уже точно не произойдет. Бобик сдох! Так что не надейтесь на спасительрный кризис, ваше будущее – медленное угасание в самом большом хосписе мира.

Правда, у меня еще теплится надежда: если не оправдались надежды на экономический кризис, может удастся воспользоваться шансом, который даст кризис политический (революция) или военный. Да, тут шансы 1 к 10, но это лучше, чем ничего.

http://kungurov.livejournal.com/142943.html

========================================================================

Надежда Кунгурова угадывается между строк…

 

Метки: , , , , , , ,

Философский пароходик в Париж для путинских мразей…


Владислав Клочков

За прошедший год большинству россиян стало понятно, что стабильная и скучная жизнь, похоже, остается в прошлом. Обострились глобальные геополитические противоречия, и в известных регионах противостояние перешло в «горячую» фазу. Вряд ли кто-то будет отрицать, что Россия вступила, по крайней мере, в экономическую и информационную войну с ведущими державами Запада. Санкции, необходимость ускоренного импортозамещения, риски в финансовой сфере, которые еще пару лет назад казались малореальными — все это требует и нового политического курса, и новых людей «у руля». И даже безусловно лояльные В.В. Путину граждане ожидают от него смены неолиберальной элиты, изменений, прежде всего, в «экономическом блоке» правительства. Но зададимся вопросом: почему представители неолиберальной идеологии, прямые продолжатели дела «младореформаторов» начала 1990-х годов, до сих пор занимают ключевые позиции в российской власти, несмотря на то, что властная риторика уже давно не похожа на либерально-реформаторскую? И, в таком случае, оправданы ли надежды на смену элит и курса?

Попытаемся ответить на эти вопросы на примере одного, на первый взгляд, частного и малозначительного события. Вернемся к событиям почти двухлетней давности. Как известно каждому прогрессивному человеку и всему прогрессивному человечеству, в мае 2013 года российские наука, образование, гражданское общество, государственное управление понесли тяжелую утрату. Ушел в отставку с поста ректора Российской экономической школы (РЭШ) и уехал в Париж, воссоединившись с супругой, величайший экономист «этой страны» Сергей Маратович Гуриев. Кстати, его супруга, Екатерина Журавская — тоже экономист, причем, по версии наших «продвинутых» ученых из РЭШ, самый известный и цитируемый в мире из российских исследователей.

Сергей Гуриев.

Обратимся к «прогрессивным» СМИ. Вот что они, в частности, писали:

«Вынужденная отставка ректора Российской экономической школы Сергея Гуриева и его отъезд во Францию — этапное событие»(сайт «Форбс»)[1]).

«Известный российский экономист и правительственный советник внезапно покинул свои посты и уехал из страны в условиях растущего давления со стороны Следственного комитета, сообщили осведомленные источники во вторник. Сергей Гуриев стал одним из знаменитых россиян, которые уехали из страны в течение года с тех пор, как Владимир Путин вернулся в президентское кресло, а его правительство начало новую атаку на критиков»(«The Wall Street Journal»[2]).

«Вынужденный отъезд Сергея Гуриева является сокрушительным ударом по гражданскому обществу России, пишет старший научный сотрудник Института международной экономики имени Петерсона Андерс Ослунд для Foreign Policy. По мнению эксперта, новость о Гуриеве вызывает шок, поскольку этот экономист не оппозиционер, а видный представитель либерального крыла истеблишмента. «Если Гуриев вынужден покинуть Россию, то и любого другого гражданина страны может ждать такая же судьба», — полагает Ослунд»(Газета.ру [3]).

Можно успокоить г-на Ослунда: «любому другому гражданину страны» вряд ли светит с комфортом уехать в Париж и занять место профессора в Парижской школе политических наук. Впрочем, об этом нам не забудут напомнить наши, российские комментаторы.

Сплошь и рядом в комментариях «прогрессивных» СМИ и соратников С.М. Гуриева сквозит презрение к оставшемуся в «этой стране» быдлу, которое не стоит даже ногтя уехавшего от нас великого ученого. Предыдущий раз мы слышали что-то сравнимое по накалу рыданий и снобизму по отношению к «этой стране», не оценившей великого деятеля, 16 декабря 2009 года. Но тогда даже самых последовательных врагов Егора Тимуровича удерживало от ответа на хамство гг. Чубайса, Коха и др. общеизвестное правило «или хорошо, или ничего», ибо Гайдар отбыл отнюдь не в Париж (заметим, что для представителей противоположного лагеря это правило отнюдь не является обязательным — ведь каждый рукопожатный человек понимает разницу между ценностью жизни великого либерального мыслителя и каких-то быдлосовков). А в 2013 году те же комментаторы немного перестарались и допустили ошибку, поскольку Сергей Маратович, как раз, жив, здоров и весьма благополучен, чего ему и впредь желаем — но это значит, что и его оппоненты свободнее в оценках. Как саркастически замечает М.Ю. Соколов,

«Пишущие окончательно съехали на стилистические приемы, доселе употреблявшиеся исключительно в некрологах. Советская наука понесла невосполнимую утрату; огромны заслуги покойного (т. е. отъехавшего в Париж) на всех постах, куда прогрессивная общественность направляла С. М. Гуриева; его отличало высокое чувство ответственности за порученное дело; Париж вырвал из наших рядов; горько мне, горько etc»[4].

А если серьезно, что произошло в реальности? Один из самых влиятельных экспертов и советчиков российской власти (в особенности, в бытность президентом Д.А. Медведева) уехал в Париж. Что из этого следует?
Гуриев, которого мы потеряли… и которого потерял он сам

Прежде всего, давайте возьмем бинокль и присмотримся внимательнее: кто же там стоит на корме «философского пароходика», отплывающего в Париж, и с горечью прощается с немытой Россией, неблагодарной страной, которая не смогла его оценить?

Ни в коем случае не хочется уподобляться представителям «прогрессивной общественности», которые стремятся не просто унизить — расчеловечить любого, кто посмел высказать неправильную точку зрения. Это мы проходили уже не раз на протяжении нескольких последних лет. Был человек талантливым писателем, профессором, актером или актрисой, занимающейся благотворительностью, и слышали мы о нем: «ах, какое светлое одухотворенное лицо!»; но стоит ему высказаться или поступить политически нежелательным образом — и тут же одухотворенное лицо гения переименовывается в дегенеративную пропитую люмпенскую морду, профессор и светоч науки — объявляется плагиатором и бездарью, а уж актриса-филантроп или врач-энтузиаст… воздержусь от цитирования. Так вот, если кто-то ожидает в моем кратком рассказе о Сергее Маратовиче Гуриеве прочесть что-то подобное — будет разочарован.

Забавным образом некоторые детали наших биографий похожи. Оба родились на Кавказе, окончили Физтех, оба в возрасте около 30 лет защитили докторские диссертации по экономическим наукам в Центральном экономико-математическом институте (ЦЭМИ) РАН, даже в одной и той же аудитории (там все защиты проходят). Но, разумеется, это чисто формальное сходство — и специальности разные, и области научных интересов, и путь в экономику совсем непохож. Мой путь вряд ли представляет интерес, поэтому поговорим подробнее о становлении Сергея Маратовича Гуриева. Он родился в 1971 году, в 1993 окончил факультет управления и прикладной математики (ФУПМ) МФТИ по кафедре ныне покойного Александра Александровича Петрова, члена-корреспондента РАН, впоследствии академика, зав. отделом Вычислительного центра РАН. Вопреки тому, что иногда приходится читать на волне неприязни к Гуриеву (пусть даже по-человечески понятной), он в экономике — отнюдь не дилетант, якобы, переметнувшийся из физики в более престижную и модную отрасль. Строго говоря, он физиком и не был, изначально учился на Физтехе именно как математик-экономист высокой квалификации, и рос в рамках одной из самых самобытных (не путать с изоляционизмом) отечественных научных школ. А.А. Петров, сам выпускник Физтеха 1957 года, представлял оригинальную и по мировым меркам традицию математической экономики, сложившуюся в нашей Академии наук — разумеется, не столько в «гуманитарно-идеологическом» ее крыле, сколько в математическом.

Студентом Сергей Гуриев был способным, учился отлично. А Физтех — такой вуз, где для этого совершенно недостаточно просто зубрить материал. Это исследовательский университет, где под руководством действующих ученых старшекурсники пишут научные работы, приобщаясь к исследованиям «на переднем крае». Как правило, к защите диплома у хорошего выпускника уже почти готов материал для кандидатской диссертации — и Сергей Гуриев защищает ее через год после окончания института, в 1994 году. Чем он занимался тогда — с особой гордостью за питомца своей школы описал А.А. Петров в своем очерке в книге «Я — ФИЗТЕХ»[5]. В начале 1990-х годов произошла фактическая утрата населением своих сбережений, банковских вкладов, которые после распада СССР сожрала инфляция. Прибавьте к этому еще и то, что значительная часть производимого советскими гражданами превращалась не в их частные блага, а в «общенародную собственность», которая в результате «реформ» в одночасье перешла в руки немногих (разумеется, самых-самых достойных — а разве может быть иначе при капитализме?). Итак, население обнищало. А спрос населения — двигатель экономического развития, да и кто будет работать, как не те самые граждане? И тогда возникает следующая идея: а что если восстановить сбережения населения, вновь признав и индексировав «пропавшие» вклады россиян в Сбербанке и направив их (например, посредством выпуска целевых облигаций) на производственные инвестиции? В соответствующих работах к.ф.-м.н. Гуриеву с соавторами удалось показать[6], что при определенных условиях «данный механизм восстановления сбережений действительно может привести к снижению инфляции, экономическому росту…»

Хочу особо подчеркнуть следующее: молодой экономист-математик проверяет научными методами реализуемость смелой, оригинальной идеи, причем, направленной на решение как чисто экономических проблем нашей страны (восстановления потока инвестиций в производство), так и социальных, обострившихся в то переломное время. Более чем достойное начало. А что же дальше?

А дальше — стажировка в американских университетах, в 2001 году — защита в ЦЭМИ РАН докторской на тему о бартере и денежных суррогатах (что было весьма актуальным в России 1990-х), карьерный рост в РЭШ. И вот уже — типичные высказывания С.М. Гуриева в период зрелости:

«Самый главный инструмент экономического суверенитета России — это валютные резервы… Я думаю, что правительство сейчас должно сосредоточиться на том, чтобы восстановить ликвидность банковской системы, — оно это делает. Думаю, что это будет сделано и думаю, что курс абсолютно правильный…. Думаю, что этот план будет разработан и общий курс — не вполне согласен, что он называется либеральным, но он является относительно либеральным, построенным на интеграции в глобальную экономику, развитии финансового сектора. И для развития финансового сектора необходимо снижение инфляции — для чего нужна консервативная финансовая политика и развитие конкуренции в России»[7].

Привычные для «правильного» мейнстримовского экономиста слова.

Впрочем, эволюция научных (именно экономических, подчеркнем) взглядов С.М. Гуриева на этом не завершилась. Вот более свежие образцы:

«Мы видим, что и в московской властной элите растет недовольство Путиным… Например, закон, запрещающий американцам усыновлять российских сирот, привел в ужас многих на самом верху. Это месть за “закон Магнитского”, принятый в США и препятствующий въезду в Америку российских чиновников, нарушивших, по ее мнению, права человека. Участниц группы Pussy Riot за акцию в храме у нас приговаривают к двум годам колонии, потом принимают закон, запрещающий пропаганду гомосексуализма и разжигающий ненависть к сексуальным меньшинствам. Как высокопоставленные чиновники в таких условиях должны привлекать в нашу страну зарубежные инвестиции?»[8]

(Кстати, процитированная выше статья называется «Путин боится», но начинается при этом с вопроса «Сергей Маратович, почему Вы бежали во Францию?» — и далее Гуриев против такой постановки вопроса не протестует. Выходит, что боится Путин, но бежал почему-то Гуриев. Ехидный читатель заметил бы: то ли заголовок статьи неудачен, то ли ее начало).

Итак, по Гуриеву выходит, что привлечение чудодейственных зарубежных инвестиций зависит от того, можно ли пропагандировать гомосексуализм несовершеннолетним. Правда, в этом случае непонятно, как обходятся без внешних инвестиций в 8 штатах США (конкретнее: в Алабаме, Аризоне, Луизиане, Миссисипи, Оклахоме, Южной Каролине, Техасе и Юте), в которых, по мнению газеты «Вашингтон пост» (как известно, ужасно прокремлевской, или подкупленной ФСБ), действуют аналогичные законы[9].

Кстати, об инвестициях… Сергей Маратович в своем интервью по поводу кончины сингапурского лидера Ли Куан Ю вернулся к событиям «пятидневной войны» — естественно, с тех самых, «единственно верных» идеологических позиций:

«В 2009 году, через полгода после грузинских событий, выступая перед российской аудиторией, Ли Куан Ю вежливо, но решительно сказал: “Вам, конечно, виднее, но если вам нужны инвестиции и экономический рост, с соседями лучше не воевать, а торговать”. Мне кажется, этот совет остается актуальным и до сих пор»[10].

По Гуриеву выходит, что с тогдашним руководством Грузии, которое уничтожало «Градами» и танками жителей Южной Осетии, надо было «не воевать, а торговать». Даже не знаю, как комментировать… Намекнуть ли уроженцу Владикавказа Сергею Маратовичу Гуриеву, что «агрессивная» Россия спасала от физического уничтожения его соплеменников? Нет, пожалуй, воздержусь. А то, помнится, одна журналистка «Комсомолки» сказала совсем уж зарвавшемуся любителю «пить баварское», что в случае победы гитлеровцев именно из его предков победители наделали бы абажуров — так ее же и записали в антисемитки и пособницы нацистов. А оно мне надо?

Вообще, реакция нашей «прогрессивной общественности» на смерть «отца сингапурского экономического чуда» — предмет особого разговора. Дело даже не в том, насколько это «чудо» на самом деле такое уж чудесное (на сей счет есть обоснованные сомнения[11], [12]) — интереснее, что нашим «либералам» особенно полюбилось одно конкретное высказывание усопшего. Вот и Сергей Маратович не преминул его повторить:

«Почему другие лидеры не учатся у Ли Куан Ю? Ответ очень прост, он содержится в самой известной его цитате: “Начав бороться с коррупцией, первым делом посадите трех своих друзей. Вы знаете за что, и они знают за что”. Такие рецепты нравятся, мягко говоря, не всем»[13].

В нашей истории не так уж и давно был лидер, который сам мог бы поучить Ли Куан Ю по этой части (и по части экономических чудес, в некотором смысле, тоже). Он, как известно, не трех — а гораздо больше своих ближайших друзей и соратников посадил, и даже расстрелял. Не особо жалея и близких родственников. Но нашим «либералам» он почему-то не нравится — ну не угодишь им… И уж конечно, они уверены, что их самих (нередко очень близких к власти, и даже входящих в нее) «блестящий» совет Ли Куан Ю не касается — «а нас-то за что?!»

А вот высказывания Сергея Гуриева уже о совсем недавних событиях:

«…именно российская коррупция оказалась ключевой причиной крымского кризиса. Коррупция разорила российскую экономику. А когда экономический рост заканчивается, авторитарные режимы нередко прибегают к территориальной экспансии как к инструменту поддержания популярности и сохранения власти… Восполнить недостаток лояльности могут только репрессии и пропаганда. В этих обстоятельствах ничего не может быть полезнее, чем маленькое победоносное военное приключение… Следствием российской коррупции стала агрессивная внешняя политика, на которую западные лидеры никак не могут найти сегодня адекватный ответ. Российская коррупция действительно превратилась в угрозу международной безопасности»[14].

То есть Россия окончательно погрязла в коррупции, обнищала, и именно поэтому захватила Крым. Не будем углубляться в обсуждение целесообразности закона о запрете пропаганды гомосексуализма, в анализ механизмов украинского кризиса, в уточнение того, какая страна мира воюет больше прочих — просто полюбуемся на глубину аргументации, связывающей освобождение Pussy Riot и экономическое процветание России. Так и хочется сказать: и стоило заканчивать Физтех «с высшим отличием», как указано в официальной биографии, стоило осваивать сложнейший аппарат современной математики и математической экономики, чтобы выдавать «экспертные суждения» на уровне штатного пропагандиста «Новой газеты» или «Эха Москвы»?

Так что в лице Сергея Гуриева российская экономическая наука действительно потеряла талантливого и оригинального исследователя. Только случилось это отнюдь не в мае 2013 года…
Сергей Гуриев как зеркало мейнстрима экономической науки

Описанная выше эволюция отдельного ученого весьма показательна именно с точки зрения социологии экономической науки. Не мной первым отмечено: современная Россия представляет собой уникальный «естественный исторический полигон», изучая который можно совершать прорывы в общественных науках. Здесь калейдоскопом сменяли друг друга институты и механизмы, можно было живьем наблюдать поведение экономической системы в таком широком диапазоне параметров, который западные экономики не «пробегали» в обозримом прошлом. Здесь многие проблемы стоят гораздо острее, чем на относительно благополучном Западе (причем, иногда, как показывают недавние события, проблемы, с которыми Россия столкнулась 10–20 лет назад, становятся актуальными для Запада сейчас). И для преодоления этих проблем нужны нестандартные решения, а что может быть интереснее их поиска? Исследуй, твори, выдумывай, пробуй! Российские экономисты, причем, самая квалифицированная и потенциально способная их часть (к которой С.М. Гуриев, на мой взгляд, относился) имели уникальный шанс, «естественное преимущество», поскольку им повезло родиться здесь и жить сейчас. Даже элементарная экономическая логика подсказывает, что это — твое конкурентное преимущество на «научном рынке», так используй его! Почему же по этому пути пошли далеко не все, и про тех, кто пошел, почти ничего не слышно, а весьма рациональные и квалифицированные люди, собравшиеся в РЭШ и ВШЭ, предпочли просто влиться в общемировой мейнстрим?

Дело в том, что в экономической науке конкуренция школ далека от описанной в учебниках рыночной конкуренции, в которой предложивший оригинальный продукт или освоивший новую нишу рынка выигрывает. Нет, конкуренция в экономической науке отнюдь не способствует увеличению разнообразия… Стимулы «стать как все» у современного российского экономиста сильнейшие. Ибо, если ты будешь придумывать, как оживить нашу экономику с учетом ее современной специфики, сократить бедность, запустить промышленность, преодолеть масштабные вызовы уже недалекого будущего — ты будешь смешным фриком и маргиналом, по меркам «цивилизованного мира» — ну, примерно, как РАНовские экономисты, как тот же С.Ю. Глазьев, даром, что академик, или Р.С. Гринберг, даром, что членкор. Не надо искать новые пути, предлагать какие-то оригинальные механизмы — этак недолго и в крамолу впасть, еще дойдешь, чего доброго, до проекта какой-нибудь идеологически неправильной (например, не совсем либеральной) экономики. Нет уж, истина известна давно, и задача настоящего экономиста (с точки зрения мейнстрима) — ее последовательно доказывать. Эта истина, в принципе, проста, и она известна, в основном, уже лет 300, начиная с первых классиков. Кратко либерально-неоклассический канон можно изложить так: «невидимая рука рынка» сама приведет экономику к процветанию; если кто-то богат, а кто-то беден — так тому и быть, это справедливо и эффективно; государству нечего вмешиваться в экономику — любые попытки планирования являются «пагубной самонадеянностью», а государство должно играть роль «ночного сторожа», и не более.

Если же кто-то отступает от неолиберального символа веры — все просто: он вообще не экономист, а безграмотный маргинал, «вон из профессии!» И хотя либеральный мейнстрим в экономической науке блестяще доказал в последние годы и десятилетия свою несостоятельность (как в прогнозировании, так и в части практических рекомендаций), именно он — при скромных, мягко говоря, основаниях для таких притязаний — наиболее нетерпим к любым оппонентам. Это теория не столько научная, сколько идеологическая, и ее адепты отлично «знают свой маневр» в информационных баталиях (для чего она во многом и предназначена).

Если для экономиста-прагматика государственное регулирование — это средство, служащее цели более высокого уровня (например, развитию какой-то отрасли), а его формы и глубина — сугубо технические параметры, то для либералов это — принципиальный вопрос, ибо свобода (понимаемая ими, как свобода бизнеса от госрегулирования и любого общественного контроля) — это нечто сакральное. Наоборот, сколько человек перемрет, «не вписавшись в рынок» — для них «технический вопрос». И вот эту людоедскую идеологию обосновывают именно с точки зрения… морали и справедливости! Примерно таким образом[15]: рабочих с разорившихся предприятий никто за ногу не привязывал, не давая уехать с семьей на край света искать лучшей доли, надо быть мобильнее! А тех мобильных рабочих, которые все-таки приехали за лучшей долей и полезли в ставшую для них могилой шахту — никто туда лезть не принуждал! И мало ли что в частных фирмах и транснациональных корпорациях процветают вполне себе тоталитарные практики, унижающие человеческое достоинство и выжимающие человека, как тряпку — это ж не государственный монстр, а «невидимая рука рынка», все происходит свободно и по доброй воле! Не нравится — не работай в таких нехороших местах (что интересно, когда либералам, стонущим от государственного гнета в «этой стране», предлагаешь в той же логике — «не нравится, уезжай и не делай из этого трагедию» — почему-то понимания не встречаешь). Вот почему краеугольный камень неолиберальной теории — это тезис о невозможности экономического принуждения. Дескать, принуждение — это когда ужасное государство заставляет, а когда «невидимая рука» — так это ж совсем другое дело! И поэтому такому, на первый взгляд, мелкому и частному вопросу я несколько лет назад посвятил отдельную статью в «Скепсисе»[16].

Заметив термины «неолиберальный», «неоклассический» и т.п., читатели-буквоеды могут на меня наброситься с обвинениями в упрощенчестве и даже безграмотности: дескать, какая же это неоклассика? Ведь многие видные представители РЭШ и ВШЭ, включая того же С.М. Гуриева, Я.И. Кузьминова, К.И. Сонина, М.М. Юдкевич (все они неоднократно были героями моих статей[17], [18], [19]), позиционируют себя как институционалисты (даже книжки пишут по институциональной экономике), а это совсем не то же самое, что неоклассики! Действительно, в центре их внимания зачастую именно институты — политические, внутрифирменные, неформальные институты гражданского общества, научно-образовательного сообщества и т.п., а не традиционные предметы анализа классической экономики. Однако общей с неоклассиками является именно идеологическая заданность всех соответствующих исследований: они изначально нацелены на обоснование неолиберальных догм. А методология (точнее, риторика) здесь вторична, и тому будет еще немало примеров далее.

Лозунг «свобода лучше, чем несвобода» — даже если он тщательно теоретически обоснован — вряд ли поможет в реальном управлении национальной экономикой или фирмой. Поэтому некоторые практики, которых корреспонденты «прогрессивных» СМИ неосторожно спросили, что они думают о таком эпохальном событии, как отъезд бывшего ректора РЭШ, ответили примерно следующее: да скатертью дорога! Вот, например, что сказал еще один выпускник МФТИ (и тоже окончивший вуз с отличием), финансист Сергей Васильев:

«Практика показывает, что это [современное экономическое] образование ничего не дает для реальной практики, в тех же банках, например, или нефтяных компаниях… Проблема в том, что из людей типа Гуриева и ВШЭ состоит сегодня либеральная наша верхушка экономической власти в ЦБ, Минфине, правительстве. РЭШ и ВШЭ — это два столпа экономической науки, они определяют, какой будет экономика в стране. Поэтому я не вижу проблемы в отъезде Гуриева. Нужна некая свежесть, проветривание этих кабинетов, появление каких-то других курсов или даже просто исчезновение старых»[20].

Заключительные слова можно понять так, что уж лучше никакой экономической науки, чем такая «передовая» — и то легче будет стране… В принципе, тут всегда можно сказать, что это-де просто бизнесмен, не способный воспарить до вершин чистой экономической теории (причем, не удивлюсь, если прогрессивная общественность, априори готовая восхищаться каждым «человеком с рублем», по такому случаю не даст пощады и вполне успешному финансисту С.А. Васильеву).

Итак, мейнстримовская экономика служит не для поиска каких-то конкретных и оригинальных стратегий, а для обоснования заданных идеологических догм. Непосвященные люди могут спросить: а зачем же и кому нужны такие экономические «советники», которые советуют наперед известные (и, в общем, практически бесполезные или даже вредные) вещи? Как справедливо сказано в статье д.э.н. Р.С. Дзарасова из ЦЭМИ РАН,

«В каждом обществе правящий класс требует от экономистов обеспечить свою легитимность в глазах людей. Иными словами, негласное, но настоятельное требование к экономистам — убедить сограждан в справедливости и оправданности с моральной точки зрения и с точки зрения эффективности особого положения правящего класса и его права определять распределение материальных благ между людьми… Если правящие классы деструктивны и реакционны, то их потребность в идеологическом обосновании своих притязаний на власть и богатство становится более императивной, а потребность в познании истины ослабевает»[21].

Именно в такие игры наша власть играла четверть века, пригласив либеральных экономистов в качестве «придворных» (хотя… будет слишком оптимистично говорить в прошедшем времени). Но геополитическая ситуация в мире и, конкретно, вокруг России становится все более напряженной, и все больше требуются не мастера виртуозного обоснования либеральных догм, а специалисты, способные давать более предметные рекомендации — что именно надо делать, кому и когда. Какую промышленную, научно-техническую, социальную политику следует проводить, когда и какими средствами — таких ответов ждут от экономистов государство и общество. Какие именно продукты, для кого и как следует разрабатывать, в каком количестве выпускать — спрашивают руководители предприятий. Однако в этом плане наш экономический мейнстрим мало чем может помочь. Он вообще не по этой части. Более того, он, строго говоря, и не по части… экономики. Нашим «ведущим» экономистам удалось удивительным образом уйти от «низменной» науки о хозяйстве, каковая раньше и называлась экономикой.

Здесь на помощь нашим идейным неолибералам пришел институционализм как наиболее мощное и модное направление экономической мысли на протяжении многих десятилетий. И наши «самые главные» экономисты — теперь поголовно институционалисты. Как метко подмечено на сайте журнала «Эксперт», институциональные реформы —

«…Излюбленная тема наших либералов, и по сути она верная, только уж слишком общо звучит из их уст и, что самое удивительное, почти не касается собственно экономики и ее производной — предметной экономической политики. Они говорят: нам нужен беспристрастный суд, неиспользование силовых и политических преференций, защита собственности, хорошее образование и т. д. и т. п. Но все это лежит вне сферы непосредственного управления экономикой (выделено мной — В.К.). Там, где французы вводили ограничения на экспорт капитала, американцы развивали рынок субфедеральных облигаций, японцы эксплуатировали целевое финансирование индустриальных отраслей, немцы создавали механизмы рефинансирования банковской системы, мы собираемся развивать независимый суд»[22].

Так и хочется сказать: раз вы видите путь к экономическому процветанию исключительно в улучшении институтов — так идите в судьи, и покажите пример самоотверженного служения справедливости, идите в священнослужители или воспитатели, и занимайтесь улучшением общественных нравов. Если не можете не руководить — так и займите позиции министра юстиции, главы арбитражного суда и т.п. Но зачем вы занимаете должности, на которых принимаются именно экономические решения?

Всем памятны недавние — и еще не закончившиеся — события на валютных рынках, в результате которых рубль подешевел относительно иностранных валют примерно вдвое, а также действия Центробанка, вызвавшие до сих пор не утихающие споры. Процитируем свежий комментарий К.И. Сонина (ранее — проректор РЭШ, ближайший соратник С.М. Гуриева, затем — проректор ВШЭ, а сейчас, по примеру своего старшего коллеги — «вынужденный» эмигрант, спасающийся от «кровавого режима» в Чикаго) в ответ на сомнения в компетентности руководства ЦБ:

Константин Сонин.

«Ксения Юдаева, выпускница экономфака МГУ, магистратуры РЭШ и аспирантуры МТИ, в которой она училась у Руди Дорнбуша, бесспорно, самый образованный и грамотный макроэкономист-практик в тысячелетней истории России, причём отрыв от следующего по знанию и пониманию моделей и денежной истории очень велик»[23].

Ну, уж не будем спорить, относить ли к макроэкономистам-практикам, например, С.Ю. Витте, Е.М. Примакова с Ю.Д. Маслюковым, В.В. Геращенко, и кто был успешнее в управлении народным хозяйством России — кто-то из них, или зампред Центробанка К. Юдаева. Просто продолжим цитировать Константина Исааковича:

«Лучшая курсовая политика ЦБ — невмешательство»[24].

В этой связи возникает вопрос: а что, для того, чтобы проводить такую сложную политику, в самом деле, нужно окончить экономфак МГУ, магистратуру РЭШ, аспирантуру MIT? А без сокровенных знаний, переданных самим Руди Дорнбушем, эта политика невмешательства (на которой неолибералы, в самом деле, настаивают повсеместно) получится какой-то неправильной? А может, у лабрадора Кони получилось бы не хуже?

Увы, политика невмешательства хорошо смотрится в учебниках экономикс (например, авторов С. Фишера, того самого Р. Дорнбуша и Р. Шмалензи[25]) — а в реальности и денежные власти, и другие органы государственного управления США проводят весьма активную экономическую политику. Поэтому, как можно заметить, сами претензии неолибералов на властные позиции смотрятся неубедительно в свете декларируемых ими научных убеждений.
Алгебра и гармония: математика и объективность мейнстримовской экономической науки

Есть одна общая методологическая черта у всех представителей современного неолиберального мейнстрима, лишь на первый взгляд несущественная. Это — использование сложного математического аппарата. Практически все их работы очень математизированны, и большинство представителей этой науки имеет хорошее математическое образование. Отсюда — столько физтехов и выпускников мехмата в РЭШ и т.п. учебных заведениях и научных организациях. Пользуясь изощренным математическим аппаратом, мейнстрим убивает целую стаю зайцев.

Во-первых, знание становится эзотерическим. И любого посмевшего нам возразить по существу постановки задач или выводов мы снисходительно спросим: а ты знаешь, например, теорему Хана — Банаха? А условия трансверсальности можешь записать в этой оптимизационной задаче? А гетероскедастичность выявить при оценке неизвестных параметров регрессионной модели? И ты еще смеешь судить о пенсионной реформе или курсовой политике?! Вон из профессии! Как писал М.М. Жванецкий, что может сказать хромой об искусстве Герберта фон Караяна, если ему сразу сказать, что он хромой?

Во-вторых, наша теория сразу становится «наукой для умных», мы автоматически привлекаем симпатии всех этих физтехов-мехматовцев и т.п., а они ребята умные, пригодятся, если их направить в нужную сторону. Как пишет в статье «Кризис и ответственность экономической науки» сотрудник ЦЭМИ РАН д.э.н. Р.С. Дзарасов,

«Происходит тщательный отбор студентов с предпочтением людей с первым техническим или математическим образованием… В учреждениях, о которых идёт речь, дают никак не меньший (чем в советских экономических вузах — В.К.) заряд догматизма в виде нехитрого набора неолиберальной догматики. Однако главный упор делается на анализ эмпирических данных с помощью утонченных математических методов. В результате получается специалист, чьё мировоззрение ограничено догмами свободного рынка, профессионал, который приспособлен к обработке массива эмпирических данных с заданных идеологических позиций»[26].

Тем же целям «вербовки» способных молодых людей под свои идеологические знамена служит и повышенное внимание неолибералов к просветительским проектам, СМИ и др. — вспомним, хотя бы, контроль известных личностей над старейшим российским научно-популярным журналом «Вокруг света», который за короткий срок стал эффективным инструментом неолиберальной пропаганды. Вспоминается поэма «Казанский университет» Е. Евтушенко:

«… а гасильники притворяются, что светильники — это они»[27].

Ну и в-третьих, создается впечатление объективности, беспристрастности. Что вы, мы же не болтологией тут занимаемся — у нас же формулы, теоремы, расчеты! А у вас, социалисты-коммунисты, что? Только горячее сердце, логические доводы и слова? Ха-ха-ха! Угадайте, на чьей стороне будут симпатии «любого мало-мальски образованного и думающего человека в этой стране»…

По поводу объективности мейнстрима следует поговорить подробнее. Ибо именно это либералы подчеркивают в каждом своем исследовании. Лишь изредка проговариваются. Чрезвычайно показательным является следующий фрагмент, посвященный постановке задачи проводимого в НИУ ВШЭ исследования, поддержанного фондом «Либеральная миссия»:

«Актуальность работы состоит в необходимости разрушения ошибочного представления о российской культуре (о “третьем пути”), которое снова начинает формироваться в российском обществе сегодня. Важно показать, что экономическое развитие и “третий путь” не совместимы»[28].

То есть еще на стадии постановки задач исследования, автор знает «правильный» (то есть политически желательный) ответ, и цель исследования состоит в том, чтобы его доказать. При таком подходе (типичном для экономистов либерально-неоклассической школы) сложно гарантировать, что ученый, столкнувшись с отдельными фактами, не укладывающимися в заданную концепцию, будет твердо придерживаться принципов научной добросовестности, непредвзято анализируя эти факты и выявляя их причины, а при необходимости, даже корректируя свои научные убеждения. Нет уж, если факты не будут укладываться в идеологическую канву — тем хуже для таких фактов. На этом фоне особенно примечательно, что именно представители данной политико-экономической школы подчеркивают свою беспристрастность, приверженность принципам объективности и т.п.

Увы, в основном, «передовая экономическая наука» занята не поиском истины или решением практических проблем, а обоснованием, оправданием политики, заданной теми или иными заинтересованными группами (а отнюдь не выработанной научными методами). В нашей с Б.А. Паниным работе 2011 года[29] были выявлены предпосылки такой политизации науки. Если грубо, они довольно просты: наибольший риск искажения выводов (а также постановки задач в экономических исследованиях) наблюдается тогда, когда благосостояние экономистов оказывается непропорционально сильно привязано к благосостоянию лишь одной какой-либо узкой (но влиятельной) социальной группы. Необязательно посредством прямых выплат, «взяток» (хотя такая угроза вполне реальна, когда финансирование науки и вузов отдается на откуп крупному бизнесу) — достаточно и того, что ученые-экономисты сами являются выходцами из определенной среды, членами определенных классов. Все мы — живые люди со своими пристрастиями, интересами, происхождением. Как говорится, «жить в обществе и быть свободным от общества…»

Читатель может спросить: но как же можно прийти к тенденциозному выводу, оперируя математическими моделями? Спросим у профессионалов. Мастер-класс проводит… уже не раз упоминавшийся Константин Исаакович Сонин совместно с другим проректором ВШЭ, Марией Марковной Юдкевич, которую я также цитировал в одной из статей[30]. Итак, пример навскидку: статья о том, что лучше для исследовательского университета — государственное финансирование или частное, со стороны бизнеса[31]. Так и хочется спросить читателей: угадайте, что получилось у авторов?

Как говорится, «математика подобна мельничным жерновам», и качественные выводы из моделей полностью определяются их начальными предпосылками. Причем, не только допущениями и упрощениями модели — не менее важны сами вопросы, которые ставит перед собой исследователь. В соответствии с этим, получаются и ответы. Так, в данной работе ставились следующие вопросы, и были получены следующие ответы:

1) как влияет увеличение финансирования университета на выбор между учебной и исследовательской специализацией?

Вышло, что, чем больше денег выделяется, тем меньше вуз занимается исследованиями, и тем больше «просто» обучает студентов. Если учесть принятую в модели (да, наверное, и в жизни существующую) ограниченность числа способных студентов, а, тем более, привязку финансирования к числу обучающихся — конечно, легко догадаться, что рост финансирования приводит к экстенсивному расширению университета и снижению качества, ибо исследователей и способных студентов не напасешься, а рост доходов определяется «поголовьем» (правда, в нашей стране пока еще далеко до избытка бесплатных мест для способных студентов — но у кого-то и такие проблемы, верю). Было интересно узнать про университет Феникса с филиалами в большинстве штатов США и 300 тыс. студентов (ой, что-то мне это напоминает, уважаемые коллеги…) — и соответствующей их успеваемостью, продемонстрированной при независимой проверке. Оказывается, не только у нас в высшем образовании есть такие откровенные машины для зарабатывания денег — кто бы мог подумать!

Кстати, интересная деталь: подушевое финансирование в виде ГИФО предлагали, как известно, ближайшие сподвижники ректора ВШЭ Я.И. Кузьминова из Института экономики образования ВШЭ и сам Ярослав Иванович — так что спасибо авторам из ВШЭ и РЭШ за смелую критику позиции своих коллег и руководителей.

2) как влияют источники финансирования университетов (государство и частные пожертвования) на качество его работы, в частности — на качество штата.

Действительно, неожиданным и интригующим был анонсированный результат — то, что, оказывается, преобладание госфинансирования снижает качество, заставляя предпочитать краткосрочный наем низкоквалифицированного персонала вместо пожизненного найма, так называемого tenure. Ага, как говорилось в одном фильме, «ради этого все и писалось!»

Но, немного углубившись в предпосылки, сразу понимаешь, в чем причина такого «неожиданного вывода». Рассматривается ситуация нестабильного финансирования университетов, в том числе резко колеблется и госфинансирование. Причем, в отличие от частных пожертвований, скачки бюджетных поступлений разным университетам сильно связаны между собой (так как источник-то один и тот же). Разумеется, в этом случае результат предсказуем.

Конечно, если понимать государство как источник нестабильности (увы, оно нередко дает повод так думать) — тогда доказать его вред несложно. Только с моей точки зрения, это как раз не доказательство вреда госфинансирования, а напоминание о том, чего государство никогда делать не должно. Наоборот, госфинансирование должно быть стабильным, государство должно быть стабилизатором экономики. А иначе — действительно, зачем оно такое нужно.

Итак, мы видим хрестоматийный пример того, о чем мы с Борисом Паниным писали в указанной выше статье о политизации, и о чем я более подробно писал в книге, вышедшей в 2011 году[32].

Во-первых, какими вопросами задается исследователь — такие ответы он и получает. Вот Сонину с коллегами хотелось доказать, что частное финансирование университетов повышает качество их работы — и они это доказали. Конечно, приняв некоторые… скажем так, специальные допущения насчет того, что такое качество, и что такое государственное участие. Особо подчеркну: если задаваться иными допущениями — ответ получится иной. А нам с Борисом, чего уж греха таить, хотелось доказать, что частное финансирование бизнесом экономической науки и образования, наоборот, снижает их качество. И мы это тоже доказали — сделав упор на объективность научных выводов и показав, что слишком сильная зависимость благосостояния экономистов от выделенных социальных групп приводит к искажениям выводов. А наиболее объективной и независимой будет наука, стабильно финансируемая государством. Опять же, результат, мягко выражаясь, немного предсказуемый, если посмотреть на предпосылки. Такая свобода в выборе предпосылок обусловлена не только большой неопределенностью многих экономических закономерностей (я говорю, что вот это — главные факторы, а вы скажете — что вот это, и т.п.), но и разнообразием вопросов, на которые исследователи желают получить ответ.

Только важно, обещая в аннотации «surprising» результаты вроде того, что «государственное участие в финансировании вузов вредно», не забыть уточнить, что это вывод — отнюдь не универсальный, а полученный при таких-то предпосылках (относительно государства и относительно того, что такое хорошо). Ибо только тогда читатель сможет сам решить, действительно ли оно вредно. А иначе, на мой взгляд, немного нечестно по отношению к читателю. Плохо то, что выводы, полученные при очень специфических допущениях, некритично настроенные (особенно пристрастные) читатели воспринимают как истину в последней инстанции — ведь это же наука, это же результаты математических расчетов!

И, в связи с этим, во-вторых… О математике и объективности. На этот крючок, чего греха таить, ловятся многие физтехи и др. представители физматнаук. Мы же как привыкли — ах, формулы, значит, все по науке! И нам главное — чтобы автор в выкладках не ошибся. Если не ошибся — значит, правда. Значит, он доказал то, что утверждает. На этом основан миф о некой особой «объективности», присущей экономико-математическим моделям в противовес качественным рассуждениям, «болтологии».

Так и хочется сказать: нет же, дорогие мои математики! Если экономист хочет вас обмануть — он не будет врать в формулах и выкладках. Будьте спокойны, в арифметике он не ошибется. Он поступит хитрее. Для человека, построившего хотя бы сотню-другую матмоделей в разных областях экономики, на любой экономический вопрос дать любой заданный ответ (причем, математически обоснованный — например, вышеописанным образом) — так, легкая разминка. Нужно лишь подобрать среди многообразия разнонаправленных экономических сил (а профессионал их знает достаточно — эрудиция в этой профессии лишней не бывает) такие факторы, такие «за и против», чтобы получить нужный результат. А уж формализовать эти факторы, перевести их на язык формул — как говорится, дело техники.

Как все-таки приятно, что Константин Исаакович уже который раз сам, по собственной инициативе, наглядно иллюстрирует наши теоретические рассуждения об экономической науке. А то некоторые скептики из естественных и технических наук иногда пишут о наших с Борисом работах — дескать, какие-то небылицы вы изучаете, не бывает такого в науке. Еще как бывает!

Впрочем, насчет того, что в расчетах и цифрах либералы не ошибаются и не жульничают — это мы слишком хорошо о них думаем. Весной того же 2013 года немало шума наделал так называемый казус Кеннета Рогоффа и Кармен Рейнхарт, видных представителей неолиберального мейнстрима (что-то у них в последнее время — одни казусы…). Они утверждали на основании эконометрического анализа, что высокий уровень госдолга приводит к торможению экономического роста, из чего были сделаны радикальные политические выводы, принятые на вооружение МВФ и ВБ — известно какие: государственные расходы необходимо сокращать, и т.п. Критики этой работы (по официальной версии — даже случайно, в рамках студенческого упражнения по эконометрике) обнаружили грубые ошибки, допущенные при анализе статистических данных. И если авторы работы утверждали, что превышение госдолгом уровня в 90 % ВВП приводит к снижению ВВП на 0,1 % в год, то в реальности анализ тех же данных показал, что такой госдолг лишь сокращает среднегодовые темпы роста до 2,2 %. Результат был достигнут тем, что в расчет не включили первые 5 по алфавиту стран из рассмотренной выборки — Австралию, Австрию, Бельгию, Канаду и Данию, и выбором «нужной» меры среднего значения при большом разбросе цифр для отдельных стран (буквоед-специалист по эконометрике в этом случае усомнится вообще в состоятельности каких-либо оценок среднего).

Конечно, тут можно долго злорадствовать — совсем туго пошли дела у либералов, если уже приходится для доказательства сверхценных идей использовать «нечаянные потери при копировании данных» и «программные ошибки встроенных функций EXCEL». Однако, на мой взгляд, даже не так важно, допущены ли в этой работе нечаянные ошибки, или имел место сознательный подлог. Весь казус Рогоффа — Рейнхарт — начиная с истории появления этой работы и использования ее выводов и до недавней дискуссии — свидетельствует о глубоком системном кризисе мейнстрима мировой экономической науки.

Важно подчеркнуть, что в данной работе в принципе нельзя было получить научно обоснованного ответа, в силу ненаучной постановки задачи. Является ли высокий госдолг причиной или следствием замедления роста ВВП; какие еще факторы влияют на темпы роста и как они взаимодействуют с фискальной политикой государства? Очевидно, что такие факторы есть, их много, и более корректно искать рациональный уровень госдолга в данных условиях, для данной страны. Обладая хотя бы базовыми экономическими знаниями, нельзя не задать несколько первоочередных уточняющих вопросов:

на что расходуются средства, полученные государством — на укрепление обороны (в каких военно-политических условиях?), на строительство инфраструктурных объектов, на высокорисковые инновационные разработки, или на что-то еще?
в какой период государство наращивает или, наоборот, сокращает долг (здесь имеют значение и фаза делового цикла, и стадия развития технологического уклада)?
каковы финансовые условия заимствования (в частности, очевидно, что для страны, эмитирующей мировую резервную валюту, допустимый порог госдолга выше, чем для маленькой страны с низким кредитным рейтингом)?

Эти и многие иные вопросы в принципе игнорировались. Постановку вопроса в работе Рогоффа — Райнхарт можно сравнить с поиском оптимального угла поворота колес по критерию минимума расхода топлива, или даже аварийности. В самом деле, если анализировать корреляцию между углом поворота колес и фактом попадания в ДТП, действительно, легко прийти к выводу о том, что во избежание аварий целесообразно колеса не поворачивать, поскольку почти у всех разбитых машин в последний перед ударом момент колеса были куда-то повернуты. Однако они и были повернуты в попытке избежать столкновения, и если бы таких попыток не предпринималось — аварий было бы гораздо больше. Возможно, и с государственным долгом что-то похожее?

Продолжая эту аналогию, можно сказать, что постановка задачи в исследовании Рогоффа — Райнхарт в принципе бессмысленна. Не лишенным смысла (практического и познавательного) был бы поиск оптимального правила или программы поворота руля (но не колес, поскольку это уже не управляющий параметр, а фазовая переменная, хотя и подчиненная собственному ограничению — что можно сказать и о государственном долге) — и то, не изолированно, а комплексе с прочими управляющими переменными. То есть сама постановка вопроса не могла привести к конструктивному выводу. Показательно, что этот факт практически не вызывает интереса — при том, что сам по себе казус вызвал ожесточенные дискуссии как в западном, так и в российском экономическом сообществе.

И вполне предсказуемо, что либеральное крыло на голубом глазу продолжило утверждать, что «но в главном-то они правы!» Кстати, в числе первых в этом отметился и наш герой[33]. Причем, Гуриев и его соавтор сначала признают, что, конечно, эконометрические расчеты не позволяют говорить о причинности, о том, что первично — высокий госдолг или экономический спад. Но под конец — не выдерживают авторы, срываются:

«Однако результаты и выводы в общем верны. Пересечение красной черты долга опасно для роста».

Этакое «а все-таки она вертится!» на мейнстримно-экономический лад. И ведь наверняка галилеями себя считают перед косной и грубой «инквизицией», которая не может оценить изящества выборочной обработки данных в EXCEL…

В целом, получается, как в бородатом анекдоте: как ни собираю, все автомат Калашникова выходит! Как и что ни исследуют мейнстримовские экономисты, все получается вывод «свобода лучше, чем несвобода», — вот хоть бы раз у них вышло иначе! Причем вывод этот чаще всего носит априорный характер — а не то, что «в таких-то условиях оправдано такое-то вмешательство государства, а в таких-то — не оправдано», и т.п. Естественно — догма должна быть абсолютной, а все эти «с одной стороны, с другой стороны» лишь сеют ненужные сомнения.

Вот такая «объективная наука». Весьма показательно в этой связи высказывание — подчеркну, весьма либерального — политолога Бориса Межуева:

«…На базе РЭШ, Московской школы управления и других структур возникла своего рода интеллектуальная империя, состоящая из людей, блестяще владеющих самыми разными математическими методами исчисления экономических показателей, большинство из которых были заведомо недоступны профанам. Мне всегда казалось странным несоответствие между сложностью и изысканностью методологического аппарата представителей этой школы и сравнительной простотой их публичных экономических рецептов, главным из которых было требование максимального снижения доли государственного сектора в хозяйственной сфере. Где действуют государственные компании и корпорации, там царствует коррупция, говорили Гуриев и его соратники. Мне кажется, что этот ответ был слишком краток, чтобы схватывать суть дела»[34].

Даже симпатизирующий Гуриеву комментатор, назвавший его «больше, чем экономистом», кажется, начинает о чем-то догадываться…

Весьма красноречива с этой точки зрения статья нобелевского лауреата 2008 года П. Кругмана. В частности, он пишет следующее:

«Как мне представляется, экономика сбилась с пути, потому что экономисты в массе своей ошибочно приняли за правду красоту, облицованную убедительно выглядящими математическими выкладками. До Великой депрессии большинство экономистов сходились во взглядах на капитализм как на совершенную или наиболее близкую к совершенной систему. Этот образ не устоял перед массовой безработицей, но когда воспоминания о Депрессии поблекли, наука экономика снова закрутила роман со старым, идеализированным взглядом: мыслящие индивидуумы взаимодействуют на совершенных рынках. На этот раз все это подкреплялось навороченными красивыми уравнениями. Безусловно, обновленный роман с идеализированным рынком был частично реакцией на меняющиеся политические веяния, частично — желанием приобщиться к материальным благам (выделено автором — В.К.). Творческий отпуск в Институте Гувера и предложение о работе на Уолл-Стрит на дороге не валяются»[35].

Столь длинную цитату стоило привести, поскольку в ней озвучен целый ряд проблем развития «мейнстрима» экономической науки — увлечение сложным математическим аппаратом в ущерб содержательной стороне дела, политизация, нацеливающая этот аппарат на доказательство универсальной догмы, и т.п. Причем открыто признано, что эти явления во многом вызваны корыстными интересами представителей «мейнстрима».
Как стать великим ученым в XXI веке

Зададимся вопросом: а что же потеряла отечественная экономическая наука с отъездом (пардон, изгнанием) С.М. Гуриева? В целом ряде источников настойчиво повторяется «убийственный» факт: на долю РЭШ приходится более половины высокорейтинговых публикаций российских экономистов в ведущих мировых журналах. А значит… а, в самом деле, что это значит?

Придется сделать короткое отступление: современная наука живет в такое интересное время, когда ни общество, ни государство по ряду причин не могут и не хотят задавать ей вопросы по существу и вникать в ответы. А потому в управлении наукой господствующую роль захватили формальные показатели — прежде всего, наукометрические, такие, как индексы цитируемости, индекс Хирша, импакт-фактор журнала и т.п.[36]. Проще говоря, это такие волшебные цифры, которые позволяют измерить значимость ученого и ценность научной работы, соответственно, не видя его и не читая ее. Что-что вы говорите? Это чушь и жульничество? Неправильно мыслите, товарищи, политически незрело… правда, и за рубежом, откуда к нам пришел этот передовой опыт, все больше ученых от него не в восторге[37] — ну так это, наверное, фрики, не вписавшиеся в научный рынок…

В итоге, наука становится обществом взаимного восхищения (единомышленниками, конечно) и взаимного цитирования (зачастую ритуального, ибо, как показали некоторые исследования на Западе, и там ученые часто ссылаются на «нужные» работы, даже не читая их). А еще начинает напоминать анекдот про общество рассказчиков анекдотов, которые эти анекдоты называют по номерам («Сто пятнадцатый! — Как не стыдно, с нами дама!») И когда один ученый спрашивает другого «А что вы сделали в науке?», тот просто отвечает: «Мой индекс Хирша — 25!» — и его собеседник либо склоняется перед величием соперника, либо предъявляет свой, еще больший индекс.

Так и хочется сказать: «Наука, ты одурела»! С точки зрения простого обывателя, а также отсталого «совкового» ученого все это — сумасшествие. Но рассказать о нем необходимо именно для того, чтобы стало ясно, почему «самые выдающиеся российские экономисты» почти не известны даже многим людям, близким к экономике и бизнесу. Насколько такой «наукометрический фетишизм» способствует улучшению управления наукой, стимулирования научных работников — отдельная и невеселая песня. Но нам сейчас важнее показать, как это влияет на сознание самих ученых. Хоть и подчеркивают они, что «все эти индексы — для чиновников, а мы-то сами разберемся по гамбургскому счету», — увы, и сами они утрачивают способность рассматривать научные работы по существу. Очень показательны с этой точки зрения высказывания… все того же Константина Исааковича Сонина, некогда правой руки С.М. Гуриева в РЭШ, проректора и именного профессора. Вот фрагмент интервью, посвященного выборам в РАН, предстоявшим в 2011 году. Был задан вопрос, кто из известных интервьюируемому российских экономистов был бы достоин избрания:

«Из живущих в России ученых-экономистов больше всего публикаций (и цитирований) у Стаса Анатольева, Сергея Гуриева и меня. Никто из нас не рассматривается в качестве кандидатов, так что ожидать, что в части экономической науки выборы в академию будут как-то связаны с научными достижениями, не приходится.

Однако в этом нет ничего удивительного: в экономической науке никаких научных исследований на серьезном уровне в институтах РАН не ведется уже лет двадцать. (Последняя публикация у В.М. Полтеровича, имеющего больше научных публикаций, чем у других академиков-экономистов, в серьезном научном журнале была, если я не ошибаюсь, в 1991 г.)»[38].

То есть Константин Исаакович никоим образом не касается научного существа дела, не пытается хотя бы кратко охарактеризовать суть научных результатов, полученных достойными и недостойными (по его мнению) учеными. А зачем, если у недостойных — Хирш маленький, а у нас, достойнейших — большой?

Только наивный и далекий от науки человек будет спрашивать: а по существу-то что вы открыли, разработали, предложили и т.п.? Ну хорошо, допустим, про Н.Д. Кондратьева каждый студент (в том числе и не экономист, а инженер) знает, что он предложил теорию «длинных волн», то есть теорию экономико-технологического развития, из которой выросла современная теория инновационной экономики, теория технологических укладов, объяснения многих исторических и геополитических феноменов. А на вопрос, что же такого выдающегося совершили в науке С.М. Гуриев и его ближайшие коллеги, остается ответить на их же языке — они превзошли Кондратьева по количеству цитирований и по индексу Хирша… Излишне доказывать, что именно либерально-неоклассический мейнстрим имеет практически стопроцентные шансы получить «победу по очкам» в этом соревновании — на то он и мейнстрим, что все прочие точки зрения будут надежно отсечены (рецензентами — разумеется, «объективными и беспристрастными», просто блюдущими высокие стандарты научности… кто сказал: «зачищающими поляну от конкурентов»?!) от журналов (тех, которые с высоким импакт-фактором), «статусных» конференций и т.п.

После эпохального отъезда Сергея Маратовича Гуриева Константин Исаакович все-таки привел краткий обзор его научных работ[39], отвечая на вопросы о том, каков же вклад в науку главного героя тех дней. Действительно, весьма обширный перечень научных интересов — корпоративное управление и финансы, коррупция и демократия, миграция, экономика интеллектуальной собственности, история экономического развития (так, он доказал, что индустриализация СССР в 1930-е годы была «бездарной», сопоставив динамику развития… с послевоенной Японией. Если у кого-то из читателей будут недоуменные вопросы и возражения — у меня они тоже есть, но я держу их при себе) и т.д. Но не менее обширный спектр интересов, и уж точно не менее оригинальные результаты — у многих экономистов РАН. Однако они, по мнению Сонина и его единомышленников — вообще не ученые, их просто не существует, ибо у Гуриева и Сонина — публикации в ведущих американских журналах. А то, что опубликовано не в них, научными публикациями вообще не является. Обоснование таково: чтобы попасть в те самые Главные Журналы, приходится выдерживать жесточайшую конкуренцию и суровое рецензирование, каждая статья, как правило, дорабатывается 3–4 года, и уж если что-то попало на эти страницы с высочайшими импакт-факторами — это чистое золото.

Отмечу, что с точки зрения элементарной классической экономики, описанная ситуация с академическими журналами — типичное проявление монополизации «журнального рынка», и с какой стати российские ученые должны платить эту «монопольную ренту» годами своей жизни, вместо того, чтобы и впредь искать ответы на волнующие их вопросы? По крайней мере, Григорий Перельман решил в свое время потратить силы на второе, а не на первое — как известно, пробиваться в высокорейтинговые журналы он не стал, просто выложив результаты в интернет… А один американский биолог заявил, что

«Его лаборатория больше не будет отправлять статьи в журналы Nature, Cell и Science, прославленные и легендарные. По его словам, желание увидеть свою работу в “элитном” журнале побуждает исследователей срезать углы и заниматься тем, что считается модным, а не тем, что важнее для науки. … Но репутация больших журналов не совсем заслуженная. Хотя они публикуют много выдающихся работ, это далеко не единственное, что они издают. К тому же они не единственные, кто даёт дорогу выдающимся исследованиям»[40].

Полагаю, если бы нашим продвинутым прозападным ученым (увы, не только экономистам — многие представители естественных наук заражены «хиршебесием» не меньше) показали эту цитату без указания авторства, ответом наглецу было бы высокомерное «сперва добейся, лузер!» Проблема в том, что Рэнди Шекман усмехнется в усы: «Ну, положим, добился, и что?» В 2013 году он получил Нобелевскую премию по физиологии и медицине. Продолжим его цитату:

«Поскольку финансирующие организации и ведомства, принимающие кадровые решения, видят в этих журналах лакмусовую бумажку науки, появление на их страницах повышает твои шансы на грант и профессорское звание»[41].

Что касается непревзойденного качества работ, все-таки удостоенных публикации в ведущих мировых журналах, то выше уже приведено два примера того, как через это жесточайшее сито прошли (мы же не будем предполагать, что они попали в журналы как-то иначе?) статьи с исключительно тенденциозными предпосылками, натяжками в интерпретации результатов расчетов, а иногда — с фактическими ошибками, жульничеством в самих расчетах. И никто из строгих рецензентов почему-то не задал авторам тех простых вопросов, которые я привел выше (иначе ответы на них содержались бы в текстах). И таких примеров — не счесть[42]. Тем более что в экономике дело осложняется еще и крайней степенью политизации этой дисциплины, которая отнюдь не способствует беспристрастному рассмотрению чужих работ. Поэтому, не умаляя заслуг ученых, которые публикуются-таки за рубежом в известных журналах, отнюдь не считаю, что это — решающий критерий научности и значимости.

Впрочем, реформирование науки (как в России, так и за рубежом) — отдельная большая тема. В которой наш герой активно поучаствовал — чему свидетельством серия статей о том, что Карфаген должен быть разру… ой, РАН должна быть реформирована. И некоторые соавторы Сергея Маратовича по тем статьям — например, Дмитрий Викторович Ливанов — отнюдь не в опале, а, наоборот, при министерских портфелях. Поскольку вскоре после отъезда Гуриева грянула реформа РАН под руководством Ливанова, и по плану, предначертанному в тех статьях, даже неясно, кому следовало уезжать — Сергею Маратовичу или его оппонентам.
«Какая редкая опала…»

Часто приходится слышать в связи с «казусом Гуриева» выражения «философский пароход», «процесс Промпартии», сравнения «гонимого властью» С.М. Гуриева с великими российскими экономистами начала XX века — Н.Д. Кондратьевым, А.В. Чаяновым и т.п., репрессированными за «неправильные» научные взгляды. Цитируем сайт журнала «Форбс»:

«Либеральные экономисты, бывшие до сих пор “попутчиками” и помощниками, как буржуазные специалисты во время НЭПа, еще не объявлены “вредителями”, но уже почти стали “внутренними врагами”. Силовикам, воцарившимся на фоне борьбы с оранжево-демократической угрозой, с ними больше не по пути. Так и выращенные в дореволюционной России инженеры, экономисты, техническая интеллигенция стали не нужны в момент перехода от квази-рыночной к командной экономике в начале 1930-х гг.»[43].

(В скобках заметим, что здесь представлен уж очень нестандартный взгляд на ту непростую эпоху развития нашей страны. Экономисты — вопрос отдельный, но вот чтобы инженеры и техническая интеллигенция «стали не нужны» стране, вступившей в масштабную индустриализацию?! Сталин, может, и был тираном, но точно не был идиотом, да и биографии множества советских инженеров, ученых, организаторов производства слабо согласуются с этим категоричным тезисом).

ВШЭ и РЭШ на протяжении многих лет оставались не просто главными советчиками российской власти, разрабатывая стратегию макроэкономического регулирования, проекты реформ образования, любых отраслей промышленности и т.п. (с каким качеством — я писал подробнее в статье «Корифеи всех наук»[44]). Как сказано в статье «Форбс»,

«либерально настроенные интеллектуалы прочно погрязли в экспертной работе. Они нужны власти как аналитики — для описания и понимания происходящего, проектирования изменений. Это касается любой области госуправления — денежной, бюджетной, образовательной и прочих политик. Такой работой интеллектуалы занимаются во всех странах мира, это их ремесло»[45].

Да чего ж так скромно — говорили бы уж прямо: это их тяжкий крест, и рады бы бросить, да не на кого, ведь кроме них, в «этой стране» грамотных людей-то и нет. Вот и приходится заниматься «экспертно-аналитической работой» даже без конкурса[46]. Нам бы в пояс им поклониться, а мы, неблагодарные… Я еще в той статье писал: интересно, «либерально настроенным интеллектуалам» с нами не скучно? Боюсь ошибиться, но, кажется, мы им, наконец, надоели.

Далее в «Форбс» речь идет о просветительском бескорыстии Сергея Маратовича, которое не было оценено властью:

«Он искренне, последовательно и упорно пытался помочь Дмитрию Медведеву. Мог даже стать начальником экспертного управления президента… Работал в советах директоров нескольких госкомпаний… Если бы власть была готова к экономическому образованию, лучшего просветителя, чем Гуриев, чиновники не нашли бы при желании»[47].

Востребованность неолиберальных советников российским государством — лакмусовая бумажка, по которой можно судить: планирует ли страна выжить и развиваться или собирается покончить с собой ради неолиберальных догм. Поэтому для меня наметившаяся «утечка умов» (таких умов) — обнадеживающая тенденция, впрочем, пока очень слабая. Ибо с моей-то точки зрения до смены курса еще ой как далеко — достаточно вспомнить недавнее поздравление Я.И. Кузьминова и коллектива ВШЭ с 20-летием в кабинете вновь избранного президентом В.В. Путина:

«Президент РФ Владимир Путин поздравил ректора Высшей школы экономики Ярослава Кузьминова с 20-летием вуза и заверил, что разработки и предложения экспертов ВШЭ по развитию России будут использоваться властями для работы в будущем»[48].

И в этом случае слова нашего президента пока не расходятся с делом. Куда бы ни уезжали те или иные носители и проповедники неолиберальных взглядов.

Либералы два десятилетия обладали практически монопольным «правом на истину» в сфере экономики и управления, они «знали, как надо» — и больше никто. И сейчас еще их монополия не преодолена — разве что, забрезжила надежда на то, что ее удастся поколебать. И всё — уже «репрессии», «гонения», «37-й год». Страшно представить себе, как будет называться отлучение всей этой экспертно-аналитической братии от бюджета (не совсем, конечно — мы же не звери, но хотя бы от монопольного права выполнения соответствующих исследований за казенный счет, которым они пользовались два десятилетия). Наверное, тогда мы услышим о «леденящих душу средневековых пытках».

Здесь налицо феномен «чем выше влез, тем больнее падать». Приверженцы обсуждаемой идеологии настолько привыкли к своему безальтернативному привилегированному положению, что любые намеки на его изменение воспринимаются, разумеется, как «репрессии». Как они дошли до жизни такой — блестяще показывает обозреватель журнала «Эксперт» А. Привалов. Он цитирует интервью Гуриева, тогда еще ректора РЭШ, журналу «Сноб»:

«Здесь есть консенсус: понятно, что нужно делать, чтобы улучшить наше образование. Будь я министром, я бы делал то же самое (что и Д.В. Ливанов — В.К.). Будь министром ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов или ректор Московской школы управления “Сколково” Андрей Волков, они бы делали то же самое»[49].

Как замечает А. Привалов,

«Тут прекрасна аксиома: никто, кроме членов этой группки, в роли министра заведомо немыслим. Я не хочу сказать, что это неправда — в сегодняшних обстоятельствах это, похоже, печальная правда. Но очень уж лихо звучит: смотрите, как у нас чудесно устроено — какую карту ни вытянем из колоды, всё будет трефовый валет.

Скажи Гуриев хоть одну фразу: мол, оппоненты кузьминовско-фурсенко-ливановского курса не годятся в министры потому-то и потому-то; или даже не потому-то, а просто “мне не нравятся” — другое бы дело. Но он не видит нужды в реверансах: нет на горизонте никаких оппонентов, говорит он, в сообществе консенсус»[50].

Очень точно, сам того не замечая, наш герой раскрывает свою искреннюю убежденность в том, что никто, кроме них, управлять «этой страной» и не может. Ну, в самом деле — если не мы, то кто же? Да вы что, смеетесь, что ли? Так что нетрудно понять, какие чувства испытывают наши герои, когда их монополию на истину кто-то пытается поставить под сомнение.

Вернемся к вышеупомянутой статье в «Форбс». Ее можно цитировать чуть ли не полностью — там все прекрасно:

«В начале 1990-х, когда правительство покидала команда Егора Гайдара, тоже чувствовавшая себя буржуазными специалистами на службе пролетариата, не было ни посадок, ни допросов у следователей»[51].

Ностальгируют: золотые были времена, у нас все было, и нам за это ничего не было… Хотя, судя по результатам тех славных дел, допросы у следователей и посадки (с соблюдением процессуальных норм) были бы вполне логичны. И, кстати… как же такой уважаемый зарубежный журнал — и не знает, что были и допросы у следователя, и суд, назначивший тюремные сроки? Какой суд, небось, Басманный? А вот и нет: американский! Профессор Гарварда Эндрю Шлейфер, будучи советником по приватизации («буржуазным специалистом на службе пролетариата»), так активно в ней поучаствовал, что это вывело из себя даже американское правосудие. Впрочем, сидеть не пришлось: университет заплатил за ценного сотрудника выкуп (26,5 млн. долл. из 28,5 — остальные два миллиона заплатил сам профессор). А вот у российского государства к нашим деятелям тогда вопросов не возникло. Но гайки закручиваются, и кто знает… Продолжим чтение:

«Разумеется, РЭШ, получающую деньги от иностранных компаний, фондов и академических структур, можно упрекнуть и в попытке влиять на принимаемые органами власти решения. Ерунда, что по их просьбе. И неважно (выделено мной — В.К.), что в 1990-х гг. все законодательство, описывающее основы рыночной экономики, создавалось в России на западные деньги и с участием иностранных консультантов»[52].

Комментарий к выделенному фрагменту: нет, не ерунда. И очень важно. Как ни относись к действующей в России власти, но судьба нашей страны должна определяться на ее же территории. Я понимаю, что ссылки на передовой опыт США (с которого и списаны новые российские законы об «иностранных агентах») для убежденного либерала несостоятельны — дескать, то ж демократическая страна, а не тоталитарная Россия! Но все же, забавно, когда речь заходит о политике, и рыночники-либералы вдруг начинают делать вид, что правила «кто платит, тот и заказывает», просто не существует в природе.

Далее «Форбс» возмущается неслыханным тоталитаризмом российской власти:

«Работать на власть и расхаживать с белыми ленточками, даже виртуальными, больше не рекомендуется»[53].

Чтобы подчеркнуть драматизм ситуации, нам сообщают о страшных гонениях, которые постигли Сергея Маратовича. Оказывается, за месяц до отъезда его вызвали на допрос как свидетеля в Следственный комитет РФ. Из чего тут же делается вывод, что его хотят репрессировать то ли за неудобную властям позицию по поводу дела М.Б. Ходорковского, то ли за поддержку оппозиционной деятельности А.А. Навального. Если бы в нашей стране репрессировали за такие прегрешения, пенитенциарная система просто надорвалась бы.

И называть «жертвой режима», «узником совести» и т.п. вполне себе благополучного господина — не только глупость, но и кощунство. Ибо, в самом деле, «для веселия планета наша мало оборудована», и на свете действительно были и есть настоящие узники совести, которые за свои убеждения платят годами тюрьмы, здоровьем, а то и жизнью (своей, а иногда и своих близких). Когда в период «болотных» протестов так же стали называть «героев», схлопотавших, в том числе и за реальное хулиганство, 15 суток, потом — трое суток, потом — задержанных на пару часов, и, в конце концов, просто препровожденных в автозак для проверки документов и сразу отпущенных, гордое звание узника совести уже слегка девальвировалось. Но, оказывается, еще есть куда расти. Читая газетные статьи, представляешь себе драматичную историю спасения «преследуемого властью ученого», как минимум, в багажнике автомобиля с дипномерами, а отнюдь не комфортабельный перелет на пассажирском самолете с действующим загранпаспортом и шенгенской визой… Градус патетики, что называется, зашкаливал — писали даже о подвиге Гуриева[54]. Впору орден учреждать…

Шумиха, поднятая вокруг судьбоносного и эпохального отъезда (ой, виноват, изгнания, спасения из лап кровавого режима) С.М. Гуриева — лишь элемент пиар-кампании, которой сопровождается постепенный отъезд мейнстримовских экономистов из России. И начался он не с отъезда Гуриева. Еще за месяц до этого эпохального события К.И. Сонин сетовал на то, что в РЭШ почти не осталось западных «звезд» мейнстрима, которых сюда активно приглашали, и даже свои, российского происхождения обладатели западных степеней PhD по экономике потянулись в теплые края. Почему — легко объяснить в рамках того же мейнстрима: рыба ищет, где глубже… Как прямо сказано все в той же статье «Форбс»,

«Научной работой там [в Париже] заниматься будет удобнее: меньше отвлекают. Чище воздух, ближе море, лучше климат, еда вкуснее, а жить не дороже, чем в Москве»[55].

Жить в России ученому-экономисту имеет смысл лишь в том случае, если он любит свою родину (ну, положим, это условие у Сергея Маратовича выполнено, не посмею сомневаться) и в полной мере использует уникальность этого «естественного исторического полигона» в своих исследованиях. А для мейнстримовского экономиста — действительно, никакого резона, ибо обосновывать либеральные догмы можно, находясь где угодно (и лучше — в «нормальных странах»). Так что все закономерно. Кроме того, разве не в РЭШ и ВШЭ постоянно говорили о благотворном влиянии мобильности научных кадров? Но плох будет тот либеральный экономист, который из своего обыденного отъезда к новому месту работы не сделает еще маленький гешефт — дескать, это я не просто еду туда, где работа перспективнее, я спасаюсь от гонений «кровавого режима»! Во всяком случае, раньше на Западе такой статус давал немалые дополнительные преимущества. Так что грех не попробовать подверстать политику к, казалось бы, чисто рыночному процессу отъезда мейнстримовских экономистов туда, где им работать сподручнее. И снова цитата:

«Ущерб нашей науке, нанесенный за последние годы, больше, чем вся местная польза от мегагрантов, новых проектов за четыре года “модернизации”, — писал месяц назад профессор РЭШ Константин Сонин. — Да, был сделан выбор “держаться у власти любой ценой” и эта цена — существование науки, искусства — то есть всего, что делало нашу страну великой»[56].

(О, да, мы же теперь знаем поименно, кто делал нашу страну великой…) То есть нищета и гуляй-поле «веселых 90-х» не нанесли ущерба российской науке, ибо у власти был демократический (так на Западе признали — а они ошибаться не могут) Б.Н. Ельцин. А сейчас (когда зарплата научного сотрудника РАН уже позволяет сносно существовать) ученые вдруг резко начали уезжать, почуяв запах несвободы и репрессий, поскольку Путин вернулся на пост президента. Деньги, возможности работы на современном оборудовании, коммуникации с ведущими учеными? Нет, главное — это ужасный режим! Как пишет «Форбс»,

«В течение последних полутора лет власти делают все, чтобы жизнь и работа в Москве перестала быть комфортной для достаточно широкого круга интеллектуальной элиты. Полтора года назад Путин на нее обиделся, утратил надежду стать ее сердечным кумиром, а коль любовь прошла, и жить лучше врозь»[57].

На процитированную реплику К.И. Сонину дали на форуме следующий ответ: в США, например, полсотни штатов, обилие университетов — но «цвет экономической мысли» почему-то сосредоточен менее чем в десятке мест. А вот, например, в штате Теннеси нет нобелевских лауреатов. Хотя и Путина тоже нет! А почему? Да просто потому что — провинция, а с точки зрения мейнстрима и Москва — провинция и глушь (до Центра Цивилизованного Мира — девять часов лету), да еще и жить дороже, чем в Париже.

Прошу понять меня правильно: у меня масса претензий к действующей власти (и одна из них, заметим — именно возвышение неолиберальных экономистов в качестве советников и «экспертов» по всем вопросам, а еще одна — отнюдь не ушедшая в прошлое возможность комфортно заниматься антиобщественной деятельностью на бюджетные деньги). Но всех собак вешать на нее — несколько ненаучно.

Сравнение комфортно отъехавших за рубеж господ с умершим в тюрьме Кондратьевым не только кощунственно, но и неверно по существу, ибо о преследовании за неправильные научные взгляды здесь и речи быть не может. Подчеркнем: сама российская власть, причем, не только «сочувствующий “болотным”» Д.А. Медведев, но и «патриотичный» В.В. Путин в экономическом отношении — вполне себе либеральные рыночники. Не будем здесь обсуждать, правильно это или нет — важно лишь подчеркнуть, что в целом их политические взгляды ничуть не отличаются от взглядов, проповедуемых «ведущими центрами экономической мысли». Если считать политическими взглядами именно взгляды на отношения собственности, производственные и властные отношения в обществе, а не персональные предпочтения, кто должен быть у власти и при собственности.

Настойчивые сравнения уехавших из России либеральных экономистов с великими экономистами начала XX века (Кондратьевым и Чаяновым), с репрессированными представителями научно-технической интеллигенции выдают либо наглость, окрепшую за годы безнаказанного вранья, либо неадекватность восприятия себя, любимых. Ибо в сравнении с теми, кого Россия потеряла «в свои минуты роковые», современным «светочам экономической мысли» хочется задать вопрос: а не много ли вы на себя берете? Как говорилось в анекдоте, «а что вы еще умеете», кроме повторения и изощренного обоснования либеральных догм? «Процесс Промпартии», видите ли… Для неолиберальной экономической науки сами слова «промышленность», «производство», «предприятие», «хозяйство» — смешные и отсталые. А Кондратьев и Чаянов были, между прочим, энтузиастами развития этой самой промышленности, и большими патриотами нашей страны. Слышали бы они, кто равняет себя с ними… хотя, даже не равняет — сказано же: мы с тобой, брат, всех этих замшелых совков заткнули за пояс. Куда им до нас, по индексу Хирша-то…

И в заключение. Если кому-то моя ирония по отношению к Сергею Маратовичу и его ближайшим соратникам покажется едкой или даже злой, скажите спасибо тем, кто раздул из него великого экономиста, а из его отъезда — вселенскую трагедию. Философскому пароходику, отплывающему к берегам Сены, я вслед плевать не буду (даже в качестве ответной любезности), но уж тем более, не брошусь за ним вплавь, умоляя вернуться.

1 июня 2013 – 4 сентября 2015

=================================================================================

Примечания:

1. Грозовский Б. Казус Гуриева: как либералы перестали быть попутчиками // Форбс.ру, 29.05.2013

2. Уайт Г., Коляндр А. Известный российский экономист покинул страну // http://www.inosmi.ru/russia/20130529/209463184.html#ixzz2UiDZhZ5X (оригинал: The Wall Street Journal, 28.05.2013).

3. FP: отъезд Гуриева стал сокрушительным ударом по гражданскому обществу России // Газета.ру, 30.05.2013.

4. Соколов М. Гуриевская каша // Эксперт, 2013, № 22

5. Петров А.А. Я родом с Физтеха / в кн.: «Я — ФИЗТЕХ». Долгопрудный, 1996. С. 342-343.

6. См., например: Поспелов И.Г., Бернштам М.С., Гуриев С.М., Оленев Н.Н., Петров А.А., Шананин А.А. Модель стимулирования экономического роста посредством восстановления сбережений. // Экономика и математические методы, т. XXXII, вып. 3, 1996; Поспелов И.Г., Автухович Э.В., Гуриев С.М., Оленев Н.Н., Петров А.А., Шананин А.А., Чуканов С.В. Математическая модель экономики переходного периода. М., 1999.

7. Мировой кризис: глобалисты против антиглобалистов // Стенограмма программы «Клинч». 14.10.2008. Радиостанция «Эхо Москвы».

8. Гуриев С. Путин боится // Профиль.ру, 12.06.2013.

9. Chokshi N. Eight U.S. states have policies similar to Russia’s ban on gay ‘propaganda’ // Washington Post. 3.02.2014

10. Наследство Ли Куан Ю: Варданян, Гуриев и Кудрин о сингапурском реформаторе // Слон, 23.03.2015.

11. Черных М. Фальшивое чудо Ли Куан Ю // http://zastupnik.org/tribuna/13870.html

12. Судейкин Я. Экономическое чудо Сингапура // Однако, 7.04.2015.

13. Наследство Ли Куан Ю: Варданян, Гуриев и Кудрин о сингапурском реформаторе // Слон, 23.03.2015.

14. Гуриев С. Коррупция разорила российскую экономику // Ведомости. 3.04.2014.

15. Подробнее см. разбор избранных фрагментов из книги проректора ВШЭ М.М. Юдкевич в статье: Клочков В. Существует ли экономическое принуждение // Скепсис.ру, 14.10.2007.

16. Там же.

17. Клочков В.В. Корифеи всех наук // Скепсис.ру, 20.11.2011.

18. Клочков В. Нас ругают, понимаешь… // Скепсис.ру, 21.05.2008.

19. Клочков В. Существует ли экономическое принуждение // Скепсис.ру, 14.10.2007.

20. Дзись-Войнаровский Н. Скатертью дорога: мнения тех, кому Гуриева не жалко // Слон.ру

21. Дзарасов Р.С. Кризис и ответственность экономической науки // Saint-Juste.narod.ru, 29.06.2013.

22. Гурова Т., Ивантер А., Фадеев В. Бесплодная схоластика // Эксперт.online, 24.02.2014.

23. Win-win // Дневник экономиста. Блог К.И. Сонина. 14.01.2015.

24. Сонин К. Лучшая курсовая политика ЦБ — невмешательство // Ведомости, 10.11.2014.

25. Фишер C., Дорнбуш Р., Шмалензи Р. Экономика. М., 1995.

26. Дзарасов Р.С. Кризис и ответственность экономической науки // Saint-Juste.narod.ru, 29.06.2013.

27. Евтушенко Е. Казанский университет

28. Проект «Мечта профессора Ясина — Фонд поддержки молодых ученых». Стипендиаты. Снеговая Мария Владиславовна

29. Панин Б.А., Клочков В.В. Анализ предпосылок и последствий политизации экономической науки // Экономическая наука современной России. 2011, № 3.

30. Клочков В. Существует ли экономическое принуждение // Скепсис.ру, 14.10.2007.

31. Khovanskaya I., Sonin K., Yudkevich M. A Dynamic Model of the Research University (October 2009).

32. Клочков В.В. Управленческие аспекты развития экономической науки. М., 2011.

33. Гуриев С., Цывинский О. Ratio economica: Рейнхарт и Рогофф по-прежнему правы // Ведомости, 23.04.2013.

34. Межуев Б. Бег опальных принцев // Известия, 29.05.2013.

35. Кругман П. Почему экономическая наука бессильна // http://slon.ru/articles/130856/#9

36. Желающим ознакомиться с этими показателями и правилами их расчета могу рекомендовать краткий ликбез: Соколов А.В., Слащева Н.А. Наука о науке // В мире науки, 2008, № 3; Управление большими системами. Специальный выпуск 44 «Наукометрия и экспертиза в управлении наукой». М., 2013.

37. Игра в цыфирь, или как теперь оценивают труд ученого (сборник статей о библиометрике). М., 2011.

38. Демина Н. Выборы в Академию // Троицкий вариант — наука. 2011, № 82.

39. Краткий путеводитель по научной работе Сергея Гуриева // Дневник экономиста. Блог К.И. Сонина.

40. Целиков Д. Нобелевский лауреат объявил бойкот ведущим научным журналам // Компьюлента, 10.12.2013.

41. Там же.

42. Подробнее см. хотя бы в статье: Целиков Д. Плохая наука-2011 // Компьюлента, 27.12.2011.

43. Грозовский Б. Казус Гуриева: как либералы перестали быть попутчиками // Форбс.ру, 29.05.2013.

44. Клочков В.В. Корифеи всех наук // Скепсис.ру, 20.11.2011.

45. Грозовский Б. Казус Гуриева: как либералы перестали быть попутчиками // Форбс.ру, 29.05.2013.

46. О чем я подробно писал: Клочков В.В. Корифеи всех наук // Скепсис.ру, 20.11.2011.

47. Грозовский Б. Казус Гуриева: как либералы перестали быть попутчиками // Форбс.ру, 29.05.2013.

48. Путин поздравил ректора ВШЭ с юбилеем вуза

49. Привалов А. О любви к трефовым валетам // Эксперт, 2012. № 32.

50. Там же.

51. Грозовский Б. Казус Гуриева: как либералы перестали быть попутчиками // Форбс.ру, 29.05.2013.

52. Там же.

53. Там же.

54. Становая Т. Подвиг Гуриева: свобода лучше, чем власть // Слон, 29.05.2013.

55. Грозовский Б. Казус Гуриева: как либералы перестали быть попутчиками // Форбс.ру, 29.05.2013. Форбс.ру, 29.05.2013.

56. Там же.

57. Там же.

 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

ВЕТЕРАНЫ БАТАЛЬОНА «ГАЙДАР»


С ними не надо спорить, их достаточно просто послушать.

Слева направо :

Нечаев : В Госплане было несколько оборонных отделов: по закупкам вооружения, по текущему содержанию войск и т. д. Я им поставил задачу максимального сокращения расходов.И тогда я пошел к Ельцину и говорю, что положение безвыходное и других вариантов нет: надо сокращать армию. Он вызвал Грачева, Шапошникова. Еще были Кобец и Егор, естественно. Был дикий скандал. Часа полтора меня обвиняли в том, что я чуть ли не агент американского империализма и т. д., но Борис Николаевич (нужно отдать ему должное) все-таки занял мою позицию, и мы наметили план сокращения армии, который, правда, долго не выполнялся.

Гайдар : В стране идут радикальные преобразования, с деньгами сложно, а уход из жизни людей, неспособных противостоять этим преобразованиям, — дело естественное.
Ничего страшного нет в том, что часть пенсионеров вымрет, зато общество станет мобильнее
Связывать с моим именем надежды тех, кто хочет построить в России реально функционирующую демократию, мне кажется ошибкой.

Чубайс :

Ну и вдогонку прекрасное от Илларионова : Андрей Илларионов перечислил по порядку те территории, которые Россия должна будет вернуть своим соседям: Сибирь и 1,5 миллиона квадратных километров земли Дальнего Востока — Китаю, Курильские острова и Сахалин — Японии, территории Калининградской области ( бывшая восточная Пруссия) — Германии. Пять регионов на юге страны Россия должна Украине, два на севере — Белоруссии. Некоторые районы на северо-западе — Эстонии и Латвии, а большую часть территории на севере — Финляндии.

Вот даже комментировать не буду, замечу лишь, что никто не сделал столько для отвращения от либерализма, как сами либералы.

Андрей Куприков

 

Метки: , ,

Сколько украл Чубайс?


Кто-нибудь задумывался, сколько украл Чубайс и его подельники? Не у страны, а у каждого из нас и соответственно, сколько он и его подельники должны каждому россиянину? Но то, что украли, это еще только пол-беды. Главная наша беда в том, что у нас продолжают воровать, ежедневно и ежечасно.

Потому что акционерами такой компании как газпром, должны быть все граждане России, а не пресловутый совет акционеров. перераспределяющий между собой дивиденды посредством акций.

Перед тем как разворовать страну, Анатолий Борисович сотоварищи, произвели полную инвентаризацию страны, чтобы иметь четкое представление о том, сколько можно захапать себе, чем поделиться с подельниками, а что бросить как собаке кость простому люду.

С простыми людьми Чубайс поделился примерно так же, как незабвенный турецкоподданный Остап Ибрагимович Бендер с незадачливым Шурой Балагановым, исходя из собственных представлений о том, что такое народное счастье.

Так вот по Чубайсу, счастье для народа это две «Волги» ну и квартиру в которой живешь, можешь себе оставить. Пока.

Жилье для молодых семей и нуждающихся, образование для детей, включая высшее и дошкольное, медицинскую помощь в расчеты Анатолия Борисовича со-товарищи, не входили.

Народ же повел себя гораздо глупее, чем незадачливый Шура, отдав на заклание Чубайсам, Абрамовичам, Ходорковским и иже с ними, не только свои фабрики и заводы, но даже своих детей: сыновей- на заклание в Чечне, а дочерей…

И то сказать, дружины у новых феодалов сплошь были гэбисты, менты бывшие и криминал. Что против таких сделаешь?

И оказался советский народ в той же плачевной ситуации что и английские крестьяне, накануне промышленной революции.

Только англичане двигались таким образом в капитализм, а мы — обратно, в феодализм, стало быть.

Тамошние феодалы переквалифицировались в капиталистов, а наши бывшие коммунисты и комсомольцы, стремительно перепрыгнув пропасть капитализма, несутся во весь опор в свое будущее — феодализм.

Дружины у них справные, кони резвые, откормленные, по двести-триста лошадиных сил в каждом.

Одна вот только незадача вышла: народ когда голодный, он страх совершенно теряет и феодалов рвет, как тузик грелку.

Олигархам, правда, пока удается новорожденное дитя-революцию всякими сосками да сказками отвлечь, как на Майдане или на площади Тахрир.

Но это пока.

Дитя растет, пора его грамоте учить.

И для начала подсчитать, сколько Чубайсы уже украли, сколько продолжают воровать и сколько чубайсы эти народу задолжали, плюс компенсация за моральный ущерб: потеря рабочих мест, будущего для детей и всяко разно…

Подумай, народ, тебя обворовали и продолжают обворовывать.

Не пора ли спросить: где деньги, Толь?

 

Метки: , , ,

Что сделали Гайдар и Чубайс (21 тезис)


Несколько комментариев, сделанных мною в обсуждении одного из предыдущих текстов , читатели попросили вынести в отдельный пост. Выполняю их просьбу, немного расширив и уточнив эти комменты, а также сопроводив их несколькими цитатами.

Что было накануне (до рубежа 1991-1992 гг.)?
1. В стране наблюдался огромный подъем либерально-демократического движения. На антикоммунистические митинги в Москве выходили сотни тысяч человек. Широкая демократическая коалиция победила на выборах Председателя Верховного Совета России 12 июня 1990 г., на выборах Президента России 12 июня 1991 г., под ее руководством была одержана победа над организаторами путча ГКЧП 19-21 августа 1991 г.

2. Ключевая задача переходного периода (наряду с развитием и укреплением демократической политической системы и правового порядка) заключалась в передаче активов, находившихся в государственной собственности, российским гражданам (либо бесплатно, либо в обмен на накопленные ими сбережения и/или заимствованные ими средства, либо в какой-то пропорции между бесплатной передачей и платной приватизацией).

3. Подавляющее большинство производственных активов («заводов, газет, пароходов») на территории России находилось в государственной собственности и принадлежало т.н. «общенародному государству», т.е. потенциально — всем российским гражданам.

4. У большинства российских граждан были значительные сбережения (в Сбербанке, в появившихся накануне коммерческих банках, в ценных бумагах, в наличных на руках); по состоянию на конец 1991 г. сбережения граждан составляли примерно 40% ВВП.

Что сделали Гайдар и Чубайс?
5. В 1989-91 гг. Е.Гайдар стал добровольным консультантом и автором экономической программы имперско-консервативной группы депутатов Съезда народных депутатов СССР «Союз». Один из руководителей этой группы В. Алкснис писал: « Е.Гайдар был консультантом группы „Союз“ по экономическим вопросам и был одним из авторов нашей экономической программы… Могу еще раз подтвердить, что Е. Гайдар… был сторонником регулируемой государством рыночной экономики, причем регулируемой достаточно жестко ».

6. В ноябре 1991 г. Е.Гайдар и А.Чубайс стали членами российского правительства и получили возможность уже не только советовать властям и депутатам, но и самим на практике воплотить модель общественного устройства, какую они до этого разрабатывали, и какую пропагандировал, в частности, С.Кугушев, ближайший друг и советник Е.Гайдара в 1987-91 гг.: «… именно блок настоящих предпринимателей и армии, спецслужб, опирающийся на широкую народную поддержку, способен приостановить дальнейшее разграбление страны и провести приватизацию в интересах всего народа… если оставить эмоции и обратиться к историческому опыту самых разных стран, выбиравшихся из ужасов тоталитаризма к рынку; то следует признать: в любом случае реформы опирались если и не на военную силу непосредственно, то на очень жесткую власть » (Кугушев С. Пока не приватизирован Кремль. — «Комсомольская правда», 6 февраля 1991 г.).

7. Ключевую роль в создании указанной «модели общественного устройства» играл фактор первоначального (в ходе реформ) распределения собственности и власти. Еще в статье «Частная собственность — новый стереотип» в «Московских новостях» от 8 октября 1989 г. Е.Гайдар отмечал, что главное в ходе предстоящих реформ — не максимальное распространение свободных рыночных отношений, частной собственности и свободы предпринимательства, а «правильное распределение собственности и власти»: « Рыночные отношения отнюдь не являются едиными для всех без исключения стран и народов… рынок не дает однозначного ответа на вопрос: кто должен присваивать результаты производства — он может обслуживать самые разные социальные структуры. Все зависит от распределения собственности и власти ».

8. Став руководителем экономического блока российского правительства, а затем и возглавив его, Е.Гайдар радикально увеличил государственные расходы и дефицит государственного бюджета, катастрофически ослабил денежную политику. Е.Гайдар так описывал свои действия по развалу финансовой системы: «… усилились требования ослабить денежную политику и серьезно увеличился дефицит бюджета. Когда мы более не могли противостоять давлению, мы потеряли возможность проводить жесткую денежную и финансовую политику ».

9. В результате проведения Е.Гайдаром намеренно ослабленной бюджетной и денежной политики была развязана гиперинфляция — по сравнению с ростом цен в 1991 г. в 2,7 раза (который на фоне практически ценовой стабильности советского времени вплоть до конца 1980-х годов казался совершенно небывалым) кумулятивный рост цен только в 1992-94 гг. составил 775 раз.

10. Гиперинфляция уничтожила практически все накопленные частные сбережения граждан и имевшиеся на счетах предприятий денежные средства.

11. Производственные активы, унаследованные от советского «общенародного государства», А.Чубайс передал в основном следующим социальным группам — бандитам, коммунистической номенклатуре, красным директорам, элите ВПК, спецслужбам. А.Чубайс: « В чем политическая конструкция? Политическая конструкция в том, что мы отдали собственность тем, кто был к ней ближе. Бандиты, секретари обкомов, директора заводов. Они ее и получили… ». А.Гайдар: «… другие группы, например, военнослужащих, сотрудников МГБ [так в тексте. — А.И.]… тоже нельзя было игнорировать ».

12. Во многом по инициативе и с активным участием Е.Гайдара был разгромлен важнейший демократический институт страны — парламент. А.Шохин: « В итоге схема Егора была жесткой. Борис Николаевич должен понять, что единственный „его“ кандидат — это Гайдар. Если не Гайдар, то к едреной матери весь Верховный Совет, и съезд нужно разогнать ». А. Кох: « Петя, помнишь мою теорию про 3 октября 1993 года ? О том, кто это придумал? П.Авен: Помню, конечно. Алик считает, что это Егор подговорил Ельцина распустить Верховный Совет. И в случае чего не бояться силовой конфронтации. А.Нечаев: Допускаю, кстати ». Е.Гайдар: « Очень долго, на протяжении всего 1992 года, я решительно отвергал любые идеи конфронтационного, силового разрешения противоречий с парламентской оппозицией. Но в 1993 году убедился… Вступив на путь прямой, открытой конфронтации, надо быть готовым при необходимости применить силу » (Гайдар Е. Дни поражений и побед. С. 276).

13. Е.Гайдар и А.Чубайс сыграли ключевую роль в подчинении власти российского демократического движения и в его дальнейшем уничтожении. Л.Пономарев: «Он [Е. Гайдар. — А. И.] мне прямо сказал, что его не устраивает широкое, неуправляемое демократическое движение, он намерен был создать компактную партию. „У коммунистов надо брать лучшее — дисциплину“, — говорил он. Создавая партию власти с жесткой дисциплиной, Гайдар переманивал кадры из „ДемРоссии“ ».

Основные результаты «реформ Гайдара-Чубайса».
14. Был разрушен пусть несовершенный, но действовавший в СССР правовой порядок, уничтожены господствовавшие в обществе представления о справедливости, надежды на то, что в России государство может принимать правовые решения. А.Чубайс: « Мы признавали, что приватизация дала собственность тем, кто наиболее влиятелен, что и определило ее несправедливость, но при этом мы отдали ее легитимным путем, а легитимность идет от государства ». А. Чубайс: « Представление о справедливости у народа мы сломали ваучерной приватизацией ».

15. Либерально-демократическое движение, лидировавшее в стране в конце 1980-х — начале 1990-х годов, было разгромлено. Независимый средний класс, предъявлявший в конце 1980-х — начале 1990-х устойчивый спрос на создание либерально-демократической политической системы, был уничтожен.

16. Идеи либерализма, демократии, верховенства права были дискредитированы. Свое авторство в этом деле признавал, в частности, и сам Е.Гайдар: « Связывать с моим именем надежды тех, кто хочет построить в России реально функционирующую демократию, мне кажется ошибкой » .

17. В результате предоставления бюджетной помощи, государственных кредитов, раздачи унаследованной от СССР собственности была создана новая российская олигархия, купающаяся в роскоши, политически абсолютно сервильная, в своей общественной деятельности полностью зависимая от государственной власти.

18. В условиях разрушенного правового порядка и дискредитированной демократической политической системы со стороны несиловой олигархии возник мощный спрос на услуги спецслужб по защите нелегитимно приобретенной ею собственности от претензий обманутых и обворованных.

19. Захват спецслужбами политической власти в стране, начатый в ноябре 1991 г. Е.Гайдаром, продолженный разгромом парламента в октябре 1993 г., финансовым кризисом 1998 г., был увенчан в августе 1999 г. назначением на пост наследника российского президента непосредственно представителя спецслужб.

20. Получив высшую власть в стране, спецслужбы поставили под свой контроль государственный аппарат, представительную и судебную ветви власти, СМИ, крупный и средний бизнес, общественные организации, регионы. Сколько-нибудь заметные оппозиционные партии, движения, СМИ, бизнесы были разгромлены. На практике была воплощена модель корпоративистского государства, в котором вся полнота власти принадлежит КССС — Корпорации сотрудников спецслужб, модель, которую в конце 1980-х годов разрабатывали и фундамент которой в 1990-х годах создавали Е.Гайдар и А.Чубайс.

21. В отличие от судеб многих лидеров и активистов российского либерально-демократического движения — Г.Старовойтовой, С.Юшенкова, Ю.Щекочихина, А.Политковской, М.Салье, Б.Немцова — судьбы Е.Гайдара и А.Чубайса сложились иначе. КССС и пальцем не тронула ни одного, ни другого. Более того, она по достоинству оценила работу «отцов-основателей» своего режима: Е.Гайдар получил от КССС освобождение своего института от всех налогов и платежей , а после смерти — запрет на критику, исключительно позитивное освещение «жизни и деятельности» , а также президентский Указ о государственном увековечивании его имени , А.Чубайс — государственную компанию с фактически неограниченным бюджетным финансированием .

Андрей Илларионов.

 

Метки: , , , ,

Как путинизм следует заветам Чубайса?


Политика Путина последних лет это череда поражений, причем беспрецедентных поражений типа сдачи Украины и превращения ее в нашего кровного врага, но российский народ почему-то упорно считает эти поражения славными победами.
Как путинской пропаганде удается сей фокус провернуть? Для этого вернемся в 1996 год, когда Чубайс был руководителем Администрации президента Ельцина. По словам Георгия Сатарова, Чубайс каждое совещание начинал словами:
— Ну, как нам в этот раз показать наше очередное поражение нашей очередной победой?

Судя по победе Ельцина на президентских выборах 1996 года, который начал год с рейтингом в 2%, Чубайсу вполне продуктивно удавалось представлять поражения победами. Вот этим заветам Чубайса путинизм следует до сих пор. И следует, судя по рейтингу Путина на фоне геополитических и экономических катастроф, вполне успешно.

 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

Интервью Чубайса


Суть спора гайдаровских сислибов с путинскими силовиками – раздел государственных активов:

Желнов: Как бы вы охарактеризовали эти два полюса?

Чубайс: Сейчас консерваторы и либералы. Я считаю, что колоссален вклад Гайдаровского форума в то, чтобы укрепить тех, кто по-настоящему готов продвигаться в интересах не только страны, но и человека, живущего в этой стране.

Сформировавшаяся в стране экономическая модель — криминальный общак правящей «элиты»

Желнов: Вы верите, что получится. Правительство, нефтяной сектор, Аркадий Дворкович, по другую сторону – Игорь Сечин. Правительство выступало против приватизации Роснефти, у ТНК-ВР, но в итоге победил в схватке Сечин. Как с этой двойственностью быть?

Чубайс: Правительство добилось того, что компания Росгидро будет докапитализироваться по схеме, предложенной правительством, хотя у этого варианта были очень сильные оппоненты.

Об «участии» сислибов в борьбе за демократию в России:

Желнов: А вы бороться не хотите? Вы сейчас сказали, что не будете принимать участие в демократизации. Почему?

Чубайс: Вам сколько лет?

Желнов: 31.

Чубайс: Вперед, успехов. Сделайте что-нибудь в стране, а не только языком чешите. Мы кое-что сделали, мы рыночную экономику построили, создали частную собственность. Может быть, что-то и вы сумеете сделать с телекомпанией Дождь, журналистским сообществом, участием в пресс-конференции Путина, выходами на улицу? До конца доведите, не языком, а делом хотя бы половину из того, что мы сделали. Тогда у нас будет разговор на равных, а пока удачи вам.

Цитата:

Многоуважаемый Евгений Григорьевич Ясин! В последнее время Вы любите часто повторять, что мы за последние два десятилетия решили историческую задачу, построив рыночную экономику, а теперь вот только остается добавить к ней демократические институты. Вы заблуждаетесь, Евгений Григорьевич. Оглянитесь окрест, и душа Ваша уязвлена станет.

Ваши любимые ученики построили бандитское государство, а самые талантливые из них органично вошли в головку правящей мафии.

Установки бандитского капитализма

Об антиамериканской карте, которую гайдаровские сислибы пытаются «продать» силовикам:

Желнов: Как вам кажется, экономический подход, который здесь декларируется над политикой России и Запада, где очень много предубеждений, возобладает?

Чубайс: Конечно, будет борьба. Из всего спектра вопросов есть один сверхзначимый, который называется «размещение ПРО в Европе». Это вопрос исторического масштаба, по которому идет сложнейшая борьба. Здесь тоже неоднородные позиции внутри России. Хотя в целом речь идет о противостоянии нас и американцев. В этом противостоянии американцы занимают далеко не всегда конструктивную позицию. Далеко не всегда, прямо скажем. Есть ряд их действий, против которых я был категорически против. Егор Гайдар был категорически против… Много приходилось иметь дело с американской элитой, решать масштабные вопросы. Это глубинный раскол американской элиты и глубинное противостояние внутри американской элиты по вопросам об отношении к России. Там есть те, кто по-настоящему готов поддерживать нашу страну и считает это правильным не только для России, но и для мира, а есть те, кто ненавидит Россию, кто предпринимает чудовищные усилия, действия по принципу «чем хуже для России, тем лучше». Это серьезное политическое лобби. В этом лобби ЦРУ, которое всегда противостояло России, американские спецслужбы, которые всегда противостояли России. В Америке ситуация неоднородная, там побеждают разные силы. Для того, чтобы добиться решения, которые были нужны, приходилось очень непростыми способами добиваться того, что нам нужно. Сегодня ситуация не изменилась, мы видим разное отношение к России, очевидный антироссийский лагерь в США, так же как и пророссийский лагерь. Вопрос дипломатического искусства, чтобы помочь вторым победить первых. Эта задача так или иначе решается.

http://tvrain.ru/article/anatolij_chubajs_vsegda_est_borba_glava_rosnano_o_protivostojanii_liberalov_i_konservatorov-335439/

Жирным шрифтом выделены слова интервью А.Чубайса, прозвучавшие в видеозаписи, но «потерянные» при размещении текста на сайте «Дождя».

Андрей Илларионов

Источник статьи

 

Метки: , , , , , ,

Жили 12 разбойников



Жили 12 разбойников, жил Худояр-атаман

Много разбойники пролили

Крови невинных христьян;

Много богатства награбили,

Жили в дремучем лесу…

Старая разбойничья песня

Сразу оговоримся, что с шайкой Гайдара данная песня не имеет ничего общего. А вообще, конечно, грустно: в других странах, к примеру, Спаситель и 12 учеников, а у нас атаман, предтеча анархизма, и 12 разбойников. Причем в каждом овраге. Хотя, черт его знает, может, и этот Худояр был до того завотделом в журнале «Большевик», как господин-товарищ Гайдар-внук.

«Деяния 90-х не пропадут!» Деяния, естественно, не пропадут, поскольку вложены в надежные западные банки. «Мы сделали решающие шаги в 90-е», — с чувством сдержанной радости вещает неутомимый Евгений Григорьевич Ясин К тому, чтобы окончательно порешить население. И это верно: работать уже некому. Только ожидать, что это будет признано теми, кто расхищал, так же бесполезно, как ожидать, что слепая кишка станет зрячей. На сегодня в стране проживает только около 90 млн. тех, кто был внесен в записи ЗАГСов России в 1991 году, и их прямых потомков. Остальные приезжие. (Ой, не случайно дача Ельцина находилась в полуверсте от логова маньяка Головкина! Рыбак рыбака чует издалека-с. Кстати, Головкин тоже смутно пытался в духе времени американизироваться под влиянием Чикагской школы и взял потому себе кличку «Фишер»).

Что происходило в стране, когда Евгений Григорьевич был во власти? С 1989 года по 1995 год число умерших увеличилось в России с 1,6 млн. человек в 1989 году до 2,2 млн. человек в 1995 году, т.е. в 1,4 раза, тогда как число родившихся наоборот сократилось с 2,2 млн. человек до 1,4 млн. человек, т.е. в 1,6 раза.

Расчеты Центра демографии и экологии человека Института народно-хозяйственного прогнозирования РАН показали, что рост числа умерших за 1990-1995 годы только на 18% обусловлен вхождением в пожилые возраста. Остальные 82% этого избытка смертей обусловлены исключительно ростом смертности.

А что же она возросла, эта смертность, в мирное-то время? По выводам Пироговского съезда врачей в Москве (1995 год) свыше 70% населения России живет в состоянии затяжного психо-эмоционального и социального стресса, вызывающего рост депрессий, реактивных психозов, тяжелых неврозов и психосоматических расстройств, алкоголизма, наркомании, антисоциальных вспышек.

Здоровье начинается с полноценного питания. А где его взять, если молока производится всё ещё на треть меньше, чем в советские времена? Правда, г.Ясин успокаивает нас, что производится его примерно столько же, сколько и в США, и в торговых точках оно продается. Так в США понятия о питании несколько другие. К примеру, хлеба на Западе едят весьма мало, а у нас он основа питания. А в Японии вообще без молока живут – и ничего.

А как дела с другими видами продовольствия? На Северном Кавказе овцеводство снизилось в 7 раз, виноградарство – в 4. В СССР Дагестан выращивал до 350 тыс. т. Винограда, а в РФ к 2006 едва сумел дотянуть до 100 тыс.т.

Потребление населением продуктов питания упало за 1990-2000 гг. ниже физиологически допустимого уровня (молока с 451 кг на чел. в год до 216 кг при медицинской норме 405 кг; мяса, соответственно, с 93 до 42 кг, при норме 82 кг…). необратимая патология и ухудшение генофонда населения,

Вы спросите, куда делось своё мясо? Так ошибочка вышла: хотели ради домика в Ницце с голубым унитазом побыстрее извести население, заражённое большевизмом, а коровы оказались менее живучими.

С 1992 наблюдается скачёк роста заболеваемости туберкулезом, дизентерией, алкоголизмом, наркоманией. В США на 100 тыс. населения приходится 3 заболевания чахоткой, у нас догнали до 80.

Благодаря странному совпадению дважды выступления г.Ясина на ЭМ совпадали с очередным объявлением о вымирании населении. Последний раз из Всемирной организации здравоохранения, предсказывающей начало сокращения народишка по миллиону в год. И оба раза ведущие оказались слишком вежливыми, чтобы спрашивать почетного гостя, бывшую должность которого они называют, упиваясь каждым звуком, что он думает по поводу итогов его сидения на этой должности.

Самозанятые

Число «самозанятых», «источники существования которых нам не известны», Евгений Гргорьевич оценивает в 22 миллиона человек (несколько ранее он называл цифру 18 – 20 млн).. Это люди, которые стригут, бреют, занимаются извозом, разводят поросят, овец и коров, т.е. выживают, как могут. «Как не раз было в российской истории, народ проявил чудеса терпения», — с удовлетворением восклицает г.Ясин. Что, как отметил Маркс, говорит не в пользу русского народа.

Раскопали под огороды все, что можно. Ибо теперь, когда либеральными потрясателями основ развалены совхозы, весь картофель и овощи, половина молока и мяса, выращивается с помощью главного орудия первых пятилеток – лопаты. В натуральном хозяйстве. Поэтому молоко дешевле закупать в Чехии, чем родное.

А раньше эти копатели кем были? Раньше на крупных заводах работали, и себя кормили, и государству немалый доход обеспечивали, и на экспорт кое-что поставляли. Одно время сильно спорили, кто для общества важнее, физики или лирики? Рыночному обществу оказались не нужны ни те, ни другие. Миллионы людей, от физиков-ядерщиков, до знатоков древнеславянского языка оказались не у дел. Помните, в «Кремлёвских курантах» у Ленина вызвало возмущение, что инженер Забелин торгует спичками. У нынешних правителей это вызывает радость: ещё один предприниматель появился. Доход у него и от него, правда, копеечный, но главное для либеральных вождей не человека использовать с наибольшей отдачей, а идти по капиталистическому пути. Не все спились. Некоторые даже преуспели, открыв лавчонки. Но вот только, оставшись хорошими людьми, они вряд ли остались хорошими специалистами.

Глава Мокшанского уезда Пензенской области отловил недавно спившегося ракетчика, создателя двигателей, и долго пинал его на глазах всей областной общественности за безнравственный образ жизни. В самом деле, ведь мог бы и собственное дело открыть этот человек, оставшийся не у дел. Или стать самозанятым: пьяных посетителей злачных мест, которых совсем развезло, развозить по домам. Пока глава бичевал бича, американцы еще один спускаемый аппарат на Марс пульнули.

Но не все ученые люди нахально спились. Вот намеднись показали геофизика, успешно выращивающего овец. Прекрасно!. Человек не пропал в рыночной неразберихе. Правда вот, пока он овец выращивал, началось снижение основного ископаемого, на котором держится Россия: разведки-то новых месторождений не проводилось. За ту упущенную выгоду, которую можно было бы получить от труда одного этого человека, каждому жителю страны можно было бы купить по сотне баранов.

Потому что – да будет известно доктору экономических наук г. Ясину — есть труд простой и труд сложный. Разница между ними такова: в США ¾ национального дохода дает ¼ работающих, имеющих высшее образование. А у нас на рынке семечками и турецким ширпотребом торгуют и герой, и мореплаватель, и плотник. Труд тяжелый, а отдача копеечная. Сколько передохло, не сумев приспособится к рынку, знатоков древнекитайской философии, персидского языка и истории древнего Египта, и сказать трудно.

Ну, а кому совсем невмоготу, могут обратиться к батюшке, бывшему кандидату физико-математических наук, проводившего исследования в области низких температур в одном из университетов Англии, а потом оказавшемуся ненужным в обновленной рынком России. Он вас поймет, хотя и строит храмы вместо ускорителей.

Веришь – не веришь?

Не верьте друг другу, не полагайтесь на приятеля;

От лежащей на лоне твоем стереги двери уст твоих.

Книга пророка Михея

«Нам бы всем жилось лучше, если бы мы больше доверяли друг другу», — врёт г.Ясин, который вместе с Ельциным обещал на рельсы лечь, только бы не допустить снижения уровня доходов народа, а купленные ими СМИ обучали народ основам православно-либерально-уголовной нравственности: «Не верь, не бойся, не проси». Слишком уж привык человек всю жизнь искать глупее себя, чтобы остановиться на старости лет. Может, «Современная экономика – это экономика доверия» . Но не в нашей стране. Когда призывают доверять им люди вроде г.Ясина, сразу вспоминается байка про одного подсудимого . которого судья спросил, почему он обманывал людей, которые ему доверяли? «Потому что тех, кто не доверял, обмануть было невозможно», — ответил сей либерал. Три четверти населения России после потрясений 90-х не доверяет вообще никому, ни государству, ни церкви, ни врачам, ни соседям. Такое общество долго существовать не может.

Например, нельзя доверять самому Евгению Гргорьевичу. Он утверждает, что только 40% населения нашей страны к 2009 году выиграли от реформ, а 60% не достигли уровня 1990 года. Зайдите в магазин, посмотрите; если вы жили при социализме, то разницу заметите невооруженным глазом, говорит Евгений Григорьевич. Всё никак не может забыть вопль начала 90-х: «Выбирайте, пустые прилавки при дешевизне, или полные при высоких ценах!» Полные прилавки и доступные цены у гг. либералов как-то не получаются.

Ходить по торговым точкам – это слишком по-бабьи. Доктору экономических наук пристало заглядывать не в торговые точки, а в статистические выкладки, и с полной выкладкой бежать в бой. Потому что итогом 90-х стало народное хозяйство, которое из последних сил работает на паразитов. Взглянем на итоги последнего кризиса: вся страна потеряла часть доходов. И только 3 – 4 % населения свои доходы увеличили. Вывод: на эти 3 – 4 % и работают остальные.

Евгений Григорьевич потому так любит учить уму-разуму молодых, что у них жизненного опыта нет. Не помнят кое-чего, а потому им можно внушить всё, что угодно. Поэтому вступает в споры, выбрав в противники, словно Пугачёва, кого помоложе, чтобы вопросы задавал не очень сложные.

«Я никогда не говорил, что невидимая рука рынка сама всё решит!» — клянётся теперь г.Ясин. (ЭМ, 28.12.09). Слава богу, человек приходит в сознание. А то ведь по-другому рассуждал. «Я не знаю, откуда они (товары) возьмутся, но они возьмутся», — ответил Егор Тимурыч Гайдар на вопрос жены Ясина. Потому что дали свободу внешней торговли. И турецко-китайские товары забили наши. Более того, оказывается, что и другие приличные либеральные экономисты этого не говорили. И есть вопросы, которые, оказывается, кроме государства никто не может решить. А 16.05.11. Евгений Григорьевич уже рассказывает, что они, наивные и доверчивые, «думали, что всё само собой сделается».

У человека явно провалы в памяти, а ведущие ограничиваются тем, что напоминают ему его ученые звания и занимавшиеся и занимаемые должности.

Справедливости ради отметим, что подобные провалы в памяти – это вообще отличительная черта либерально-приказной капиталистической номенклатуры, представители которой смотрят вам в глаза ясным взором и удивляются: «Когда это мы вам такое обещали?» Не допустить обнищания народа.

Не верьте, когда очередной зазывала на вещании ЭМ обещает продать вам лекарство от всех болезней. Оно усиливает умственную деятельность только у тех, у кого вовсе нет ума. Не верьте гостям ЭМ, которые обещают озолотить вас на фондовом рынке – это очередное наглое кидалово, разоблачить которое записным экономистам не позволяет воспитанность.

Если уж учить мальца уму-разуму, то следует честно сказать: будь готов, паря, что тебя обманут везде, начиная от торговой точки, куда приглашает Евгений Григорьевич (там вас разуют путём обувания – диалектика-с!), и заканчивая работой, за которую постараются не заплатить.

В качестве сравнения добавим, что, когда немцы в 1941 году стояли под Москвой, в Пензе день в день выдавалась зарплата. Нынче целое предприятие ее не получает полгода – и ничего-с! Судиться замучаетесь, молодой человек.

Всё это происходит не потому, что народ вдруг стал жадным. Просто гг. либералы сделали всё возможное, чтобы обворовывать население было легко, удобно и приятно.

Это было, было…

Свежо предание, а верится с трудом.

Грибоедов

В то, что Россия производила собственные пылесосы, холодильники, часы, приёмники, зубные щетки. Однако, раз уж мы зашли в торговую точку, давайте глянем, что там? Евгений Григорьевич признается, что не ответил старушке, написавшей ему письмо с вопросом, почему она должна питаться только хлебом и молоком? Гуманно поступил, человеколюбиво. Другие были более откровенны: подыхать пора.

А в сам деле, что ж так плохо с питанием-то в стране стало? У руководителей страны не хватило ума руководить. Причём готовым, созданным до них трудом поколений. Потому что руководить следует не тем же местом, которым сидишь в руководящем кресле. Пол-литровый пакет молока в СССР (тогда он имел форму пирамиды) стоил 15 коп., был общедоступен, словно Дашка Золотая Титька, олицетворение либерализма, и предметом роскоши не считался до такой степени, что хоть обпейся, а сегодня молочные продукты не всем доступны.

Благодаря титанической деятельности потрясателей за десять лет, начиная с 1992 в Пензенской области сократилось: производство картофеля в 7 раз, овощей – в 4,5, мяса – в 2,5, а шерсти – вообще в 70 раз! Мяса область производила в 1991 году 102, 4 кг — полторы научно обоснованных нормы на душу населения, составляющей 82 кг, а через десять лет – только половину этой нормы — 44, 4 кг. Проще выразиться, область вернулась на сорок лет назад, на уровень послевоенного пятидесятого года. Не стало даже овец. За исключением тех, которые из числа населения.

А что вы хотите? Не сумел селянин-единоличник, вооруженный лопатой, обеспечить страну продовольствием. Сегодня возвернулись к тем же птицефабрикам, крупным зерновым хозяйствам и т.д. Только денежки теперь потекли в один карман.

Понятно, что при таком питании душа постоянно норовит расстаться с телом, население вымирает.

И опять ничего нового. Шествуя по американскому пути, на котором оказались истреблёнными голодом миллионы краснокожих, наши потрясатели уничтожили миллионы красных. Только истребляли не бизонов, а крупные сельскохозяйственные предприятия. Кстати, с доверчивыми краснокожими и красными заключались договоры, которые тут же нарушались, чтобы обмануть доверчивых простаков.

Теперь спросим продавщицу, сколько раз перерождалась то мясо, которое было свежим, когда его впервые выложили на прилавок, чтобы в конце пути стать столь любимой Евгением Григорьевичем «Докторской»? В советское время такие случаи были исключением, поскольку мошенничество влекло за собой пять лет клоповника. Столько же продавщица получила бы, если бы выставила на прилавок технический спирт вместо водки. А уж если бы от него кто-то отравился – не меньше десяти. А сейчас только что Железные кресты не выдают за уничтожение избытков населения.

Может, для разнообразия, в столовую заглянем? Не забыли ещё, что это значит? Каждое госпредприятие обязано было иметь столовую, где собирались в обеденный перерыв просто толпы. И не просто ели, а брали первое, второе, третье, салатик и какой-нибудь пирожок. Поездки за границу тогда были очень редкими, а те, кому доводилось ТАМ побывать, возвращались с выпученными глазами и неделю не могли откормиться: «Если есть так, как они, у нас бы тоже всего было навалом!» Ныне западное питание уже не кажется россиянам, которых рынок отучил от обжираловки, недостаточным.

Посреди города Пензы стоит построенная злодеями-большевиками огромная столовая рядом с предприятием «Пензгражданпроект» (9 этажей). Что в ней находится? Правильно, банк «Тарханы»! Россиянину не нужны столовые: не для того он за Ельцина голосовал. А чем же питаются люди, на 9 уровнях, набитых самыми разными учреждениями? Так внизу, у входа, пирожки продают. А уж кипяточек на чаёк народ сам навострился кипятильничком готовить. Вот так и обедает средний россиянин.

Давайте на вокзал сходим. Никогда в советское время не жертвовали толпы людей жизнью и здоровьем, пробираясь через полосу препятствий, чтобы проехать на пригородном поезде «зайцами»: проезд стоил 10 копеек за один пояс. Любители рыбалки ездили на пригородном из Пензы в Сызрань за два рубля на каждые выходные. А сейчас железные дороги частные, а государство предпочитает быть слабым и изживать в себе остатки сталинизма, потому владельцы РЖД устанавливают цены за проезд и рисуют себе прибыли с учетом «Мерседесов» и уютных дворцов в Подмосковье.

Можно в метро спуститься: в советское время читали буквально все едущие. А теперь кому же охота дураком выглядеть. Умные-то не книжонки читают, а на «Мерседесах» ездят.

А кто о Вечном задумывается, так добро пожаловать на кладбище – сразу видна разница. Создается впечатление, что старики в рыночной России вообще не умирают, одна молодёжь лежит. Или, по крайней мере, люди трудоспособного возраста.

Вопросик

Но тут молодые, совсем ещё неопытные ведущие лопухнулись: задали великому государственному деятелю вопрос про обвинение в изнасиловании, которое выдвигается ныне против одного главы банка. Ну, тут уж виноват Венедиктов: не объяснил молодняку также по-отечески, как это делает г.Ясин, какие вопросы можно задавать влиятельному гостю, а какие нет.

В ответ Евгений Григорьевич понёс нечто маловразумительное о значении крупных мировых финансовых учреждений, словно либеральная журналистка после случайной встречи.

А ведь г.Ясин был в своё министерское время большой шалунишка, и участвовал в соборном изнасиловании целой державы под названием Россия. Ну, не хотел народ капитализма! Не хотел быть ограбленным. А потому либеральные СМИ ему разъяснили: «если вас насилуют, расслабьтесь и постарайтесь получить удовольствие». И ржали при этом, как Ксения Ларина в своих лучших передачах. Причём изнасилование понималось в чисто либеральном-уголовном смысле, без учёта возраста и пола.

Кстати, разбойничья песня заканчивается тем, что, замученный угрызениями совести, Худояр ушел в скит замаливать многие грехи. Нынешних разбойников, окопавшихся в изданиях, вещаниях и вузах, ничем не прошибёшь, и никакая совесть их не угрызет, настолько тверды они в своих убеждениях. Напрасно уговаривают их Архиерейский хор Нижегородской Епархии, Детский хор приюта Покровского монастыря, Миссионерский хор московской духовной семинарии, Архиерейский хор БПДС, Хор Саввино-Сторожевского монастыря, исполняющие эту песню: они всё делали правильно, а потому могут со спокойной совестью жевать свою честно заработанную «докторскую», как колбасу, так и диссертацию.

Пырков Евгений

Источник статьи

 

Метки: , , ,